Read the book: «Декарка»

От автора

Этот рассказ был начат в далёком 2011-ом году.

Волею судеб он был безвозвратно утрачен при форматировании жёсткого диска.

Теперь автор решил воссоздать его, но не уверен, что он возродит рассказ в первоначальном виде.

Скорее всего, какие-то моменты попросту не вспомнятся, а какие-то обретут свежее описание.

Глава первая. Крушение «Молнии»

Тишина. Не та, что звенит в ушах своей пустотой, а вязкая, липкая, сопровождаемая монотонным усыпляющим гулом. Та, в которой слышно как ноет ток в проводах; та, в которой упавшая капля разрывает пространство барабанным грохотом. Сонная тишина в сонном корабле. Слышно, как вентиляторы серверного модуля протягивают сквозь себя воздух, как щёлкает светодиодный индикатор, испуская в свободный полёт свои фотоны, как хрустит капля конденсата, стекающая по стене на пол. Сонная тишина в сонном корабле.

Экипаж покоится в капсулах гибернации, и системы жизнеобеспечения работают лишь в небольшой части корабля - там, где это действительно необходимо. Кругом покой, полумрак и лишь искрящиеся пылинки роятся возле тусклых ламп дежурного освещения.

Откуда-то издалека, вырвавшись сначала в один коридор, потом спустившись по лестнице и расколовшись пополам, разлетаясь в две стороны, донёсся слабый, приглушённый приятный скрип. Так скрипит старое кожаное кресло - отголосок земного комфорта и уюта, столь необязательный на современных транспортных судах.

Движение только началось, и несколько десятых g, коими пока успело обзавестись судно, давали слабый намёк на подобие гравитации. Редкие капли, зависшие в неуверенности, лишь едва изменили форму, борясь с поверхностным натяжением. Но это временно: скоро будет достигнуто стандартное ускорение, которое заставит их устремиться в сторону противоположную вектору движения, и тогда они соберутся небольшими лужицами. А после, когда ускорение будет превышено, они растекутся, стараясь обратиться в тонкую плёнку. Превышать ускорение необходимо - это значительно сократит путь до врат и сделает полёт немного неприятным, но кому придёт в голову жаловаться на дискомфорт из гибернационной камеры.

Сейчас же, пока не завершился разгон, над прозрачным столом из прочного пластика левитировал стеклянный стакан-непроливайка, в который капитан только что впрыснул порцию виски. Ещё раз поскрипев кожаным креслом, с которым капитан намеревался практически сжиться, он в очередной раз испытал приятное акустическое удовольствие, наслаждаясь живым и тёплым звуком - звуком дорогого предмета интерьера, а не вездесущего пластика, заменившего всё и вся.

Капитан замер, но скрип всё ещё жил и доносился теперь уже из коридора. Скрип был другой, несколько раздражающий и местами даже противный. Мерный и прерывистый. Так скрипят подошвы корабельной обуви, предназначенной для хождения в условиях невесомости и малой гравитации.

Да-да, а как вы хотели? Это в фантастических рассказах корабли то вращаются, то рожают гравитацию из чудо-машин. На деле же обуздать гравитацию удалось только в одном устройстве – во «Вратах перехода», но для их работы нужна энергия звёзд. «Молния» такой энергией не обладает, хоть её и двигает реактор синтеза.

- Всё же какой противный этот скрип, – подумал капитан и сделал свой первый глоток, втягивая золотистую жидкость.

Пол и потолок кают и коридоров, да и вообще большинства корабельных поверхностей мощён специальной мелкой решёткой наподобие пчелиных сот: мелкие такие шестиграннички. На подошве обуви имеется множество невысоких цилиндриков в виде восьмиконечной звёздочки. Когда цилиндры во время ходьбы проникают в шестигранники, они противно поскрипывают. И не важно, поднимаете ли вы ногу или опускаете её - физика, будь она неладна. При таком контакте площадь соприкасающихся поверхностей столь велика, что человек спокойно удерживается на поверхности за счёт силы трения сцепившихся материалов. Ничего нового - человечество, как всегда, подсмотрело решение у природы. Вот только что ж она такая скрипучая - эта физика?

Шедший по коридору «скрипучий» мужчина привычно прошёл мимо шумонепроницаемых стёкол медицинского отсека. Сквозь плотную тонировку пробивались красные всполохи - скорее всего, работа медицинских лазеров. В блоке темно - там орудуют машины, а им свет без надобности, и оттого красные всполохи выглядят немного зловеще.

Мужчина поднялся на мостик, кивнул капитану и тоже уселся в кресло, но уже в простое пластиковое и совсем не капитанское.

Капитан сделал очередной глоток, доставая из кармана электронную сигарету. Затянулся, выпуская изо рта кольцо пара. Как же ему хотелось затянуться по-настоящему, но в космосе это невозможно. Корабельные системы очень скоро распознают дым и отреагируют самым адекватным образом. Дым, как порождение огня - верный предвестник неминуемой гибели.

В этом плане вахты для капитана были просто мучительными. Электронная сигарета создавала лишь видимость и на время обманывала, а прикреплённый к плечу никотиновый пластырь, по мнению капитана, вообще не давал каких-либо результатов.

«Молния» медленно поползла сквозь пространство бескрайнего космоса, направив свой взор к далёким звёздам, где её ждал портал перехода. Совсем недавно она совершила вынужденную остановку, и теперь ей снова нужно набрать скорость, необходимую для прохождения сквозь врата. Предстояло долгое двухнедельное путешествие к торговым путям: разгон и сумасшедший прыжок к заданной точке пространства - прыжок в десятки световых лет.

«Молния» была торговым судном и относилась к среднему классу тоннажа. Способная перевозить любые виды твёрдых и сыпучих грузов и лишь небольшое количество пассажиров: человек сорок, не больше. В этот раз она бороздила пространство с почти пустыми трюмами. Вряд ли контейнеры с сублимированными и замороженными продуктами можно назвать достойным грузом. Да, команде этого бы хватило лет на пять, но такой объём - ничто в сравнении с пустующим пространством. Однако пустота трюмов с лихвой компенсировалась ношей, закреплённой на внешних опорах судна. Огромная, километровая оранжерея, предназначенная для какой-то станции дальних рубежей, полностью скрывала под собой корпус «Молнии».

Мужчина, что только что поднялся на мостик, был худощав, даже, возможно, излишне сух. Высок и всем своим видом походил на пирата, сошедшего с борта «Моржа» вслед за капитаном Флинтом. Угловатое треугольное лицо, чёрные как смоль длинные волосы, увязанные в хвост, прищурый взгляд и испанская бородка завершали его образ отважного флибустьера.

Но «Молния» - не пиратский корабль. Её экипаж, вполне законопослушные с виду граждане, состоит на службе торгово-транспортного флота, но это никак не мешает ему промышлять контрабандой и кое-какой совсем уж незаконной деятельностью. Искин этого судна давно вывернут наизнанку и смиренно закрывает глаза на всё происходящее на борту во многом благодаря пришедшему пирату. Это его вмешательство в основные директивы ядра искина позволяет обходить некоторые законы и уложения.

Вот и сейчас в судовом журнале не осталось ни единой отметки, что команда только что приняла неучтённый груз от беспилотника, впрочем, как нет и сведений об изменении маршрута. Никто даже не узнает, что «Молния», вопреки всем лоциям и полётным заданиям, посетила проходную, забытую всеми богами систему Дека.

Место вовсе не примечательное - таких полно в галактике. Балом здесь правят две звезды – красная и голубая. Обе чуть крупнее Солнца. Такие бинарные системы пилоты ласково зовут «женихом и невестой». В самом сердце системы - голубая, а вокруг неё водит свой хоровод красная. Иногда здесь бывает очень красиво, когда невеста подворовывает атмосферу у своего горячего женишка. Но дружить они будут недолго - по звёздным меркам. Всего какой-то миллиард лет, и невеста выпьет все соки из своего спутника. И тогда… - вариантов развития немного.

Единственная планета этой системы - газовый гигант по имени Дека 1А с единственным же спутником Дека 1Б. Благодаря своим светилам они тоже не долгожители. По причине гравитационного скандала, который устраивают звёзды, планеты неумолимо приближаются в самый эпицентр этих разборок и вряд ли увидят кончину голубой звезды. Учёные говорят, что через пятьсот, максимум шестьсот миллионов лет газовый гигант утратит стабильность своей орбиты и неизбежно рухнет на звёзды. Но перед этим они растерзают его в своей кровожадной гравитационной драке.

Но мы ещё вернёмся к этим планетам, и в дальнейшем для простоты повествования именно луну газового гиганта я буду называть просто Декой - так что, не удивляйтесь.

Сейчас же предлагаю вернуться на «Молнию», где и произойдёт начало нашей истории.

На палубе грузового трюма, совсем недалеко от шлюза, заботливыми руками пирата закреплён к стене и полу увесистый шкаф на колёсиках. Почти метр на метр в основании и высотой под два метра, он снабжён бронированными стенками, отпечатанными из особого материала: смеси тугоплавких металлов, сверхпрочного пластика и керамики непосредственно вокруг содержимого этого шкафа. Внутри него я - ваш покорный слуга и рассказчик. Причём когда я говорю о слуге, имею в виду буквальное значение этого слова. Но… обо всём этом позже.

Сейчас нас должно интересовать то, что происходит на мостике, а чуть позже - то, что случится в пространстве космоса.

Капитан - невысокий коренастый мужчина с круглым лицом, маленькими ушками, пухлыми губами и коротким ёршиком волос на голове - не оборачиваясь, протянул руку к фиксатору на краю стола. Всё так же не оборачиваясь, он извлёк из него початую бутылку виски и стакан. Поставил на стол, предлагая пирату самому поухаживать за собой. Треть g, что уже успело набрать судно, давали ощущение приятного комфорта, а главное - позволяли вещам и людям окончательно утвердиться в пространстве, определяя верх и низ.

- Принял? – сухо спросил капитан.

- В лучшем виде, – отрапортовал пират. – Это что-то невероятное. Руки чешутся от желания заглянуть внутрь.

Капитан взглянул на пирата из-под бровей неодобрительным взглядом - казалось, он не считал эту затею удачной.

- Есть чёткое указание: спрятать и не прикасаться, – напомнил капитан, наполняя свой тон властью, данной ему его положением и званием.