Go to audiobook
В большой комнате был экспромтом накрыт простецкий стол. С одной стороны к нему придвинули кровать, с другой установили диван. Включили магнитофон, и начался праздник. Новоселье! Мои друзья, временно перепрофилировавшиеся в грузчиков, именно этого самого момента, похоже, только и ждали.
Гуляли хорошо. Через пару часов праздника, принялись обзванивать общих знакомых, зазывая тех на нашу стихийную пьянку.
«Пусть, все приходят!» – без каких-либо раздумий отвечал я на любое предложение. Признаться, своей невероятной радостью мне хотелось поделиться, да, хоть со всем городом.
Одни гости сменяли других. Пели, танцевали, устраивали какие-то простецкие игры. Дважды мне приходилось бегать в соседний магазин, дабы пополнить запасы спиртного. По самым приблизительным прикидкам, через мою новую квартиру в тот день прошло человек тридцать, а то и больше – кто ж их считал. В общем, новоселье удалось. Было оно именно таким, каким, собственно, я его и представлял.
С наступлением позднего вечера, к выходу потянулись даже самые стойкие гости. Ну, а ближе к полуночи я вышел на лестничную площадку для того, чтобы проводить своего последнего визитёра, слегка задержавшегося Серёгу.
– Ну, спасибо тебе, дружище, за столь весёлый праздник!.. – моему чуть перебравшему другу тяжело давалось каждое слово, потому и говорил он сейчас как-то заторможено, несколько на распев. – …Если надумаешь ещё куда-то переехать, так ты звони!.. Обязательно буду!
– Нет уж!.. – я категорично махнул своей головой. – …Впечатлений от данного переезда мне, пожалуй, лет на десять хватит. Теперь ваша очередь приглашать меня на свои новоселья. И чтоб веселуха была не хуже нынешней.
– О-о!.. Когда это будет!.. – усмехнулся в ответ Серёга. – …Не думаю, чтоб и мне, вот так же улыбнулась удача. Чтоб буквально с неба свалилась на меня столь шикарная квартира. Олег, теперь тебе самое время подумать о хозяйке новых апартаментов. Ни то, ты и эту «конфетку» очень скоро превратишь в очередную мрачную холостяцкую берлогу.
Тут-то я и подметил, что моему другу с огромным трудом даются не только слова, но и шаги.
– Серёга, может, останешься? Переночуешь здесь, а утром, слегка подлечившись, ты и отправишься бодрячком восвояси! – предложил я.
– Нет-нет, ни в коем случае! Ты ведь сам прекрасно знаешь о том, что я не могу уснуть в чужих стенах. Ворочаюсь, брожу, хватаюсь за сигарету. Короче, в каком бы я ни был состоянии, а домой обязательно возвращаюсь.
– В таком случае, давай я такси вызову! – мне с огромным трудом удалось удержать Сергея за рукав.
– Сам поймаю!.. – возразил он, отдёрнув руку. И тут в поле зрения моего товарища, похоже, попало нечто интересное. Не моргая, он уставился на что-то, стоящее за моей спиной. – …Дружище, ты почему не сказал, что на твоей лестничной площадке имеется лестница!..
Я обернулся в ту самую сторону, куда, собственно, и смотрел сейчас мой поздний гость. Самое удивительное заключалось в том, что за вчерашний и сегодняшний день, десятки, а то и сотни раз спускаясь и поднимаясь к своей единственной на этаже квартире, я ни разу не обратил своего внимания на массивную деревянную лестницу, пристроенную в противоположной стороне лестничной площадки. Она упиралась в самый потолок. Точнее, в чердачный люк. Вполне возможно, что эта самая лестница ещё долго оставалась бы мною незамеченной, потому как окрашена она была в один и тот же, тёмно-зелёный цвет, что и стены подъезда. Та лестница, как бы сливалась с общим фоном.
– Сейчас проверим!.. – ответил я, и тотчас направился к внезапно обнаруженному объекту. Взобравшись по ступенькам на самый верх, я надавил рукой на чердачный люк, собираясь немного его приподнять. На крышке данного люка не было ни замков, не иных запорных приспособлений, потому и предположил я, что запросто смогу заглянуть вовнутрь чердачного пространства.
Однако крышка вовсе не поддалась не только лёгкому толчку, но и приложенному к ней чрезмерному усилию. Я даже предположил, будто бы кто-то или что-то удерживает ту крышку сверху, с обратной, чердачной стороны.
– Давай, помогу! – вызвался Серёга.
Кое-как взгромоздившись на верхние ступеньки, он встал рядом со мной. Теперь наша сила удвоилась. На счёт «три», мы даванули на люк с таким усилием, что тоскливо заскрипела древесина, как под нашими ногами, так и на самом чердачном люке.
И тут вдруг случилось нечто, заставившее меня вздрогнуть. После оказанного на люк избыточного давления, он будто пробка из бутылки шампанского, подлетел вверх, отворившись настежь, и с грохотом обо что-то ударился. Там, наверху в полной темноте чердачного пространства, я лишь успел разглядеть убегавшие прочь от люка голые женские ноги. Ту же самую картину, скорей всего, разглядел и Серёга. Потому как, вновь спустившись вниз, на этажную площадку, он поспешил дать мне весьма полезный совет.
– Ты видел, как пятки её засверкала? Голову даю на отсечение, эта барышня из бродяг.
Похоже, какие-то бездомные уж давно облюбовали твой чердак. До твоего заселения этот самый подъезд, по сути, стоял пустым и открытым, вот они и расповадились. Как можно скорее повесь-ка ты, дружище, замок на этот самый люк! Не дай-то Бог, те бездомные начнут жечь костры, чтобы погреться!.. Так и спалят они, к хренам собачьим, твою новую хату!..
Странным образом, но, ни в мою, ни в Серегину голову в ту минуту вовсе не пришла элементарная мысль о том, что к вечеру на улице прилично похолодало. Что мороз опустил столбик термометра ниже отметки в минус тридцать градусов. Тогда как эта несчастная была абсолютно голой, на продуваемой всеми ветрами крыше. Очевидно, мы были чересчур пьяны, чтоб трезво оценить увиденное. К тому же, я чувствовал себя чертовски разбитым и уставшим.
Проводив Сергея до угла дома и усадив того в «тачку», я вернулся домой. Выключил свет и обессиленный рухнул на кровать. Уборка стола, разбор вещей, а также приведение квартиры в маломальский порядок – все это будет завтра, в воскресенье. Сейчас же, мне требовался крепкий, спокойный и долгий сон.
Глава 4
Говорят, будто бы, в первую после переезда ночь, новосёлам обязательно сниться вещий сон о том, что может ожидать их в будущем. Уж и не знаю, правда ли это или обычное суеверие, да только меня, после вчерашней бурной гулянки, вдруг посетило довольно странное и труднообъяснимое видение.
Если кратко, то увидел я следующее. Будто бы мне, как «участнику боевых действий», военкомат вдруг выделил квартиру. Располагалась та квартира на первом этаже только-только отстроенного девятиэтажного дома. Все бы ничего, вот только дом этот, по иронии судьбы, был воздвигнут поперёк широкой пешеходной дорожки, наикратчайшим образом соединявшей автобусную остановку с крупным промышленным предприятием. Большинство работников данного предприятия, десятилетиями привыкшие к этой самой народной тропе, продолжали ею пользоваться, как во время строительства (маневрируя между аккуратными стопками кирпича и лабиринтов голых бетонных плит), так и после завершения строительных работ. Привычка следовать годами сложившимся маршрутом, осталась у работяг и после заселения моего дома. По чёткому графику, начиная с семи утра, дружной колонной они наглым образом проникали в мои кухонное окно и, минуя все помещения квартиры, бесцеремонно выпрыгивали на улицу через окно моей спальни…
А теперь скажите: вот к чему мог присниться столь идиотский бред?
Очнулся я от жуткой жажды и сухости во рту. За окном ещё было совсем темно. Это могло быть и три, и четыре часа ночи, и даже семь часов утра – ведь ночи зимой весьма и весьма длинные. К тому же, после столь бурного вчерашнего вечера, я с трудом ориентировался не только во времени, но и в новом для себя пространстве квартиры.
Продолжая возмущаться доставшейся мне во сне ни то квартирой; ни то проходным двором, я присел на край кровати и на ощупь попытался отыскать на всё ещё неприбранном столе хоть какую-то ёмкость с живительной влагой. Неудачно попадая своей пятерней то в остатки салата, то в тарелку с солёными огурцами, я всё продолжал и продолжал искать не только воду, способную погасить тотальную «засуху» моего организма, но и смысл недавнего сумбурного сновидения.
«А чего тут, собственно, гадать? Через мою реальную квартиру, вчера прошло уж слишком много народа. Потому и не мудрено было увидеть в приснившемся жилье нескончаемый людской поток!..» – усмехнувшись, я поймал-таки блуждавшей по столу рукой, пластиковую бутылку «минералки».
В два глотка я осушил её до самого дна. Теперь, после утоления жажды, в самый раз было и закурить. Постепенно привыкая к темноте, я привстал на ноги и вгляделся в поверхность стола, уже визуально пытаясь найти свою зажигалку и ярко-красную пачку «Мальборо»…
И тут меня словно током шибануло. Дело в том, что на противоположном от стола диване я вдруг разглядел абсолютно голое женское тело. По всей видимости, дама спала.
«Твою ж мать. Кто это ещё?.. Девок мы вчера, как будто бы, не приглашали… Быть может, пацаны решили надо мной подшутить. Взяли, да и подсунули мне по-тихому эту шлюху. Ну, там… В качестве подарка на новоселье. Нет-нет, ведь я лично проводил каждого из гостей. Сергей был последним. После чего, я и запер за собой входную дверь. При этом никаких баб в квартире уж точно не было. Хотя, стоп!.. Как же я, чёрт побери, подзабыл? Ведь я выходил вчера на улицу, оставив входную дверь не запертой. По-видимому, пока провожал последнего под задержавшегося гостя, та чердачная бестия, которую мы с Сергеем видели на крыше, успела спуститься в подъезд и прошмыгнуть в открытую квартиру. После чего, она преспокойненько завалилась на мой тёплый диванчик!..»
От подобной дерзости мой сон как рукой сняло.
«А если она здесь вовсе не одна?..» – в моей, не совсем ещё трезвой голове вдруг мелькнуло новое жутковатое предположение. И словно в подтверждение выдвинутой мною версии, где-то в районе кухни, кажется, что-то звякнуло. Нащупав в куче сваленных вещей твёрдый и увесистый предмет, я решил застать неприятеля врасплох.
Передвигаться в кромешной тьме по ещё не очень-то и знакомому мне жилищу, было вовсе не просто. Я спотыкался; натыкался на какие-то сумки, мешки; бился плечами и локтями о дверные косяки и стены. Правда, делал я это (как мне тогда казалось) совсем тихо. Кое-как выбравшись в длинный коридор, затаил дыхание и на цыпочках приблизился к заветной кухне.
В отличие от тёмного коридора, кухонное пространство зловеще освещала полная луна, свет которой пробивался сквозь ещё не зашторенное окно.
Осторожно заглянув вовнутрь и осмотревшись, я понял, что здесь никого нет. Однако не успел я перевести дух, как тотчас ощутил за своей спиной чьё-то присутствие…
Бывают, знаете ли, такие напряжённые моменты, когда к интенсивной работе головного мозга подключается ещё и спинной мозг. Именно он, в мои военные годы не раз спасал мне жизнь. Вот и сейчас, всем своим хребтом я вдруг ощутил, как кто-то был совсем рядом. Причём этот «кто-то», оказавшись у меня за спиной, имел в стратегическом плане значительное преимущество. От данного, внезапного чувства опасности, меня даже прошиб холодный пот. Отчасти я обезумел от страха.
Молниеносно развернувшись, со всей дури я долбанул своим увесистым предметом в черноту коридора. Туда, где и должен был стоять тот таинственный и ужасный некто. Моя «дубина», просвистев в воздухе, описала дугу и наткнулась на нечто твёрдое. Раздался звон бьющегося стекла, и я вспомнил… Что, кажется, именно здесь, возле кухни мы и оставили коробки с ещё не распакованной посудой.
Тут уж было не до шараханий по темноте. Я щёлкнул выключатель. Коридор вмиг осветился яркой лампочкой, висевшей под самым потолком. Лишь после этого, я с облегчением понял, что вокруг меня никого нет. А с посудой… Да и чёрт с ней с этой посудой. Уверенным шагом мне пришлось обойти все квартирные помещения, я везде включил осветительные приборы. На душе моей как будто бы стало поспокойней. Убедившись, что в квартире нет каких-либо живых существ (не считая той, развалившейся на моём диване барышни), я вернулся в зал.
Казалось, что от грохота, учинённого мною в коридоре, мог подняться даже мёртвый. Однако голая деваха вовсе не проснулась и уж тем более не поднялась с дивана.
– Рота, подъём! – взревел я голосом американского киношного сержанта.
Никаких ответных реакций со стороны бродяжки вовсе не последовало.
На данную минуту я стоял в дверном проёме, потому и не мог её видеть. С данного ракурса обзор мне загораживала спинка дивана. Потому и пришлось мне подойти ближе, дабы уже силой выдворить наглячку из своего жилища.
– А ну, сучка, вставай!.. – рявкнул я и резко тряхнул даму за плечо.
И та, словно ватная, легко поддавшись на движение моей руки, перевернулась на спину. В начале, я увидел её широко открытые и недвижимые глаза. Затем, в поле моего зрения попало большущее багровое пятно на диване. Как раз там, где только что лежало её тело. И лишь в самом конце, взгляд мой в ужасе уперся в рукоятку длинного армейского ножа, торчащую сейчас из окровавленной груди девушки.
Нож был моим, он остался у меня ещё со службы. Тогда как дама была мертва. Причём, судя по температуре её мертвецки холодного тела, убили несчастную уже давно. Как минимум, пять-шесть часов назад.
В тупой панике, охватившей весь мой разум, я отдёрнул руку от трупа. Мои мысли закрутились с неистовой скоростью. Машинально я глянул на часы. Без четверти шесть. То есть, укокошили девку сразу после ухода Сергея. Или может, чуть позже. Подчиняясь какому-то неизвестному мне позыву, я зачем-то выдернул из недвижимого тела орудие убийства. Наверное, то был инстинкт самосохранения. Ведь чего бы я ни сделал в дальнейшем, чего бы ни предпринял, а моего армейского инвентаря рядом с трупом, ни в коем случае быть не должно. Я точно знал и был в этом абсолютно уверен, что к данному убийству я вовсе не причастен. Так зачем же оставлять на месте преступления прямую улику против самого себя?
За каких-то несколько лет без войны, я успел отвыкнуть от обыденности созерцания мёртвого человеческого тела. Потому, освободив убитую от стального клинка, меня и начало слегка подташнивать, рвотные позывы подкатились к самому горлу.
Первый шок, вместе с тошнотворной брезгливостью прошли довольно скоро. Усилием воли я все же заставил себя реально, без излишних эмоций оценить сложившуюся ситуацию. Факт убийства и смерти посторонней девушки, как говориться, был на лицо. Теперь же, мне следовало взять себя в руки и не торопясь придумать единственно правильный план своих дальнейших действий.
Итак, первое. Кем могла быть покойница при жизни? Бегло, но вполне внимательно осмотрев её с ног до головы, я пришёл к неожиданному для себя выводу. Мёртвая девица, лет двадцати, вовсе не тянула на бомжиху. Нежная и ухоженная кожа. Чистые волосы, уложенные в аккуратную причёску. Симпатичное лицо, чуть подправленное косметикой. Стройное, возможно тренированное тело. Все это говорило скорее об обратном. Если бы убитая была жива, я наверняка нашёл бы её привлекательной и чрезвычайно сексапильной.
«Тьфу ты, о чём это я?..»
Второе. Со стопроцентной уверенностью я мог поклясться в том, что видел убитую барышню впервые и до сего момента наши пути с ней, никоим образом не пересекались. Вывод, вроде бы напрашивался сам собой. Кто-то подставил меня по полной программе. Без малейших намёков и возможностей на моё последующее оправдание.
Судите сами. Десятки людей, из числа гостей и незнакомых мне людей из соседних домов, наверняка, смогут подтвердить, что вчера в моей квартире была грандиозная гулянка, растянувшаяся с полудня до полуночи. Громкую музыку и наши весёлые крики слышала вся округа. Приглашённых было чересчур много. Среди них запросто могла затесаться и убитая. Ну, и мотивов для совершения тяжкого преступления, можно так же «накопать» массу. От элементарной ревности и случайной поножовщины, до неудачной попытки изнасилования. Короче, «бытовуха» в чистом виде. И, как итог: статья лет, этак, на пятнадцать.
Если чисто гипотетически предположить, что, к примеру, ответит тот же Серёга, если нынче его спросят о вчерашнем дне. То есть о том, что он из того дня помнит. Сергей, конечно же, не ответит, сколько литров спиртного он выпил накануне. А вот голые женские ноги на моем чердаке в двенадцать часов ночи, Сергей припомнит обязательно. Ведь последнее событие было более эмоциональным, потому и более запоминающимся, нежели что-то иное. В общем, где не копни, я повсюду остаюсь в полной заднице. Да, ещё и этот грёбаный нож.
«Вот, мля, и погуляли!..»
Теперь следующий вопрос. Кому может быть выгодно скинуть на меня данную «мокруху»? Получив ответ на данный вопрос, можно будет запросто очертить (хотя бы предположительный) и круг возможных подозреваемых, среди которых наверняка и окажется настоящий убийца.
Здесь, пожалуй, следует отметить один немаловажный момент, при котором каких-либо злейших врагов и тем более тех, кто готов был пойти на столь изощрённую подставу, я вовсе не имею. Всегда считал себя человеком не конфликтным, компромиссным и вполне коммуникабельным.
Получается, дело тут вовсе не во мне, а в девушке… Точнее, в её убийстве. Кому-то очень нужно было лишить её жизни. При этом перевести «стрелки» на первого, подвернувшегося под руку… И этим первым, к великому сожалению, оказался именно я.
«Кто ж подрезал тебя, бедолага?.. Кому перешла ты дорогу?.. – всматриваясь в лицо убитой, я словно пытался найти на нём ответы на свои многочисленные вопросы. Тяжело, знаете ли, с похмелья, да с квадратной головой, здраво мыслить. – …И, вообще, что ты за птица, если твою смерть так тщательно обставили? Если не бродяжка, если попала в мою квартиру не по своей воле?.. Стоп!.. – этот заданный самому себе вопрос в одно мгновение меня же и протрезвил. – …А если убили девушку вовсе не здесь, не в моей квартире? Если принесли её сюда уже мёртвой? Дождались, когда я усну, и тихо прошли в комнату… Так-так, думай-думай! А у кого мог быть дубликат ключей? Ну, конечно! Как я сразу о том не подумал. Ведь ключи могли запросто быть у мамонтовских бандитов. И затеял-то весь этот цирк с переездом и трупом, наверняка, именно он… Вот вам и вор, перешедший на мирные рельсы. Сука.
Выходит, не обманула меня цыганка. Да и Борька, напророчивший: дескать, обмен этот обязательно выйдет мне боком. Он так же, вовсе не ошибся!..»
С прискорбием можно было констатировать лишь одно. Моя размеренная и спокойная жизнь, о которой я так мечтал ещё с армии, уже закончилась. Она превратилась в какие-то американские горки, где неожиданные и головокружительные взлёты чередуются с внезапным падением в пропасть. Кажется совсем недавно, буквально вчера, я был самым счастливым человеком. Дух захватывало от стремительного подъёма. А уже сегодня мне хотелось закрыть глаза и не видеть, как мчусь я на самое дно бездны. Оставалось лишь надеяться на то, что когда-то я все же коснусь низшей критической точки, сменив направление движения на противоположное.
«Ну, хорошо! Убийц, предположим, я уже вычислил. А с телом-то мне, что теперь делать? Увезти куда-нибудь?.. Зарыть?.. Бросить в прорубь?.. Избавиться от него окончательно и бесповоротно! Как говориться: нет тела, нет и преступления. В конечном итоге, девушка мне никто и ей уже не помочь. Так ради чего я буду тянуть за какого-то упыря этот непосильный крест?
А если убийца только того и ждёт, когда я начну избавляться от тела?.. Стоит сейчас в какой-нибудь подворотне и ждёт той самой минуты, когда я начну метаться по двору с этим чёртовым телом, дабы сдать меня ментам. Что называется: с поличным, со всеми уликами и доказательствами. Чтоб наверняка.
Нет, тварюга! Такого щедрого подарка я тебе, уж точно, не предоставлю!..»
По-прежнему пристально вглядываясь в открытые и остекленевшие глаза мёртвой девки, я вдруг чётко уловил улыбку, скользнувшую на бледных губах убитой. Готов поклясться на что угодно – это действительно была улыбка. Причём, появилась она в тот самый момент, когда мне в голову только-только пришла мысль о том, что избавляться от трупа я точно не буду. Словно она одобрила мои ближайшие планы.
Конечно же, я прекрасно понимал, что подобная мимика на лице убитой могла появиться из-за каких-то внутренних процессов. Ну, там… Расслабление отмирающих мышц или ещё чего-то в этом роде. Однако улыбка на лице покойницы, да ещё и в пустом доме выглядела, пожалуй, чересчур жутковато, чтоб это могло быть просто случайностью.
В немой панике я вскочил на ноги. Налил полный стакан водки и залпом выпил его до дна. Затем оделся и вышел на улицу. Уже там, на свежем воздухе я зашвырнул свой окровавленный армейский нож куда подальше, в самый отдалённый и глубокий сугроб. Достал из кармана «мобильник» и набрал короткий номер.
– Алло, милиция? В моей квартире труп!..
Глава 5
Вызванный наряд долго ждать себя не заставил. Видать, не каждый день в местное РОВД поступает сообщение о случайно найденных мертвецах. Это вам на жалобы на соседей или бытовые кражи, куда менты не особо-то и спешат. Убийство – совсем иное дело. Тут с райотдела особый спрос.
Уже через пару минут я услышал звук сирены. А следом за ней во двор вкатился жёлтый милицейский Уазик с синей полосой на борту и фиолетовыми проблесковыми маячками на крыше. С ходу тот отечественный внедорожник подкатил к нашему дому.
– Эй, парень! Где тут тринадцатая квартира?.. – первым из машины выпрыгнул милиционер в ранге лейтенанта. – …С этим чёртовым домом, у нас вечно какая-то путаница выходит! Третья квартира может запросто быть во втором подъезде. Тогда как двадцатая, вдруг окажется в первом. А вместе с десятой, на одной и той же лестничной площадки может соседствовать как пятая, так и первая!..
– Да, здесь она, здесь, тринадцатая-то! На втором этаже!.. – усмехнулся я. Со стакана водки, совсем недавно упавшего на старые «дрожжи», меня довольно быстро развезло. –…Это я вас вызвал!..
– И где жмур? – лейтенант покосился на меня с нескрываемым подозрением. Вслед за лейтенантом, как горошины из стручка, из Уазика высыпали ещё трое вооружённых милиционеров.
– Там, наверху! В моей квартире! – ответил я, немного покачиваясь.
– Фу-у-у, мля!.. – лейтенант прикрыл свой нос ладонью. – …Да от тебя, скотина… Как от спирт завода, за версту свежаком разит. Сержант, накинь-ка на этого «огнедышащего дракона» браслеты… – и как только на моих запястьях защёлкнулись наручники, офицер уступил мне дорогу. –…Веди, показывай!
В сопровождении милицейского эскорта, я поднялся на свой этаж. Вошёл в квартиру и, остановившись на пороге злополучной комнаты, указал сотрудникам правоохранительных органов необходимое направление.
– Она там, на диване!
– Всем стоять здесь! Не топтать следы!.. – распорядился лейтенант. Сам же, едва ли не на цыпочках, осторожно прошёл вовнутрь комнаты. Глянул на диван. Обошёл вокруг него дважды. Заглянул под стол. После чего, ещё раз поинтересовался. – …А труп, собственно, где?
– Я же говорю: на диване! – вопрос мента меня просто взбесил. Наплевав на всякие там запреты, я шагнул вовнутрь комнаты.
Однако приблизившись к своему злополучному дивану, я и сам замер в оцепенении. Потому как там, где только что (каких-то десять минут назад) лежало мёртвое тело, сейчас было абсолютно пусто. Ни убитой, ни багрового кровяного пятна.
Ничего не понимая, я огляделся по сторонам и, точно так же, как и минутой ранее это сделал лейтенант, машинально заглянул под стол. А вот там я кое-что узрел. Нет, вовсе не мёртвую девицу. Под столом валялся совсем недавно выброшенный мною в сугроб, армейский нож! Правда, на сей раз, на его клинке почему-то отсутствовали пятна крови. Такая, знаете ли, невероятная и ничем не объяснимая метаморфоза.
Трогать тот нож, я естественно не стал. Поднявшись, я уставился на офицера милиции в немом, переполненном растерянностью вопросе.
– Парень, быть может, нам не стоит терять понапрасну время? Скажи честно: дескать, этот труп привиделся тебе в пьяном бреду!.. – желваки лейтенанта угрожающе заплясали. Похоже, он был уже на пределе. Я видел, как из последних сил он пытался изобразить на своём лице некое хладнокровие. Тут достаточно было лишь одной, пусть и самой малой искры и все его мнимое внутреннее равновесие, тотчас разрушится. Вот тогда, вне всяких сомнений, мне придется несладко.
– Как будто бы… Он был здесь… – моя прежняя уверенность, несколько поиссякла.
– Архипов!.. Степанов!.. – лейтенант обернулся к своим заскучавшим подчинённым. – …Начинаем обыск! Ищем мёртвое тело. Либо что-то с ним связанное. На все, про все, даю вам не более десяти минут!
Милиционеры вернулись в комнату значительно раньше означенного офицером срока. Вернулись ни с чем. Да, и искать-то им, собственно, было негде. Основные помещения по-прежнему оставались пустынными, ничем не заставленными. Потому как квартира моя являлась фактически не обжитой. Что же касаемо всевозможных тюков, не распакованных коробок и пакетов, сваленных в зале в одну большую гору, так перетряхнуть их за пару-тройку минут, сотрудникам правоохранительных органов особого труда не составило. Меж тем, человеческое тело, пусть и мёртвое, совсем не иголка в стоге сена. Просто так, под ковёр или за дверь его не спрячешь.
– Что ж!.. Не нашли, значит не нашли!.. – пожал плечами лейтенант. После чего, обратился уже ко мне. – …Присаживайся! Протокол будем составлять!
– Командир, побойся Бога! Какой, на фиг, протокол?.. – усмехнулся я. В данную минуту моя душа ликовала. Каким-то неизвестным мне образом свершилось невероятное. А быть может, та жуткая картина и в правду была лишь моим кошмарным сновидением. Либо именно сейчас, я и прибываю во сне. – …Трупа-то нет!
– Вот именно, что нет!.. – согласился со мной офицер. – …Зафиксируем факт хулиганства. Ложный вызов наряда милиции, деяние наказуемое. После чего, мы заберём тебя на пятнадцать суток. Чтобы впредь неповадно было.
– Быть может, мы как-то по-иному договоримся? – вполголоса я попытался использовать свой последний, самый верный аргумент в подобных недоразумениях.
– Ребята, спускайтесь вниз, к машине!.. – приказал лейтенант, обращаясь к подчинённым. Проследив, как те покинут комнату, он вновь обернулся ко мне. – …Как я понял, ты у нас бизнесмен!.. Надеюсь, что сотка баксов тебя не шибко обременит. Тем самым ты компенсируешь затраты на бесполезный выезд, амортизацию автотехники и прочую, связанную с тем нервотрёпку.
– Не вопрос! Сотка, так сотка. Кстати, водочки замахнуть не желаете? – предложил я, кивнув в сторону стола.
– Не откажусь! Дежурство у меня, считай, уже кончилось. Да, и начальство в выходные дни не шибко жалует нас своим присутствием. Потому, наливай!
После второго стакана сорокаградусной лейтенант заметно захмелел и слегка разоткровенничался.
– Ваш гребаный дом, скажу я тебе!.. У нашего райотдела, как кость в горле. Тут ведь до ремонта, что было?.. Правильно! Сплошные «коммуналки» с общими кухнями. Ну, разве что в твоих нынешних апартаментах обитала одинокая старушенция, бывшая учительница, передовик народного образования. Ну, а в остальных квартирах ютился тот ещё контингент. Тунеядцы, алкоголики, судимые и прочее хулиганьё. В общем, сплошной опустившийся и разложившийся элемент. Что ни день, то драка. Что не праздник, так убийство, грабёж или иная поножовщина. После того злосчастного взрыва, когда газ шарахнул, когда стены дома разбросало по всей округе… Мы, уж было, с облегчением вздохнули. Посчитали, что накрылось то осиное гнездо медным тазиком. Видать рано обрадовались. Кажись, все заново начинается. Первый же новосёл… Причём, в самую первую ночь своего проживания вдруг отметился ложным вызовом и мифическим трупом. Представляю, какой дурдом нас может поджидать, когда заедут остальные постояльцы.
Парень, мой тебе дружеский совет: пока не поздно, беги-ка ты из этого, богом проклятого дома!..
И кто знает. Быть может, напрасно я не вникал тогда в пьяную болтовню мента. Возможно, в ту минуту, в гораздо большей степени меня интересовали иные вопросы. Куда, к примеру, подевалась мёртвая девка? Или как в квартире вновь оказался мой армейский нож, которым и была убита та самая несчастная? Ни в какую логическую цепочку эта пара вышеназванных фактов (то есть, исчезновение тела и внезапное появление в комнате орудия убийства) не укладывались. Если и предположить абсолютно фантастическую версию о том, что кто-то решил сыграть со мной злую шутку, то чисто физически ему вряд ли удалось бы это сделать. Не возможно, за столь малое время найти в сугробе нож, принести его в комнату, спрятать куда-то тело и, как минимум, поменять обивку (если ни весь диван целиком), дабы полностью избавиться от яркого и вовсе несмываемого пятна крови. Причём, все вышеозначенные манипуляции злоумышленник обязан был проделать, минуя входную дверь подъезда и лестничные марши. Ведь в ожидании наряда милиции, волей неволей, а я фактически контролировал эти самые, «стратегически важные» зоны.
Даже после того, как милицейский Уазик со счастливым лейтенантом покинул пределы моего нового двора, меня по-прежнему продолжали одолевать всевозможные сомнения и догадки. Несколько раз, я обошёл квартиру уже самолично. В поисках трупа заглянул туда, куда вряд ли, успели заглянуть милиционеры. При этом мой мозг все продолжал и продолжал выдвигать всё новые и самые нереальные версии случившегося. В конце концов, я сдался, списав произошедшую со мной невероятную историю на чрезмерное злоупотребление алкоголем и излишний стресс, накопившийся за последние сутки. Так бы, наверное, и забыл я о той привидевшейся мне мёртвой девки… Даже если б и вспомнил о ней когда-нибудь в будущем, то непременно с юмором и усмешкой. Однако, последовавшие за тем события, вновь заставили меня с содроганием вернуться памятью к передрягам нынешнего утра. Однако всему свой черёд.
Целый день, размеренно потягивая пивко, я занимался передвижением мебели, разбором и раскладкой вещей, завинчиванием в стены шурупов, мытьём полов и раскатыванием ковровых дорожек. Увлёкся я этой домашней работой так, что вовсе не заметил, как за окном совсем стемнело, и наступил поздний вечер. Лишь закончив с привидением квартиры в более и менее сносный человеческий облик, я и позволил себе небольшой отдых. Присел на диван и непроизвольно обратил внимание на часы. К тому моменту стрелки на них уже показывали без четверти двенадцать. А ведь у меня осталось незавершённым ещё одно, последнее из намеченных с утра дел. А именно, повесить замок на тот самый зловещий чердачный люк.