Read the book: «Абсолютно всё»
Глава 1
— Вить, да я тебе говорю, он у меня гопник какой-то, — Ксюша повернула голову ко мне. — Мне с ним даже не о чем поговорить.
— Так для чего ты с ним встречаешься тогда? — спрашиваю я её. — У него нет ни одного достоинства, судя по твоим словам. Одни сплошные минусы. Зачем тебе такой парень?
— Ну, он сильный, высокий.
— А тебе нужен кто? Атлант, который будет небосвод держать? Или человек, с которым ты будешь хотеть провести каждую свободную минутку? Насколько я знаю, ты по опорным колоннам не сильно тащишься.
— А мне мой вообще постоянно пытается запретить с вами, ребят, общаться, — произнесла Кристина. — Говорит, что не бывает дружбы между парнем и девушкой, всегда кто-то кому-то нравится.
— Значит, вы в меня влюблены, — Паша гордо задрал подбородок, делая важное лицо. — В целом, ожидаемо.
— Особенно я, — я приобнял Пашу за шею. Мы все рассмеялись.
— Да было бы неплохо, если бы вам такие как мы нравились, — голос Ксюши стал таким, словно она читала наставление на жизнь. — А то вон Витя. Ему постоянно какие-то истерички нравятся.
— И в чем противоречие? Они один в один как вы с Кристиной, — я перевёл взгляд под ноги, предвкушая реакцию девочек.
— Дебил совсем?! — голос Ксюши стал возмущённым. — Мы вообще-то нормальные девушки. А за такое можем и обидеться.
— Успокойтесь, я шучу, — я закатил глаза. — Вообще вам слово не скажи.
— Мы вообще-то девушки, с нами надо нормально разговаривать, а не как вы, мужланы, привыкли, — с тем же возмущением в диалог подключилась Кристина.
Я сменил тему нашего разговора.
На улице был тёмный вечер поздней осени. Сквозь тускло освещённые улицы разносился шум от нашей школьной компании. Наша прогулка подходила к концу. Мы с Пашей проводили девочек до их домов и разошлись. Всю дорогу в голове была мысль: зачем я связался с этими истеричками? Они постоянно жалуются. Обижаются. В чём заключается наша дружба?
Улица была пустой. Лёгкий снег покрыл тротуар.
Проходя очередной дом, я зацепился взглядом за девочку, которая шла вдоль тротуара на другой стороне. А с ней на поводке был чёрный доберман. Красавчик такой. Большой. Могучий. Да и хозяйка ему под стать. Очень милая. Какой у неё классный пуховик. Прямо как платье. Элегантный такой. Только попу, наверное, плохо греет. И шапка с помпоном такая…
Мои ноги поехали вперёд. Тело потеряло равновесие, и я падаю на заснеженный тротуар...
Зашибись.
— Живой? — Я открыл глаза и увидел над собой чёрную большую морду добермана, загораживающую стоящий рядом уличный фонарь, а за ним тот самый белый помпон. — Алло! Живой, спрашиваю? Что, говорить разучился?
— Да нет, просто, видимо, ты сегодня настолько сногсшибательная, что сбиваешь не только с ног, но и с мысли.
Девушка засмущалась, но быстро собралась.
— Что-то сильно ты, видимо, ударился. Скорую вызвать?
— Скорую не надо, но чтоб лучше дышалось, можно сделать искусственное дыхание, — я закинул руку за голову.
— Да без проблем, Граф это умеет.
Её пёс облизал мне лицо.
— Ещё надо? — девушка очень ярко улыбнулась.
Я встал со снега и выпрямился в полный рост. Вся куртка и штаны сзади были в снегу, и надо было отряхнуться. И тут я заметил, что отряхиваю себя не один. Мой взгляд упал на девушку.
— Не дёргайся, чумазик, дай мне тебя отряхнуть. Сейчас всё растает, и будешь ходить мокрый. Заболеешь. А кто за тебя будет в исторических боях участвовать?
Что за дерзость? Наглость.
— Да ты тоже в снегу, — я указал пальцем на её куртку.
— Где? — девушка наклонила голову, и в этот момент я легонько щёлкнул её пальцем по носу.
— Дурак!
Она начала бить меня перчаткой. А стояли мы ровно там, где я навернулся. В итоге мы поскользнулись вместе, и девушка упала мне на грудь.
— Не ушиблась? — прокряхтел я. Приземление вышло так себе.
Девушка немного потерялась, не понимая, что произошло. Её попытки встать, опираясь на меня, успехом не увенчались. Её рука скользила, и девушка вновь падала мне на грудь.
— А как тебя зовут? — решил я её спросить. — А то я не валяюсь в обнимку с незнакомками.
В этот момент девушка смогла приподняться на руках, и наши взгляды встретились. Она приподняла одну бровь, а её глаза будто спрашивали меня: «Что ты несёшь?»
Но какие это глаза… Они такие синие. Глубокие. Моё дыхание затихает.
Неожиданно снег застилает взгляд, а лицо становится мокрым. Девушка начала смеяться. Снегом мне в лицо?! Ладно! Я прижал своё лицо, которое было всё в снегу, к её. Она завизжала от холода. Снег на лице начал таять, и моя щека уже чувствовала её тепло.
Встав, я повторил свой вопрос:
— Так как тебя зовут?
— Ева.
— А меня Витя.
— А я знаю, — девушка улыбнулась и поправила шапку на голове. — Ладно, Витя, больше не падай, а то совсем голову растрясёшь.
Она позвала собаку и исчезла во дворах. Я продолжил путь домой.
Ева — красивое имя. Интересно, а она тоже одна из истеричек? Дерзкая такая. Ещё меня знает. Прямо девочка-загадка.
Глава 2
На улице было позднее утро, шёл третий урок, это была история. На передних партах свет был приглушён. Виктория Александровна рассказывала про времена правления Елизаветы Петровны. На фоне она показывала свою презентацию по данной теме.
А я смотрел в окно. Моя парта была далеко не первая и стояла у самого окна. Не, я люблю историю. Она мне интересна. Но и знаю я её хорошо. А сейчас история у нас шла по второму кругу. Поэтому, без угрызений совести, я погрузился в свои мысли и уставился на заснеженный двор соседнего дома.
Вдруг в окне этого дома я замечаю жирно написанную чёрным маркером надпись на листке формата А4, который держит в руках знакомая мне со вчерашнего дня девочка. На листке написано: «Учись давай!»
Вот засранка, указывает мне, что делать.
Мой взгляд устремился в её окно. Она была завёрнута в одеяло, из-под него виднелась розовая пижама, её светлые волосы были растрёпаны. И лицо какое-то странное сделала. Возмущённое.
Нужно ответить. Если напишу на листке — меня точно спалит учительница. Я обратил внимание на стекло. Часть школьного окна запотела. Сама погода была на моей стороне.
И пальцем я вывожу на нём буквы: «Не».
Блин. Это для меня «Не», а для неё «еН». Ладно, перепишу.
Интересно, видит ли она. Я присмотрелся к её окну. Какая она возмущённая там стоит. А я лишь победно улыбнулся и повернулся к доске.
Однако спустя пару секунд мне стало интересно, что она будет делать дальше. Она достала телефон? Зачем?
И тут я чувствую вибрацию телефона в кармане. Она меня нашла? Взяв в руки телефон, я увидел, что мне пришло сообщение от Кутузовой Евы.
Открываю.
«В смысле нет? Я не по-русски пишу? Учись давай, а то и так головой об землю часто бьёшься».
Я посмотрел опять на её окно. Она всё так же стояла с телефоном, но её взгляд был направлен на меня.
Она ждёт ответа? Хорошо, мой ход.
«Так, а почему ты не на уроках? Неужели вторая смена?»
«В одиннадцатом классе не бывает вторых смен вообще-то. Я заболела немного. Решила остаться дома и лечиться. А ты тему не переводи, почему ты вместо учёбы втыкаешь в окошко?»
«А я очень хорошо знаю историю, мне это не интересно».
«Так у вас ещё и история. Я же тебе вчера только говорила про то, что тебе надо быть готовым к историческим боям. А ты вместо того, чтобы повторять базу, просто сидишь и втыкаешь».
«Я же сказал, я историю знаю очень хорошо, мне незачем».
«Какая тема?»
«Правление Елизаветы Петровны».
«Кто был тайным мужем императрицы?»
«Разумовский».
«Какая война была при её правлении?»
«Семилетняя».
«Каких полководцев можно выделить в той войне?»
«Фридрих II, Румянцев, Салтыков, Апраксин. Так, стоп. Что за проверка знаний пошла? Мне не нужно твоё разрешение, чтобы ничего не делать на уроке, вообще-то. Расскажи лучше, как ты себя чувствуешь? Чем заболела?»
«В смысле тебе не нужно моё разрешение? Виктор, вы, наверное, немного попутали берега. Я значит тут забочусь об его уровне образования и подготовленности к скорому мероприятию, а он ещё возмущается».
Откуда она вообще знает про исторические бои? Мы с ней только вчера познакомились, а тут у неё уже есть какая-то информация обо мне?
«А откуда ты вообще знаешь про исторические бои? Я тебе про это не рассказывал. Ты что, следишь за мной?»
Я отправил сообщение и устремил свой взгляд на неё. Она прочитала и мило заулыбалась, как будто подтверждая, что знакома со мной не со вчерашнего дня, а намного раньше.
«А тебе всё расскажи, что и откуда. У тебя вообще-то урок, учись давай».
Она убрала телефон, спрыгнула с подоконника и закрыла шторы.
Меня одёрнула моя соседка по парте Аня.
— Что ты там постоянно то в телефон, то в окно смотришь? Увидел кого-то?
— Да я вчера с девочкой познакомился. Мы вместе на снегу лежали. А она, оказывается, напротив школы живёт. Вон, писала мне на листке указания, чтоб я учился, — я указал на её окно с закрытыми шторами.
— Интересно ты знакомишься, Вить, — усмехнулась Аня. — Только познакомился — и сразу в снег. А как её звать?
— Ева.
— Красивое имя. Что ещё можешь о ней рассказать?
— Невысокий рост, светлые волосы, большой доберман.
— Как много подробностей. Ладно, Адам, рассказывай, если будет что интересное. Может, это твоя «судьба»?
— Какая-то она дерзкая для «судьбы».
— Поживём — увидим.
Уроки закончились, я вернулся домой. Домашнего задания было немного, а делать его не хотелось вовсе. Меня больше волновала та синеглазая девочка, что упорно пыталась заставить меня её слушаться. Я завалился на диван, не переодевшись, и достал телефон.
«Ева, как ты себя чувствуешь?»
«Уже получше. Не нужно следить за твоей учёбой. А то сидишь постоянно, в окно втыкаешь вместо того, чтобы конспектировать материал урока в тетрадь. Безответственно, Виктор».
«А за мной не нужно следить, повторяю тебе. Я сам прекрасно со всем справляюсь. Лучше присматривай за собой, а то болеешь среди четверти».
«За собой некогда, пытаюсь хоть какую-то конкуренцию сохранить на исторических боях. А то если ты будешь не в форме, то мы первые просто без шансов».
«Наполеон в себя тоже верил...»
«Моя фамилия Кутузова, так что побеждать у меня в крови».
«А я бы на твоём месте как раз подготовился получше. Аустерлицкое сражение Кутузов проиграл».
«Он гениальным манёвром вывел армию из-под удара, чем смог её сохранить. В целом это поражением нельзя назвать».
«В боях так же будешь делать? Если запахнет жареным, сделаешь вид, что тебе плохо, и снимешься?»
«АХАХАХАХ. Кстати, отличное решение. Но не переживай, такого удовольствия я тебе не доставлю. А почему ты пишешь мне, а не садишься за уроки? Насколько я знаю, домашнее задание на сегодня у тебя есть. Потому хватит заниматься ерундой, садись за уроки».
«Так, кто тебе всё сливает — это раз. С чего ты взяла, что я собираюсь делать уроки, — это два? После школы я человек свободный».
«Ну-ну. Ничего не знаю, садись за уроки».
В тот момент меня начали злить её попытки заставить меня подчиняться.
«Надеюсь, в унитазе ты камеру не поставила?»
Но палец завис перед отправкой. Нет. Не буду отправлять. Я отложил телефон и назло Еве сел за компьютер.
