Read the book: «Сон о мечте»

Иван Николаевич откинулся от стола, потянулся и удовлетворенно закряхтел. Дело было сделано. Это всё! Осталось только продать квартиру, на вырученные деньги купить то, что нужно и собрать аппарат. Правда, нужно было ещё обзавестись оружием, но по нынешним временам это пустяк, были бы деньги, а их, как он надеялся, ему должно хватить на всё.

Квартира ушла довольно быстро, да и цену за неё дали весьма приличную. Когда он взял эти деньги, то руки его задрожали. Так много у него ещё никогда не было.

Слово "много" оказалось понятием весьма расплывчатым. Компоненты аппарата стоили гораздо дороже, чем он предполагал вначале. Да и с оружием начались проблемы. Сначала он хотел купить автомат, но где его взять? Ведь не в Чечню же ехать?! Там этого добра конечно много, но и шансов лишиться всего своего достояния вместе с жизнью не меньше. Поэтому пришлось ограничиться старым охотничьим ружьём, купленным у соседа. Иван Николаевич спилил ствол и приклад, и в результате получилось что-то напоминающее бандитские обрезы из фильмов. Для пробы он пальнул из этой штуки во дворе дачи и полностью остался доволен результатом. Дробь здорово долбанула по стене сарая, оставив на ней круг размером в пол-метра. "Главное, чтобы попасть и не убить, а там будь, что будет"– в который раз подумал он. «Не убить», это была та мысль, которая преследовала его постоянно. Смерть это конец всему, мёртвый не может измениться.

И вот наступил тот день, когда ждать больше было нечего. Аппарат готов, ружьё и патроны аккуратно уложены в маленький чемоданчик, за воротами дачи большой, и такой недобрый мир, а впереди то, что может вернуть ему счастье и покой. И Иван Николаевич нажал на пуск.

Машина деликатно пожужжала, мигнула зелёным глазком индикатора и перед глазами у него поплыло. Он не стал напрягаться и пытаться стряхнуть эту пелену, ведь даже если и наступит дальше темнота и небытиё, то это всё равно лучше чем то, что ждало его за стенами дачи.

Раньше Иван Николаевич был весьма уважаемым человеком. Работа в научно-исследовательском институте, статьи в журналах, пусть и небольшая, но известность в узком кругу специалистов, что еще можно было хотеть от этой жизни. А затем началось ЭТО. ЭТО прошлось по нему сломав и уничтожив всё.

В один недобрый день его жена уехала погостить к родным в Таджикистан и сгинула во вспыхнувшей там кровавой междоусобице. О том, что с ней стало, Иван Николаевич старался не вспоминать. Так он стал вдовцом.

Затем Иван Николаевич не заметил, как вместо своего привычного кабинета оказался стоящим у книжного развала и торгующим книгами. Как ему объяснили с экрана телевизора, это процесс очень прогрессивный и называется перераспределением трудовых ресурсов. После этого его единственного сына забрали в армию, откуда он уже не вернулся, сгорев в костре очередного «Конституционного кризиса».

Последняя капля упала. Жить больше стало незачем. И тут пришла ЦЕЛЬ. ЦЕЛЬ это то, к чему человек может идти всю жизнь, но так никогда и не дойти. А тут она была рядом. Рядом потому, что он вспомнил, что раньше, до того, как начать торговать книгами и услужливо улыбаться бандитам, собирающим дань с его лотка, он долгие годы торговал своими мозгами. Он занялся одной маленькой проблемкой, которая как-то никогда раньше ему в голову не приходила. Видимо новая жизнь здорово обострила его ум, потому что неразрешимые вопросы решились и сейчас он сидел и ждал пока рассеется муть перед глазами и станет ясно вышло или нет, сумел ли он оказаться в прошлом, двадцать с лишним лет тому назад.

Голова прояснялась долго. Сначала предметы приобрели более-менее твёрдые формы, затем они перестали шататься как пьяные. Когда всё успокоилось и он осмотрелся, то понял, что всё прошло успешно. Это был он, 1970 год. На дворе была зима, дороги полностью замело и на даче никого не было. Свежепостроенный дом ещё пах деревом и был неестественно чист. Иван Николаевич прошёлся по знакомым комнатам, провёл руками по стенам, увидел и вспомнил все недоделки, которые ему ещё только предстояло устранить, грустно вздохнул от захлестнувшей его ностальгии и стал собираться. Дорога ему предстояла долгая.

Он бродил перед большим домом уже третий день, а случая всё никак не представлялось. Тот, кого он винил во всех своих несчастьях никогда никуда не сворачивал со своего маршрута. Прямо из подъезда он шёл к машине и уезжал. Гоняться за ним у Ивана Николаевича не было ни какой возможности. Это только бандиты из ненавистных ему девяностых могли нагло разъезжать на роскошных иномарках и расстреливать свои жертвы из автоматов, а у него никакой машины нет. Чужую же он никогда угнать не сможет, а если вдруг и угонит, то абсолютно уверен, что первый же гаишник его остановит и арестует.

И вот наконец, когда на него уже стал подозрительно посматривать милиционер, постоянно дежуривший на углу, Ивану Николаевичу наконец-то повезло. Мужчина вышел из дома вместе с женой и неспеша отправился на прогулку вдоль проспекта.

Они шли прямо к нему. Иван Николаевич сжал за пазухой ружье и замер. Стрелять в живого человека оказалось очень не просто, даже если этот выстрел, на твой взгляд, может изменить историю. Остекленевшими глазами он смотрел, как супруги прошли мимо. Преодолевая тошноту, страх и отвращение к самому себе он достал обрез и выстрелил.

Бросив уже не нужное ружьё и скомканную записку со словами "За демократию" он побежал. Сзади раздавались крики раненного мужчины и женский визг, кто-то звал на помощь, кто-то ещё что-то кричал, а он бежал и всей душой ненавидел себя за то, что сделал.

Дальше был рев моторов милицейских машин, сердце, которое выскакивало из груди, сугробы, в которые он зарывался с головой, тамбуры электричек, какие-то алкаши, ночевки в подвалах и многое другое, чего и врагу не пожелаешь. Но в конце была родная дача, аппарат, уже знакомая пелена перед глазами и наконец, возвращение домой, в девяностые.

Когда муть перед глазами прошла Иван Николаевич осмотрелся и сразу же заметил разницу. Не было той грязи и разгрома, которые он оставил в комнате перед отправлением.

Звонить в дверь такой знакомой и родной квартиры было очень страшно. Он нажал кнопку звонка и быстро отдёрнул руку, будто опасаясь, что она его укусит. За дверью раздались шаги и знакомый голос спросил:"Кто там?".

Ответить Иван Николаевич не смог, потому что в горле у него пересохло. Впрочем этого и не требовалось. Жена всегда открывала дверь не дождавшись ответа.