Read the book: «Паранойя», page 3

– Что-то случилось? – раздался грозный, властный голос из-за спины.

Оглянувшись, я увидела рослую женщину, напоминавшую злобную воспитательницу-гистаповницу из кинофильмов, только хлыстика в руках не хватает.

– Всё в порядке! – с дружелюбной улыбкой ответила я и пошла прочь. За дверью я быстро двинулась по коридору и нырнула в первый попавшийся поворот.

Миновав несколько коридоров, стала рассматривать запястья людей. У многих были татуировки-метки: 4м12, 16к4, 24a9 и так далее. А у некоторых не было. Спускаясь и поднимаясь по лестницам, я поняла, что они означают: Первое число обозначает этаж, буква – крыло или статус крыла, последняя цифра – комната, где живёт человек. Все люди были помечены. Вот только не я!

Вечерело. Надо было искать убежище. Люди явно скоро пойдут спать, и инопланетяне тоже разойдутся по своим квартирам. В своих размышлениях я не заметила, как оказалась в пустынном коридоре. Последний встречный посмотрел на меня так недоверчиво, что вновь вернулась к реальности. Я остановилась, озираясь по сторонам. Белые стены коридоров освещались неестественно синим светом, доставляя глазам дискомфорт.

Многие из здешних коридоров были тупиковыми, и мне приходилось несколько раз возвращаться. На дверях уже не было табличек с номерами, вместо них появились… На скажем, что-то вроде непонятных иероглифов, совсем не похожих на китайские.

С ужасом я поняла, что попала в жилые помещения инопланетян, в их крыло. Если меня здесь поймают – мне конец. Возвращаясь из очередного тупика, я услышала беспокойные голоса. «Всё капец!» – Пронеслось у меня в голове, столько стараний, столько переживаний пережить, чтобы так попасться!

Тут вблизи меня открывается дверь и выходит собака. Большая такая, не знаю породу, но как маленький телёнок и волосатая, волосатая – шерсть длинная, как и уши, похожие на спаниелевские. Мордочка лысая. Я бы посмеялась, если бы не ждала появления хозяина. Но никто не вышел, и, когда я это поняла, дверь почти закрылась. Я кинулась к ней, протащив руку в проём, задержав её. Боль в руке была резкой, но времени на слёзы не оставалось. Ухватившись второй рукой за край двери, открыла её и проскользнула внутрь. Меня сейчас не волновало, как я объясню это жителям комнаты. Главное – меня не поймают! Представляете, я баловень судьбы! Там никого не было.

Из основного коридора я попала в тамбур. Справа от двери был встроенный шкаф на две створки, а напротив входа – стеллаж, на котором стояли книги, статуэтки, вазы причудливой формы и прочие мелочи. За ним шёл дверной проём. Заглянув в комнату, со стороны проема, увидела рабочий стол с полками и с тумбочками по бокам. Слева во всю длину комнаты располагался шкаф. Не совсем шкаф: где-то были дверцы, где-то нет; где-то на всю высоту, где-то наполовину. В конце этого шкафа стояло большое кресло, а за ним, напротив двери, опять полки с книгами и всякой ерундой. Справа, вплотную к стене, стояла огромная кровать. Житель комнаты, очевидно, был большим, раз такое ложе. Явно здесь жил один человек, причём мужского пола, как я поняла по одежде которая висела в шкафу.

В коридоре послышался шорох. Я бросилась к креслу, так как заприметила, что за ним в углу можно схорониться. Я замерла, навострив уши…

Он прошёл видно к столу, что-то положил, нет, бросил с каким-то презрением и произнёс:

– Как болят глаза. Сиарк, ты где? Что опять спишь? – Судя по всему, хозяин дома звал пса, который ушёл гулять без разрешения. – Сколько можно спать? Ты что весь день делаешь? Иди сюда. – Пришедший рухнул на кровать, ещё раз позвал пса и захрапел.

Я выглянула из-за кресла и, убедившись, что он спит, снова спряталась. Отодвинув чуток кресло расположилась удобнее и от усталости уснула, так же, как и он.

Проснулась от громких речей мужика:

– Выспался? Вот ты всегда такой бодрый по утрам, а к вечеру будто сдыхаешь.

Пёс то ли подскуливал, то ли мурлыкал. А когда хозяин насыпал ему корм, сильно зачавкал.

– Ешь, ешь, дружок, – теребил мужик холку собаки.

Я за всем этим наблюдала через отражение в вазе. Потом владелец комнаты переоделся в чистую одежду, достал её из шкафа, а грязную бросил на пол в угол около стола. Тут же открылся люк и одежда исчезла, пол вернулся в прежнее положение. Спустя десять минут мужик ушёл. Кстати, это был тот самый инопланетянин, который указал мне дорогу, куда бежать.

Потихоньку вышла из-за кресла. Пёс недовольно рыкнул:

– Даешь! Мне твоя еда не нужна.

Пёс посмотрел на меня внимательно, как будто поняв, что я сказала, и уткнулся мордой в чашку, продолжил хомячить свою еду.

Я приступила к детальному осмотру квартиры, но, кроме одежды в шкафчиках, ничего не поняла что там. Но сделала умозаключение, что в комнате много разных приспособлений для каких-то работ. Было даже оружие, это точно. Предметы включались или издавали гул, или вибрацию или загоралась лампочка, но больше ничего. Похоже, они реагировали только на хозяина или инопланетян. В письменном столе нашла ручку, карандаши и листки бумаги. Я выбрала чёрную ручку, чтобы написать номер на руке, чтобы никто не придирался.

Пёс закончил завтрак, собрался уходить.

– Как же ты открываешь дверь? —Глядя на него в коридоре с любопытством , спросила его.

Он посмотрел на меня, потом встала на задние лапы, упёрся передний одной лапой в дверь, другой нажал жёлтый квадратик на стене. Дверь медленно стала открываться. Потом собака встала на четыре лапы и, обернувшись, если бы он был человеком, я бы сказала, что он ухмыльнулся, а его глаза смотрели говоря: "Учись, салага. Скоро вернусь, чтобы тебя здесь не было".

Когда дверь закрылась, я нажала на жёлтый квадратик, щёлкнул замок. В коридоре было много людей, поэтому не решилась, да и не была готова, пока покинуть укромное местечко. Ещё раз обследовав квартиру, я надеялась найти что-то стоящее и необходимое для жизни здесь.

После обеда, когда хозяин квартиры не пришёл, я подумала, что было бы хорошо обустроиться здесь. Только вот что кушать? Собачий корм, – посмеялась я . А потом серьёзно задумалась: чтобы остаться здесь, нужно было заблокировать личинку на замке двери.

В том же ящике стола нашла тягучку, не знаю для чего, но если её намочить, она становится липкой и не отлепить. Сыскалась и железячка с помощью которой можно блокировать дверь, её отодрала с какого-то устройства, которое лежало в ящике шкафа. Ближе к ужину моя дверь была идеально заблокирована: личинка спряталась навечно, а железячка идеально совпадала по цвету с замком. Думаю хозяин не заметит, ведь мы порой не обращаем на такие мелочи.

Когда я стояла у двери, наслаждаясь своей работой осознавая, что я могу в любое время заходить и выходить, как в комнате что-то громко упало. Я вздрогнула, и настороженно пошла в комнату. Возле стола стоял пёс, нюхая пустую миску. Затем он взглянул на меня и, повернувшись, вальяжно направился к креслу, где улёгся на спину, растянув лапы в стороны.

Позади меня щёлкнул замок, и я помчалась на своё место за кресло. Пролетая через собаку, заметила его недовольную, усмешливую улыбку. "Ну не пёс, а человек, – подумала я, – на YouTube набрал бы миллион просмотров".

Хозяин вошёл в комнату, и всё было как вчера. Пробормотал:

– Мои глаза. Сиарк, иди сюда, – он бухнулся на кровать, и снова позвав пса. Собака неохотно слезла с кресла и, видимо, улеглась рядом с хозяином, который теребил длинную шерсть разговаривая с ней.

Этот сценарий повторялся каждый вечер, две недели подряд, пока хозяин не пришёл в обед домой.

Я сидела на полу около стола, надевая ботинок, чтобы пойти пообедать. За эти две недели я нашла, где можно было поесть, на каком этаже и какой номер лучше нарисовать себе на руке. Я питалась на территории, скажем так, для незначимых людей, на нижних этажах. Здесь еда была не особо вкусной, но обстановка была спокойной, почти никакого контроля. Конечно, инопланетяне присутствовали, но им было всё равно, они больше как охрана служили, чтобы чужаки не дрались между собой. А бывало и такое. Теперь я понимаю, почему так отреагировала гистаповка, сразу подскочила к нам.