Read the book: «Ревизор которого не было»

Глава 1. Слух

Рыбный рынок Барсингтона просыпался раньше солнца.

Ещё не успели развесить последние гирлянды лещей, ещё дымились жаровни с копчёной треской, а новость уже ползла между прилавками — от лотка к лотку, от морды к морде, обрастая подробностями, как обрастает тиной брошенное в пруд полено.

Новость принёс Мокрый Нос.

Мокрый Нос был толстым котом с таким невозмутимым выражением морды, будто он всю жизнь торговал рыбой и всю жизнь знал что-то, чего не знаете вы. Он развешивал лещей и говорил громко, чтобы слышали не только покупатели, но и конкуренты, и голуби.

— А мне брат из столицы пишет, — сообщил он, — что к нам едет ревизор.

Покупательница замерла с кошёлкой в лапах.

— Какой ревизор?

— Тайный, — с удовольствием уточнил Мокрый Нос. — Инкогнито. Без бумаг, под чужим именем. Приедет — и как начнёт проверять.

— Что проверять?

— Всё. — Мокрый Нос поднял леща и посмотрел на него, как на документ. — Казну. Склады. Музей. Земельные книги.

Рынок притих.

А потом заговорил — весь сразу.

К полудню у новости было уже три версии, и все неверные. Ревизор «уже в дороге». Ревизор «со дня на день». Ревизор, «возможно, уже здесь и просто ходит среди нас в шляпе». Кто-то клялся, что видел на вокзале подозрительного кота в сером пальто. Кто-то — что пальто было не серое, а чёрное, и что кот был не кот, а «явно кто-то важный».

Никто не знал, как ревизор выглядит. И именно поэтому ревизором можно было объявить кого угодно.

— А зачем он едет? — спросил молодой рыбник.

— Затем, — значительно сказал Мокрый Нос, — что у кого-то, видать, рыльце в пушку.

Он многозначительно посмотрел на собственное рыльце, которое было в пуху от набивки, и все поняли: дело серьёзное.

А в двух улицах от рынка, в тихом доме на тихой улице, Барс пил чай и искал свой блокнот.

Чай давно остыл и пах мокрым деревом. Дождь барабанил по карнизам с таким усердием, будто ему платили за каждый мокрый булыжник. Барс открыл ящик стола. Закрыл. Открыл соседний. Заглянул под чашку. Заглянул в чашку — на всякий случай.

— Слива.

Из соседней комнаты донеслось:

— Что?

— Ты не видел мой блокнот?

— Видел.

Барс оживился.

— Где?

— Вчера.

Барс закрыл глаза.

— Очень полезно. Спасибо.

— Пожалуйста.

Дверь скрипнула, и в комнату вошёл котёнок — лохматый, сонный, с яблоком в одной лапе и совершенно счастливый. Усы торчали в разные стороны, как будто он только что бежал за чем-то очень вкусным и почти догнал.

— А ещё на рынке говорят, — сообщил он с набитым ртом, — что к нам едет ревизор.

Барс посмотрел на него.

— Кто говорит?

— Все.

— Это не источник.

— Это самый надёжный источник, — обиделся Слива. — Все — это больше, чем один.

Барс хотел возразить, но понял, что не может.

— И зачем он едет?

— Проверять.

— Что?

— Всё. — Слива задумался. — И казну. И склады. И музей. И тебя.

— Меня зачем?

— На всякий случай.

Барс вздохнул и снова заглянул под чашку. Блокнота не было. Блокнот, судя по всему, решил тоже поучаствовать в расследовании — и начал с того, что спрятался.

— И кто его вызвал?

Слива пожал плечами.

— Никто. Он сам едет.

— Ревизоры не ездят сами, — сказал Барс. — Их присылают.

— А этот, видимо, сам. — Котёнок откусил яблоко. — Характер такой.

Барс отставил чашку и встал.

— Значит, так. Если в городе появился слух, который пустил рыбник, — это не слух. Это версия.

— Чья?

— Того, кому это выгодно.

Слива дожевал яблоко.

— А можно я тогда с тобой?

— Куда?

— Ну, раз ты всё равно собираешься всех подозревать. Я могу подозревать с тобой. Вдвоём веселее.

Барс посмотрел на котёнка.

Потом на окно, за которым дождь превращал мостовую в одно длинное тёмное зеркало.

Потом на стол, где не лежал блокнот.

— Пойдём, — сказал он. — И первым делом зайдём в ратушу.

— Зачем?

— Посмотреть, кто испугался первым.

Они уже надевали плащи, когда со стороны площади донёсся какой-то шум — не то крик, не то грохот опрокинутого ведра.