Quote from the book "Желтая линия"

— Значит, поэт… — вздохнул он. — Это сейчас профессия такая?— Нет, это призвание. А профессия — рабочий в театре.— Рабочий в театре, — старательно проговорил он и расхохотался. — Слесарь муз! Регулировщик вдохновения! А за это платят зарплату?— Я получал в четыре раза меньше жены-учительницы.— Почему «получал»? Больше не получаешь?— Больше нет жены.— А, ну это естественно…