About the book
Руслан Шторм. Победитель. Чемпион. Звезда спорта.
Он был слишком взрослым и слишком недосягаемым для меня – дочки его тренера.
Когда его обвинили в страшном преступлении и посадили в тюрьму, я не могла с этим смириться, не могла поверить в ту чушь, которую несли о нём в новостях и «жёлтых» пабликах.
И я решила сама попытаться во всём разобраться. Вот только в день, когда я устроилась в СИЗО психологом, Шторм решил бежать, а меня прихватил в качестве гарантий.
И теперь я – его заложница.
В книге присутствует нецензурная брань!
Other versions of the book
Reviews, 90 reviews90
Маша, поздравляю с новинкой! Чуточку-чуточку мы знакомы с Алисой, когда она еще была малышкой, но зная, чья она дочь?. Это будет огонь! Спасибо огромное, очень жду продолжения!
я дилогию о её родителях перечитала, уже не знаю сколько раз, вот, кстати, только сегодня закончила очередную перечитку сахарочков, а теперь наступил черëд Лисы Алексеевны Творческих успехов вам, Маша
annushkar_1987, Алиса Алексеевна, надеюсь, не подведёт! Спасибо!
Интересно читать,захватывает,написано просто и легко,отличный способ отвлечься от рутинных мыслей и погрузиться в чтение с удовольствием)
PustovalovaJulia, спасибо! Рада, что Вам нравится ❤️
Moderator deleted the review
helenahvatova, Спасибо большое!!!
вот это поворотик!!!!!!!!!!! Маша, с новиночкой! Легкого пера и сговорчивого Муза! Ждем продолжения.
Natali Redko, Спасибо! Муза и перо навострились))
https://t.me/mashamalinovskayawriter
подготовку к государственным экзаменам. – Кому весной пахнет, а кому госэкзаменами и защитой диплома. – Это точно, – тихо говорит Олеся, вздохнув. – Никакого кайфа от весны. Вздохнув скорее о своём, я концентрируюсь на том, что говорит преподаватель. Ещё раз проверяю список литературы, который нужно сдать для рецензии. Стараюсь сосредоточиться, потому что в последнее время это у меня выходило совсем нехорошо. Все мысли
постепенно успокаиваюсь. Мама на всех так действует. С ней когда общаешься, сам не замечаешь, как отпускает напряжение. Её коллеги говорят, что мама даже самых буйных успокаивает парой фраз. Папа, конечно, не в восторге от её работы в психиатрическом диспансере, но соглашается, хотя и скрипит зубами. Мама там начмед, она с пациентами редко работает, но иногда подключается.
Сносил в прямом и переносном смысле. Но нет, это было не прозвище. Это была его настоящая фамилия. И она ему чертовски шла. Полностью оправдывала себя. Тогда, в тот самый день, когда я впервые воочию увидела одну из его первых сокрушительных побед, мне было тринадцать, а ему двадцать три
когда судья произносит «три». На «четыре» начинается