Ojcze, zgrzeszyłem

Томаш — геодезист из Вроцлава. Он сверяет старые немецкие карты Бреслау с новыми польскими, слой за слоем снимая город, как палимпсест. Днём — тихий служащий. Ночью — убийца, для которого убийство давно стало ритуалом. После каждого он ждёт знакомого тепла под рёбрами — доказательства, что всё сделано правильно. Но однажды тепло не приходит. Точка на карте остаётся незавершённой. И Томаш впервые задаёт вопрос, которого раньше не было: зачем? Он идёт в пустой костёл, к старому ксёндзу, который тоже сорок лет повторял формулу, не спрашивая, что она значит. Повесть о городе, где под асфальтом лежит брусчатка, под штукатуркой — кирпич, под новым текстом — старый, а под человеком — другой человек. О вине без раскаяния, ритуале без веры и молчании Бога.