Read the book: «Игра»

Глава

1. Эксклюзив

Когда Катя с утра пришла в редакцию, всё вокруг гудело. Но гудеж был не совсем обычным. Все обсуждали конкретное событие, и поглядывали на неё, заговорщически переговариваясь и улыбаясь.

Катя прошла к своему столу и поставила на него стаканчик кофе. Что происходит? На землю свалился метеорит? Илон Маск приезжает на выходные и хочет дать интервью в их журнале?

Девушка нажала на кнопку ноутбука. И тут к ней подлетела её подруга Лида.

— Поздравляю, кулёма, ты теперь звезда всех сплетен!

Лида светилась и улыбалась как будто только что выиграла медаль в олимпийском забеге.

Катя не знала то ли хмуриться то ли улыбнуться, она по-прежнему ничего не понимала. Тут на плечо легла ладонь Стёпы.

— Поздравляю, Катюш! Ты получила возможность за которую любой журналюга бы руку оттяпал!

Друзья явно радовались за неё. Значит, новость хорошая?

— Да вы объясните наконец, что происходит?!

Катя повесила сумочку на стул, ощущая как сердце начинает учащенно биться. Всё же она была недостаточно смелой для каких-нибудь прорывов года. Пусть это будет просто открытие кофейни на Ломоносовской!

Их небольшая редакция занималась тем, что освещала события происходящие в мире бизнеса. Начиная с небольших стартапов, будь то швейная мастерская на дому или украшения из полимерной глины, до крупных проектов и компаний, которые твёрдо стояли на ногах и имели обороты по миллиону рублей в месяц.

Лида чуть присела на стол и взяла Катю за плечи.

— Тебя приглашают в “001”! Прикинь? Сам Чижов тебе даст интервью!

Чижов..?

Стёпа тем временем спихнул Лиду со стола и открыл браузер в ноутбуке. Ловкими кликами открыл электронную почту и ткнул Катю носом в экран.

Там было официальное письмо о том, что Екатерина Разумова приглашается в кампанию “001” для проведения интервью с самим владельцем и директором компании — Чижовым Матвеем Александровичем.

Кате ничего не оставалось как стоять и хлопать ресницами. Чижов был чуть ли не хозяином всего города. Властный деловой человек, о котором ходило множество слухов. Имел баснословное состояние, но чем именно занималась его кампания держалось в строжайшем секрете.

Что должно произойти, чтобы сам Чижов захотел дать эксклюзивное интервью какому-то мелкому журналу? Тем более высылать именное приглашение ей, человеку практически невидимому для таких гигантов как “001”.

Беспокойство и сомнение не заставили себя ждать. Тут было что-то нечисто. Но разве кто-нибудь станет над этим размышлять, когда такая птица как Чижов изъявил желание сотрудничать с их издательством? Да её скорее на лопате туда принесут все коллеги, друзья и директор. Принесут и бросят в пылающую печь неизвестности и бешеных денег. Ведь эксклюзивное интервью стоит неприлично много. Если подумать, даже неясно, о какой сумме может идти речь.

— Но почему именно меня..? — Катя засеменила за Лидой, которая направилась к своему столу, перекидываясь мелкими фразочками с коллегами.

— Постой, что? Ты не рада?!

Лида развернулась резче чем следовало и, кажется, сказала эту фразу достаточно громко, чтобы остальные журналисты окинули Катю подозрительным взглядом.

— Да тише ты… — Катя подошла как можно ближе и присела на стул рядом с подругой, — я имею в виду…

Лида не разделяла опасений девушки и не могла до конца понять, почему та зажалась и бубнила себе под нос.

— Катюш, — подруга оторвалась от ноутбука и снова взяла её за плечо. — Ты знаешь насколько нашему журналу нужно это интервью. Да я о таком даже мечтать не могла! Только представь! Уникальные кадры! Чем его этот гигант занимается? Такой офис на него херачит. Никто даже предположить не может, а ты сфоткаешь, запишешь этого красавчика и принесешь нам! Да мы прославимся на весь мир! Игорь нас в центр за собой подтянет…

Катя дослушала её речь и вернулась обратно за свой стол. Когда она поступала на журфак, то не так представляла себе свою профессию. Ей хотелось сидеть в красивой студии окружённой камерами, ловить на себе взгляды операторов. Быть в красивой одежде, и задавать гостям такие вопросы, от которых бы все ахали. И как ей удалось так сформулировать мысль? Какие психологические фишки она использовала, чтобы гость настолько раскрылся?

Потом аплодисменты коллег, сияющий гость после интервью. А по окончанию эфира к ней подходит красавчик главный редактор и приглашает её на свидание..!

Но по факту всё было совсем не так. Ты едешь на открытие автомойки, мерзнешь там и ловишь владельца, который слишком занят, чтобы тратить на тебя своё время. Он отвечает дежурными фразами, ещё и вода постоянно летит в лицо с какой стороны не встань! Постоянно толкаешься в очередях, желая ухватить хотя бы кусочек уникальной информации, но везде нагло лезут конкуренты и улыбаются, когда ты опять перепутала время и опоздала на несколько минут. Пирог уже разделили и съели, а ты снова тащишься обратно с пустыми руками, не считая несколько сделанных фото и видео.

Тут подошёл гендиректор Игорь Витальевич.

— Кать, зайди ко мне.

Наставления босса ещё сильнее утрамбовали ком, который и так стоял в горле.

— Чижов — это наш шанс. Шанс вырваться наконец из этого болота однотипных редакций и заявить о себе. На нас посмотрят совсем другими глазами, Катя. Ты должна это понимать. Нужно использовать эту возможность.

Гендиректор прислонился поясницей к столу и, скрестив руки на груди, посмотрел на пробковую доску, полною фотокарточек проектов редакции “Твой старт”. На них были владельцы разных бизнесов: Алексей Брелков, шьющий куртки на заказ, молодая девушка на фоне своего небольшого салона красоты, художник настенных картин и многие другие.

— Мы ничего о нём не знаем, вдруг он людей на органы продаёт? — спросила с опаской Катя, имея в виду скрытность Чижова.

Катя огромными глазами уставилась на начальника. Внутренне понимая, что это не даст ровно никаких результатов. Скорее её на органы продадут коллеги во главе с редактором, если она не поедет туда и не возьмёт интервью.

— Если продаёт, это тоже сенсация, — отрезал он, переходя на более серьёзные интонации. — Но это навряд ли разрешат публиковать… Завтра же едешь к нему в офис, и это не обсуждается! Ещё раз повторюсь, Чижов — бог, и радуйся тому, что он выбрал тебя и наш журнал.

Целый день Катя убила на то, что “занималась подготовкой к интервью”. Хотя назвать подготовкой это можно было с натяжкой. Во всём огромном интернете нашлись лишь редкие крохи информации, которая хоть как-то могла бы помочь и позволить зацепиться хоть за что-то.

“По неподтвержденным данным компания “001” занимается проектированием и реализацией мелкокалиберного оружия… источник не сообщается…”

“Матвей Чижов был замечен на международном форуме в Италии. …особое внимание форума было сконцентрировано на современном типе оружия и конкуренции разных типов вооружения для элитных стрелков и снайперов…”

Оружие. Уже что-то.

Погрузившись в свои мысли, Катя приехала домой.

Она жила снимала небольшую двухкомнатную квартирку недалеко от редакции. На сегодня мысли о Чижове было решено отложить, потому что голова отказывалась переваривать эту дичь. Оружие? Супер. Конечно она будет завтра в его офисе и в подробностях расспросит обо всём. Только если её не пристрелят.

Приготовив спагетти болоньезе, она с жадностью их поглощала, как вдруг раздался звонок телефона.

— Здорово, малая, как оно?

В трубке раздался голос Дениса — её старшего брата.

Катя не могла себе позволить не прожевать прекрасные сочные спагетти, которые уже запихала в рот, поэтому просто издала нечленораздельные звуки:

— Гхорго-хо.

— Зачем деньги обратно перевела?

Наконец еда отправилась дальше по пищеводу.

— Я же просила, не присылать, — пожала плечами Катя, нанизывая последнюю макаронину на вилку. — Если хочешь помочь, скинь родителям, мама что-нибудь купит.

В трубке слышались звуки машины.

Денис первым уехал из их маленького городка в столицу и уже успел тут освоиться. В частности плотно занялся ремонтом машин, открыл свою мастерскую и уже гонял на своей тачке.

— Я недалеко от тебя. Сейчас заеду.

Катя откинулась на спинку стула и посмотрела в темное окно. Уже было довольно поздно, а ей завтра тащиться в центр. И непонятно как вообще пройдет завтрашний день, будь он неладен.

— Честно, я так задолбалась… тем более Вита начнёт тебя искать. Будет звонить: Ты где? Что? Гав-Гав!

Катя положила тарелку в раковину и услышала смешок брата. Вита была его девушкой, с которой он встречался уже около полугода. И по мнению Кати у неё были все шансы охмурить брата полностью и затащить его под венец.

__

В письме не было указано точного времени как и даты встречи. Но когда это журналисту мешало? Ведь главное, у неё есть приглашение, а значит нужно ехать прямо в офис и постараться разобраться уже на месте.

Катя встала пораньше и после утреннего душа озадаченно зависла перед шкафом с одеждой. Она всегда предпочитала одеваться скромно и даже так, чтобы её было незаметно. Эффектная внешность и так привлекала внимание мужчин, а этого ей было не нужно.

Порывшись среди вещей, она наконец выудила светлые джинсы и стянула с плечиков голубую широкую рубашку.

“Надеюсь, это достаточно деловой вид для такой встречи?” — спросила она саму себя.

Когда она приехала на адрес, то обнаружила огромное здание офиса, которое находилось недалеко от центра и было огорожено большой территорией. Сначала пришлось торчать у охранников в первой части здания, затем за ней пришёл серьёзный мужчина в черной рубашке и брюках и провёл её по длинному коридору, который вел в основной офис.

Когда же Катя очутилась наконец внутри самого здания, она чуть не потеряла дар речи. Её взору открылся фантастический дизайн, огромные помещения как концертный зал, высокие потолки в несколько этажей. Широкие белые лестниц, неоновые стенды. Она медленно шла и как будто погружалась в фильм про будущее. Настолько поражал её местный интерьер.

В некоторых стенах были вмонтированы 3Д модели винтовок и пистолетов. Мимо сновали мужчины в стильных рубашках и брюках. Катя почти сразу же отметила, что женщин тут почти нет.

Её сопровождающий вывел её из шока:

— Пройдёмте сюда, Екатерина.

Они прошли мимо комнаты со множеством экранов и мониторов, на которых отображались камеры.

Кате было предложено подписать контракт о неразглашении. Всё что находилось в этих стенах было строго конфиденциально.

Девушка сглотнула. Договор был на несколько скучных страниц, которые Катя нехотя изучила. Мужчина её не торопил и лишь иногда поглядывал на неё.

Когда всё было подписано, он наконец представился:

— Меня зовут Иван, я ваш координатор. Сейчас Матвей Александрович занят. Скорее всего, Вы сможете увидеть его только вечером. Пока, — он встал со стула и протянул ладонь к выходу, — я могу вас сопровождать в нашем офисе. Провести небольшую экскурсию, проводить в ресторан, если вы вдруг не успели позавтракать. Тренажерный зал, бассейн библиотека — всё в вашем распоряжении. Комната отдыха, — добавил он наконец, когда они вышли обратно на огромное пространство офиса.

Да, тут можно было бродить как в музее. Катя с удовольствием бы погуляла сама и осмотрела всё в первую очередь потому что тут действительно было на что посмотреть.

— А можно я сама погуляю тут?

— Конечно.

Иван ушёл,а Катя медленно побрела по первому этажу. Тут неподалёку она обнаружила фудкорт открытый шведский стол с большими многообразием всяких блюд. Затем увидела ресторан.

Неужели одного кафе недостаточно?

Дальше поднялась по винтовой лестнице и увидела библиотеку. Тут она провела первую половину дня листая журналы и книги из классической литературы. Посидела в соцсетях и поняла, что жутко устала.

И поэтому её радости не было предела когда в стороне от библиотеки она нашла огромную комнату отдыха. Тут были манящие бесформенные кресла-мешки в которых можно уютно устроиться и забыть обо всём на свете…

Она в таком напряжении провела это последнее время вместе с подготовкой потом это выматывающей ожидание, что мозг решил немного поспать совсем чуть-чуть, пару мгновений.

Когда она открыла глаза, увидела что на улице уже темнеет. Голова хаотично вспоминала, где она находится. В каком измерении в каком летоисчислении? Она уснула в офисе Чижова вместо того чтобы…

— Вижу, тебе понравилась комната отдыха, — разбудил её мужской голос.

Когда она поднялась на локтях, то увидела, что напротив в кресле сидит сам Матвей Чижов. Довольно расслабленный и очень красивый.

Катя поёрзала в кресле-облаке и чуть спустилась вниз, с ужасом понимая, что на голове у неё гнездо.

— Здравствуйте, я Екатерина журнал “Твой старт”. Вы готовы ответить на несколько вопросов? — она неловко потянулась в сумочку за диктофоном, но потом всё же принялась укладывать непослушные локоны и расправлять края рубашки.

По взгляду Матвея трудно было сказать, о чём именно сейчас он думал, но рассматривал он Катю довольно внимательно, начиная с аккуратных ботиночек, заканчивая бесформенной блузкой.

— Завтра за тобой заедет Иван. Поедешь в бутик и оденешься, чтобы соответствовать имиджу нашего офиса. На сегодня это всё.

Он встал и направился к выходу, Катя подскочила и побежала следом.

— Стойте! Какие бутики? Я Разумова Екатерина, вспомнили? Вы меня позвали чтобы…

Чижов развернулся и Катя чуть не уткнулась носом в его грудь.

— Я хочу видеть тебя завтра здесь. Нормально одетой, а не в этом всём.

Катю захлестнули эмоции и она обиженно проводила его взглядом. Чёрт возьми! Она ждала этого люцифера целый долбаный день!

Телефон обрывали все кому не лень: начальник, Лида, Стёпа, и даже те, кто вообще на работе с ней не был в тесных отношениях. Всем хотелось горячих как пирожки подробностей. Сытную мясную косточку, которую можно со смаком обглодать и обсосать.

В ответ Катя писала только одно: “я ещё работаю над интервью, всё оказалось не так просто.” Такой ответ оказался удовлетворительным.

На следующей день за ней заехал Иван и они поехали в самый дорогой магазин одежды, который только существует в столице. Там она случайно разговорилась с одной из девушек, которая работала там консультантом, и та приоткрыла завесу в богатый мир женщин и мужчин.

— Когда ты в такой одежде, на тебя смотрят по-другому. Как на равную, понимаешь?

Лена — так звали девушку — тоже когда-то приехала из небольшого городка. Сменила несколько профессий и в итоге осталась здесь.

Она подобрала ей туфли лодочки на шпильке, платья, и серию шикарных блузок от молочного до небесно-синего. Рассказала и подобрала бижутерию к этому всему и ахнула, когда увидела Катю в офисном образе. На ней элегантно сидела черная юбка-карандаш, подчеркивающая бёдра, нежная блузка с крупным массивным ожерельем из темной россыпи черных бусин.

— А я про что, милая? — улыбнулась она, — тебе самой теперь бизнес открывать или папика искать. Всё в твоих руках.

Катя убрав волосы повыше и неуверенно переступая на шпильках чувствовала себя очень неуютно. Плохо и непривычно. Она давно отказалась от всех женственных нарядов, подчёркивающих фигуру и настолько явно выделяющих все изгибы тела.

— Что нос повесила, красотка?

Лена увидела что что-то не так и подошла поближе.

— Всё хорошо, просто готовлюсь к ответственному шагу в своей работе. Волнуюсь и…

Она не хотела возвращаться в этот гигантский офис. Женское чутьё ей твердило, что никакого интервью не будет. Наверняка, такие как Чижов, держат женщин рядом исключительно с одной целью — иметь их в разных позах, не отходя от рабочего стола.

Катя накинула пальто и в неловкой паузе ждала, пока Иван оплатит покупки.

Когда они ехали назад, она с грустью ощутила, что в машине повисло напряжение. Теперь Иван бросал мимолётные взгляды на неё в зеркало заднего вида.

— Нам следует заехать в парикмахерскую и сделать вам прическу.

— Зачем? — выдохнула Катя.

— Главное требование в офисе — идеальный вид всех работников, потому что они — лицо компании Матвея Александровича.

Эти слова немного успокоили девушку и она послушно проследовала в салон и позволила сделать все необходимые манипуляции с волосами.

Их увлажнили, нанесли специальный состав для сияющего блеска и только потом уложили в аккуратную причёску, оставляя локоны по бокам.

Катя смотрела в зеркало и не знала радоваться ей или плакать. Потому что в груди поднималась неприятная тяжесть и ненужные воспоминания.

Мама всегда её заплетала, гладила школьную форму и в школе Катя была одной из самых красивых девочек. Согласно форме, все ученицы должны были носить юбки, что не могло не привлекать мальчиков старших классов.

Катю и других симпатичных девочек этим вниманием кормили досыта. Когда она была в восьмом классе, одиннадцатиклассники запирали её в туалете в самом дальнего крыле и трогали. Грязно рассматривали и задирали юбку, стискивали везде, где только можно было.

В голове до сих пор слышались их грубые насмешливые голоса:

— Кать, не стесняйся, здесь все свои.

Смех.

Сердце колотится от липкого страха и отвращения в первую очередь к себе. Если бы не правила школы она бы в жизни не надела эту ненавистную юбку! Напялила бы балахон и дело с концом.

Ладонь брюнета больно сжимается на груди. Сзади вплотную подходит Егор и наклоняется к самому уху. Притягивает к себе за талию, заключая в капкан.

— Ты созрела или долго ждать ещё? — звучит грязное.

Она чувствовала, что ему мало всего этого. Именно ему. Казалось, ещё чуть-чуть и однажды он переступит эту грань простого поглаживания. Егор хотел большего.

Тогда она попросила маму перевести её в другую школу. Нашла самый невинный повод — отличные учителя и усиленная подготовка к экзаменам. Мама подумала, что это какая-то глупость, но со временем всё же согласилась.

И только в тот момент этот кошмар закончился.

— Мы приехали.

Катя не хотела идти в офис, но дело так и не было завершено. Интервью так и не состоялось.

Когда она появилась в офисе в обтягивающей юбке с разрезом и молочной блузке, подчеркивающей её грудь, с сумкой наперевес и на шпильках, её походка изменилась, бедра начали покачиваться, спина выпрямилась и все мужчины как один смотрели в её сторону, как будто вчера её вовсе тут не было.

Иван проводил её к кабинету Чижова. Но Катя застыла перед дверью, неловко раскачивая сумку в руке.

Тогда дверь открылась сама и Чижов жестом пригласил её войти.

Это был огромный белоснежный кабинет с черными и синими вставками. Катя застыла на пороге.

— Присаживайся, — попросил он, отходя к своему столу.

— Зачем вы меня позвали? Зачем заставили надеть всё это?

Катя стояла к нему полубоком и даже не смотрела на Чижова.

Матвей подошёл ближе. Он считывал её замешательство и растерянность, но не мог понять, из-за чего это происходит? Она выглядит великолепно. Как богиня и при этом так зажата.

Тогда он потянулся к двери и запер её на ключ.

— Ты так волнуешься. Теперь мы можем поговорить?

Не в его правилах было церемониться, он привык работать жёстко.

Этот деловой тон словно вернул Катю в реальность. Захлопав ресницами, она достала из сумочки диктофон. Присев в одно из кресел, она начала задавать свои вопросы.

— Вы производите оружие. Как вам удалось вырасти в такую крупную компанию?

Матвей сел напротив и на этот раз, открыто пялился на Катю. Скрывать ему было нечего, она слепила своей красотой, а он всего лишь мужчина, который любит этой красотой наслаждаться.

— Во время кризиса страны, восемь лет назад я купил это убыточное предприятие. И потом вместе с моими помощникам инженерами мы создали новую линейку пистолетов, — он подпёр кулаком щёку, скользя взглядом по щиколоткам и затем в разрез юбки, — и снайперских винтовок.

Катя поёрзала. Невозможно было сосредоточиться когда на тебя так таращатся. Просто. Разговорить его. Вытащить всю информацию и сбежать.

Поэтому она продолжала смотреть вниз и на диктофон.

— Вас называют хозяином города. Вы можете это как-то прокомментировать?

— У меня слишком много денежных активов, а также партнёров и вооружения. Власти как минимум должны со мной считаться, как ты считаешь?

Девушка подняла на него взгляд и что-то внутри оборвалось — тонкая нить страха, а на её месте появились крохотные язычки пламени, которые своим темным взглядом пробуждал в ней Матвей. Это было волнующее незнакомое чувство.

— Зачем вы позвали меня сюда? — спросила она прямо.

Какое-то время он молчал, словно взвешивая, говорить ей правду или нет. Но потом всё-таки выдал:

— Год назад мой психолог провел тест на выявление сабмиссивности среди девушек старших курсов в разных университетах. Твой результат разительно отличается от остальных — девяносто четыре процента.

Катя поджала губы и выключила запись. Выявление че-го? Она понятия не имела, что значит это слово. Заболевание? Дар? Способность? Чушь какая-то. Нужно было сразу догадаться, что у него не все дома как и у большинства из элитной верхушки.

Она встала и протянула ладонь:

— Отдайте ключи. Мне не нужно ваше интервью.

— Мне тоже не нужно, чтобы оно увидело свет. Поэтому можешь отдать мне диктофон.

По инерции она отошла и наоборот притянула его к себе. Ну нет! Она что зря всё это терпела? Все эти переодевания, бесконечное ожидание, стресс?

Тут Матвей встал и пошел прямо на неё.

— В контракте о неразглашении есть пункт о том, что любому посетителю не являющемуся сотрудником компании вход на предприятие строго запрещён. Нарушение карается штрафом в размере двести тысяч долларов.

Его голос звучал ровно, но при этом вся атмосфера здорово давила. Этот гигантских размеров кабинет, который она даже представить бы себе не могла. Его идеальный внешний вид — слепящая выглаженная рубашка и дорогущие брюки, сидящие на нём как влитые. Сильная фигура, которая заставляла чувствовать себя беззащитной и хрупкой настолько, что можно как соломинку просто взять и пальцами разломить, растереть в мелкую пыль.

Катя ощутила, как по телу пробежал уничтожающий холод. Специально составлять договор, который вынуждает плясать людей под его дудку? Как же подло!

Незаметно для Кати он оттеснил её к стене и пригвоздил своими серо-зелёными глазами, приближаясь до безобразия близко.

— Да вы… ублюдок! — она толкнула ладошками его грудь.

Но Чижов только опёрся ладонью о стену, рассматривая аккуратные черты лица, шею и верхние пуговицы блузки.

Чуть смуглая кожа, совсем слегка. Он почувствовал едва уловимый аромат тонкой розы. Никаких духов, только само её естество. Забавно. Забавно, если она действительно та, про которую рассказывал Лукьянов — его психолог.

Матвей сильно сомневался, что желание прогибаться, получать боль и грубость мог выявить какой-то там тест. Тем более желание служить беспрекословно. Как это можно выявить на бумаге?

У него оставался только один вариант — проверить лично.

— Теперь ты работаешь на меня, Катя. Мне очень нужна такая девушка как ты.

2. Желание

Чижов привык к тому, что каждый его день расписан по минутам. Жёсткий распорядок дня — это то, что двигало его на вершину среди всех бизнес акул. То, что держало его а тонусе и постоянной концентрации на своём деле.

Прошло уже два дня как он приехал в ОАЭ по рабочим вопросам.

Утро началось с того, что он встал в пять тридцать и отправился в бассейн. После длительного заплыва он пошёл в спортзал, где его уже ждал личный тренер. Специально подобранная тренировка помогала держать каменные мышцы в тонусе и сохранять ясность ума на протяжении всего дня.

И только после этого он вернулся в свой президентский люкс гостиницы и принялся одеваться.

В шкафу были подготовлены именно те оттенки рубашек и костюмов, которые его ассистент заказал накануне: мятные, светло-голубые, серые, тёмно-синие и ослепительно-белые.

Тут в комнату вошли ассистент Алексей — его правая рука и координатор всех задач на ближайшее время. А также Вадим — начальник охраны.

Алексей привычным жестом достал планшет и начал озвучивать список дел на сегодняшний день.

— Девять тридцать: встреча с Al Haramain — подписание договора на поставку S220+ и R250 двадцатый калибр, тактические рукоятки. Главный вопрос: разовая оплата на наш корреспондентский счёт, динамика курса дирхама по-прежнему стабильна…

Матвей прокручивал озвученные слова и уже формировал в голове стратегию поведения, также как и примерные варианты развития событий. Он вытянул из шкафа белую рубашку и серые брюки.

— Встреча с юристом для оформления договора с американцами. Они выдвинули предложение: 150 тысяч за кейс.

Одевшись, Чижов сел за стол, на котором уже был накрыт завтрак: кофе, свежие багеты с креветками, ягоды, яичница с беконом, хлопья с йогуртом, мясная нарезка и самый главный атрибут каждого завтрака: газета “Business Deal”, из которой можно почерпнуть информацию на бирже и актуальные акционные предложения.

— С вами второй день пытается связаться Алиф Хади Авраил. Он дал понять, что молчание и отказ его не устроят.

— Позвони в приёмную и скажи, что его счета на нашей территории заморожены. Это успокоит его пыл.

Не отрывая взгляда от газеты, Матвей отпил свежесваренный кофе и обратился к Вадиму:

— Где Разумова?

Вадим невольно выпрямился. Эти дни его команде пришлось наблюдать за девчонкой. Никому не нравилось работать с девушками — всего лишь обычное наблюдение, а главное все действия сильно ограничены. Девчонок нельзя размазывать по стенке, как ни крути. Скука. Другое дело захват здания или перестрелка с людьми Версуса. Кислые окровавленные лица из-за осколков, которые разлетаются по всей округе. Приходится продумывать каждый шаг и каждую фразу, выстраивать переговоры и договариваться.

— Она не появлялась в офисе эти два дня.

Матвей откинулся на спинку стула. Катя понятия не имела с кем она связалась, и как следует реагировать на его слова о том, что теперь она работает исключительно на него.

— Ты намекал, что номер не пройдёт?

— Да. Ребята тесно пообщались с ней и её начальником. В итоге она уволена.

Матвей едва заметно ухмыльнулся и откусил от багета с креветками и творожным сыром.

Сработано отлично.

_

На следующей день после “интервью” с господином хозяином города Кате ничего не оставалось, как прийти в редакцию с пустыми руками. Диктофон у неё изъяли и теперь она словно прогульщица просто вернулась к своим прямым обязанностям. Только теперь добавились насмешки коллег и разочарованные вздохи.

— Честно говоря, я бы больше удивилась, если бы он действительно это сделал. Дал тебе интервью, — Лида уплетала бизнес ланч, в который входил куриный суп с гренками и пюре с лососем.

Катя же смотрела на подругу и понимала, что её собственный зверский аппетит сегодня не давал о себе знать. Она совершенно растерялась после того разговора. Она тем же вечером с любопытством всё-таки погуглила слово сабмиссив и сама не обрадовалась тому, что там увидела. Связанные девушки, повязки на глазах. Мужская ладонь и красные женские ягодицы. Всё это настолько её поразило, что она с фырканьем: “извращенец” быстро закрыла все вкладки. Ещё и историю браузера почистила. Ей не дано было понять, в чем тут может быть удовольствие? Сидеть в ногах у мужчины, позволить связать себе руки и издеваться над собой?

— На йогу идёшь? — спросила Лида, внимательно рассматривая загадочную подругу.

Их нельзя было назвать очень близкими, скорее просто хорошими знакомыми ещё с университета. Лида считала, что Катя много витает в облаках, вместо того чтобы быть реалистом и решать повседневные задачи здесь и сейчас, но относилась к ней довольно тепло.

Катя отрицательно покачала головой.

— Я в кино сегодня.

Лида улыбнулась и вопросительно приподняла брови.

Кате ничего не оставалось как улыбнуться в ответ.

— Ни с кем я не иду. Просто с Мариной решили встретиться.

Лида закатила глаза, снова начиная заводить старую шарманку:

— Кать, а кто за тебя будет мужика искать? Отправили к Чижову, хоть бы там парочку прихватила. Как раз мне и тебе. Ты же в офисе шарахалась. Кстати как там, шикарно?

Перед глазами Кати вновь встал офис Чижова. На самом деле, как бы она не относилась к самому Матвею, офис был выполнен просто по высшему разряду. Там всё было для сотрудников и для того, чтобы пространство позволяло свободно дышать, а не сидеть в четырех стенах или ещё хуже в душном опенспейсе как селёдки.

— Там неземной интерьер. Нечто масштабное и такое красивое как в фантастических фильмах про спецагентов.

Катя откинулась на спинку диванчика, наблюдая как подруга достала косметичку и начала прихорашиваться. Тут она увидела, как в стеклянную дверь ресторана вошли мужчины в чёрном. Вид у них был слишком серьёзный, они медленно осматривались, уделяя пристальное внимание людям за столиками.

Катя сразу догадалась, что это могут быть люди Чижова.

Она быстренько схватила свою сумочку и направилась к противоположному выходу, который вел в бизнес-центр.

Но на выходе она воткнулась в огромную мужскую грудь в черном костюме.

— Нужно поговорить, — грубо сказал мужчина, и жёстко взяв её за предплечье, повел в сторону. За ним потянулись остальные тёмные личности, попеременно оглядываясь, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Они отошли в какой-то закуток, который предполагался как небольшая зона отдыха, но по факту тут стояли лишь пара фикусов.

Катя почувствовала боль в руке, там наверняка останется синяк.

— Да отпустите! — вырвалась она.

Вопреки своей внешней сдержанности, она начала испытывать лёгкую панику и мандраж. До каких пор это преследование будет продолжаться? Не захотел рассказывать о своей компании? Да и чёрт с ним, зачем преследовать её?

Мужчины обступили Катю плотной стеной. Брюнет, который вёл её, вышел вперёд и подходя ближе низким голосом проговорил:

— Ты должна находиться в офисе Чижова. Не создавай проблем для нас и всё будет хорошо.

Катя посмотрела в темно-карие глаза, не имеющие никаких признаков человеческой души.

— Я никуда не пойду, так и скажите своему хозяину. Я работаю в редакции “Твой старт”! Вы же не можете меня насильно заставлять!

Последняя фраза была словно вопросом — надеждой для неё самой. Но уже сейчас осматривая этих существ в дорогих костюмах с наушниками в ушах и каменным телосложением, она понимала, что жизнь её начинает меняться не в ту сторону. Ей перекрывали кислород и чья-то невидимая рука уже медленно стискивала горло. Становилось противно главным образом из-за того, что победитель в этой ситуации может быть только один. Тот, у кого есть деньги в количестве нескольких доверху наполненных грузовиков.

Она ссутулилась и обняла себя за локти.

Мужчина наклонился к ней, заставляя ощутить горьковато-свежий парфюм с нотами миндаля.

— Мы спалим твою редакцию на раз-два. Если завтра же не явишься на своё рабочее место.

Эти слова острым шилом вонзились а сознание и остаток дня Катя так и не смогла нормально выдохнуть и расслабиться. Постоянно в голове прокручивала сказанное.

На утро всё вообще перевернулось с ног на голову, когда позвонил Игорь Витальевич и сказал, что она уволена. И это в тот момент, когда она уже оделась и почти вышла из дома.

Его голос был поникшим, но можно было радоваться хотя бы тому, что в трубке не было криков: “Разумова, из-за тебя наша редакция пылает! Что ты натворила?!!”

Девушка отключила звонок и села на пуфик в коридоре. С этого момента бессилие уже начало опустошать её. Бессилие и страх, который всё больше разрастался в грудной клетке, царапал своими острыми когтями.

Катя расстегнула куртку, часто моргая глазами и стараясь не заплакать. Что она будет делать в этом офисе? Это место в первую очередь для инженеров и конструкторов оружия, женщин там нет, потому что им там не место. “Вот же ублюдок…” — подумала она про Чижова.

_

Матвей вернулся в номер уже вечером, когда на город опустилась темнота. Он открыл дверь ключ-картой и понял, что Вадиму всё же удалось выполнить его задание.

В номере горел свет, и были слышны звуки льющейся воды. Он снял туфли, немного прошёлся и увидел на кресле сложенные кофточку и джинсы.

Интересно. Видимо Катерина настолько долго ждала, что уже освоилась и от нечего делать решила пойти в душ.

Матвей взял её вещи, вышел на террасу и вышвырнул их вниз. Затем вернулся, расстегнул рубашку и сел в кресло. Переговоры с американцами затянулись и порядком вымотали его. Поэтому сейчас ему просто хотелось освободить голову от рабочих процессов и немного расслабиться. На автомате он принялся расстёгивать браслет от часов.

Когда Катя вышла, то чуть не подпрыгнула, увидев Чижова собственной персоной. Поплотнее замотавшись полотенцем, она тщетно искала свои вещи. “Только что были здесь, на этом самом…”

Она посмотрела на Чижова, который спокойно рассматривал её откинувшись в кресле.

— Вам не кажется, что это уже перебор? — Катя закипала против своей воли. — Одно дело уволить, ладно. Послали своих людей в чёрном, чтобы меня выслеживать. Вывезли в другую страну средь бела дня, просто потому, что захотелось?!

Распаренная, с розовыми щёчками. Светлое полотенце на голове, подобное длинное закреплено на груди. И всё. Ничего лишнего, пожалуй.

— У Вас маниакальные наклонности, лучше обратитесь к специалисту, — Катя обиделась на то, что он даже её не слушает, а просто пялится в который раз.

Потом она отошла в уголок, словно опасаясь собственных только что произнесенных слов, и, капитулируя, попросила:

— Верните одежду.

Абсолютный игнор. Ноль реакции. Супер.

Матвей молча разделся и отправился в душ.

В это время Катя наблюдала, как официанты закатили в номер тележку с ужином. Тут был набор запеченных суши, две порции мясных стейков с овощами, запечённый картофель в соусе под сыром. Различные фруктовые нарезки. Дальше внесли кремовые десерты и поставили на стол несколько напитков: вино, соки и виски.

Катя очень бы хотела отнестись к этому действию максимально безразлично, но из-за той голодовки, что она устроила в самолёте, живот просто прилип к позвоночнику. Поэтому, не дожидаясь своего новоиспеченного начальника, она присела на краешек стула и закинула в рот несколько суши. Фух. Теперь можно жить дальше.

Когда Матвей вышел из душа, увидел, что Катя сидит на террасе в своём телефоне. На столе ничего не тронуто.

Он надел шорты и налил себе виски. Затем вышел на террасу и сев в кресло, стоящее рядом с Катей, спросил:

— Я могу говорить на чистоту? — он сделал глоток. — От тебя требуется стать идеальной любовницей. Той девушкой, которая знает все мои потребности и желания.

Катя отложила телефон на столик.

— Идеальная — это какая? Что, по-вашему, я должна уметь делать?

Да, он хозяин положения. Да, она не имела ни малейшего желания находиться здесь. Но подёргать за усы этого зверя, почему нет? Он выглядит вполне спокойным и адекватным. По крайней мере, пока.

— Раздвигать ноги, когда я скажу. Брать глубоко в рот, участвовать в ролевых играх. Принимать боль и грубость в любом виде.

У Кати мурашки побежали по телу от этих слов. Ей хотелось съязвить острую шуточку, но она быстро прикусила язык, с ужасом понимая с каким спокойствием он всё это произносит. Как будто перечисляет продукты, которые они купят в ближайшем супермаркете.

Она посмотрела на гигантский небоскреб напротив и, скинув с головы полотенце, чуть прикрыла глаза и потеряла веки подушечками пальцев. Может, это всё и исчезнет? Она очнётся обычной девчонкой в своей уютной квартирке? Свободной. И её не будет никто склонять ко всяким ужасам.

— Если всё пойдёт хорошо, проси всё, что захочешь. Можешь начать прямо сейчас. Я выполню любое твоё желание.

Хорошо..!

— Желание первое: мне нужна одежда.

— Уже в пути. Её доставят в соседнюю комнату. — прозвучало довольно ровно.

Чижов по-прежнему сидел в кресле, смотрел перед собой и делал небольшие глотки из своего бокала.

— Желание второе.

— Полон внимания, — на этот раз он повернулся и подпирая пальцами висок медленно скользил по ней взглядом.

— А нет, пока всё, — осеклась она, чувствуя хищный скрытый подтекст этих глаз. Особенно после того, как он произнёс эти гадости насчёт умений.

Она встала и собралась пройти мимо как вдруг:

— Встань на колени.

Гром среди ясного неба. Но пока Чижов даже усилий не приложил, чтобы это звучало как-то по-особенному грубо или резко. Громче чем обычно, нет, он сказал это буднично.

Растрёпанная, с влажными волосами, Катя дёрнулась к выходу, но Чижов успел преградить ей путь.

Наступая, он оттеснил её к деревянному ограждению террасы. До тех пор, пока Катя не почувствовала, дальше отступать некуда. Она тяжело дышала, сама не ожидая того, что не сможет в этой ситуации даже пикнуть. Позвать на помощь или что— нибудь крикнуть ему в лицо. Вместо этого она смотрела в область его шеи и широкой мощной груди. Выточенной. Слегка смуглой красивой кожи, которая источала свежесть и вместе с тем мужское тепло.

Он подошёл совсем близко, впечатывая её в то самое ограждение. Чувствуя стук её сердца, и считывая её замешательство. Её как будто парализовало.

Матвей тоже замер. При мягком освещении он внимательно изучал чуть пухлые закрытые губы, следил за растерянным взглядом Кати. Казалось, только несколько мгновений назад она была такой смелой и требовательной. А сейчас застыла.

— Посмотри на меня.

Сердце выскочит из грудной клетки, слишком сильно оно колотится. Слишком лихорадочно… что с ней происходит?

Катя всё-таки решилась поднять глаза. Очень красивое точеное лицо. Сладковато-горьковатый мужской запах. Едва уловимый, но бьёт в голову настолько, что страшно делать очередной вздох.

Матвей снова посмотрел на губы.

Катя, словно неосознанно уловив эту молчаливую команду, слегка приоткрыла их, сама теряя контроль над собой и своим телом.

Положив руки по обе стороны от неё, он в тот же миг толкнулся языком в её рот. Неспеша, пробуя на вкус и отслеживая её реакцию. Не шелохнётся. Боится.

— Не двигайся. — низко приказал он на ухо.

В это время его правая рука стянула полотенце вниз и принялась стискивать грудь. Больно. Ещё. Левая жёстко взяла Катю за волосы у самых корней.

Катя только шумно ахнула. Он должна… должна что-то сделать, как-нибудь себя защитить. Но вместо этого вытянулась как струна, позволяя ему эти пошлости. Какой позор..!

Импульсы побежали по телу в тот момент, когда его пальцы уже оказались между её ног. Без проблем пробираясь внутрь и…

— Ах…, — жалобно выдавила она из себя.

Ещё никогда она не испытывала ничего подобного. У неё практически не было никакого сексуального опыта. Был всего один единственный раз, который она провела с парнем, с которым познакомилась в клубе. Тогда ей не особо понравилась эта возня. И она решила, что роль секса в жизни явно преувеличивают. Ничего сильно приятного — просто тела трутся друг о друга.

Но теперь… она чувствовала, как от его движений рождаются искры.

Голову жёстко отвёл назад, оттягивая до острой боли. Не давая шанса даже дернуться. Пальцы бессовестно проникают внутрь неё, играя с влагой и ловя каждый её жалостливый стон.

— Вот так… отличная с*ка… Давай, покажи себя. — раздавалось на самое ухо, ещё больше её обескураживая.

Она не должна, не должна быть игрушкой в его руках. Она его совсем не знает. Господи, как же это… Катя пропустила тот момент, когда сама насаживалась на его пальцы требуя большего, требуя продолжения, умоляя, чтобы он дал ей выдохнуть.

Но тут он отошёл, а Катя рухнула на колени в каком-то странном состоянии на грани дрожи и умопомрачительного удовольствия.

Чижов грубо взял её за подбородок и приподнял на себя, чтобы видеть её растерянные поплывшие глаза.

— Хорошая шал*ва. Отс**ывать будешь?

Что..?

Смешанные эмоции стиснули её горло. Катя расплакалась, закрывая ладонями лицо и, не понимая что происходит с ней и с её телом. Психика в панике старалась отгородиться от всего того, что только что с ней произошло. Она действительно вела себя ужасно развязно. Бесстыдно и дёшево.

Чижов же в этот момент просто забрал свой бокал и молча отправился в номер.

3. Используя возможность

Дмитрий и Матвей встретились на теннисном корте. Гоняя мяч уже почти час, они порядком взмокли. Погода была приятно тёплой, но иногда казалось, что солнце не даст им доиграть партию.

Кирсанов был его партнёром, знакомство с которым позволило Чижову выйти на европейский рынок. Дима имел хорошие связи, но общались они не только по этой причине. Была между ними связь, которую можно было назвать почти дружеской. Им нравилось общаться, встречаться и поддевать друг друга, острить и подстёгивать. Также их объединяло совместное членство в нескольких клубах для бизнесменов.

— Слышал, Самойлов отлично себя чувствует. Границы за собой закрепил, мускулатуру нарастил. Не боишься, что нахер тебя однажды пошлёт? — Кирсанов выполнил режущую подачу, чувствуя, как пот мелкими каплями стекает по торсу.

Матвей отбил и, чувствуя напряжение в мышцах, подошёл к сетке, понимая, что силы на исходе. Он взял бутылку с водой и облил себя.

— Он знает своё место, на мою территорию не сунется. Иначе ему **ца отрежут. — он набрал воды в рот и выплюнул.

Дима также подошёл к сетке, бросая ракетку на прорезиненное покрытие. Он улыбнулся и тоже начал обливаться водой. Жидкость уже достаточно нагрелась и свежести почти не давала, но хотя бы могла смыть пот, который струился по ним обоим.

Кирсанов не мог не заметить, что Матвей время от времени взглядом стреляет в девушку, которая пришла вместе с ним. И теперь сидела немного поодаль в небольшом кафе. Рядом с ней сидел человек Чижова и очень успешно развлекал её разговорами.

— Это кто? — спросил Дима, кивая на девушку.

Матвей медленно прошёл к скамейке и сел таким образом, чтобы не выпускать её из виду. Он отлично заметил тот факт, что Катя прекрасно проводит время с Арсением — приставленным телохранителем. Они разговорились и сейчас даже улыбались друг другу.

— Никто, — отрезал он нехотя.

Дима в улыбке обнажил белоснежные зубы, забирая свою футболку, лежавшую на скамейке.

— Настолько никто, что даже надзирателя приставил?

Матвей в это время не мог перестать сверлить взглядом щебечущую парочку. Затем встал и отправился прямиком к ним.

Арсений наклонился ближе к Кате, потому что беседа его очень увлекала. Девушка смотрела мило и доверчиво, ловя каждое его слово.

— И вот представь, — сказал Арсений чуть выпрямившись, — сначала ты задаёшь комфортный вопрос. Тот, который приятен человеку. М-м-м, например, он любит конкретную породу — бельгийских овчарок и одна из них живёт у него дома.

Катя улыбалась и увлечённо слушала, подперев рукой щёку и предвкушая интересную историю:

— Да.

— Ты расспрашиваешь о ней. Например, Владимир, я знаю, у вас есть бельгийская овчарка Лесси. — Арсений активно жестикулировал, — Он уже поплыл, вспоминая о ней, потому что она — его страсть и любовь. Он в ней души не чает, понимаешь?

Арсений улыбался. Он делился личными психологическими фишками о том, как можно раскрутить человека на любую информацию.

— Он выкладывает тебе всё на блюдечке, ведь это его любимая тема и ему приятно, что ты её затронула. Он расслаблен и беседа течёт рекой. Тут почти сразу можешь переходить к тому, что тебя интересует. — Он наклонился ещё ближе, неосознанно, просто его эта тема увлекала не меньше Кати. — Говорят, что деньги, которые вы храните в ячейке, заработаны не совсем честно, вы могли бы приоткрыть для нас эту завесу?

Катя улыбнулась ещё шире и поёрзала. Это действительно было захватывающе. И где он нахватался этих тонкостей? Такие трюки наверняка нужно изучать с психологами, не меньше.

— Но ты продолжаешь говорить тактично, заметила? — мужчина сиял.

— Исчезни, — скомандовал подошедший Матвей, присаживаясь рядом с Катей.

Арсений растворился словно дым, а Катя сразу помрачнела и специально села вполоборота, чтобы не видеть своего босса. После того, что между ними случилось они спали в разных комнатах и больше не разговаривали. И теперь она отчётливо поняла, что Чижову на неё плевать. Есть лишь цель — удовлетворение его демонических потребностей. И ничего человеческого — будь то малейшая симпатия или привязанность даже не значились на горизонте их отношений.

Поэтому она скрестила руки на груди, закинула ногу на ногу и принялась изучать пальмы и другую растительность, видневшуюся неподалёку.

Тут подошёл Дима и занял место рядом с молчаливой парочкой. Напряжение между ними можно было резать ножом, но Дима не из тех людей, которых подобные моменты хоть как-то смущали. Он откинулся на стуле и отметил, что девушка очень хорошенькая.

Белое струящееся платье в крупный цветок, с длинными рукавами. Прическа аккуратно заколотых волос и симпатичное недовольное личико.

Дима не смог сдержать улыбку, потирая пальцами подбородок. Это когда бы в своём окружении они могли бы видеть недовольную мордашку? Дайте-ка подумать… Никогда! Потому что эскортницы всегда доброжелательны. Нежны и чирикают как птички что-то ласковое и милое, потому что получают за это колоссальные бабки!

— Давайте знакомиться, милое создание. Я Дмитрий Кирсанов, хороший партнёр Матвея. А Вы?

Катя молчала. Она не горела желанием общаться с ещё одним представителем пребогатой элиты. Оба в одних шортах, топлес, устроили тут стирптиз.

— Тут наверняка есть раздевалки, — намекнула Катя на то, что им обоим лучше бы во что-нибудь переодеться.

Дима неожиданно засмеялся.

Катя кинула на него недовольный взгляд. Такой же бог — номер два после Чижова. Блондин с белоснежной улыбкой. И где таких штампуют? В её жизни никогда не было рядом настолько красивых мужчин. Не считая, пожалуй, Дениса. Все были довольно обычными среднестатистическими.

— Какая прелесть..! Чего так надулась, конфетка? Матвей успел обидеть? Это нормально, он тот ещё козёл. Так, ну давай угадаю… Милана? Света? Ангелина?

Дима начал перебирать имена, чем не мог не раздражать.

— Катя, — просто ответила девушка, чтобы он наконец-то отстал.

Дима вытер полотенцем взмокшие волосы, снова улыбнулся и взял со стола лимонад со льдом.

— И где же вы познакомились, солнышко?

Чижов в это время тоже взял лимонад, сверля девушку пристальным взглядом.

Катя покачивала ногой и всматривалась в дальние закоулки комплекса. Тут везде были просто огромные пространства и было настолько ухожено,что страшно представить сколько сил требовалось на всю эту красоту. Кусты пострижены по линеечке, цветы благоухают, ни пылинки, ни соринки.

В другой ситуации она бы пребывала в восторге каждую секундочку, проведенную в этом прекрасном месте. Но сейчас, в качестве какой-то диковинной обезьянки… В груди плескались только ненависть и раздражение. Очень сильно хотелось домой подальше от этих прекрасных мужских лиц.

Но Дима не обратил внимания на её недовольство. Он умел располагать к себе даже тех, кто совершенно не хочет общаться. Слово за слово он всё-таки выудил из Кати несколько предложений и даже нарисовал себе примерную картину их знакомства.

По его внутренними ощущениям, Чижов насильно держал её рядом с собой. Интересно, зачем?

То, что она не эскорт, было понятно сразу. Но зная предпочтения Чижова в сексе и девушках, можно было предположить лишь одно — она извращенка. Может скрытая или предположительная. Скорее всего, естественная и ещё никем не опороченная.

И то, что Чижов пялится на неё как наркоман без дозы. И то, как она себя ведёт, всё это позволило сделать Кирсанову такой вывод.

— Переоденемся и вернёмся, — наконец подал голос Чижов.

Катя приготовилась выдохнуть, но тут он взял её за руку и грубо повёл за собой.

Очутившись в огромной раздевалке, Катя почти сразу же оказалась прижатой к стене.

— Лицо попроще сделай, — низко приказал Чижов, впечатываясь в неё своим телом.

— Уберите от меня свои руки! — крикнула Катя, толкаясь.

И хоть всё её тело было закрыто тканью, она служила ничтожной защитой от его прикосновений. Ладони принялись исследовать её изгибы. Ещё грубее чем вчера, задирая подол, сжимая бедра до боли.

— Не надо, — уже тише попросила она, понимая что не хочет всего этого. Не хочет, чтобы с ней обращались как с вещью, игрушкой, которую даже не спрашивают, просто берут где захочется. Её одолевало ноющее чувство несправедливости внутри.

Но Матвей стиснул её шею, почти полностью лишая кислорода. Считал ужас в её глазах, потерся губами о скулу, словно готовясь укусить и начать безжалостно разрывать свою добычу. Зеленоватые глаза изучали её словно впервые. С жадностью, каждый миллиметр лица.

Катя замерла. Его левая рука опустилась на талию и не делала ничего запрещённого. Просто слегка сжимала, проводя большим пальцем вверх и вниз.

Матвей вторгся в её рот языком. Горячий раскалённый, от этого напора у неё подкосились коленки, а на вершинках грудей затвердело. Он чувствовал кожей ее реакцию. В прошлый раз она текла для него. Этого вполне достаточно для дальнейшего изучения игрушки. На что она способна и как далеко готова зайти?

Левая рука скользнула ещё ниже, сквозь ткань лаская бёдра. Затем Катя ощутила как его пальцы легли между ножек и обожгли своим прикосновением. Она дёрнулась и начала вырываться, отчаянно пытаясь сделать глубокий вдох и расцарапать лицо этому дьяволу без тормозов.

Но Чижов быстро присёк эту возню. Правой рукой резко надавил на грудную клетку, пригвоздил её к стене и заставил чувствовать собственную слабость и беспомощность.

— Ты же её покалечишь, жалко будет испортить девочку, — раздался голос Димы, который, видимо, только что зашёл и увидел эту взрывоопасную картину.

Чижов невольно отстранился и кинул на него короткий взгляд, ощущая жжение на щеке. С*ка всё-таки поцарапала. Стерва грёбаная. Ну ничего, когда они останутся вдвоём, он сожрёт её вместе со всеми потрохами.

— П*хуй на неё.

Катя благодарила бога за то, что Дима тут появился. Мозг набатом отстукивал грохочущие удары. По-прежнему вжимаясь в стену и ловя на себе прожигающий взгляд, она чувствовала себя ужасно, но не проронила ни слезинки в этот раз. Этот изверг не получит больше такого удовольствия.

Тут Матвей подошёл к одному из шкафчиков и, достав полотенце, начал раздеваться.

Дима же какое— то время молчал и смотрел на Катю которая выскользнула из раздевалки. Потом подошёл к Чижову.

— Я хочу её себе на день, — констатировал он, снимая шорты.

Матвей ухмыльнулся: мечтать не вредно.

— Еще что? Кампанию на тебя отписать?

Но Дима перекинув полотенце через плечо, направился в душ и проходя мимо только напомнил:

— Твой долг за партию в покер.

Чижова передёрнуло. Он готов был обрушить все маты мира на партнёра, который обожал играть на его нервах. Как и на нервах других людей.

Но карточный долг — дело святое. Это он тоже прекрасно знал.

Когда Катя вышла из комплекса за ней тихой тенью следовал Арсений. Они больше не разговаривали, и она просто ждала своей участи и мечтала о том, чтобы просто уехать в номер одной. Или получить разрешение на прогулку по городу без Чижова.

Каково же было её удивление когда из спортивного центра вышел Дима в белой футболке и черных шортах, красивый чистый и сияющий. Он сообщил, что Катя побудет с ним некоторое время и, отпустив Арсения, предложил ей сесть в огромный джип.

Какое— то время Катя колебалась не веря в абсурдность этой ситуации, потом всё же села на заднее сиденье.

— Выторговал для тебя немного свободы. Не против? — Дима ехал в неизвестном направлении.

Они ехали примерно минут сорок. Катя хотела задать ему массу вопросов: как ему это удалось? На сколько Чижов её отпустил? Не свернёт ли ей шею после этой чудесной поездки? Но так и не решилась.

В итоге совсем немного пообщавшись, они приехали на пляж Персидского залива. Тут было так красиво и Катя моментально погрузилась в эту волшебную атмосферу. Дима не вызывал в ней отторжения, поэтому она позволила себе немного расслабиться. Сесть на один из шезлонгов и просто вдохнуть полной грудью. Вода небесно-голубого цвета с переливающимся зелёным. Поблизости никого, — пляж по какой-то причине пустовал. Тишина на и шуршащие звуки прибоя ласкают слух.

Дима прилёг на соседний шезлонг, закрыв глаза и закинув руки за голову.

— Как партнёр по бизнесу, Чижов надёжный человек. Но с девушками он ведёт себя как настоящая мразь, — просто признался Дима.

— А Вы не такой? Наверное, нельзя иметь много денег и оставаться при этом нормальным человеком. — Катя посмотрела на мелкий песок, погружая в него свои босоножки. — Все богатые творят какую-нибудь дичь.

Потом какое-то время они молча гуляли по пляжу, а затем Дима предложил ей нечто невероятное. А именно: доставить её домой.

— Ты ведь наверняка не по своей воле тут оказалась? — голубовато-серые глаза смотрели изучающе, но опасности в них не чувствовалось.

Широкоплечий. Слишком красивый, так близко. Катя всматривалась в его черты лица и хотела найти подвох. Хоть что-нибудь, едва заметную насмешку, тень, уличающую во лжи. Но ничего этого не было.

— Ты серьёзно? — она не узнала собственный голос.

— Конечно, Чижов тебя быстро найдёт. Не важно где ты будешь прятаться: в стогу сена или в целом мегаполисе. Да хоть под землёй. Но хотя бы пару дней отдохнёшь от этого мозгоёба.

Он улыбнулся.

В голосе не было злости по отношению к Матвею. Скорее дружеская издёвка. Но для Кати это действительно был шанс. А вдруг ей удастся? На пару дней, а может быть пять или неделю снова быть свободной?

— Я хочу. Очень хочу домой, — с надеждой попросила она, не позволяя себе даже на секунду поверить, что это может быть правдой.

Дима подошёл ближе и наклонившись почти в губы ей произнёс:

— Только с тебя причитается. Ты моя должница, Катя.

Дима не солгал, он действительно усадил её в машину и оторвавшись от хвоста — машины, которая за ними всюду следовала, вывез в аэропорт где посадил на свой частный самолёт.

По итогу Катя возвращалась с тем же багажом, что и летела сюда — с малюсенькой сумочкой и телефоном.

4. “Black Horse”

Ещё никогда Катя так не радовалась промозглой погоде. Классическому ноябрю со всеми вытекающими: грязью, мелким снегом и холодом, пробирающим до костей.

С момента её возвращения домой прошло три дня. Она успела позвонить родителям, долго общалась с мамой. Мама призналась, что у отца проблемы на работе. Постоянно задерживают зарплату и в целом относятся по-свински. И поэтому повис долг за ипотеку.

Катя сразу прикинула, чем бы она лично могла помочь? Но у неё в данный момент был сильный напряг с деньгами. Они исчезали с карты со скоростью света.

— Денис помощь не предлагал? — спросила она про брата.

— Ты знаешь отца, он гордый, сказал не брать. Я один раз взяла, так тоже не удобно…

Да, логика железная. Лучше торчать банку с процентами, чем взять у родного человека безвозмездную помощь.

— Что-нибудь придумаю, мам. Может получится немного заработать.

Катя пошла на кухню и взяла с собой в комнату большой бумажный пакет из “БургерSon”. Её слабостью всегда была вкусная еда. Вредная в особенности. Она могла себе позволить есть в большом количестве, так как её организм обладал чудесной особенностью: не поправляться. Но есть при этом хотелось почти всегда. Как будто съеденное проваливалось в черную дыру и было неясно как два больших гамбургера могут уместиться в эту маленькую, хрупкую девушку?

Катя позвонила Марине по видеосвязи. Она — как глоток свежего воздуха, им столько всего предстояло обсудить, посплетничать, пожаловаться на редакцию, поговорить о планах.

Пока Катя заедала свой стресс картофелем фри, Марина показывала новые сшитые наряды.

Марина была в постоянном поиске себя. Они были знакомы несколько лет и все эти годы подруга постоянно меняла сферы деятельности. То пробовала себя в фотографии, то было время когда она писала текстурные картины. В целом Катя считала — это здорово, когда человек старается ответить на свой главный вопрос: чем заниматься в жизни? Что можно делать настолько увлечённо, что даже не заметишь, как пролетает время? Особенно круто, когда на любимом деле ещё и удаётся заработать. Это вообще сказка.

— Ну как? — улыбалась Марина, поднося яркий свитшот ближе к экрану. — Есть у меня будущее в качестве дизайнера одежды?

Катя пригляделась. Это был ярко-розовый цвет с серыми вставками в виде волнистых линий. Вполне себе неплохо… если ты неформал.

— Мне нравится, но я бы надела что-то более спокойное, — лёжа на животе Катя потянулась в коробочку за картошкой.

— Хватит жрать! — крикнула Марина, явно недовольная такой поверхностной оценкой её творения. — Разумова, куда в тебя лезет?

Катя засмеялась, видя как подруга удалилась за пределы экрана.

— Как мой жених? Не созрел ещё меня на свидание пригласить? — спросила Марина про Дениса, снова приближаясь телефону. Теперь было полностью видно её лицо.

Симпатичное аккуратное личико. Мягкий тёплый взгляд и дреды на голове, убранные в хвост. Марина — это лучшее, что случилось с Катей в плане дружбы. На неё можно было положиться и довериться. Хотя про случайный отпуск с Чижовым Катя пока решила не рассказывать. Вдруг обойдётся? Он передумает и забьёт на неё? Так ведь тоже бывает?

— Неа, — Катя вновь закинула картошку в рот, — бизнесмен увлечён Витой, а та плетёт из него верёвки. Мне вообще кажется, такие как она любят исключительно банковские карты. А не тех, кто херачит, чтобы деньги капали.

После того, как звонок завершился, Катя села по-турецки и в который раз открыла банковское приложение на телефоне. Деньги стремились к нулю, нужно было что-то решать. Скоро платить за квартиру, а занимать не хотелось.

Она полистала журналистский канал в мессенджере. Это был особый закрытый канал, где тусовались многие журналисты со всей страны и где можно было взять заказ. Она принялась просматривать актуальные объявления о разовом заработке.

Несколько мелких заказов по пять, десять тысяч рублей. Тут ничего интересного, и хватит только на еду. И то на несколько дней.

Она открыла закреплённое задание — то, ценник которого рос с каждым днём, но тем не менее за него никто не брался. Репортаж из закрытого гетто преступного мира.

Катя в который раз пробежалась глазами по строчкам.

“Попасть на территорию гетто, заснять кадры и людей. Выяснить, какие порядки и обычаи на их территории и откуда столько денежных средств для стремительного роста. Поговорить с Антоном Самойловым….”

Катя выключила экран. Задание было жуткое, именно поэтому никто за него не брался. Самойлов был тот, кто оккупировал в своё время небольшой район города со своими бандами. Тогда его не воспринимали всерьёз, власти думали, что можно в любой момент прихлопнуть его как муху на стекле. Теперь же ему принадлежала чуть ли не половина города, и притеснял он Чижова (настоящую действующую власть на данный момент) довольно здорово. Несколько раз между ними были открытые конфликты, которые решались исключительно кровью.

Катя уже несколько месяцев не слышала про их стычки. Видимо, пока удавалось каким-то образом сохранять шаткое перемирие.

Да… десять миллионов за информацию. Кажется много, но когда представляешь на другой чаше весов свою жизнь и физическое здоровье, то сумма уже не кажется такой огромной.

Гетто было закрыто от лишних глаз и чужих туда пускать не любили.

Именно поэтому…!

Катя решила взять другое задание: закрытый комплекс “Black horse”, за которое тоже значилось хорошее вознаграждение. Конечно, не такое увесистое как за Самойлова, но всё же.

“Black horse” — закрытый элитный клуб в полутора часах езды от города. Катя написала администратору канала и ей скинули точную геоточку. Дополнительных данных не прилагалось.

Ну что можно делать в закрытом элитном клубе? Наверняка там собираются сливки общества и творят какой— нибудь разврат или ещё что похуже.

После того, как Катя легла спать, она принялась генерировать план, как ей туда попасть и безопасно заснять материалы.

На следующий день ближе к вечеру она поехала за стареньким Дэу Матиз, который взяла напрокат. Затем купила рабочую форму уборщицы и взяла её с собой.

Машина была настоящая развалина — постоянно дёргалась и жрала много бензина. Но это именно тот вариант, который не привлечет к себе внимания.

Пару раз Кате казалось, что за ней едет тёмный тонированный внедорожник. Но потом он исчезал с поля зрения, и она не стала придавать этому большого значения.

Припарковавшись поодаль от загородного клуба, Катя услышала за высоким забором многочисленные голоса. В основном мужские. Какие-то стихали и заходили внутрь. Какие-то по-прежнему были слышны на улице. Девушка отметила, что слышит иностранную речь. Пройдя несколько шагов к комплексу, она поняла, что прибывшие гости говорят по-английски.

Двигалась она осторожно, но дёргаться тоже не следовало, ведь она якобы пришла на работу. Выдох, вдох. Спокойно. Всё получится и тогда можно будет продать своё расследование даже чуть подороже.

Несколько раз нажав на кнопку калитки, она увидела мужчину в черном костюме и с рацией в руке. Смотрел он хмуро и словно сканировал её лицо по памяти.

— Новенькая? Или в базе?

— В базе, — просто ляпнула Катя наугад.

Тут в рации раздались указания:

— Валера, бери главный, там сейчас не протолкнуться.

Мужчина жестом пригласил Катю войти, понимая, что у него сейчас нет времени возиться с персоналом.

Есть! Первая задача выполнена!

Катя с бьющимся сердцем проскочила в здание. Эта часть по её логике предназначалась для персонала. Она увидела коридор и несколько дверей. Всюду сновали люди в форме: кто в белой поварской, кто в фартуках для официантов. Девушки и мужчины переговаривались, шутили.

Одна девушка с чупа-чупсом во рту остановилась и спросила:

— Ты за Морозову?

— Я уборщицей… — неловко пояснила Катя, сжимая пакет в руке.

Девушка закивала и заглянула в пакет, где лежала форма.

— Как зовут?

— Ксюша, — ляпнула первое, что пришло в голову.

— Давай сюда, — девушка провела её в комнату неподалёку, — одежда в шкафчике. И смотри не отсвечивай, мы только на подхвате.

Катя вошла в комнату и поняла, что все девушки переодеваются в единую форму — короткие чёрные платьица с кружевом на груди и шёлковым фартучком на юбке. Причём юбка была экстремально короткой и едва прикрывала ягодицы. В комплекте шли также тканевые чулочки и лёгкие туфельки без каблука. А на шею — бархатная лента с бантиком.

Лихорадочно поразмыслив некоторое время, Катя принялась одеваться, между делом выспрашивая у девчонок: кто что знает об этом заведении. Ей нужна была хоть какая-то стартовая информация, чтобы не растеряться и не выдать себя.

Одна девочка объяснила, что тут вращаются не очень хорошие люди — шишки из разных стран, которые устраивают встречи, оргии, вечеринки и прочую муть. Девушка говорила общими фразами, но одно Катя поняла наверняка: за распространение информации о местных обитателях отрежут руку, не меньше.

Горе-журналистка прикусила губу и решила, что пока просто осмотрится, и телефон с собой брать не будет.

Повсюду сновали официанты, кто с бокалами, другие с закусками. Где-то в отдалении слышались разговоры и смех. И пройдя по зданию она увидела огромную стеклянную крышу-купол, через которую виднелось тёмное небо. Перед ней открылся большой зал со столиками, небольшой сценой и свободным пространством посередине. Мягкий свет, рассеивающийся через хрустальные люстры, словно обволакивал пространство, придавая ему волшебный оттенок. Стены, обтянутые шелком персикового цвета, отражали свет, создавая уютную атмосферу, располагающую к общению и расслаблению.

Мужчины в дорогой одежде общались между собой, кто-то был в спортивных штанах и футболках, другие в джинсах, третьи в рубашках и брюках. Одним словом: им было всё равно,что на них одето.

Рядом с ними крутились хорошенькие девушки, просто с обложки. Длинноногие, в откровенных нарядах. Играла ненавязчивая музыка и пока ничего толком не происходило. Потом на сцене началось шоу фокусников-иллюзионистов, которое никто не смотрел.

Тут она увидела за одним из столиков знакомый силуэт. На белом диване сидел Чижов собственной персоной. Волосы уложены лёгкой волной, руки раскинуты на спинке дивана. Как всегда до невозможности притягателен: на нём чёрная майка, открывающая рельефные изгибы мощных мышц, и тёмные джинсы. Выражение лица ровное и даже немного отстраненное.

Рядом сидела красивая длинноволосая брюнетка и что-то ласково ему рассказывала на самое ушко. Прижималась к нему пышной грудью и всем своим видом показывала, что она не против уединиться. Матвей что-то ей сказал, и та не долго думая стянула вниз топ платья, обнажая грудь в прозрачном кружевном бюстгальтере.

Если бы Катя была чайником, она бы закипела в это же мгновение, щедро расплёскивая кипяток на всех окружающих. Обычный бабник и пользователь! Придурок, грёбаный мудак! Захотелось пнуть колонну, за которой она пряталась, осматривая зал. Козёл!

Неприятное чувство кольнуло в груди на секунду-другую и лишило её мозг навыка ориентирования в пространстве. Что-то внутри больно давило и не давало возможности принять хоть какое-нибудь здравое решение прямо здесь и сейчас. Хотелось развернуться и уйти. А лучше убежать и спрятаться. Но она отчётливо понимала, что деньги сами с неба не сыпятся, нужно брать себя в руки и аккуратно вернуться за телефоном или маленькой скрытой камерой. Вдруг сейчас начнётся самое интересное?

Она развернулась и тут увидела блондина, который тискает в углу бедную девушку азиатской внешности. Кажется, даже японку. Замерев, она не знала как следует себя вести простой уборщице. Вроде бы всё в порядке вещей, девушка сладким голосом охает и щебечет. А мужчина… просто ужас, а не место!

Катя было прошла мимо,

Но тут её схватила рука того самого мужчины. Это оказался Дима. Надо же, какое приятное совпадение! Одни знакомые лица.

Он отпустил японку и приблизился к Кате.

— Катюша, решила стать уборщицей? Всё бы ничего, только чего-то не хватает. Например, швабры в руках или хотя бы тряпочки.

А ведь он прав, чёрт! Катя в растерянности коснулась губ подушечками пальцев. Он ведь не сдаст её? Он уже понял, что она тут делает?

Дима как обычно едва заметно улыбнулся и проскользил по Кате заинтересованным взглядом.

— Пойдём, Матвею тебя отдам. Думаю, он не откажется от такой прислуги.

Дима едва коснулся пальцами её ягодиц и Катю словно прошибло током. Но ей пришлось послушно проследовать за ним, дабы не быть брошенной на растерзание волкам за своё незаконное проникновение.

Когда они подошли к столику, брюнетки уже не было рядом с Чижовым. Он также как и Дима в приятном удивлении принялся сканировать Катю с ног до головы. Вот это сюрприз! Добыча сама пожаловала к нему в лапы, глупая. На голове аккуратный хвостик, испуганные глазки смотрят взволнованно.

— Тебя как сюда занесло, госпожа горничная? — спросил он с издёвкой.

Щёки Кати пылали. Она бы кучу всего могла ему ответить, но только не здесь, в этом пристанище ада на земле. Поэтому она тихо села на диванчик на противоположной стороне стола, чувствуя тяжёлый взгляд Матвея. Он был зол, раздражён? Плевать. Сам тут лапает всех кого не попадя.

Дима сел рядом с ней, закрывая ей выход на случай, если она попытается сбежать.

Тут раздался голос ведущего:

— Now we are playing your favourite game: “make a wish”! (Сейчас играем в любимую игру: “загадай желание”!)

Многие довольно захлопали, ожидая чего-то по настоящему зрелищного. Катя английский знала достаточно хорошо, их преподаватель в университете муштровала их будь здоров. Поэтому пока она всё понимала.

Ведущий у всех на глазах написал на бумажках имена присутствующих гостей. Потом перемешал и дал вытянуть одному взъерошенному парню.

Тот развернул бумагу и повернулся к их столику, произнося с акцентом:

— Matvey Chizho-ov! (Матвей Чижо-ов!)

— Ok, make a wish, Mr Jefferson! — (загадайте желание, мистер Джефферсон!) произнёс ведущий приторным голосом.

Парень, вытянувший бумажку, выглядел ужасно неопрятно. Расстегнутая рубашка, приспущенные штаны с расстегнутым ремнём. Наглая размашистая походка хозяина мира и злая улыбка на губах.

Матвей вышел из-за стола прямо на середину зала. Все были в предвкушении: какое же безумное желание придётся выполнить?

Представители клуба “Black horse” обожали эту игру. Она била по нервам и здорово разгоняла адреналин. В Пекине желанием одного из участников было спрыгнуть с самого высокого шпиля со страховкой. Кто-то мог загадать ограбление ювелирного со онлайн-трансляцией в реальном времени. В другой раз желанием было проехаться на "багажнике вместе со шл*хой и хорошенько ей присунуть прямо во время движения автомобиля.

Эта игра была на грани и за ней. Задания с каждым разом были всё более безумные, а оказаться слабаком не хотелось никому из присутствующих.

Парень в рубашке задумался и с сумасшедшей улыбкой выдал:

— Kill somebody! (Убей кого-нибудь!)

Сначала повисла тишина, а потом большинство довольно загалдели, обсуждая хватит ли у Матвея смелости и решимости выполнить это задание. Чижов же засунул руки в карманы брюк и начал осматриваться, продумывая и подбирая подходящие варианты. Его совершенно не смутило это задание. Он достал телефон, набрал кого-то и коротко что-то сказал.

— Он же не…? Господи! — Катя подскочила, но Дима её остановил.

— Сядь!

Катя с ужасом наблюдала как парень, по манерам и разговору похожий на американца продолжал давить на Чижова. Он нарочно провоцировал, выкрикивал, тыча пальцем в подходящие жертвы: в персонал и даже ведущего, тем самым очень веселился и развлекался. Для Кати осталось загадкой: он был под чем-то или его больное сознание само породило эту чудовищную идею?

Тут пришел телохранитель Чижова и протянул ему в руку пистолет . Толпа ещё больше заволновалась. Всем было очень интересно: что же произойдет дальше?

Тут американец схватил официантку и смеясь притянул к себе, предлагая как отличный беспроигрышный вариант.

Бедная девушка побелела и круглыми от ужаса глазами искала помощи у присутствующих. Но никто не спешил её спасать. Все как заворожённые следили за тем, что же будет дальше.

— How do you like it? — (Как тебе этот вариант?) он потряс перепуганную девушку за плечи. — Let's shoot, I hold her. Are you wuss? (Давай, стреляй, я держу её. Слабо?)

Дикий ненормальный смех. Ужасный, разрушающий.

— Не надо, Матвей! — Катя уже начала перебираться через Диму, который по-прежнему не пускал её. Паника завладела ей, она решила, что сейчас произойдет нечто непоправимое.

Чижов вытянул руку вперёд, направил оружие прямо и выстрелил.

Все замерли и на пол упало тело безумного американца. Судя по всему, выстрел пришёлся прямо в голову.

Тут раздались аплодисменты. Мужчины подошли по очереди к Чижову, хлопали по плечам комментировали и выражали своё восхищение. Затем вечер продолжился как ни в чём не бывало.

Спустя какое-то время все стали расходиться, и Катя услышала от одного из охранников, который говорил по рации:

— Восемь тридцать, проверка пропусков. Пятый в персоналку, седьмой на кухню, первый — берёшь подвал…

У Кати волосы зашевелились на затылке. Он поняла, что Дима испарился, а Матвей куда-то направился. Ей потребовались считанные секунды, чтобы рвануть за ним и сделать вид, что она не болтается без дела, а работает с клиентом.

Матвей пошёл вниз по лестнице, затем по длинному коридору, ведущему неизвестно куда. Катя поёжилась. Она загнала себя в ловушку и теперь непонятно, как выпутываться отсюда.

— Зачем ты убил его? — спросила она, едва поспевая за ним.

— Он сам попросил, — ответил Матвей безразлично — предлагая такое, он не должен был исключать себя из списка предложенных лиц, разве нет?

— Ты можешь… можешь… мне помочь? Если поймут кто я, меня уничтожат.

Матвей не стал сбавлять темп и шёл по-прежнему быстро.

— Уже передумала снимать свой подпольный репортаж?

Ну конечно, он сразу понял зачем она здесь. Катя отчётливо слышала шаги, чеканящие по паркету, которые её пугали. Что будет, если сейчас её схватят без пропуска..? Она зажмурилась и продолжила семенить за Матвеем.

— Пожалуйста, Матвей.

Шаги приближались. По ощущениям, там было сразу несколько человек. Сердце девушки замерло от парализующего холода предстоящей расправы. К счастью, Матвей наконец остановился.

— Ты мне никто. Сама предпочла съ*баться при первой же возможности.

Зелёные глаза не просто смотрели, они душили правдой.

Катя готова была заплакать, она уже видела, как в конце коридора появились огромные охранники и шли по направлению к ней.

— Я сделаю всё, всё, что ты скажешь — в отчаянии произнесла она, робко всматриваясь в его лицо. — Пожалуйста, помоги.

Голос дрогнул, а к глазам подступили слёзы. Чижов продолжал сверлить её взглядом.

— Встань на колени, — приказал он низко, чтобы на деле проверить степень её отчаяния.

Катя повернула голову и услышала:

— Извините Матвей Александрович, проверка пропусков в целях безопасности. Девушка, предъявите Ваш персональный пропуск.

Это конец.

— Я взял её себе, можете идти, — сказал Матвей, не отрывая взгляда от Кати.

Когда мужчины без лишних вопросов удалились, Матвей не двигался. Он ждал исполнения своего приказа. Именно сейчас они заключили договор, который она теперь обязуется исполнять.

Смотря вниз, Катя опустилась перед ним на колени.

Его правая рука скользнула в её волосы и потянула за резинку, распуская волосы. Горячие пальцы специально задержались на щеке, затем провели по губам, пронзая Катю новыми ощущениями.

— Хорошая девочка. Надеюсь, теперь ты будешь более послушной игрушкой. Потому что я…

Он обошёл её и встал за спиной, скользя ладонью теперь под лиф платья, плотно сжимая грудь.

— ... отрежу тебе голову, если не сдержишь своё слово.

5. Привязанность

Катя проснулась от того, что с неё стянули одеяло и она сразу ощутила на своих бёдрах горячие ладони.

— Я хочу твою щ*ль, просыпайся.

Первым желанием было отодвинуться как можно дальше. Чёрт, она никогда к этому не сможет привыкнуть. Пошёл уже третий день как она в доме Чижова.

Вот только в первую ночь они спали отдельно и он к ней даже не подошёл. Вчера Матвей оставил ей безлимитную карту и записку, распорядился, чтобы новую одежду доставили в дом. Но сам так и не появился. А теперь…

Катя сонно моргала глазами. По ощущениям безбожно рано.

— Матвей… — только тихо позвала она, желая исчезнуть из-под его требовательных ладоней.

Он был в одних мягких черных штанах с оголённым торсом. Свежий и бодрый, как будто уже совершил пробежку или вовсе не ложился.

Он принялся нагло целовать внутреннюю сторону бедра ни на фффсекунду не сомневаясь в том, что сейчас она окажется под ним.

Каждое касание его губ оставляло ожог. Катя лежала в одной шелковой сорочке и понимала, что это слабое препятствие, особенно учитывая тот факт, что она его вечная должница. Но тело натянулось как струна. Катя набрав воздуха в лёгкие, боялась дышать и надеялась, что это лишь страшный сон, и она сможет проснуться.

В углу горел тусклый вертикальный ночник и позволял отчётливо видеть что сейчас происходит. Он. Пришёл. Чтобы взять своё.

Не говоря ни слова больше, он достал свой эрегированный чл*н, и чуть отодвинув её трусики, ткнулся между ножек, вызывая дикую панику.

— Стой, я не… я не готова! — Катя дёрнулась к спинке кровати, но Матвей не дал ей двинуться с места, нависая над своей игрушкой.

Он видел в карих глазах испуг, и это по вполне устраивало.

— В прошлый раз ты возбудилась моментально.

Его правая рука опустилась вниз между её ножек и пальцы принялись нежно перебирать складки, гладить и касаться так, будто он трогал лепестки розы. Едва нажимая и доводя Катю до молчаливого ступора. Несколько мгновений она как рыба ловила ртом воздух, не желая поддаваться на эти действия, но потом её тело как по команде отозвалось и подчинилось ему.

Матвей ощутил несколько капель смазки на своих пальцах и снова приставил чл*н к её влажному входу.

Но Катя опять дёрнулась и взмолилась:

— Матвей, не надо..! Пожалуйста..!

Зелёные глаза сканировали её и не могли понять, чего она так возится?

— Ты же не хочешь сказать, что ты девственница в свои двадцать три? — с раздражением спросил он, продолжая надавливать головкой.

Туго. Тесно. Вообще не вставить. Чё за..? В первый раз он попал в такую ситуацию. Это вызвало даже лёгкий ступор.

— Нет, — сказала Катя и её тело обдало жаром, она ёрзала под ним и всячески старалась уйти от неминуемой близости. — У меня был только один. Один раз.

Катя понятия не имела, как мужчины реагируют на подобную информацию. Наверное, напрягает и раздражает, когда девушка неопытна и ведёт себя как перепуганное бревно.

Матвей же всё это время смотревший на свой член медленно поднял взгляд на Катю. Чего? Один грёбаный раз? Чижов неосознанно облизнул губы. Значит придётся сделать несколько лишних действий, перед тем как войти.

Он принялся ласкать языком её рот, пронзая жаром. Опасно исследуя, проникая глубоко и вызывая дрожь по всему трепетному телу.

Правой рукой он скользнул в между мокрых складок внутрь.

— Давай я тебя растяну, не против? — произнёс он издевательски в самые её губы.

Сначала один палец затем два и три. Хотя бы так смог освободить пространство для себя же. Чуть-чуть подготовить эту узкую щёлочку. Такую нежную и дрожащую.

Катя сгорала от неловкости. Он освободил её от трусиков и продолжил своё издевательство. Целуя вершинки грудей и оттягивая своё удовольствие.

— Не надо, Матвей… — не помня себя просила Катя. Она боялась этого нового чувства, которое разливалось по телу и наполняло словно парное молоко с мёдом. Распаляющее, сладкое.

Наконец она растаяла как сливочный пломбир на солнышке. Постанывала и извивалась принимая ласку.

— Раздвинь ноги, — хрипло приказал он, — расслабься.

Катя прикусила губу и чуть поднимая голову смотрела, как он снова готовится войти. Большой, какой же у него большой и внушительный… этот факт не успокаивал, а напротив сеял панику в её мозгу. Снова хотелось отодвинуться назад.

— Расслабь! — ещё грубее рыкнул он, чуть надавливая пальцами внизу живота.

Катя стиснула зубы. Она не могла расслабиться, просто не могла. Это напомнило ей приём у гинеколога, который кое-как сумел пробраться внутрь, чтобы совершить свой осмотр. Он остался недовольным и бурчащим, потому что пришлось целых полчаса с ней возиться.

Ну что она может поделать? Тот первый раз она была достаточно пьяная, чтобы не сопротивляться, не взвешивать “за” и “против” и не вычислять в уме корень из 225.

Матвей снова надавил на мягкий вход. Как же невозможно узко… от этого хотелось ещё резче двинуться вперёд.

Но Катя поднялась на локтях:

— Ай-ай! Больно!

Матвей только бросил в неё острый как бритва взгляд, и закрыл рот ладонью. Катя начала плакать прямо в его руку, по большей части потому, что очень боялась. Боялась и слишком сильно ощущала, как вовнутрь постепенно входит что-то непомерно большое.

Жжение.

— Привыкай… ты будешь насаживаться на него каждый день и каждую ночь. — Говорил он с жаром на ухо. — Будешь умолять взять его в рот. Я буду трах*ть в любой момент когда захочу. И знаешь что? Я сейчас хочу сделать это. Хочу порвать тебя и твою маленькую дырочку, так что лучше расслабься, чтобы потом не пришлось зашивать.

Катя снова заплакала, чувствуя как слезы обжигают щёки. Ещё глубже…

Раздалось рычание.

Кака же узкая, с*ка. Настолько узкая, что он даже не знал, что бывают такие. Как она мягким тесным кольцом обхватывает его чл*н. И как он хочет долбить её до изнеможения. Но пока физически не может этого сделать.

Он убрал руку и прижал её запястья к кровати.

— Тише… дыши. Дыши, вот так…

Катя по-прежнему плакала не в силах свыкнуться с новыми ощущениями. Она смотрела куда-то в потолок и мечтала о том, чтобы он поскорее вытащил своё орудие пытки. Было больно, горячо и тянуще приятно. Но Матвей сам по себе являлся тем человеком, с которым она никогда не сможет расслабиться, поэтому напряжение пронизывало каждую клетку её тела.

В итоге протиснуться внутрь на всю длину так и не удалось. Матвей разозлился и кончил на лицо.

— Сделай завтрак! — донеслось до Кати, когда он уже покидал комнату не в самом лучшем расположении духа.

Девушка, хлопая ресницами, не знала: ей стоит радоваться или опасаться и ждать расплаты за своё неподчинение. Она быстренько приняла душ, оделась в лёгкое платье и спустилась вниз.

Матвей сидел в белой футболке за кухонным островком с ноутбуком и бумагами и работал.

Катя не знала, какой именно завтрак приготовить, но решила придерживаться классики. Она поджарила яйца, сделала несколько тостов. Положила яйцо на тост, нарезала несколько видов сыра и ветчины. Рядом на тарелке покрошила салат. Поставила кофе и налила апельсиновый сок.

— Какой сок ты любишь..? — осторожно спросила она, чуть оборачиваясь.

— Любой.

На удивление Матвей съел всё, что Катя ему предложила. Она почему-то думала, что сейчас начнётся экзекуция — недовольство: “я такое не ем, не могла что-то более интересное и питательное приготовить?” или что-нибудь в таком духе.

Для Кати было удивительно то, что он не отправился в ресторан или его не обслуживает какой-нибудь приглашённый повар.

После завтрака Матвей обратился к ней:

— Мне нужен пресс-секретарь. Думаю, ты вполне подойдёшь для этой роли. Завтра нужно будет выступить с речью и представить нашу компанию.

Протянув ей пачку листов, он наклонился над столом и провел пальцами по тексту.

— Нужно откорректировать речь и проработать ответы на провокационные вопросы, — Матвей указал на отдельный блок.

Катя подошла ближе, посмотрела внимательно на листы и не могла поверить своим ушам и глазам. Представлять на открытой конференции “001”? Ей?

Она взяла в руки бумаги, всё ещё думая что это шутка. Но вчитываясь в строки, она понимала, что это происходит по-настоящему. Он решил доверить ей настолько ответственное мероприятие?

— Нам пора выйти из тени таинственности и открыть карты. Представить кто мы и чем занимаемся. То, что выделено красным нужно опустить — ответить обтекаемо, чтобы никто ничего не понял.

Тут он взял её за талию и притянул к себе.

— Работа не отменяет твоей первичной задачи — прогибаться и стелиться подо мной. — голос был спокойным, а глаза блуждали по телу. — С этим ты справляешься дерьмово. Надеюсь с конференцией будет лучше.

Он без церемоний стянул верх её платья, оставив груди полностью оголёнными.

Катя не могла оторвать взгляда от его темнеющих глаз. Глубокие и сосредоточенные. Изумрудно-бездонные. Морские. Волнующие.

— Я постараюсь выполнить всё как можно лучше, — пролепетала Катя, имея в виду конференцию. Телом она ощущала его голод, который так и не смогла удовлетворить этим утром.

— Стой так.

Тут он встал и, положив руки на столешницу по обе стороны от неё, начал целовать, настойчиво проникая внутрь. Лаская и требуя взаимности. Запах тягучего меда и немного коньячный оттенок — именно такой запах исходил от Чижова. На этот раз она легонько коснулась его плеч и ответила на поцелуй. Совсем скромно, как будто целовалась в первый раз, но этой искры вполне хватило для того, чтобы у Матвея снесло внутренние тормоза. В груди заревело желание, не смотря на это, он лишь стиснул её в руках и продолжил целовать, спускаясь к шее. Руки хотели сжать грудь настолько сильно, чтобы она закричала на весь дом. Нельзя, иначе эта кувшинка, мать её, опять закроется.

Матвей с внутренним удовлетворением замечал, как Катя теряется, её глазки смотрят влажно, сосочки набухли. Он повел её на середину гостиной и бережно положил на пушистый ковёр.

На этот раз он старался быть максимально терпеливым: как будто надел маску, которую никогда в жизни ни для кого бы не надел. Или он просто открыл в себе другую сторону? Режим нежности и аккуратности, который до встречи с Катей был недоступен.

На этот раз он трогал и ласкал совсем по-другому и услышал наконец её мягкие нежные стоны. Увидел смущенное личико, ощутил мягкие касания. Она трогала его за плечи и слегка притягивала к себе когда он снял футболку и лег сверху.

— Матвей…— только выдохнула она, погружаясь в дымку этой близости.

Мягкий тёплый свет скользил по их очертаниям.

Матвей словно увидел её впервые. Катю, которая извивается под ним и хочет. Действительно хочет, чтобы он оказался внутри.

— Иди ко мне… — несдержанно прошептал он.

Она раздвинула ножки сама. Он отчётливо слышал, как она стонет, когда он входит. Нежный, протяжный и совершенно непередаваемый стон.

Матвей вспотел и тяжело дышал как будто пробежал несколько километров. Он ощутил настолько яркие краски в голове, как будто до этого не тр*хал женщин вообще. Как будто не доминировал, не принуждал. Не издевался. От этой узкой девчонки его потряхивало и в башку ударил целый вихрь эмоций: будто огненный ураган кружился, перемалывая все внутренние органы. Сжигая, превращая в яркий пепел и затем восстанавливая вновь.