Read the book: «Между двумя мирами»

1

Эта история началась давно.

Многострадальная страна Англия изнывала под гнётом короля Иоанна, которого по недоразумению называли Безземельным. На самом деле младший и любимый сын прославившего своё имя короля Генриха 11 Плантагенета имел больше земель, чем любой другой вельможа в стране, ещё, будучи принцем. Что-то он получил в наследство от отца, включая Ирландию, которую не сумел удержать. Что-то выпросил у старшего брата, рыцарственного и щедрого короля Ричарда Львиное Сердце, простившего братишке все его происки против себя и альянс с королём Франции Филиппом в стремлении отвоевать корону. И достаточно много получил с рукой Изабеллы де Клер, наследницы графства Глостер, которую не любил и не желал. Просто воспользовался её наследством, а потом отшвырнул женщину, как ненужный хлам. Ну а после трагической гибели короля Ричарда под стенами замка Шалю близ Лиможа тридцатидвухлетний Иоанн получил и корону, и всю страну в своё полное распоряжение. И употребил он свою власть, надо сказать, несколько странным образом. Он, если можно так выразиться, единственным и старым, как мир, способом увеличивал народонаселение страны. Другими словами, укладывал в свою постель любую приглянувшуюся ему женщину, нимало не заботясь о том, как реагируют на это его подданные, у которых он уводил из-под носа их жён, дочерей, любимых. А какое ему до этого было дело? Он же не забирал их насовсем, а, попользовавшись, возвращал. Только одну женщину он взял безвозвратно. Эта история наделала тогда много шума. Иоанн позволил себе неслыханное – увёл прямо из-под венца невесту своего вассала Гуго де Лузиньяна, дочь Эймара, графа Ангулемского красавицу Изабеллу. Своих бастардов любвеобильный король даже и не пытался сосчитать, не говоря уже о том, чтобы знать их по именам. Оставалось надеяться, что не все они унаследовали от родителя его неприглядные качества, иначе в стране развелось бы слишком много, мягко говоря, непорядочных мужчин.

В своих прямых королевских обязанностях Иоанн оказался откровенно слаб. Он, к сожалению, не унаследовал военных талантов отца и на поле боя терпел одно поражение за другим, будучи, к тому, ещё и трусоват. За это и получил прозвище «король – Мягкий Меч». Зато по отношению к своим подданным он не знал жалости. Народ его ненавидел, не желая забывать кровавое убийство племянника Иоанна принца Артура, с которого король начал своё правление. Но все бунты и восстания он жестоко топил в крови. И даже баронов не щадил. Они же не могли ему простить бездарной внешней политики, и заговоры следовали один за другим.

При всём этом король Иоанн был видным, даже интересным мужчиной, и обладал недюжинным личным обаянием. Поэтому женщин, попавших в его объятия, ему не приходилось брать силой, они сдавались, как правило, добровольно.

Было лето 1207 года. Король, несколько подуставший после серии казней, к которым счёл необходимым прибегнуть, чтобы обезопасить свой брак, захотел новых ощущений и свежих чувств. Окружавшие его женщины – жёны и дочери баронов – ему уже порядком надоели. Искать красивых женщин среди простолюдинок он считал ниже своего достоинства, хотя если попадалась ему какая-нибудь особенно миленькая девушка, он, конечно же, не проходил мимо. Но это было несерьёзно, это не считалось. А королева наконец-то понесла от него – он был уверен, что от него, поскольку охранял её так бдительно, как ни один король до него не оберегал свою королеву. И он решил не донимать её своей любовью, от которой она, кажется, была к тому же не в восторге.

Надо признать, что королева Изабелла быстро разочаровалась в своём новом избраннике. Когда в Ангулеме он влюбился в неё с первого взгляда и предложил ей себя вместо законного жениха, она не возражала, хотя Гуго был молод и довольно хорош собой. Однако, попав в Лондон и удостоверившись, что жизнь здесь не так хороша и весела, как ей представлялось, молодая королева заскучала. Да и супруг, бывший намного её старше, не так хорош оказался, как думалось. А придворные крутились вокруг неё, любуясь на её изящную, поистине царственную красоту – не напрасно ведь её называли Аквитанской Еленой Прекрасной. Изабелла не собиралась решаться на измену супругу-королю, но насладиться восхищением окружающих мужчин была намерена сполна, тут ведь нет ничего плохого. Оказалось, что и этого нельзя. Король Иоанн не желал делиться супругой даже на таком уровне. И несколько молодых горячих голов слетели с плеч на плахе, куда отправил их король-ревнивец. Дошло до того, что бедная королева боялась поднять глаза на подданных, чтобы не спровоцировать невзначай очередную казнь. Её разочарование в короле, показавшемся ей поначалу интересным и очень привлекательным мужчиной, заставило вспомнить своего милого Гуго де Лузиньяна, с которым они были помолвлены с детства. И он, и она были единственными отпрысками у своих родителей, и те желали им счастливой безбедной жизни. Вышло не так, поскольку в её судьбу вмешался слишком любвеобильный король Иоанн. Это теперь она знала, что, тщательно оберегая её от мужчин, как свирепый пёс охраняет вверенную ему овечку, король сам не отказывал себе ни в чём, продолжая плодить детей направо и налево. А вот она никак не могла понести от него. Это было опасно. Известно ведь, что наипервейшая обязанность королевы – произвести на свет наследника престола. И только теперь, спустя шесть лет брака, у неё получилось. Королева вся отдалась радости свершившегося события и была даже довольна тем, что супруг оставил её в покое со своей опостылевшей любовью.

А Иоанну захотелось отправиться в Корнуолл. Это была его земля, его личное владение как графа Корнуоллского – вот уже больше двадцати лет он владел этим титулом. То была бедная, но красивая земля. Замок Лонстон – графская резиденция с самого первого дня существования его – не отличался ни особым изяществом, ни тем более роскошью. Построенный полтора века назад единоутробным братом великого Вильгельма Завоевателя графом Робертом Мортоном, первым, получившим титул графа Корнуолла, замок обрёл высокий донжон только в середине прошлого столетия. Это несколько улучшило его вид, но величия, однако, не принесло. Замок оставался серым, мрачным, неприглядным строением, хотя был крепок и надёжен. Сейчас над воротами замка красовался герб Иоанна – на красном фоне два распластавшихся в беге золотых нормандских льва. Это указывало на принадлежность его особе королевской крови, но большой красоты не добавляло.

Замок Лонстон стоял на высоком холме, а вокруг расстилались бескрайние пустоши, поросшие вереском. Иоанн знал, что на север от замка, за пустошью, начинается огромное непроходимое болото, куда не решается заходить никто, кроме местных жителей, да и те делают это весьма неохотно, только по крайней необходимости.

Среди этих диких людей бытовали легенды и предания, в которых фигурировали эльфы, феи и даже страшные «корнуоллские коты» размером с добрую лошадь. Но Иоанн этому, разумеется, не верил. Он, король, был выше россказней этих невежественных крестьян. Он даже в короля Артура не верил, если говорить по правде. По-видимому, благородный легендарный король, воплощение справедливости и силы, был слишком откровенным упрёком ему, Иоанну. Король не хотел этого видеть – и не видел.

Если же ехать от замка Лонстон строго на запад, то недалеко и до побережья Кельтского Моря, сурового скалистого берега, сплошь изрезанного бухтами и заливами. Если смотреть на эти многочисленные фестоны с высокого берега в солнечную погоду, то можно увидеть картину незабываемой красоты – спокойная вода в них переливается всеми оттенками голубого и бирюзового цвета, сияя и искрясь. Но такой красотой побережье балует людей нечасто. Куда привычней здесь штормы, когда тёмная, серая с оттенком синевы вода неистово бьётся у берега и ревёт, как разъярённый зверь.

Кортеж короля Иоанна, преодолев трудности долгого пути и оставив за собой красоты Дартмура, подъехал к замку Лонстон на закате, когда небо на западе окрасилось в великолепные пурпурные тона, обещая завтра солнце и ветер. Навстречу королю выбежал управитель замка и склонился в низком поклоне. Король едва взглянул на него.

– Ужин, Катиджери, а потом ванну, – пробурчал он, – я устал и весь взмок. Хочу отдохнуть. И девицу не забудь мне под бок положить, чтобы лучше спалось.

Управитель склонился ещё ниже.

– Всё будет так, как вы желаете, мой повелитель, – проговорил он, хотя знал, что король и не думает слушать его.

Засуетились слуги. В очаге запылал огонь. Во дворе замка стоял шум, и царила суматоха. Конюхи принимали лошадей, вели их чистить и поить, личные слуги нескольких важных господ, сопровождающих короля в этой поездке, носили вещи своих хозяев в выделенные им покои, а король уже развалился в кресле у стола и попивал поднесенное ему вино. Вскоре стол был накрыт, и Иоанн быстро насытился, не получив, впрочем, большого удовольствия от приготовленных для него яств.

– Завтра изволь сделать стол, достойный короля, Катиджери, – хмуро проворчал он услужливому слуге. – А теперь ванну и спать.

Король уже поднялся на ноги и собирался отправляться в свои покои, когда услышал кельтскую речь – двое слуг у выхода из зала обменивались репликами. Это было недопустимо.

– Прекратить, – рявкнул Иоанн, и в зале установилась мёртвая тишина. – Сколько раз я должен повторять, что не потерплю корнского языка в своём замке. Я не желаю слышать эту грубую речь.

В действительности дело было вовсе не в грубости речи, а в том, что король не понимал её. А раз не понимал, то и опасался заговора за своей спиной – подозрительность была одним из присущих ему качеств, стоящих не на последнем месте. Пробыв более двадцати лет в роли графа Корнуоллского, Иоанн не удосужился освоить хотя бы азы корниша. А зачем ему утруждать себя?

– Услышу ещё раз, – более спокойно добавил он, – и виновный получит двадцать палок.

Король обвёл присутствующих угрожающим взглядом и покинул зал, где люди замерли в страхе. Способности короля к усмирению непокорных были слишком хорошо известны.

А Иоанн, войдя в свои покои, попал в заботливые руки двух молодых миловидных женщин. Рукава их туник были закатаны, обнажая мягкие полные руки, шнуровка на груди распахнута, позволяя видеть упругие округлости, а юбки подоткнуты, приоткрывая стройные ножки. Только глаза при этом были испуганными – женщины не знали, чего ожидать от хмурого владыки.

– Ну, давайте уже, приступайте, – ворчливо пробурчал он. – Я хочу спать.

Женщины тут же раздели короля и помогли ему войти в тёплую ароматную воду. Быстро и ловко вымыли его, вытерли насухо и уложили в огромную постель, прикрытую мягким бархатным покрывалом.

– Которая из нас должна остаться с вами, мой господин? – спросила старшая из прислужниц.

– Ни одна, – грубо ответил Иоанн, – вы мне не нравитесь. Завтра я найду себе что-нибудь получше. А сейчас убирайтесь, обе.

Женщины вылетели из покоев повелителя, как две стрелы из лука, а он, закрыв глаза, погрузился в дрёму.

Но настоящий сон не шёл к королю. Ему чудились какие-то смутные образы, слышались неясные звуки, казалось, что рядом есть кто-то невидимый. Иоанну стало страшно. Но он заставил себя поверить, что это всё дорожная усталость и тот разговор, который он услышал в пути. Тогда двое из слуг, не подозревая, что до короля могут долететь их голоса, говорили о чудесах, творящихся в этих краях, особенно в полнолуние.

– А сейчас луна как раз наполнилась силой, – сказал один из них. – Значит, можно ждать всяких неожиданностей.

– Да, – подтвердил второй, – я слышал, что в прошлом году в полнолуние из болот вышло не меньше дюжины этих страшных огромных котов с горящими злыми глазами. Люди бежали от них, как от огня, а потом не досчитались несколько голов скота.

– Не будем выходить за ворота замка, Джед, – заключил первый. – Зачем нам эти ужасы, верно?

Они смолкли, а Иоанн рассмеялся.

– Только дураки могут верить во всю эту ерунду, – тихо проговорил он и постарался забыть услышанное.

Тогда, в яркий солнечный день, это было легко. Но сейчас, в притихшем замке среди корнуоллских пустошей неосторожные слова двух слуг не казались уже такими глупыми, особенно когда кто-то невидимый вздыхал рядом. В общем, уснуть Иоанн смог далеко не сразу, хоть и был утомлён дорогой. Но, несмотря на это, проснулся утром ни свет ни заря. Его потянуло выйти из душной комнаты, где кто-то мешал ему спать, на свежий воздух. Король набросил на себя чистую тунику, приготовленную заботливыми служанками, и вышел во двор. Вокруг было тихо и по-утреннему спокойно, только стражники ходили по замковой стене, тихонько перекликаясь между собой. Иоанн обошёл вокруг большого неуклюжего здания и оказался в саду. Здесь было совсем безлюдно. Рассветные лучи солнца освещали раскидистые кроны деревьев, цветущие кустарники и яркие скопления цветов на открытых участках сада. Над ними уже жужжали пчёлы, а птицы весело щебетали среди ветвей.

Иоанн медленно шёл по дорожке, и вдруг замер, поражённый. Навстречу ему шла женщина. Нет, молодая девушка, решил он, присмотревшись. Она была хороша, как утренняя заря. Тёмно-синее платье рельефно очерчивало изящную стройную фигурку с высокой грудью, длинные ноги легко отбрасывали шелковистую ткань подола. Чёрные, как ночь, волосы крупными локонами лежали на её плечах, блестя на солнце. А глаза… Таких глаз он не видел ещё ни у кого. Точь-в-точь как море у берегов Корнуолла в солнечный день. Девушка наклонилась и сорвала цветок. При этом её грудь открылась ещё больше в вырезе платья, и у короля пересохло во рту от охватившего его желания. Он стоял неподвижно, не в силах ни двинуться с места, ни сказать что-нибудь вразумительное. Но тут девушка подняла глаза и увидела его.

– Ох, – сказала она приятным мягким голосом, чистым и звучным, – я не хотела никого беспокоить. Здесь такие красивые цветы, и я позволила себе взять несколько, чтобы потом любоваться ими. Я сейчас уйду.

– Нет-нет, – обрёл голос Иоанн, – не стоит спешить. Цветы и, правда, изумительно хороши. И их так много, что вы свободно можете нарвать целый букет без малейшего ущерба для сада.

– Вы очень добры, милорд, – девушка улыбнулась. – Но я всё-таки пойду.

Она повернулась, сделала шаг в сторону и… исчезла.

Иоанн стоял некоторое время, широко раскрыв глаза от изумления, а потом двинулся к замку. Увиденное было слишком странным, чтобы быть правдой. Но в то же время он видел всё совершенно отчётливо. И что это было?

С расспросами король обратился к управителю. Тот долго думал, выслушав описание девушки, а потом сказал, что такой леди нет ни в самом замке, ни в его окрестностях.

– Разве что… – он задумался, – но нет, такого не может быть. Они никогда не являлись на глаза людям в этом замке.

– Кто они, – строго спросил король, грозно нахмурившись, – о ком ты говоришь, Катиджери?

– Видите ли, мой господин, ещё моя бабка говорила мне, что в этих краях, где-то в глубине болот живут воздушные люди, обладающие многими волшебными способностями, в том числе умеют появляться и исчезать совершенно неожиданно, – управитель слегка смутился. – Мне не кажется, что это может быть правдой, но другого объяснения я придумать не могу.

– И что ещё говорила твоя бабка, Катиджери? – король смотрел с интересом, злости в его голосе не было.

– Она говорила, повелитель, что люди эти исключительно красивы, особенно их женщины, – задумчиво продолжил управитель, – и могут приходить к смертным, если захотят, и даже жить с ними рядом какое-то время. Но никогда не остаются навсегда. И, как правило, не причиняют зла людям.

Король удовлетворённо кивнул. Как ни странно, но такое объяснение ему понравилось. Девушка была исключительно, неправдоподобно красива. Но он ведь король, и значит, заслуживает всего самого лучшего, в том числе и самой красивой женщины. И ему до боли остро захотелось овладеть этой неземной красавицей.

День прошёл для Иоанна как в тумане. Он не помнил даже, что говорил своим приближённым, и что делал. Вечером, уединившись в своей опочивальне, стал прислушиваться. И снова кто-то невидимый был рядом, шевелился, вздыхал. А за окном шумел ветер, и громко кричали какие-то неведомые ночные птицы, наводя тоску. Уснуть удалось не сразу, но спал он хорошо. Проснулся снова на заре, быстро оделся и вышел в сад. Пройдя немного вглубь сада, облегчённо вздохнул, увидев, что незнакомка идёт ему навстречу.

– Доброе утро, красавица, – приветствовал он девушку, – ты снова пришла за цветами?

– Нет, – ответила она, глядя ему в глаза, – я пришла поговорить с вами, мой господин. Я хочу знать, как ваше имя.

– Меня зовут Джон, – охотно откликнулся он, – и я король Англии. А как называют тебя?

– Я принцесса Брианна, – тихо сказала девушка, – и я никогда ещё не видела таких красивых мужчин, как вы. Ваши волосы сияют на солнце как осенние листья в лесу. А глаза подобны спокойной глади воды в озере Лон.

Девушка смущённо потупилась, щёки её порозовели, от чего она стала ещё прекрасней, чем была. У Иоанна перехватило дыхание, и желание вскипело в нём огромной приливной волной, затмевая разум. Но он удержал себя в руках, понимая, что сила не на его стороне, и продолжил разговор мягким, обволакивающим голосом, к которому прибегал при обольщении особо неподатливых женщин.

– Я очень рад, даже счастлив, моя принцесса, что понравился вам. Потому что ваша красота совсем лишила меня и сна, и покоя. Позвольте мне поцеловать вашу ручку.

И король потянулся к девушке, осторожно, стараясь не спугнуть, взял за руку и нежно прижался губами к прохладной мягкой, как бархат, коже. Она не возражала. Напротив, он понял, что ей это нравится. И ещё уловил Иоанн своим отработанным мужским инстинктом, что девушка эта чиста и наивна и совсем ничего не знает о телесной любви. Что за глупцы их мужчины! Такая красавица и ходит нетронутой.

Почувствовав, что Брианна буквально растаяла от этого невинного поцелуя, он продолжил ласку, поднявшись по руке немного выше. А потом, бережно прижав к себе девушку, он улыбнулся ей в глаза и припал к её губам мягким нежным поцелуем. Она вздрогнула и прижалась к нему сильнее. И тогда Иоанн дал волю своей страсти, и поцелуи его зажгли пожар в крови этой невинной девушки, обещавшей стать восхитительно страстной любовницей.

Она слегка напряглась, и король отпустил её, продолжая смотреть в бирюзово-голубые глаза жадным затуманенным взглядом.

– Как называется то, что ты делал со мной, король? – прошептала девушка.

– Я любил тебя, моя принцесса, – отозвался Иоанн, – и это только начало того, что могут подарить друг другу мужчина и женщина, когда любят.

– О! – мечтательно проговорила безыскусная невинная девушка. – Что, может быть ещё лучше, чем было?

– Во много раз лучше, несравненно лучше, моя красавица, – голос Иоанна дрожал от возбуждения, – я могу дать тебе столько наслаждения, что ты будешь кричать от удовольствия и просить меня не прекращать ласки, пока не уснёшь, утомлённая любовью, в моих объятиях. Ты только позволь мне показать тебе это.

– Я хочу этого, король, – ответила Брианна, – и я позволю тебе показать мне всё, что ты умеешь. Жди меня, когда стемнеет, в своей опочивальне.

Она повернулась, шагнула чуть в сторону и пропала, как будто её никогда и не было рядом с королём. Можно было бы даже подумать, что всё это ему привиделось во сне, если бы не сладкое ощущение на губах от её кожи и не страстная дрожь во всём теле. Она была здесь, да, несомненно, была. Он держал её в объятиях и целовал, он помнит нежный аромат её волос. И она обещала прийти к нему вечером. Иоанн довольно рассмеялся и отправился завтракать. Этот день он провёл намного лучше вчерашнего, только с нетерпением ждал вечера. Его плотский аппетит разгорелся до уровня пожара, который невозможно погасить ничем, кроме её нежного невинного тела.

2

Управитель сказал чистую правду. В этой части Корнуолла, на север от замка, за непроходимыми болотами находилось скрытое от людских глаз королевство Эйерленд, где жили воздушные люди. Это было племя людей, обладающих волшебными способностями. Главной их особенностью было умение по собственному желанию становиться невидимыми, а также перемещаться на большие расстояния силой мысли и проникать в любые запертые на все замки помещения. Они мирно сосуществовали как с земными людьми, так и с представителями другого, невидимого людям мира – эльфами, феями, гномами. Были воздушные люди вообще довольно миролюбивы и никогда не ввязывались в конфликты, хотя и воевать им здесь было не с кем, да и незачем. Всё, что им было нужно, произрастало в их волшебной земле. На больших деревьях постоянно созревали многообразные чудесные фрукты, сочные и вкусные, и ещё орехи. А другие деревья давали урожай маленьких хлебов и вкусных сладких булочек. Пчёлы приносили им мёд. На земле обильно разрослись растения, приносящие зелёные стручки горошка, сочные морковочки и земляные орехи. В родниках всегда была чистая прозрачная вода. Что ещё надо людям? Вкуса мяса они не знали. Умение добывать себе одежду давалось им от рождения – для этого нужно было только произнести специальные заклинания, и всё, что заказано, появлялось в руках. Местные женщины нередко совершали вылазки к земным людям, чтобы посмотреть, что они носят, а потом делали такие наряды себе. Мужчины предпочитали самую простую и удобную одежду – тёмные шоссы, мягкие сапоги и свободно облегающие тело туники.

Иногда, пусть и редко, воздушным людям тоже приходилось воевать. Случалось это, когда на их земли приходили водяные люди. Они жили в королевстве Вотерленд на далёком острове Ирландия. Были они суровы и воинственны. И приходили, в основном, за женщинами. Потому что таких красивых и покорных своим мужьям женщин не было больше ни в одном волшебном королевстве в округе. Но воздушные люди умели противостоять такой напасти. Они хорошо оберегали свои границы и всегда знали, если неприятель приближался к ним. Тогда к месту предстоящего прорыва подтягивались воины, вооружённые огромными и устрашающими на вид луками. Казалось, такой лук не под силу поднять и великану, но они справлялись с ним играючи. Их умение пускать стрелы тучами было непревзойденным, и враги отступали.

Воздушные люди были красивы. Правда их мужчины, темноволосые и сероглазые, не отличались высоким ростом, но были статны и сильны. Женщины же были настоящими красавицами – изящные, миниатюрные, лёгкие, они напоминали искусно сделанные статуэтки. У них тоже были тёмные волосы, длинные и блестящие. Они отличались спокойным нравом и никогда не противоречили своим мужчинам.

Люди, населяющие королевство Эйерленд, были долгожителями. Они взрослели примерно к двадцати годам, входили в силу и жили в таком виде до трёхсот лет. А когда приходил их срок, они спокойно и покорно уходили, превратившись в яркую вспышку света – голубую у мужчин и розовую у женщин. Поэтому и плодить детей им не было необходимости, и рожали их женщины редко. Однако оборотной стороной этой красивой медали было то, что воздушные люди не знали любви. Когда приходила пора какой-нибудь паре произвести на свет потомство, они соединялись в постели, делая эту процедуру как обычную необходимую работу. Эмоции не окрашивали их отношения. Считалось, что они излишне возбуждают, напрягают и истощают, а значит, сокращают жизнь. И жители волшебного королевства предпочитали обходиться без эмоций. Так было спокойнее.

И ещё одна особенность была у воздушных людей. Они могли переносить себя на любые расстояния, однако не имели возможности преодолевать большие водные массивы. Поэтому их передвижения ограничивались пределами большого острова, на котором они жили, и который назывался Британией. Они, конечно, знали, что где-то за морем есть иные земли, где люди говорят на других языках, но никогда этого не видели. Они не общались даже с жителями Бретани, которые тоже были кельтами и говорили на корнском языке. Сами жители Эйерленда знали как корниш, так и язык англов. Это помогало им, когда было необходимо выбираться к земным людям.

Вход в королевство Эйерленд находился на небольшом островке в глубине болот, между двумя огромными менгирами. Здесь всегда стояли на страже два вооружённых луками воина, хотя совершенно спокойно можно было этого и не делать. Место было недоступно людям, и только старая колдунья Бриджит знала сюда дорогу и имела свободный доступ к входу в волшебную страну, однако и она никогда не заходила за большие менгиры.

Вот уже более двухсот лет страной воздушных людей управлял король Гволкхмэй. Он был силён и справедлив. Жители королевства охотно подчинялись ему и доверяли безгранично. Всё, что сказал король, было для них непогрешимой истиной. У короля была единственная дочь, которой он дорожил. Принцесса Брианна была краше всех женщин в королевстве. Но отец не принуждал её взять себе мужа. Девушка наслаждалась спокойной размеренной жизнью, иногда совершая вылазки к людям, чтобы полюбоваться красивыми цветами, растущими в большом саду замка Лонстон, принадлежащего, как она знала, самому королю англов. Такая жизнь была похожа на сон, спокойный, приятный сон, но тягучий и липкий, как мёд. А сладости принцесса не любила.

И вот свершилось событие, которое перевернуло всю её жизнь. В этом саду, так любимом ею, ранним утром, когда все в замке ещё спали, она встретила земного мужчину, который показался ей настоящим красавцем. Он был высок ростом, крепок в плечах и золотоволос. И он смотрел на неё очень ласково. Принцесса испугалась и поспешила исчезнуть. Однако немного позволила себе слукавить. Она просто стала невидимой и ещё какое-то время понаблюдала за мужчиной. Он очень удивился, когда она пропала, и ей показалось, что огорчился. Это тронуло девушку, поскольку было проявлением эмоций. А ей их хотелось. Она не знала, от кого унаследовала эту тягу к человеческим чувствам. Скорее всего, от матери. Отец никогда не рассказывал ей о своей жене, которая родила ему дочь. Но старуха Бриджит как-то обмолвилась Брианне, что её мать была не из их королевства. Отец как-то принёс её с собой из одной из своих вылазок. Она понравилась ему прекрасными голубыми глазами цвета неба и белой нежной кожей. Он взял её на ложе, но не дал любви, которой она жаждала, – он просто не умел этого. Он ещё пару раз совершил с ней акт слияния, а когда удостоверился, что она готовится стать матерью, перестал искать с ней близости. Девочка родилась в срок, здоровенькой и красивой. Но бедная мать, вскормив дитя своим молоком, угасла, зачахла без любви. А король был доволен тем, что получил дочь. И этого ему было достаточно.

Вернувшись от земных людей, принцесса Брианна выглядела какой-то неспокойной, непривычно взволнованной. Это, конечно же, заметила её лучшая подруга Мавис, которая всегда была рядом. Она пристала к девушке с расспросами, и пришлось рассказать, что её взволновала встреча с земным мужчиной, его горячие и одновременно нежные взгляды. И ещё она призналась, правда очень-очень тихо, что ей хочется повторить встречу и побыть рядом с этим мужчиной подольше.

Когда на другое утро встреча повторилась, принцесса Брианна едва держалась на ногах от пережитого волнения. Она уединилась с Мавис в их излюбленном месте возле небольшого озера и всё ей рассказала. Принцесса пыталась описать словами свои ощущения, а у подруги горели глаза – ей тоже хотелось эмоций, хотелось ласк и красивых слов.

Вечером Мавис проводила свою подругу в задуманную ею вылазку и осталась ждать её – до утра, если нужно. Принцесса и вернулась утром. И была совсем не похожа на себя прежнюю. Её глаза светились изнутри каким-то новым светом, придающим особый блеск её красоте.

– Что? – выдохнула подруга.

– Я стала женщиной, Мавис, – прошептала в ответ принцесса, – и то, что я пережила, ни с чем нельзя сравнить. Он целовал и ласкал меня всю ночь, и делал всякие неизвестные мне вещи, которых я никогда не видела тут. Но это было исключительно приятно, так хорошо, что я не могла сдержаться и стонала от наслаждения, а один раз, мне кажется, даже закричала. А он смеялся и ласкал меня вновь и вновь.

Брианна спрятала лицо в ладонях, потом опять взглянула на подругу. Та горела нетерпением узнать всё до конца.

– И он говорил мне такие слова, Мавис, каких я никогда раньше не слышала, – продолжила принцесса свои признания. – И сказал, что любит меня и хочет иметь в своей постели каждую ночь, и каждую ночь доводить до того, чтобы я кричала от наслаждения. Представляешь?

Долго ещё шептались подруги, обсуждая такие потрясающие события, а потом разошлись по домам.

Увидев принцессу, король Гволкхмэй сразу заметил происшедшие в ней перемены.

– Что с тобой произошло, дочь моя? – спросил он. – Ты очень изменилась со вчерашнего дня.

– Я стала хуже, отец? – заволновалась Брианна.

– Нет, этого я бы не сказал, – отец окинул её внимательным взглядом, – пожалуй, даже лучше, ещё красивей, если это только возможно.

– Спасибо тебе за добрые слова, отец, – принцесса потупилась, – но я должна сделать признание. Не знаю, как ты к нему отнесёшься. Прошу, выслушай меня, я не хочу иметь от тебя тайн.

И она рассказала своему отцу и королю обо всём, что произошло с ней.

– Я готова принять твоё порицание, отец, – девушка, наконец, подняла глаза, – однако ни одной минуты не сожалею о том, что сделала.

Но осуждения во взгляде отца она не встретила. Напротив, король Гволкхмэй смотрел на неё задумчиво и даже с некоторой долей волнения.

– Значит, свершилось, – произнёс он после некоторого раздумья. – Сядь рядом со мной, дочь, и выслушай то, что я должен тебе рассказать.

И он поведал ей удивительную историю.

Давным-давно, когда воздушный народ только поселился в Корнуолле, к королю, который правил тогда, явилась могущественная волшебница от самых сильных звёздных людей. Она предрекла, что седьмая по счёту принцесса по имени Брианна соединится с земным мужчиной и родит сына, которым будут гордиться не только жители Эйерленда, но и весь Волшебный Мир. Он будет силён, красив и справедлив. Его примут в Высший Совет Коалиции Волшебных Стран, и это станет большой гордостью для Эйерленда, поскольку случится впервые за всю его историю. Он окажет воздействие не столько на свой народ, сколько на земных людей. И его имя войдёт в историю Волшебного Мира. Когда он будет уходить по завершении срока своей жизни, вспышка света, в которой он исчезнет, будет настолько яркой, что её смогут видеть земные люди, и запомнят её надолго.

– Всё дело в том, дочь моя, – завершил свой рассказ король, – что ты и есть седьмая принцесса Брианна в нашем королевстве. Значит, ты пошла по пути, предначертанному тебе, и всё правильно. Ты можешь не переживать.

Принцесса облегчённо вздохнула. Она не хотела навлечь на себя недовольство отца, и была рада, что избежала его.

– Только есть ещё кое-что, как я вспомнил, – добавил отец, – ты можешь провести с этим земным мужчиной только три ночи и не больше.

На эти слова дочь ответила вздохом. Было жаль, что обретённое счастье любить и быть любимой окажется таким быстротечным. Но ослушаться она не смела, и была готова выполнить предначертание.

Вечером, как только стемнело, принцесса Брианна снова отправилась в замок Лонстон, как и обещала понравившемуся ей мужчине. Король Иоанн с нетерпением ожидал её в своей опочивальне и встретил радостным приветствием и нежным поцелуем. А потом снова целовал и ласкал её всю ночь до рассвета, доводя до исступления напором своей страсти. Она разожгла в нём желание, равного которому он ещё не испытывал в жизни, и это желание было трудно погасить.

– Я никак не могу насытиться тобой, моя красавица, – прошептал он ей рано утром, когда заря позолотила небо первым нежным светом, – и я счастлив, что впереди у нас ещё много таких ночей.

– Увы, мой господин, – ответила на это Брианна, – у нас осталась только одна ночь, а больше я не смогу прийти к тебе, как это ни грустно.

– Но почему? – удивился Иоанн. – Я ведь король, и всё будет так, как я хочу. Не бойся ничего рядом со мной.

– Ты король, это верно, и я горжусь этим, – печально произнесла принцесса, – но есть силы, которым должны подчиняться даже земные владыки.

Она ещё раз прижалась губами к красивому лицу Иоанна и исчезла, оставив его в полном недоумении. Такой поворот событий совсем не нравился королю. Он был намерен содержать при себе обретённую любовницу до тех пор, пока она не надоест ему. И какое ему дело до того, из какого она королевства – его собственного или волшебного. Она потрясающая женщина, и он должен погасить зажжённый ею в его крови огонь желания. А это возможно только путём более длительного обладания. Значит, так он и сделает – он просто не отпустит её от себя. Но как этого добиться? Ведь она исчезает по собственному желанию. Как её удержать? И король отправился за советом к управителю замка. Тот знает достаточно много о местных делах и, конечно, даст хороший совет.

Катиджери не обманул доверие короля. Выслушав всё, что повелитель счёт нужным сказать ему, управитель задумался, но ненадолго.

– Я знаю точно, мой господин, – ответил он на вопросы Иоанна, – что волшебную силу можно свести на нет металлом. Наденьте ей на руку металлический браслет, и она не сможет исчезнуть. Она будет полностью в вашей власти.

– Отлично, Катиджери, – удовлетворённо улыбнулся монарх, – ты меня радуешь и, безусловно, заслуживаешь награды. Но скажи, любой ли металл подходит для этого.

– Нет, – подумав, ответил на это управитель, – не подходит серебро, но отлично подходят железо и золото. Золото даже лучше. Оно полнее забирает волшебную силу.

Король кивнул головой с весьма довольным видом и удалился в свои покои.

3

А в королевстве Эйерленд две красивые девушки вновь сидели на покрытом зеленью берегу небольшого озера, вода в котором отливала удивительной синевой. На этот раз принцесса Брианна была грустна. Она рассказала подруге о том, как ей жаль расставаться с полюбившимся мужчиной после всех тех радостей, что он подарил ей. Как же ей будет не хватать его! Остаётся одна лишь ночь, последняя.

– Я опять провожу тебя, Брианна, – пообещала подруга, – и буду ждать до утра. Пусть тебе не будет одиноко, когда ты вернёшься. Я очень привязана к тебе, принцесса. И пусть все они говорят, что любовь это ненужная эмоция, я так не считаю. Я тоже хочу любви земного мужчины. И уже люблю тебя, дорогая. Ты можешь мне верить. Я тебя никогда не покину и не подведу.

– Спасибо тебе, Мавис, – принцесса была тронута. – Я рада, что ты разделяешь мои мысли. И счастлива, что ты есть у меня.

Посидев ещё немного на красивом берегу, девушки отправились домой. Принцесса Брианна хотела принять ванну и поспать, чтобы восстановить силы и быть в хорошей форме вечером, когда придёт время для любви.

К заходу солнца, как и обещала, Мавис пришла проводить подругу на последнее свидание. Она нежно сжала ей руку, как бы делясь своей силой, и осталась с этой стороны больших менгиров, а принцесса прошла между ними и исчезла. Мавис удобно устроилась на мягкой траве и долго смотрела в бездонное звёздное небо, мечтая о своём мужчине, способном подарить ей любовь и счастье. Потом она задремала, но с первыми проблесками зари пробудилась и принялась ожидать Брианну, чтобы утешить её. Но время шло, а принцесса не появлялась. Когда солнце поднялось над горизонтом и осветило мягкими лучами подвластный ему мир, девушка заволновалась всерьёз. Где же принцесса? Почему она не вернулась, как обычно, на заре? Прошло ещё два часа, и волнение Мавис стало нестерпимым. И тогда она решилась – вышла за пределы своего королевства, чтобы найти старую колдунью Бриджит – она обычно знает всё, что происходит среди людей.

Бриджит встретила её удивлённым взглядом.

– Что привело тебя ко мне, девушка? Ты раньше никогда меня не посещала.

– Раньше не случалось таких странных событий, как сегодня, – ответила на это Мавис и рассказала всё, что знает об исчезновении принцессы Брианны.

– Но, может быть, принцесса предпочла этого мужчину своему королевству и осталась с ним? – предположила колдунья.

– О нет, это невозможно, матушка Бриджит, – уверенно отбросила эту мысль Мавис, – Брианна никогда бы не пошла на такое. И уж, во всяком случае, предупредила бы меня. Она ведь знает, что я её жду у входа в королевство.

Девушка ненадолго задумалась, а потом умоляюще взглянула на колдунью и взяла в свои нежные пальчики её сухие старческие руки.

– Узнай, что случилась, матушка Бриджит, – попросила она, – ты ведь всё можешь. Узнай, прошу тебя!

– Хорошо, – согласилась старуха, – жди меня здесь и никуда не уходи.

И она ушла вглубь болот одной ей известной тропкой. А Мавис осталась ждать, полная готовности сидеть здесь хоть до ночи, чтобы только узнать правду.

Старуха Бриджит вернулась поздно, когда солнце уже начало склоняться к закату. Лицо её было мрачно.

– Этот коварный мужчина, который называет себя королём, забрал принцессу Брианну силой, – сердито проговорила она. – Он надел ей на обе руки тяжёлые золотые браслеты, которые лишили нашу красавицу волшебной силы, и запер их на замочки, а ключ прячет у себя. Брианна плакала и просила отпустить её, но он только смеялся.

«Я ведь говорил тебе, что я король, моя принцесса, – заявил он ей, – и всё в моём королевстве делается так, как я хочу. И ты будешь со мной так долго, как я пожелаю. И будешь делать всё, что я велю».

– И он увёз её, нашу птичку, в закрытой карете, – завершила рассказ колдунья, – увёз к себе в далёкий Лондон.

Мавис горько разрыдалась, услышав такое. Ведь принцесса поверила этому мужчине и отдала ему своё сердце и своё невинное тело. А он воспользовался её наивностью и коварно обманул, похитив из родного королевства.

– Я даже не представляю, что будет с нашим королём, когда он узнает об этом, – сквозь слёзы прошептала девушка.

А потом с надеждой посмотрела на старую колдунью:

– Скажи мне, матушка Бриджит, ведь должно же быть какое-то средство, чтобы вернуть принцессу домой. Скажи, что нужно сделать, и я выполню всё, не побоюсь никаких трудностей. Я хочу помочь моей лучшей подруге освободиться из плена и снова попасть в своё королевство.

Старуха надолго задумалась. Потом подняла глаза на Мавис, ожидавшую её ответа.

– Есть только один способ, девушка, но он очень непростой, – сказала, наконец. – Нужно найти в Царстве Грёз могущественную фею Сейлан, которая знает всё и подскажет путь. Но до неё добраться нелегко. Помочь могут только страшные огромные коты, которых все боятся. Люди называют их корнуоллскими котами и бледнеют при одном их упоминании. Если доверишься им, они помогут.

– Я не побоюсь, матушка Бриджит, – дрожащим голосом заверила Мавис. – Я готова.

Старуха испытующе посмотрела на неё, как будто в самую глубину души заглянула, потом удовлетворённо кивнула головой и сделала рукой непонятный знак. И тут же из глубины болот появились три неправдоподобно огромных кота. Вид у них был устрашающий. Зелёные глаза горели ярким грозным огнём, большущие лапы мягко ступали по влажной земле, оставляя глубокие следы от острых когтей. Коты были странного окраса, их серая шерсть переходила на самых кончиках волосков в яркий оранжевый цвет, отчего казалось, что они полыхают огнём. Страшные животные приблизились и уставились на колдунью своими сверкающими глазами, как будто спрашивали, что она от них хочет. Бриджит что-то стала говорить им, и они замерли, слушая. Потом дружно перевели взгляд на Мавис, и она почувствовала, что готова бежать без оглядки. Только любовь к своей подруге и горячее желание освободить её удержали девушку на месте. Все три кота были огромными. Но один из них, казавшийся самым свирепым, был крупнее других, и на шее у него виднелся красиво сделанный ошейник из позолоченной кожи.

– Возьмись за ошейник этого кота, девушка, – велела колдунья, – закрой глаза и иди за ним. Ничего не бойся. Но глаза не открывай ни в коем случае, иначе всё испортишь.

– Я всё выполню в точности, как ты говоришь, матушка Бриджит, не сомневайся.

Девушка шагнула к страшным котам и протянула руку к ошейнику самого большого из них. Кот посмотрел на неё, а его шерсть оказалась на удивление мягкой и тёплой. Мавис не удержалась и ласково провела рукой по пушистой шее. При этом ей показалось, что кот улыбнулся, но, наверное, это была игра света, подумала она. Такие чудовища не могут улыбаться и мурлыкать, как обычные коты. Тем не менее, она крепко взялась за ошейник, тоже мягкий и тёплый, закрыла глаза и двинулась вперёд. Земля под ногами была пружинистой, а путь не оказался долгим. Вскоре они остановились, и её кот громко мяукнул. Тут же послышался скрип отворяющейся калитки, и чей-то голос удивлённо воскликнул:

– О! Это ты, Брэвис! Давно тебя не видела. Заходи. И ты тоже, девушка. И можешь уже открыть глаза.

Мавис послушалась и увидела перед собой маленькую худенькую старушку, ростом не больше ребёнка, но с очень яркими голубыми глазами, взгляд которых, казалось, пронзил её насквозь. При этом старушка довольно улыбнулась.

– Ты, конечно, хочешь видеть фею Сейлан, девушка, – уверенно сказала она, – так пойдём со мной. А ты, Брэвис, отдохни здесь в тенёчке. Я сейчас велю принести тебе молока, знаю, как ты его любишь.

И они отправились вглубь Царства Грёз по мягкой белой дорожке, прихотливо извивающейся между роскошными цветущими кустами и куртинами высоких невиданной красоты цветов. От многообразия колеров закружилась голова, и казалось, что это огромная радуга упала на землю, окрасив её в свои цвета. Через некоторое время старушка вывела Мавис на большую поляну, где под раскидистым деревом с большими красивой формы листьями сидела на изящном троне удивительная женщина. Её золотого цвета волосы спускались по спинке кресла и стелились по траве, сияя и переливаясь. А нежно голубые глаза казались почти прозрачными. Кожа женщины была поразительно белой, и вся она казалась сотканной из тумана и мечты.

Фея Сейлан взглянула на Мавис и приветливо кивнула ей головой.

– Проходи ближе, девушка, и присядь вот здесь, возле меня, – голос звучал нежно. – Я знаю, что тебя привела ко мне забота о спасении подруги. Я, конечно, помогу тебе. Помогать людям, обратившимся ко мне с добрыми намерениями – моё любимое занятие.

Фея улыбнулась, и показалось, что вокруг стало ещё светлей, а яркие краски природы заиграли веселее.

– Пойдём, посмотрим, где сейчас принцесса Брианна, девушка.

Волшебница встала со своего кресла, и оказалось, что рост у неё небольшой, почти такой, как у Мавис. Но зато роскошные золотые волосы стелились сзади неё длинным шлейфом, извиваясь по траве. Тут же подскочили две маленькие очаровательные девочки, похожие на херувимчиков, и, подхватив тяжёлое золото волос, последовали вслед за Сейлан. Фея прошла на другой конец огромной поляны и присела возле довольно большого круглого колодца, вода в котором казалась чёрной от невероятной глубины.

– Садись рядом со мной, девушка, чтобы лучше видеть, – пригласила она Мавис. – Сейчас начнём.

Фея провела над колодцем изящной белой рукой и на поверхности воды стали появляться неясные образы, обретающие, однако, чёткость с каждой минутой. И вот, наконец, стало понятно, что это карета, едущая по пустынной пыльной дороге. Вокруг кареты, охраняя её, скакали шесть воинов в полном боевом облачении. Впереди и сзади можно было видеть ещё множество карет и всадников. Это большой королевский кортеж двигался к Лондону.