Read the book: «Развод в 45. Запасной аэродром»

Глава 1

– Собираюсь завязать разом с дурными привычками! – Витя глядит на меня, прищурившись.

– Наконец–то! – вздыхаю с облегчением. В последнее время боюсь за здоровье супруга. Ему сорок пять, у него слабое сердце и большие перегрузки в рейсах.

– Я ухожу из авиации и… развожусь с тобой, – сообщил мне благоверный спустя неделю после празднования серебряной свадьбы.

Серьезно? Я стала дурной привычкой???

– С чего это? Ты же не изменял. Мы всё выяснили, ты прикрывал друга. К чему развод?

– Я устал. От работы. От тебя. От проблем с сыном. Двадцать лет жил ради вас. Теперь хочу пожить для себя.

Он ушел, хлопнув дверью…

Мы оба любили небо.

Познакомились с Витей в рейсе. Родив сына, я вынужденно ушла с любимой работы, трудилась переводчиком. А муж продолжал курсировать в небе, реализуя мою мечту.

Спустя двадцать лет я начала подозревать мужа в неверности. Думала, седина в бороду–бес в ребро. Дала ему шанс всё исправить.

Но то, что я узнала, разрушило меня и нашу семью.

Другой мужчина протягивает мне руку помощи, но настолько ли чиста его репутация, чтобы довериться ему?..

Надя

Дежавю.

За неделю вижу сотый раз одну и ту же ситуацию – муж прячется и разговаривает с кем–то по телефону.

Я на взводе, весела и счастлива. Хочу поиграть. Незаметно подкрадываюсь к нему, и слышу:

– Ты, наверное, не понимаешь, ты обещала быть там, вот и будь. А у меня праздник, – шипит мой муж в трубку.

Становится страшно от его тайн. Осознаю, что не хочу прыгать в воду, которая кишит акулами и пираньями.

Касаюсь супруга рукой за плечо. Вздрагивает. Роняет телефон. Поднимает и выключает.

– Если бы я разбил телефон… – злится.

– То, что? – игриво касаюсь жестких русых волос с сединой, провожу по ним пальцами.

– Ты бы уничтожила все мои контакты.

– Твои контакты – это я, – целую супруга в гладко выбритую щеку.

Возвращаемся к гостям, здесь собрались все – экипаж Вити – новый и старый, босс, друзья из университета, родственники.

Мы стоим во дворе нашего любимого дома рядом с накрытыми столами.

Музыка становится тише и любимый при всех делает мне подарок.

– Надюша, поздравляю тебя с годовщиной! – дарит мне дорогой браслет из белого золота с бриллиантами, а я смотрю на подарок и мне хочется икать.

«– Ну, зачем. У меня уже три дорогих браслета, подаренных в прошлом году и в позапрошлом…»

Такое ощущение, что благоверному просто не хочется думать о подарке. Даже в такой момент!

Сегодня наша серебряная свадьба.

Мы прожили двадцать пять лет и празднуем сразу два праздника – день рождения Витюши и годовщину. В доме, который строили последние десять лет. Муж вкладывался материально, я также в начале, но потом он попросил меня уделять больше времени дому, и я ушла с работы.

Сказать ему, что мне надоели браслеты?

Обидится. И я не получу ни одного подарка до пенсии. Ладно, улыбнусь и отблагодарю его ночью как следует.

Он мой тигр. Когда отдохнет после полетов.

И у нас не было хорошей игры уже… загибаю пальцы, считая дни. Двенадцать. Твою мать! У нас не было любви целых двенадцать дней.

Конечно, он устал, но я тоже.

Пока Витя летал в небе, и отдыхал в гостиницах, я крутилась как белка в колесе. Заботилась о сыне–оболтусе, готовила дом к вечеринке, закупала продукты. Ну не нанимать же кейтеринг, если сама умею прекрасно готовить.

К тому же, я не работаю уже пять лет, с тех самых пор, как мы смогли себе это позволить.

Не хочу устраивать представления перед гостями.

И в этот самый момент из дома вылетает стайка молодых вновь прибывших девиц – полуголых и слишком молодых. Сначала принимаю их за танцовщиц, но вспоминаю, что не приглашала стриптизерш. А значит… передо мной они самые – молодые стюардессы из нового экипажа мужа.

На черта он обновил состав?!

Настроение рушится.

Конечно, я в себе уверена. Стройная блондинка с подтянутой фигурой и кожей. Но я не фантазерка и не сравниваю себя с двадцатилетними.

– Вить, – отзываю мужа в сторонку. И он как телок следует за мной, горюя о том, что не успел поздороваться с вновь прибывшими. – Скажи мне, почему я должна ее здесь лицезреть? Это и мой праздник. Мы заранее обговорили список гостей.

– Кого?.. – непонимающе шмыгает носом и осматривает веселым взглядом толпу стюардесс в коротких юбчонках на туфлях со стервозными шпильками.

Девчонки воркуют во дворе нашего дома, и пританцовывают под живую музыку.

– Стюардессу по имени Лолита! – шиплю я.

– Она не Лолита, а Иванка, сколько можно повторять.

– После того, как я видела, что она вытворяет своим ртом с богатыми клиентами из частного супер джета, я никогда не смогу называть ее по имени!

К сожалению, это случилось прошлым летом. Когда нас «подвезли» на отдых на частном самолете.

– Я понял! Тебе завидно? Ты возрастная дамочка, а она молодая, аппетитная и умеет вытворять ртом чудеса. Твоего же ротика хватает только на бургер, ито ты его надменно разрезаешь на сто кусочков прежде чем отправишь в рот. Ты же леди.

– Может, мне еще банан перед тобой облизать? Или сразу перед гостями? А что? Достану платье, едва прикрывающее пятую точку, станцую вокруг шеста. Тряхну стариной!

– Тряхнешь стариной? – злится муж. – Дорогая, не позорь мои седины. И свои. Веди себя как леди. Как все привыкли. Никуда не вляпайся, дорогая.

– Ты сейчас издеваешься надо мной? Дом мой, праздник мой. Им можно здесь крутить задницами, а мне нет? И всё это только из–за моего возраста?

– Надюша, если хочешь острых ощущений, можем попробовать сегодня новую позу, – кусает за ушко.

– Ты дурак? У нас сегодня юбилей, нам обоим сорок пять. Камасутру изучать поздно. Если согнемся в какой–нибудь непристойной позе, то уже не разогнемся.

Муж хмурит брови, а затем на его глазах появляется неприятная ухмылка.

Мерзавец, явно представляет меня в неприличной позе.

Пытаюсь вспомнить было ли когда–нибудь такое.

Накручиваю себя.

Но кроме позы собаки во время йоги Витюша не видел меня в других?..

Глава 2

Надя

Фух, точно не видел. Или видел?..

Когда я мыла полы, ползая на коленях, кверху попой.

– Ноги твоей Иванки здесь не будет! – шиплю я.

Как назло, девчонка оборачивается и глядит на нас, будто слышит, что ее обсуждаем. А потом поднимает высоко руку, и я замечаю, как на ее худом загорелом запястье блестит и переливается гранями браслет. Один в один с моим.

Сердце останавливается и мне кажется, что я… умерла. Или превратилась в зомби.

Пытаюсь проглотить увиденное.

– Эм, Надюша, тут такое дело… Я в свою команду взял Иванку, она со мной завтра в рейс отправляется. Она теперь в моем экипаже.

– Что?! – зажмуриваюсь, чтобы переварить сказанное. – Как ты мог? Я же ее терпеть не могу. Зачем ты взял девочек из старой команды. Ну зачем?! Чтобы испортить мне настроение?

– Послушай, то что девочка умеет обслуживать клиентов дорогих рейсов и подрабатывает, чтобы оплачивать себе на учебу – нет ничего плохого! – взрывается муж.

– Ничего плохого?! – уже проклинаю, что начала этот разговор во время праздника.

Нужно было взять себя в руки, закрыть глаза, провести медитацию. Например, надеть солнечные очки.

– Не всем повезло как твоему оболтусу сыну! – выплевывает муж.

Судорожно сглатываю.

– Так–то, Илья и твой сын. И то, что из сына выросло то, что выросло, виновата не только я, – возмущаюсь я.

– А кто еще? – смотрит внимательно.

– Ты!

– Я при чём? Двадцать лет уже в небе, и всё, что на земле – на твоих плечах. Тут только твоя ответственность, если ты не сумела организовать воспитание единственного сына, то виновата сама.

– Единственного? – прищуриваюсь, молча сглатываю обиду.

Отвернувшись, плачу. Даже слезы какие–то кислотные, выжигают лицо.

Муж аккуратно берет за локоть, поворачивает меня к себе, смотрит в глаза с теплотой, моля о прощении.

– Милая. Девочка моя. Просто доверяй мне. Иванка хочет чаще бывать в Цюрихе, у нее там электронный друг завелся. И в Дубае тоже. Почему бы молодой девочке не летать в Дубай. Если бы ты была моложе на два десятка лет, то поняла бы ее! Но с твоей миомой – это исключено! Тебе нельзя в теплые страны, нельзя греться на солнце. Кто ж виноват? Природа.

Обида бьет в грудь, размалывает косточки в труху.

Витя умудрился не только мой возраст припомнить мне и пересчитать прожитые годы, но и болезни мои начал перечислять на пальцах.

Нужно ответить ему, но оскорблять супруга в наш праздник, я не намерена. Поэтому вцепляюсь в его слова о стюардессе.

– На ней клейма ставить негде! Друг в Дубае, партнер в Цюрихе. Думаешь, она летит к ним пить чай?.. Фу. Как тебе не противно?

Дотошный взгляд мужа выжигает воздух.

– Надя, ты ведешь себя некорректно. Чужая личная жизнь тебя не касается. А к людям я отношусь ровно. Для меня все равны. У каждого свои изъяны. У тебя – одни, у нее – другие.

Считаю до трех, чтобы прийти в себя.

Как он смеет сравнивать нас?..

– Если она чем–нибудь заболеет и заразит весь экипаж? Ты думал, что тогда будет? У Веры маленький ребенок.

– Это не чесотка, которая передается воздушно–капельным путем или через рукопожатие.

– Ты ей еще и руки жмешь?!

– Прекрати. Истеричка. Ты портишь мне праздник.

Ругаясь с мужем, я вся взмокла.

И тело мое плавится, но не от прикосновений супруга, а от негодования.

Пальцы Виктора ложатся на кожу моей руки, и я ощущаю воспаленный жар.

– Прямо сейчас ее выгоню отсюда. Посмотри, как твой сын пялится на ее пятую точку и на буфера! – делаю шаг вперед, и тут же муж хватает меня. Качнув на себя, резко прижимает к себе. Шипит мне на ухо:

– Ты не посмеешь испортить этот день! Иначе я отберу у сына подарок.

– Ты не посмеешь!

– А ты проверь.

Илюша только сегодня получил от отца в подарок дорогой автомобиль, до этого наш мальчик ездил на том, который купил на свои деньги, которые копил пять лет. Виктор хотел проучить его за первый разбитый автомобиль.

Не могу позволить, чтобы моего мальчика лишили подарка таким беспощадным образом.

Отказ избавиться от Иванки размазывает меня, ломает.

По щекам катятся слезы обиды.

А взгляд темно–карих глаз супруга продирает до внутренностей. Виктор непреклонен.

Какие бы трезвые расчеты и доводы я не приводила, он меня не слушает.

Я же думаю об одном – в каком случае мужчина хочет держать шалаву в своем экипаже?

Ему так удобно.

Возможно он изменяет мне с ней? Иначе, зачем защищать такую?

Ощущаю себя грязной.

Но факты на лицо.

Последние месяцы я всё чаще начала стирать белые рубашки мужа с помадой на воротнике. И остальные вещи, как и он сам периодически пахли женскими духами.

Витя приводил в ответ на обвинения миллион доводов, и я верила ему.

Но сегодня мое терпение лопнуло, и я всё высказала, что накипело на душе.

Жаль, день выбрала явно не тот. Испортила настроение обоим. А ведь в последнее время мы так редко проводим время вместе.

Глава 3

Надя

Чуть в сторонке от нас материализуется второй пилот Демид Демченков со своей девушкой Катей.

Оба молоды и красивы. Амбициозны и приятны в общении.

Катя с безупречным ярким макияжем, ее шелковые темные струящиеся волосы водопадом текут по спине и привлекают к себе внимание, вызывая зависть.

Высокая и стройная, бывшая модель. Сейчас она тоже летает. Специально пошла работать в стюардессы, чтобы быть ближе к любимому мужчине.

Эти оба безумно друг друга любят.

Чудо, что им так повезло.

Чем–то эта пара напоминает мне нас с мужем в молодости.

Я конечно, не верю в чудеса.

Считаю, что совпадений не бывает. Если что–то этакое происходит, значит, человек приложил руку.

Попадание неопытной Катюши в элитный экипаж капитана Лапина Виктора не может быть случайностью. Явно кто–то поспособствовал…

Пока изучаю Катерину – полную противоположность Иванке, ее спутник смотрит на меня.

Судя по его выражению лица, слишком напряженному и заинтересованному, молодой мужчина давно наблюдает за нами и нашей руганью.

Впрочем, как и другие члены экипажа Лапина.

Оглядываюсь, супруга уже нет. Ушел к бассейну.

А я сделала шаг вперед и качнулась… Ноги сами подкосились.

Демид задержался на мне пристальным взглядом.

Я сделала еще один шаг, и перед глазами снова померкло. Качнулась.

В следующую минуту уже ощутила опору под рукой. И на душе стремительно потеплело, я не чувствовала себя брошенной.

Демид сильно сдавливал мою руку, и я медленно возвращалась в реальность.

– Вы что–то узнали? – задал мне странный вопрос помощник капитана, чем удивил меня.

– Отведите меня в дом.

Плевать, что подумают собравшиеся, но я впиваюсь в руку крепкого молодого мужчины.

Вблизи Демченков кажется еще более красивым и мужественным. Надежным.

Невероятно очаровательный молодой мужчина.

Такой же, каким был много лет назад мой муж.

Надеюсь из него не вырастет борзый мужлан, каким стал мой Витя. Катюше повезло, однозначно.

Хотя, о чем это я?

Мы с мужем всю жизнь прожили душа в душу, последний год только идет через пень колоду. Ну может быть парочка.

– Сюда, – показываю на кресло.

Демид усаживает меня.

Я же понимаю, что пока мы шли непозволительно близко, прикасаясь друг к другу я пропахла его парфюмом, а он моим нафталином… Ахах.

Запах въелся в мои волосы и кожу.

Слезы снова наполняют глаза, и я моргаю, чтобы не расплакаться при помощнике и других гостях.

– Если бы у меня была такая жена, я бы ее любил и баловал. И уж точно не портил ей настроение в такой день.

Непонимающе смотрю на молодого мужчину.

– Да, Катя хорошая девушка, – отвечаю, не задумываясь над ответом.

Мужчина недовольно хмыкает, но не поправляет меня.

Мой взгляд кружит по большой комнате и людям. Спотыкается об мужа, нерешительно замершего у входа.

Видно, что ему не нравится, как второй пилот обхаживает меня. До зубного скрежета. Витя сводит челюсти, и его ноздри раздуваются. Подходить не смеет, видимо не желает, чтобы я портила его праздничное настроение.

Неожиданно в комнату заходит сын, а вслед за ним залетает стайка молодых бортпроводниц.

– Мам, мы с девчонками рванем в клуб!

– Нет, – шепчу я.

– Мам, я не спрашивал разрешение, – отвечает грубо. – Просто сказал.

Крутит пальцем, на котором красуется новый брелок от шикарного авто.

Гости глядят на меня, я же краснею и становлюсь как спелая вишня.

На этот раз меня не удерживает даже кресло, я падаю на спинку и отключаюсь.

Когда прихожу в себя, вокруг меня люди. В моей памяти – черная дыра, а в теле – дикая тяжесть. В голове туман.

Со мной такого никогда не было. Что это???

Муж стоит напротив, тупо взирает.

Шевелюсь с трудом, в груди жжение. С трудом поднимаюсь.

– Надежда, вам скорую вызвать? – интересуется Демид. По его глазам вижу, что он с ума сходит от беспокойства.

Жаль, что мои мальчики не такие.

По телу волнами пульсирует и разливается боль.

А на улице начинается ливень.

– Нелетная погода! Собираем закуски, заносим в дом, – командует муж, абсолютно забывая обо мне.

– В комнату проводишь? – спрашиваю второго пилота.

– Надя, я ваш паж. Можете рассчитывать на меня… во всём.

Берёт меня снова под локоть, ведет на второй этаж в супружескую спальню.

Спазмы сбивают с ног, звенит в голове и в ушах.

Покрываюсь холодным потом.

Сынок конечно, как шальная пулька, меня добил. Весь в отца. Репей от репья, дьяволенок от Дьявола, иначе не скажешь.

Демид помогает мне лечь на кровать. А я пытаюсь встать и сказать ему, чтобы телефон дал в руки. Но сил нет, и я заваливаюсь обратно на подушки.

– Наденька, мне жаль, – просит он у меня прощение. – За испорченный праздник, за твоих мужчин.

– Дёма, могу попросить тебя о личном, – хватаю за рукав белого пиджака.

– Конечно, – смотрит пронзительно небесно–голубыми глазами.

Хочу спросить его об отношениях между моим мерзавцем и Иванкой, но не решаюсь. Не хочу ставить мужчину в неловкое положение.

– Илья глупый и наивный, ты не мог бы поехать в клуб и присмотреть за ним… и чтобы он с этой вашей Иванкой не связался?

– Ах это?.. Обещаю, что прослежу.

Парень уходит, а я смотрю в его широкую спину и радуюсь, что в экипаже мужа есть этот шикарный мужик, на которого можно положиться.

Проваливаюсь в поверхностный сон.

Просыпаюсь от шума в доме.

Похоже, дождь закончился и на террасе устроили танцы.

Музыка гремит так сильно, что пронзает мой раненый мозг.

Смотрю в экран телефона. Время два ночи. Но сын еще не звонил.

Сто раз говорила ему, чтобы жил отдельно или отчитывался, когда остается в доме. Иначе, он рвет мне сердце.

Тревога возвращается, волнами бьет в грудь, когда пытаюсь встать. Но хуже всего то, что я ни черта не вижу. Взгляд застилает пелена.

Дохожу до выключателя, включаю свет.

И всё равно всё плывет.

Вот тут я уже пугаюсь…