Как оно, обычно, в сказках бывает? Было у царя три сына, старший умный был детина, средний был и так и сяк, младший вовсе был дурак. Невероятно, но факт – такое не только в сказках встречается, но и в реальной жизни! Вырождается человечество потихоньку! Одно непонятно: если человечество с каждым поколением все тупее – почему пещерные люди на Луну не летали?
Жили-были три брата.
Старший пошел по кривой дорожке, в первый раз отправился на зону еще в шестнадцать лет, за разбой. Понятно, что на малолетку. Отсидел там всего немножко. Во второй раз – уже в двадцать два года, по-взрослому. За что была вторая судимость – история умалчивает, достоверно известно то, что на волю мужик вышел в пору демократических преобразований. Тогда, когда Советский Союз уже дышал на ладан, везде частный капитал, кооперация. Золотое время для человека без принципов, тем более – со связями, приобретенными в колонии.
Начал мутить мутки. На первых порах – помельче, потом – покрупнее. Представлялся исключительно "Коля Кабан", а не "Николай Иванович". Кто такой этот Николай Иванович? Этих Николаев, как Ивановичей, так и не очень, по всей стране – пруд пруди было. А Коля Кабан – он такой один. Колю Кабана все знают, авторитетный пацан!
Средний в начале девяностых тоже в коммерцию подался. Сперва утюги из Польши возил, потом – видики-шмидики из Эмиратов. Тоже деньги зарабатывал вполне приличные.
Что касается младшего – этот самый непутевый из всех оказался. Сперва бухал после работы, а как Союз рухнул, как статью за тунеядство упразднили – совсем уволился и начал бухать вместо работы. Калымил что-то непостоянными заработками, что тут же и пропивал.
Шло время. Наступил конец девяностых. Криминал потихоньку легализовывался. И Коля Кабан все реже представлялся Колей Кабаном, все чаще – Николаем Ивановичем, превращаясь из человека авторитетного в человека уважаемого. Обзавелся несколькими заводами, фабриками, перебрался в Москву, где стал депутатом.
Старушки у подъезда, когда Николай Иванович приезжал на малую Родину навестить родителей, смотрели на тучного мужчину в костюме при галстуке и никак не узнавали того шалопая, который некогда ваучеры у них скупал.
Средний тоже на жизнь не жаловался, сам уже катался в загранку только ради отдыха, а по России и ближнему зарубежью неустанно сновали его грузовики, обеспечивая хозяину безбедное существование. Не настолько безбедное, как у старшего брата – там правнукам еще хватило б, если б старший вообще когда-либо женился, но на жизнь хватало.
И младший не отставал, занимался своим любимым делом – бухал. С утра сходит на стройку, кирпичи потаскает, копейку какую-нибудь получит, а в обед уже конвертировал копейку в выпивку по выгодному курсу. Не самую лучшую выпивку, но и копейка не самая большая.
На горизонте уже уверенно маячил XXI век, до которого дожили не все братья. Старший стал одной из последних жертв лихих девяностых. Взорвали его, прямо в его же бронированном Мерседесе, вместе с водителем. Николая Ивановича потом по всему кварталу собирали.
Как было отмечено выше, старший сын всю жизнь только тем и занимался, что заколачивал бабло. Нет, женщины у него были – детей не было. Или сам не хотел, или какая другая причина была – пес его знает. Родители тоже помереть успели.
Получалось, что наследников всего двое – средний и младший брат. Тут, опять же, история умалчивает, как так вышло – факт тот, что все наследство досталось младшему брату. Возможно, старший оставил завещание на него, возможно, по другой какой-то причине, но точно не про причине большого ума младшего брата. Потому что большого ума там не было, как в той сказке, в который третий сын был вовсе дурак.
Так вчерашний запойный алкоголик стал владельцем нескольких заводов в России, парочки заводов в Германии, пентхауса в Майами и счетов в Швейцарии. Это – помимо квартир в Челябинске, откуда все братья были родом, и в Москве.
Перестал ли мужик бухать? Нет, конечно! Где вы такое видели?
Но бухал теперь на широкую ногу. Сегодня – в Вегасе, завтра – в Монако, послезавтра – в Гонконге. И не какую-нибудь там сивуху, вовсе нет! Коллекционные вина, марочные коньяки. Украшений накупил, в золоте ходил, как новогодняя елка. Деньгами швырялся, что фантиками, разве что с вертолета не разбрасывал.
Как известно, кровь привлекает акул, а деньги – женщин. И они, женщины, появились! Вокруг мужика, на которого раньше продавщица в ларьке, отпуская фуныфрик, смотрела с омерзением, пересчитывая уплаченную мелочь, начали виться настоящие красотки. Модели! Я сам свидетелем не был, да, признаться, не особо верю, но в числе поклонниц вчерашнего голодранца называли несколько имен – звезд нашей эстрады, причем не последней величины.
Вроде как с одной из дамочек намечается что-то серьезное. Мужик сделал ей предложение, пообещал такую свадьбу закатить, что о-го-го. Деньги-то есть! И, чтобы подтвердить серьезность намерений, увез ее в Майами, в тот самый пентхаус. Тоже не знаю, что там происходило, но через пару месяцев жених вернулся в Челябинск. Без невесты и без пентхауса.
Но он не тужил. Денег – прорва! За всю жизнь не потратить! Нашел себе новую зазнобу. Очень эффектная дамочка, когда по улице идет – мужики шеи сворачивают. С ней наследник отправился в Альпы. В те, которые в Швейцарии, где банки, в которых деньги лежат. Снова то, что происходило в загранке, покрыто мраком, но и из Швейцарии мужик вернулся без невесты и без счетов в банках. Снова. Куда деньги подевались? Корова языком слизала!
Спустя еще какое-то время появились бывшие братки, нынешние уважаемые бизнесмены – партнеры старшего брата.
– Так и так, – говорят, – ты только бухаешь да по бабам ходишь, делами не занимаешься. Производство стоит, работяги без зарплаты стачки устраивают. Перепиши на нас заводы? Мы с тобой честно прибылью делиться будем!
Мужик почесал репу. В самом деле! Зачем ему эти заводы, если он на них никогда не был? Некоторые даже на карте найти не сможет. Все подписал, заводы браткам передал. Те уехали и больше не появлялись. Ни с прибылью, которой делиться обещали, ни без нее.
И здесь наследник пригорюнился. Доподлинно неизвестно, или сам до такой мысли дошел, или подсказал кто. Но наследство же преумножать нужно, а не растрачивать! А сам мужик копейку в сейф не добавил, только разбазаривает все. Пентхаус в Майами просрал, счета в Швейцарии тоже просрал, заводы – и те просрать умудрился. Нет, денег еще достаточно, да и недвижимость кое-какая осталась. Только, если такими темпами и дальше пойдет – с голым задом вскоре останется.
Решил он бизнесом заняться. А каким? У самого единственный опыт – бутылки сдавать. Кинул клич по знакомым, кто что предложит.
Предложения посыпались валом. Хорошие предложения. стоящие. Один предлагал электричество из камня добывать, другой – отель на Луне построить. Делов-то! Деньги давай и сиди, жди, когда бизнес дивиденды приносить начнет.
И мужик давал. Отваливал капусту налево и направо. Каждому, кто попросит. Под честное слово. Критерий был у него один: если человек с ним забухал пару раз – то, ясен пень, человек хороший. Этот не обманет.
Порой позванивал партнерам, интересовался, как дела идут. Может, подсобить чем нужно? Нет, все отлично, дела делаются, вот-вот дождь из денег пойдет, наполнит опустевшие сейфы. Помощи никакой не нужно, без тебя справляемся. Ты, главное, помни, что ты – не халявщик, а партнер!
Как это не странно, дивидендов мужик так и не дождался. Партнеры все пропали куда-то, на телефон отвечать перестали. Наведался к одному-другому, там охрана чуть ли не пинками на улицу вытурила.
Дело плохо, денег осталось лишь в последнем сейфе около двадцати миллионов баксов. Друзья все покинули, фотомодели больше не вешаются пачками. Чуть не забухал мужик. Нет, он и не переставал бухать, а тут прямо конкретно заливать за воротник начал. Пил все, что горит. Не просыхал с раннего утра и до поздней ночи. Пару машин разбил, пока бухал. Менты среднему брату, как родному, звонили в любое время суток.
– Приезжайте за своим чудом, он опять нажрался и в ресторане дебош устроил.
Кончилась бы эта история раньше, если б не повстречал наследник женщину. Красивую, умную, скромную. Главное – честную. Если те, кто были раньше, просто набивали карманы баблом, объясняя потребность одним словом "надо", то эта, взяв деньги из сейфа, оставляла расписки. Вот какая порядочная!
Дружков от мужика отвадила – тех немногих, кто еще оставался. Тех, что приходили с протянутой рукой. Нефиг добро разбазаривать! Беречь нужно! Без того немного осталось!
Словом, если и есть на Земле идеал – это именно она. Тут бы и жениться пора, но мужик уже ученый был, не готов предлагать руку и сердце на утро после знакомства. Решил присмотреться.
Так они прожили вместе около года. Вдруг дамочка собирается к матери на пару дней. Собрала вещи, уехала. Два дня проходит – нету. Неделя проходит – все еще нету. На звонки не отвечает.
Собрался, сам поехал к запланированной теще, где и узнал, что женщина собирается замуж, но вовсе на за него!
Вот наследник взбесился-то! Выходит, она не только с ним жила, но и с кем-то на стороне шашни водила? Шлюха! Но это раньше, с тех взять ничего невозможно было, потому что документов никаких не было. А эта – сама, собственной рукой, расписки писала!
Мужик вернулся домой, открыл сейф и достал пачку бумажек. На каждой ровным, красивым почерком было выведено: "Котик, ты – самый лучший! Я тебя сильно-сильно люблю! Я взяла 500 000 долларов, обещаю вернуть! Целую, твоя рыбка!" И в таком роде – на все двадцать миллионов долларов!
Выходит, и ей только деньги нужны были. Только эта уже подъедала то, что после других осталось.
Самому же мужику не осталось вообще ничего. Старший брат десятилетие копил, а младшему, чтобы все просрать, потребовалось ровно столько же времени – всего десять лет…
Издревле земля была хранилищем богатств. И здесь я говорю не про природные богатства – нефть, газ и все такое. Я говорю про богатства награбленные. Плывут по реке ладьи с купцами, тут из-за островка выгребают корабли ушкуйников – и давай их, купцов, грабить. А куда потом награбленное девать? Банков тогда еще не было, оффшоры еще не придумали. Понятно, что часть нужно употребить в ближайшем кабаке, а остальное куда? Так в нее, в землю-матушку. Чтобы потом, когда черный день наступит, откопать и снова в том же кабаке употребить. Если, конечно, ушкуйник сумеет дожить до черного дня. Времена лихие были, не все доживали.
И вот эти сокровища, клады, всегда будоражили человеческие умы и души. Доказательства тому – роман Р.Л. Стивенсона "Остров сокровищ", да и отечественные авторы отметились, вспомнить того же Дядю Федора с Шариком и Матроскиным, которые, чтобы корову купить, пошли клад искать.
Да и за мной грешок водится. Давным-давно, когда еще у меня была строительная фирма, воспользовался такой байкой в корыстных целях. Рассказал работягам на одном объекте, что там, еще в лихие девяностые, некий криминальный элемент имел цех по разливу нелегального алкоголя. И, когда его менты брали, заныкал куда-то чемодан с баксами.
Ради справедливости отмечу, что лично я ничего не придумал! Такая легенда и правда ходила в тех местах. Да и доказательств хватало – там и тут валялись стопки акцизных марок. И работяги, получив у старожилов подтверждение моих слов, вместо запланированного месяца произвели демонтаж стен и перекрытий на объекте всего за неделю! Работали, не покладая рук, день и ночь, даже зарплату требовать забывали.
Здесь и там шептались:
– А вот ты, если найдешь – поделишься со мной?
– Конечно, брат! Не сомневайся! Век воли не видать!
Видимо, клятвам особо не верили. Никого не решались оставить в одиночестве. Даже в туалет под бдительным присмотром друг друга ходили! А коли найдет? Дружба, как говорится, дружбой, но табачок – врозь!
Примерно в те же времена, к которым относится моя бытность на посту директора строительной формы, свела меня жизнь с одним человеком. Он занимался металлом. Покупал лом, продавал лом – с этого и жил. И жил, стоит отметить, весьма недурно. Только рассказывали про него всякое. Что львиную долю своих богатств он вовсе не на металле заработал, а на самолете!
Здесь стоит отметить, что у нас, в Челябинске, есть еще и штурманское училище. С аэродромами, самолетами, летчиками – все, как полагается. И ходила такая городская легенда, что самолеты, отслужившие свое, не уничтожались, не резались на металлолом, а закапывались в сыру землю там же, возле ЧВВАКУШа. Это сейчас там все вокруг застроили, яблоку негде упасть. А еще во времена моего детства вокруг аэродрома были сплошные болота. В этих болотах не только самолет – весь аэродром утопить можно.
Причину сего оригинального способа утилизации объясняли достаточно просто. Там, в самолете, столько всякого секретного… если везти куда-то и резать на куски – точно кто-нибудь из работяг стырит что-нибудь секретное себе на память. И если просто на память – это еще хорошо. А если работяга шпионом американским окажется? То-то и оно! Так что проще утопить самолет в болоте, чем утилизировать способом, принятым в странах загнивающего капитализма.
Понятно, что при Советах аэродром и болота охранялись – все комары и лягушки учтены были. А потом наступила Перестройка, за ней – девяностые. Такие времена настали, что было уже не до охраны болот в центре Урала. Одновременно с этим город разрастался, строился. Менялся ход грунтовых вод и к концу ХХ века от болот остались одни воспоминания.
Дошли эти истории про утопленные самолеты до мужика, который металлом занимался. И дюже ему захотелось такой самолет найти. Конечно, с исключительно коммерческим интересом. Самолет, как известно, это не только яйца, но ценный мех! Там всяких сплавов – титана, алюминия – навалом. Еще и проводка медная должна быть. Дельце обещало быть крайне выгодным!
Может, кто-то и раньше те самолеты искал, но не так обстоятельно. Герой нашей истории сперва изучил карты. Потом обошел старожилов. Кто что помнил? Кто что видел? Вышел на одного дедка, который в конце 1950-х годов пас скотину в окрестностях аэродрома. Тот и указал место. Поклялся, что сам, своими собственными глазами видел, как военные здесь самолет в болоте топили. Правда, полвека спустя уже и болота след простыл – лесок успел вырасти.
Мужик походил, посмотрел, сверился с картами. Похоже на правду, есть шанс, что именно тут самолет закопан. И – да, я отмечу, что сегодня, с современным оборудованием, когда каждый может купить металлоискатель и отыскать хоть пуговицу, Мамаем потерянную, все было б гораздо проще. А то были девяностые, тогда на мобильники смотрели, как на летающие тарелки. У нас, на Урале, они примерно одинаковой редкостью были. Согласен – вру. Летающие тарелки чаще, чем мобильники, встречались.
Короче, мужик начал копать. День, второй, неделю. Коровьих черепов уже на кладбище выкопал, а самолет все не попадается. Еще и солдатики из охраны аэродрома зачастили.
– Кто такой, чего копаешь?
– Да вот… мечтаю найти самолет и разбогатеть.
– Разбогатеть – это дело хорошее, каждый мечтает. Дай нам пару бутылок водки, да копай себе дальше.
Мужик уже почти месяц копал, все поляну изрыл вдоль и поперек. Думал уже плюнуть на это дело, заняться чем-нибудь более полезным и приземленным. Вон, под Сургутом, все прекрасно знают, где КамАЗ утонул с алюминиевой трубой. Даже крыша того КамАЗа до сих пор над водой торчит. Только ты пойди, достань его!
Вдруг в один прекрасный день лопата наткнулась на металл. Чуть-чуть разгреб землю – вырисовывалось крыло самолета. Нашел! Тут уже не поскупился, договорился с теми же солдатиками с аэродрома, чтобы помогли ему самолет полностью откопать. Не задарма, конечно, за водку. Какая еще самая твердая валюта в девяностых была, если не жидкая?
Самолет – истребитель. Не наш. Или трофейный, немецкий, или ленд-лизовский, американский – тут детали в разных источника различаются. Но все сходятся в другом: продал мужик тот самолет не как металлолом, а как предмет коллекционирования за совершено дикие бабки. Вот с тех пор он и зажил!
Да, читатели могут возразить. Мол, самолет, даже если он и закопан – он чей-то! Нельзя его просто так откопать и продать! Так то девяностые были. Тогда что нашел – то мое. Главное – перепрятать успеть.
При Советах любой студент мог облететь на самолете весь Союз. Или на поезде объехать – это уж куда кому дорога ляжет. И не за свой, а за казенный счет! Потому что была в СССР такая штука, как студенческие стройотряды. И, без преувеличения, студенты строили от Калининграда до Находки. Конечно, кто хотел заработать побольше – ехали на самый край географии, только не тот, что в Европе, на границе с загнивающим капитализмом – там чувствовалось веяние того самого капитализма, даже дефицит не особо дефицитный был, а с другой стороны – со стороны Тихого океана, где Сахалин, сопки, Дальний Восток.
Зарабатывали неплохо, но и львиную долю зарплаты там же оставляли. Потому что продавалось там такое, чего в остальном Союзе искать устанешь. Икра, рыба. Горбуша, например. Мало самому полакомиться, нужно еще и родственникам на Урал привезти. А то они там, на Урале, такую рыбу видели только в книгах о вкусной и здоровой пище, которые рассказывали, как это здорово – питаться вкусно, только не раскрывали главного – где взять все те ингредиенты, чтобы приготовить нарисованные в книгах деликатесы.
Вот и на этот раз каждый, возвращаясь в конце лета домой, вез с собой по несколько хвостов красной рыбы. Вяленой, конечно. Здоровых таких хвостов – под полметра. Это же горбуша, а не пескарь!
На самолете добрались с Сахалина до Иркутска – там пересадка. Сошли со своего рейса, глядь – земляки на травке перед аэропортом лежат, загорают.
– Чего вы тут?
– Да вот, отдыхаем… устраивайтесь рядом, долго отдыхать придется. Рейсы на Урал есть, а билетов нету. Недели две куковать придется…
Э, нет! Так дело не пойдет! Пошли в аэропорт, нашли нужного человека.
– Нам бы билеты на Урал…
– О, ребята… нет билетов!
Так, понятно, сейчас разберемся. Достают один из хвостов – типа как подарок. Нет, ясное дело, что это – коррупция и все такое, но так в Союзе было устроено. Не подмажешь – не поедешь. И не полетишь.
Сотрудник аэропорта почесал репу.
– На Челябинск рейсов нет вообще. Свердловск устроит?
– Да, устроит!
– Все, готовьтесь, посадка через полчаса.
Стройотрядовцы выбегают на лужайку, кличут земляков. Так и так, рейс через полчаса. Правда, не в Челябинск, а в Свердловск. Но из Свердловска-то до Челябинска всяко ближе! Всего двести километров! Там и автобусы ходят, и поезда!
– Как так? – удивляются студенты. – Мы уже неделю кукуем, а вы за пять минут договорились!
А вот так! Договариваться уметь нужно!
Дома, в Челябинске, горбушей поделились с друзьями, родственниками, что-то на Новый Год отложили. Да, тогда еще не знали слова "лайфхак", но сохранять продукты на длительный срок умели!
Первого сентября, как и полагается, студенты приходят в институт. Это тогда, на первом, возможно – втором курсе, первый учебный день был волнительным, на четвертом курсе ребята уже обстрелянные, опытные. Все эти сказки про курсовые, зачеты и экзамены на них не действуют. Сплошная рутина!
Но первое сентября нужно отметить, как полагается! И герои истории отправились в кафе неподалеку от института, в магазине "Профессорский". Кто из Челябинска, учился в ЧПИ, позже переименованный в ЧГТУ, а еще позже – в ЮУрГУ, не может не знать этот магазин. В свое время и я там немало пива выпил… не знаю, учитывая, как сегодня блюдется моральный облик студента, продается ли в нем пиво сейчас, но в былые времена пиво моральному облику совсем не мешало.
Устроились за круглыми столиками – такими, со столешницей чуть ниже груди, с крючками для сумок на единственной ножке. И те, кто побывал летом на Сахалине, не сговариваясь, достают по хвосту горбуши.
Ох, какая то была горбуша! Это сегодня горбушу по размеру от шпроты не отличить. А в советские времена, когда трава была зеленее, а вода – мокрее, горбуша была о-го-го! Меньше метра в длину вообще только кошкам скармливали. А меньше четырех пальцев толщиной рыбаки и не брали – сразу обратно в море выбрасывали. Кому она, такая тощая нужна?
Все кафе замерло. Повисла тишина, нарушаемая только едва слышным стуком капель ядовитой зависти. Посетители уставились на студентов. Тут у нас, на Урале, дефицит, а у них на десяток человек семь хвостов! Буржуи!
Продавщица мечет испепеляющие взгляды на студентов, уборщица, протирая полы, ненавязчиво так, кругами, подбирается все ближе и ближе к ребятам. Молодежь – знай себе пьет пиво да закусывает, только взгляды посетителей спину, что шилом, колют.
Уборщица суетится:
– Ой, тут у вас не вытерто, здесь у вас грязно, подвиньтесь, пожалуйста, сейчас протру…
Смекнули студенты, в чем дело. Отхватили кусок рыбины и женщине презентовали.
– Ой, – говорит она. – Какая хорошая нонче молодежь пошла! По глазам вижу – отличники! Дай вам Бог здоровья и отметок хороших.
И, так по секрету, поделилась уборщица со студентами, что пиво, налитое им – далеко не первой свежести. Позапрошлого привоза. А вон там, в дальнем холодильнике, пиво сегодняшнего привоза – наисвежайшее!
Подумали студенты, подманили к себе продавщицу. Ей тоже кусок горбуши отрезали, намекнув попутно, что пиво неплохо бы посвежее налить. Та моментально изменилась в лице! Собрала кружки и тут же наполнила их из того, дальнего холодильника. Хорошо наполнила, не скупясь. То пены было почти половина, а сейчас – всего с палец толщиной, да и то шапкой сверху свисает. И вкус совсем другой! Свежее, душистое! Умеют же делать, когда захотят!
Выпили ребята по кружке. Еще по одной. И начинает потихоньку до них доходить, что всю рыбу, что принесли, им не осилить. Домой гостинцы возвращать – тоже как-то неправильно. Да и взгляды у посетителей кафе слишком уж колючие…
– Так, товарищи, выстраиваемся в очередь! Вот тебе кусок рыбины, вот тебе…
Короче говоря – начали угощать уже совсем всех, кто в кафе оказался. Это нужно было те глаза видеть! В магазине за килькой в томате в очереди стоять устанешь, так там – за деньги, а тут – бесплатно горбушу раздают, такой деликатес! Как есть – сумасшедшие какие-то!
Не знали земляки, что той горбуши на Дальнем Востоке студенты наелись до следующего года. Да и дома еще припрятано…
Начались хвалебные речи и в адрес конкретных студентов, и советской системы образования, и партии, которая воспитала достойных строителей Коммунизма. Тосты с пожеланиями успешной сдачи экзаменов, здоровья и долгих лет жизни следовали один за другим. И продолжались после того, как ребята разошлись по домам, звучали до самого закрытия кафе. Продолжались они и на следующий день, когда завсегдатаи вернулись в забегаловку и почувствовали витающий в воздухе запах вяленой горбуши.
Говорят, долго тот аромат в "Профессорском" витал, до самого развала СССР. И еще чуток после этого.
The free excerpt has ended.