Read the book: «В объятиях Нави: Свидание с Нием»

Глава 1

Ростов-на-Дону в субботу плавился от ленивого южного солнца, заглядывавшего сквозь жалюзи Катиной съёмной квартиры. Шёл её законный выходной, но дома было невыносимо скучно. Попытка посмотреть сериал провалилась на первой же серии, чашка кофе опустела, а стены будто давили. Катя вздохнула, поправила на носу любимые очки в золотистой оправе «кошачий глаз», закрутила каштановые волосы в привычный небрежный хвост и поняла: ноги сами несут её на работу.

Катя два года трудилась младшим архивариусом в старой городской библиотеке. Это место с его запахом старой бумаги, тишиной и бесконечными стеллажами было её личным убежищем от шумного мира. Прийти сюда в выходной, чтобы в тишине навести порядок в самом дальнем углу цокольного этажа, казалось отличной идеей.

Спустившись в подвальное хранилище, Катя блаженно зажмурилась. Здесь пахло сыростью, сухой лавандой от моли и вечностью. Сюда давно списали «мёртвый фонд» — старинные, тяжёлые фолианты, которые никто не брал уже лет сто. Катя натянула свой любимый, огромный кремовый свитер крупной вязки, который грел её в прохладном подвале, и принялась за работу. Она бережно смахивала пыль с корешков, чихала, умилялась старым штампам и тихонько бормотала себе под нос, чтобы не было так одиноко:— Так, путеводитель по казенным землям за девятнадцатый век — на нижнюю полку... А вас, сударь, мы переставим левее...

Вдруг её взгляд зацепился за самый верхний ярус дальнего стеллажа. Между двумя потрепанными томами кулинарных рецептов позапрошлого столетия торчал странный, совершенно незнакомый корешок. Катя удивленно округлила свои зелёные глаза и даже опустила очки на кончик носа. Корешок был обтянут потемневшей от времени, глубокого синего цвета кожей с едва заметным серебряным тиснением в виде переплетенных ветвей.

«Странно... — подумала Катя, чувствуя, как внутри разгорается профессиональное любопытство. — За два года я этот сектор по три раза перебрала. Откуда она тут взялась?»

Она перевела взгляд на старую деревянную лестницу-стремянку, стоявшую неподалеку. Лестница выглядела сиротливо. Катя подошла, пошатала её рукой — ступеньки жалобно заскрипели, но балки казались массивными и крепкими.— Ну, ради науки можно рискнуть, — прошептала она, прикусив губу от предвкушения тайны.

Катя с усилием подтолкнула лестницу к нужному стеллажу и только сейчас обратила внимание на сам шкаф. Он разительно отличался от соседней советской мебели. Огромный, из почти чёрного плотного дерева, с удивительной ручной резной работой. На его боковушках красовались странные рельефные картинки: причудливые птицы с человеческими лицами, диковинные деревья с изогнутыми корнями и волны, похожие на языки пламени. Кате безумно захотелось узнать, какого он века и откуда его вообще привезли в ростовский архив.

Катя аккуратно наступила на первую перекладину. Скрип. На вторую. Ещё скрип. Утопая руками в длинных рукавах своего оверсайз-свитера, она забралась почти под самый потолок. Вытянув изящные пальцы с аккуратным нюдовым маникюром, Катя осторожно ухватилась за синюю книгу. Тяжёлая, прохладная... Она потянула её на себя, сдувая вековую пыль, и замерла, рассматривая серебряные узоры.

И в эту секунду мир под ногами предательски рухнул.

Основная опорная балка старой лестницы под её весом издала оглушительный, сухой треск, прогнулась на долю секунды и с грохотом лопнула пополам.

Катя сдавленно пискнула, теряя равновесие. Книга выскочила из рук, очки съехали набок, а сама девушка с широко распахнутыми от ужаса глазами полетела вниз. В панике она попыталась ухватиться за резной край черного шкафа, но пальцы лишь беспомощно соскользнули по гладкому дереву. Поняв, что падение неизбежно, Катя крепко зажмурилась, вжала голову в плечи и приготовилась к страшному удару о бетонный пол подвала. Она мысленно сосчитала до трёх, ожидая боли...

...Но боли не было.

Секунда. Две. Три. Катя продолжала падать в какой-то звенящей, абсолютной пустоте. Ощущение было такое, словно подвальный пол растворился, и она летела сквозь бездонный колодец глубиной в несколько метров, обдуваемая странным, пахнущим озоном и сухими травами ветром.

А затем реальность резко вернулась. Катя с размаху приземлилась на что-то очень твёрдое, гладкое и холодное. Острая, пронзительная боль тут же прошила копчик и спину, заставив её охнуть и со слезами на глазах схватиться за ушибленное место.

— Ой-ёй-ёй... мамочки... — простонала Катя, не открывая глаз и пытаясь нащупать рукой свои очки. — Ростовский архив, я подам на вас в суд... Уважаемый Суд, это производственная травма...

Только вот пол под её ладонями ощущался вовсе не как бетон или линолеум, а как идеально отполированный, ледяной чёрный мрамор. А вокруг царила такая тишина, какой в городской библиотеке не бывало никогда.

Катя не успела толком потереть ушибленный копчик, как сверху раздался свистящий звук, и увесистая синяя книга в кожаном переплёте с глухим стуком прилетела ей прямо по макушке.

— Ой! — Катя снова вскрикнула, забавно вжав голову в плечи.

Она зажмурилась от обиды, шмыгнула носом и принялась судорожно шарить руками по ледяному полу. Наконец её пальцы наткнулись на тонкую золотистую оправу. К счастью, стёкла остались целы. Катя торопливо водрузила очки на нос, аккуратно поправила съехавший набок хвост и, наконец, огляделась.

Мир вокруг неё сошёл с ума.

Вместо привычных серых бетонных стен ростовского подвала она сидела в центре огромного, пугающе величественного зала из чёрного камня. Потолок терялся так высоко в темноте, что казалось, будто его и вовсе нет. Из стен выступали массивные колонны, оплетённые каменным плющом, а вдоль них тянулись бесконечные галереи с миллионами старинных свитков. В воздухе летали тусклые, фосфоресцирующие синеватые огоньки, заменявшие здесь люстры.

Но самым жутким было не это. Вокруг Кати, выстроившись в идеально ровные, бесконечные очереди, стояли... существа.

Сотни полупрозрачных, бледных силуэтов людей испуганно оборачивались на неё. Но среди них мелькали и совсем странные создания: существа с птичьими клювами вместо носов, карлики в серых лохмотьях и девицы с зеленоватой кожей и речной тиной в волосах. И все они, как один, вытаращили на Катю свои немигающие глаза. Наступила мёртвая, звенящая тишина, в которой было слышно только испуганное и слишком громкое дыхание Кати.

Прямо рядом с ней, всего в полуметре, тяжело задышало какое-то чудовище. Катя медленно, с замиранием сердца повернула голову. На неё сверху вниз смотрел лохматый, серый чёрт ростом с хорошего добермана, в помятом чиновничьем сюртуке. У него были забавные козлиные рожки, свиной пятачок и гусиное перо, торчащее прямо за волосатым ухом. В лапах он сжимал берестяной свиток. От неожиданности чёрт выронил перо, а его хвост с кисточкой нервно дёрнулся.