рад что вас увидел хоть Кристиночка и пряталась. Вы это я!
И не нужно стесняться чего я не видел.
Я хочу чтоб в жизни самых дорогих
мне людей было всё самое лучшее!!!
Я Вас люблю мои девочки. 22.39
Картинка между двумя ладонями галактика:
Ты для меня весь мир 22.39
Картинка с двумя котятами: мне хорошо,
когда ты рядом 22.39
27 декабря 2019 г.
Семён: для Светланы: Привет! Как делишки? Как здоровье?
Что нового в твоей прекрасной жизни?
Напиш номер пообщаемся по ватцапу.
Если конечно есть желание и нет
рядом ревнителя. 04.04
2 января 2020 г.
Переписка Лизы Деревянкиной и Семёна
Лиза: Ты сидишь в соцсетях? 19.13
Ты вообще,что тут и вчера и ночью делал? 19.32
????? 19.32
Это предательство 19.32
9 января 2020 г.
Это, видимо, продолжение телефонного разговора между Лизой и Семёном.
Семён для Лизы: Уже в пути. Вот значет. Ты все время тут была
это я лох. 04.07
Ты почему так поступила? Я раде того чтоб у нас небыло ссор
Удалил все да и саму страницу. А ты?
Не стыдно? Да мне он в любое время со своего
андройда сможет зайти но мне не надо.
Я все понял. Дождалось 04.23
Лиза: Я вчера возобновила страницу,что бы фото с сестрами
И братьями (христианскими) скриншетить для тебя, что бы показать
Вчерашнего брата и ,я захожу иногда только,фото
Какое нибудь выставлю,что бы люди не обижались
На меня и думали, что я их из друзей удалила. А вчера
Не успела удалить профиль,т к
некогда было,это надо в полную версию
заходить. Сейчас удалю… 06.11
Май 2020 г.
Cемён стоит на тротуаре. За спиной стена! А за стеной… Обернулся, скользнул взглядом. Кирпичная стена покрашена белой краской, видать давно. Местами пообтёрлась каким-то образом, местами начала шелушиться. Левее в стене зеленеет входная дверь, под таким же треугольным козырьком. Это стена и дверь исправительной колонии номер… Впрочем, какое имеет значение номер, как и название города.
А городу, как слышал Семён, уж более восьми сот лет. И высится старинными и современными зданиями на берегу быстрой реки, на Среднерусской возвышенности. Сейчас небо низкое серое, почти в тон новому трикотажному жакету Семёна в серый орнамент и кажется, что также обволакивает густеющим туманом, из которого темнеет футболка и брюки.
Эх, наконец-то, нормальная одежда! Не тюремная… Ух, свобода!
Семён вспомнил о Светлане. Открыл на телефоне свою страницу в соцсети.
На открытку, которую он послал с целующейся парой со всемирным днём поцелуя не только ответа нет, но и не просмотрена.
13 мая 2020 г.
Семён: Привет светлан. Как делишки как настрой.
Ты щас где? Я сегодня вышел и еду в Москву.
Мой ном набери перезвоню (номер телефона Семёна) 13.18
15 мая 2020 г.
Семён для Светланы: Ето я Семён 13.17
Если ты сейчас не ответишь приеду к твоему сыну 14.23
Пожалуйста 14.45
По-прежнему его послания не просмотрены.
Свобода!.. ехать на родину, чтобы отметиться по месту постоянной прописки успеется. Девчонки вокруг! Долгожданные!.. Выглядит Семён почти на десять лет моложе своих. Лицо не зрелого мужчины, а молодого парня. Почему так? В чём причина? То ли внутренний мир отражался на внешности, то ли из-за худобы, то ли инфантилизм и привычка жить, где за тебя всё решают и распределяют другие, то ли отсутствие ответственности за кого либо, то ли генетика? По внешности Семёна никак не дашь, что из тридцати шести лет жизни провёл в местах заключения семнадцать с половиной, конечно с перерывами, в среднем по два-три года через два-четыре месяца. Об этом мало кто знал, хотя Семён не афишировал, но говорил об этом совершенно спокойно и, не стесняясь, не стыдясь, как о само собой разумеющемся. Для него, наверняка так и было. Но для тех, кто далёк от мира криминала, действовало шокирующе.
Молодость свою провёл, не на встречах с девушками, хотя в перерывах между отсидками навёрстывал по полной программе и, тем не менее. Но предпочитал жить с теми, кто постарше. У таких женщин стабильный доход, жильё. Они заботливы и внимательны. Стоит сказать приятные слова, убедить её в избранности, показать, что нужна именно она, смело сблизиться, страстно целовать и… она выполнит любую просьбу. Но молоденьких девушек ему явно не хватало, даже на юных он буквально пялился, жадно рассматривал, забывая, что годиться им в отцы. Видимо, сказывалось то, что, когда он был им ровесник, то были ему недоступны, так как находился под охраной и за стенами с колючей проволокой.
В одном из баров Семён сидел с Зиной, соблазнительной блондинкой… Пили вместе… Она у него в друзьях в соцсети. Познакомился несколько месяцев назад, соответственно задолго до выхода из колонии. Переписывались, иногда перезванивались. Она и её подружка помогали ему с приятелем делать деньги на банковских картах. Схема была проста, одна из функций банка допускала её. Подробности молодые люди скрывали от своих подруг, но использовали их карты с разрешения девушек. В завершении своей схемы, звонили в банк, мол по ошибке перевели деньги не на тот номер карты. В результате на нужную карту приходила определённое количество денег. И каждый получал свою долю.
– Холодно, май называется, – жалобно промямлила девушка.
– Да, согласен. Может погреемся, а?
– Погреемся, – и хихикнула, позволяя себя обнять.
– Зинуль, а к тебе можно? А то мне идти некуда. На поезд я сегодня опоздал.
– Ну-у, не знаю-ю…
– Красавица моя, пригрей на суток двое-трое. Отдохнуть. Видишь, как отощал на казённых харчах, – Семён придвинулся ближе и стал шептать комплименты, касательно её фигуры и внешности. Голос завораживал, проникая не только в уши, но куда-то глубоко, во все центры головного мозга, поддаваясь ему, желая его.
– Я сейчас дома одна, родители с младшей сестрой на даче.
– Так ещё вроде школьники не ушли на каникулы.
– Отец отвозит её в школу на машине.
– Когда вернутся?
– О, теперь до осени там.
Пока Зина находилась в ванной, Семён быстро оглядел квартиру, особенно комнату Зины и обнаружил её заначку…
Когда уже лежали предложил съездить в Москву.
Зина уставилась на Семёна, потом перевернулась на спину, грудь её колыхнулась туда-сюда. Семён чуть не облизнулся, схватил мягкие бугорки, покрывая поцелуями.
– Я не против! – хихикнула, выгибаясь.
– Ух, ты моя хорошая девочка! А родители не будут против твоего отъезда?
– Я большая девочка, мне двадцать два и я работаю в магазине, где очень много алкоголя…
– Ты моя прелесть! А я тебе возьму билет до Москвы и мы с тобой покувыркаемся в московской гостинице.
– Правда, что ль?
– А то!
– Может и вправду съездить в Москву на несколько дней. У меня там сестра старшая живёт. Возьму в счёт отпуска.
– Зинуль, я тебя съем, ты не представляешь, какой голодный! Столько времени ждал встречи на свободе!
Поезд отправлялся поздно вечером, а в Москву прибывал рано утром. Билеты купил в плацкартный вагон. Несмотря на то, что Семён ещё не насытил свою изголодавшуюся похоть, выкупить все четыре места в купе ему в голову не пришло, а было на какие средства.
Чтобы добраться до дома пришлось пересечь две области.
В поезде в соседнем купе маленькая девчушка бегала из купе в коридор и обратно. «Умилила. Напомнила Кристину. Какие они в этом возрасте милые и забавные. Теперь уже не то. Пышнотелая… не по возрасту. Четырнадцать лет, а дашь семнадцать-восемнадцать… Хороша… живая кукла…
Еду домой. Дом, где мой дом? Куда я приду? Кто меня ждёт? Нужен ли я кому? Может быть ещё Лизе нужен. Посылки, деньги равнодушная присылать не станет… А мне кто-нибудь нужен? Противоречивые желания мечутся, а я остаюсь на месте. Но надо ехать. Прибыть по месту постоянного жительства. Да, ещё оформить разные документы. Ехать через столицу, давненько там не был.
Спасибо Лизе, устроила мне праздник. После колонии – одноместный номер со всеми удобствами на неделю – шик! Эх! Свобода!.. рядом соблазнительная блондинка с формами…»
Пока и в поезде лафа…Когда уже все в вагоне не только улеглись, но и заснули. Семён позвал Зину покурить в тамбур. Пошли в дальний, подальше от комнаты проводников. На третьей затяжке руки Семёна заскользили по выпуклым частям тела Зины. Вскоре он выплюнул сигарету, раздавил, вытащил изо рта у Зины, тоже бросил на пол и наступил. Приник губами к её губам, руками под футболку и шорты… «Пошли в туалет», прошептал едва отрываясь от её губ. Не дожидаясь ответа уверенно повернул её лицом к двери в туалет и подталкивая, открыл дверь…
Семён, когда ехал в поезде в Москву, мог выйти в городке Бусыгино, там состав останавливался. И от Бусыгино до его деревни, вернее до дома, где квартира покойной матери всего то километра три напрямик, а если на автобусе, то семь-десять минут. Но Семён не привык идти по правильной дороге, его много лет тянуло вкривь и вкось. Сначала доехал до Москвы, где его уже ждал номер в частной гостинице, благодаря бывшей сожительницы.
У Елизаветы завибрировал мобильный. Лиза взяла телефон.
– Алло, Виктор. Здравствуй!
– Лизок, привет! Извини, что поздно. У вас уже ночь.
– Ничего. Что-нибудь случилось?
– Ты же просила присмотреть слегка за твоим бывшим… Даже не знаю… в общем решил рассказать. Ты же потратилась на него, а он. Видел, как вышел из бара с одной из… В общем… она всё не возвращается. Извини, что испортил настроение. Судя по журналу регистрации её имя Зинаида Петросикова, из того города, где и колония, в которой он сидел. Они в его номере уже несколько часов. Сама понимаешь, парень из заключения, два года без женщин, сорвался…
Да без женщин, но не все. Семён позже в порыве откровенности рассказывал Инге, что тем, у кого есть чем заплатить достанут всё, что запросит и приведут женщину. А остальные? Насиловали насильников, в частности безжалостно поступали с педофилами. И Семён привёл один из примеров, что с одним из них сделали. В очереди на «это» был и Семён, как поняла Инга после того, как ему предложили поучаствовать, хотя про свои действия не распространялся. Всего несколько слов и перед мысленным взором Инги предстала мерзкая и жуткая месть насильнику деток. Зачем рассказывали те за что посадили? Они и не рассказывали, без них узнавали. Только новая партия поступает, а уже известно, всем заключенным, кто и за что.
Возвращаемся к Лизе.
У Лизы перехватило дыхание и она едва смогла произнести.
– Спасибо, Витя. До связи. Пока.
Лиза зашла на страницу своей матери Деревянкиной (Обезьянкиной) в соцсети, в поисковике нашла страницу Семёна, а там открыла список его друзей. Зинаида Петросикова есть. В негодовании написала Семёну имя и фамилию этой девушки.
Дрёму пронизывал мурлыкающий звук. Семён не сразу сообразил, звонок мобильного. Зинка дрыхла рядом, как глухая. На экране высветилось: жена. Говорить сейчас не в состоянии. Лиза в контактах помечена как жена. Пришлось отослать скриншот, чтобы убедилась в его отношении к ней. Да и для солидности сойдёт, иногда показать, мол, у меня – жена. Звонок всё же замолк. Семён блаженно растянулся на постели. Зевнул. Глаза закрылись. И тут пропиликало. Сообщение. Семён пробормотал ругательство, поднялся, потянулся за телефоном. «От «жены», – усмехнулся и отложил подальше.
17 мая 2020 г.18.25
Через девять минут от Лизы пришло ещё одно сообщение:
Со мной говорил по телефону в это
время,денег просил, а классишь
Зинаиду))) пусть Бог тебя благословит и
Поставит на путь истинный. Меня
забудь, мне надоела твоя ложь. Я не
держу на тебя зла,а когда я плакала, это
мне себя было жалко…. Что верила
тебе. За меня не переживай, у меня будет
счастье, семья, любящий муж, который не
предаст!!!Я в это верю!!!! Тебе то же
счастья,пусть Господь будет с тобой! 18.34
Но Семён уже «отрубился», как частенько спят очень пьяные.
Увидел сообщение утром.
«Откуда она знает про Зину? – думал Семён. Свобода называется, каждый чих будут передавать? «Любящий муж… счастье» размечталась в сорок четыре года. Мужик молодую бросил с маленьким ребёнком, а сейчас нужна кому-то, к тому же с такой дочкой-акселераткой. За двенадцать лет моего отсутствия не вышла замуж, не нашёлся никто, а сейчас откуда возьмётся? Дочка в четырнадцать выглядит как зрелая тёлка. Если и жениться кто на ней, то скоро на дочку переключится. Мимо такой красотки и уже с формами трудно пройти мимо! Дурёха! Но разозлила меня конкретно».
Ответ для Лизы
чё мне пишешь??? Херню. Ну я скоро
буду!!! 08.19
Видимо, с пьяну ни Семён, ни его гостья не обратили внимание, что в прихожей номера гостиницы напротив входа установлена камера.
Наследующий день Лиза получила очередное сообщение от Виктора, работника гостиницы, владелица которой её знакомая.
– Придётся опять испортить настроение, – сказал Виктор Лизе. Кадры из видео на первый взгляд безобидные, но, тем не менее, красноречивые. Поясняю, откуда и куда идут: вышли из комнаты, заходят в санузел, у нас там унитаз и душ. Пересылаю фото. Ещё раз извини, что испортил настроение.
– … Спасибо. Потом посмотрю…
Четыре кадра из видео снова привели её в ступор. Да ещё Семён имеет наглость отрицать и даже возмущаться и угрожать! Несколько часов приходила в себя, потом более-менее гнев улёгся, как будто можно, увидев соперницу и измену быть спокойной… После четырёх часов дня смогла владеть собой и переслала Семёну эти кадры с единственным комментарием: «Наверное это любовь!»
Камера в прихожей установлена под потолком напротив входной двери, поэтому изображение зафиксировано сверху.
Первый кадр (чёрно-белый): 2020/05/17 19:51:37
Из дверного проёма справа выходит Семён. Он уже в прихожей. Босиком. Из одежды только трусы. Из них впереди выпирает. Худой, сутулый. Явно нетрезвый. Кисть правой руки ещё за пределами прихожей, в комнате.
Второй кадр (чёрно-белый): 2020/05/17 19:51:40
В проходе прихожей между открытыми дверками шкафа для одежды и дверью, ведущую в ванную комнату, уже Семён не один. Он левой рукой взялся за ручку двери, конечно, чтобы открыть и войти в ванную. Правая рука у него за спиной, он ведёт, почему то за руку свою гостью. Она прикрыта. Чем трудно понять может платье спустила с плеч, потому что они открыты, но грудь прикрыта. Молодая женщина – крашенная блондинка, волосы на кадре белые. Плохое разрешение, поэтому трудно понять насколько они длинные и в какую причёску замотаны на голове.
Третий кадр(чёрно-белый): 2020/05/17 19:51:41
Всё то же самое, но сделан ещё шаг или два. Семён приоткрыл дверь в ванную и левой ногой уже там. На фоне светлой ноги, точнее бедра хорошо заметен выпирающий треугольник спереди из тёмных трусов. Свою спутницу держит за руку и та покорно передвигает тоже босыми ногами, опустив, словно в смущении глазки. Или смотрит под ноги, чтобы не упасть.
Четвёртый кадр (цветной): 2020/05/17 20:33:11
В прихожей запечатлена одна женщина, она ещё не дошла до ванной комнаты, будто стоит в ожидании. Открытые плечи, шея и руки розовые, разогрела страсть, возможно. Лицо выглядит отёкшим, особенно веки опухли, щёки набрякли. Но прикрывается чем-то от груди вниз.
Лиза не получила ответ от Семёна. Пусть пока отойдёт, время стирает плохое. Он пока занят. А она обещала помочь в трудное время. Сама призналась, что родной для неё человек, так что никуда не денется. Стоит поговорить по телефону, а ещё если по видеозвонку и написать ворох комплиментов…
Лизины деньги заканчиваются, осталось совсем немного. Прощай сладкая гостиничная жизнь.
Знакомые женщины… Более, чем знакомые. Может быть, к… или… Номера мобильного то нет. Без звонка нарвёшься на конкурента и без драки не обойдётся. Значит, обратно, откуда вышел?..
Теперь он едет в электричке, но опять же не к дому, хотя и в том направлении. Намеревается выйти на платформе Полётная, которая входит в городскую черту Никитска, потому что помнит, где жила Светлана Огнева и хочет прийти к ней домой.
Семён застал мать Светланы. Сказать, что женщина обрадовалась гостю нельзя. Про себя она подумала: «Слава Богу, что Светланы нет дома!» Ей хотелось, чтобы и Семён здесь больше никогда не появлялся, но грубить не стала. Напротив, старалась быть любезной, тем более, что говорил и повторяет, что любит её дочь. Не скрывает, что вернулся после очередной отсидки, будто это дело обычное. Злить такого человека нежелательно, мало ли что взбредёт в голову, хотя, глядя на него, особенно, когда трезвый, ни в жизнь не подумаешь. Ещё женщина хотела, чтобы гость ушёл поскорее.
Семён разочарован, Светлана уехала. Пока женщина возилась на кухне с приготовлением чая. Семён зашёл в туалет, затем в ванную, окинул доступное взору пространство квартиры. Зная Светлану, где и как она оставляет вещи, убедился, что женщина говорит правду, следов её недавнего присутствия нет. Удивился, что так далеко уехала, в Карелию!
– Как же вас бросила? – спросил Семён.
– Ну, почему бросила. Я ещё не совсем развалина, да болит то там, то здесь, но пока сама управляюсь.
– А Борис, где?
– На прошлой неделе к ней уехал. Все оценки хорошие, ему выставили уже за год. Вот и не стал дожидаться каникул, осталось несколько дней. Не знаю, к осени вернётся или там пойдёт учиться. Пусть сами решают. Может там понравиться. Мне трудно уж за ним приглядывать, а там мать рядом.
В Карелию ехать, конечно, Семён не собирался. Обломилось тут.
– Телефончик Светланы дадите?
– Так у меня номера её мобильного нет!
Семён недоверчиво взглянул.
– Говорит, не выдержишь и дашь кому-нибудь, кто станет сильно просить. Сама звонит только с рабочего и то несколько слов скажет и всё. Мол, она в кабинете не одна, да и работы много. Ладно, хоть так, главное, что жива-здорова, а подробности как-нибудь потом.
«Обрубила все концы», – подумал Семён. У него есть запасной вариант – Лиза. Хотя к ней от Москвы ехать тринадцать часов, что на поезде, что на автобусе. Потом ещё от города добираться до лесного посёлка. Но Семён туда к ней не собирается. Столько привлекательных женщин вокруг…
Опять Семён в электричке. Колыхание вагона усыпило…
И вот на конечной станции. Мальчишка откуда-то бежит, тащит за руку меньшую сестрёнку. У той ноги чуть ли не заплетаются. Вспомнилось. В таком же примерно возрасте убегал из дома, чтобы мать спьяну не побила его и младших: сестрёнку и братика. Выпрыгивал из окна на крышу приямка, вытаскивал Надьку и обхватывал ещё не умеющего ходить Мишку, бежали в соседний подъезд к бабушке… Надька хваталась за рубаху или штаны так цепко, что потом с трудом удавалось разжать её пальцы. Семён же стискивал Мишку, опасаясь выронить и при этом чуть, не спотыкаясь на подворачивающихся ногах устремлялся прочь от квартиры… А, если бы жили не на первом этаже?..
Отсюда немного более трёх километров до деревни. Вдоль дороги трёхэтажный панельный дом. Квартира, где прошло детство. Тянет ли? Нет. Сколько лет не был? Семнадцать с половиной. Никто там не ждёт. Некому… Почти все на кладбище: бабушка, отец, мать, даже сестра, а брат… Да и куда ехать ночью.
Остался на станции. Май, а погода… Зябко. Решил ехать на следующий день в районный центр, в Надюхину квартирушку.
Инга, услышала, как кто-то её зовёт с улицы. Она находилась на самоизоляции, как и большинство в связи с пандемией коронавируса, и поспала подольше. Подошла к окну. Соседка с первого этажа, а с ней какой-то незнакомый молодой мужчина. Увидев Ингу, женщина опять крикнула:
– Инга, открой подъезд!
«Что ей понадобилось?» – Инга не собиралась рано выходить из дома, поэтому в домашней одежде и без косметики вынуждена выйти из квартиры и спуститься вниз.
– Брат Надежды из пятой квартиры приехал, ему жить негде, – сказала Зина. За ней на второй этаж поднимался мужчина, которого Инга видела в окошко.
– О брате мне никто ничего не говорил, – промолвила Инга. – Туда дверь забита и соседка из седьмой квартиры запенила щели вокруг двери.
– Ерунда, открою, – сказал мужчина после того как поздоровался.
Инга ответила на приветствие и добавила:
– Я тут три года и о вас не слышала, – Инга не обрадовалась новоявленному соседу.
– Несколько дней как освободился.
– Откуда? – не поняла Инга.
– Из колонии.
«О, господи!» – мелькнуло у Инги.
– Могу справку об освобождении показать.
– Нет, не надо, – отказалась Инга.
«Зачем мне справку смотреть?» – удивилась Инга про себя. Ей даже не пришло в голову, почему Семён предлагал посмотреть на справку, чтобы убедилась, что не сбежал. Она поверила его словам. Да, он сказал правду, и он не сбежал. Но, то, что она не посмотрела и не прочитала даты, когда отправлен в заключения стала первой ошибкой Инги по отношению к Семёну. За первой последуют другие.
– За что сидели? – робко спросила.
– За воровство, – легко и быстро ответил мужчина, будто о том, что задержался в магазине.
«О! Ничего себе!»
Видимо, возникшую настороженность и тревогу заметил мужчина и поспешил добавить:
– Завязал, больше туда не хочу.
Семён попросил инструменты у Инги и стал открывать дверь.
– Как вы там будете жить? – спросила Инга. – В пятую квартиру из моей шла труба отопления. Я после ремонта комнат поменяла систему отопления, заменила старый газовый котёл. И, соответственно отрезала трубу, которая сквозь стену проходила в ту квартиру. Когда раньше делали отопление на две квартиры оплата, видимо была иная. Теперь же с какой стати я буду отапливать чужую квартиру за свой счёт. Так что в течении трёх лет, что здесь живу, пятая квартира не отапливалась. В окнах разбиты несколько стёкол, и там зимой, скорей всего был мороз. К тому же не проведена канализация. И если, вы будете проводить, то не к яме, куда стекает моя канализация и ещё из трёх квартир, потому что будет слишком быстро заполняться.
Инга не стала говорить, что очень сомневается, что будет от него получена оплата вовремя и ей придётся оплачивать откачку самой, ведь машину для очистки ямы обычно вызывает она.
Семён поддакивал, отдирая доски. Наконец открыл дверь, оттуда пахнуло какой-то вонью и разнеслось по подъезду. Сразу же за входной дверью справа раковина. Семён открыл кран, воды нет. Оказалось, что отключена.
– Рядом с калиткой колонка перестала работать, – добавила Инга.
– Можно стакан воды? – попросил Семён.
Инга зашла к себе, вскорости вынесла большую чашку с водой.
– Колонку отключили, потому что в каждой квартире водопровод, – пояснила Зина, – мол, она нам не нужна, сказали из водоканала.
Инга высказала другую версию.
– Как же, всё время работала, а отключили совсем недавно после того, как кто-то сломал, вода текла не переставая.
Инга поглядывала на мужчину, он совершенно не походил на отрицательных персонажей – криминальных личностей кинофильмов и сериалов, а в жизни с ними ей встречаться ещё не приходилось. То, что такое произошло Инга сама виновата. Была у неё одна черта или особенность, иногда её мысли со временем обретали реальность. Как-то после всяких рассказов, что вот та или иная женщина влюбилась в бандита или кого-то в этом роде и её жизнь превратилась в кошмар, Инга однажды, размышляя о своей жизни, подумала, что ей никогда и никто подобный не встретился, не пришлось общаться. И вот, получите.
Этот выглядел совсем иначе: вежливый, застенчивый, несколько робкий. Говорил тихо и спокойно. Не спорил, ничего не доказывал, не грубил. Однако от него немного попахивало спиртным.
Инга осмелела и попросила.
– Не устраивайте здесь пьянок.
– Нет, что вы, я не пью. Если только пиво.
Инге, оставалось лишь надеяться на лучшее и она зашла в свою квартиру.
The free excerpt has ended.