Read the book: «Акульи зубы»

Первыми покидать Зою начали волосы. Сначала незаметно, цепляясь за расчёску, соскальзывая лёгкими паутинками на одежду или улетая в неведомые дали по воли ветра. Пышная некогда копна каштановых волос потускнела, поредела и опала.

Хотя нет, волосы были потом, "на нервной почве" как сказал врач со странный названием трихолог. В начале списка потерь значился гражданский муж. Правда, и приобретением он никогда не был, поэтому и полноценной потерей его уход назвать сложно. Но Зоя нервничала, переживала, пересчитывала годы, потраченные на совместный быт и с грустью смотрела в зеркало. Заглядывать в безрадостное будущее не хотелось.

А теперь вот "посыпались" зубы. К выбору стоматологической клиники Зоя подошла с присущей ей дотошностью. Изучив отзывы, прошерстив рекламные буклеты, измучив допросами знакомых и коллег, выбрала сверкающую белым зубом на вывеске трехэтажную "Дентолюкс".

Перед кабинетом стоматолога в ожидании времени записи, Зоя размышляла, что поговорка про сорок пять придумана для неудачниц, вроде неё. В свои сорок с небольшим она ощущала себя сушёной клюквой. Без перспективы когда-нибудь покрыться корочкой из сахарной пудры. В заветную сладкую жизнь попадают исключительно везучие сочные ягодки.

Вывеска на двери ловила свет коридорных ламп, выбрасывая в мир звучное "Акульев Олег Львович. Кандидат медицинских наук". Фамилия стоматолога вселяла надежду в оробевшее разом сердце Зои. Зубы под присмотром такого специалиста просто обязаны быть крепкими и здоровыми.

Молоденькая медсестричка, само воплощение свежести и стерильности, пригласила Зою пройти в кабинет. Такой же сияющий новизной, как и всё в этой клинике. Зоя вдруг ощутила прилив жара, ладони мгновенно стали потными, и лицо, как она подозревала, пошло пятнами. Ладно хоть колени не тряслись. Может быть, стоматологическое кресло-лежанка с нависающей лапой манипулятора так подействовало, или колбочки и баночки с разноцветным содержимым, или профильные медицинские постеры на стенах, а скорее всё вместе. Пришло понимание, что отступать некуда. Хотя....

- Присаживайтесь, леди, - мягко, но настойчиво предложил Олег Львович, указывая на кресло-кушетку. – Посмотрим, что у Вас за проблемы.

Медсестричка ловко подхватила сумку из рук растерявшейся клиентки, деликатно направив Зою к раскладному медицинскому креслу.

Олег Львович, высокий, худощавый, интеллигентного вида мужчина, лет 50, с внимательными цвета грозового моря глазами, терпеливо ждал, не переставая улыбаться. И Зоя вдруг поняла, что смущало её. Это была невероятная, ослепительная белизна ровных как на подбор зубов стоматолога. Такую вызывающую красоту она видела только в рекламе зубной пасты, где экранный герой сиял всеми тридцатью двумя зубами сразу.

Спрятав пол лица под медицинской маской, стоматолог склонился над Зоей. Тихое, проникновенное "откройте рот" прозвучало где-то над самыми ухом пациентки. Врач деловито принялся надиктовывать ассистентке зубную формулу, попутно давая комментарии, похожие на сводку последствий землетрясения:

- Скол...отсутствует... пломба...разрушен...

Зоя постаралась дистанцироваться, не слушать, не про нее это всё и не для ее ушей предназначено. Врач же продолжал постукивать, подцеплять, проверяя на прочность, не обращая внимания на непроизвольно вцепившиеся в подлокотники и побелевшие от напряжения пальцы клиентки.

Наконец, он погасил слепящие лампы, кнопкой приподнял опущенную спинку кресла, вальяжно откинулся на стуле и, сняв медицинскую маску, терпеливо стал ждать зоиного судорожного внимания. Очки в тонкой золотой оправе так уверенно поблескивали, а улыбка доктора была такой снисходительной, что Зоя окончательно оробела и смотрела на эскулапа с одной лишь мыслью "уползти домой и спрятаться, поскольку всё настолько плохо, что..."

Акульев, считав ее мысли с испуганного лица, начал издалека:

- Зоя Петровна, давайте определимся с целью вашего визита.

Зоя опешила. Ей и в голову не приходило, что у посещения стоматолога могут быть какие-то варианты целей, кроме вылечить, запломбировать, протезировать, словом сделать что-то, чтобы можно было нормально жевать и, улыбаясь, не выглядеть как годовалый младенец с полупустым ртом.

Олег Львович вдруг напомнил Зое психотерапевта. Под взглядом его темно-серых, почти черных глаз, увеличенных линзами очков, она словно погружалась в транс. Их беседа походила на сеанс эриксоновского гипноза, на который завели ее однажды поиски внутренней опоры после рухнувшей семейной жизни. Тогда вкрадчивый голос психолога поглотил ее сознание целиком, опутал, успокоил и зачаровал, заставив как на духу выложила всю правду. Нет, Зоя не жалела о содеянном, напротив, стало легче, хоть кто-то выслушал, не пытаясь отмахнуться "не преувеличивай", "не о чем переживать"...

Вот и сейчас она неожиданно впала в полусонное состояние и откуда-то из глубины ее истосковавшийся души вырвалось "хочу красивую улыбку".

Врач, казалось, именно такого ответа и ждал. Он удовлетворённо потер руки и проникновенно проворковал:

- Я так и думал, - усмехнулся он, а Зоя залюбовалась его удивительно ровными, белоснежными зубами. - Но есть одно ... препятствие между вашим желанием и возможностями. Если мы пойдем традиционным путем, то получится долго, дорого и неидеально, - он с показным сожалением развел руки в стороны. И услышав Зоин вздох, похожий больше на всхлип, продолжил. - Однако есть иной способ. Уникальный!

Зоя погрустнела ещё больше, подумав, что все ее капризы, которые и не капризы вовсе, а самая что ни на есть необходимость, ее кошелек не потянет. Эскулап, однако, не повелся на сумрачное выражение лица пациентки, продолжил доброжелательно и несколько интимно.

- В нашей лаборатории Экспериментальной медицины создан уникальный препарат на основе вытяжки из плазмы крови акул. Он переворачивает всё представление о возможностях нашего организма! - глаза доктора вспыхнули мальчишеским азартом.