Quotes from 'Одержимость. Любовь Зверя'

кому судить этих двух, но только не мне. – Я что, снова оказалась на допросе? – то ли злость на сестру, то

Тоска превращалась в горячку, и тогда я набирала его номер, но меня вновь и вновь встречал холодный голос автоответчика. Мне

спать не в этом гнилом бараке, а в комфортабельном

Я чувствовал, что-то произошло. Чувствовал! – Пап… Ты где? – старалась не расплакаться, потому что услышать голос отца было совсем непросто

рел не отрываясь, изучал, будто и не знал меня вовсе… В какой-то момент я от Давида ощутила такую волну

его Петя и повел к камину, где на ковре собрались все мужики, предвкушая распаковку.

Стёпа, – кивнула ему в ответ и двинулась следом за дядькой. Мы шли по бесконечному

Пётр лишь отмахнулся, сказав, что его оно всё равно не берёт. Я впервые штопала человека наживую. Каждый прокол болел, словно это у меня рана размером с кофейное блюдце! Но Ястреб оказался

Ничего не понимала, но и спорить желания не было. И лишь когда Ястреб усадил меня на свое место, заняв кресло между мной и Давидом, все стало понятно. Братья замкнули Давида в круг, лишая его соседства

сделать шаг назад! Но не могла… Ноги приросли к полу, а Ястреб понял это… Одним рывком поднялся с кресла, почти вплотную прижимаясь ко мне. И отойти бы… – Забирай, раз хочешь, – выдохнула и покачнулась,