Read the book: «Дракула и Порог Молчания»

Эви Скорп

Напутствие

Все что вы прочтете — плод моей бурной

фантазии. Верить в это не стоит, ведь лгу я

также хорошо, как и сам Люцифер.

От Автора

Ни введения, ни пролога не ожидайте. Эта история начнётся так же неожиданно и резко, собственно, как и её сюжет пришёл мне в голову.

Эта история о дочери Сатаны, которая будет часто оказываться на земле. И пока все будут биться об заклад, чтобы забрать её обратно, от греха подальше, она будет использовать свои силы, своё обаяние и свои клыки, пытаясь спасти чужую душу и заодно раскопать тайны прошлого. Ведь мало кто знает, что Дракула — и есть тот самый Сатана. Да-да, тот самый величественный вампир, окажется властелином Ада. Как они связаны? Всё просто. Дракула — существо, питающееся кровью, тем самым убивая людей, забирая их души в Ад. Этот грех он носил на своих плечах много веков, прежде чем люди стали замечать частую пропажу туристов, и в один прекрасный вечер не обнаружили гигантский, пугающий замок среди густого леса, находящегося вблизи с обрывом. Вы думаете, они сразу поняли, кто такой Дракула? Сразу поняли его замыслы и сразу узнали о его грехах? А я скажу вам, что люди сами прозвали его Дракулой. Как раз за его деяния и помыслы. Но лишь грехи ли он носит на своих плечах? Есть ли у Сатаны свои тайны? И как они могут повлиять на жизнь и судьбу других?Я уже предвкушаю ваши непонимающие лица, которые не могут собрать всё в единую картину. Именно поэтому начните читать, и всё прояснится. (нет).

~ Ваша Скорп.

Глава 1.

А начнётся эта глава.... Вновь от моего лица. Должна же я исповедовать вам начало всей данной суматохи.

Итак, началось все еще в далеком четырнадцатом веке... Тогда о существах, которые шастали по улицам только ночью в поисках глупых людишек, еще никто не знал. И удивительно, ведь эти существа жили там с самого начала. Ведь именно они и создали такое масштабное великолепие, как Трансильвания. Ничего нового для современного общества.

Так вот. Все жители стали замечать пропажу людей только в четырнадцатом веке. Почему? Невнимательность всегда была присуща людям. А также большинству людей принадлежит такая черта, как безразличие. Вы думаете в те времена люди не говорили: Не я — уже хорошо, Слава Богу! Не меня!? Всегда существовали черствые и жестокие люди. Знаете таких, которые говорят сначала Да чтоб ты сдох!, а когда это происходит, то мнение их меняется на Я же не хотел! Я со злости! Господи за что!. А ведь более умные люди говорили им, что мысли материальны.

А знаете почему так? Потому что тот, кто творит зло и тьму всегда находился среди нас. Не он, так его приспешник. Те, которых в наше время спокойно называют демонами и чертями. Вот парадокс, ведь в прошлые века такие грязные слова было запрещено говорить. Не дай Бог призовешь! Вот именно они и ждут, когда ваша тёмная сторона проснется. Не переживайте, такая подруга существует у каждого из нас. Даже у священника.

Но вернемся к четырнадцатому веку. Тогда пропажа людей увеличилась. Естественно, гении тех веков считали, что это звери пожирают их знакомых. Так продолжалось очень долго. Несколько веков. Пока в один прекрасный день восемнадцатого века, действительно остроумный человек по имени Авраам, не обратил свое внимание на происходящие. Он и смог сложить пазл. Сначала его заинтересовал тот факт, что люди один за одним пропадать начали в городе Трансильвании — Брашов. А только потом, эта эпидемия распространилась на другие города данной области. Затем оказалось, что в других странах тоже начались пропажи. Да вот только Авраам заметил, что люди пропадают ночью. Факт, что многих из пропавших видели мало того, что ночью, так еще и направляющимися в лес, смутил многих. Но разбираться с этим никто не стал.

Как вы думаете, кто нашел множество костей, черепов, мумий и тел в лесу?

Если вы думаете, что Авраам, то вы ошиблись. Их никто не нашел. Изначально, после каждой пропажи, обыскивали все дома, улицы и леса поблизости. Никого живого или мертвого не было. Вы скажете, что это странно. Но остальные просто решили, что в лесах существуют ужасные животные. Не верил в это не только Авраам, но наблюдать и рассматривать стал только он. Он был хорошим биологом, химиком и просто замечательным ученым. Но увы, неизвестным. Он точно знал, что не существует животного, который сможет поглотить человека меньше чем за сутки полноценно. Если только животные всего леса не собирались на поляне и не ужинали огромной компанией. Но для других этот миф был слаще реальности.

Вот так, имея лишь: пропажи ночью, бесследно, в лесу; Авраам смог оттолкнуться от трех слов. Днем он расхаживал по самому близкому и большому лесу в Брашове. И удача повернулась к нему лицом. После пропажи еще одного человека — женщины тридцати лет, он рванул в лес, и наткнулся на свежий след крови. Полосы темной крови говорили об одном: кого-то тащили. И тащили до дуба, после этого след обрывался.

Кровь была взята для экспертизы. И как же радовался Авраам, когда узнал, что кровь действительно человеческая.

Шли годы. У Авраама появилась жена — стройная, чуть выше среднего роста русоволосая девушка с пронзительными зелеными глазами, которая знала об увлечении мужа. Единственное, что говорила мужу Луиза: Будь осторожен. Она всячески его поддерживала и даже иногда вместе с ним отправлялась в лес. За десять лет исследований, Аврааму удалось собрать еще несколько фактов: пропажи ночью, бесследно, в лесу, человека НЕ убивали, человека заманивали, похитителю нужна была лишь кровь, все жертвы были по возрасту от 18 до 40 лет, только здоровые, у жертв имелись грехи, о которых знали местные; в лесу НЕ обитали хищники, лишь белки, зайцы, птицы и пару лис.

Именно последний факт Авраам с Луизой узнали буквально несколько дней назад. И от этого они были в тупике. Люди исчезали по вине человека. Так еще и нужна ему была только кровь.

Рассказывать о других походах и догадках, я не буду. Все было однотипным и сводилось к одному: среди людей живет семья каннибалов. А как еще вы объясните факт про кровь?

Еще семь лет расследование Авраама стояло на месте.

Но в один зимний вечер он оказался задумчивым, постоянно хмурился и смотрел в одну точку — огонь в камине. Он сидел в кресле-качалке, его любимом, напротив очага. Это был конец января. Луиза наблюдала за мужем до полночи, и сердце ее сжималось. Она предчувствовала беду.

— Дорогой, ты какой-то хмурый. Все в порядке? — присев на пол возле ног мужа, спросила его ласковым голосом Луиза.

— Нет. Все плохо. — заглянув в зеленые испуганные глаза жены, сказал Авраам. Сердце Луизы грозилось выпрыгнуть, когда она увидела его взгляд. Пустой и обреченный.

— Что ты задумал, Авраам? — дрожащим голосом спросила она.

— То, что тебе не понравится, любимая. — прикоснувшись своей шершавой ладонью до щеки Луизы, он нагнулся и поцеловал ее в лоб.

— Ты пугаешь меня. И не целуй в лоб. Ты же знаешь, так целуют только...

— На прощание. — ответил за нее Авраам. — Я поцеловал тебя на прощание, Луиза. — из его серого глаза потекла слеза.

— Что ты имеешь в виду, милый? Ты куда-то уезжаешь? — непонимающе уставилась на него жена. — Ты же знаешь, я поеду с тобой...

— Нет. Я никуда не еду. Но ты права. Ты пойдешь со мной. Пообещай мне, что сделаешь так как я тебе сейчас скажу. Что ты не будешь сильно горевать после услышанного. И что не будешь отговаривать меня. Я все решил, и именно так и должно произойти. — продолжая смотреть в глаза жене, произнес Авраам.

— Я тебя не понимаю...

— Пообещай. — вновь потребовал муж.

— Но...

— Луиза, пожалуйста. Любовь моя.

— Я обещаю.

— Отлично. — сказал Авраам, и продолжил нервно раскачиваться на кресле, глядя на пламя в камине. — Я чувствую, что благодаря мне человечество должно узнать лицо похитителя. Но мы перепробовали многое с тобой. Ставили капканы, пытались приманить кровью это чудовище днем, пролили мою кровь на тропу ведущую из леса, даже пытались всю ночь не спать и наблюдать за улицами через окно. Ничего из этого не помогло. Остается одно. Ты заметила, что пропадает за ночь только один человек? — внимательно слушая мужа и не понимая к чему он клонит, Луиза кивнула. — Значит нужно, чтобы в лес отправилось ночью двое людей. Или трое. Главное больше одного. Но кого бы я ни просил, все бояться туда идти. Я знаю, что ты меня не бросишь. Поэтому хочу, чтобы мы пошли вместе в лес. Прошу тебя лишь об одном, как только увидишь существо, которое на нас нападет — не беги сразу. Дождись, когда оно вцепится в меня. Ты очень умна и хитра. Ты должна выжить и продолжить мое дело. Слышишь меня, Луиза?

Луиза же сидела будто оглушенная. Ей действительно не послышалось. Её муж хотел совершить самоубийство! Нервно теребя рукав платья, она подняла ошеломленный взгляд на мужа:

— Милый, ты бредишь! Не смей туда суваться ночью! — хриплым от слез голосом воскликнула она. — Ты обо мне подумал? Что я буду без тебя делать? Не смей собой жертвовать!

Не выдержав серьезного взгляда любимого человека, слезы из зеленых глаз побежали в три ручья. Луиза боялась остаться одна. Она любила мужа всей душой, они были одним целым. Она ведь так давно искала любви, так давно хотела стать нормальным человеком. Как она могла мало того отправить его на гибель, так еще и наблюдать за этим?

— Луиза, успокойся! — слабым голосом попросил Авраам.

— Авраам, ты не посмеешь! Нет! Я не хочу так! Я уйду вслед за тобой! —продолжала истерить Луиза.

— Любовь моя, я уверен, что останусь живым! Ты же сама видела, что след обрывается. Будто человека режут ради крови, но оставляют живым. Один вопрос: куда девается жертва? Если я действительно останусь живым, то я вернусь к тебе. Клянусь!

Ругались они долго. Оба настаивали на своем. Но упертость мужа взяла верх, и Луиза сдалась. При этом поставила свое условие: если муж не вернется домой спустя два дня, она вслед за ним отправится в лес, а в случае чего плохого погибнет вместе с ним.

Всю оставшуюся ночь и следующий день оба провели беспокойно. Авраам боялся, что чудовище кинется на Луизу, и что ему тогда прикажете делать? А если чудовище вообще не вылезет? В общем боялся провала. В то время, как Луиза беспокоилась о муже, и молилась, чтобы его план провалился, и они оба вернулись домой. Она не могла смериться с таким исходом. Все детство она мечтала о прекрасном и заботливом муже, о детях, уютном доме, домашних животных и остальных бытовых хлопотах. И вот ее прекрасный и заботливый муж лишает ее всего. Её первая любовь, её надежда на исправление. Она знала, что он не вернется.

Наступила ночь. Через час наступит полночь. Ужинать они не стали, от страха кусок в горло не лез. Поэтому перекусили двумя яблоками и запили все глотком несладкого чая. Авраам перед выходом съел еще кусочек чесночного хлеба, который испекла Луиза этим днем. Луиза знала, что муж обожает этот хлеб, и решила хотя бы так его порадовать. Не зря Авраам считал ее одной из самых умных женщин. Он всегда поражался её знаниям. Иногда казалось, что эта женщина знает абсолютно все. Всю историю человечества.

Перед тем как отправиться в лес, Авраам вручил жене маленький арбалет и нож, на случай если чудовище кинется на нее. Весь путь до леса они шли молча, каждый думал и молился о своем. Ночной лес не внушал ничего хорошего. Он выглядел жутко и мрачно. Ветер будто так и шептал им Бегите. Но остановившись перед самим зловещим лесом, Авраам затаил дыхание. А спустя минуту выдохнул, сглотнув ком страха.

— Идем. — тихо произнес Авраам, взяв Луизу за руку.

Оказавшись в лесу, каждый нерв этой пары был оголен. Они оглядывались и пытались всмотреться в темноту. Медленным шагом они дошли до того дуба, где Авраам когда-то нашел кровь женщины, и не только. Луиза держала арбалет наготове. Она планировала подстрелить чудовище, как только увидит его.

Но ничего не происходило еще минут десять. Лесная тишина, уханье совы, и сбившееся от страха дыхание.

— Пойдем отсюда. — дернув мужа за рукав, взмолилась Луиза.

— Нет, мы дождемся.

И он оказался прав. Глухой треск ветки за спинами они услышали спустя еще минут шесть. Обернувшись в ужасе, они увидели человеческую фигуру в черных штанах, ботинках и такого же цвета рубашке. Поверх было накинуто что-то наподобие плаща или пальто. Накидка и обращала на себя взгляд — красная, словно кровь. Голова этого человека была опущена вниз.

— Кто ты? — слабым и дрожащим от ужаса голосом, осмелилась спросить Луиза, пока Авраам оставался в ступоре.

В ответ чудовище лишь громко хмыкнуло, и сделало шаг вперед. Затем еще и еще один. Авраам и Луиза не двигались, ужас парализовал их, не позволяя даже думать. Остановилось чудовище только, когда между ним и Луизой оставалось три шага. Когда оно подняло голову, Луиза вскрикнула. Глаза его были под цвет накидки — красными. Затем взгляд Луизы зацепился за оскал этого существа. Его зубы... Они были идеально ровными, лишь только клыки отличались. Будто скалится волк. Такими же длинными были эти клыки. Но вдруг в этих страшных глазах промелькнула надежда и... нежность? Как минимум оскал сменился едва заметной улыбкой, которая выглядела скорее печальной, чем нежной. Но сделав еще один шаг, чудовище неожиданно скривилось и все прежние эмоции вернулись к его лицу.

— Уйди. — произнесло чудовище, повернув голову на Авраама. Голос при этом его был похож на рычание. Повернув голову к мужу, Луиза с ужасом заметила, что он действительно стал отходить спиной назад. — Стой. — после этого Авраам остановился. При этом эти двое не отводили друг от друга глаз. Луиза непонимающе смотрела на мужа. Руки сами потянулись к арбалету. Аккуратно и медленно, она отцепила его от ремня своего пальто, но прицелиться не успела. Чудовище резким движением выхватило арбалет и отшвырнуло его в сторону кустов. — Так-то лучше. — довольная ухмылка исказило его лицо. И вновь в его глазах промелькнуло что-то непонятное, но теплое. Будто он ее узнал.

— Что ты хочешь? — шепотом спросила Луиза. Она не понимала почему муж послушался это чудовище и оставил ее. Почему это существо так быстро среагировало на арбалет и почему вообще заставило Авраама уйти. Неужели он убьет ее на глазах мужа? А после и его? А вдруг любовь всей жизни ее предала и это была ловушка? Нет, Авраам бы ни за что..

— Тебя. — бархатный голос приятно коснулся ее ушей, вытянув из раздумий. И тут ее настигло ужасающее осознание: ей нравится его голос.

— Что?... — вопрос сам сорвался с ее губ.

— Ты прекрасна. И я оставлю твоего мужа невредимым, если ты по своей воли пойдешь со мной. — произнесло... чудовищем его называть больше не хотелось. Его черты лица не позволяли: острый нос и скулы, тонкие губы, легкая щетина широкие темные брови — это сочетание делало чудовище прекрасным. И эти кровавые глаза так завораживали. В то время как голос, казалось бы, обвивал её душу нежными, но прочными веревками. Моргнув, Луиза резко отвернулась. Его взгляд будто гипнотизировал. Она отрицательно покачала головой:

— Вы...ты...Не смей...

— Не смей что? — существо протянуло руку и стало играть с выбившейся русой прядкой Луизы. И если разум мечтал отстраниться и даже убежать от этого монстра, то тело почему-то наоборот к нему тянулось, против воли. Ей было одновременно мерзко и любопытно.

— Не трогай Авраама. — твердо произнесла она, все также избегая взгляда существа, как бы тяжело ни было. Что-то ей подсказывало, что нельзя смотреть в эти яркие глаза.

— Значит ты идешь со мной? — ухмылка вновь превратилась в оскал.

— Нет. — услышав свой тон, Луиза едва вздрогнула. Он был твердым и с нотками брезгливости. А вот глаза незнакомца сузились.

— Так не пойдет. От него несет мертвым. Мертвая кровь отравит меня. — жалостливо произнес он, а в глазах плясали хитрые огни. — А я должен жить, понимаешь... Буду звать тебя Кас. Мне нужно жить Кас, потому что обратно в Рай я не хочу. Там скучно-о-о. Не из-за моего скандала...

— Какой Рай? Кто ты?... — совсем сбитая с толку, стала задавать вопросы Луиза, перебивая его. На новое имя она внимание не обратила.

— Тот который изгнал меня сюда. Не бойся милая Кас, я все тебе расскажу, если пойдешь со мной. Если пойдешь со мной сама, то оставлю его невредимым и сделаю тебя своей женой. — повторил шатен, пытаясь словить взгляд девушки. — Ты будешь править вместе со мной. Я чувствую, что ты сильная и смелая, раз пришла сюда вслед за ним... — скривившись существо кивнуло в сторону Авраама, который стоял как парализованный.

— Кто ты? — все еще не глядя в глаза этого существа, спросила Луиза. Зеленые глаза впились в лицо мужа. Она ничего не понимала.

— Тот, кто убьет тебя, если не пойдешь за мной сама. Тот, кто сделает тебя такой же. Ты ведь об этом тогда мечтала. — резко схватив Луизу за подбородок, существо развернуло ее лицо, заставив смотреть в его глаза. — Зови меня Люцифер.

— Что?! — глаза Луизы расширились. Этот сумасшедший хочет сказать, что сам Люцифер стоит перед ней?! Это признание даже выбила из головы вопрос, о чем она и когда мечтала.

— О да. И у тебя нет выбора малышка Кас.

— Я Луиза. — женщина сама не поняла откуда в ней взялась злость. Со всей силы, которая у нее имелась, она влепила пощечину сумасшедшему. И вырвавшись из его хватки она рванулась к мужу. Схватив Авраама за руку, она потянула его вон из леса. Но ее любимый не двигался. Стоял также, глядя пустым взглядом куда-то вдаль.

— Даже не надейся. — прогремел уже знакомый голос из-за спины. Неожиданно руки чудовища обхватили ее за талию и притянули к себе. Кислорода не хватало. Спиной она чувствовала...тепло исходящее от этого существа. Нервно Луиза пыталась вырваться из лап чокнутого. Но он только крепче ее прижал к себе.

— Он не сдвинется с места, пока я ему не скажу. — насмешливо прошептал монстр.

— Он под гипнозом?.. — ослабшим голосом спросила Луиза.

— Что-то типа того. Луиза... — ее имя он произнес так, будто пытался распробовать его на вкус. — Тебе подходит это имя. Так вот. Ты же понимаешь, что живой я тебя не пущу.

— Ты хочешь.... — начала девушка, но запнулась. Слово смерть заставляло ее трястись.

— Тише-тише. Я убью тебя, а затем ты оживешь. Также, как и многие другие люди, которые приходили сюда. Но, если ты не желаешь оставаться со мной, то я просто убью тебя. И тогда я снова буду тебя искать.

Монстр отошел от Луизы. И она пустилась в размышления. Они с Авраамом были правы насчет того, что люди остаются живыми. Но что значит убью тебя, а затем ты оживешь? Луиза понимала, что должна придумать как выйти из ситуации так, чтобы... Авраам должен рассказать миру об этом существе. Он сам об этом много раз говорил. Неожиданно план сам пришел в голову Луизе. Она пойдет с этим... кошмаром. Но попросит напоследок проститься с мужем. Он должен позволить ей! В этот момент она скажет Аврааму о том, чтобы он оповестил город о каннибале, который пьет...кровь. И тогда они могут спасти ее!...

— Твой муж сказал, что за день он ел чесночный хлеб и яблоко. Моришь с голоду? Правильно. — задумчиво вдруг произнес...она до сих пор не понимала, как его называть. — Чеснок... Видимо он меня и убьет... — продолжал бормотать он, думая, что Луиза его не слушает. Вид у него был теперь болезненный, будто его вот-вот стошнит. — Луиза, ты чеснок ешь?

Внезапный вопрос, обращенный к ней, выбил воздух из легких. Если чеснок местная отрава для такой твари как этот, то...

— Нет. — ответила девушка.

— Отлично. Ты подумала?

— Да...

Монстр вновь подошел к ней.

— И каков твой ответ? — ухмылка снова расцвела на его лице. Сейчас он был еще больше похож на дьявола, вид был у него не только болезненный, но и очень предвкушающий.

— Я пойду с тобой, только если ты позволишь мне проститься с мужем. В нормальном состоянии. — с гордо поднятой головой ответила Луиза. Но голос ее звучал обреченно.

— Милые голубки. Иди прощайся. — скалясь, ответило чудовище и посмотрев в сторону Авраама, что-то прошептал. Авраам будто ожил. В испуге он стал осматриваться по сторонам, а увидев перед собой Луизу и сумасшедшего, кинулся к ним. Точнее набросился на Люцифера. Но каково было удивление смертных, когда дьявол откинул Авраама одной рукой в противоположную сторону на несколько метров. Словно муху.

— Успокой своего рыцаря. — бросил напоследок он, и развернувшись ушел в глубь леса.

Луиза кинулась к мужу. Обняв его, она обхватила ладонями лицо Авраама, и дрожащим голосом стала объяснять свой план. Говоря о том, что она хочет жить, что таким способом они спасут мир. Она буквально приказала ему рассказать людям об этом существе. Также упомянула чеснок, что он скорее всего является своего рода отравой для таких существ. Авраам пораженный слушал ее быструю речь и не верил в происходящее. Единственное, что он говорил: Я не брошу тебя! Это меня он должен убить!.

— Глупый! Я могу спастись, если ты приведешь сюда народ ночью. Если он заберет тебя, то ты погибнешь сразу. А я могу остаться живой...

Больше ничего сказать они друг другу не успели. Дьявол появился также неожиданно, как и в первый раз.

— Хватит. Скажи прощай своему бывшему мужу. — произнес довольный бархатный голос.

В слезах она чмокнула мужа в лоб и губы. Схватив Луизу за предплечье, он насмешливо посмотрел на Авраама:

— Беги.

И исчез. Вместе с Луизой.

***

Указания жены Авраам выполнил. С каким трудом он пытался внушить людям бред, в который и сам не до конца верил, боюсь вам даже рассказывать. Но видимо его испуганный и нервозный вид заставил других ему поверить. И спустя четыре дня почти весь город оказался в темном лесу. От каждого несло чесноком. Что происходило все это время с Луизой Авраам не знал. Он надеялся, что она все еще жива.

В эту ночь народ обнаружил старый замок, на окнах которого были изображены драконы. А на вратах большими размашистыми буквами было выгравировано Граф Дракула.

Никто даже не знал, что в замке давно не проживает никакой Граф Дракула. Он погиб, как только на землю спустился Люцифер. Также никто и не ожидал увидеть армию из тех людей, которые пропали. Вот только никто также не учел, что эти люди стали другими...

Вырезка из газеты Солнечная раздел Новости этой недели:

За всю историю человечества это была самая короткая война. Так как, когда наступил рассвет все войско дьявола, по-другому их не назовешь, стало отступать в замок. Солнце сжигало этих существ, оставляя ожоги. Несколько таких кровожадных существ сгорело заживо. И уловив это, люди просто подожгли замок.

Насчет тех существ. Людьми их больше никто не осмелился назвать. Потому что все те, кто до этого пропал, стали кидаться на адекватных людей. Кто-то успевал впиться длинными клыками в шею или запястье. И после этого, будто ослепнув, с диким криком отпрыгивали от жертвы и на солнце рассыпались пеплом. Не все. Кого-то просто начинало тошнить и после выхода крови, которую существо видимо выпило, сгорало на солнце. Жертвы также погибали. Кровожадные убийцы целились именно в вены людей.

Были и те, кто успевал почуять запах чеснока, или по их словам мертвой крови , и не приближались к нам. Именно это и помогло нам достичь успеха и уничтожить этот улей.

Мы победили этих чертей! Замок горел, и мы слышали ужасные, истошные нечеловеческие крики этих существ.

Все это благодаря моей жене Луизе Чел Традат . Именно она смогла нас спасти. Я всегда считал ее гениальной и самой умной женщиной на этой планете. Она успела рассказать свой план до того, как ее забрал монстр. Благодарите ее!

К сожалению, нашего героя я больше не видел. Я не видел ее среди этих людоедов. Но и не видел в живых. Не видел ее трупа. От этого мне становится тошно. Человек, который спас нас исчез без вести. Человек, которого я любил, ради которого хотел бы отдать жизнь. Но Бог мою жизнь не захотел. Ее жизнь стоила гораздо больше.

Прости меня Луиза, если наш народ сжег тебя вмести с этим замком. В него нам так и не удалось попасть.

Еще пару слов об этих монстрах. Так как мы с женой обнаружили вождя этих существ, то мы и должны дать им название. Жены рядом не имею. Поэтому официально заявляю: имя этим тварям — Вампир.

— Авраам Лунгу.

Глава 2.

Всех заинтересовал факт о пропаже Луизы? Можете не отвечать.

Так вот. Люцифер рассказал ей все что мог, как только привел ее в свои хоромы. Усадив ее в мягкое бордовое бархатное кресло, он начал:

— Дорогая Луиза. Слушай меня внимательно. Мое имя Люцифер, ты не ослышалась.

В этот момент вся жизнь Луизы мелькала перед ее глазами. Слушать... Не ослышалась... Люцифер...

Слова никак не превращались в предложение. Не говоря уже о том, что предложение должно иметь смысл.

— Что... — это все что смогло сорваться с ее губ.

— Послушай. Ты на вид очень разумная, поэтому соберись. Слушаешь? — выдохнув, спросил... Люцифер?

— Ты...ты дь-дьявол? — заикаясь, спросила Луиза.

— Да чтоб тебя... — выругался шатен, отвернувшись к окну, в котором виднелся полумесяц. — Еще раз. Добро пожаловать в покои Люцифера. Несколько тысяч лет являлся сыном Сатаны, но сейчас гордо занимаю его место. — он отвесил поклон. — Рад знакомству, Луиза. Или Ева? — увидев шок и непонимание, Люцифер усмехнулся. — Но теперь будем ближе к делу. Перед тобой стоит выбор: стать такой как я или умереть от потери крови.

Его прямолинейность выбила Луизу из колеи. Дыхания не хватало, в голове был туман и лицо испуганного мужа. Ей необходимо жить.

— Только не говори, что ты опять ничего не поняла. — предупредил ее, уже раздраженным тоном дьявол.

— Ты Люцифер. Боже!... — воскликнула она, когда осознание вновь настигло ее. Зрачки ее расширились, она хотела продолжить, но указательный палец Люцифера призвал ее к молчанию.

— Не упоминай две противоположности. Особенно, если эти противоположности отец и сын. — недовольно фыркнул дьявол.

— Что?... — округлив глаза еще больше, спросила Луиза. Но это было настолько фальшиво...

— Неужели вы смертные действительно считаете моим отцом некоего Сатану? — по большим зеленым (почти черным из-за увеличенного зрачка) глазам он понял, что да, они так считают. — Вы хоть раз задумались над тем, кто Сатана? Правильно — никем. Его выдумали-и-и. Рад просветить. Хотя ты должна это знать лучше всех, милая Ева.

— Как? Что значит... И хватит звать меня разными именами. Меня зовут Луиза. Не Кас и не Ева. — голос ее дрогнул из-за подступивших слез ненависти.

— Без лишних вопросов, милая. Ответь на мой вопрос: кровожадная жизнь или безкровная смерть? — бархатный голос вновь приятно обволакивал уши.

— Я... Я не знаю. — все что могла ответить Луиза. Она явно хочет жить. Но не хочет... воскресать?

— Я вижу твое замешательство. Объясняю. Я предлагаю тебе смерть. То есть, я вгрызаюсь в твою шею, а конкретно всасываюсь в твою сонную артерию. Ну либо в любую другую вену где-либо. Просто кровь в сонной артерии приятнее, чем костлявая конечность... Не важно. Важен факт, что я высушу твое тело. Оставлю кожу, кости, мышцы и сухожилия. От тебя останется мумия. Но также, я предлагаю тебе остаться в живых. Но для этого ты подаришь мне свое сердце. То есть, станешь моей женой. Для этого нам понадобится опять кровь. Я вгрызаюсь (уже обязательно) в сонную артерию, делаю буквально пару глотков твоей крови и отстраняюсь. Но, затем я даю выпить тебе свою кровь, ты делаешь ровно столько глотков моей крови, сколько забрал у тебя я. Затем я, например, пырну тебя ножом, чтобы ты умерла. Через минуту может две, ты снова оживешь. В этот же день ты почувствуешь боль в челюсти, от этой боли тебе будет хотеться расчесать свои десна до крови. После у тебя появятся прекрасные ровные зубы как у меня. Ну и естественно, клыки. Дальше у тебя будут болеть глаза и нос, потому что они будут проявлять новый цвет и новую силу. Появится ужасный шум в ушах. Зато потом ты сможешь слышать и чуять что-либо за несколько метров, а то и больше. Потом ты будешь чувствовать животный голод и жажду. Тебя будет воротить от еды первые недели, потому что организму будет нужно кровь. Потому что твоя начинает постепенно остывать, так как ты считаешься уже трупом. И если не заменять кровь, то ты просто превратишься в то, чем должна, по сути, быть. Тебе будет плевать, ты будешь желать крови, из-за этого начнешь нападать на людей. Их кровь вкуснее и нужнее всех для организма, и поэтому инстинкты приведут тебя к себе подобным. Это будет все в первую неделю после обращения. Ну и последним этапом станет адская боль в спине, которая настигнет тебя спустя год. У тебя будет подобие лихорадки. Жар, голод, холод и тряска. И вдобавок позвоночник будет разрывать от боли. А потом у тебя появятся крылья. Таким способом ты обретешь бессмертие, сможешь оказываться в том самом великом раю, хотя навряд ли тебя туда пропустят. Ты будешь видеть демонов и ангелов. А также обретешь власть вместе со мной. Станешь правительницей моего скромного замка. Правительницей Ада. Прекрасный выбор, не так ли? — все это время его голос будто щекотал, ласкал и нежно гладил. Особенно на части с обращением. Он будто зазывал совершить грех. Соблазнял. И у него почти получилось. Когда Луиза собиралась ответить жизнь, в ее голове пролетели картинки воспоминаний ее свадьбы, счастливое лицо мужа. Ощущение радости в тот день. Ее мечты и желания. Неужели ей придется отказаться от этого? К окончательно решению ее подтолкнули строчки из библии о Еве и коварном змее.

— Ты соблазнил Еву на грех? — внезапно спросила Луиза.

Темные глаза Люцифера округлились от услышанного.

— Ты часто меняешь темы разговора? Особенно, когда речь идет о твоей смерти. И будто ты не знаешь правды, милая.

— Нет... Просто...

— Нет, никого на грех я не соблазнял. Она сама хотела те яблоки с дерева. И змеи, если вы, смертные, забыли — не разговаривают. Но какую-то роль я там точно сыграл. — ответил дьявол, без стеснения рассматривая Луизу. В его взгляде промелькнула печаль. Или ей показалось? — Я ответил на еще один твой вопрос. Мне кажется, что пора и тебе соизволить и сделать выбор. Иначе его сделаю за тебя я, Ева. — он буквально уже нависал над трясущейся от страха девушкой.

— Ты убьешь моего мужа? Моих подруг? Моих родителей? — продолжала Луиза, игнорируя новое имя, присвоенное дьяволом.

— Опять вопросы. — закатив глаза к потолку, пробурчал Люцифер. Прежде, чем раздражающе продолжить. — Да. Я высосу из них все до последней крови, если никого в этом городе не останется. Ну и, если ты сделаешь неправильный выбор.

— Ты ужасный человек. — всхлипнула Луиза.

— Наверно, потому что я не человек, милая. Я тот, чье имя боится назвать весь народ. Из-за тебя.

От этих слов у Луизы началась истерика. Она в плену у чудовища, которого действительно боится весь мир. Сам дьявол спустился на Землю! И именно она ему приглянулась.

Господи, за какой грех ты послал мне такое горе! — пронеслось в голове у страдалицы.

Люцифер же, стоял и наблюдал за Луизой. Его глаза излучали презрение и жалость. Она показалась ему сильной девой, но видимо даже у сильных слишком слабые нервы. Ее лицо и глаза покраснели и опухли от слез.

— Почему? За что? — хриплый, срывающийся голос обреченной девушки. — Почему я? Я не хочу умирать! Я же тоже человек... Я же живая! Я... я... — вой стал приглушеннее.

— Отпусти меня... — тихо-тихо попросила она. Голос ее стал хриплым, от слез вдруг захотелось спать. Оказывается, она так устала. — П-пожалуйста. Я ж-жить хочу... — все эти слова дались ей тяжело.

— Не отпущу. И кстати, как думаешь. Когда придет твой муж и его стадо? Не смотри на меня так испугано. Я прекрасно слышал, о чем ты ему говорила.

Луиза побледнела. Ну вот и все... бой был проигран. Все было зря.

— Так уж и быть, я дам тебе подумать до сегодняшнего вечера. — сказал Люцифер, и собирался покинуть комнату, когда Луиза вдруг не своим голосом произнесла:

— Убей меня.

***

Эх, люди-люди... вы бываете иногда суперпоспешными на выбор. Ну, а теперь вернемся в наше время, где рассказ продолжится от лица кровной дочери Люцифера...

Глава 3.

Наше время.

Единственная моя мысль: скрыться в своей комнате до того, как о моей вылазке узнает отец.

Я быстрым шагом перемещаюсь от одной тени к другой. Ловко встаю за колонну, выглядываю: никого из стражи или служанок. Облегченно выдыхаю, и тихо пробегаю вдоль стены, которую освещают старые огромные канделябры платинового цвета. Один поворот и я окажусь в своей комнате...

— Только не говори, что ты опять это сделала... — слышу я уставший голос брата.

— Дар? — подпрыгнув от испуга, оборачиваюсь я. — Ты нормальный? Что ты тут делаешь? — осматриваясь вокруг, бурчу я.

— Тебя поджидаю, чтобы отвести к отцу и... — заводя глаза к потолку отвечает он. — Когда ты уже прекратишь его нервировать?

Фыркнув, я смотрю на брата с презрением:

— Кто еще кого нервирует. Неужели и ты, братец, решил меня жизни научить?

— Не мели чепуху. Отец еще ничего не знает. Мечтай, чтобы он и не узнал.

— О как. Неужели никто не заметил моего отсутствия?

— Заметили, но твой любимый брат все уладил. — довольная улыбка, так похожая на мою, расплылась на его лице.

— Отлично. Мне повезло, что тебя решили произвести на свет. — поклонившись, ответила я и направилась в свои покои. Уже переступив порог своей мрачной и одновременно уютной комнаты, я заметила, что Даррел плетется следом за мной.

— Ты что-то хочешь мне сказать? — обернувшись спросила я.

— До ужина пятнадцать минут. И если ты...

— Я знаю. Ни в коем случае не ерзать на стуле, не отвлекаться от речи отца, быть внимательной и не заламывать пальцы. — вздохнув и откинув маленький потрепанный черный рюкзак на стол.

— Ты каждый раз это говоришь. А еще, нас двоих не было во дворце, потому что мы помогали Афелии и Рику разгребать библиотеку. Их я предупредил, точнее мы решили сделать вид будто ты тоже была с нами, а не шастала среди людей.

— Поняла. Вали отсюда, иначе к ужину я не успею.

— Я жду тебя за дверью. — летит мне в спину, и слышу скрип дверей.

Упрямый черт.

***

Спустя десять минут я и Даррел уже шли на семейный ужин. На мне черный брючный костюм с разрезанными расклешенными рукавами и глубоким v-образным вырезом покрытый полупрозрачными кружевами. На ногах черные с золотистым каблуком Cesare Paciotti. Темные волосы легкими волнами лежат на плечах. Голубые глаза подведены черным карандашом, а губы накрашены алой помадой. Одним словом — стерва. Так говорит мой братец, который одет гораздо проще: черные джинсы и бордовая рубашка, на ногах все те же Cesare Paciotti только мужские; холодные русые пряди челки небрежно лежат на лбу; лицо напряженно, а светло-карие глаза выглядят задумчиво.

В общем и так ясно, что на любую встречу тщательно готовлюсь только я.

— Ты чего такой напряженный? А ну! Улыбнись! — пихнув Дара локтем в бок, произношу я.

— Действительно. Почему за вылазки избалованной сестры всегда переживаю я? — хмурый взгляд впился в меня. — Ах да. Я же потом больше всех и получу за то, что мало того, что не уследил, так еще и прикрываю ее постоянно.

— Ну не злись, котик. — ущипнув его за щеку, мило отвечаю я. — Черт, у меня каблуки почти 11 сантиметров, и я тебе еле до подбородка дохожу!

Даррел лишь тяжело вздыхает, и спустившись по черной винтовой лестнице, ступени которой покрытой красным бархатом, мы оказались перед огромными дверями из темного дуба с позолоченными гравировками. Улыбнувшись охране стоявшей по обе стороны этих ворот, и дождавшись, когда нас пропустят, мы проходим в обеденный зал. Он огромен: французские окна с полупрозрачными черными шторами, десятки канделябр с трудом освещают темно-серые стены, поэтому в центре потолка расположена большая люстра в виде змей, которые будто ползут по потолку; посреди зала на белой мраморной плитке находится длинный стол из того же темного дуба (персон на 40) вокруг которого отряд стульев. В одном из углов расположен уже накрытый стол поменьше — на шестерых. Именно к нему мы с Даррелом и направляемся. За столом уже почти все в сборе: мама и отец. Подойдя ближе, мы поприветствовали родителей: я — легкими поцелуями в щеки, Дар — поцелуем ладони матери и кивком отцу.

— Где Рая? — спросила мама, когда мы сели за стол: Дар напротив отца, как следующий наследник; я — напротив матери. Оставалось место возле самой мамы (оно предназначалось моей сестре-двойняшке Рае) и одно возле меня.

— Без понятия. — ответила я, глядя на вход в зал, надеясь, что скоро там появится сестра.

— Она разве не была с вами? — подняв густую черную бровь, спросил отец смотря на старшего сына.

— Нет. Я ее сегодня видел последний раз за обедом. — ответил тот.

— Почему не следишь за сестрами? — строго спросил папа. В последнее время он слишком грубо относится к Дару.

— Пап, мы с ним полдня провели в библиотеке. Он физически не смог бы уследить за Раей. Наверняка, она просто опаздывает с дежурства. Ты же ее знаешь. — положив свою ладонь поверх ладони отца, с теплой улыбкой проговорила я. Отец сразу немного оттаял и с взаимной теплотой глянул на меня. — Да и мы с Раей уже не пятилетки.

— Ты права, Ада. Простите, сегодня какой-то болван, отправил бедного старика, которого сбил автомобиль к нам. Мол заберите, это ваш клиент. Дед чуть второй раз коньки не отбросил. Полдня разбирались кто такой безмозглый.

— А дедуля чем занимался при жизни раз остался в теле? — спросила я.

— В том и дело, что работал всю жизнь волонтером в доме престарелых, ухаживал не только за стариками, но и часто помогал приютам. А тут его сбили, так еще и отправили в Ад. Кстати, насчет этого старика ты, — кивая на меня. — завтра понесешь его Историю жизни и Аналитическую справку грехов в Прием смертных. Заодно устроишь взбучку Аарону.

— Хорошо. — соглашаюсь я.

Именно соглашаюсь. Если бы отец обращался к Даррелу, то это был бы приказ. Если бы задача досталась Рае, то там все было бы по настроению. Так вышло, что любимицей самого Люцифера оказалась средняя дочь (да, я старше Раи всего на одиннадцать минут, и считаю, что имею право быть старшей!). И прежде, чем бунтовать против меня, объясню: отношения наших родителей к каждому из нас одинаково. Никого не обделяли и не обделяют вниманием, любовью, заботой и прочим. Просто у папы... он любит сильных и уверенных в себе людей. Так вышло, что Даррел слегка наивный, очень-очень добрый и ранимый, несмотря на имение выше сказанных качеств. Хотя по его внешнему виду этого и не скажешь, но отец это знает. Он не отказывается от него, но пытается сделать так, чтобы в будущем эти качества не сломили единственного сына. А вот Рая... она тоже добрая, но еще наивнее Дара. Часто даже не может сказать слово нет или ответить на оскорбление. Вообще по Рае не скажешь, что она демоница. Внешний вид и многие качества говорят об обратном. Единственные вещи, которые кричат: демон! — это карие глаза, крылья с выпирающей костью и жестокость. Удивительно, правда? Если спросить у нее: твоего обидчика избить или отчитать? — она выберет первое. Даже ее способность скажет вам ангел. Но не тут-то было.

Тем не менее и в Дарреле и в Рае заложен стойкий и упрямый характер. Просто проявляется он либо при выгоде, либо когда их довести.

— Простите. — тихий, словно капель голос коснулся наших ушей, отчего все вздрогнули. Еще одна способность демонов — подкрадываться максимально незаметно и тихо. — Я задержалась на дежурстве в Верховном училище. — опустив карие глаза в пол, произнесла Рая.

— Садись. — кивнув, ответил отец, и с легкой улыбкой проследил за действиями моей сестры. — Когда ты прекратишь себя терзать этими дежурствами?

Глаза его излучали безграничное тепло, хотя отец ненавидит опоздания, нас с Раей он за это не отчитывает. Прощает. Мы же девушки, нам положено. А вот мужчины — это прежде всего ответственность за девушек, а значит и пунктуальность тоже. Ведь каким позорищем ты будешь, если придешь позже девушки?

— Пап, для меня это удовольствие. Никто не осмеливается ослушаться меня и пронести какой-то артефакт. — радостно сообщила ему Рая.

— Я бы тоже боялся тебя, если б не был сыном Сатаны. — фыркнул Даррел. Ему тоже не нравилось увлечение сестры.

— Ты думаешь, что все только из-за папы? — подняв узкую изогнутую бровь, спросила Рая.

— Естественно. Ну и еще, потому что у кого-то сила, которая сдаст тебя с потрохами.

— Верно. Но главное, чтобы ей нравилось смотреть на эти испуганные и трясущиеся тела. — зевнув, ответила уже я.

— На самом деле, иногда обучающиеся останавливаются и кланяются мне. Так я, кстати, определяю чаще всего лицемерных созданий. Потому что, отойдя от меня на пару метров они начинают оборачиваться с огромными глазами. — хихикнув заканчивает Рая.

— Мы ужинать будем? — скучающе спрашиваю я, подпирая щеку ладонью.

После этой фразы мы приступаем (наконец-то!) к еде, которая уже начала остывать. Точнее после кивка отца.

***

— Ты куда? — догнав меня в коридоре, спрашивает Дар. Позади него плетется Рая.

Рая отличается от нас буквально во всем. Ее волосы цвета спелой пшеницы, кожа яркого молочного оттенка, с хорошо выделенными венками. Фигура на вид очень хрупкая, но с хорошими формами. Губы словно спелый персик. Лучше всего ее типажу подходит светлая одежда. Да и крылья Раи белоснежные, как облака летним днем с золотистым отливом на солнце. Действительно на первый взгляд — ангел. Но вот то, что сразу зацепит ваш взор — глаза Раи. Они напоминают карамель или мед. Такие насыщенные, такие глубокие, но в тени они покажутся вам дымчато-карими, и поэтому вид Раи становится зачастую угрожающим.

Как я говорила — Рая натура наивная, но имеет свои сильные стороны. Если бы не ее сила Справедливости, то для любого существа она была бы легкой жертвой. Именно эта сила позволяет понять Рае намерения кого-либо. Но среди семьи она всегда остается тихой, но в то же время очень веселой, хрупкой и нежной, а также родной и любящей демоницей, и младшей дочерью Люцифера.Даррел же, будто граница между мной и Раей. Она полноценный свет, несмотря на цвет глаз. Я же полная противоположность. Я люблю говорить правду, особенно ту, которая нанесет удар. Мне нравится смотреть на мучение любого существа. Я смуглая, а Рая белесая, как говорят смертные: Белая, как береза. Мои волосы носят оттенок горький шоколад. Мои крылья черные с красным перламутром, который видно только на свету, как и у всех бессмертных. Также хорошие формы, но фигура не кажется хрупкой. Я излучаю уверенность и готовность. Я и есть вызов. Но вот мои глаза... Они выделяются также хорошо, как и глаза Раи. Пудрово-голубые. Многие говорят, что они пронзительные и туманные. Будто глаза — мой щит против эмоций.

Даррел же, будто граница между мной и Раей. Она полноценный свет, несмотря на цвет глаз. Я же полная противоположность. Я люблю говорить правду, особенно ту, которая нанесет удар. Мне нравится смотреть на мучение любого существа. Я смуглая, а Рая белесая, как говорят смертные: Белая, как береза. Мои волосы носят оттенок горький шоколад. Мои крылья черные с красным перламутром, который видно только на свету, как и у всех бессмертных. Также хорошие формы, но фигура не кажется хрупкой. Я излучаю уверенность и готовность. Я и есть вызов. Но вот мои глаза... Они выделяются также хорошо, как и глаза Раи. Пудрово-голубые. Многие говорят, что они пронзительные и туманные. Будто глаза — мой щит против эмоций.

Поэтому в детстве наша троица не раз слышала: Даррел, ты как будто середина света и тьмы!

Никто из нас троих также ни разу не оценил эту шутку. Потому что все взрослые думали, будто я и Рая недружелюбные и ненавидим друг друга. Хотя на самом деле это далеко не так. Мы по сей день не разлей вода. Не потому, что нас соединяет слово двойняшки, которые в процессе зарождения случайно перепутали глаза, а потому что... Мы чувствуем друг друга, любим и понимаем. Мы отличаемся всем чем можем, но в то же время у нас много общего.

— Спать. — отвечаю я, ухмыльнувшись. — Вы со мной?

Наши комнаты находились так: моя и комната Раи — соседи. Напротив нас комната Даррела.

— Пижамная вечеринка? — хитрая улыбка расползлась на лице Раи. В детстве, да и сейчас бывает, что мы сидим в чьей-то (чаще всего в моей) комнате обсуждая всех и все. — Блин, честно, я бы с радостью. Но сегодня меня буквально гоняли с пропусками всего этого заповедника недоангелов и недодемонов. И меня уже начинает клонить в сон. — уже более печально произнесла Рая.

— Честно, я и сам не против сейчас уснуть. — поддержал ее Дар.

— Какие вы скучные-е-е. — протянула я, прищурив глаза. — Почему вы такие уставшие? На вашем фоне чувствую себя супервезучей.

— Просто мы не шатаемся по Земле, а помогаем отцу и занимаемся Адскими и Небесными делами. — закатив глаза, отвечает Дар. Правда улыбка все равно проскакивает на его лице, в то время как Раю прям разносит от смеха.

— Вы просто слишком правильные, детишки. — показав язык, я захожу в свою комнату. — Всем горелой ночи!

— И тебе спокойной ночи. — слышу я хор в ответ, и закрываю дверь.

***

Если вы думаете, что я уснула, то нет. А это значит, что мне пора туда, откуда меня гнали бы в шею, узнав чья я дочь.

Поэтому я уже (по человеческим измерениям) час, как гуляю, вдыхая запах ночи. В Аду или Рае так не пахнет. В Аду пахнет гарью, чем-то сладким и старыми книгами. В Раю все пахнет почти как человеческая весна, но все же не полностью. Весенний запах перебивает вонь восковых свечей и пыльцы. А вот здесь все всегда пахнет по-разному, всегда так как нужно.

Земля. Я бываю очень часто здесь. За что также часто получаю в затылок. Отец с матерью боятся, что я попросту отдалюсь от своей изначальной природы. Отдалюсь от них. Боятся, что люди прознают, что мы действительно существуем. И тогда начнется ужас. Люди начнут проклинать небеса либо подземелье, не понимая, что их проклятья ничего не значат. Но на эту мелочь сразу отреагируют совсем неуравновешенные и агрессивные демоны, и тогда людской мир падет в рабство таких как я. И никакой ангел не спасет вас. Ангелы и есть справедливость, они будут смотреть и говорить: Вы сами выбрали этот путь, мы пытались вас уберечь. И они будут правы. Демоны часто насмехаются над поступками людей, над их наивностью, хотя сами не особо отличаются. Но какие они становятся довольные, если человек совершает что-то плохое, чуждое, грешное или непростительное!

Не думайте, но мы, демоны созданы не для того, чтобы сделать людей мерзкими с большим багажом проступков за спиной. Нет. Мы должны научить вас совершать ошибки, чтобы потом вы поняли — так нельзя. Ошибка, которая перевернет ваш мир и даст понять, чем все может кончиться. А ангел должен научить вас принимать эту ошибку и идти дальше, не боясь сознаться. Научить вас быть более разумными.

Но многие из людей решили, что демоны — мерзкое, злое и гнилое дерьмо, которое сделает из вас маньяка, убийцу и прочих уродов. А ангелы — существа добрые и милые, которые всегда спасут ваш зад.

Но все оказывается наоборот. Ваш зад им не нравится так же как и нам. Никто не будет вас спасать, пока вы не научитесь дорожить жизнью. И никто не поможет, если в этом нет справедливости.

Внезапно меня окликает чей-то мужской голос. Из-за этого я моментально напрягаюсь, и моя рука уже тянется к ножу, прикрепленному к поясу черных джинс:

— Девушка! — слышу я вновь, и резко оборачиваюсь. — Извините, я... — его взгляд падает на нож, скрытый под пальто (тоже черным). — Вы не подумайте, — подняв руки в знак капитуляции. — Я хотел узнать, не подскажете сколько времени? Я телефон свой потерял.

— Не знаю. Не беру мобильный с собой. — презрительно отвечаю я, все еще держа рукоятку ножа, чтоб в любой момент достать его.

— А зря. Ножом на вряд ли вы спасетесь от маньяка или хулиганов. — с легкой улыбкой отвечает темноволосый парень и подходит ближе. Руки его опускаются в карманы брюк. На самом парне коричневая кожанка, а под ней бежевая водолазка. — Вы приезжая? Раньше я вас тут не видел. И по возрасту вы кажетесь моей одногодкой.

Он останавливается напротив меня.

— Вы решили поговорить? — все еще держась наготове, спрашиваю я.

— Не волнуйтесь, оружия у меня, в отличие от вас нет. И никаких грязных планов не имею. — взгляд его так и лучится насмешками. — Впервые вижу такую воинственную женскую особу. Откуда вы?

— Вам зачем? — нож я все же отпускаю, а руки складываю на груди.

— Просто. Вы зашуганная. Часто попадаете в передряги? Или у вас детские травмы? — уже более серьезно спрашивает парень.

— Нет. Ничего из выше перечисленного. — после этого я разворачиваюсь и продолжаю прогулку по прохладному ночному парку. Я не знаю, как он называется, но я очень часто тут гуляю. Мне нравятся здесь осенние деревья, листопады. Днем тут часто сидят влюбленные, гуляет детвора, гуляют пожилые пары и даже семьи. Также тут пахнет карамельным кофе. И всю эту атмосферу создают люди. Именно поэтому такой незваный гость, как я, будет зачастую бывать на Земле. Человек имеет очень бурное воображение, фантазию и мечты. У бессмертных все немного уменьшено, несмотря на небесные красоты.

— Часто тут бываете? — выдергивает меня из раздумий голос того голубоглазого парня, который оказывается, плетется вслед за мной.

— Вы что, преследуете меня? — не оборачиваясь, спрашиваю я.

— Не совсем. Мне просто скучно. А вы кажетесь интересным собеседником. — в его голосе чувствуются нотки спокойствия и усталости.

— От скуки, говорят очень хорошо помогают друзья. — отвечаю я, все повернувшись к нему. Он шел справа от меня, глядя вперед. — Но с вашей навязчивостью...

— Верно. — прерывает меня он, игнорируя последние слова. — Но у меня такие друзья, у которых на уме только клубы, выпивка и секс.

— А вас это не интересует? — подняв изогнутую бровь, вновь задаю вопрос я.

— Да. Удивил? Но я говорю честно. Иногда хочется просто поговорить ни о чем или по душам. А не обсудить вчерашний секс с проституткой. — темп его голоса был спокойным и все еще усталым и печальным. Будто ему действительно надоели эти темы для разговоров.

— Тогда чем ты занимаешься, дружок? — ухмыльнувшись, произнесла я.

— Я уже дружок? — черные густые брови взлетели вверх.

— Ты против?

— Не особо. Так ты недавно приехала?

— Ну можно и так сказать. — пожала я плечами. — У вас тут красиво. Правда, я все еще не знаю, как называется этот парк.

— На входе год назад, подростки снесли табличку с названием. Точнее закидали ее петардами. — боковым зрением я заметила, как он рассматривает мое лицо. — Парк Святой Евы. Так он называется.

— Святой Евы? — поморщившись переспросила я.

— Да. В честь той, которая съела яблоко из-за Люцифера.

От имени отца меня передернуло. Я удивленно посмотрела на парня, когда он произнес Люцифер, то интонация его осталась такой же безразличной. Будто он не ненавидел моего отца.

— Вранье. — вырывается у меня против воли.

Брови темноволосого парня взлетают, и он непонимающе смотрит на меня:

— В каком смысле?

— В таком. Ева сама съела яблоко. Никто ее не заставлял. Люцифер просто оказался возле дерева поздно. — пробурчала я.

— С чего ты так решила? — в его голосе не было осуждения или чего-то подобного. Скорее ему действительно было интересно почему я так думаю.

— Мне рассказал папа. А ему я верю больше, чем какой-то Еве. — ответила я и тут же прикусила язык. Даже если Ева навесила всему человечеству лапшу на уши — это не значит, что нужно доказывать людям обратное. Пусть продолжают так думать. — так говорил отец.

— Твой отец не верующий?

Вместо ответа я лишь хмыкнула, сдерживая смех.

Милый...не важно кто. Милый человечек, как ты себе это представляешь? Великий дьявол будет... веровать в существование своего отца? Молиться может ему?

— Судя по улыбке, я угадал. — его губы тоже тронула легкая улыбка.

— Возможно. Никогда не думал откуда пошли рассказы о бедняжке Еве и злом Люцифере? — мое любопытство и недовольство, что вранье Евы так сильно повлияло на жизнь всего человечества было не унять. И все из-за того, что она имела большее влияние на них, благодаря своему первому рождению. И из-за этого никто из людей не может вспомнить свою прошлую жизнь, потому что это часть перерождения дала отвратительные плоды, и Бог решил избавить Землю от большего зла.

— Хм. — густые брови нахмурились, глаза приняли задумчивый вид. Глядя на этого парня, все больше понимаешь, что он другой. Он будто должен был существовать в другом мире. Интересно, чья в нем душа? — В истории говорилось, что библию написал Моисей? — он не был уверен в ответе, поэтому предложение звучало как вопрос.

— Можно и так сказать. Он создал книгу Бытия. Хорошо. А вот еще вопрос. Почему все вы верите в эту историю? Многие из вас друг другу не верят, пока не приведут доказательства чего-либо. А в Библию вы все верите. Очень мало тех, кто не верит.

— И ты их уважаешь? — взгляд пристальных ледяных глаз был очень чутким, будто он пытался заглянуть в саму душу и узнать все твои тайны.

— Честно? Да. Эти люди единственные, кто окажется в итоге прав. Увы, но узнать об этом вы сможете только после смерти. И сначала будете отрицать все, ведь Ева милашка и белый пушистый хомяк! А когда стадия отрицания пройдет, вы начинаете чувствовать себя полными идиотами, и никто не станет вас переубеждать.

— Да? С чего такие выводы?

Встретившись с взглядом молодого человека, я заметила в них насмешку.

— Ты смеешься надо мной? — теперь мои брови взлетели.

— Ни за что! Смеяться над дамами... грех? — лукавством так и сквозило.

— И тоже бред! Грех — насилие, рукоприкладство, оскорбление без нормальной причины! И многое другое! Но смех... для других это будет оскорбление их мнения. В моем случае я просто буду осуждать тебя!