Read the book: «Стервятники: цена правды»

Глава 1

Дисклеймер

Все персонажи и описываемые события являются вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми или событиями является случайностью. Произведение содержит ненормативную лексику, сцены жестокости, насилия.

Поведение и высказывания некоторых персонажей могут быть неприемлемыми. Они обусловлены сюжетной необходимостью и не отражают мнения автора.

Роман содержит сцены эротического характера. Однако они не являются главным смыслом сюжета и не определяют его жанр. Основной акцент сделан на остросюжетности, психологической напряжённости и детективной составляющей. Эротические эпизоды служат лишь для более полного раскрытия персонажей и их взаимоотношений, не занимая центральное место в повествовании.

История создана исключительно в развлекательных целях и не несёт цели кого-либо оскорбить, задеть чьи-то взгляды, верования, убеждения, а также не пропагандирует употребление алкоголя, табака или наркотиков.

Глава 1. Охотница за скандалами

Кондиционер в редакции “Без фильтров” не столько охлаждал воздух, сколько разгонял по опенспейсу запах дешёвого кофе, типографской краски и приторных духов коллег. Алина Дмитриенко сидела у окна, закинув ногу на ногу, лениво скроллила новостную ленту канала и задумчиво крутила в пальцах серебристую ручку. На мониторе один за другим вспыхивали заголовки: “Звезда реалити-шоу перепутала мужа с фитнес-тренером”, “На открытии спортивной арены известный певец напился и пел громче заранее записанной фонограммы”, “Развод известного продюсера и его подопечной: пиар ход или семейная драма?”.

“Скука смертная”, — поморщившись, подумала Алина.

Она машинально накрутила на палец прядь каштановых волос и посмотрела в окно. Москва плавилась в августовском мареве. Где-то там, за стеклянными фасадами конференц-залов, заключались настоящие сделки, перекраивались судьбы компаний, менялся мир. А она... сидела здесь и откровенно маялась от тоски. Поправив вырез горловины строгого изумрудного платья-футляра, девушка раздражённо выключила монитор и без особых церемоний закинула ноги на стол. Девушка прикрыла глаза и шумно выдохнула, пытаясь отогнать мысли о том, как беден материал её коллег.

— Дмитриенко! — рявкнул прямо над ухом голос главного редактора Виталия Ильича. — Ноги со стола убери. Ты в редакции, а не на пляже.

Алина поджала губы и нарочито медленно, почти демонстративно сняла ноги со столешницы.

— Я думала, мы тут демократию строим. Знаете… Свобода самовыражения.

— Самовыражайся текстом, а не перфомансами. Зайди ко мне.

Раздраженно закатив глаза, девушка с тихим вздохом поднялась с кресла и пошла следом за начальником.

Кабинет главного редактора отделяла от общего зала стеклянная перегородка. Жалюзи на ней никогда не опускались, т.к. Ильич любил держать всё под контролем. Он принадлежал к той редкой породе редакторов, что пережили три политических режима и два экономических кризиса, не растеряв ни профессионального чутья, ни здорового цинизма. Грузный, с вечно расстёгнутой верхней пуговицей рубашки с испариной на лбу в любое время года и поседевшими висками, он походил на старого газетного волка, которого однажды загнали в клетку жёлтой прессы, но тот сумел обжиться и там. Голос почти никогда не повышал, но именно этот тихий, чуть хриплый тон пугал журналистов куда сильнее любого окрика. В кабинете пахло табаком и мятными леденцами, а на стене висела фотография, где ещё молодой и худой Ильич пожимал руку какому-то министру давно ушедшей эпохи.

Сейчас он сидел за столом, нервно постукивая пальцем по распечатанной программке какого-то мероприятия. Алина вошла почти бесшумно, прикрыла дверь и опустилась на стул, выпрямив спину и сложив руки на коленях. Она была готова олицетворять само воплощение деловой учтивости, но ровно до тех пор, пока не потребуется обратное.

Мужчина устало отложил брошюру, достал из ящика несколько распечаток и положил перед ней. Алина мельком взглянула на бумаги и, узнав свою последнюю статью, самодовольно усмехнулась.

“Семейные тайны наследника корпорации: что скрывает человек с миллиардным состоянием?”

Да, материал получился сильный. Двадцать миллионов просмотров. Неподобающие фотографии и переписки мажора разлетелись по десяткам СМИ. Такого потока негативных комментариев, которые слишком часто сопровождались регулярными призывами к линчеванию героя публикации, она не видела давно. За несколько дней после выхода статьи редакция получила три судебных иска.

— Ты вообще понимаешь, что происходит? — спросил Ильич.

Алина даже не подняла глаз.

— У меня снова хорошие охваты.