Volume 280 pages
2008 year
Нечего бояться
About the book
Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс – один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии, автор таких международных бестселлеров, как «Англия, Англия», «Попугай Флобера», «История мира в 10/2 главах», «Любовь и так далее», «Метроленд», и многих других. Возможно, основной его талант – умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями. Тонкая стилизация и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство – Барнсу подвластно все это и многое другое. В книге «Нечего бояться» он размышляет о страхе смерти и о том, что для многих предопределяет отношение к смерти, – о вере. Как всегда, размышления Барнса охватывают широкий культурный контекст, в котором истории из жизни великих, но ушедших – Монтеня и Флобера, Стендаля и братьев Гонкур, Шостаковича и Россини – перемежаются с автобиографическими наблюдениями.
Скажу прямо, что после прочтения этой книги страх смерти уходит навсегда. Это только пугалка ума, когда ум зацепляется. Смерти нет. Хотя есть смерть физического тела. Кто не читал – советую
Книга представляет собой сплошной (никаких глав и частей) монолог-диалог автора с читателем на такую тему, как – «А вы боитесь смерти?» В целом же здесь поднимается огромный-преогромный пласт вопросов о жизни и смерти, о смысле жизни и смысле смерти (!), вере и атеизме. И всё это через призму автобиографических моментов и некоторых событий по теме из жизни великих деятелей искусства прошлого. Очень много времени здесь уделяется и писательскому труду… Кажется, что книга не имеет ни начала, ни конца, уж очень широк круг рассматриваемых проблем. Всё вышеупомянутое снабжено большим числом английского юмора, сарказма и иронии.
В итоге… Занимательная вещь, следить за авторскими мыслями очень даже интересно. Единственный минус, на мой взгляд, излишняя затянутость, в конце книги уже начинается небольшое утомление, ибо всё хорошо в меру. И всё же круто, очень круто. А всё-таки, смерть – дело довольно неприятное, неправда ли?
Из тех книг, у которых нет начала и конца: она может превратиться на любой странице или быть в несколько раз длиннее. Порой автобиографичность изложения слишком гранулярна и размышления уходят в очень уж частную сторону. Стоит отметить приятное чувство юмора и поблагодарить за навеваемые темой мысли и вопросы о смерти собственной, близких и т.д.
Сначала немного нудно, потом любопытно, потом начинаешь размышлять сам. Стоящая и, в общем, позитивная книга о смерти, её приятии, боязни, сдобренная юмором, историями из жизни/смерти известных людей, а также автобиографическими воспоминаниями.
Иронично, интеллектуально. Местами смешно, местами нудновато, но интересно и содержательно.
Натолкнуло на новые мысли. Подчерпнула для себя несколько новых фактов.
Ни капли не пожалела, что прочитала. Рекомендую.
В июне 2006-го в киевском зоопарке некий гражданин слез по веревке в островной вольер с тиграми и львами. Пока длился спуск, он кричал в сторону изумленной толпы зевак. Один из очевидцев приводит его слова: «Кто в Бога верит, того львы не тронут», а затем — откровенно с подначкой: «Господь спасет меня, если Он есть». /Провокатор-метафизик/ достиг земли, разулся и направился к животным, после чего раздраженная львица сбила его с ног и перекусила сонную артерию. Доказывает ли это, что: а) гражданин был
сумасшедшим, б) Бога нет, в) Бог есть, но не явил себя, поскольку не ведется на такие дешевые уловки, г) Бог есть и только что продемонстрировал, какое у Него чувство юмора, д) все вышеперечисленное неверно.
«Величайшая трагедия жизни состоит не в том, что люди гибнут, а в том, что они перестают любить»
Мой брат помнит ритуал - я не видел такого ни разу, - который он называл Чтением Дневников. Бабушка и дедушка вели дневники по отдельности и вечерами порой развлекались, зачитывая друг другу то, что внесли туда на той же неделе несколько лет назад. Записи, несомненно, отличались известной банальностью, но часто приводили к разногласиям. Дедушка: "Пятница. Работал в саду. Сажал картошку". Бабушка: "Чушь. Весь день шел дождь. В саду мокро - работать невозможно".
Известно, что крайняя физическая боль лишает нас способности говорить; с большим прискорбием приходится признать, что боль душевная имеет то же действие.
Мы помещаем животных в концлагеря, пичкаем их гормонами и нарезаем их так, чтобы они как можно меньше напоминали нам то, что когда-то кудахтало, блеяло или мычало.
Reviews, 16 reviews16