–О, это коллега по работе. Мы обсуждаем будущее интервью.
–Правда? А чем вы занимаетесь, Максим?
–Я – писатель.
–Вау, правда? Я очень люблю читать! Возможно, я читала и вас. Как ваша фамилия?
–Орловский.
–Не может быть! Вы мне не поверите! Совсем недавно моя подруга в полном восторге рекламировала мне вашу книгу, а сейчас я сижу здесь с вами – автором этой самой книги. Это удивительно!
–Да, как минимум, это удивительно.
–Теперь я непременно ее прочту!
–Я буду польщен.
–Моя подруга говорила, что ваш роман очень откровенный.
–Да, это так. Откровенно о самом главном.
–И что же, по-вашему, является самым главным?
–Любовь, конечно!
Я увидел, как щеки Анфисы порозовели, а зрачки расширились. Она поправила волосы, откинув их назад, оголяя шею, и немного прикусила нижнюю губу. Я улыбнулся самому себе.
–Я не вижу у вас кольца, Анфиса, вы не замужем?
–Замужем, только кольцо я не ношу. С мужем, знаете, не все гладко, он весь в своем бизнесе.
–Он совершает большую ошибку. Такая шикарная женщина должна всегда купаться в мужском внимании.
Анфиса смотрела на меня, и взгляд ее наполнялся желанием.
–Ну что ж, Анфиса, я пойду, – сказал я, – а то моя коллега уже заждалась меня. Еще раз большое вам спасибо за помощь, здоровья вашему песику.
–Рада была помочь, Максим.
Я встал из-за стола, слегка кивнул в знак прощания и направился к своему столику. Я знал, что, если бы я попросил ее номер телефона, она бы отказала, а, возможно, пристыдила меня, как всякая самовлюбленная женщина, аргументируя свой отказ замужеством. Ее оборона стала бы крепче, спросив я это. Уходя, я не расстроился, я готов был проиграть пари Алене. Я успел сделать несколько шагов, как услышал ее голос.
–Максим! – окликнула меня она.
Я обернулся, но подходить не стал, заставляя ее подойти самой. Анфиса встала из-за стола, взяла свои вещи, собачку и подошла ко мне.
–Вот мой номер, позвоните как-нибудь, – чувственно улыбнувшись, произнесла она.
Она сунула свою визитку в карман моего пиджака, не принимая отказа, и отправилась к выходу. Я вернулся за свой толик и сел. Алена сидела молча, лишь ее лицо выражало дикое недовольство, перерастающее в каприз избалованного ребенка. Я достал визитку, которую мне дала Анфиса, и положил ее на стол перед ней. Она посмотрела не нее потом на меня.
–Ладно, один – ноль, я тебя недооценила. Признаться, я думала, что она тебя отошьет. Теперь ты выбирай мужчину, с которым я должна познакомиться.
Я огляделся, мужчин без женщин было мало. У меня не было желания выиграть или проиграть, я лишь хотел посмотреть, как она играет. Она, безусловно, станет использовать все свои силы, будет во всеоружии – это расскажет мне о ней полностью. Я увидел мужчину, одиноко сидящего через столик от нас. Как раз то, что нужно, подумал я, так я буду все слышать.
–Вот тот мужчина, – сказал я и указал на него взглядом.
–Тот!? Я думала ты выберешь кого-то по солиднее. Ну что ж, выбор есть выбор, – с ухмылкой заявила Алена.
Она явно ожидала легкой игры. Мужчина с виду ничем не отличался от других мужчин в костюмах, разве что на нем не было очень дорогих часов, запонок и костюм его стоил не заоблачную цену. Он сидел и наслаждался своим обедом. На вскидку, работал он в какой-нибудь фирме, зарабатывал хорошо, но не на столько, чтобы сорить деньгами.
Алена достала косметичку, проверила все ли в порядке с ее внешностью и направилась к своей жертве. Я стал наблюдать. Алена не торопясь пошла мимо столиков. Ходить она умела, я искренне засмотрелся на ее походку от бедра, ровно, как и сидевший за нужным столиком мужчина. Когда она проходила мимо стола этого мужчины, Алена, как бы случайно, оступилась и упала прямо рядом с ним.
–Ой! Ай! – вскликнула она.
–О Господи, вы в порядке? – спросил он и принялся поднимать прекрасную незнакомку с пола.
–Оступилась. Кажется, я ногу подвернула, – жалобно промурлыкала Алена.
Молодец, подумал про себя я, умеет найти подход к мужчине. Мужчина помог ей сесть в кресло и принялся осматривать ее коленку.
–Может вам «скорую» вызвать, – спросил он.
–Нет, что вы, не нужно, это всего лишь небольшой ушиб или, возможно, растяжение. Уверена, через некоторое время мне станет легче. Вы не против, если я тут немного посижу.
–Конечно, конечно! Вам что-нибудь принести?
–Воды, пожалуйста, – жалобно произнесла Алена, потирая коленку.
–Официант, воды! – крикнул мужчина.
–Спасибо вам большое! Ой, я даже не знаю имени своего спасителя.
–Ох, ну что вы, – засмущавшись, произнес мужчина, – меня зовут Виктор.
–Меня Алена.
–Очень рад знакомству.
Алена закинула ногу на ногу. Платье ее поднялось чуть выше колен, слегка оголив бедра, и она стала потирать, якобы ушибленную, коленку. Виктор наблюдал происходящее с широко открытыми глазами и почти не моргал. «Как бы она не перегнула палку», – подумал я.
–Я должна поблагодарить вас, Виктор, не многие мужчины в наше время могут вот так бескорыстно помочь попавшему в беду человеку, пусть даже в небольшую. Я это очень ценю в мужчинах, – произнесла Алена.
–Спасибо большое, я рад помочь, особенно такой прекрасной девушке, как вы, Алена.
–Большое спасибо, мне очень приятно. Чем вы занимаетесь, Виктор.
–Я работаю в строительной компании.
–Здорово, меня всегда привлекало строительство.
–Правда!?
–Да.
–А вы чем занимаетесь, Алена?
«Он очень часто повторяет ее имя, – отметил я, – он на крючке».
–Я журналист.
–Как интересно! Наверное, общаетесь с большим количеством интересных людей.
–Да, с большим, порой встречаются просто уникальные личности.
–Алена, прошу меня простить за этот вопрос, но тот мужчина, с которым вы сидели некоторое время назад, не будет ревновать вас?
–О, не волнуйтесь об этом. Этот мужчина писатель, я беру у него интервью.
–Ах, для меня это облегченье, – вздохнул Виктор.
–Почему же? – улыбалась она.
–Должен признаться, Алена, – робко заговорил Виктор, густо краснея, – вы мне очень понравились, и я никак не могу себя заставить спросить вас о спутнике вашей жизни.
–Я вам рекомендую сделать это Виктор, потому что ответ вас обрадует.
–Я безмерно рад этому факту! Позвольте тогда пригласить вас на ужин, Алена.
–Я рада вашему предложению. Я согласна.
–Что ж, тогда, кажется, я должен записать ваш номер телефона.
–Именно так, записывайте.
Алена продиктовала ему свой номер, он записал.
–А сейчас прошу меня простить, мне нужно срочно бежать. Моя работа…она…мой обед и так слишком затянулся.
–Конечно, конечно, Виктор, бегите на свою работу.
–Ваша нога точно уже в порядке?
–Да, да, все в полном порядке.
Виктор взял свой портфель, несколько секунд просто стоял и смотрел на Алену, видимо думая, что же он должен сейчас сделать, потом слегка поклонился и поспешно удалился, попутно подбежав к официанту и расплатившись. Алена обернулась ко мне с широкой улыбкой на лице и гримасой победы, затем встала, походкой королевы подошла к нашему столику и села.
–Молодец, – сказал я и трижды хлопнул в ладоши, – лихо ты сыграла на его мужественности, показав свою женскую слабость, и, как контрольный в голову, комплимент.
Алена ничего не ответила, только ехидно улыбалась, смотря мне в глаза.
–Один – один, – произнесла она.
–Один – один, – ответил я.
Мастерство было проверено в деле. Мы сидели напротив и смотрели друг другу в глаза, понимая, что теперь началась совсем другая игра. Игра, в которой один из нас должен проиграть. Проиграть – значит позволить себя очаровать, значит допустить ошибку и поддаться чувствам. Или выбрать чувства? Трудно представить наличие чувств в отношениях, начавшихся с игры. Проиграл ты или выиграл, неважно. Получив свой «трофей», ты, упоенный, идешь наслаждаться победой. Но где-то там, в глубине тебя, внутри, сидит маленькое зерно настороженности, говорящее тебе о том, что игра продолжается, что ты должен быть начеку, так как в любой момент твой бывший противник и нынешний приз может нанести тебе удар и именно в тот момент, в который ты не ждешь. Это изматывает, не позволяет расслабиться, заставляет быть в постоянном напряжении и бдительности, ожидая предполагаемый удар. Где здесь имеют места чувства? Думается мне, что нигде.
* * *
Ночь начиналась. Звезды зажигали свои вечные огни, словно тысячи душ, танцующих в унисон. Сверчки запели свои песни, вдохновленные инстинктами. Тишина, грохочущая ночной разнузданной жизнью, погружалась на город, заключая все в свои объятия. Все обретало свой долгожданный покой и бессмысленный смысл.
Зазвонил телефон, это Миша.
–Привет, дружище, как ты?
–Прекрасно, а ты?
–Еду на вечеринку. Хочешь со мной?
Я задумался, – отвлечься после углубленного монолога о глубине человеческой души мне не помешает.
–Да, еду с тобой.
–Отлично! Сейчас заеду, одевайся.
Миша подъехал. Я спустился и сел в машину. Вскоре мы уже сидели за барной стойкой и заказывали напитки.
–Ну как ты, дружище? – просил меня Миша.
–Сегодня давал интервью той девушке из журнала, Алене, подустал немного. Заставила меня нырнуть поглубже.
–Иногда это полезно.
–Если не слишком часто.
–А вон там не она случайно стоит?
Миша указал взглядом в сторону компании девушек.
–О нет, только не это, – воскликнул я.
–Чего ты так реагируешь? На мой взгляд, вполне привлекательная девушка. Взгляни.
–Нет, даже смотреть в ее сторону не буду, а то еще заметит.
–Ну тогда я ее тебе опишу.
–Не утруждайся.
–Уже описываю: длинное коктейльное платье черного цвета, обтягивающее ее притягательную фигуру, на ногах босоножки на шпильке. Снизу платья вырез и сквозь него виднеется ее очаровательная стройная сексуальная ножка, оголенная до половины бедра. Обожаю стройные женские ноги. Есть в них нечто утонченное, пленяющее и околдовывающее. Стройными женскими ногами можно управлять миром.
–О, креатив!? С каких пор ты стал выдавать что-то креативное?
–Это красивые девушки на меня так действуют.
–Да неужели.
–О, Макс, кажется, она нас заметила.
–Только не это.
–Так и есть, она идет сюда.
–Блять…
–Привет, – произнесла Алена, подойдя к нам, – не ожидала вас здесь увидеть.
–Мы тоже, – ответил я, натянуто улыбнувшись, влезая в норму приличия.
–Вот как?
Алена улыбалась, и это было абсолютно искренне – она была рада меня видеть. Меня это ничуть не порадовало. Миша сверлил ее взглядом и улыбался тоже, по-видимому, желая увезти ее сегодня к себе домой. Что ж, удачи ему.
–Закажите мне выпить?
–О, конечно, – оживленно ответил Миша. – Что ты пьешь?
–Что-нибудь освежающее и определенно алкогольное, – игриво ответила она, и взгляд ее был направлен на меня.
Я это чувствовал и хотел уйти куда-нибудь, только чтобы эта дамочка перестала сверлить меня взглядом. Думаю, Миша тоже это замечал, но не терял надежду и натиск.
–Чем ты занимаешься, Алена? – спросил ее Миша, – слышал, ты работаешь в журнале.
–Да, я журналист, – ответила она.
Она посмотрела на него, затем перевела взгляд на меня.
–Знаешь, Макс, я до сих пор под впечатлением от интервью, от твоих ответов. С нетерпением жду продолжения.
Она играла. Играла в сексуальную привлекательность. Есть женщины, которые невероятно умны, умеющие наблюдать, которые, видя и чувствуя мужчину, понимают, какое из своих оружий использовать, чтобы завоевать его. Алена была не из таких. Она палила из всех орудий сразу, не осознавая, что, тем самым, только отталкивает желаемое от себя.
–Не уверен, что в следующий раз буду также столь глубок на философию и откровенен.
–Ой, меня может это расстроить, – продолжая играть, произнесла она.
Я ничего не ответил. Миша молча наблюдал, понимая все окончательно.
–Друзья, – произнес он, – я вас оставлю, нужно кое с кем поздороваться.
Я посмотрел на него. Его взгляд говорил мне, что он, якобы, делает мне одолжение. Ответным взглядом я обвинил его в предательстве. Миша улыбнулся и ушел.
–Макс! – повышенным тоном, с нотой недовольства начала Алена, – что происходит?
–О чем ты?
–Только не говори, что не замечаешь мой интерес к себе.
–Замечаю.
–Тогда почему не реагируешь?!
–Сдается мне, что ответ на твой вопрос вполне очевиден.
–Меня это задевает…
–Извини, сердцу не прикажешь. И еще кое-что – решил буквально прямо сейчас – продолжения интервью не будет, утешься тем, что уже есть. Можешь урезать мой гонорар, как сама решишь справедливым.
–Что!? Ты отказываешься от интервью?
–Ты же слышала, что я только что сказал. Да, отказываюсь.
–Почему? Что произошло?
–Мне нужно идти, хорошего вечера.
Я взял свой бокал и отправился к выходу. По пути сделал пару глотков, оставил бокал на столике, появившемся по пути, вышел на улицу и направился к парковке, чтобы уехать домой.
С Аленой после нашего пари в ресторане мы виделись еще пару раз на мероприятиях или вечеринках. Я наблюдал за ней, как и она за мной, и видел, как она играла. Она изображала эдакую позитивно-раскрепощенную увлеченную собственной жизнью диву, направо и налево рассказывая о своей насыщенной жизни. Как есть актриса, она была хороша. Жизнь – лучшая сцена. Там было все: радость, веселье, игривость, легкая печаль, глядя на которую, хочется утешить, женская смелость и легкая мечтательность. Вихрь чувств менялся со скоростью ветра, словно их обладательница подбирала для себя более подходящее из них. Чего хотела она добиться тем самым?
Я был дома, исполнял пулеметную очередь на печатной машинке. Запищал телефон. Смс. Я взял телефон, от Алены: “Макс, мне срочно нужна твоя помощь! Я в гостинице “Рэдиссон Роял” в номере 404. Пожалуйста, скорее!”
«Что ж, очень похоже на развод, но, быть может, ей действительно нужна помощь», – подумал я, оделся и выехал. Приехал в гостиницу, поднялся к номеру, дверь была слегка приоткрыта, я вошел. Внутри играла легкая музыка, в центре комнаты стоял, накрытый на двоих, столик с шампанским и фруктами. Вышла Алена, одетая в красивое вечернее платье, при полном макияже и на высоких каблуках, желающих пронзить мое сердце, приготовить его на огне и употребить. Она взглянула на меня глазами дикой кошки, дождавшийся к ужину свою добычу.
–Я так понимаю, помощь тебе не нужна, – произнес я утвердительно.
–Ну почему же, нужно открыть шампанское, сама я не справлюсь.
–Я не люблю, когда меня обманывают.
–Это совсем не обман, просто безобидная шутка.
–Я решил, что тебе реально нужна помощь.
–Прости, я просто захотела немного поиграть. Мне так понравилось наше недавнее пари.
Алена налила из заранее открытой бутылки шампанское в два бокала, взяла оба и протянула один мне. Я взял.
–Выпьем за то, чтобы жизнь почаще была такой веселой и интересной, – произнесла она и дотронулась своим бокалом моего.
Не сделав ни глотка, я поставил бокал на стол.
–Да ладно тебе, Макс, не дуйся, это же просто шутка.
–Почему ты просто не предложила встретиться?
–Скажем так, я подстраховалась. Не люблю, когда мне отказывают.
–Я бы согласился. Зато теперь у меня нет желания быть здесь.
Я развернулся и пошел к двери.
–Подожди, Макс! – закричала мне в след Алена и подошла ко мне. – Я всего лишь хотела поужинать и пообщаться с тобой.
–Тогда тебе стоило оставить свои игры и просто пригласить меня. Разве ты еще не поняла? Я не тот человек с кем следует играть. Играть ты можешь сколько угодно, ты делаешь это всю свою жизнь, но тем хуже для тебя.
–Мне очень трудно даются эти слова, но я прошу прощения. Пожалуйста, останься.
–Трудно даются, потому что ты привыкла получать все готовое по одной своей прихоти, в том числе и мужчин.
–Я не виновата в том, что мужчины, в большинстве своем, такие податливые.
–Если тебе встречались только «такие», то вынужден тебя огорчить – ты еще ни разу не встречала настоящего мужчину.
Это прозвучало для нее, как обух по голове. Выражение ее лица сказало об этом.
–Прости меня еще раз! Останься, пожалуйста.
–Я останусь, но только если ты оставишь все игры. Иначе я просто уйду.
–Обещаю.
Я прошел по комнате, снял куртку и бросил ее на диван. Алена взяла бокалы и протянула мне один.
–Давай выпьем за честность.
Мы коснулись бокалами, и я сделал глоток.
–Может, присядем?
Мы сели за столик, красующийся разноцветными фруктами.
–Прости меня, Макс, за эту выходку, не стоило так делать.
–До этого момента ты этого не понимала. Теперь понимаешь. В жизни не все достается по одной лишь прихоти.
–Но ты же здесь, – снова ехидно улыбаясь, произнесла она.
–Это не долго исправить.
–Да ладно тебе, Макс, тебе же тоже нравиться эта игра.
–Я уже вдоволь наигрался в эти игры.
–Разве тебе совсем не весело и не любопытно, к чему это может привести?
–Любопытство присутствует, когда тебе интересен сам процесс и есть непредсказуемость.
–Хочешь сказать, что я предсказуема, что видишь меня насквозь?
Я ничего не ответил.
–Ну давай, расскажи мне о том, какая я. Ведь вы писатели этим занимаетесь, рассказываете о людях, – с обидой в голосе проговорила Алена.
–Не особенно хочу это делать.
–Почему же? Мне очень интересно!
–Если я буду говорить, то только то, что думаю и, скорее всего, тебе это не понравиться. Правда никому не нравиться.
–Теперь я точно этого хочу.
–Ну что ж, ты сама попросила. Ты родилась и выросла в Питере, воспитывалась почти в аристократической семье по всем традициям и канонам высшего общества. Была гордостью отца и его единственной любовью, что не удивительно – единственный ребенок в семье. Поэтому он дал тебе все блага этого мира, и ты ни никогда в чем не нуждалась. Ты закончила престижное учебное заведение за границей. Стала заниматься журналистикой, хотела известности, чтобы твое имя пестрело на обложке. Но в модели ты не пошла, так как считаешь себя слишком умной для этого. Папа устроил тебя в самый модный журнал, и ты пишешь статьи для него. В журнале в этом ты скорее за свое положение и влияние твоей семьи, нежели за талант. Твои статьи за тебя исправляет редактор. Ты привыкла получать все, что только пожелаешь, это касается и мужчин в том числе. С ними ты играешь, потешая свое эго, заставляя их бегать за тобой и провозглашать богиней. Так ты развлекаешься, поскольку никакие другие развлечения тебя более не радуют. Но в глубине души ты одинока, потому что вся эта бесконечная и бессмысленная суета не в силах заполнить ту пустоту, что постоянно присутствует внутри тебя. Пока достаточно.
Воцарилось молчание. Я видел, как на лице Алены сменялись чувства и эмоции, сливаясь в однородную палитру красок. Она была взволнована, ее самолюбию был брошен вызов. Она чувствовала себя задетой и обескураженной. Там был и гнев, и удивление, и презрение, и грусть. Все это я наблюдал на ее лице. Постепенно она взяла себя в руки, сумев подчинить испытываемые чувства своей воле – она это умела.
–Что ж, все правда, – выдавила она из себя, – только выросла я здесь в Москве. Ты как будто частного детектива нанимал.
–Детектив тут не нужен, все прекрасно видно и так, если внимательно посмотреть.
–Похоже, ты очень внимательно смотришь.
Алена встала из-за стола, подошла к окну. Еще несколько мгновений она стояла молча, затем развернулась ко мне. Теперь на ее лице я видел совсем другое выражение.
–Тогда ты должен был заметить, – произнесла она, – что дыхание мое участилось, температура тела поднялась, а зрачки расширились.
Алена подошла, поставила бокал на стол, села ко мне на колени, и впилась своими губами в мои, обхватив ладонями мою голову. Страстно и дерзко, импульсивно и властно, она, словно амазонка, брала желаемое. Через мгновение она отлипла и посмотрела в мои глаза взглядом превосходства.
–Прости, я не в настроении.
–Вау! Ты отвергаешь меня!? Я что же тебя не привлекаю?
–Дело не в тебе, ты прекрасна, просто у меня сегодня не лучший день.
–Снова одна из твоих уловок?
–Боюсь, решение уже принято.
–Решение всегда можно изменить, – самоуверенно заявила она.
Алена встала, сделала шаг назад, смахнула брительки платья со своих плеч, и оно рухнуло на землю, оставляя свою обладательницу в одном нижнем белье.
–Что ты теперь скажешь? – произнесла она.
Алена сделала шал вперед, снова села ко мне на колени, на этот раз обвив меня ногами, и поцеловала жадным поцелуем, наполненным желанием. Затем отлепилась и с ожиданием ответа в глазах посмотрела на меня.
–Ты умеешь быть убедительной, – произнес я.
–Да! – вскрикнула Алена и поцеловала меня вновь. – Идем в спальню!
–Ты иди, я сейчас подойду.
Алена встала, улыбнулась мне довольной улыбкой и отправилась в спальню, виляя своим шикарным задом.
«Избалованная девчонка заслужила небольшой урок воспитания», – решил я. Какая бы шикарная она не была, я был зол на нее. Она меня обманула. Она могла обозвать меня десятком бранных слов, и я бы не обиделся, но она выбрала ложь. Ложь подобна вирусу. Сначала она мала и кажется безобидной, но это не так. Со временем она начинает заполнять собой все больше пространства внутри тебя, засорять мысли и вскоре ты полностью вязнешь в ней. Очень скоро ты сам начинает верить в собственную ложь. Тысячи масок, которые ты надеваешь на себя, показывая их тому или иному, становятся фальшивым тобой, заменив тебя настоящего. И в конце концов ложь полностью тебя подчиняет.
Я встал, надел куртку и вышел из номера, громко хлопнув дверью. Я прошел по коридору, нажал кнопку лифта, тот открылся, и я вошел внутрь. Перед тем, как двери лифта закрылись, я услышал голос Алены, выкрикивающий мое имя вперемешку с бранными словами, адресованными мне. Я усмехнулся. Лифт тронулся. Вскоре я был дома.
Вечер следующего дня. Зазвонил телефон. Алена.
–Да.
–Позволь мне загладить свою вину, – произнесла она импульсивно.
–Я тебя ни в чем не виню, – ответил я.
–Я вела себя, как сука.
–Главное, что ты это осознала.
–Я хочу загладить свою вину, угостив тебя хорошим ужином.
–Это не обязательно.
–Позволь мне сделать для тебя что-то приятное, для меня это важно. Я понимаю, что тебя трудно чем-либо заинтересовать, но ведь ты же должен есть, а я предлагаю тебе вкусную еду, да еще и в приятной компании. Что скажешь?
–Хорошо, я приеду. Во сколько?
–Можешь выезжать прямо сейчас. Я сброшу тебе адрес.
–Ок.
Я переоделся, взял ключи от машины и поехал к Алене. Я приехал, поднялся, позвонил в дверной звонок. Она открыла. На ней было платье, плотно облегающее тело, с глубоким вырезом на спине и в зоне декольте. Ярко-красные глянцевые туфли раскалывали острыми каблуками паркет. Вьющиеся волосы водопадом падали на плечи, пружиня, играли мужским вниманием, как марионеткой. «Снова будут игры?» – подумал я.
–Привет, – произнес я и слегка улыбнулся.
–Привет, проходи, – ответила она.
Я прошел, осмотрелся в ее новой квартире, был накрыт стол.
– Проходи, присаживайся.
Я снял куртку, бросил ее на диван.
–Признаться, я была очень зла на тебя после нашей последней встречи, – медленно начала говорить Алена, – но потом я успокоилась, все обдумала и поняла, что вела себя неподобающе.
–Я рад, что ты это поняла. В конце концов, это важно, прежде всего для тебя.
–Я поняла, что вела себя, как эгоистка. Собственно, поэтому я и решила устроить этот ужин, в знак примирения.
–Ты молодец.
–Ну, вообще, это не я готовила. Я заказала еду в ресторане.
–Я догадался, но все же, я понимаю, как не легко тебе это далось. И при случае поблагодари поваров того ресторана.
–Хорошо, спасибо.
Некоторое время мы ели в тишине. Я был очень голоден и всецело увлекся едой. Такое случается, когда толком ничего не ешь несколько дней.
–Ты ведь не только для ужина меня пригласила, не так ли, Алена?
–Что ты имеешь в виду?
–То, что такая девушка, как ты, ничего не делает просто так, тем более не идет на такие жертвы ради первого встречного.
–От тебя трудно что-то скрыть.
Алена некоторое время молча смотрела в свой бокал с вином, собираясь с мыслями, а может в это время в ней боролись две противоположности – она хотела мне открыться, но ее гордость препятствовала ей сделать это. Наконец, она заговорила.
–Да, так и есть, первого встречного я бы приглашать не стала и, конечно, устраивать для него ужин. Но ведь ты не первый встречный.
–Что ты хочешь этим сказать?
–Ты же уже все понял, Макс, зачем задаешь этот вопрос? Ты хочешь, чтобы я произнесла это вслух? Ты же прекрасно понимаешь, как мне трудно это дается.
–Понимаю. И я не настаиваю.
Тишина вновь наполнила комнату. Алена все еще боролась внутри себя со своей гордостью, желая обнажить передо мной душу, но боялась. Боялась, как боится любая женщина, не желающая слышать отказ в ответ на свое признание.
–Раньше я рассматривала мужчин, как развлечение. Я получала их внимание по щелчку пальцев. Мне было забавно наблюдать, как они «геройствуют», чтобы завоевать мое внимание. Я думала, это и есть те самые «отношения» между мужчиной и женщиной. Сейчас же я понимаю, что это была просто фальшивая игра, сейчас я хочу совсем иного. Впервые, я сама захотела сделать что-то приятное для мужчины, не считая отца. И… мне очень трудно говорить, но я хочу это сказать. Я чувствую себя не защищенной прямо сейчас. Похоже, это от того, что эту ситуацию я не контролирую. Мне очень трудно открывать свои чувства, я никогда раньше этого не делала. Это мой дебют, так сказать.
–Ален, мне очень приятно это слышать, но ты же понимаешь, что мы ничего друг другу не должны?
–Да, я это понимаю.
–Я искренне рад, что ты испытываешь такие прекрасные чувства, но, к сожалению, я не могу ответить взаимностью.
–Можешь, ты просто не хочешь.
–Сердцу не прикажешь, Ален. Я не могу себя заставить. Возможно, кто-то и может, но не я.
Алена молчала с минуту, смотря в никуда. Я видел грусть на ее лице, затем ее заслонила искусственная улыбка, желающая скрыть настоящие чувства.
–Я и не думала, что это будет так…печально.
–Прости, я не хотел ранить твоих чувств.
–Нет, ты их не ранил, ты… Просто я никак не могу понять, что же не так. Объясни мне, Макс, что во мне не так? Разве я не красивая? Разве у меня плохая фигура или, может, я глупа? А может, ты не считаешь меня сексуальной? Разве я не обладаю хорошими манерами, хорошо воспитана и начитана?
–Мне печально осознавать, что ты думаешь, будто только это необходимо для возникновения искренних чувств.
–А что же еще нужно!? Просвети меня! Давай! Я вся внимание! – с напором и горечью в голосе проговорила Алена.
–Можешь злиться на меня, если тебе от этого легче.
–Я не злюсь, я просто возмущена. Я всю свою жизнь шла к совершенству, меня так воспитывали. Я училась хорошим манерам, грамотной речи, как подобает леди, следила за своим здоровьем и внешностью, а тут ты мне говоришь, что все это не имеет значения.
–Все это имеет значение, но не главное. И твое стремление к совершенству мне очень знакомо. Но если ты хочешь быть счастлива, тебе необходимо принять себя такой, какая ты есть, со всеми плюсами и минусами. Иначе эта погоня за собственным совершенством будет продолжаться до самой смерти и ни к чему так и не приведет. Совершенство – это иллюзия, а иллюзии достигнуть невозможно.
–Так что же имеет значение?
–Это очень трудно объяснить. Конечно, это прекрасно, когда у человека хорошие манеры, блестящий ум и привлекательная внешность, но в итоге все это отодвигается на второй план. Все это хорошо для первого впечатления и это скрасит некоторые вечера, создавая веселье и развлечения для вас двоих. Или же на весь период романтических отношений, если вы оба игроки. Но тогда эти отношения обречены на провал и те яркие эмоции, что были в начале, обернутся противоположностью после того, как люди начинают раскрываться, являя себя настоящих. А это происходит всегда, ибо претворяться долго становиться невыносимым. Рано или поздно слова заканчиваются, либо их больше не хочется говорить, красивая внешность стала привычна, привлекательное тело – обыденно, вы смотрите друг другу в глаза и не видите в них абсолютно ничего, поскольку изучили друг друга, как самих себя. Отними все это и не останется ничего.
–Я не до конца тебя понимаю.
–Давай представим современную привлекательную девушку, коих вокруг множество. Все они, как ни парадоксально, очень похожи друг на друга. Все они имеют привлекательную внешность, ухожены, имеют сексуальные спортивные тела, массу хобби, увлечений, обладают прекрасными манерами, поставленной речью и умеют мастерски выражать свои эмоции, что очень хорошо привлекает мужчин. Каждая из них словно старается опередить остальных, выглядеть еще более привлекательно, иметь еще больше увлечений, знать больше модных авторов, дизайнеров и все, что связано с модой, иметь больше ярких эмоций. Но что, если всю эту наполненность просто убрать? Что тогда останется?
Я увидел, как внимание Алены устремилось вглубь себя, предприняв попытку найти ответ.
–Большинство людей, не важно, мужчина это или женщина, объединяет одно – когда они остаются одни, их одолевает одиночество, скука или глубокая печаль, а порой и депрессия, перерастающая в чувство страха, кричащее, что просто необходимо, чтобы кто то был рядом, необходимо чем-то заняться, чем то заполнить пространство, только бы не оставаться наедине с самим собой. Я знаком с этим воочию, в том числе и на собственном опыте. Внутри ничего нет. Пустота, одиночество убивают людей. Они не переносят молчание, им жизненно необходимо чем-либо заполнять свою жизнь. Так вот, если ободрать всю шелуху иллюзий, что же останется? Останется тот, кто ты есть в действительности. Ты та, какой себя ощущаешь наедине с собой. Все остальное суета и фальшь. Иллюзия, которая рассеивается в лучах истины.
Алена молчала. Она сидела тихо, погруженная внутрь самой себя, пытаясь уловить ноты сказанного. Я чувствовал, что нечто внутри нее откликнулось на мои слова, а может мне просто хотелось так думать. В любом случае, я должен был попробовать коснуться ее души.
–Пожалуй, я пойду, – произнес я спустя некоторое время.
–Подожди, не уходи, – удивленная моим намерением, воскликнула она.
–Почему? – спросил я и посмотрел ей в глаза.
Она не ответила, не смогла найти предлог, а я не мог ей его дать.
Ночь была дивна и сказочна, такими ночами рождаются великие произведения искусства, пишутся песни о любви, рисуются портреты любимых женщин и, конечно, любовь рождается в слиянии тел и душ.
Я сел в машину и задумался, почему я отказал этой прекрасной во всех отношениях девушке? Она красива, умна, утончена, что же меня оттолкнуло? Ответ не появлялся, как мысль или образ. Я чувствовал, я искал глубину, ту внутреннюю свободу, которая готова сбросить оковы иллюзорного мира, поддавшись внутреннему порыву, и умчаться без оглядки, рука об руку с любовью. Я искал ту свободу, которая готова дарить саму себя ничего не требуя взамен. Которая говорит – ты такой же, как и я. Я искал ту внутреннюю свободу, которая абсолютно искренна. Быть может, мне не было суждено встретить ее в этой жизни, а лишь указывать другим на то, где ее искать. Я готов быть один всю свою жизнь, но принять нечто меньшее я отказывался.