Volume 860 pages
1999 year
0+
About the book
Для кого-то клятва Гиппократа – принцип жизни, а для кого-то – лишь ширма, скрывающая властные амбиции и желание использовать обратившихся за помощью людей в качестве живых игрушек. Невольными участниками такой жестокой и смертельно опасной игры становятся Дастин и Мартина Родс. Всего за два дня их жизнь превращается в ад. Промывание мозгов – вот метод воздействия, который применили к ним, внедрив ложную память, полную кровавых драм и преступлений. Но кто сделал это и с какой целью? Ответа на этот вопрос у них нет. И времени на его поиски, похоже, тоже.
Genres and tags
Reviews, 3 reviews3
За что мы любим Кунца? За разнообразие. У автора найдется много книг, которые придутся по вкусу одним и останутся незамеченными другими. Роман «Ложная память» оправдал возложенные ожидания, я хотел тонкой игры эмоций и запутанный клубок тайн. Сюжет раскручивается неторопливо, как поезд, набирающий скорость. Сначала медленно, скрипя еле проворачивающимися колёсами, а затем громыхая и несясь на полной скорости. Главный злодей – доктор, разработал методику, позволявшую незаметно управлять людьми. Он создал для себя целый театр с марионетками. И каждой жертве он оставлял свой золотой ключик – подсказку, позволявшую сбежать из лабиринта чужой воли. Отличная книга, 5 из 5.
Отличный сюжет! Как и все книги этого писателя, читается на одном дыхании. Сюжет фантастический, но в то же время с реальным объяснением.
Очень люблю Кунца, но чтение его книг хочется сравнить с хождением в горы. Ты либо с трудом забирается по склону, либо радостно бежишь с горки. «Ложная память» читалась довольно трудно и лишь на последних страницах события начали стремительно развиваться. В целом книга оставила очень хорошее впечатление, но перечитывать, пожалуй, не буду.
Жизнь похожа на поездку на поезде, и на многих станциях по пути люди, которые много значили для нас, покидают вагон, чтобы уже не вернуться туда, и в конце концов мы оказываемся в почти пустом вагоне.
Удача не любит любителей. Удача также не любит колеблющихся.
Дасти почти наяву услышал щелчок выключателя в своем мозгу, и его мысли внезапно встали на места, не оставив темных пятен в картине. Японцы называют это состояние сатори, момент внезапного озарения...
Ни луны. Ни звезд. Ни уверенности в том, что наступит рассвет, и никакого желания увидеть, что он может принести с собой.
Стыд был мощным побудительным мотивом, из которого она получала силы для своего маленького бунта. Все мы совершаем поступки, которых стыдимся, и с различной степенью трудности мы достигаем примирения с самим собой, наращивая жемчужную оболочку вины на каждую причиняющую боль моральную песчинку. Вина в отличие от стыда может действовать почти что успокаивающе, восприниматься как достоинство, потому что режущие грани вещи, заключенной в гладкую оболочку, больше не чувствуются, а сама вина превращается в объект нашего интереса.