Read the book: «Рыцарь и принцесса»

ПРИНЦЕССА И РЫЦАРЬ

роман в реальном мире

Дара Вейн

2026

Предисловие автора

Сказки кончаются свадьбой. Жизнь после свадьбы начинается. И именно там — в сутках, долгах, очередях в поликлинику, в разговорах о квартплате — выясняется, кто ты: принцесса или нет, рыцарь или нет, и был ли вообще дракон или ты сама себя держала в башне.

Я не верю в рыцарей на белых конях. Я верю в людей, которые приходят с пластырем, когда ты обожглась. Я верю в тех, кто остаётся, когда дракон уже мёртв, а ты сидишь на мосту у Парка Горького и не знаешь, что делать дальше — потому что башня была хотя бы знакомой.

Эта книга — попытка посадить сказку в реальный мир. Без замков. Без дракона, который дышит огнем. Дракон здесь — это долг, страх и привычка быть виноватой. Меч — это заявление в полицию. Корона — это право решать самой. А рыцарь — это строитель, который принёс кофе и остался.

Дара Вейн

Часть I. Башня

Глава 1. Аптека на Профсоюзной

Лиза стояла за прилавком уже четвёртый час. Ноги гудели, спина ныла, но лицо оставалось ровным — улыбка, спасибо, будьте здоровы, обращайтесь. Фармацевт в аптеке на Профсоюзной — это не профессия, это поза. Ты стоишь, ты улыбаешься, ты не злишься.

Ей было двадцать семь. Волосы русые, собранные в хвост, который к концу смены сползал набок. Халат белел на локтях, ноги — в удобных кроссовках, потому что туфли она бросила в шкаф ещё в первый месяц. Она выглядела обычной. Она и была обычной. Фармацевт, живет одна в студии в Бибирево, кот по кличке Пете, долг — сто восемьдесят четыре тысячи.

Долг был не её. Но кто объяснит это коллекторам?

Три года назад её бывший, Антон, оформил микрозайм на её имя. Она подписала, потому что любила и верила. Антон исчез через два месяца. Долг остался. Коллекторы звонили, писали, присылали письма в почтовый ящик. Сначала страшно. Потом привычно. Потом — как фон. Как шум метро. Как гудение холодильника.

Лиза платила. По три тысячи в месяц — больше не вытягивала. Аптека, кот, студия двенадцать квадратов. Жизнь, в которой не было места для сказки.

Она не знала, что она принцесса.

Или знала — где-то глубоко, под халатом и кроссовками, под усталостью и привычкой быть виноватой. Но забыла. Как забывают вещи, которые не помещаются в шкаф.

Вечером она закрыла аптеку, вышла на Профсоюзную, набрала Пете корм и пошла к метро. Дождь начинался. Зонта не было — она забыла и не забыла, просто не было сил вспоминать.

У входа в метро стоял мужчина в рабочей куртке. Он разглядывал телефон. Потом поднял голову и посмотрел на неё. Просто посмотрел.

Она прошла мимо.