Read the book: «Конструктор времени 1. Три недели в настоящем»
Пролог. Трое неизвестных, Икс, Игрек и Зет ловят рыбу
На берег Лебяжинского водохранилища они рыбу принесли с собой. Собрали хворост, развели костёр, поставили котелок варить уху. Фиктивная рыбалка, как повод поговорить без свидетелей.
Стемнело, потрескивает костёр, сели рядом, завели беседу. Начал Зет:
— Скрывать надоело, врать надоело...
Его поддержал Игрек:
— Я тоже не согласен молчать! Мы предаём здравый смысл. Проблема касается всех...
— Главная проблема жизни... – подчеркнул Зет.
— Перестаньте истерить! – ответил молчавший Икс. – Вам про подписку напомнить? Стоит ошибочно чихнуть, в лучшем случае уйдёте по этапу, а в худшем...
— ...уйдёшь один ты! – нарезая на бревне хлеб, улыбнулся Зет.
Игрек из рюкзака достал миски и расставил на песке у костра. Сказал:
— Ты сам истеришь, потому как думаешь как мы и хочешь того же, но боишься потерять всё нажитое непосильным трудом.
Зет с Игреком засмеялись, Икс поморщился, но не возразил и изменил направление:
— Тогда напишем статью...
— Или эпитафию на камне... – не мог успокоиться Зет.
Игрек, разливая уху, выдал:
— Предлагаю не писать учёных сказок, а изложить всё как есть!
— Как постулат? Это серьёзно, – Икс и сам усмехнулся, – но никто вникать не станет, популярность жанра закончилась давно. Да и без рецензии... А кто рецензию напишет?
— Ты постулат, а я тебе рецензию... – последний раз шутил Зет и завершил: – Давайте решать по-деловому. Напишем так, как сможем, но мыслящее население должно знать правду. Опишем как знаем...
Игрек поддержал:
— Научное исследование не пройдёт! Хочешь-не хочешь, что-то из головы достраивать придётся. Пусть будет художественным произведением, а в конце определим какому жанру ближе.
— Давай прямо сейчас. Я вижу трагедию, ни капли смешного! – ответил Зет.
— А я предлагаю фантастику, научную фантастику. К этому никто не придерётся. – внёс своё Икс. – Если вы согласны, я начну про котлы.
— Всё, с тебя начало! – согласился Зет. – Я тогда пишу окончание.
— Мне середина? – взял с песка свою миску Игрек. – Я только про Женьку...
Не споря долго, решили: пусть будет так. Реальность под маской фантастики в трёх частях!
Итак, всё начиналось с котлов...
Часть первая. Ангел-хранитель
Глава 1. Котлы
В тот раз батя, чтобы не обидеть брата, отвёл меня в сторонку и шепнул:
— Когда учились в школе, гордились такими котлами!
С ума сойти, котлы! Что-то большое, тяжёлое, горячее и не для ношения на руке.
Часы, подаренные на моё шестнадцатилетие дядей, оказались точно из разряда котлов, тяжёлый чёрный корпус с хоккейную шайбу. Периметр корпуса утыкан кнопками как морская мина-шар. Носить такое на руке стрёмно, закроешь рукавом – ещё хуже, будто гипсовую повязку прячешь.
Только браслет гляделся стильно. Сверху такой же воронёный он к руке прилегал золотым покрытием.
Хвастать нечем, носить я их не стал, отложил и не надевал. С тех пор прошли годы, часы пылились в коробке с разным ненужным железом.
Вспомнил только когда искал тонкий ключ для установки дополнительной памяти смартфона, достал коробку и обнаружил забытые котлы. Удивился, они продолжали идти. Целые шесть лет для батарейки срок запредельный, какой бы батарейка не была! Поставил на своём столе, чтобы следить насколько хватит батарейки. Стал рассматривать, часы, кроме времени даты, показывали месяц и год! Круто и загадочно! Зачем такое надо? Что значит такой необычный подарок? Не просто же для галочки подарил. Давно заброшенные часы стали удивлять.
Под строкой времени-даты чёрное поле циферблата прятало другие строки с иным тоном чёрного. Что же там? Можно представить другие единицы, другой календарь. Тогда это не просто часы, а какая-то машина времени!
На столе они стояли до начала марта 18-го, когда на работе выпал давно обещанный двухнедельный отпуск. Ехать некуда, отпуск вышел неожиданным, решил, кроме прочего, посвятить его котлам. И начал с утра.
Взял в руку. Корпус тёплый, занялся кнопками. Все надавливаются и ничего не происходит. Снизу, где корпус лежит на руке ещё одна кнопка. Большая и яркая, без обозначений. Скрытная, значит секретная. Нажимал и её.
Корпус неразборный, литой. Как туда вставляют батарейку?
В конце концов сделал то, что из вежливости надо было сделать ещё шесть лет назад, пристроил часы к левому запястью посмотреть, как выглядят. Глидерный браслет из девяти звеньев великоват, болтается. Замка, для застёгивания с подтягиванием, нет. Случайно прижал выступающий элемент звена, что-то дрогнуло, часы загудели, браслет подтянулся так, что снять стало невозможно. Смыкаясь звеньями, браслет плотно обхватил запястье и всё стихло. Детали, что выступала не видно, браслет смотрелся как единое целое. Зато на циферблате стал мерцать зелёный светодиод. Не сразу сообразил, что мигает вровень с моим пульсом. Процесс пошёл!
Снова стал баловаться кнопками, ведь они не для красоты. Что-то стало работать. Появились цифры в скрытых строках, попробовал туда забивать числа. Одни кнопки прибавляли, другие вычитали, можно подбирать длинные числа. Остались кнопки которые ничего не меняли. Стал нажимать парами.
Не успел проверить первую пару, что-то произошло. Низкий звук проник в комнату извне, стал двигаться и кончился едва не добравшись до меня. Движения в комнате при этом не было. Звук невидимки! А у верхних соседей отчего-то залаял пёс. Хотел выйти проверить, новый звук, вроде вздоха, донёсся из коридора. То что после вяло тявкнул пудель – его реакция на звуки?
Вышел в прихожку, заглянул в санузел и кухню. Ничего не изменилось!
Телефон лежит с безжизненным дисплеем, сообщений и звонков не было. А рядом лежит пачка бумаги, на верхнем листке надпись. Кто писал не помню. Чтобы прочесть, взял бумагу и сдвинул ручку. Та упала.
И ручка и бумага лежали неправильно. Обычно их кладу с дальней стороны. Кто мог переложить и сделал надпись: «Осторожно. Часы»? Почерк летящий, похож на мой, но я такого не писал.
Для порядка листок с записью оторвал, скомкал, сунул в карман. После вернулся в комнату, встал у окна. Часы по-прежнему на руке: время – 10 часов 56 минут, дата – 10.03.2018. А ниже, на второй и третьей строках внимание привлекли числа: -1512 и 14.
Весёлое дело, оба числа чётные и делятся на семь. То есть 1512 делится нацело на 14. Такое сочетание вышло случайно когда играл с числами. Немного картинку портит минус. Но это оттого, что я сразу стал экспериментировать с отрицательными числами.
Из-за ненормального звука тогда отвлёкся, надо закончить трогать кнопки и оставить часы в покое, если конечно ничего не случится в конце. Надавил оставшиеся, на дисплее рядом с зелёным сигналом пульса стал трепетать синий. Надавил все три, трепетание прекратилось, синий свет стал постоянным. Действие подтверждено результатом, всё нормально. Правда кнопок не осталось, кроме последней. Она ждёт под корпусом.
Просунул палец под корпус, нашёл большой выступ этой красной точки, надавил до щелчка. Ничего не произошло, лишь дисплей засветился, а корпус начал нагреваться. Потом возникла напряжённость, будто ток пробежал по коже и волосы зашевелились. И что-то произошло в воздухе. В лицо ударил ледяной порыв ветра, так что сдул с табурета. Я сразу вскочил! Свет в комнате разгорался, становясь небесно-голубым и ослепительным.
Это описание событий происходило не совсем так. Порядок описанных событий шёл, скорее всего, одновременно. Но воспринималось в зависимости от резкости ощущений. И с табуретки меня спихнул не порыв ветра, а спина. На моём месте сейчас оказался сидящим парень в футболке с таким же, как у моей, надорванным рукавом. Двойник, по всему видно! Видеть себя со стороны – явное сумасшествие!
Хоть для улыбок ситуация не годилась, в голову пришла смешная фраза: «Меня в комнате аж двое». И второй от меня не зависит. Окликнуть не могу, подойти, сделав лишь шаг, не в силах. Воздух холодный, вязкий, тормозит и не позволяет дышать.
Двойник встаёт, поворачивается ко мне лицом и начинает отступать в сторону выхода. И движется он с ускорением, не успел я удивиться, его спиной уже вынесло в коридор. Пришлось рвануть вослед. В голове мысль: Здесь дышать нечем, куда ушёл двойник должен оставаться нормальный воздух. Поиск нормального воздуха взбодрил, придал сил. Не обращая внимания на подступающее удушье, бросился сквозь вязкий, морозный воздух пролагать путь в прихожку. Когда покидал комнату, на миг показалось будто выхожу сквозь дверь. Заледеневший и ничего не видящий, добрался до входа, руками упёрся в дверь. Перед касанием толчок, выныриваю из ледяного воздуха и стал дышать. В голове всё сместилось и возник главный вопрос: ЧТО ЭТО БЫЛО?
За воздухом выходить теперь не надо. Синий ослепительный свет притух до нормального, в воздухе появились запахи и звуки... Случившийся ослепительный свет, замёрзший до невдыхаемости воздух, ниоткуда возникший двойник, идущий вперёд спиной... Где он теперь? В прихожке, куда двойник вылетел раньше, я стою один. Солнечный луч из кухонного окна упёрся в стену, в нём плывут ленивые пылинки. Вспомнил про ручку, упавшую на пол.
Есть чему удивиться. Ручка, и бумага лежат на привычном месте у стены Взял их, на бумаге размашисто записал запомнившееся: «Осторожно. Часы». Из комнаты послышался звук сдвигания табурета и шаги. Вот где он, двойник, успел вернуться пока я бодался с замёрзшим воздухом. Как успел положить ручку, свет притух, с этим множество событий произошло вместе: стемнело, снова ледяной ветер, сильно качнуло, будто проваливаюсь под тёмный, багряный лёд, инстинктивно дыхание перекрыл.
В полумраке стали мелькать живые тени. Жуть! Привидения какие-то...
Вдруг снова толчок, выныриваю из багрового и падаю на колени. Всё снова нормально. Мистика? Я не слетел с катушек, мне всё это просто показалось...
Часы, от которых всё произошло, опасны. Опасна красная кнопка. Нажимать её нельзя! Нужно только нажать тот рычажок на браслете. Нащупал рычажок, надавил, часы загудели, браслет разжался. Снимаю котлы, на них всё равно кроме пульса ничего не светится, только показывают время. На запястье остались розовые пятна в форме звеньев браслета с корпусом. Устройство за предшествующее свечение нагрелось и сохраняет тепло.
А меня знобит, охватила какая-то лихорадочная трясучка. Я – единственный свидетель, спрашивать что произошло больше некого и бояться надо теперь лишь повторения потусторонних фокусов с тусклым кровавым светом, плотным воздухом, холодом и тенями...
Котлы безобидно лежат там, где положил, повода бояться как бы больше нет. Но озноб не проходит. Что за чушь заставляет бояться без повода? Безобидными котлы, разящие хозяина, не назовёшь. Необходимо отвлечься, уж полдень, время обедать, компенсируя пропущенный завтрак. Для реализации годится только Димка Калашников, который и волшебно готовит, и поможет решить возникшие проблемы с котлами. Кличка Профессор ему идёт: брюшко, обширные залысины и умные очки. Знание техники ему ни к чему. Отзывчивость Димки компенсирует всё.
Позвонил, новенькая корейская трубка после сигналов отозвалась неожиданно:
— Завтра-завтра, не сегодня... – голос Профессора раздражённый.
— Чего завтра? – поинтересовался у него.
— А, это ты, Валера!.. – перестал кричать Димка. – С утра шутники поздравляют, я и сорвался. Устал объяснять про день рождения... У тебя-то как?..
Хорошо, что напомнил: завтра друг именинник! А что у меня? Сказал коротко:
— Бомба...
— Бомба? – взбодрился Димка. – Ну-ка колись!
Когда начал, он оживился ещё больше:
— Так они, эти часы, у тебя?.. Давай ко мне! Я сейчас борщ готовлю, пообедаем и разберёмся. Мимо магазина пойдёшь, купи хлеба... – ему самому таскаться по магазинам некогда, просит отзывчивых друзей.
Уходя, забрал смарт с тумбочки. Там осталась пачка бумаги для записей, верхний листок, где писал, чистый, ручка – на полу...
Всё наоборот!
Глава 2. Профессор
Худенький, килограмм за сто двадцать, виртуальная талия под полтора метра, не меньше роста. Димка выглядит мячиком. Любитель за чтением фантастики вкусно перекусить. Тратить время на поход на работу, ему противопоказано. Работу, после получения институтского диплома, нашёл надомную, которая дивидендов особых не приносила, но позволяла иметь свободное время. Избыточная энергия проявлялась в желании всё расследовать и помогать нуждающимся. В конце концов это он даже любит!
С ним познакомился накануне выпуска в Политехе. Меня к нему в гости привёл мой одноклассник. В иные дни к Профессору было не протолкнутся. Он – центр собственной вселенной, в которой всё крутится вокруг него.
Когда достиг Димки, он поинтересовался:
— Ну и где твои часики? – здороваться, как и прощаться, в его доме не принято, никто не замарачивается приветствиями, приходят и уходят, когда кому надо. По-английски. Точнее, как считают сами англичане, по-французски.
Уже на кухне осторожно достал обёрнутые в платочек, котлы, опасался касаться руками опасного прибора.
— Ух ты! – с уважением произнёс Дима, цепляя на нос свои знаменитые очки. Он взвесил в руке и стал вертеть, разглядывать. Не боится пока не узнал что котлы в состоянии сделать.
— Не кустарщина, однако!.. И календарь!.. А браслет золочёный!.. И что значит «реж» и «зап», наверное режим и запись?..
Я с надписями не разбирался, поэтому пожал плечами.
— Инструкция есть? – снова Профессор.
— Ни инструкции, ни упаковки... Так и оказались у меня в руках.
— Разберусь. – заключил и стали разбираться. – Говоришь, псих оружие?.. Это придумали игроманы, в природе такого нет.
Ему видней, спорить не стал. Продолжая держаться от котлов подальше, объяснил детали случившегося, в подробности особо не вдаваясь.
— Увидел двойника? – воскликнул Димка, похоже, он надо мной издевается.
— Померещилось или как, но видел как и тебя сейчас, могу описать в деталях. Видел например, царапину за ухом, которую и в зеркале не видно. Если спятил, то детально.
Но Калашников слушает вполуха, продолжая рассматривать попавшее в руки сокровище.
— Чьё, интересно, производство? Даже названия никакого... – Димка ищет на корпусе с браслетом знаки. Не найдя, сказал: – Хорошо! Будем работать, возьми бумажку с ручкой, записывай...
Я помнил про борщ, но Профессор начал изыскания, его теперь не остановить.
— Пиши: кнопка первая – плюс, икс сто... Так и пиши!..
Пришлось переписать все точки ввода, включая рычажок на браслете, запускающий процесс стягивания. Названия кнопок выгравированы на корпусе в большинстве кириллицей. Последней записал: «11. кнопка без обозначения, большая красная...». Я сам указал на неё в последнюю очередь. И вписал функции. Только последнюю, по понятным причинам, оставил без функций.
Профессор молчит, о чём-то думает. Наконец перевёл взгляд на меня и спросил:
— Вспомни сколько длилось твоё приключение, когда началось и когда закончилось… – к чему это он, я не понял. Просто так без объяснений ничего не могу, поэтому возразил:
— Давай займёмся серьёзно... И не предлагай испытывать.
— Но я-то серьёзно. Так сколько времени тогда прошло?
Снова он без объяснений. Стал размышлять как ответить. За время этого «приключения» меня сбросил с табуретки двойник, я догонял его, прорывался через замёрзший воздух пока не упёрся в дверь, осматривался потом, писал на листке пока опять не завертелось. Прошла вечность! Назвал нечто более-менее реальное:
— Пять минут...
Димка хмыкнул:
— Не путаешь, пять минут, не секунд?
Подкорректировал вниз. Всё равно уже не проверишь! И выдал:
— Может минуту...
Довольный коррекцией, Дима спросил:
— А могло быть, например, четырнадцать секунд?
— Сколько?!! – я возмутился.
— Четырнадцать! – торжествует Профессор, будто эти его секунды имеют важное значение.
Огорчать не хотел, мог бы ещё согласиться на сорок.
— При всём желании, нет! Прошла куча времени…
Димка сник. Только чтобы утешить, сказал:
— Нормальные условия тогда, воздух, свет, длились секунд десять-пятнадцать. Я успел только... – попытался изложить всё, что со мной происходило в эти секунды.
— Точно! – у Димки в глазах восторг! – Ведь все думают, что процесс мгновенный, чик, и там!
— Чик и где? – не понял я.
— Ты ещё не понял?.. – обидно, он считает меня глупым. Но это ведь не так! Поэтому стараюсь угадать о чём все думают, что происходит мгновенно?.. В голове вакуум, пустота.
Профессор, как преподаватель безмозглому первоклашке, продекламировал:
— ПРОЦЕСС ПЕРЕМЕЩЕНИЯ ВО ВРЕМЕНИ! – он фантастики начитался, блин. – Да ты что?! – Дима трясёт меня за плечо, я отмахиваюсь. – Сопоставь факты, подумай, как ты можешь увидеть своего двойника?..
Я кривовато усмехнулся:
— Могу и бабу Ягу... Ты в сказки веришь?
Димка упёрто продолжает вещать:
— Ты сказал двойник твой сперва двигался медленно...
— Сперва он не двигался. Вообще! – исправил его, но Профессор на меня уже не обращал внимания. Он гнал свою линию:
— Смена вектора времени – ёмкий переход, требующий времени и усилий. Необходимо не только остановить время, но и пустить вспять. Ты, Валера, двигался в прошлое, поэтому и видел будущего себя со стороны и он делал всё наоборот...
— Ты просто бредишь!.. И где же та машина, чтобы менять вектор?..
Сказал как мог язвительно, железный аргумент должен заставить Диму вернуться на землю. Но сам споткнулся. Ещё недавно называл котлы машиной времени, любые часы настоящая МАШИНА ВРЕМЕНИ, отмечающая его ход. Впрочем, это только слова, Димке надо придумать что-то иное... А он обрадовался моей заминке:
— Ты понял? Это и есть машина времени! – сунул в руку прибор. Отдёрнуть не успел, часы остались у меня. Они в руке, а я не могу подобрать аргумент, поражающий его глупые доводы наповал. Всё кажется банальным шаблоном, либо глупым и пафосным. Доводы о невозможности вернуть события, он отметёт с лёгкостью, сославшись на столпов физики. Они считали: раз не запрещено, значит возможно или даже реально! Вспомнил житейское, что было когда-то в книжке Громовой и Нудельмана: на машину времени должна работать электростанция!
— Ты Дима, хоть представляешь, сколько сил надо для такого простого перемещения прошлого в настоящее? – обострил я условия и засмеялся.
— Это ты, вирус теплокровный, скачешь взад-вперёд, Вселенную не трожь!
Своими словами он меня не убедил. Вселенная не может единовременно существовать в двух, трёх временах, а котлы не бегают туда-сюда... Возражение осталось только одно, я им и воспользовался:
— Значит, машина времени, говоришь? – я покрутил у него перед носом часами. – Будь любезен, докажи. – и сунул часы ему в руку.
От неожиданности предложения Профессор заморгал, даже замер с открытым ртом. Но быстро оправился и заявил:
— Отличная идея!
И стал пытаться вставить руку в браслет. Четыре пальца кое-как прошли, чтобы наделся, туда надо провести ладонь. Жёсткий браслет для этого не годится. Пытаться помочь бессмысленно.
Наконец Дима стащив с трудом натянутое, протянул часы мне, сказал:
— Давай!
Меня что, вынуждают доказывать свои ошибки? И каким же простым способом? Снова окунаясь в ту жуть? По спине пробежала волна озноба. Профессор увещевал:
— Ну, что ты, ё-моё, как ребёнок!
— Не хочу!.. – по спине пробрала дрожь. – Больше в такое не играю! Это страшно...
Профессор хихикать не стал:
— Я тоже думаю что не готов... Правда страшно?
И этот человек вызвался рискнуть?
— Ты же сказал, отличная идея...
— Просто понял, браслет не по руке… – хитрец заулыбался. Действовал провокатором, за которым напуганный я легко пойду на бойню, ему при этом ничего не грозило.
Попробовал оттянуть окончательное разбирательство:
— У тебя борщ готов, может перекусим?.. – надежда, что согласится, почти призрачная.
— Хорошо, перекусим. – неожиданно согласился он. – А потом с полным рюкзаком будет тяжело. Давай, пока налегке!
Есть хотел, но Димка уже меня настроил. Даже посчитал, что он прав.
— Только надо готовиться. – Профессор всем занимается тщательно. – Прошлый раз стартовал сидя?
— Стартовал?.. – слово «старт» для того, что происходило, не годилось, поправил: – Я нажал красную кнопку? И с табурета улетел...
— Поэтому будешь стоять готовым к броску. И что было потом?
— Потом стало холодно и воздух загустел.
— Оденешься теплее, глубоко вдохни перед красной кнопкой... Дай свой Самсунг, пусть пишет видео! И чтобы ты не говорил: «показалось». Теперь направления! У тебя 1512 было с минусом? И ты скакнул в прошлое. Теперь будет плюс!
— Плюс 1512? – мне так послышалось.
— Если в секундах, то больше двадцати пяти минут, слишком далеко, убавим до двадцати секунд. Это будет легче... И, наконец, время там...
— Где?.. – он оперировал какими-то фантастическими понятиями: «Время там»... В это я не верил.
— Помнишь, что было перед стартом? – спросил Профессор, уходя от ответа.
— Ты, Дима, меня запутал. Я помню шум и у соседей залаял пёс.
— Про пса не знаю, но слух у собак выше. А шум, он оттого, что ты прыгал в прошлое и оказался у порога. Потому что длина прыжка отрицательна. Теперь попробуем в другом направлении, в будущее. Там ты пробудешь... секунд десять?
Профессор интересовался моим мнением.
— Знаешь, надо очухаться, то-сё... Давай минуту! – для солидности подставил свой параметр. Даже при неожиданной ситуации в той «прогулке» у меня было больше времени.
Да, я не верил в переход во времени, но фантазия уже работала, представил как это будет у меня: перескочу через разное мерцание, побуду там и как-то вернусь...
— Ладно, – согласился Профессор. – ставим шестьдесят. Это всё?
Подготовка заняла несколько минут. Одежду, в которой пришёл, Профессор отверг из каких-то «принципиальных» соображений. Теперь на мне была безразмерная куртка и лыжная вязаная шапка Димкиного гардероба, от безразмерных перчаток отвертелся, работать с часами в них невозможно. Но и без этого гляделся чучелом, шапка норовила сползать на глаза, а в куртку с лёгкостью войдёт второй Валера...
И снова мы на кухне. Чтобы не мешало читать, поправил лежащую на столе шпаргалку с подсказками. Вздохнув, надел браслет, щёлкнул рычажком. Часы загудели, браслет притянулся. Профессор, такого не видевший, взвыл от восхищения! Проснулся зелёный огонёк. Батарейка ещё работает. Димка нацеливал смартфон.
А я занялся ключами. Набрал: 20 плюс и плюс 60. Из наезженной колеи выбиваться не стал, тремя кнопками запустил голубой огонёк, отключив эту, как я её назвал, защиту и, глубоко вдохнув, просунул палец под корпус. Будущее, так будущее! Нажал, ожидая изменений. Мы с Димкой напряглись, но ничего не произошло. Только на нижней строчке появилась сияющая красная звёздочка.
— Ну, и что теперь? – интересуюсь у Профессора.
— Ты ошибся, неправильно набрал. Красный цвет – цвет ошибки. Давай, посмотрим... – стал смотреть. – Прикидываю, вроде верно. Может сработал какой-то запрет. Например, находиться там дольше дистанции перехода?
Вмешательства терпеть не сумел, полез сам. После того, как дистанции осталось «19», сунул палец под корпус. Красная звёздочка всё равно светится.
— Меняем дальше... – торопит Димка.
И после нового, ничего не менялось. Часы вышли из строя? Если сломались – хорошо! Я опасаюсь только исправных часов.
Сегмент у основания браслета сработал надёжно, всё погасло, стащил часы со вспотевшей руки. Часы едва тёплые.
— Как хочешь, а часы больше не работают. – выдал Профессору.
— Но двойника своего ты видел! – защищался Димка. – И звуки, шаги в комнате...
— Акустика в домах такая, соседи дверью хлопнут, иду встречать гостей.
Возражал защищаясь, за действительность выдавал желание. Звуки в комнате были, шорохи и шаги...
Дима хмыкнул и почесал макушку. А я скинул с себя знойную одежду и с наслаждением опрокинулся на холодную кожаную спинку дивана. Хорошо!
— Пусть! – согласился наконец хозяин. – Пусть будет борщ! – и пошла работа с обедом.
Димка взял пульт, создал обстановку: включённый телик для него создавал обстановку.
А я сгрёб со стула димкин гардероб, недоиспользованный для фантастических путешествий в будущее и отнёс на место. Вернувшись, вымыл руки, стол уже сервирован.
Борщ Профессора отличный как всегда, если бы он не был инженером, наверняка стал бы поваром-кондитером. После борща пришла трезвость во взглядах, часы уже не пугали. С идеей Профессора согласовывалось только воспоминание о ходящем спиной двойнике и ещё одно мелкое событие: ручка и записка. Первую оторвал и спрятал в кармане, вторую написал сам и она исчезла. Первая осталась в кармане и сравнить их теперь невозможно.
Предъявить, кроме смятой бумажки, нечего. Но именно бумажка убедила. Для того чтобы она возникла раньше написания машина времени просто необходима.
Профессор после еды пребывает в состоянии сытой эйфории. Часы в воронёном корпусе передо мной и решил доказать что Димка прав. Для себя. Как всё можно, мысль моментально оформилась во всех деталях, близких к совершенству. Всё, что случилось, и двойник, и записка, и звуки выстроились в хорошо согласованный причинно-следственный ряд.
Итак: запускаю часы как раньше, отправляюсь по знаку минус в прошлое. И если только не выйдет, пришёл конец часам. А если выйдет... Выйти должно тихо, никто и не заметит…
Смартфон с часами в руку и двинулся к туалету. Димка на меня не обратил внимания.
Почему туалет? Но именно эта точка на долгое время оставалась без посещений, там никто не помешает, ни с кем не столкнусь.
Вдруг попытка станет удачной, перепрыгну, а там никого. Если будет время попробую удивить.
У Димки туалет со своей дверью. Прошёл и заперся шпингалетом. Что бы здесь ни происходило, снаружи слышно не будет... На запястье закрепил часы, стянул браслет. Мигает зелёный. Смартфон взял не зря, буду снимать. Если, конечно, всё сработает...
Пора выбирать куда и насколько. Обед начался шесть минут назад, я прошёл умываться двадцатью секундами раньше. Если поставлю 400, перейду чуть раньше и пяти минут там мне хватит. Набрал: –400 и 300, защиту привёл к синему свечению. Выждал, разрешил съёмку, камеру нацелил на часы.
Тёплая одежда – глупость, насмерть не замёрзну. Свет в туалете включать не стал и серенькое изображение на смартфоне оставляло желать лучшего. Готовясь к толчку, по совету Профессора, стою, не сажусь. Мемент отправки приближается, оставшееся время отсчитываю, как при старте ракеты: восемь, семь, шесть... На последней секунде палец под корпусом, ощущаю лаковую поверхность кнопки... щелчок, для избежания удара качнулся к стене, ослепило синее пламя, взвыл таинственный звук, пробежала дрожь и от меня, как святой дух, отделился бесплотный двойник. Он стоит напряжённый... Камера в руке, глазок на его лицо и сразу на своё... Двойник, справившийся с часами, повернулся спиной и вылетел через дверь. Синяя вспышка! Когда дверь захлопнулась, достаточный свет сохранился.
Что-то беззвучно вибрирует, браслет нагревается. Щёлк! Качнуло снова, свет потускнел. Всё-таки переход произошёл, надо ждать звуки снаружи и определяться по ним. Открывать дверь нельзя. Прислушиваюсь.
Позвякивает посуда, шумит телевизор, Димка накрывает стол. А вот и шаги, двойник подошёл, остановился у двери. Всё как планировал! Пора выходить, дверь не заперта, бесшумно выхожу, закрываю дверь и двигаю за угол. Двойник, выходя из ванной, увидеть меня не должен. Время до возвращения уже тикает.
Пять минут немало, что в это время мне делать? Двойник с Димкой на кухне обедают, остальная территория, пока не вернусь, моя.
Вот гостиная, она Димкой превращена в склад. Два шкафа с раритетными бумажными книжками, доставшимися Профессору от предков. В углу большое зеркало в резной раме, рядом коробки, ящики с каким-то хламом и маленький журнальный столик в окружении диванов. Пол завален разным шуршащим, бесшумно ходить не выйдет, поэтому повернулся, иду в его комнату, как и у меня, кабинет и спальню.
Хожу по кабинету, изучаю обстановку. Мелькнувшая на кухне мысль оставить след, ничего конкретного не предполагала. Думал, определюсь на месте.
Смарт мешает в руке, надо ходить тихо и всё фиксировать. Это надоело, положил смартфон на стул, стал искать глазами. Но любые мысли иссякли. Что предпринять? Время убывает, пора торопиться. Может написать на стенке неприличное слово? Или взять отвёртку, раскрутить стул? Времени хватит и это будет замечено, но так нельзя, грубо, недостойно!
Время утекает беззвучно. На исходе понял, что осталось надеяться только на съёмку смарта. Взял его со стула и вышел в коридор. Момент истины застал там. Рывок, ледяной воздуха и две проскочившие в красном полумраке тени. Переход завершён, глубокий вдох и путь на чужих ногах к Димке на кухню. Кружится голова. Смартфон в руке. Пришло в голову, что зря. Найденный в комнате с уникальными кадрами перехода, он стал бы артефактом!
Дима, когда я вошёл, не отрываясь от «ящика», спросил:
— Чего ж так долго? Верёвку что ли проглотил? – это такая шутка. Вместо объяснений сунул ему в руку смарт. Димка смотрит удивлённо. Я запускаю видео и сажусь рядом, готовый объяснять.
Мы оба уставились на дисплей: на тёмном фоне что-то задвигалось, потом через весь дисплей пронеслась зелёная молния... Это, вероятно, когда рука, в которой смарт полезла пальцем под корпус. Размытое изображение светящихся цифр вернулось и в какой-то момент изображение качнулось, произошла вспышка, промелькнул шпингалет, появилось лицо с опущенными глазами и тут же другое, с кривой усмешкой. После всё стало чёрным и через экран пронеслась зелёная точка, расплывшись в углу экрана. Дежавю... Всё повторилось. Вспышка, шпингалет, два лица... И всё вернулось к моменту темноты.
Пришлось остановить просмотр, третий раз – избыток. Случился сбой, не задевший передачу с камеры на дисплей, я поэтому снимал, расхаживая по квартире с не пишущим смартом.
Димка повернулся ко мне, ожидал объяснений. Признаваться в ошибках нелегко, пришло время признать. Вздохнул и начал:
— Понимаешь, Димыч, я решил, раз в плюс часы не идут...
— Оба-на!.. – перебил Профессор. – Ты – гений!
Это у него издёвка?..
— Действительно, почему не повторить. С минусом было... Ты думаешь, выйдет?
Бред! Профессор, хоть и сообразительный, но не включился. Для него постучал ногтем по дисплею. Он начал включаться.
— Что, получилось?.. – и тут же новая мысль: – Сам остановил или?..
— Или! – ответил уверенно. – Прошёл сбой. Долго был уверен, что пишет.
— А лицо?..
— Что?.. Ах, лицо. Второе лицо моё, первое – тоже, только чуть раньше. – для меня самого такая связь между собой и двойником, стала открытием. Стал оценивать свои ипостаси через движения во времени. Даже начал гордиться собой.
