Quotes from the book «Лолотта и другие парижские истории», page 2

Я считаю, что Париж каждому сам откроется, если человек того заслуживает, и любит его по-настоящему. А если не откроется, значит, и не надо будет приезжать сюда в другой раз. А тот тут прямо как намазано всем.

…В общем-то, я никогда не сомневалась в том, что счастлива – даже когда всё вокруг ломалось и расклеивалось, и любить свою жизнь можно было только под наркозом.

дурь на ровном месте. Ну не можешь пока родить –

Ну что тут сказать – другое время, другие дети!

С годами люди становятся трусливее. Молодым терять нечего - точнее, они не понимают, что могут потерять и сколько оно стоит на самом деле.

...Страх опоздать, быть обманутым, выглядеть смешным растет в нас с каждым годом.

С.123: "Под деревьями там лежат сметенные в кучу человеческие зависимости – шприцы, окурки, банки из-под пива".(Немолодой и некрасивый. 12 апреля)

Я склонился над тёмной водой. На дне реки – старые велосипеды, выскользнувшие из дырявых рук фотоаппараты, ненужные обручальные кольца, краденые телефоны, мертвые тела, ошибки и тайны.

Наши лица скрывают не меньше.

Когда приезжаешь в те места, где жил ребёнком, то ищешь встречи с самой собой. А находишь высоченное небо, степные травы, медленную реку Гумбейку, белёные дома с голубыми ставнями…

Тут ведь дело не в любви, и не в сексе этом, о котором теперь столько разговоров по телевизору – дело в том, что старые супруги после долгой совместной жизни как бы срастаются в одного человека. И когда одна часть этого человека умирает, вторая мучается не только от боли, но ещё и от пустоты, нехватки того, к чему успел привыкнуть.

Ведь даже если ты каждый день проходишь мимо Эйфелевой башни и моста Бир-Хаким, это не сделает тебя счастливой.