Read the book: «Джамал. Его невинная девочка»

Дисклеймер

Возрастное ограничение 18+!

В тексте могут присутствовать сцены насилия, эротики, курения и употребления алкоголя. Все описанные в книге события, заведения и герои вымышлены. Произведение является художественным текстом и не несет в себе целей пропаганды. Автор категорически осуждает любые проявления насилия и вредных привычек. Все герои совершеннолетние!

ГЛАВА 1

Девушки извивались на шестах и на коленях посетителей, восседающих в ВИП-комнате. Мужчины курили кальян, лениво переговаривались о делах. Джамал втягивал в себя приятный вишневый дым, расслабленно сидя на диване. Танцы закончились, как и разговоры о работе. Девушки спустились со сцены и разошлись по рукам мужчин.

Одна блондинка с длинными локонами в вызывающем наряде попыталась залезть Джамалу на колени, но он сухо отстранил её, не особо беспокоясь о её чувствах. Он терпеть не мог, когда кто-то прикасался к нему без разрешения. Девица поднялась и, тряхнув волосами, ушла к другому. Джамал выдохнул дым и отложил трубку кальяна.

— Мне пора.

— Джамал, ты как женился, так таким паинькой стал, что мне за тебя стыдно, — беззлобно захохотал Давид.

— Жена тут ни при чем, я просто не любитель сомнительных связей и их последствий.

Толпа заржала, а кое-кто из девиц недовольно надул губы. Особенно та блондинка, которой он не позволил подойти слишком близко. Домой он ехал, думая об Арине. Она уже должна быть на месте, но звонка он так и не дождался. Набрал её телохранителя, узнал, что жена дома, и только тогда его немного отпустило.

Она встретила его сонной и измученной. Джамал, видя её состояние, не стал отчитывать за то, что не позвонила.

— Что это с тобой?

— Я устала, — вздохнула Арина. — Ты голоден? Я заказала еду, нужно только погреть. Мы с Амиром уже поели.

— Я не голоден. Иди в постель, скоро приду.

Пока он принимал душ, она уснула, раскинувшись на кровати «морской звездой». Джамал не смог сдержать невольную улыбку. Лёг рядом, притянул её к себе и закрыл глаза.

Утром он не нашёл её рядом и снова нахмурился. Опять сбежала на свою учёбу. Это уже порядком начинало его раздражать. Хорошо хоть охрана всегда с ней, иначе он бы точно сошёл с ума от ревности и беспокойства.

Амир уже завтракал и, увидев Джамала, улыбнулся.

— Привет, пап.

— Привет. Как дела в новой школе?

— Всё супер. Арина уже ушла?

— Ушла, — вздохнул Джамал. Арина ускакала, как обычно, даже не поцеловав его.

— Я скучаю по ней. Мы очень редко видимся, хоть и живём в одном доме, — изрёк Амир, и Джамал лишь угрюмо кивнул.

Всё верно. Он, как муж, почти не видит её. Только по ночам, спящую. Пора это прекращать. Сегодня же поговорит с ней, а если не поможет — снова переведет на заочное. Пусть занимается домом. Разумеется, Джамал хотел, чтобы Арина получила образование и состоялась как личность, но у нее явно не было чувства меры. Помимо ВУЗа, она записалась на кучу курсов вроде маникюра и прочей лабуды. Зачем? Она никогда не будет этим зарабатывать. Создавалось впечатление, что она специально забивает график под завязку, лишь бы не пересекаться с ним лишний раз.

Назревал вопрос: почему? Что с ним не так? Или это в их отношениях что-то сломалось?

Вечером он позвонил ей из офиса и жестко распорядился быть дома к его приезду. На все её попытки возразить ответил резким отказом.

Вернувшись, он застал её за шахматами с Амиром. Судя по всему, она проигрывала.

— Неужели я поймал тебя дома, — буркнул он зло.

Амир, почуяв бурю, тут же заторопился к себе:

— Спокойной ночи, папа. Спокойной ночи, Арина.

Сын сгрёб доску и быстро скрылся в своей комнате.

— Что случилось? — спросила Арина, глядя на него своими огромными глазами. Испуганная лань.

— А что, должно что-то случиться, чтобы я мог увидеть собственную жену? — Джамал понимал, что скандалом ничего не добьётся, но ярость требовала выхода.

— Я же учусь… И курсы посещаю. Я хочу соответствовать тебе. Что в этом плохого?

— Соответствовать? Перед кем ты собралась выпендриваться?

— Выпендриваться? — она выдохнула, не веря своим ушам. — Ты серьёзно? Просто хочешь поскандалить?

— Хочу. Хотя бы так заставлю тебя думать обо мне.

Она бессильно опустилась обратно на стул и сложила руки в замок.

— Я не буду с тобой ругаться. И оправдываться тоже не буду.

— Ты будешь оправдываться, если я так захочу. А иначе вместо учебы получишь запрет на выход из дома. Никаких курсов больше. Они тебе не нужны.

— А что мне нужно? Сидеть у твоих ног? Ты ведь за этим забрал меня у отца, чтобы распоряжаться мной, как…

— Договаривай.

— Как вещью какой-то!

— Ну вот. А говорила, что скандалить не будешь. Смотри, как у нас замечательно получается.

— Ты невыносим, — она взглянула на него глазами, полными слез. — Ты тиран, Мусаев!

— Возможно. Но меня уже не переделать. А тебя запросто. Иди в спальню, если мы закончили. Я сейчас поднимусь. Сделай хотя бы это для меня. Жди меня там и забудь о своих протестах.

Арина молча поднялась со стула, её плечи дрожали. Она не проронила больше ни слова, понимая, что любые аргументы разбиваются о его холодную уверенность. Джамал проводил её взглядом, чувствуя одновременно и победу, и горький вкус поражения. Он знал, что она подчинится, но понимал, что её сердце в этот момент закрывается от него на еще один замок.

ГЛАВА 2

— Моя красавица, — прошептал, проводя рукой по плечу, затем ниже.

Она судорожно вдохнула, напряглась, когда он прикоснулся к ней.

— Ты ещё злишься на меня? — спросила тихо и вздрогнула от его прикосновения.

— Нет. Не могу на тебя долго злиться.

— Это хорошо, — попыталась улыбнуться, задержала его руку. — Давай больше не будем ругаться?

— Это зависит от твоего поведения.

— Только от моего? То есть, виновата только я одна?

Джамал убрал руку, шумно, устало вздохнул.

— А что я сделал плохого? Запретил тебе убивать время на ненужных курсах?

Её улыбка пропала, Арина поджала губы.

— Мне нравится познавать всё новое. Что в этом плохого?

— Плохо то, что я тебя практически не вижу. А тебя, похоже, это не беспокоит. Когда я женился на тебе, то пообещал себе, что история с моей первой женой не повторится. А она повторяется. И мне это не нравится.

— Она тебя не любила. А я люблю. Наша история совсем другая, — надула пухлые губы Арина, а Джамал провёл большим пальцем по нижней. Чуть надавил на неё, склонился, чтобы поцеловать.

— Докажи, что любишь. Я хочу это почувствовать.

— Близость — это не только страсть. Это нечто большее, — увернулась от его поцелуя.

— Хватит сыпать цитатами из соцсетей, в которых ты зависаешь. Я люблю тебя. А ты моя жена. Связь улавливаешь?

Она села на кровати и, встав на колени, обняла Джамала за шею, увлекая за собой. Он притянул её к себе, его губы коснулись её шеи. Арина тихо вздохнула, в её движениях сквозил едва заметный дискомфорт.

— Ты торопишься, — прошептал ей на ухо.

— Это ты забыл о нежности, — выдохнула она ему в губы.

— Ты должна любить меня постоянно. Без всяких условий, — его напор стал более властным, заставив Арину издать невольный звук. Он осторожно прикрыл ей рот своей ладонью, усмехнулся. — Тише, стрекоза. Не шуми, Амир ещё не спит.

— Тогда будь со мной понежнее, — притянула его к себе, поцеловала в губы.

Джамал усмехнулся и рывком перевернулся на спину.

— Так пойдет? — спросил он, внимательно наблюдая за её реакцией и не давая ей возможности отстраниться.

— Ты разрешаешь мне вести себя так, как мне захочется? — хитро улыбнулась она, глядя Джамалу в глаза.

— Сегодня я готов прислушаться к твоим правилам, — ответил он, наблюдая за ней.

— Мне это нравится.

Позже, когда в спальне воцарилась тишина, они лежали в обнимку.

— Моя стрекоза, — улыбался Джамал, а Арина, прикрыв глаза, нежилась в его объятиях.

— Так мне можно ходить на курсы? — спросила она, взглянув на него.

— Нет. Тебе хватит и учёбы. Я по себе знаю, как это непросто.

— Ты учился за границей.

— И что?

— Тебе помогал отец… А я сама. Мне нравится постигать всё самой. Не отнимай у меня эту возможность.

— Мы закрыли эту тему, Арина. Больше никаких курсов. Если только закончишь учиться и будет совсем грустно — обсудим. Но к тому времени у нас уже появятся дети. Так что грустить тебе будет некогда.

Арина резко села на кровати, потянула на себя одеяло, пытаясь отгородиться от его слов.

— Почему ты всё за меня решаешь? Я права голоса вообще не имею?

Джамал раздраженно цыкнул. Опять скандал.

— Я глава нашей семьи. Кому как не мне решать?

— А я, может, не хочу пока детей! Что ты на это скажешь?

— Тебе ещё долго учиться. Сто раз передумаешь.

— Ты невыносим! — бросила она ему и вскочила с кровати. — Я в душ!

— Будь осторожна. Не поскользнись там, — бросил он ей вслед, оставаясь в тишине спальни.

ГЛАВА 3

От курсов мне пришлось отказаться. Я себя успокаивала, что это всего лишь на время. Что Джамал сжалится и изменит своё решение. Впрочем и мне стоило бы отдохнуть немного. За желанием быть достойной женой такого серьёзного и влиятельного человека, как Джамал, я теряла себя. Я зверски уставала и совершенно себя не жалела.

- О, привет! – радостно улыбнулся мне Амир, застав за завтраком. – И тебе привет, пап.

- Привет. Садись ешь, - бросил сыну Джамал. Вот кто ещё не жалеет себя, чтобы быть идеальным сыном. Джамал сам виноват. Это он взобрался так высоко, что нам приходилось тянуться за ним.

- Привет, Амир. Как у тебя дела? Всё нормально в новой школе?

- Да, я вчера выиграл олимпиаду, - гордо заявил мне пасынок и украдкой зыркнул на отца.

Тот поднял на Амира глаза.

- Молодец, сын. Я рад, что у тебя всё получается.

- Спасибо, пап.

- Я тоже рада. Ты умница, - похвалила я пасынка, а тот подарил мне ослепительную улыбку. Я подумала, что через пару лет в него будут влюблены все девочки в школе. Есть в нём что-то Джамаловское. Только бы тираном не стал.

- У тебя какие сегодня планы на вечер? – спросил Джамал, хотя знал ответ.

- Никаких, - пожала я плечами. – А что?

- Подбери вечернее платье. У нас вечером выход в свет. Хочу, чтобы жена была рядом.

Мне стало приятно и в то же время немного обидно. Он так и будет решать всё за меня всю жизнь?

- Хорошо. А украшения надевать?

- Обязательно. Хотя ты сама у меня не огранённый алмаз, - взяв мою руку, поцеловал тыльную сторону ладони.

Амир хихикнул и спрятался за планшетом.

- Что такое, сын? – усмехнувшись, спросил Джамал.

- Нет, ничего, - продолжал улыбаться тот. – Вы просто смотритесь красиво.

- Спасибо, - я улыбнулась мальчику.

- Надень на вечер то зелёное платье и изумруды. Помнишь, ты надевала на мой день рождения?

- Думаешь?

- Зелёный цвет очень подходит к твоим глазам. И вообще, ты красивая в длинных одеяниях.

- Кажется, у меня появился личный стилист, - повернулась я к мужу.

Тот допил свой кофе, поставил чашку на блюдце и домработница его унесла.

- Этого мне ещё не хватало, - пробурчал Джамал. – Ладно, я в офис. Дел много. К шести будь готова. Сын?

- Да, пап?

- Будь мужчиной.

- Хорошо, пап.

На пары я не пошла. Взяла вот так и нагло прогуляла. Вместо универа пошла в салон красоты. Навела порядок на лице и теле. Сделала причёску и макияж. Джамалу понравится.

Дождавшись вечера и почти не шевелясь, чтобы ничего не испортить, я аккуратно надела платье и украшения. Встала перед зеркалом во весь рост, довольно улыбнулась и подмигнула своему отражению.

- Мне тоже нравится, - услышала голос мужа, повернулась к нему, немного испугавшись.

- Ты рано.

- Как раз, чтобы собраться. Я устал и мне нужен душ.

- Пойду скажу, чтобы быстро накрыли на ужин.

- Не надо. Пусть только Амира покормят. Мы с тобой на ужине поедим. А то скоро опоздаем.

Выехали мы ровно в семь. Джамал взял водителя и охранника, значит, собирается выпить. Что ж, ему было бы неплохо расслабиться. Как и мне.

Прием был у какого-то местного олигарха, чьё имя я не запомнила. Да и ни к чему оно мне. Я долго бродила за Джамалом за ручку, но вскоре захотела в туалет. Шепнув мужу, что отойду, передала ему свой бокал с шампанским. Он кивнул и продолжил разговор с виновником торжества. Похоже, у них какой-то общий бизнес. Меня это мало волновало.

Выйдя из уборной, поискала глазами мужа, но его не было на прежнем месте.

- Что такая красавица делает одна на этом скучном вечере? – подплыл ко мне молодой парень.

- Красавица не одна здесь, а с мужем. Извините, я пойду, - отшила я молодого мажорика с золотыми часами. Но тот оказался настойчивым и пошёл за мной.

- Послушайте… - начала было я, но он схватил с подноса пробегающего официанта бокал с шампанским, протянул его мне.

- Давайте просто выпьем? И я отстану.

- Ладно, - вздохнула я, снова оглядевшись. Сделала глоток искрящегося напитка и поставила на столик. – Выпили. Теперь я пойду. Мне мужа найти надо.

И тут заиграла нежная музыка, от которой по телу побежали мурашки.

- Я для вас заказал. Давно за вами слежу. Давайте станцуем?

- Не думаю, что это хорошая мысль. Как я уже сказала, я здесь не одна.

- Да. Вы с Джамалом Мусаевым. Его мало кто не знает. А вот вас я вижу впервые и, честно говоря, сражён наповал.

Мажорик начал меня подбешивать. Ровно до тех пор, пока я не увидела мужа, танцующим с какой-то дамочкой в красном, вызывающем платье. Ревность тут же пырнула в сердце ржавым ножом.

Что он себе позволяет? А я? Зачем тогда привёл меня сюда?

Сжав челюсти, я повернулась в мажорику.

- Ладно, один танец и я больше вас не увижу.

- Как скажете, - с хитрой улыбкой пообещал мажорик.

Он повёл меня в центр зала, бережно удерживая за талию. Благо не опустил руки ниже. С такого станется.

- Я Тим. А вы…

- Арина.

- Красивое имя, Арина. У вас всё красивое, включая осанку и умение завлечь мужчину.

- Я вас не завлекала.

- А давай на «ты»?

Я вздохнула. Парень явно моего возраста. Умеет прилично общаться. Да и муженёк мой загулял с другой дамочкой.

И как только я об этом подумала, Тим был вырван из моих рук и улетел в другой конец зала. А предо мной вдруг из ниоткуда появился разъярённый муженёк.

ГЛАВА 4

Взяв меня за руку, он повел прочь из зала, где каждый второй заметил произошедшее с Тимом. Джамал шел быстро, и я едва поспевала за ним, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов.

— Мне неприятно! — сказала я, краснея от этого внимания.

— В машину садись, Арина. Быстрее, — его голос звучал строго, но он не применял силу, просто задавал темп, которому я не могла не подчиниться.

— Джамал! — попыталась я возразить, но он словно не слышал. — Ты сам танцевал с той женщиной в красном платье!

Он подвел меня к автомобилю и открыл дверь. Его движения были резкими, порывистыми, хотя он старался действовать аккуратно. Все еще держал себя в руках, но его нервозность его выдавала.

— Это бизнес, Арина. Так решаются дела. Мне допустимо проявлять внимание к партнерам по работе. Тебе нет! — не дожидаясь моего возмущения, от которого у меня перехватило дыхание, он помог мне сесть в салон и сел рядом. — Поехали! – бросил водителю.

Прижавшись к двери, я со слезами на глазах смотрела на ночной город. Мимо пролетали огни и толпы людей, спешащих к своим семьям.

— Ты не должна была так поступать. Тем более с парнем, чей отец устроил этот приём. Я из-за этой твоей выходки могу потерять выгодный контракт, — Джамал заговорил спокойнее, но в его тоне всё еще сквозило сильное раздражение.

— Ты потерял контракт не из-за меня, а из-за своей спутницы в красном, — я смахнула слезу. — Я больше никуда с тобой не пойду.

— Пойдёшь, если это будет необходимо для дела.

Я покачала головой. Какой же он упрямый и непробиваемый.

— Ты и с первой своей женой так обращался?

Он открыл мини-бар и достал бутылку воды.

— На, выпей и успокойся, — себе он плеснул немного виски.

— Я совершенно спокойна. Это ты всё испортил своим поведением.

— Хватит пререкаться. Просто выпей воды.

— Не хочу я твою воду, — я отодвинула бутылку и демонстративно отвернулась к окну.

— Я приревновал, — неожиданно признался он. — С той женщиной у меня исключительно деловой интерес. Ничего такого, что могло бы тебе не понравиться. А ты танцевала с этим щенком просто так. Мне назло. Это была плохая затея, Арина. Ты же знала, как я отреагирую.

— Не знала! Я не думала, что ты станешь устраивать сцены на глазах у людей, с которыми работаешь. Это было некрасиво и унизительно для меня! Я не заслужила такого отношения!

— Да ладно? Забыла, как я забирал тебя из развеселой компании? — он ударил по самому больному, и я сглотнула вмиг появившийся ком в горле.

— В том была виновата твоя тётка!

— Она виновата в том, что тебе что-то подсыпали. Но на ту вечеринку тебя никто силой не тащил. Ты сама решила пойти развлекаться. Напомнить, в каком виде ты там была?

Я обняла себя руками, пытаясь защититься от его слов. Две слезинки упали на шелковое платье, оставив темные пятна.

— Ты вечно будешь мне это припоминать?

— Если еще раз увижу тебя рядом с другим, я просто запрещу тебе посещать подобные мероприятия. Я не шучу, Арина.

— Это несправедливо!

— Будет так, как я скажу. Ты должна вести себя достойно. Предупреждаю тебя в последний раз. Моя жена не будет меня позорить и флиртовать с другими мужчинами.

Я замолчала, не желая больше с ним спорить. Шмыгнула носом, вытерла щеки. Джамал лично открыл мне дверь, подал руку. Я её не приняла, сама вылезла из машины и зашагала к дому.

Нас встречал Амир. Сначала заулыбался, потом улыбка сошла на нет. Видать, выгляжу я не особо шикарно. При том что уезжала, как королева. Умеет Джамал испортить настроение.

— Вы рано вернулись, — попытался заговорить со мной пасынок, но я, сдерживая слезы, поспешила наверх, в спальню.

Пока поднималась, слышала голоса Джамала и Амира. Последнего послали в его комнату. Говорю же. Контролирует всё. Даже ребёнка держит в ежовых рукавицах.

Наспех ополоснувшись и переодевшись в ночнушку, я нырнула в постель, отвернулась к стене. Слышала, как он вошёл в комнату, зашуршала одежда. Я притворилась спящей.

— Арина, — позвал он тихо. — Я знаю, что ты не спишь.

Я не ответила, продолжая лежать неподвижно. Он подошел ближе, присел на край кровати.

— Давай забудем обо всём, — прошептал он. — Я не хочу, чтобы между нами была эта стена. Ты моя жена. Я тебя ревную. Понимаешь? — посмотрел на меня, но я отвернулась. — Ты моя, — повторил он тише.

Я почувствовала, как он попытался приблизиться, но напряглась, отодвинулась дальше к стене.

— Не надо, — тихо сказала я. — Не сегодня.

Мусаев замер, словно обдумывая мои слова. Для него это было непривычно - получать отпор. Ведь в его глазах я была той, чью судьбу он полностью взял под свой контроль.

Он молча встал, постоял несколько секунд в нерешительности, глядя на меня сверху вниз. Затем развернулся и ушёл в ванную, не сказав больше ни слова.

Я отвернулась к стене, поджала ноги и, поплакав пару минут от обиды и бессилия, уснула в одиночестве и холоде нашей просторной постели.

ГЛАВА 5

— Доброе утро, — послышался совсем рядом голос мужа. Я повернулась набок и встретилась с его взглядом. Не заспанный. Значит, давно так лежит и наблюдает.

Для меня утро добрым не было. На душе всё еще висел тяжелый груз вчерашней ссоры, а глаза пощипывало от бессонной ночи. Кошмары не давали покоя до самого рассвета.

— Здравствуй, — холодно бросила я и попыталась встать, но его рука на моей талии лишь крепче сжалась, притягивая меня к его горячему, твердому телу.

— Разве так приветствуют мужа?

— А что тебе не понравилось?

— Выражение твоего лица. Со мной ты должна быть открытой, а не ледяной, как айсберг.

— А мне не понравилось твое поведение вчера. И не один раз.

— Ты сама виновата. Не стоило меня злить. Ты знаешь, что я не выношу, когда ты с кем-то другим. Зачем дразнила?

— Хотела, чтобы ты почувствовал то же, что и я, когда увидела тебя с той женщиной! Жаль, я не могу ответить тебе тем же! — я вспыхнула, рванулась, чтобы наконец высвободиться, но он всё еще удерживал меня.

— Не торопись. Мы не договорили. Мне плевать на твои обиды. Будешь делать мне назло — будешь за это отвечать. Поняла? — его голос стал жестче. — Я не слышу ответа.

— Поняла! — резко бросила я, и Мусаев наконец разжал пальцы.

Я тут же соскочила с кровати, накинула халат и, не глядя на него, почти сбежала в ванную. Когда спустилась к завтраку, Амир и Джамал уже сидели за столом. Я улыбнулась мальчику, потрепала его волнистые волосы.

— Привет, — улыбнулся он в ответ. Золотой ребенок. Мне было до боли жаль осознавать, что Джамал со временем подчинит его своей воле, превратит в подобие себя. Если бы я только могла это изменить. Но я, увы, пока даже за себя постоять не в силах.

— Приятного аппетита, — пожелала я Амиру и демонстративно села не на то место, которое подготовил Джамал, а рядом с сыном. Муж наградил меня тяжелым взглядом, но промолчал.

— Сегодня я задержусь в офисе. Есть дела. Занимайтесь своими обязанностями. И без выходок, Арина. Никаких танцев и лишнего внимания к другим.

Мои щеки обожгло стыдом, потому что в этот момент на меня посмотрел Амир. Он уже всё понимает, и эти слова Джамала при нем были ударом ниже пояса. Я не выдержала.

— Ты тоже там не танцуй с женщинами в красном. А то подам на развод.

— И кто тебе это позволит? — он усмехнулся почти издевательски. — Однажды ты уже сказала «да». Теперь поздно что-либо менять. А сбежать не получится.

— Как твоя первая жена? — уколола я его и тут же пожалела. Не стоило говорить этого при Амире. Ему, наверное, больно вспоминать о матери, которая его оставила.

— Её я не искал. А тебя найду за пару часов. И тогда ты пожалеешь о своем поступке. Доступно объясняю? Не слышу! — он повысил голос, и я невольно сжалась, поперхнувшись чаем.

— Доступно, — выдохнула я.

Амир вскочил и быстро ушел, так и не доев завтрак. Мне стало невыносимо стыдно перед мальчиком. И кто меня за язык тянул?

— Ну, Джамал, ты и… — злобно выдохнула я.

— Кто я? Ну-ка?

— Эгоист!

— Это я сейчас напомнил ему о матери? Или ты? Так кто из нас виноват в его плохом настроении?

— Ты виноват! Ты меня до этого довел!

— Полегче с выражениями. Не то вообще запрещу тебе выходить за порог.

— Да что ты? Может, сразу прикажешь запереть меня здесь под замком?

— Если еще раз увижу тебя в сомнительной компании, разговор будет серьезным. Так и знай.

Мои губы задрожали, я отвернулась, чувствуя, как щеки обжигают слезы. Мы просидели в тишине минут пять. Я думала о том, что обидела Амира, а Джамал, наверное, придумывал, как меня проучить.

— Я пойду, — я поднялась на ослабших ногах.

— Сядь, — тихо, но властно приказал муж.

Я опустилась обратно, затравленно глядя на него.

— Я запрещаю тебе выходить сегодня из дома.

— Но мне нужно на пары! — горячо возразила я, уже проклиная себя за то, что ввязалась в этот спор.

— Прогуляешь, ничего страшного. Ты наказана. И не забудь извиниться перед моим сыном. Ты не имеешь права так говорить о его матери. Отвечая на твой вопрос: нет, я не был с ней груб. Она ушла, потому что не любила меня. Ей не нужны были ни мои подарки, ни моя забота. Ей хотелось свободы — она её получила, и мне плевать, где она. Но с тобой этот номер не пройдет. Ты моя. И даже не думай о побеге. Понятно тебе?

— Ты изменился… С тех пор, как я лежала в больнице после ранения. Ты был ласковым, любящим. Что случилось потом?

Я знала ответ. Тот случай на студенческой вечеринке перечеркнул всё его доверие. Его ревность превратилась в манию, а любовь — в золотую клетку.

— Как я уже говорил, ты не заслужила моего доверия. Ты могла прийти ко мне в том платье. Но ко мне ты не пошла. Ты отправилась развлекаться, напрочь забыв об учёбе, за которую сейчас так цепляешься. Ты записалась на все эти курсы только для того, чтобы не проводить время со мной. Хотя раньше тебе это очень нравилось.

Джамал поднялся и на мгновение замер над столом, возвышаясь надо мной. Я шмыгнула носом и быстро вытерла слезы.

— Джамал, я…

— Не надо. Не нужно этих слез. Я тебе не верю. Иди и извинись перед Амиром.

Он резко отодвинул стул, преграждавший ему путь, и направился к выходу. Я бессильно опустилась на край своего стула и растерянно посмотрела на остывшие тарелки с омлетом. Завтрак был окончательно испорчен. В доме повисла тяжелая, давящая тишина. Никто из нас так толком и не поел.

ГЛАВА 6

Поговорить с Амиром я пришла с большой банкой мороженого. Постучала в его дверь, услышала «да» и вошла.

- А я тут решила мороженого поесть. Только банка для меня великовата. Поможешь? – я подняла руку с двумя ложками, а Амир поджал губы. Обиделся. – Слушай, ну прости меня. Я вовсе не хотела упоминать твою маму в споре. Просто так получилось… Нехорошо получилось, согласна. Позволь мне загладить свою вину?

- Проходи в комнату, - вздохнул Амир, и я радостно впорхнула внутрь. – Разве ты не следишь за фигурой? – спросил он, глядя, как я набираю полную ложку мороженого и отправляю её в рот.

- Слежу. Но когда очень хочется, то можно.

- Ясно, - улыбнулся Амир, взял свою ложку. Повторил мой манёвр, замычал от удовольствия. – Вкусно.

- А то! Я умею выбирать сладости.

- Хорошо. Так и быть, ты прощена.

Я заглянула в глаза Амира, увидела там отражение Джамала. Мальчик очень похож на отца. Только намного добрее.

- У тебя глаза твоего отца.

- Это как?

- Глаза цвета кофе с черными крапинками. Очень глубокий, говорящий взгляд.

- Это хорошо или плохо? – посмотрел на меня с интересом.

- Это хорошо. Наверное. Красиво.

- Тогда почему ты грустишь сейчас и ругаешься с отцом? Он ведь тебя всё равно не отпустит. Я его хорошо знаю. Он любит тебя.

- Я так не считаю… Любил бы, был со мной помягче.

- Он и со мной такой, хотя я знаю, что любит. Просто он привык держать всё в своих руках. И он ревнует тебя. Ты с кем-то танцевала, да?

- Да, но…

- Вот видишь? Папа не любит делиться своим. А ты уже его.

Я отложила свою ложку, вздохнула.

- Иногда мне кажется, что он душит меня этой своей любовью.

- Он понимает, как ему повезло. С моей мамой всё было иначе. Она постоянно ругалась и кричала, что ненавидит нас. И в итоге ушла. Если ты так же бросишь папу, он этого не выдержит. И не простит тебя.

- Я тоже не хочу уходить. Я люблю вас, - взяла его за руку, отставив мороженое на журнальный столик. – Но мне очень тяжело с твоим отцом… Очень.

- А ты попробуй не ругаться с ним, - хитро улыбнулся Амир. – Он вспыльчивый, но быстро отходит. Если, конечно, твоя вина не так велика. Сделай это и увидишь совсем другого Джамала Мусаева.

Про себя я улыбнулась. До ручки дошла, взяла себе в психологи школьника. Но если подумать… Он прав. К Джамалу очень легко подмазаться. В нём нет зла. По крайней мере к семье. А я ведь его семья, так?

- Знаешь, я ты дело говоришь. Я попробую с ним помириться.

- Отлично, - улыбнулся паренёк, отправил в рот ещё ложку мороженого.

*****

Джамал докуривал вторую сигарету, морщился от неприятного дыма. Никогда не понимал, как курение может быть зависимостью. Затушил в пепельнице окурок, позвал Лару.

Та тут же появилась на пороге с подносом с кофе и конфетами.

- Я принесла вам кофе и сладенького.

- Принесла – давай, - кинул ей раздраженно.

Лара хорошая работница и меньше всего он хотел срываться на ней. Но сегодня всё бесило.

Арина эта, глупая. На развод она подавать решила. Ага. Сейчас.

Но как бы он не злился на неё, всё равно понимал, что сам тоже виноват. С ней надо помягче. Она, по сути, ещё очень молода. А он взрослый мужик. Это ему надо найти к ней подход, но эта гордыня проклятая не позволяет. Ещё он за собственной женой бегать будет. Как бы не так.

Взял в руку телефон, повертел его пальцами. Вздохнул, набрал её номер.

Первый гудок, второй, третий… И сбой вызова. Набрал ещё раз. Та же фигня. Она обиделась, видите ли. На звонки решила не отвечать.

- Пошла ты! – швырнул телефон на стол, снова позвал Лару через коммутатор.

Та появилась в двери через секунду.

- Принеси мне рокс и виски.

Обычно на работе он не пил, потому и не нашлось этой гадости в кабинете.

- Сейчас всё будет! – с готовностью ответила Лара и поспешила выполнять задание.

Ещё через пять минут перед ним стоял стакан и бутылка виски. Плеснул тёмного вискаря в стакан, осушил его. Откинулся на спинку кресла, закрыл глаза.

Легче стало только физически. Больше не болели рёбра, сжимая сердце. Тело расслабилось. Но только тело. В душе с тало ещё гаже. Словно он нашёл на улице щенка и обидел его.

Налил ещё раз, на этот раз побольше. Выпил и закрыл глаза.

В дверь тихо постучали.

- Я вам принесла немного закусок, - Лара поставила на стол сырную и мясную тарелки. – Лучше, конечно, к вину, но…

- А ты хочешь вина? – спросил, оглядывая её сверху вниз и понимая, что барышня не на его вкус. Но если выпить ещё раз…

- Я же на работе, - Лара смущённо улыбнулась.

- Когда начальник разрешает – можно. Иди за вином.

ГЛАВА 7

Похмелье накрыло резко и больно. Голова звенела так, словно там в гонг били. Выругавшись сквозь зубы, поднялся, сел на диване. А потом осознал, что он не дома. Он в своём кабинете. Домой, значит, так и не поехал.

На полу лежал женский шарф. Провёл по лицу ладонью, потянулся к столу за минералкой, заботливо оставленной Ларой.

— Так, стоп! — тормознул сам себя и снова перевёл взгляд на шарф. — Какого… Чтоб тебя, — выдохнул зло, упал на спинку дивана. Осмотрел себя — одет. Но это далеко не факт, что у него с Ларой ничего не было.

Попытался вспомнить вчерашний вечер. Память была туманной, обрывочной.

На столе стояла полупустая бутылка вина. Губная помада на бокале. И он выпил пару бутылок виски. Немало как для человека, который практически не пьёт.

Тряхнул головой, взял ручку со стола и брезгливо поднял ею шарф. Чтоб тебя, Лара. Неужели что-то произошло с этой назойливой девицей? Серьёзно?

Шарф отправился в урну, а он присосался к бутылке с минералкой. Видать, хорошо провели время, раз так озаботилась его состоянием. Но тут настигла проблема.

Он женат.

Женат на самой красивой и привлекательной девушке. Он обещал её не предавать. И тут же, возможно, изменил с секретаршей.

Потянулся за телефоном — пять пропущенных от Арины. И ни одного принятого звонка. Опять бросил взгляд на урну. Его, кажется, преследуют последствия вчерашнего.

Интересно, что там уже накрутила себе Арина? И что сделала ему в ответ?

*****

Я стояла у плиты, сжимала деревяную лопатку дрожащей рукой.

- Привет! – на кухне появился Амир. – А где повар?

- Привет. Повар приболел. Простыл, кажется. Так что, я сегодня за него. Можно, конечно, сходить в ресторан, чтобы не отравиться… - попыталась пошутить я, но ни мне, ни Амиру смешно не было.

- А папа? Уже уехал?

- Ага. Решил не рисковать, - ещё одна тупая шутка и я прикусываю губу до боли, чтобы позорно не разреветься.

- Странно. Я всегда слышу, когда он приезжает ночью. Сегодня не слышал.

Я вздохнула. Кто я такая, чтобы скрывать правду от его сына.

- Он, наверное, на работе остался. Заработался… Я думала, что он был ночью дома, но видимо ошиблась… - завралась, я бы сказала.

- Это не похоже на папу. Вы снова поругались?

- Мы и не мирились, - проворчала я, раскладывая по тарелкам омлет с ветчиной. – Держи свою порцию.

- Спасибо, - Амир взял тарелку, отрезал кусочек омлета и отправил его в рот, - Ммм, вкусно! – улыбнулся.

- Ну и ладненько, - я села напротив со своей тарелкой, только есть не хотелось. Всё думала о Джамале. О том, как он и где… А главное, с кем? Уж не с той ли дамочкой в красном? Но разве я не лучше? Я же жена. Я моложе и … Полная дура, вот кто я. Сама спровоцировала его на скандал, прекрасно зная, кто такой Джамал Мусаев.

Но ведь он говорил, что измена – это подло и он никогда до этого не опустится. Значит, ничего не было? Он просто ночевал… где-то. Возможно в гостинице.

Я поеду к нему на работу и всё выясню. Он не станет мне врать.

- Амир, у тебя сегодня выходной?

- Угу, - проворчал он с набитыми щеками.

- Побудешь дома один? Буквально пару часов. Мне нужно съездить к твоему папе.

- Не вопрос. Миритесь давайте, - улыбнулся задорно мальчик и я не выдержала, потрепала его за нос.

Уже через час я была у офиса Джамала. Вся разодетая и расфуфыренная, чтобы в случае чего он понимал, что теряет. На самом же деле мне хотелось хоть немного уверенности в себе. Я чувствовала себя нашкодившей школьницей.

На ресепшене как раз никого не было, и я прошмыгнула в кабинет Джамала. Тут же увидела его, сидящего с бутылкой воды на диване, улыбнулась, решив не упрекать тем, что он ночевал не дома. Нам важно помириться, чтобы впредь такого не случалось.

- Привет.

Он как-то растерянно взглянул на меня, потом на часы. Словно потерял счет времени.

- Привет. А ты что здесь делаешь?

- Пришла мириться, - поджала губы я. – Тебе не кажется, что нам нужно найти общий язык?

Он зыркнул на журнальный столик с кучей бутылок, резко поднялся.

- Ну раз мириться, тогда пойдём в кафе на третьем этаже. Они уже открылись, а я голоден, как волк.

Я обратила внимание на то, что одет он в помятую одежду и чувствуется запах алкоголя. И это меня поразило. Джамала таким можно увидеть раз в жизни. И то, не каждому так повезет. Это всё из-за меня?

Значит, любит? Переживает?

- Пойдём, - я почти насильно вложила в его руку свою, зашагала за Джамалом.

В кафе он назаказывал себе едва ли не половину меню и странным образом всё съел.

- Кажется ты ужинал только спиртным, - укоризненно взглянула на него.

- Им самым.

- Ну тогда понятно, почему ты в таком виде. Может ну ее, эту работу? Поедем домой, полежишь в ванной, отоспишься нормально?

Джамал ненадолго застыл на мне взглядом.

- Хорошая идея.

- Правда? – слишком радостно заулыбалась я. – Ну так поехали!

ГЛАВА 8

Она лежала рядом, в лёгкой пижаме, спокойная и красивая. Ещё совсем молодая, но уже такая притягательная, что трудно было оставаться равнодушным. Только Джамал запретил себе сближаться с ней. Сначала нужно сдать анализы и убедиться, что ничего не подхватил. Он так ничего и не вспомнил, а ведь мог натворить дел. И не факт, что вёл себя осторожно — со дня свадьбы он вообще не думал о таких вещах, не видел в этом смысла. На благоразумие Лары надеяться не приходилось: вряд ли она озаботилась бы последствиями.

— Ты расслабился после ванны и выглядишь как…

— Кусок дерьма, — закончил он за неё.

— Нет. Я хотела сказать — усталым, — Арина потянулась к нему, но Джамал перехватил её запястья и мягко отстранил.

— Не сейчас, ладно? Я с похмелья. Кажется, отравился. Извини.

— Может, вызвать доктора? — её милое лицо выражало испуг и искреннее беспокойство.

Совесть грызла Джамала, как последнюю скотину. Какого лешего он вообще решил напиться? Да ещё и с секретаршей. Бред.

— Не надо никаких докторов. Сам очухаюсь.

— Несносный, — вздохнула Арина. — Разреши хотя бы поухаживать за тобой.

В этот момент Джамал окончательно понял: он никогда не признается ей в измене. Ни за что. Потерять её доверие или её саму — хуже самой страшной пытки. Первым делом нужно распрощаться с Ларой, пригрозив ей молчать. Вторым — клиника. А дальше будет видно.

— Ты какой-то задумчивый, — прошептала она ему на ухо и поцеловала в щёку. Сердце Джамала сжалось от острой вины.

— Выпила бы ты столько вискаря, я бы на тебя посмотрел.

— А я думала, ты вино пил. Там на столе вроде винная бутылка стояла…

Сердце Джамала рухнуло куда-то вниз. Только этого не хватало.

— Тебе показалось, — бросил он. Сможет ли он так же легко отмазаться, если она узнает всё? Нет, нифига. Она не узнает. Он этого не допустит.

— Да? Ну ладно… А что ты хочешь на обед?

Её внимания он хотел. И заботы, и прощения.

— Мясного стейка будет достаточно. Только не готовь сама, закажи. И узнай, что будет Амир.

— Хорошо, я мигом.

Джамал с горьким сожалением смотрел на удаляющуюся жену и готов был взвыть. Ну зачем ему сдалась эта Лара? Их даже сравнивать бессмысленно, Арина выигрывает по всем параметрам.

Через полчаса жена вернулась и отчиталась, что еда заказана, а на стол уже накрыто. Осталось только дождаться курьера.

— Спасибо, — Джамал к этому времени переоделся в домашний костюм, стараясь вернуть себе хотя бы видимость комфорта.

— О, тебе уже легче? — Арина улыбнулась и нежно обняла его за талию. От этой ласки на душе стало еще тяжелее.

— Не настолько, чтобы ко мне приставать. Имей совесть, лезешь к больному человеку, — пожурил он её, стараясь придать голосу шутливый тон, хотя внутри всё выло от паршивого предчувствия.

И оно не обмануло: зазвонил телефон. Взглянув на экран, Джамал похолодел, это была Лара. Только её сейчас не хватало.

— Да! — ответил он подчеркнуто грубо, отстраняясь от Арины. Жена тут же переключилась на домашние дела, принимаясь собирать вещи в гардеробной.

— Шеф? Здравствуйте. Как ваш выходной? Мой проходит как-то скучно… И еще, кажется, я оставила у вас в кабинете кое-что из одежды.

Джамала будто кипятком ошпарили, а следом в ледяную прорубь толкнули. Проклятье.

— Слушай меня внимательно, — он быстро зашел в ванную и осторожно прикрыл дверь. — Всё, что было ночью - забудь. Сотри из памяти. Иначе я из-под земли тебя достану, поняла?

— А ночью вы были куда ласковей, — промурлыкали из динамика. — Хотя временами вели себя как настоящий зверь. У меня еще никогда не было такого… Приедете сегодня, шеф?

— С этой секунды я тебе не шеф. За расчетом придешь завтра, заодно напишешь заявление по собственному. Попытаешься вякнуть хоть слово - я тебя на куски разберу. Усекла?

— Но…

— Усекла, я спрашиваю?!

— Нет. Не усекла. И ты ничего мне не сделаешь. Если со мной что-то случится, моя подруга…

— Плевать мне на твою подругу! — рявкнул он в ярости, на мгновение забыв, что Арина совсем рядом. — Завтра в двенадцать чтоб как штык была в офисе!

Он сбросил вызов, рывком открыл дверь ванной и… буквально столкнулся с Ариной, которая стояла прямо перед ним.

— Ты на кого так кричишь? — она смотрела на него широко распахнутыми глазами, а он лихорадочно пытался определить, сколько она здесь простояла и что именно успела расслышать.

— Да так. Работница одна. Уволил, — бросил он, стараясь придать голосу будничное равнодушие.

— А-а-а… Понятно, — Арина, кажется, поверила, и Джамал едва не выдохнул с облегчением. — Пошли есть, доставка уже приехала.

— Пошли, — телефон в руке снова завибрировал. — Иди, Амира позови. Я сейчас догоню.

— Хорошо, — Арина чмокнула его в щеку и поспешила к двери.

Джамал дождался, пока шаги жены стихнут, и опустил взгляд на экран.

«Я так просто не отстану. И угроз твоих не боюсь. На моем крючке разные рыбки бывали. С тебя полмиллиона долларов, иначе твоя любимая жёнушка узнает о нашей незабываемой ночи».

Холодная ярость затопила сознание. Она не просто забыла шарф, она методично готовила капкан. Теперь вопрос стоял не только в его измене, но и в безопасности его семьи. Джамал понимал: если он заплатит один раз, она будет тянуть из него деньги вечно. Но если он не заплатит - Арина узнает всё.

ГЛАВА 9

Лару он дождался вовремя. Она вошла в его кабинет, даже не постучавшись.

— Доброе утро, шеф! Вот, пришла. Как велели. За деньгами.

Джамал сжал зубы, сквозь них процедил:

— Ты что, совсем обнаглела? Что за ситуацию ты вчера мне устроила? — хотел встать, чтобы выставить её за дверь, но сдержался, не желая прикасаться к этой девице.

— Не волнуйся, милый, ты не первый. И не последний. До тебя были простаки и после тебя будут.

Джамал улыбнулся уголком рта. Какая самоуверенность.

— Ну давай, — откинулся на спинку кресла, взял пальцами ручку. — Рассказывай свою схему.

— А ты зря такой спокойный. Еще ни один от меня не уплывал, — она достала из сумочки фотографии, бросила ему на стол. Вытащив из пачки сигарету, прикурила.

— В моем кабинете не курят. Затуши, иначе я затушу сам, — его голос звучал тихо, но угрожающе.

Она вздохнула, затушила в блюдце с чашкой из-под кофе.

Он улыбнулся шире. Просмотрел фотографии, на которых он, конечно же, в компрометирующих позах с этой девкой. Его лица не видно толком. Фотографии сделаны так, словно он участвует во всём этом добровольно. Его рука на плече женщины, собственная голова откинута на спинку дивана, словно он расслаблен от происходящего. Куча фоток и на всех выглядит он неприглядно, как человек, предающий жену. Некрасиво.

— Ну и чем ты меня накачала? По старинке? Или что-то поновее? От чего у меня так башка трещала?

— По старинке, — улыбнулась ярко красными губами она.

— Ты хоть понимаешь, что я с тобой сделаю?

— Не боюсь, — облокотилась локтями об стол, усмехнулась стервозной ухмылкой. — Я работаю не одна. У нас всё отработано от «А» до «Я». Если ты что-нибудь сделаешь со мной, нужная информация пойдёт во все возможные инстанции, может полицию ты и не боишься, но есть ещё прокуратура и люди повыше. А главное, эти фотографии увидит твоя молодая женушка. Как думаешь, какой будет её реакция?

— А ты молодец. Сработала красиво. Сколько ждала этого?

— С самого первого дня своей работы здесь. Не на зарплате секретарши же мне сидеть.

— Ясно. И сколько таких ты обработала?

— Достаточно, чтобы называть себя профессионалкой.

Её улыбка не раздражала. Напротив радовала. Будет интересно посмотреть на неё, когда она поймёт свою ошибку и будет умолять о пощаде.

— Так сколько, ты говоришь, я должен тебе и твоей компании?

— Пятьсот, — она облизнула губы и снова облокотилась на стол. — Но за эти деньги я могу оказать тебе дополнительные услуги. Ты мне понравился. Не то, что раньше были — жирные, неприятные типы с отталкивающей внешностью. Ты красивый, мужественный. Я даже хотела оставить тебя себе, но конкурировать с твоей жёнушкой было лень.

— Почему же? Внешностью не вышла? — подался вперёд, ей навстречу. — Или понимала, что проиграешь? Я бы в жизни не обратил на тебя внимание, если бы ты меня не опоила. Поняла?

— Поняла, — её улыбка исчезла. — А за грубость с тебя ещё сто тысяч. И не говори, что у тебя все деньги в бизнесе. Знаю я таких. Всё у тебя есть.

— Тут ты права. Всё у меня есть. Но у меня уже есть и женщина, на которую я буду тратить свои деньги. А тебе я даю шанс уйти. Сейчас. Сию минуту. И сжечь все фотографии, которые ты припасла для моей жены. Я жду ровно двадцать секунд, потом всё. Возможности такой не представится.

Она издевательски растянула губы, как-то немного неуверенно.

— У меня связи в прокуратуре. Откупиться не выйдет. И если я вовремя не позвоню своим людям…

— Да-да. Это я уже слышал. Значит, ты отказываешься от моего гуманного предложения? — глянул на часы.

— Отказываюсь.

— Отлично, — поднялся с кресла, девушка соскочила со стула. Испугалась, что он применит силу. Но он пошёл к двери, приоткрыл её и в кабинет вошли двое сотрудников службы безопасности.

— Ты что, серьёзно? Или думаешь, что я с тобой играю? Ты хоть представляешь сколько проблем тебя ждёт, если ты меня тронешь?! — её глаза стали шире, а стервозная ухмылочка исчезла. Остался только страх. Но она до сих пор не верила, что Джамал её не отпустит. А того в своё время отец учил истине — никогда не вестись на предложения шантажистов. Это паразиты, которым всегда будет мало. Они будут, как пиявки, высасывать из тебя всё. Эх, отец… Ты ведь был таким умным. Как же ты попался так?

— В переговорную её. Телефон изъять, пусть посидит и подумает о своём поведении, — отдавал он указание своим людям, хотя те уже и так знали, что делать. Джамалу нравилось видеть страх на её лице. — А друзей твоих я найду тоже. Причем явно скорее, чем ты ожидаешь. Ты сама им позвонишь. В переговорную её!

ГЛАВА 10

Он заехал за мной лично. Подъехал почти к самому порогу универа, что категорически не понравилось охраннику, но сделать последний ничего не мог.

Я быстро запрыгнула на переднее пассажирское сидение, захлопнула дверцу.

— Привет. Как день прошёл? — я потянулась к нему, желая почувствовать его тепло, и Джамал ответил на мой порыв, превращая короткое приветствие в глубокое, забирающее всё внимание признание.

— У меня хорошо, а у тебя? – спросила я, всё еще чувствуя на себе его дыхание и шлейф мятной свежести.

— Отлично. Ты как? Хорошо себя вела?

— Как примерная девочка, — прошептала с улыбкой и сама себя устыдилась.

— Ты смотри какая, — Джамал усмехнулся, выруливая на дорогу. – Пристегнись.

Я послушно накинула ремень безопасности, застегнула его.

— Я заказала еду из ресторана, Амир уже должен был забрать.

— На что-то намекаешь? – приподнял бровь он.

— Намекаю…

— Ну?

— Давай поедим сегодня в нашем любимом ресторане?

— Давай, — кивнул он, мгновенно соглашаясь. – Я как раз хотел с тобой поговорить.

— Поговорить? О чём?

— На месте обсудим.

У меня почему-то всё затрепетало внутри от недоброго предчувствия. Словно меня ожидало что-то нехорошее.

— Что-то случилось?

— Да. Кое-что произошло, и я хочу обсудить это с тобой, пока ты не узнала от других людей.

— Ты меня пугаешь…

— Тебе ничего не угрожает.

До ресторана мы доехали молча, я лишь бросала на Мусаева незаметные испуганные взгляды, пытаясь разгадать его мысли.

В ресторане мы сделали заказ, и Джамал попросил для меня вино, а себе коньяк. Тоже тревожный знак. Джамал не фанат выпивки. Только в крайних случаях.

— Ты меня пугаешь, — я никак не могла найти себе места от нарастающего напряжения.

— Я хочу кое-что показать тебе, чтобы ты была готова. И знала, что это ложь.

— Что ложь? — от его слов по душе пробежал холод.

Он наградил меня внимательным взглядом, будто решая что-то для себя, а потом бросил на стол фотографии.

Я осторожно взяла их, вглядываясь в глянцевые поверхности. На первом снимке я едва узнала собственного мужа. На втором по телу прошла волна беспокойства, а на третьем я испуганно прижала ладонь к губам, не в силах сдержать возглас.

— Это постанова. Меня опоили. Думаю, ты понимаешь, о чем речь?

— Я не совсем понимаю. То есть, я совсем не понимаю, — я подняла на него глаза, оттолкнув мерзкие снимки. Аппетит пропал мгновенно, сменившись тошнотой от увиденного. — Что всё это значит?

— Меня подставили, сделали эти кадры, а потом попытались шантажировать. Я сам показываю тебе это сейчас, чтобы правда не дошла до тебя в искаженном виде.

Я снова схватила фото, лихорадочно пробежав по ним взглядом. На всех снимках у мужа были закрыты глаза или ракурс был выбран так, чтобы лица почти не было видно. Но это был он!

— Что это значит, я не понимаю?! — мой голос сорвался на крик, и парочка за соседним столом обернулась. Мне было плевать. Я только что видела своего мужа в немыслимой, унизительной близости с какой-то девицей.

— Это инсценировка. Не более. Чтобы окончательно во всём убедиться, я уже сдал анализы. Но хочу, чтобы ты знала: между нами ничего не было. Это просто картинка.

— И зачем же ты это мне показываешь? — мой голос стал стальным, в нём зазвенела обида.

— Чтобы ты знала, что я не скрываю от тебя даже такую грязь. Я выловил её шайку, но не уверен, что всех. Возможно, кто-то из шантажистов остался. Я не хотел бы потом объяснять тебе это всё.

— Ясно, — я сделала глоток вина, потом ещё и ещё, пытаясь смыть горечь во рту.

Джамал накрыл своей ладонью мою руку, в которой я сжимала бокал.

— Полегче. Не увлекайся.

— Кто она? — я подняла на него взгляд, в носу предательски защипало. Горло перехватило от подступивших слёз. Мозг ещё не успел переварить увиденное, но сердце уже разрывалось.

— Секретарша моя. Уже бывшая, как ты понимаешь. Она не так давно устроилась, и я замечал её навязчивое внимание, но не придавал значения. А зря. Надо было уволить сразу же.

— Надо было, — едва слышно просипела я. О еде не могло быть и речи, мне стало нечем дышать.

— Давай только не будем делать из этого трагедию. Между нами ничего не было, и я тебе это доказал.

— Как и у меня в тот вечер…

— Что? — он подался вперёд, с глухим стуком поставил бокал с коньяком на стол. — О чём это ты?

— О том случае. У меня тоже ничего ни с кем не было, а ты не поскупился на обвинения, заклеймив меня во всех грехах. А теперь я должна просто поверить, что между вами ничего не было?

Я посмотрела ему прямо в глаза, не скрывая своего сомнения. Джамалу это явно пришлось не по нраву, его взгляд потемнел.

— Арина…

— Нет. Ничего не говори. Забери это, — я подтолкнула фотографии к нему и снова схватилась за бокал. Опустошила его залпом и резко поставила на стол. — Приятного аппетита.

Я поднялась и, не оглядываясь, направилась к выходу, чувствуя, как дрожат колени.

ГЛАВА 11

Он пришел домой поздно и явно нетрезвый. Упал рядом со мной, притянул к себе за талию.

- Ты всё равно моя, - прошептал на ухо, прикусывая мочку.

Я же выбрала не отвечать. Притворилась, что сплю.

Хотелось заплакать, но тогда бы он понял, что мне жаль. А мне, и правда, жаль, что у нас всё так… Я хотела бы построить с ним семью. Любящую, настоящую. С детьми и большими праздниками. Чтобы он мне доверял… И я ему.

Я уснула. Спала без сновидений. Проснулась только утром, когда Джамал уложил меня себе на плечо и крепко прижал к себе.

Я открыла глаза, тут же отползла от него на свою половину кровати. Жаль, нельзя начертить линию границы.

Он со вздохом поднялся, сел на кровати спиной ко мне.

— Так и будешь капризничать?

— Капризничать? Ты это так называешь? — мой голос дрожал от с трудом подавляемой бури. — Я видела всё. Видела ту близость, что была у тебя с другой. И это, по-твоему, каприз? Нет, Джамал. Я глубоко оскорблена. Примерно так же, как был оскорблён ты, когда со мной случилась та неприятность. Ты был настолько уязвлен, что не побоялся меня оскорбить и я тебе этого никогда не забуду. Даже узнав правду, ты не нашел в себе сил на полное прощение. Ты раз за разом напоминаешь мне о той вечеринке и моем платье. Мне еще повезло, что всё обошлось без огласки в прессе, иначе твой гнев был бы беспощаден. Но заметь: меня никто не трогал в тот вечер. Я никому не позволила к себе прикоснуться. А ты… Твоя секретарша… Она была слишком близко к тебе, она касалась тебя так, как имею право только я. Лучше бы я ничего не знала. Мне было бы легче дышать.

Он выслушал мою тираду, так и не обернувшись, словно мои слова были лишь досадным шумом. Просто встал и ушел в душ. Я же поспешила привести себя в порядок в другой ванной: мысль о том, чтобы оказаться с ним в одном пространстве была невыносима. Я не хотела видеть его, не хотела, чтобы перед глазами снова всплывали те кадры, где перед ним на коленях застыла чужая женщина.

За завтраком повисла тяжелая тишина. Лишь Амир, воодушевленный переменами, рассказывал, как здорово в новой школе. У него даже появились друзья, что для Амира было редким событием.

— За друзьями не забывай об учёбе. Это главное. Люди приходят и уходят, а знания остаются, — жёстко осадил его Джамал.

«Отец года», — горько подумала я. Ребёнку отказывают даже в праве на простое человеческое общение. Бред.

— Ты молодец, Амир. И друзья — это замечательно, — вклинилась я в разговор, хотя моего мнения никто не спрашивал.

— Спасибо, — тихо ответил мальчик, уставившись в свою тарелку.

Джамал промолчал, оставшись при своем. У него всегда было лишь два варианта: его мнение и неправильное.

— Сегодня выходной, что будем делать? — спросил спустя время Амир, с надеждой поглядывая на отца. Ему хотелось внимания, и это было понятно, ведь отец не предавал его доверие.

Я уже открыла рот, чтобы объявить о своем визите в салон красоты, но взгляд Джамала заставил меня осечься.

— Сегодня поедем за покупками. Помнится, ты хотела обновить гардероб. Амиру тоже нужны вещи, он заметно подрос.

— А ты? Ты тоже поедешь? — спросила я с явным недовольством. Джамал в ответ нехорошо зыркнул на меня.

— Я тоже. Хочу провести этот день с семьей.

- Вот как? А я думала, что это не царское дело, бегать за покупками, - съязвила я, а Амир кинул мне предупреждающий взгляд.

- Помолчи, Арина. Если нечего сказать, лучше не открывать рот, - жёстко оборвал меня Джамал.

Что ж, я другого и не ожидала.

- Я поела, пойду соберусь, - встала из-за стола, так и недоев сырник, который гоняла по тарелке все двадцать минут. Еда не лезет в горло, стоит вспомнить те мерзкие фотографии.

Останавливать меня никто не стал и я смогла неспеша собраться по магазинам. Хочет задобрить меня шмотками? Что ж, пусть попытается. Только вот что-то подсказывает мне, что ничего у него не выйдет. Я не какая-то там девица, готовая за деньги на все. Не его секретарша, с которой он выпивал на рабочем месте и позволил всему этому случиться.

Шоппинг проходил уныло и скучно. В любой другой день я бы веселилась с Амиром и подначивала мужа, но сейчас хотелось только скорее добраться домой и упасть на кровать.

Амиру обновили костюмы и домашнюю одежду. Он остался доволен. А я бродила среди вешалок в бутике с кислой миной. Мне ничего не нравилось, как и присутствие тут Джамала.

И тогда он решил сам. Как обычно. Указал девушке-консультанту на понравившиеся ему вещи и загнал меня в примерочную. Сам присел в кресло с чашкой кофе.

Я надевала наряды, выходила к нему, опустив руки и ссутулившись. Я чувствовала себя какой-то куклой, в которую играет большой, зажравшийся мальчик.

- Мне нравится, - впервые заговорил он, когда я надела длинное, закрытое платье. – То, что нужно.

- А мне не нравится, - парировала упрямо я.

В итоге мы взяли то платье и ещё кучу всякого разного. Всё, что нравилось моему мужу. И почти ничего из того, что нравилось мне.

Что ж, шоппинг завершился, и я выдохнула, упав на заднее сидение автомобиля. Амир был в настроении, а Джамал недовольно на меня посматривал. Ему не нравилось моё настроение. А вернее его отсутствие.

ГЛАВА 12

- Что делаешь? – Джамал нашёл меня в собственном кабинете, где я часто проводила время благодаря тишине и куче книг на огромной полке до потолка.

- Занимаюсь, - буркнула я. Мне кажется или он, и правда, начал проводить много времени дома?

- Помочь с чем-нибудь?

- А ты сможешь? – саркастично приподняла брови я.

- Разумеется. Если расскажу, где я учился, ты челюсть потеряешь.

- Мне не интересно, - опустила голову я, держа учебник на поджатых ногах.

Джамал присел на диван рядом, заскрипела кожа. Положив руку на спинку дивана, он тронул меня за волосы, медленно перебирая их пальцами. Приятно. Но я, увы, не страдаю склерозом.

- Ты мешаешь мне заниматься.

- Ничего. Я куплю тебе корочку.

— Любишь ты всё покупать. И всех.

— Всех? Это кого? Я купил только тебя.

Я сжала зубы от этой прямоты.

— Спасибо, что напомнил. А то я почти забыла.

— Не злись. Тебе не идёт.

— А что мне идёт? Быть вечно улыбающейся дурочкой? Такой я тебе больше нравлюсь?

Он коснулся моей шеи, а затем властным движением сократил дистанцию между нами, заставляя смотреть прямо в глаза.

— Прекращай. Меня это уже бесит. Я тебе не изменял. Меня опоили, — его слова звучали как приказ, а последовавший за ними поцелуй окончательно подавил моё сопротивление.

Отстранившись, он выдохнул и, не выпуская меня из своего захвата, набрал чей-то номер. Его пальцы продолжали собственнически поглаживать мою кожу.

— Принесите обед в мой кабинет, — бросил он в трубку и снова повернулся ко мне.

— Я пообедаю с Амиром. С ним мне спокойнее.

— Ты будешь обедать со мной, а Амиру отнесут еду в комнату.

Встать он мне не позволил, вновь требуя близости и внимания. Я пыталась увернуться, протестовать, но его воля была несокрушима. Напор был таким, что у меня перехватило дыхание.

— Ты можешь злиться сколько угодно. Это ничего не изменит. Ты моя жена. Ею и останешься. Я предлагаю вычеркнуть всё, что произошло с нами против нашей воли. Поставим в обидах точку и начнём всё сначала.

— А если у меня не получится выкинуть из головы твою… «неизмену»?

— Придётся выкинуть. Иначе никак.

— А ты забыл бы тот вечер, когда меня подставили и выставили какой-то профурсеткой, если бы не эта история с твоей секретаршей?

Он улыбнулся. Горько и безрадостно.

— Давай просто всё забудем. Так будет лучше для нас обоих.

— Как бы не так, Мусаев! — я рванулась, чтобы встать с дивана, но он железной хваткой перехватил мою руку, не позволяя уйти.

— Сидеть, я сказал.

— Я тебе не собака, чтобы выполнять команды.

— Однако будешь их выполнять, если по-хорошему не понимаешь.

— А по-хорошему — это как? Терпеть твой нрав и закрывать глаза на то, как тебя ласкают другие женщины? На то, что я видела на тех снимках? Это, по-твоему, хорошо?

— Арина! — его голос громом раскатился по комнате, заставляя меня замолчать. — Я не буду повторяться. Всё. Тема закрыта. Разводиться из-за этой чепухи мы не станем.

— Из-за какой именно чепухи, напомни мне? — внутри всё забурлило от негодования. Мою ситуацию он едва ли не сравнил с чем-то постыдным, а свою называет чепухой? Очень удобно.

— Прекращай, — зло произнёс Джамал, подавшись ко мне.

— А если не прекращу, то что будет?

Он набрал в лёгкие воздуха, чтобы ответить, но сомкнул губы, когда в кабинет постучались.

— Да! — крикнул он, всё так же сверля меня тяжёлым взглядом.

В кабинет завезли тележку с едой, аромат которой тут же заполнил комнату. Мы молчали, пока расставляли тарелки на журнальный столик перед диваном. Свои конспекты и книги мне пришлось убрать.

Я отвернулась от Джамала, подтянув ноги к себе. Есть не хотелось, но разве мне кто-то дал выбор? Джамал ведь лучше знает, что для меня хорошо.

Тянуло разрыдаться, но я не собиралась сдаваться. Не хочу выглядеть в его глазах жалко. Поплачу позже, когда останусь одна. Только вот одной мне быть не дадут. Он будет рядом, пока окончательно не подчинит своей воле.

— Ешь. Ризотто с креветками, всё как ты любишь.

Я отодвинула тарелку, снова взялась за книгу, пытаясь отгородиться от него текстом.

Мне нравится красивая жизнь. Как и любой другой девушке. Но мне не нравится, когда меня пытаются подкупить. А Джамал именно этим и занимался. Вчерашние покупки, сегодняшний обед, показная нежность… Он всерьёз думает, что комфортом и едой можно стереть то, что я увидела на тех снимках?

— Не упрямься, — он мягко, но настойчиво забрал у меня книгу и отложил её. — Пообедаем, а потом вернёшься к учёбе. Обещаю. Давай, — он пододвинул тарелку и вложил мне в руку вилку. — Ешь.

Я пропустила завтрак, лишь бы не сталкиваться с ним лишний раз, и теперь голод взял своё. Сама не заметила, как разделалась с порцией и принялась за салат. Джамал наблюдал за мной с едва заметной усмешкой.

— Вот видишь, как вкусно? — хмыкнул он, когда я, осознав свою слабость, отложила приборы и помрачнела. — Какая же ты ещё девчонка, — он покачал головой, притворно вздыхая.

— Так зачем ты тогда на мне женился? Зачем забрал из родительского дома? Зачем сделал своей женщиной, раз я «девчонка»?

— Сам не знаю, Арина. Понравилась ты мне. Зацепила чем-то. Чувства не выбирают.

— Ах, чувства! Так вот как это называется. А я и не знала. Думала, это твоё собственничество и одержимость.

— Маленькая моя, ты ещё даже не представляешь, что такое настоящая одержимость, — его голос стал тише и серьёзнее. — Но, похоже, ты права, и я начинаю этим болеть.

ГЛАВА 13

Наступили выходные и я выдохнула. Всю неделю я занималась, как ошалевшая. Я не просто грызла гранит науки, я его жрала пачками. Мне хотелось показать Мусаеву, что я не пустышка, с которой можно не считаться. Я хотела показать ему себя внутреннюю, чтобы он, наконец, научился уважать меня. Мне этого не хватало. Я старалась соответствовать ему, как жена, но получалось пока очень плохо.

Именно поэтому я сбежала с самого утра, оставив ещё спящих своих мужчин. Джамал отсыпался от трудовых будней, а Амир после таких же будней, только учебных.

Итак, первым моим шагом стал поход к стилисту. Я выбрала одного из лучших в городе. По крайней мере мне так о нём говорили.

Он не носил ярко розовых шарфиков и не подделывал голос под женский. Этим, наверное, и понравился.

- Ну что? Начнём преображение? – спросил Вадим, когда я села в его кресло.

- Ага… - прошептала я, заметив с какой жадностью он смотрит на мои волосы.

- Шикарнейшие локоны. Уже давно ничего подобного не видел.

- Только длину не трогайте. Пожалуйста, - попросила его робко. Волосы у меня, и правда, шикарные. И Джамалу нравятся… А самое главное нравятся мне.

- Ты что? Ни в коем случае, - успокоил меня Вадим. – Но у меня есть предложение. Давай сделаем их на тон светлее. Это будет феерично.

Я поджала губы, попыталась представить, как это будет.

- Боишься? – он правильно меня понял.

- Если честно, то да.

- Доверься мне. Я ни за что не испорчу такие волосы.

- Ладно, - вздохнула. – Буду верить, что и мужу понравится.

- Ко мне только за этим и идут, малышка. Чтобы взбодрить собственного мужа или увести чужого.

Я скривилась. Сама мысль о подобном вызывала отторжение. Как можно иметь близость с чужим мужчиной, зная, что потом он возвращается в семью, к жене и детям?

— Ну что ты, будто лимон съела. В жизни всякое случается. Ты-то законная жена, так чего расстраиваешься? — отозвался Вадим.

— Боюсь.

— Чего?

— Потерять его. У нас сейчас всё непросто… Он совершил поступок, который… я не знаю, смогу ли простить.

— Изменил? — понимающе кивнул он.

— Почти. Я бы не назвала это его сознательным выбором.

— А что, его принудили силой? — хмыкнул Вадим.

— Почти. Его опоили, он был не в себе.

Вадим понимающе покачал головой и перевел тему на работу:

— Ну что, осветляем волосы на тон?

— Давай, — вздохнула я.

Вадим мне понравился. Он не болтал лишнего и не донимал пустыми расспросами, работал ловко и уверенно. После окрашивания и укладки он не позволил мне сразу взглянуть в зеркало, сказав, что время еще не пришло. Я невольно заволновалась.

— Да не переживай ты так. Сейчас наложим макияж, а потом любуйся сколько хочешь. Уверен, твоему мужчине очень понравится, говорю тебе как мужчина, так что будь спокойна.

— Хорошо, — я впервые за день искренне улыбнулась.

Когда образ был завершен, он пригласил меня в соседний бутик, чтобы подобрать несколько нарядов. Для выходов и для дома.

— А потом, если фасоны подойдут, докупишь остальное сама. И самое главное! Никогда не забывай о красивом белье. Оно должно быть безупречным, изящным и придавать тебе уверенности в своей привлекательности.

Он ходил мимо вешалок, выбирал наряды (начав с самых деликатных деталей гардероба, отчего мне стало немного неловко) и передавал их девушке-консультанту. Они действовали быстро и слаженно.

Не обошлось и без примерок. Я надевала выбранные вещи, выходила из кабинки и показывалась Вадиму.

— Супер! То, что надо! — слышала я в свой адрес и ловила себя на глупой улыбке.

Когда с подбором вещей было покончено, а на мне красовался модный шелковый костюм, Вадим наконец позволил мне взглянуть в зеркало. И я замерла. Та, кто смотрела на меня из отражения, казалась незнакомкой. Другая девушка: элегантная, притягательная и очень красивая. Я невольно рассмеялась, крутясь перед зеркалом.

— Это же… это…

— Что, слов нет? — улыбнулся Вадим.

— Нет, — согласилась я. Чувствовала себя так, будто сказочная фея превратила меня в принцессу. — Спасибо! Огромное спасибо! — на радостях я порывисто обняла его, не подумав ничего дурного.

Но тут же, как в мрачной сказке, раздался голос моего «дракона».

— Пожалуйста.

За моей спиной стоял Джамал. Я тут же отпрянула от Вадима и обернулась. Взгляд мужа буквально полыхнул, в нем полыхало опасное, обжигающее пламя.

— Привет. Познакомься, это мой стилист Вадим. А это мой…

— Её муж, — жестко отрезал Джамал, прерывая меня. В его голосе звенела ярость. — Стилиста-женщину найти не удалось? — спросил он, не сводя с меня тяжелого взора.

— Какая разница? — возмутилась я.

Джамал еще раз медленно окинул меня оценивающим взглядом и достал бумажник.

— Озвучь цену за работу с моей женой, — бросил он Вадиму.

Я вздохнула. Ведь ему понравилось, я же видела этот блеск в глазах! Зачем же снова злиться и провоцировать скандал? Неужели нельзя просто насладиться моментом без этих грозных взглядов?

Уже на улице он по-хозяйски притянул меня к себе, обхватив за талию. Прохожие мужчины невольно засматривались на мой новый образ, но, натыкаясь на предупреждающий взгляд Джамала, тут же отводили глаза. Мы остановились у машины.

— Спасибо, что не стала скрываться и взяла водителя, мне не пришлось искать тебя по всему городу.

— А о том, как я выгляжу, ты ничего не хочешь сказать? — улыбнулась я, надеясь на комплимент.

— Выглядишь как королева. Хотя нет… пока как принцесса. Это твой способ окончательно лишить меня покоя?

— Нет. Это чтобы нравиться тебе.

Он ничего не ответил, лишь молча сложил мои покупки в багажник. Затем открыл мне дверь и, дождавшись, пока я сяду, закрыл её. Обошёл машину и сел на водительское сиденье, сохраняя напряженное молчание.

— Ты с ним обнималась, — наконец глухо произнес он.

— Да, но… Это же по-дружески. Без всяких там скрытых мыслей.

— Он мужчина. А тебе не положено обниматься с другими мужчинами. Только с мужем.

— И тут ты нашёл, к чему придраться! — вспыхнула я и резко отвернулась к окну, чувствуя, как внутри всё закипает.

Такой день испортил. Снова это его невыносимое чувство собственности, которое душило любую радость.

ГЛАВА 14

Перемена моего стиля повлияла на всех, даже на Джамала. Он стал чаще заглядываться на меня, и я читала в его глазах не просто одобрение, а жадное желание обладать. Сейчас он действительно напоминал грозного дракона, охраняющего свою добычу.

— Вау! Ты очень красивая! — встретил меня дома Амир.

Я ласково щелкнула его по носу.

— Спасибо, — пропела я с улыбкой.

— Иди займись своими делами, — сухо отослал его Джамал.

— Оставь мальчика в покое, у него выходной.

— Иди наверх. Я покажу тебе, какой у нас будет выходной, — бросил он мне так, чтобы Амир не услышал подтекста.

Наверху я еще раз залюбовалась своим отражением. Дело было не в косметике — я просто почувствовала свою ценность, и Вадим помог мне это осознать. Теперь я смотрела на себя иначе.

— Рассматриваешь мою женщину? — раздалось от двери. Я обернулась. — Смотри осторожнее, я за это могу и наказать.

— Тебе нравится?

Джамал шагнул в комнату, сокращая дистанцию.

— А ты как думаешь? Ты всегда была для меня особенной. Но это… Что ты задумала? Хочешь свести меня с ума? Чтобы я сгорал от ревности и караулил тебя у университета, как цепной пес?

Я не могла понять, злится он или восхищен. Но темный блеск в его глазах говорил о том, что я добилась своего. Он протянул руку, коснувшись моего лица, а затем настойчиво притянул за локон к себе.

— Невероятно красивая, — прошептал он, и в его голосе прозвучало требование. — Ты сводишь меня с ума, — он обнял меня сзади.

Этого я и боялась. После тех снимков любая близость казалась мне чем-то неправильным, запятнанным. Образ той женщины стоял перед глазами, вызывая горечь и отвращение.

— Подожди, — я попыталась отстраниться, когда он стал слишком настойчив. — Я не могу.

— Что значит не можешь? — он развернул меня, посмотрел в глаза.

— Сейчас неподходящее время… я плохо себя чувствую. Те самые дни, — соврала я, надеясь избежать бури.

— Серьезно? Насколько я помню, твой календарь говорит об обратном.

— Откуда тебе знать такие подробности? — я попыталась усмехнуться, но голос дрогнул.

— Я знаю о тебе всё. И лгать ты так и не научилась, — он жестко пресек мою попытку закрыться, лишая меня возможности оправдаться. — Ну и в чем причина?

— Джамал…

— Что, Арина? – он нахмурился, нависая надо мной. – В чём дело?

— Я не могу.

— Почему?

— Ты был с ней. Пусть не по своей воле, но был. И я не представляю, как это забыть. Я хочу стереть это из памяти, но не могу.

Он поймал мой взгляд и, удерживая его, тихо произнёс:

— Тебе придётся забыть. Иначе у нас будут проблемы. А ты ведь не хочешь проблем? Я могу быть добрым, а могу и злым. Поверь, ты не хочешь увидеть ту мою тёмную сторону.

Он был неумолим. Его властность накрывала меня, словно тяжелый полог, не оставляя воздуха. Я видела в его глазах не любовь, а неукротимую, болезненную жажду контроля. Он требовал признания своей власти, ожидая, что я растворюсь в нём, забыв о своей боли. Каждое его прикосновение в тот момент казалось мне попыткой вытеснить из моей души всё, что принадлежало мне, заменив это собой.

Я чувствовала себя маленькой птицей в клетке, чьи крылья были сломлены его тяжелым характером. Он поглощал меня, стремясь подчинить своей воле каждый мой вздох. Это была борьба, в которой у меня не было оружия, кроме моих слез и немого протеста, спрятанного глубоко внутри.

Когда всё утихло, он с силой притянул меня к себе, словно проверяя, осталась ли я его частью.

— Это было невероятно, — прошептал он, пытаясь заглянуть мне в лицо, но я судорожно спрятала его у него на груди. — Ты что?.. Плачешь? Не понял!

Он резко отстранил меня за плечи, и, увидев мои слезы, мгновенно преобразился. В его взгляде снова вспыхнула ярость.

— В чём дело, Арина?!

— Ничего такого… Я просто очень устала. Не злись. Просто такой момент… мне нужно побыть одной, — я вскочила и, наспех накинув халат, сбежала в ванную.

Долго стояла под струями воды, давая волю рыданиям. Перед глазами снова и снова всплывали те проклятые фотографии, смешиваясь с тяжелым осадком от этого вечера. Для Джамала всё было просто: его воля — закон. Мои чувства казались ему досадной помехой, которую он привык подавлять. А мне было невыносимо больно осознавать, что этот человек, называющий себя моим мужем, даже не пытается понять, какую глубокую рану оставила во мне та правда.

ГЛАВА 15

- Ешь, Арина, - Джамал сказал это, видимо, не первый раз, а до меня только дошло. Я взглянула на него, потом на свою пустую тарелку.

- Я не голодна, спасибо.

- Это же твои любимые креветки на гриле, - произнёс тихо Амир, не желая вмешиваться, но жалея меня. Он совсем не такой, как его отец. Он чувствует, что мне плохо.

- Спасибо, Амир, - я взяла щипцами креветку, положила её на тарелку. Вздохнула. Осталось запихнуть её в себя.

- Ты плохо себя чувствуешь? – озаботился вдруг Джамал.

- Нет. Всё нормально.

- А мне кажется, не нормально. Для кого ты так вырядилась?

- Я еду скоро на пары. Просто оделась, - пожала плечами. На мне лишь строгий костюм с закрытой блузкой. О чём он говорит?

Джамал задержал на мне взгляд, а я ответила тем же. Мы немо боролись пару минут, после чего я отвела взгляд, не в силах смотреть в его глаза. Есть в них что-то звериное, пугающее.

- Тебе очень идёт. И причёска классная, - заметил Амир.

- Спасибо, - подмигнула ему я.

- Да, выглядишь действительно… хорошо, - сквозь зубы процедил мой ревнивый муж. Его это, похоже, не устраивало.

— А как мне выглядеть? Хочешь, чтобы я покрылась? Но этого не хочу я. Я и так одеваюсь прилично, не вижу повода для злости, — не выдержав, ощетинилась я.

— Помолчи, — оборвал меня Джамал. — Ты в последнее время стала слишком упрямой. Если бы я хотел, чтобы ты покрылась, ты бы уже ходила в хиджабе. Я уважаю твоё мнение и ни к чему не принуждаю. Разве я не прав?

Я опустила глаза.

— Извини, — мой голос прозвучал хрипло и неубедительно. На самом деле я не хотела извиняться — мне не за что извиняться. Я не заслужила такого отношения. И меня пытается строить человек, который допустил ту грязь с секретаршей! — А знаешь что? Я забираю свои извинения назад. Мне не за что просить прощения. Ты виноват не меньше моего, даже больше. Ты виноват в том, что между нами всё так. И нет, хиджаб я не надену.

Я поднялась, ожидая, что он силой усадит меня обратно, но этого не произошло.

— Мне пора на учебу. Приятного аппетита.

Я встала и вышла из столовой. От тяжелых эмоций закружилась голова. Я припала спиной к стене и закрыла глаза. Наверное, в этой ссоре я была резка. Можно было промолчать. Но та сцена, которую я увидела на снимках, для меня не пустяк.

Он владеет мной, не считаясь с моими желаниями, просто по праву сильного. А я никак не могу избавиться от тех образов… Что сделал бы он, если бы увидел меня в такой позорной ситуации с кем-то? Пусть даже я была бы без сознания? Он бы меня уничтожил. Я в этом уверена. Так почему я должна забыть и простить?

А ведь он даже не извинился. Не попытался наладить отношения. Просто продолжает прогибать меня и указывает, что надевать, что есть, как дышать. Я для него просто собственность, которую можно отчитывать, как девчонку. Да, по возрасту я для него действительно молода. Но ведь он сам меня захотел, сам забрал у отчима, присвоил. А теперь воспитывает, как ребенка. Надоело.

Схватив сумку, я спустилась вниз и столкнулась с Джамалом. Он ждал меня у двери, преградив путь.

— Ты так и не поела.

— Тебя это вдруг озаботило? — я попыталась обойти его.

— Постой, — он перехватил меня за талию и властно притянул к себе. — Не сердись на меня, малышка.

— Я не малышка. Ты даже к сыну не относишься как к ребенку, а меня вечно воспитываешь. Дай пройти! — я толкнула его в грудь, но он даже не шелохнулся.

— Хорошо, я постараюсь относиться к тебе, как к взрослой. Только не отталкивай меня, Арина. Когда ты пытаешься уйти, я теряю контроль. Да, я строг с тобой. Я строг с сыном. Я такой, какой есть. И мне казалось, ты любишь меня именно таким. Так что изменилось? Это из-за тех фотографий?

— Да, из-за них. Я не могу простить тебя так быстро, как тебе хочется. Для меня это предательство. Ты мог в тот вечер не оставаться с ней, а поехать домой, ко мне. Но ты… Ладно. Не важно. Мне пора. Пропусти, пожалуйста.

Он застыл, не сводя с меня тяжелого взгляда.

— Предательство, значит? Ты, глупая девчонка, даже не представляешь, что такое предательство, — Джамал властно притянул меня к себе и накрыл мои губы резким, сокрушительным поцелуем, в котором чувствовалась лишь его ярость.

— Остановись, — взмолилась я, когда он на мгновение отстранился, давая мне вдохнуть. — Прошу…

— Не проси. Потому что я тебя не отпущу. Я вижу, к чему всё идет, но ты не избавишься от меня, Арина. Ты моя. Моя жена.

ГЛАВА 16

Он, и правда, чувствовал, что Арина отдаляется от него. Она погружается в учёбу, чтобы меньше с ним видеться и общаться. И это… Это ранит. Его, двухметрового мужика, пережившего столько всего, ранит какая-то девчонка.

Хорошо, не какая-то. Особенная. Невинная и чистая. На другой он бы не женился. Но как же она его раздражает своим безразличием.

Больше всего бесит то, что происходит у него внутри. Там, как в чашке Петри смешиваются чувства, ощущения и самое страшное – одержимость. Одержимость ею.

От этого страшно. Страшно потерять контроль над собой. Страшно сотворить что-то непоправимое. Он боится обидеть её. Боится потерять, как было с Мадиной. Вдруг Арина его разлюбит?

Он снова заехал за ней, припарковался на прежнем месте. Из открытой двери универа повалили студенты. Девицы с интересом поглядывали на его машину, а парни вслед его жене… Сжал челюсти, борясь с желанием выйти из машины и набить им хлебальники.