Read the book: «Нейромонах Леший 3: Выбор сильнее тьмы»

Пролог

Максим Воронов проснулся от жажды.

Не той, что утоляется водой.

Другой.

Тяжёлой.

Липкой.

Знакомой до отвращения.

Он не сразу открыл глаза.

Сначала попытался понять – где он.

Потом – зачем он вообще проснулся.

Ответа не было.

Был только вкус во рту.

Кислый.

Горький.

Как будто он жевал ночь и не смог её проглотить.

Он открыл глаза.

Потолок.

Серый.

С трещиной, которую он знал наизусть.

Иногда ему казалось, что эта трещина растёт.

Как он сам когда-то.

Только он – вниз.

Он попытался повернуть голову.

Тело не сразу послушалось.

Руки дрожали.

Живот сжался так, будто внутри его скрутили в узел.

– Б… – выдохнул он, но даже ругаться не было сил.

Он дотянулся до бутылки у кровати.

Пальцы соскользнули.

Со второго раза получилось.

Он сделал глоток.

Горло обожгло.

Глаза на секунду закрылись.

И…

Отпустило.

Немного.

Всегда немного.

Он знал этот ритуал.

До автоматизма.

До пустоты.

Максим сел.

Оперся спиной о стену.

Стена была холодной.

Настоящей.

В отличие от него.

Он оглядел комнату.

Бутылки.

Грязь.

Одежда, которая давно перестала быть одеждой – просто тряпки.

Запах.

Даже он поморщился.

– Ну и… красавчик ты, Воронов… – пробормотал он.

Смешно не было.

Где-то за стеной говорили.

Родители.

Он узнал их по тону, не по словам.

– …так больше нельзя…

– …он себя убивает…

– …мы его потеряли…

Максим закрыл глаза.

«Поздно…»

Он уже не злился.

Не спорил.

Не оправдывался.

Он просто был.

И этого было достаточно, чтобы всё было плохо.

Он встал.

Ноги подкашивались.

Колени дрожали.

Он дошёл до окна.

Оперся рукой о подоконник.

Посмотрел наружу.

Лес.

Тот же.

С детства.

Только раньше он был другим.

Живым.

Тёплым.

Сейчас – просто тёмная масса.

Чужая.

Как будто он больше не имел к нему отношения.

Максим смотрел и ничего не чувствовал.

Почти ничего.

Пока не услышал.

Шорох.

Тихий.

Слишком чёткий для ветра.

Он замер.

Прислушался.

Тишина.

Потом снова.

Шаг.

Или показалось.

Максим прищурился.

Между деревьями что-то мелькнуло.

Тень.

Неправильная.

Слишком осмысленная.

Он нахмурился.

– Да ну… – прошептал он.

Но не отвернулся.

Смотрел.

И вдруг внутри…

там, где давно было пусто…

что-то дрогнуло.

Слабо.

Как будто кто-то тихо постучал изнутри.

Или… снаружи.

Максим сглотнул.

– Всё… допился… – сказал он уже громче.

Но голос звучал неуверенно.

Шорох исчез.

Лес снова стал обычным.

Безразличным.

Максим отступил от окна.

Провёл рукой по лицу.

Сел на кровать.

И вдруг заметил.

В углу.

Корзину.

Старую.

Потрёпанную.

Сломанную в одном месте.

Он смотрел на неё долго.

Слишком долго для обычной вещи.

«Грибы…»

Мысль пришла сама.

Простая.

Глупая.

Но… реальная.

Есть нечего.

Денег нет.

Если повезёт – можно хоть на суп наскрести.

А если очень повезёт – продать.

И взять бутылку.

Максим усмехнулся.

– Ну да… грибник…

Но в этот раз в усмешке было что-то другое.

Не только пустота.

Что-то…

живое.

Он встал.

С трудом.

Подошёл.

Взял корзину.

Пыль поднялась в воздух.

Он закашлялся.

– Отличное начало… – прохрипел он.

Подошёл к двери.

Остановился.

На секунду.

Будто чувствовал.

Что за ней – не просто день.

Но не понял.

И не стал понимать.

Открыл.

Вышел.

И не знал, что это был последний день, когда он был просто Максимом Вороновым.

Лес уже выбрал его.

И Леший – тоже.

Глава 1. Точка А – Падение

Максим Воронов проснулся резко.

Как будто его кто-то выдернул из сна.

Он даже не сразу понял – где он.

Потом пришло тело.

И всё встало на свои места.

Тяжесть.

Слабость.

Боль.

Он зажмурился.

– Да чтоб тебя…

Голос был хриплый, чужой.

Как будто не он говорил, а кто-то внутри него.

Максим открыл глаза.

Потолок.

Та же трещина.

Та же комната.

Та же жизнь.

Он лежал и не двигался.

Потому что знал – стоит только пошевелиться, и станет хуже.

Живот сжался.

Сильно.

Так, что он согнулся прямо на кровати.

– Твою…

Голод.

Настоящий.

Не тот, который можно проигнорировать.

Тот, который жрёт изнутри.

Максим медленно повернул голову.

Бутылки.

Везде.

Одна лежала рядом.

Он потянулся.

Рука дрожала.

Пальцы не слушались.

Со второго раза он схватил её.

Поднёс ко рту.

Глоток.

Горло обожгло.

Он закашлялся.

Но не оторвался.

Пока не стало легче.

Чуть.

Всегда чуть.

Максим сел.

Медленно.

С усилием.

Оперся о стену.

Стена холодная.

Настоящая.

В отличие от него.

– Ну и до чего ты дошёл, Воронов… – пробормотал он.

И усмехнулся.

Пусто.

Без злости.

Без стыда.

Как будто смотрел на кого-то другого.

Где-то за стеной хлопнула дверь.

Голоса.

Родители.

Максим замер.

Слушал.

– Сергей, ты с ним говорил?

– А толку? – голос отца был жёсткий. – Он уже всё выбрал.

– Он же пропадёт…

– Он уже пропал.

Тишина.

Слова повисли в воздухе.

Как приговор.

Максим закрыл глаза.

«Справедливо…»

Он не спорил.

Не оправдывался.

Даже внутри.

Сил не было.

Он поднялся.

Ноги ватные.

Колени дрожат.

Он дошёл до двери.

Открыл.

На кухне – мать и отец.

Татьяна Воронова стояла у плиты.

Сергей Воронов сидел за столом.

Они оба посмотрели на него.

По-разному.

Мать – с болью.

Отец – с усталостью.

– Есть будешь? – тихо спросила мать.

Максим пожал плечами.

– А есть что?

Она замолчала.

Отвернулась.

– Ничего…

Сергей усмехнулся.

– Работать надо было, тогда бы было.

Максим кивнул.

– Надо.

И всё.

Без спора.

Без реакции.

Это было хуже, чем если бы он начал орать.

Он постоял секунду.

Потом развернулся и ушёл.

Дверь оставил приоткрытой.

Сел на кровать.

Посмотрел на свои руки.

Тонкие.

Сухие.

С дрожью.

– Красавец…

Он усмехнулся.

Но уже без звука.

Живот снова сжался.

Сильнее.

Он стиснул зубы.

«Есть надо… хоть что-то…»

Мысль была простой.

Животной.

Не про смысл.

Не про жизнь.

Про выживание.

Максим поднял взгляд.

И увидел.

Корзину.

В углу.

Старую.

Пыльную.

Сломанную.

Он смотрел на неё долго.

Как будто впервые.

Или как будто вспоминал.

Лес.

Грибы.

Детство.

Когда всё ещё было…

нормально.

Он выдохнул.

– Ну да… грибник…

Но в этот раз в голосе не было издёвки.

Скорее усталость.

И решение.

Максим встал.

Через силу.

Подошёл.

Поднял корзину.

Пыль взлетела.

Он закашлялся.

– Отлично…

Подошёл к двери.

Остановился.

На секунду.

Как будто что-то внутри пыталось сказать: «Не иди».

Или наоборот.

Он не разобрал.

И не стал разбирать.

Открыл дверь.

Вышел в подъезд.

Запах сырости ударил в нос.

Соседская дверь хлопнула где-то сверху.

Жизнь шла.

Без него.

Максим спустился вниз.

Медленно.

Каждая ступень давалась тяжело.

На улице было серо.

Холодно.

Он втянул воздух.

И впервые за долгое время почувствовал что-то…

живое.

Слабое.

Едва заметное.

Он повернул голову.

Туда.

Где был лес.

Тёмный.

Тихий.

Неподвижный.

Но теперь…

не такой уж и пустой.

Максим прищурился.

– Ну что… посмотрим…

Он сжал корзину в руке.

И пошёл.

Потому что надо было хотя бы поесть.

И если повезёт – наскрести на бутылку.

Он ещё не знал.

Что идёт не за грибами.

А за своей жизнью.

Глава 2. Лес зовёт

Максим Воронов шёл медленно.

Не потому, что хотел растянуть дорогу.

Просто быстрее он уже не мог.

Ноги тянуло.

Спина ныла.

В груди что-то неприятно жгло, будто внутри него оставили уголёк и забыли потушить.

Он шёл к лесу.

С корзиной в руке.

С пустым желудком.

С одной простой мыслью.

Найти хоть что-то.

Пожрать.

И если повезёт – продать.

И взять бутылку.

Мысль о бутылке грела.

Даже сейчас.

Даже после всего.

– Ну конечно… – усмехнулся Максим. – Куда ж без неё…

Он сплюнул в сторону.

Слюна была горькой.

Как и всё в последнее время.

Лес начинался почти сразу за дорогой.

Раньше он не замечал, как близко тот был.

Раньше вообще многое не замечал.

Максим остановился на краю.

Посмотрел внутрь.

Деревья стояли плотно.

Тёмно.

Глубоко.

Тихо.

Слишком тихо.

– Ладно… – выдохнул он.

И шагнул внутрь.

Сразу стало прохладнее.

Влажный воздух ударил в лицо.

Запах земли.

Мха.

Гниющей листвы.

Настоящий.

Живой.

Максим поморщился.

– Вот это я понимаю… свежий воздух…

Но внутри что-то откликнулось.

Слабое ощущение.

Будто он попал куда-то…

где его ждут.

Он тряхнул головой.

– Бред…

И пошёл дальше.

Первые грибы он нашёл быстро.

Маленькие.

Склизкие.

Некоторые уже подпорченные.

Но он всё равно срезал их ножом.

Сложил в корзину.

– Пойдёт…

Голос звучал глухо.

Без радости.

Как будто он выполнял работу, которую ненавидит.

Он присел на корточки.

Провёл рукой по земле.

Холодная.

Влажная.

Настоящая.

И вдруг подумал.

«А ведь я хуже этого…»

Он усмехнулся.

– Земля хотя бы живая…

Максим поднялся.

Пошёл дальше.

Лес постепенно менялся.

Он не сразу это заметил.

Сначала – мелочи.

Тишина.

Слишком ровная.

Без птиц.

Без насекомых.

Как будто звук выключили.

Максим остановился.

Прислушался.

Ничего.

– Да ладно…

Он сделал шаг.

И тут – шорох.

Слева.

Он резко обернулся.

Никого.

Только кусты.

Неподвижные.

Максим нахмурился.

– Показалось…

Но внутри что-то напряглось.

Словно тело знало то, что разум отрицал.

Он шёл дальше.

Собирал грибы.

Механически.

Один за другим.

Корзина наполнялась медленно.

Слишком медленно.

Живот снова сжался.

Сильнее.

Он выругался.

– Да где вы все…

Он пнул землю.

Листья разлетелись.

И в этот момент он увидел.

Под корнями старого дерева.

Что-то.

Не гриб.

Не корень.

Другое.

Он наклонился.

Раздвинул листья.

И замер.

На земле была выжжена линия.

Странная.

Ломаная.

Символ.

Похожий на знак.

Слабый зелёный свет пробегал по нему.

Едва заметно.

Как дыхание.

Максим моргнул.

– Это что ещё…

Он протянул руку.

Остановился.

Секунда.

Две.

«Не трогай»

Мысль возникла внезапно.

Чужая.

Не его.

Он отдёрнул руку.

– Чё за…

Оглянулся.

Никого.

Но ощущение…

было.

Как будто за ним смотрят.

Ветер прошёлся по верхушкам деревьев.

Хотя секунду назад его не было.

Листья зашуршали.

И в этом шуме…

Максиму показалось, что он слышит слова.

Не ясно.

Не чётко.

Но…

осмысленно.

Он напрягся.

– Кто здесь?

Тишина.

Потом снова шорох.

Уже справа.

Максим резко повернулся.

И на секунду…

увидел.

Тень.

Высокую.

Неправильную.

Как будто собранную из веток и тьмы.

Она стояла между деревьями.

И смотрела.

Прямо на него.

Максим застыл.

Сердце забилось быстрее.

– Да ну нахрен…

Он моргнул.

Тени не было.

Только лес.

Обычный.

Тихий.

Но уже не такой.

Он отступил на шаг.

Потом ещё один.

Рука дрожала.

Он снова посмотрел на знак на земле.

Тот продолжал светиться.

Слабо.

Спокойно.

Как будто ждал.

Максим сглотнул.

– Ладно… хватит…

Он развернулся.

Собрал корзину.

Сделал шаг.

И остановился.

Потому что понял.

Он не знает, куда идти.

Тропинка исчезла.

Лес вокруг был тем же.

Но… другим.

Слишком одинаковым.

Слишком плотным.

Слишком чужим.

Максим повернулся.

Ещё раз.

– Да вы издеваетесь…

Голос сорвался.

Он сделал шаг вперёд.

Потом в сторону.

Потом назад.

И понял.

Он потерялся.

По-настоящему.

Сердце забилось сильнее.

Дыхание участилось.

– Спокойно… спокойно…

Он попытался вспомнить дорогу.

Не получилось.

Всё смешалось.

Максим закрыл глаза.

На секунду.

И в темноте…

увидел.

Ту же линию.

Тот же знак.

Ту же руну.

Ярче.

Чётче.

Как будто она звала.

Он открыл глаза.

Посмотрел вперёд.

И впервые за долгое время сделал выбор.

Не из страха.

Не из привычки.

А потому что…

почувствовал.

Куда идти.

Максим сжал корзину.

– Ну давай… лес…

И пошёл.

Прямо туда.

Где его уже ждали.

Глава 3. Избушка с чердаком

Максим шёл долго.

Сколько именно – он не знал.

В лесу время расползалось, как сырой мох под ногами. Минуты тянулись, потом слипались, потом исчезали.

Оставалось только движение.

Шаг.

Ещё шаг.

И ощущение, что он идёт не сам.

Будто его ведут.

Корзина тянула руку вниз.

Грибы в ней были тяжёлые.

И всё равно – мало.

Слишком мало, чтобы продать.

Слишком мало, чтобы наесться.

– Отлично сходил… – пробормотал Максим.

Голос утонул в лесу.

Как будто его никто не услышал.

Даже он сам.

Он остановился.

Прислушался.

Снова тишина.

Но уже не пустая.

Плотная.

Как будто в ней что-то скрывалось.

Максим провёл рукой по лицу.

Ладонь была влажной.

Пот.

Или… не только.

– Спокойно… – прошептал он.

Но сам себе не поверил.

Он сделал ещё шаг.

И вдруг – увидел.

Между деревьями.

Чуть дальше.

Что-то тёмное.

Не ствол.

Не куст.

Форма.

Углы.

Прямая линия.

Максим прищурился.

– Дом?

Слово прозвучало чуждо.

Как будто не отсюда.

Он пошёл быстрее.

Насколько мог.

Избушка проявлялась постепенно.

Сначала – силуэт.

Потом стены.

Потом крыша.

Скошенная.

Провалившаяся с одного края.

Покрытая мхом.

Старая.

Забытая.

И всё же…

стоящая.

Максим остановился в нескольких шагах.

Смотрел.

Долго.

– Да ну…

Слишком странно.

Слишком не к месту.

Он не помнил, чтобы здесь что-то было.

Никогда.

Дверь была приоткрыта.

Чуть.

Как будто её не закрыли до конца.

Или…

как будто ждали.

Максим сглотнул.

Живот снова напомнил о себе.

Сильно.

Резко.

Он стиснул зубы.

– Ладно…

Если там хоть что-то есть…

Он сделал шаг.

Потом ещё один.

Подошёл к двери.

Остановился.

Рука поднялась сама.

Он коснулся дерева.

Холодное.

Сырое.

Живое.

Дверь скрипнула.

Медленно.

Тяжело.

Как будто сопротивлялась.

Максим толкнул её сильнее.

Она открылась.

Внутри было темно.

Пахло древесиной.

Пылью.

Старостью.

И ещё чем-то.

Непонятным.

Он шагнул внутрь.

Пол скрипнул под ногой.

Громко.

Слишком громко.

Максим замер.

Сердце билось в горле.

– Есть кто?

Тишина.

Свет пробивался через щели в стенах.

Тонкими лучами.

В них висела пыль.

Двигалась.

Как будто жила своей жизнью.

Максим медленно прошёл вперёд.

Осмотрелся.

Пусто.

Почти.

Сломанный стол.

Лавка.

И лестница.

Вверх.

На чердак.

Он посмотрел на неё.

И в этот момент…

что-то внутри дрогнуло.

– Да ну нахрен…

Он хотел развернуться.

Уйти.

Собрать грибы.

Вернуться домой.

Как обычно.

Но не смог.

Потому что почувствовал.

Слабое.

Но чёткое.

Зов.

Максим сделал шаг к лестнице.

Доска скрипнула.

Потом ещё шаг.

Каждое движение давалось тяжело.

Не телом.

Внутри.

Он начал подниматься.

Ступень.

Скрип.

Ещё ступень.

Скрип.

Чем выше – тем тише становился лес.

Как будто его выключали.

Оставляя только…

это место.

Максим поднялся на чердак.

И замер.

В центре лежала руна.

Выжженная в досках.

Та же.

Что он видел в лесу.

Но здесь – другая.

Сильнее.

Ярче.

Она светилась.

Зелёным.

Мягким.

Но живым светом.

Максим сделал шаг.

Ещё один.

Сердце билось быстро.

– Это что…

Он не договорил.

Потому что почувствовал.

Тепло.

Оно шло от руны.

Не как от огня.

По-другому.

Глубже.

Как будто касалось не кожи.

А внутри.

Максим протянул руку.

Пальцы дрожали.

«Не трогай»

Мысль снова.

Чужая.

Чёткая.

Он замер.

И всё равно…

коснулся.

В этот момент всё изменилось.

Тепло ударило в ладонь.

Потом – выше.

По руке.

В грудь.

Максим резко вдохнул.

Мир вокруг дрогнул.

Лес.

Комната.

Сам он.

Как будто всё стало…

чётче.

Живее.

Он стоял.

Дышал.

И впервые за долгое время…

чувствовал.

Настояще.

И в этот момент…

за его спиной что-то шевельнулось.

Тихо.

Но достаточно.

Максим замер.

Медленно повернул голову.

В тени…

между балками…

стоял кто-то.

Высокий.

Неподвижный.

Собранный из темноты и веток.

И смотрел.

Прямо на него.

Максим не закричал.

Не убежал.

Не смог.

Потому что понял.

Это не лес.

Это кто-то.

И этот кто-то…

ждал его.