Read the book: «Фабула. Портал тринадцати империй»

Akram El-Bahay

Fabula – Das Portal der dreizehn Reiche

Text Copyright © 2022 by Akram El-Bahay

Baumhaus Verlag in the Bastei Lübbe AG

© 2022 Bastei Lübbe AG, Germany

© Пудова Е., перевод на русский язык

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Из библиотеки ненаписанных книг

Уважаемые книготорговцы, уважаемые блогеры, знаете ли вы, откуда берутся идеи для книг? Особенно для тех самых грандиозных историй, которые без труда вдохновляют каждое новое поколение.

В книге «Фабула – портал тринадцати империй» я раскрою часть этой тайны. Присоединяйтесь ко мне, и вместе с Уиллом и Шарлоттой мы первыми отправимся в Фабулу, место, куда вы вряд ли смогли бы попасть иным способом. Там я расскажу вам о цверге¹ с обожжёнными пальцами, высоченном охотнике (который за двести одиннадцать лет действительно не пропустил ни одного случая вляпаться в неприятности) и кентавре, что будучи постоянно не в духе, я уверен, немедленно отправит вас в опаснейшее место – ПроПасть, в любой момент, когда бы вы ни столкнулись с ним. Если вы заблудитесь по дороге, просто три раза ухните как сова и один раз – как сипуха. Или просто закричите как можно громче.

Может быть, тогда придёт помощь. Так что не надо бояться. Смелей, ступайте по дороге приключений. Кстати, если краем глаза вы заметите эльфийку-сирену, немедленно закройте уши! В противном случае она заставит вас забыть, как вы попали в Фабулу. И тогда вы никогда не вернётесь…

До встречи!

Акрам Эль-Бахай

Обожжённые пальцы

Ночь была наполнена голосами. Тысячами тысяч. Такими громкими, словно они хотели прогнать тьму, внезапно накрывшую Нью-Йорк. Тьма, как чёрная вода, текла между небоскрёбами и гасила все огни. Такой ночи здесь ещё никогда не было. Казалось, её призвал первый в жизни крик новорождённого ребёнка, что вместе со своим близнецом пришёл в этот мир. Пока люди громко требовали света, как будто они боялись сгинуть в этой тьме, к их возбуждённым голосам примешивался тихий шёпот. Он словно доносился из далёкого мира.

Близнецы родились в больнице Маунт-Синай, здание которой немного походило на башню ведьмы.

Оно возвышалось прямо к звёздам, являвшимся обычно лишь бледными пятнами на небосклоне над ярко освещённым городом.

Но сегодня они ярко сияли. Подобно серебряным цветам на тёмной траве рассыпались они по ночному небу и раскрасили серебром дома и Центральный парк.

В парке, раскинувшемся перед больницей словно оазис, в обычно шумной городской пустыне из бетона, стекла и металла, стояла тишина. Абсолютно немая тишина.

Птицы, гнездившиеся на деревьях, взволнованно прислушивались к чему-то, так же, как и сверчки, чья музыка обычно сопровождала ночи, а сегодня они были необычно тихи. Мыши в своих маленьких норках и кошки, охотившиеся за ними, тоже ощущали это напряжение. Животные умнее людей. Они почувствовали, что что-то происходит. То, чего никогда раньше не случалось. Только они увидели странную трещину, которая возникла в воздухе над широкой поляной, поросшей травой, под аккомпанемент шёпота, звучавшего как магическая формула.

Появление трещины сопровождалось огненными вспышками, словно кто-то прорезал ночь горящим лезвием.

Воздух наполнился дымом. Сквозь трещину протиснулась чья-то ступня. За ней последовала вся короткая ножка, а потом и фигура целиком.

– Чёрт возьми, – взвыл этот некто. – Чёрт, чёрт, чёрт!

Существо, протиснувшееся сквозь трещину, скакало по траве так безумно, будто ноги его наступали на гвозди. В руках, на которых были надеты толстые, чёрные как смоль перчатки, оно держало огненное яйцо.

– Чёрт побери!

Дым поднимался от перчаток, в то время как маленький человечек, казалось очень не уверенный в выборе направления, куда-то сломя голову бежал по лужайке. Ростом он был едва ли больше десятилетнего мальчика, но при этом также коренастым, как взрослый мужчина. На широком лице особенно выделялись два глаза, мерцавшие в холодном свете звёзд, как у кота. С его подбородка спускалась мощная седая борода, заплетённая в длинную косу. Существо настолько соответствовало образу цверга, словно явилось не сквозь воздушную трещину, а прямо из сборника сказок.

Цверг, спотыкаясь, побежал через лужайку к озеру, на берегу которого поднимали ветви в ночную высь деревья. Позади них возвышалась башня больницы. «Да», – подумал он про себя. Это было подходящее место. Он снова узнал его. Его хозяйка показала ему это место в своём волшебном всевидящем стекле.

Как досадно, что трещина не открылась ближе к нему. Но магия всегда непредсказуема.

Цверг подул на руки, в то время как огненное яйцо в его пальцах продолжало прожигать его перчатки.

– Чёрт возьми!

Перчатки цвергов сшиты из ничем не пробиваемой шкуры камнегрызов. Ничто на свете не было прочнее. Но пламя от яйца пожирало их, как если бы они были сделаны из бумаги.

Цверг споткнулся о камень в траве, и, оступившись, выпустил яйцо из рук. Он смог поймать его как раз перед тем, как то чуть было не приземлилось на землю. Заповедные глубины! Яйцо могло коснуться земли только в том месте, где ему суждено будет укорениться.

И это место должно быть подходящим. Со всей скоростью, которую могли развивать его короткие ноги, цверг помчался дальше. Ему ни за что не следовало добровольно соглашаться на это задание. Но ведь он главный в их Железной бригаде. Самый лучший цверг-стражник. А кто ещё должен был взять это задание на себя? В ужасе он посмотрел на свои перчатки. Они уже почти полностью расплавились. И хотя кожа цверга, несомненно, выдерживала гораздо больше, чем тонкая, как у слизняков, кожа людей, но скоро яйцо гарантированно заставит плоть обуглиться у него на костях.

Он помчался быстрее. С такой скоростью, как будто за ним гналась легендарная огненная тень, которая в преданиях его народа обитает во тьме в самом сердце земли и пожирает всё, что предстаёт пред её пылающими очами.

Деревья были уже близко, когда последние клочки перчаток растворились в облаке дыма. Теперь цверг нёсся вприпрыжку вдоль берега озера к тому месту, где он должен опустить яйцо в землю. Он чувствовал, как пламя яйца вгрызается ему в кожу, он уже почти был готов выбросить его.

– Хойн! – Он измученно выкрикнул своё имя, чтобы хоть как-то подбодрить себя. Ещё один шаг. Он уже почти не чувствовал рук. Сделал ещё один мощный рывок и очутился под деревьями.

Воздух над яйцом. Вода перед ним. Огонь в нём. И земля вокруг него. Все четыре элемента были объединены здесь.

Используя всю силу цверговых рук, которыми играючи легко мог сгибать подковы, он в прыжке вбил яйцо в землю и вдавил так глубоко, что его руки зарылись в почву по самые плечи. Потом он вытащил их, и, как по волшебству, отверстие в земле закрылось само по себе.

Магия Фей начала действовать.

Тяжело дыша, Хойн подбежал к озеру и погрузил свои обожжённые пальцы в прохладную воду.

Несколько мгновений он стоял на коленях на берегу и вглядывался в незнакомое ему звёздное небо, наслаждаясь прохладой воды, окутавшей его обожжённые руки. Так вот, значит, каким являлся мир людей. Как же он был похож на его собственный мир! И при этом как же отличался! Он посмотрел на тёмные дома, уходившие в небо, как Башня Слов. Да, Феи действительно выбрали самое подходящее место. Феи. Хойн взглянул на пальцы. Это Феи были виноваты в том, что ему сейчас так больно.

– Да будь они прокляты! – вырвалось у него. Сам, испугавшись своих слов, он начал озираться вокруг, будто боялся, что кто-нибудь из Фей может его услышать. Но неподалёку он обнаружил только лишь удивлённую белку, которая с интересом наблюдала за ним с верхушки дерева над его головой.

– Тсс! – прошипел цверг и приложил обожжённый палец к губам. Затем вскочил на ноги.

Ему пора было возвращаться. Трещина между мирами скоро закроется. И он застрянет здесь, в этом чужом мире, пока всё не начнётся. Ни ради каких теней глубин это не должно случиться! Кто сможет сказать, сколько ему в этом случае придётся ждать? При этом ждать, возможно, в окружении враждебных существ. Он недоверчиво посмотрел на белку и помчался обратно к трещине так быстро, как только мог. Он влетел в неё одним прыжком. И в то же мгновение она закрылась, словно её никогда и не было, и всё стало, как раньше. Почти всё.

В стоящей неподалёку больнице Маунт-Синай новорождённый, чей первый крик вызвал странные события той ночи, теперь спокойно спал рядом со своим близнецом в постели матери. Сквозь окно комнаты светили звёзды. Но едва трещина в воздухе закрылась, огни города опять стали ярче них. Окно выходило в парк, и если бы женщина, только что подарившая жизнь двум детям, или её счастливый муж, сидевший рядом с ней, выглянули в окно, кто-нибудь из них, возможно, заметил бы необычное свечение внизу. Какое-то мгновение казалось, что там бьётся огненное сердце.

В следующий миг из земли выбрался крошечный росток. Он быстро поднимался вверх, скрытый кронами больших деревьев, которые укрыли его ветвями. А глубоко под ним тонкие корни обвивались, защищая нечто, что пока спало, ожидая во сне.

Того самого дня.

Того самого голоса.

Его возвращения.

Странные голоса

– Ты что, спишь, Уилл?

Голос доносился до его уха словно издалека. С трудом и с большой неохотой он выбрался из сна обратно в реальность.

– Нет, – солгал Уилл, подавляя зевок. – Мне… мне просто что-то попало в глаз.

Он убрал со лба чёрные как смоль волосы и демонстративно потёр лицо. При этом он одарил миссис Фишермен, учительницу биологии, своей самой очаровательной улыбкой.

Украдкой он толкнул локтем в плечо Джейкоба, который лежал рядом с ним на берегу озера. Так было всегда – миссис Фишермен обращалась только к нему, в то время как его лучший друг мог спокойно храпеть дальше.

– Тогда ты наверняка сможешь объяснить мне, – она указала на спящего Джейкоба, – что вы здесь делаете. Правда? – Миссис Фишермен не только разговаривала строго, но и выглядела так же – со своей серой шляпой и седыми волосами под ней.

Уилл ясно прочёл на её лице осуждение. Он ткнул Джейкоба ещё раз, и его друг наконец-то проснулся. Тем временем Уилл, продолжая улыбаться миссис Фишермен, взял в руки тетрадь и учебник по ботанике. И то и другое он положил рядом с собой на траву, прежде чем закрыть глаза.

– Мы определяли растения здесь, на берегу, – сказал он. Как и всегда, когда ему приходилось спасать себя из какой-то неприятности, а случалось такое фактически каждый день, он полностью полагался на свой величайший талант: складывать слова, возникшие словно из ниоткуда, в убедительные истории. Лгать.

– Джентльмены определяли растения с закрытыми глазами? – Миссис Фишермен в этот момент казалась Уиллу похожей на кошку, обнаружившую беззащитную птицу, с которой можно поиграть.

– Конечно нет. – Уилл посмотрел на озеро, как будто мог найти там следующие слова для своей истории. Те, что спасли бы его от гнева учительницы биологии. Ему нравилось, когда дело принимало серьёзный оборот. Когда он осознавал опасность остаться после уроков. Избежав неминуемого наказания, он впоследствии чувствовал себя победителем в некой игре. Птица смогла обмануть кошку. Слишком часто он попадал из-за этого в неприятности. Но ему просто необходимы острые ощущения.

– Это была моя вина, – произнёс он наигранно сдавленным голосом.

– Ага. – Глаза миссис Фишермен торжествующе сверкнули.

Уилл опустил голову.

– Я был так очарован голосами, что уговорил Джейкоба закрыть глаза и хоть немного помолчать. При этом мы заснули. Мне так стыдно.

– Голосами? – Миссис Фишермен нахмурилась, при этом у неё появилось столько морщин, что можно было принять её шею за высохшую изюмину.

– Это… – Уилл запнулся. Чёрт возьми, какие животные живут на озере? – Были утки, – сказал он, когда мимо них проплыла пара водоплавающих птиц. Их кряканье раздражало его всё время, но его учительнице оно, похоже, действительно нравилось.

На её лице появилось озадаченное выражение.

– Я и не знала о твоём интересе к птицам.

Уилл заставил себя улыбнуться и промолчать.

Любая ложь нуждалась не только в словах, но и в паузах. Иначе грозил полный провал. Он посмотрел на Джейкоба, который, хоть и вскочил на ноги, ощущая себя виноватым, но держал рот на замке. Нет проблем, подумал Уилл. В случае необходимости он мог солгать и за двоих.

Миссис Фишермен хмыкнула.

– Ну, если это так.

Казалось, она всё же не до конца поверила его словам. Она явно не хотела, чтобы эти двое так легко отделались.

– Тогда, вы, конечно же, будете не против наконец заняться определением растений.

Она указала на учебник ботаники. Уилл, который ни разу не удосужился открыть свой с тех самых пор, как миссис Фишермен неделю назад выдала их классу, усердно закивал. «И как, чёрт возьми, ей только пришла в голову идея устроить экскурсию в Центральный парк?» – подумал он про себя. В такой тёплый день нет никакой возможности сосредоточиться на изучении деревьев и кустарников.

Уиллу совсем недавно исполнилось тринадцать лет. И на свете существовал примерно миллион вещей, интересовавших его гораздо больше.

– Джейкоб, может быть, ты изучишь вон те кусты? А ты, Уилл, прогуляйся вон до тех деревьев, – предложила миссис Фишермен. – Одно из них выглядит очень необычно. Кстати, мне кажется, Шарлотта уже справилась со всеми заданиями.

Ну, конечно, Шарлотта. Уилл изо всех сил старался сдержать улыбку. Его трижды умная сестра-близнец никогда не нарушала правил. На самом деле она всегда беспокоилась об Уилле, поскольку у него был талант постоянно попадать в неприятности, а она являлась любимицей учителей и всех остальных.

Уилл разглядел её у противоположного конца озера, окружённую подругами. Шарлотта постоянно была кем-нибудь окружена и повсюду выделялась светлыми волосами. Нечестно, что она и хорошо училась в школе и пользовалась такой жуткой популярностью. Но зато, по крайней мере, учителя иногда сочувствовали ему.

Возможно, они втайне подозревали, что быть братом-близнецом идеальной Шарлотты означало всегда оказываться не на ведущих ролях. Эта жалость уже несколько раз спасала его от плохих оценок. Или от наказания, если кто-то и распознавал его ложь.

Уилл быстро взглянул на Джейкоба и заговорщически кивнул ему, в то время как миссис Фишермен уже обратилась к другой группе учеников, внимание которых она хотела привлечь. Он встал и лениво побрёл к деревьям. При этом он посмотрел на свой телефон. Оставалась ещё четверть часа до окончания экскурсии.

Он быстренько выяснит, как называются эти деревья, а затем вернётся к Джейкобу. Может быть, они смогли бы раздобыть здесь что-нибудь поесть. В парке точно был фургончик с мороженым. Уилл огляделся в надежде где-нибудь его обнаружить. При этом его взгляд упал на больницу, находившуюся неподалёку. Больница Маунт-Синай. Каждый раз, когда они проходили мимо неё с мамой, ему приходилось выслушивать историю рождения его и Шарлотты. Таинственное отключение электроэнергии. По словам его матери, якобы всё это было ужасно захватывающим. Уилл так и не понял, что захватывающего могло быть в отключении электричества.

Под деревьями было тенисто и прохладно. Уилл безрадостно уставился на них, как будто они виноваты в том, что ему приходиться выяснять их названия. Он лениво листал свой учебник. «Бог ты мой», – подумал он. Все деревья на фотографиях выглядели одинаково. И зачем, спрашивается, знать, как они называются?

Деревья здесь стояли вплотную друг к другу. Росшее в центре было немного меньше остальных и выглядело как-то странно. Уилл не являлся экспертом, когда дело касалось деревьев. Но такого он ещё точно никогда не видел. Ствол его искривился, как если бы дерево пыталось повернуться. Листья были серебристо-серыми и разной формы. Одни заострённые, как концы стрел, другие – круглые.

Громкие голоса вырвали его из размышлений. Двое мужчин направлялись в его сторону. У одного из них был такой большой живот, что он наверняка не мог видеть своих ног. Другой держал в руках бензопилу.

По его лбу из-под шлема и прозрачного визора стекал пот.

– Которое из них? – спросил человек с пилой.

Его коллега почесал голову, посмотрел на листок бумаги, а потом устремил испытующий взгляд на деревья.

– Вон то, – наконец сказал он, указывая на странное дерево.

– Я никогда не видел ничего подобного, – проворчал садовник, державший пилу.

– Оно наверняка родом из Азии или откуда-то оттуда, – заявил его коллега. – Надо срубить его, пока оно тут не разрослось и не вытеснило все остальные.

Уилл листал учебник, пока мужчины готовились к работе.

– Мальчик, – сказал мужчина с огромным животом и помахал запиской, – здесь сейчас будет шумно и опасно. Боюсь, тебе придётся поискать другое место для игр.

Игр? На языке Уилла уже вертелась ответная реплика, но он решил смолчать. Это же настоящая удача! В конце концов, не его вина, что дерево было срублено до того, как он успел определить его название или какого-нибудь другого.

Уилл как раз собирался отвернуться, когда заметил насекомое, направлявшееся прямо к двум мужчинам. Оно было необычайно большим. «Наверное, стрекоза», – сразу подумал он. Они роились десятками вокруг тростника на берегу озера.

Но потом он пригляделся немного внимательнее. Нет, это была не стрекоза. Ошеломлённый, он уставился на… странное существо. Никогда раньше не видел ничего подобного. Из-под ветвей необычного дерева появилось нечто, обладавшее не только крыльями, но и крошечным человеческим телом. У него на голове росли длинные серебристо-серые волосы, спадая на заострённые ушки. Глаза на маленьком девичьем личике отливали золотом.

Уилл в изумлении выронил учебник и тетрадь из рук. Всё, что он мог сделать, это стоять и смотреть на крылатое существо. Оно… оно по неизвестной ему причине казалось ему знакомым.

А двое мужчин совершенно не замечали странное создание. Один из них как раз собирался начать огораживать участок вокруг дерева, другой в это время возился с бензопилой. Существо замедлило свой полёт, проскользнуло под визор и прижалось к уху одного из садовников. Теперь он наконец-то заметил странное насекомое и хотел отмахнуться от него рукой, но на середине движения остановился. Голос, исходящий из уст существа, был прекрасен. Никогда ещё Уилл не слышал такого красивого голоса. Как будто оно пело, а не говорило.

– Вы закончили работу, – произнесло оно.

Уилл отчётливо слышал голос, даже несмотря на то что существо находилось под визором шлема.

– Уходите и никогда больше сюда не возвращайтесь.

Садовник вопросительно нахмурился. А существо продолжило:

– Вы закончили, – повторило оно. – Уходите и никогда больше не возвращайтесь.

Тут под ветви странного дерева влетело второе существо. Как и первое, оно выглядело как маленькая девочка с крыльями. Её волосы были синими, словно небо.

Она направилась прямиком ко второму мужчине, который как раз складывал бумажку с заданием. Уилл был слишком удивлён, чтобы предупредить его. Когда существо добралось до второго садовника, оно произнесло те же слова. Пока двое мужчин, как зачарованные, смотрели друг на друга, первое существо вылетело из-под визора шлема.

– Мы закончили, – хором повторили рабочие. – Мы уходим и больше никогда не вернёмся.

Оба странных существа развернулись и полетели обратно под ветви дерева. Только сейчас Уилл заметил: там царила такая глубокая темнота, что его глаза не могли почти ничего в ней различить, и ветви деревьев были видны лишь смутно. Она словно поглотила двух этих загадочных существ, которые просто растворились в ней.

Уилл сделал несколько шагов по направлению к дереву, в это время мужчины начали снова упаковывать свои вещи.

– Извините, – сказал он.

Мужчина с круглым животом глянул на него так, как будто видел впервые.

– Да? – резко ответил он.

– Вы тоже сейчас это видели?

– Видели что?

Уилл попытался сначала мысленно сформулировать предложение, которое хотел произнести. Двух крылатых существ с прекрасными голосами?

– Мальчик, – сказал ему садовник, – нам нужно идти. Пожалуйста, не мешай нам.

– Но, – Уилл указал на дерево, – вы же собирались его срубить.

Мужчина уставился на дерево, а затем на Уилла.

– Так мы и срубили, – ответил он, посмотрев на Уилла задумчивым взглядом. – Да ты, похоже, на солнце перегрелся, а, парень?

– Но… – Уилл закрыл рот, не закончив фразу.

Мужчина отвернулся от него, качая головой, и подал знак коллеге, что им пора идти.

– Мы закончили и больше сюда никогда не вернёмся.

Словно лишившись дара речи, Уилл смотрел им вслед. Потом он взглянул на дерево.

И вдруг он услышал голос. Он был не похож на голоса двух других существ, вовсе не молод и не так красив. А скорее стар и звучал очень низко. Уилл не был уверен, что слышал его ушами. Возможно, тот звучал у него прямо в голове.

– Возвращайся! Возвращайся домой!

На какой-то миг Уиллу стало холодно, как если бы солнце ушло за горизонт. Теперь он видел только дерево. Больше ничего в мире для него не существовало.

– Возвращайся! Возвращайся домой!

Внезапно он заметил, что неосознанно подошёл к дереву. Тьма под листьями нарисовала границу на траве. Ему нужно было сделать всего один шаг, чтобы переступить через неё. Уилл покачал головой, как будто хотел сказать «нет».

– Возвращайся! Возвращайся домой!

Он отшатнулся, споткнулся и упал. Быстро вскочил на ноги и побежал. Он бежал так быстро, как никогда в жизни. А когда снова смог собраться с мыслями, то был уже на другой стороне озера. Перед ним стояла миссис Фишермен.

– Уилл!

Его имя прозвучало как обвинение. Но после пережитого только что, Уилл был слишком рад её видеть, чтобы его это напугало.

– Миссис Фишермен, как чудесно вы выглядите.

Он заметил, как на него смотрят его одноклассники. Они стояли позади учительницы. По всей видимости, она как раз созвала их.

– Где твой учебник?

Если и существовало на свете что-то, что миссис Фишермен терпеть не могла ещё больше, чем невнимательных учеников, это были невнимательные ученики, которые плохо обращались со школьными учебниками.

– Он… Я его потерял.

Он быстро взглянул на дерево и невольно покачал головой. Нет, точно не отважится пойти туда снова. Краем глаза он увидел, что некоторые из его друзей с трудом сдерживают смех. По-видимому, они полагали, что Уилл хотел подшутить над их учительницей.

Как бы глупо это ни звучало, но, похоже, она тоже так думала.

– Потерял?

– Это… феи.

Да, похоже, это были феи. Или кто-то в этом роде, насколько бы невероятно это ни выглядело. К сожалению, это не только выглядело невероятно, но и казалось по-настоящему нелепой ложью.

– Я уже говорил, как рад вас видеть? – попытался он сгладить ситуацию.

Но его голос с каждым словом становился всё тише, пока последнее слово не застыло у него на губах.

– Феи? Ты слышал их голоса у озера? – Миссис Фишермен снова превратилась в настоящую кошку. И уж в этот раз она птичку не упустит. – Что ж, я уверена, тебе понравится, если у тебя будет возможность пообщаться со мной подольше. Сегодня останешься после уроков. Я отправлю тебя помогать в школьную библиотеку. Там точно есть книги о феях. Сборники сказок.

=♦=♦=♦=

Уже смеркалось, а Уилл всё ещё не добрался до дома. Вечером на улицах было так много людей, что его путь от школы на Манхэттене до их квартиры в Восточном Гарлеме занял значительно больше времени, чем обычно. В конце концов он смог проехать несколько станций на метро, но даже на последнем отрезке пути пешком он двигался быстрее, чем водители, застрявшие в обычной для Нью-Йорка пробке.

Воздух был наполнен яростными гудками. Уиллу в нос ударили ароматы бесчисленных ларьков с едой, заставив его желудок заурчать от голода. Он тяжело вздохнул, когда наконец добрался до порога их дома. В обычные дни он приходил значительно раньше. Экскурсия сама по себе уже заняла много времени. А потом ему пришлось провести два часа в библиотеке под строгим взглядом миссис Фишермен, расставляя возвращённые книги обратно на полки. Вообще-то, на самом деле он не имел ничего против того, чтобы проводить время в библиотеке. Чувствовал себя комфортно среди всех этих книг. Он не мог сказать, был ли это запах бумаги, который ему так нравился, или воспоминания о том, как в детстве часто сидел рядом с отцом, окружённым книгами. Или ещё одно воспоминание, давно поблёкшее, как старая фотография. Его отец, рассказчик историй.

Уилл запер входную дверь. Маленькая квартирка, где он жил с матерью и Шарлоттой, была для них, в сущности, чересчур дорогой. Квартирная плата в Нью-Йорке такая высокая, как будто квартиры обшиты золотыми панелями, и их матери приходилось много работать, чтобы позволить себе и им жить здесь. Уилл был благодарен ей за возможность остаться. В мире не существовало другого места, где он хотел бы жить. Возможно, причина заключалась в том, что только здесь он чувствовал себя хоть немного ближе к отцу. Это чувство ему дарили бесчисленные книги, с которыми Шарлотте, их маме и ему приходилось делить квартиру.

Многие принадлежали отцу Уилла. Они находились повсюду. Некоторые можно было обнаружить даже на кухне. По словам матери Уилла, отец часто читал, и большинство из них выглядели настолько потрёпанными, что это чувствовалось. Но с большей страстью он писал. Эти тома Уилл брал в руки только тайком. Его мать всегда предупреждала его об осторожности, когда он добирался до них в её присутствии. Книги были самой яркой памятью о его отце. «Сколько лет прошло с тех пор, как он исчез из нашей жизни?» – думал Уилл, поднимаясь по лестнице в квартиру. Слишком много. Уилл и Шарлотта тогда ещё даже не пошли в школу. Их мать уже много лет не говорила о том несчастном случае.

– Уилл, – поприветствовала она, когда он подошёл к двери квартиры.

Её голос звучал почти как у учительницы. Но в следующий момент она вздохнула и погладила его по голове.

Вот чего совершенно не умела его мама – это быть строгой. Она была, наверное, самым добрым человеком в мире. И Уилл чувствовал себя ужасно каждый раз, когда разочаровывал её.

– Скоро будем ужинать. А потом расскажи, почему старый дракон так долго держал тебя в школе.

Вечер был ещё тёплым. Окна на кухне оставались открытыми, и снаружи доносился вездесущий городской шум. На стене всё так же висела разноцветная гирлянда, которую их мать вешала каждый год в день их рождения. Её некогда яркие цвета со временем поблёкли, и Уилл считал, что эта гирлянда им давно уже не подходит. В конце концов, им с Шарлоттой уже исполнилось тринадцать лет.

Он сидел, покачиваясь на стуле, а мама в это время поставил на стол плетёную корзинку с хлебом. Шарлотта, как всегда, сидела напротив и внимательно, словно кошка, его разглядывала. У неё были такие же светло-русые волосы, как и у их матери, но лицо Уилл и она унаследовали от отца.

– Должно быть, с Уиллом случилось нечто ужасное, – невинно произнесла Шарлотта, когда их мать подсела к ним.

Замечательно, подумал он. Мало того, что ему придётся рассказывать маме историю, которую он сочинил по дороге, так теперь ещё и сестра вмешалась. Он бросил на Шарлотту укоризненный взгляд, прочитав по лицу, что её комментарий был далеко не случайным. Обычно это он не упускал случая позлить её. Но его жутко совершенная сестра, к сожалению, многому научилась за последние несколько месяцев.

– Он выглядел очень напуганным, – невозмутимо продолжила Шарлотта.

Уилл попытался незаметно пнуть её, но задел только ножку стола.

– Итак, что случилось? – спросила мама. – И никаких твоих историй, Уилл!

Даже когда она изо всех сил пыталась отругать его, это звучало, будто хотела утешить.

Она тяжело вздохнула. Как обычно, она беспокоилась об Уилле. Ей было прекрасно известно: он лгал слишком часто. А также то, что он получал удовольствие, пытаясь выбраться из, казалось бы, безвыходных ситуаций с помощью своей фантазии.

– Только правду! – Его мать предостерегающе подняла бровь.

Уилл кивнул. При этом он иногда не мог ничего с собой поделать, и ему приходилось рассказывать истории, родившиеся в его голове.

Казалось, слова сами собой складывались в его разуме. И в основном всё это звучало весьма неплохо.

– Ладно, – сказал он, пожимая плечами. – Тогда только правду.

– Ты расскажешь ей о феях?

Уилл ожидал, что мама будет удивлена, но та смотрела на него с таким выражением лица, которое было ему незнакомо. Он не мог сказать – она просто удивлена или скорее слегка шокирована.

– Конечно это были не феи!

Он бросил на Шарлотту раздражённый взгляд. Ему было стыдно из-за всей этой истории. Он выглядел испуганным, как маленький ребёнок, бегущий от собственной тени. И весь класс был в курсе. Про этот случай наверняка ещё год не забудут. Как минимум.

– Но ты же сам рассказывал о существах, которые наполовину были людьми, а наполовину птицами, – настаивала на своём Шарлотта.

«Чёрт возьми», – подумал Уилл. Ему не следовало ничего ей говорить на обратном пути в школу. Он снова попытался её пнуть, и в этот раз наконец-то попал. Но его сестра не оказала ему такой любезности и не включилась в ссору с ним, вместо этого она продолжила. Невозмутимо улыбнувшись, просто отодвинулась вместе со стулом немного назад, оказавшись вне досягаемости для его ног.

– И они облетели вокруг этого дерева. Разве они при этом не пели?

– Какого дерева? – спросила мама.

Внешне она снова выглядела спокойной, но её голос звучал непривычно. Он казался почти чужим.

– В парке. Мы были на озере. Там, где ещё видно ту больницу.

Мама слегка кивнула и улыбнулась им. Это была та самая улыбка, которой обычно удостаивался Уилл, когда она вообще-то сердилась на него, но при этом не хотела это открыто показывать. Но сейчас, казалось, за ней скрывается что-то другое. Не злость, в этом Уилл был точно уверен. Но он никак не мог определить, что же.

– Дерево и правда было очень странным, – сказала он, пытаясь увести разговор подальше от неприятной истории с феями. – Я такого раньше не видел.

Он пропустил мимо ушей язвительное замечание Шарлотты, не собирается ли он в будущем стать садовником, и продолжил:

– У него под листьями было абсолютно темно. А ещё с него над травой полетело какое-то прикольное насекомое. Оно выглядело как-то… действительно странно.

Это почти и не было ложью. Ну конечно же, это не могла быть крошечная летающая девочка с острыми кончиками ушек. Наверняка он видел просто необычное насекомое. И для всего остального тоже должно было найтись какое-нибудь объяснение. По крайней мере, он на это надеялся.

Мама какое-то мгновение задумчиво смотрела на него.

– Пожалуйста, больше не ходите туда, – решительно сказала она.

– Почему? – удивился он.

– Потому что существуют насекомые, которые могут переносить разные болезни, – ответила она слишком быстро, как ему показалось. А потом она больше ничего не говорила, пока они не закончили ужинать.

Позже, когда уже давно стемнело, он, как всегда, когда был чем-то рассержен, валялся на своей кровати и читал старую записную книжку. Когда-то она принадлежала его отцу, и каждый раз, когда Уилл перелистывал страницы, казалось, что они вот-вот выпадут из переплёта.

Мама не знала, что книжка спрятана в его комнате. Два года назад он тайно вытащил её из ящика, в котором мать хранила вещи, напоминавшие об их отце. Книжка была изрядно потрёпана, в ней отсутствовало несколько страниц.

=♦=♦=♦=

Тринадцать знаков Круга Фей Фабулы. Увиденные и описанные Филиппом Гриммом. Уилл часто задавался вопросом, что такое Фабула. Страна, которую придумал его отец? Это слово не встречалось ни в одной другой книге, хранившейся в их квартире.

Не на всех страницах был только текст. На части из них его отец нарисовал странных существ. Всё это были мифические существа. Цверги. Джинны. И… эльфы-сирены. Только когда Уилл заглянул в книжку, он наконец-то понял, почему существо, слетевшее с дерева, показалось ему таким знакомым. Конечно, ему это просто почудилось, потому что он был сонным и в полусне вспомнил рисунок из этой книжки. Правда ведь? Ну разумеется! Он увидел насекомое. А не эльфийку-сирену. Это странное название было написано мелким изящным почерком его отца под рисунком.

Тут в дверь Уилла постучали, и он поспешно сунул книжку под подушку.

– Да? – проворчал он.

– О господи! – сказала мама, открывая дверь и заглядывая в его неубранную комнату. – Тебе срочно нужно навести порядок!

– Да, да, – ответил Уилл.

– Не сердись на Шарлотту. Она просто хотела… позлить тебя.

– Да, да, – снова ответил Уилл. Чёрт возьми, его мать могла читать его, как книгу. Иногда это было небезопасно. Он украдкой взглянул на неё и заметил, что она держит в руке куртку.

– Ты куда-то собралась? – небрежно спросил он, демонстративно вытаскивая мобильный телефон из кармана брюк, чтобы показать ей, как он занят. Он втайне хотел продолжить листать книжку отца. Что это ещё за эльфийка-сирена? Он, конечно, знал, таких существ быть не может. И всё же он хотел узнать о них больше.

– У меня сегодня ночное дежурство, – ответила она, возвращаясь в прихожую и подхватив свою сумочку, которая стояла на полу рядом с гардеробом.

Уилл нахмурился. Их мать работала медсестрой в больнице, где они родились. Для неё не было ничего необычного в том, что она иногда дежурила по ночам. Работа ночью оплачивалась особенно хорошо.

Но обычно ей приходилось работать по ночам только одну неделю в месяц. И если Уилл не ошибался, эта неделя только что должна была закончиться.

– Мы поменялись с коллегой на сегодня, – сказала она, как будто прочитала мысли Уилла по лицу. – Завтра, пожалуйста, приготовьте себе завтрак сами. Скорее всего, вернусь не раньше полудня. Я ведь могу на вас положиться?

– Конечно, – ответил Уилл. Он был уверен, что мама не задавала этот вопрос умненькой Шарлотте.

– Замечательно, – сказала мама.

Она зашла в комнату и поцеловала его в щёку. Уилл это просто ненавидел. Обычно он успевал увернуться, но сейчас лежал на своей кровати, и у него не было ни единого шанса избежать маминого поцелуя.

– Кстати, я, конечно же, не верю в фей, – уточнил он, прежде чем его мать вышла из его комнаты. – Это всё… это всё просто выдумки Шарлотты.

«И в эльфов-сирен я тоже не верю», – пронеслось у него в голове.

– Естественно. – Мама рассмеялась наигранным смехом. – Никто не верит в фей, – сказала она, и голос её прозвучал немного хрипло.

Она вышла и закрыла за собой дверь в его комнате.

Уилл подождал, пока не захлопнется входная дверь, затем снова вытащил записную книжку отца и открыл страницу с изображением эльфов-сирен. Он взял со стола листок и карандаш и снова лёг на кровать. Когда он по-настоящему старался, то мог рисовать почти так же хорошо, как и его отец.

– Никто не верит в фей, – повторил он фразу матери.

И почему-то ему казалось, что в этой фразе было нечто неправильное.

Знакомая незнакомка

Следующий учебный день закончился для Уилла и Шарлотты раньше обычного. Сразу два последних урока были отменены, потому что их учитель математики заболел, так же как и миссис Фишермен. Уилла это очень даже устраивало. Математику он любил даже меньше, чем биологию. Солнце светило с неба так радостно, как будто хотело изгнать из головы Уилла все воспоминания о тёмных тенях под деревьями, бестелесных голосах и тем более крылатых девчонках. Если не считать нескольких дурацких замечаний его друзей, глупая история забылась гораздо быстрее, чем он предполагал. Большинство подумали, что своей историей про фей он просто хотел обвести миссис Фишермен вокруг пальца. И наказание, которое Уилл получил, только доказало в глазах остальных, насколько их учительница биологии поверила, что он хотел поиздеваться над ней. Он даже стерпел жалкие попытки Шарлотты ещё больше достать его.

– Смотри-ка, – сказала она и показала на другую сторону улицы.

Там раскинулся парк, и Уилл даже мог разглядеть те самые деревья, рядом с которыми он видел странное существо.

– Как думаешь, сегодня подходящая для фей погода? – спросила Шарлотта и оценивающе посмотрела на небо.

Она толкнула его локтем в бок, чтобы заставить улыбнуться. Шутка была так себе, и Уилл удостоил её лишь слабой ухмылкой. Однако… Воспоминания о том, что он видел у того дерева, пока не полностью испарились из его головы. А если заглянуть на секундочку – просто так, для проверки? Он чувствовал себя сумасшедшим. Но всё равно решил, что дойдёт до дерева. Может быть, ему просто хотелось полностью убедиться в отсутствии там чего-либо странного.

– Что случилось? – Голос Шарлотты вырвал его из раздумий.

Она показала на зелёный сигнал светофора.

– Мама просила забрать вещи из химчистки, ты забыл?

– Забери сама. Я… я оставил учебник по математике в школе.

Ничего более оригинального в этой ситуации Уиллу в голову не пришло.

– И что ты только ещё не оставлял? – Шарлотта заговорила, как их мама.

Казалось, они обе постоянно за него беспокоились, будто ему было пять лет. Он криво улыбнулся ей.

– Скоро увидимся.

Уилл развернулся и подождал немного, пока Шарлотта, недовольно качая головой, не исчезла из виду. И затем рванул ко входу в парк. Было тихо, и он задумчиво направился к деревьям. В удивлении остановился на берегу близлежащего озера, там росло то самое странное дерево. Казалось, оно стало ещё больше, и уже переросло другие. Вроде только вчера было ниже, или нет? Уилл в изумлении уставился на дерево. И не увидел в нём ничего необычного. Ну конечно же нет. Он сразу почувствовал себя абсолютным дураком. Он всерьёз поверил, что ему навстречу вылетит эльфийка и приземлится на плечо?

Он очнулся от размышлений, заметив нескольких мальчишек, игравших в футбол на поляне под деревьями. Один из них случайно пнул мяч слишком далеко, и тот закатился под дерево, росшее в центре. Тени там были настолько густыми, что казалось, будто они буквально поглотили мяч.

Когда мальчик побежал туда за мячом, к удивлению Уилла, внезапно появилось то самое существо, которого быть не могло. Одно из тех, что он уже видел раньше. То самое, которое его отец нарисовал в своей записной книжке.

– Эльф-сирена, – прошептал он.

Уилл поспешно спрятался за тростником на берегу и, лишь почувствовав себя в безопасности, заметил, что стоит одной ногой в воде. Но он чересчур волновался, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Так, значит, эльфы ему не привиделись! Он был уверен, эту эльфийку он уже видел. Он стоял слишком далеко от дерева, чтобы хоть что-то услышать. Но Уилл очень хорошо видел существо, летевшее к мальчику. И тот наконец-то тоже его заметил. Но прежде чем он успел как-то среагировать, эльфийка-сирена уже подлетела к его уху, и, похоже, начала что-то шептать. Мальчик кивнул и тут же развернулся. Пожимая плечами, он пошёл обратно к друзьям, обменялся с ними парой слов, а потом вся их компания ушла с поляны.

На поляне остался только Уилл, который стоял, глядя им вслед, и не мог поверить в то, что сейчас увидел. Так, значит, они существуют! Эльфы-сирены! Но кто они такие, эти эльфы? И почему они так старательно уводят людей от этого дерева? И откуда они взялись? И откуда его отец мог знать о них? И…

Уилл сделал глубокий вдох, а затем выдох, чтобы не сойти с ума. Эльфийка-сирена вовсе не выглядела опасной. Он снова посмотрел на дерево. Эльфийка пропала. Уилл нигде не мог разглядеть её следов. Вероятно, она снова исчезла в густой тени дерева… Он задумался, ведь мог просто пойти домой и поговорить об этом с Шарлоттой. Естественно, в обычной ситуации он ни за что на свете не доверился бы ей, так как понимал – она попросту снова поднимет его на смех. Но происходившее здесь точно выходило за рамки нормального. Он вспомнил про книжку их отца, в каком-то смысле всё здесь касалось их обоих.

Уилл как раз собирался покинуть своё укрытие в тростнике, когда что-то внезапно его остановило. Чёрт возьми, он же не мог просто взять и уйти, даже не заглянув в эту тень под деревом! Возможно, его отец обнаружил эльфов-сирен здесь, на озере, много лет назад. Наблюдал за ними и зарисовал в записной книжке. И раз он не испугался подойти к дереву, то и Уилл тоже сможет это сделать. Так тихо, как только возможно, он начал пробираться по траве. Однако его мокрый ботинок издавал при этом такие звуки, как будто в нём сидела квакающая лягушка.

Тень была непроницаема для его глаз. Такая чёрная, как если бы сама ночь сгустилась под кроной этого странного дерева. Что, если там жили не только эльфы-сирены? В какой-то момент Уилл вспомнил и о других созданиях и персонажах из книжки отца.

Там был человек с луком. Цверг. Кентавр, обладавший человеческой головой и телом лошади. И страшная женщина, чьи волосы походили на змей. Чем дольше он размышлял, тем больше странных существ приходило ему на ум. Он точно не хотел бы встретиться с большинством из них. Ни здесь, ни в каком-либо другом месте. С другой стороны, вряд ли можно было ожидать, что под деревом он найдёт целый сказочный мир.

Тень расползлась до самой лужайки. У её края Уилл остановился и прислушался. Похоже, эти эльфы всё-таки издавали некие звуки. Какое-то жужжание, что ли. Или шёпот. Или…

– Возвращайся! Возвращайся домой!

Уилл отшатнулся и упал, споткнувшись о собственные ноги. Ошеломлённый, с безумно колотящимся сердцем, он лежал в траве и смотрел на дерево. Он бы не удивился, если бы в стволе внезапно появился рот. Этот голос он уже слышал здесь однажды. Он был старым и звучал низко, и снова Уилл не чувствовал уверенности, слышит ли он его ушами или тот звучит прямо у него в голове.

– Возвращайся! Возвращайся домой!

Рот Уилла приоткрылся сам, но из него не вырвалось ни слова. Он поднялся, ему показалось, что различает в тени крошечную фигурку, которая с любопытством смотрит на него. Девочка с крыльями. «А возможно, я вовсе и не такой храбрый, как отец», – подумал он про себя. Но то, что здесь происходило, было настоящим безумием. Он развернулся. А потом побежал домой – правда, не очень быстро, чтобы никто не мог подумать, что он испугался.

=♦=♦=♦=

– С тобой всё в порядке? – Шарлотта тащила сумку с вещами из химчистки.

– Ясное дело, – сказал он, тяжело дыша. Он никак не мог успокоить сбившееся дыхание, хотя уже пять минут стоял у двери в их дом, пытаясь унять бешеный ритм сердца.

Он, как обычно, забыл взять с собой ключ. И ему пришлось ждать сестру. И ничего, на самом деле, ему не было ясно. Эльф-сирена. И бесплотный голос. Он хотел рассказать об этом Шарлотте. Но не мог. Это выглядело слишком безумно даже в его глазах. Как же тогда она должна отреагировать на эту историю?

– Ты забрал свой учебник? – спросила Шарлотта.

– Что? – Уилл посмотрел на неё в замешательстве.

– А что случилось с твоей обувью?

Уилл проследил за её взглядом. Он совершенно забыл о промокшем ботинке.

– Понятия не имею, – пробормотал он.

– Всё время за тобой надо присматривать, – покачала головой его сестра, сунула сумку ему в руки и открыла дверь. В коридоре они встретили миссис Мур. В памяти Уилла она всегда была старой и всегда при встрече совала ему конфеты. Даже сейчас остановилась при виде Уилла и Шарлотты, неловко ковыряясь в кармане своего тёмно-синего пальто, которое носила в любое время года.

– Вот, возьмите, – хрипло просипела она, как попугай. – Но не рассказывайте той странной женщине.

Уилл и Шарлотта с удивлением переглянулись, пряча конфеты в карманах брюк.

– Что за странная женщина? – спросила сестра Уилла.

– Ну, та, которую привела к вам ваша мать. На редкость невежливая персона! – Миссис Мур раздражённо фыркнула, затем ущипнула Уилла за щёку, как делала каждый раз.

Он, по привычке, молча терпел это.

Наконец-то распрощавшись с ней, они поднялись по лестнице к двери их квартиры на втором этаже.

– Ты поняла, кого она имеет в виду? – спросил Уилл.

– Абсолютно нет, – ответила Шарлотта. – Может, это фея?

Она пихнула его локтем в бок, но в этот раз Уиллу было смешно ещё меньше, чем в прошлый раз.

Дверь оказалась не заперта. Либо миссис Мур ошиблась и их мама уже вернулась, либо…

Когда они зашли в прихожую, Уилл услышал звон тарелок на кухне. Кто-то открыл дверцу кухонного шкафа, которая всегда издавала жуткий скрип. И снова звон. Кто-то тихо выругался. Голос точно не принадлежал их маме.

Уилл огляделся в прихожей. Дверь в спальню их мамы была открыта. На кровати лежала её одежда. Он приложил палец к губам и махнул Шарлотте, чтобы она шла рядом с ним. Та покачала головой, но он поставил сумку на пол рядом с собой и, стараясь ступать как можно тише, направился к кухонной двери. Шарлотта неохотно последовала за ним. Женщина, которую они увидели через дверную щель, стояла, повернувшись к ним спиной. Она как раз рылась в одном из ящиков шкафа и, похоже, что-то искала. Они видели её в первый раз. Так что слова миссис Мур оказались не таким уж бредом. Женщина не заметила их, настолько она, казалось, была занята своими поисками.

Уилл считал, что он двигался абсолютно бесшумно. Но женщина на мгновение остановилась и… принюхалась. Затем она так резко повернулась, что Уилл в ужасе отступил на шаг назад, натолкнувшись при этом на сестру. Они оба повалились на пол. Дверь полностью распахнулась, и в дверном проёме появилась незнакомка. Её волосы были такими чёрными, как будто сама ночь отдала им свою краску. На её лице с резкими чертами выделялся короткий острый нос. Она казалась лишённой возраста – ей можно было дать и тридцать, и триста лет. Женщина смотрела на них серыми, как галька, глазами.

– Вы, должно быть, Уилл и Шарлотта.

Улыбка, которую она с трудом выдавила, выглядела так, словно её губам никогда прежде не приходилось изображать ничего подобного.

В воздухе витал странный запах, он напомнил Уиллу о лесе. Старом и трухлявом.

Женщина помогла им встать.

– Простите, пожалуйста, – приветливо сказала она, – я не хотела вас пугать. Меня зовут Алекто. Ваша мама мне очень много про вас рассказывала. Но она не упоминала, что ты уже почти взрослый мужчина. А ты, – она оглядела Шарлотту, – такая же красивая, как и Лиана.

Лиана. Уилл не слышал настоящего имени своей матери целую вечность. Она сама всегда использовала другое, когда кому-нибудь представлялась. Тереза. Уиллу и Шарлотте она постоянно говорила, что ей больше нравится, как звучит это имя, и что ей хотелось, чтобы её так звали.

– Конечно, вы задаётесь вопросом, что делает незнакомая женщина в вашем доме.

Алекто не переставала улыбаться во время разговора, но её улыбка казалась Уиллу довольно жуткой. Он украдкой взглянул на Шарлотту. Они часто ссорились. Но при этом, когда хотели, понимали друг друга без слов. Он без труда мог прочесть эмоции на её лице. Она тоже не доверяла словам этой женщины. Но в то же время, она была… польщена. Такая же красивая, как и Лиана. Их мать была действительно очень красивой. Неудивительно, что слова Алекто пришлись ей по душе.

– Где наша мама? – спросила Шарлотта, в то время как женщина небрежно закрыла ящик шкафа.

– Ей пришлось уехать, – сказала та. Её улыбка не исчезала, словно черты лица застыли в одной гримасе. – По работе.

Это слово прозвучало из её уст так, как если бы она недавно выучила его наизусть и не до конца понимала его смысл.

– Я знакомая вашей мамы. Мы работаем вместе.

– В больнице? – спросил Уилл.

Алекто кивнула:

– В больнице.

Это слово она тоже произнесла как-то странно. Как будто она никогда не произносила его раньше.

– Она попросила меня присмотреть за вами, пока её не будет. – Взгляд Алекто упал на открытую дверцу кухонного шкафа. – Мне сначала нужно сориентироваться у вас в квартире. – Она полезла в карман своего чёрного, как смола, платья и вытащила письмо. – Вот.

Шарлотта хотела схватить письмо, но Уилл оказался быстрее. Письмо оказалось от их матери, Уилл узнал её почерк. Текста там было совсем немного. Всего лишь информация, что ей нужно уехать, и её коллега Алекто присмотрит за ними. Нахмурившись, он протянул листок Шарлотте.

– Это… очень странно, – прокомментировал он, пока Шарлотта читала.

– Мы отлично поладим. Покажите мне, где тут у вас всё можно найти. Всё, слышите?

Уилл поднял одну бровь и глянул в сторону Шарлотты. Он попытался дать ей понять, что здесь что-то не так.

– Вы ведь поможете мне, правда? – спросила Алекто.

Боже мой, подумал Уилл. Неужели она никогда не уберёт с лица эту дурацкую улыбку?

– Конечно, – немедленно сказала Шарлотта.

На этот раз именно она бросила на него многозначительный взгляд. Ладно, подумал он, она просто хотела притвориться перед Алекто. Уилл был уверен, что та солгала. Он и сам не знал, почему. Наверное, он столько раз в жизни придумывал множество разных историй, поэтому и заподозрил, что рассказ незнакомки далёк от правды.

– Вы ищете что-то конкретное, Алекто? – подчёркнуто любезно спросила Шарлотта.

– Пожалуйста, давайте будем говорить «ты» друг другу? Слушайте, здесь у вас есть такая маленькая, неприметная штуковина? – сказала в ответ та. – Нечто похожее на палочку. Серебристую. Размером примерно как человеческая ру… э, как рука.

Уилл и его сестра вопросительно переглянулись.

– Ничего подобного я здесь не видела, – ответила Шарлотта. – А ты?

Уилл покачал головой.

– Я могу поискать в своей комнате. Ты со мной? – спросил он, повернувшись к сестре.

– С тобой? Зачем… ай!

Шарлотта сердито посмотрела на него, когда тот наступил ей на ногу.

– Чтобы ты помогла мне искать, – тут же добавил он.

– А, да, конечно, – сказала она, растягивая слова. Очевидно, до неё дошло, что нужно пойти с ним. – Помочь тебе в поисках. В твоей комнате, в которой вечно царит хаос.

Уилл потянул её за собой, с трудом заставив себя улыбнуться. Если бы кто-нибудь мог увидеть их со стороны, то точно решил бы, что они сошли с ума.

– Увидимся позже, Алекто?

Алекто взглянула на него с весьма странным выражением лица, а потом он закрыл дверь на кухню.

– Она врёт, – прошептал Уилл в прихожей.

– Ну, уж ты различишь ложь сразу. Ты ведь в этом настоящий профи.

Уилл не сразу решил, обидеться ему на это или почувствовать себя польщённым. С кухни было слышно, как Алекто гремит посудой.

– Да ладно, ты ведь согласишься, что она странная.

– Да, но это ещё ничего не значит, – ответила Шарлотта, но Уилл услышал сомнение в её голосе.

– Я имею в виду, что мама никогда не говорила о своей знакомой, которую зовут Алекто. И вдруг именно она должна присматривать за нами?

– Она действительно немного странная, но у неё, похоже, был ключ от квартиры, – ответила его сестра. – И она знает имя мамы. Она ведь никому больше про него не рассказывала. И, кроме того, у неё есть письмо.

– Не знаю, где она могла его взять, – пробормотал Уилл. – Но она кажется мне очень странной. И ты правда веришь в то, что мама могла просто взять и вот так уехать? Никогда раньше её из больницы ни в какие командировки не отправляли.

Это Уиллу казалось ещё более странным, чем незнакомая женщина у них на кухне.

– И что у неё за имя такое? Ты когда-нибудь встречала человека, которого звали бы Алекто? У меня очень нехорошее предчувствие от всей этой истории.

– Сто процентов это итальянское имя. Ну и что нам теперь делать?

Шарлотту явно раздирали самые противоречивые чувства.

– Мы даже позвонить маме не можем.

Это правда. Их мама просто отчаянно сопротивлялась покупке мобильного телефона. Она вообще была настроена против любой техники, как будто боялась прогресса. Иногда Уилл думал, она предпочла бы жить в Средневековье, а не в настоящем времени.

– А может, нам стоит пойти в полицию? – предложила Шарлотта. По её голосу было слышно, она говорила не всерьёз. – Мы могли бы рассказать полицейским, что наша мама дала письмо своей знакомой Алекто, что та знает её настоящее имя, и у неё есть ключ от нашей квартиры. Ну очень подозрительно.

– Чёрт возьми, – прошипел Уилл, – может быть, всё, что она нам тут рассказала, чистая правда. И кстати… – Он закусил нижнюю губу, как всегда, когда задумывался. – Мы можем спросить в больнице. Эту Алекто должны там знать. И если она там правда работает, то я больше ни слова не скажу. Но могу поспорить, что про неё там никто даже не слышал, – решительно произнёс Уилл.

Его слова, похоже, не очень убедили Шарлотту, но в конце концов она кивнула.

– Тогда пойдём, – сказала она.

– Подожди чуть-чуть, мне нужно надеть другие носки.

– Давай быстрее, – разражёно ответила Шарлотта.

Уилл одарил её кривой улыбкой и направился к своей комнате. Но когда он открыл дверь, то остановился как вкопанный.

Здесь царил полнейший хаос. Вообще-то, это нормальное состояние его комнаты. Но тот хаос, который он увидел, был гораздо хуже. И автором его являлся точно не Уилл. Всё валялось кругом перевёрнутое. Шкаф с одеждой был распахнут настежь, все вещи из него выкинуты на пол. Что, чёрт возьми, здесь произошло? В его комнате не было ничего ценного. «Хотя подождите», – внезапно дошло до него. Книжка! Записная книжка его отца. Спотыкаясь о разбросанные вещи, валявшиеся на полу, он полез под столешницу стола. Есть! Он её нащупал. Она, как обычно, лежала на перегородке, закрывавшей ящики стола. Он поскорее вытащил её, и ещё раз огляделся, качая головой. Он совершенно забыл, что собирался поменять сырой носок. Что-то здесь не так. И ему срочно нужно было узнать, что. Когда он вернулся в прихожую, Шарлотта как раз вышла из своей комнаты и в полной растерянности уставилась на него.

– У тебя тоже? – догадался он. А затем увидел хаос за её спиной.

– Кто это сделал? – спросила Шарлотта.

Звон посуды в кухне тут же стих. Уилл понял взгляд сестры и без слов. Им нужно уходить. Прямо сейчас. Но хотя они крались так тихо, что даже мышь не дёрнула бы своими усиками, Алекто, должно быть, их услышала. Кухонная дверь резко распахнулась. Уилл и Шарлотта застыли на месте. В проёме стояла Алекто. И всё же это была не она.

– Вы уже уходите? – раздался крик. – Вы хотите стащить её? Но у вас ничего не выйдет, дорогие мои!

– Она… она… – Шарлотта первой снова обрела дар речи. – Она…

– …фурия, – закончил её фразу Уилл. Он ошеломлённо уставился на Алекто. На её голове разом выросли чёрные, как ночь, злобно шипящие змеи. Как две лампочки сияли её глаза на искажённом от гнева лице, которое теперь выглядело таким уродливым, что Уилл вздрогнул.

– Этого быть не может, – пробормотала Шарлотта.

– Лучше поверь, что это возможно! – воскликнул Уилл, не в силах пошевелиться от ужаса. – Она настоящая фурия. Из сказки.

Змеи повернули к ним головы.

– Куда вы её дели? – Голос Алекто звучал угрожающе. Он был почти таким же хриплым, как шипение змей.

– Кого? – спросил Уилл. Каким-то образом ему удалось стряхнуть с себя страх и снова начать двигаться. Возможно, у него это получилось, потому что сегодня он уже видел странное создание, которого не должно было существовать.

– Вы прекрасно понимаете, о чём я. Куда вы её спрятали, я хочу знать!

Алекто выскочила из кухни, как настоящая циркачка, и приземлилась прямо перед Уиллом и его сестрой. Запах гниющих листьев обволакивал её так сильно, как будто она повалялась в куче из них.

– Что? – спросили Уилл и Шарлотта одновременно.

– Не смейте играть со мной в ваши игры! – прорычала фурия, медленно приближаясь к ним, как хищный зверь.

«Чёрт возьми, что она имела в виду? И как она сама могла существовать?» – задавался вопросом Уилл. Но затем он заставил себя собраться. На такие вопросы просто нет времени. Что он знал о фуриях? Что было сказано о них в записной книжке его отца? Почти ничего, кроме самого их названия. Они были дикими. Змеи на их голове смертельно опасны. И…

– Конечно! – воскликнул он так внезапно, что фурия озадаченно посмотрела на него.

Без колебаний он схватил Шарлотту за руку и притянул к себе. Выбраться из квартиры они не могли. Алекто заблокировала дверь. Но всего в нескольких шагах от них находился гардероб. И там стояла запасная сумочка их мамы.

– Зеркало, – выдавил он, задыхаясь.

Фурии ненавидели собственный внешний вид, когда были в ярости. Даже самим себе они тогда казались невыносимо уродливыми. Он полез в сумочку, а в это время позади него крик фурии заполнил коридор. Нужно действовать без промедления. У его матери всегда было с собой зеркало для макияжа. Где же оно?

– Уилл! – торопила его Шарлотта. – Она идёт. Она…

Он схватил сумку обеими руками, вытряхнул содержимое на пол и упал на колени. Есть! Поднимаясь на ноги, он схватил маленькое зеркальце.

Фурия крепко сжала запястье Шарлотты.

– Где она?! – заверещала она. Её голос почти срывался от гнева.

Вместо ответа Уилл поднёс зеркало, как рыцарский щит, к её уродливому лицу.

Фурия вскрикнула при виде себя и закрыла глаза ладонью. При этом она отпустила Шарлотту и другой рукой вслепую потянулась к Уиллу. Она ударила его, и зеркало упало на пол. Быстрее, чем он успел среагировать, Алекто схватил их обоих за локти.

– Где она?! – зарычала та.

– Кто?! – снова крикнул Уилл, тщетно пытаясь освободиться. Фурия, казалось, совершенно обезумела, но он по-прежнему не чувствовал в себе страха. Происходящее казалось ему просто безумием.

– Палочка!

Уилл и Шарлотта вопросительно посмотрели друг на друга. Его сестра выглядела напуганной не более, чем он сам. Возможно, это всё казалось ей слишком невероятным.

– Что? – заикаясь, пробормотал он.

– Палочка? – растерянно спросила Шарлотта.

От этого слова одна из стен начала вибрировать.

Уилл, Шарлотта и фурия увидели, как та начинает менять форму и внезапно разрывается, как если бы внутри неё лопнула водопроводная труба. Ветка дерева или что-то похожее вылетело из образовавшегося отверстия и упало к ногам Шарлотты и Уилла.

Казалось, что она была сделана из серебристой древесины и примерно такой же длины, как предплечье Уилла.

Прежде чем Алекто успела ответить, Шарлотта наклонилась за этой странной штукой. Свободной рукой она схватила её и стукнула Алекто по голове. Такой удар не сбил бы с ног даже первоклассника. Но фурию отбросило назад, словно невидимый кулак ударил её прямо в лицо.

Мгновение Уилл и Шарлотта молча смотрели друг на друга. Затем они закричали одновременно, как будто только сейчас до них дошло, что вообще-то в такой ситуации им полагается испытывать страх.

– И что теперь? – воскликнула Шарлотта, в то время как оглушённая фурия вскочила на ноги.

– Возвращайтесь! Возвращайтесь домой!

Голос исходил от существа, которое было едва ли больше ладони Уилла, и подобно колибри зависло прямо перед его глазами.

– Эльф-сирена, – прошептал он. Взглянув на Алекто, он забыл про свой вопрос, как, чёрт возьми, ещё и это существо сумело проникнуть к ним в квартиру.

Змеи на голове фурии злобно шипели. «Всё в порядке, – сказал он сам себе. – Ты просто разговариваешь с эльфами, а перед тобой стоит фурия». Он глубоко вздохнул.

– Хорошо, – согласился он. – Мы идём с вами.

– Отлично! – прозвенел колокольчиком её голос. Очень нежно. И так тихо, будто они и не должны были их слышать.

– Зажмите уши как следует, – серьёзно сказала эльфийка, крылья её при этом трепетали так быстро, что их почти невозможно было рассмотреть.

– Что… – Уилл не успел закончить вопрос.

Шарлотта, похоже, быстрее сообразила, что нужно делать, и ткнула его палочкой в бок. Затем она сунула серебристый предмет под мышку и зажала руками уши. Уилл тут же сделал то же самое. Фурия, стоявшая перед ними, приготовилась к прыжку. Змеи на её голове дико извивались, обнажая ядовитые зубы.

Зачем нужно зажимать уши? Уилл глянул на сестру. А может, эта палочка спасёт их.

Вопрос о том, что это была за штука, он задвинул в самый дальний уголок своей головы. Он как раз собирался дотянуться до неё, когда эльф-сирена открыла рот. Он казался просто огромным на её крошечном личике, а зубы в нём такими острыми, как если бы принадлежали акуле.

Алекто подскочила. И тут, даже сквозь пальцы, которыми он зажимал уши, Уилл услышал крик эльфийки-сирены. Такой пронзительный, что ему показалось, его барабанные перепонки вот-вот лопнут. Всё тело Уилла было охвачено этим криком, и он почувствовал, что его трясёт. Лампа на потолке дико раскачивалась. Оконные стёкла в спальне разлетелись. А змеи на голове фурии упали ей на лоб как оглушённые. Алекто, казалось, потеряла сознание в прыжке. Когда она упала на пол, эльфийка-сирена закрыла рот. Она что-то сказала, чего Уилл не смог разобрать. Он вопросительно пожал плечами, когда она посмотрела на него. Шарлотта отвела руки от его ушей.

– Она говорит, что нам нужно бежать! – рявкнула его сестра так громко, как будто он плохо слышал.

Крик ещё звучал в ушах Уилла, а затем он вместе с Шарлоттой выбежал из квартиры за эльфийкой-сиреной.

=♦=♦=♦=

В подъезде они не встретили никого, но на улице перед их домом уже скопились люди. Несколько из них разглядывали осколки стекла на земле, другие подняли глаза на разбитые окна на втором этаже.

На Уилла и Шарлотту, которые на ватных ногах, спотыкаясь, выбрались из дома, сначала никто не обратил внимания. Но когда они стали пробиваться сквозь толпу, какая-то женщина положила руку Уиллу на плечо. Сквозь шум в ушах он услышал, как она спросила, не нужна ли им помощь. Но прежде чем он успел ответить, женщина внезапно резко отвела свой взор и стала смотреть мимо него, словно его здесь и не было. А потом просто развернулась и ушла. Рядом с ней в воздухе он заметил эльфийку-сирену. Это существо, должно быть… околдовало женщину. Так же, как рабочих и мальчика с мячом.

– Быстрей, – сказала эльфийка достаточно громко, чтобы Уилл расслышал её, несмотря на шум в ушах.

– Увидимся у дерева. Я задержу её.

Ей не понадобилось объяснять, о ком она говорила. И про дерево тоже. Она наверняка заметила там Уилла и, скорее всего, последовала за ним.

Он взглянул на Шарлотту и кивнул. Странное создание улетело. А они оба помчались изо всех сил.

Похоже, что эльфийка сдержала своё слово. Фурия больше не появлялась, пока Уилл и его сестра, задыхаясь, неслись по улицам, отчаянно пересекая дороги, а затем добрались до парка. Лёгкие Уилла горели от напряжения. Но Шарлотта не замедляла шаг. Так что, конечно, он тоже не собирался уступать ей. Кроме того, Уиллу приходилось показывать ей дорогу, ведь Шарлотта не знала, какое дерево имела в виду эльфийка. Когда он уже начал подозревать, что скоро ему не хватит воздуха, наконец показались деревья парка. «Чёрт возьми», – подумал он. Дерево в центре, казалось, выросло ещё больше. Свои ветви оно раскинуло так величественно, словно хотело образовать из них защитный шатёр.

На краю тени, отбрасываемой кроной дерева, Уилл в изнеможении рухнул в траву и попытался отдышаться.

Рядом с ним без сил упала на колени Шарлотта.

– Что… это… было? – с трудом произнесла она через несколько минут. Рядом с ней лежала палочка. Она отбросила её от себя, как будто могла обжечь о неё пальцы.

– Фурия. Эльфийка-сирена. – На большее Уилл был не способен. Он осторожно нащупал палочку. Когда его пальцы коснулись дерева, откуда-то возник порыв ветра. Он звучал как полный ожидания вздох великана.

Рука Шарлотты схватила его за воротник куртки.

– В смысле?

Хороший вопрос. Его в какой-то мере можно было задать по поводу всего происходящего.

К сожалению, Уилл совершенно не представлял, как на него ответить. По крайней мере шум в его ушах исчез.

– Пойдёмте уже, в конце концов! – Высокий нежный голос принадлежал эльфийке-сирене. Она появилась между ними так неожиданно, что Уилл вздрогнул. – Фурия – весьма дикое создание. Ей не понадобится много времени, чтобы прийти в себя.

Уилл заметил, что эльфийке сложно удержаться в воздухе. Она казалась ослабевшей, а одно из её крыльев, похоже, было надорвано.

– Куда нам идти? – спросила Шарлотта, отпуская Уилла.

По её лицу он распознал страх. Растерянность. И… ещё кое-что, чего он никогда раньше не замечал. Жажду приключений. Как будто она просто загорелась идеей побороться с фурией.

– Под дерево, – ответил Уилл на её вопрос. Он попытался заглянуть в глаза эльфийке-сирене. – Домой. – Это слово словно само собой соскользнуло с его языка. Но оно ведь было совершенно бессмысленным, так? Они же только недавно выбежали из своего дома.

Он находился всего в нескольких кварталах отсюда. Они не жили под деревом. И всё же это звучало абсолютно правдиво.

Он посмотрел на линию, нарисованную тенью на траве. Как граница, которую они должны были пересечь, чтобы попасть домой.

Эльфийка кивнула, как будто она смогла прочитать его мысли по лицу.

– Там вы будете в безопасности. Не знаю почему, но дерево призвало тебя к себе, человеческий мальчик. Я последовала за тобой, потому что хотела узнать, кто ты. И, учитывая появление фурии, думаю, тебе и этой девочке придётся пойти со мной.

Её голос звучал слабо и устало, а каждое слово, казалось, отнимало у неё силы. Борьба с фурией явно далась ей нелегко.

– А почему… – начала Шарлотта, но эльфийка подняла руку.

– Нет времени.

– А откуда…

– Об этом тоже потом, – снова прервала её эльфийка, тяжело дыша.

– Как тебя зовут? – спросил Уилл, как если бы мог пойти куда-то с незнакомым сказочным существом только в том случае, когда он будет знать его имя.

Эльфийка вздохнула, словно она была учительницей двух очень несообразительных учеников.

– Тэльксиопенаглаопелеукозия. – Она снова вздохнула, заметив взгляды Уилла и Шарлотты. – Зовите меня Тэль. А как вас зовут?

Они назвали эльфийке-сирене свои имена.

– Уилл, Шарлотта, не показывайте никому, кто нам встретится, эту палочку, – настойчиво сказала она. – Когда мы будем в безопасности, вам придётся рассказать мне, откуда вы её взяли.

От Уилла не ускользнуло, что она внезапно задрожала.

– Итак? – Тэль указала на границу тени.

Уилл и Шарлотта встали, он взял палочку, которая всё ещё лежала в траве, и сунул её в рукав куртки.

Оба коротко взглянули друг на друга. Затем они одновременно переступили через линию тени.

Стало так темно, что Уилл больше не мог различить свою руку, даже держа её прямо перед глазами. Он невольно хотел отступить назад, но что-то остановило его. Как будто к нему тянулись невидимые пальцы.

– Ты действительно хочешь прийти?

Уилл услышал глубокий рокочущий голос, который звучал внутри него, проникая в его голову, при этом каким-то образом минуя уши.

«Это говорит само дерево? С ума сойти», – подумал он и, ничего не ответив, попытался двинуться вперёд. Но не смог. Казалось, что он стоит перед невидимой стеной.

– Ты действительно хочешь прийти?

Уилл не понимал. Какое значение имело то, хотел он этого или нет? Он вспомнил о фурии. Конечно, было бы лучше спрятаться под деревом. Хотя он не догадывался, что привело сюда Тэль, но он доверял ей. В конце концов, она спасла его и его сестру.

– Шарлотта? Ты тоже это слышишь?

Нет ответа. Кажется, она ушла.

– Ты действительно хочешь прийти?

Прийти куда? Он не понимал, что имел в виду голос.

Возможно, он сможет двигаться дальше, только если скажет «да».

Он задумался. Что случилось с его матерью? Какая-то часть его существа хотела остаться и искать её. Но другая часть была убеждена – произошедшее здесь не случайно. Дерево. Непонятные существа. Исчезновение его матери. Всё это должно было быть как-то связано. Возможно, он найдёт её, только если переступит эту границу. Он подумал об отце. Возможно, он тоже когда-то стоял здесь и должен был ответить на этот вопрос?

Жажда приключений, которая до этого, казалось, тихо спала в его душе, вдруг горячо вспыхнула в нём. Это чувство было более волнующим, чем его самая дерзкая выдумка.

Кроме того, Шарлотта, похоже, уже ушла. И он не смог бы смириться с тем, что она осмелилась на что-то, а он – нет.

– Да, – сказал он вслух.

С бешено колотящимся сердцем он сделал следующий шаг, и больше его ничто не останавливало.

=♦=♦=♦=

И затем он покинул свой мир. Свой дом. Всё знакомое.

Дерево, под чьими листьями исчезли Уилл и Шарлотта, снова немного выросло.

И под ним, убаюканное в его корнях, нечто приоткрыло один глаз. Ещё сонно, в грёзах.

Оно услышало голос.

Голос, который оно ждало.

Голос, который разбудил его.

Орион

Ночь была наполнена звёздами. Тысячами тысяч. Они светили с небес так ярко, что отпугнули тьму, внезапно, казалось, поглотившую Уилла и Шарлотту. Уиллу потребовалось некоторое время понять, что они больше не в Нью-Йорке. Больше не в Центральном парке. И уже не день. Это место выглядело совершенно по-другому. Дерево, возвышавшееся над ними, было гигантским, и небо… Никогда раньше Уилл не видел столько звёзд. И уж тем более таких ярких.

Дерево, у ствола которого он очутился, стояло в полном одиночестве посреди широкой лужайки, такой же серебристой, как и звёзды.

Уилл в замешательстве огляделся. Где Нью-Йорк? Где их дом? Где…

– Что это за место такое? – Шарлотта схватила его за край куртки и посмотрела на него с таким упрёком, как будто только он был виноват во всём.

– Не могла бы ты отпустить меня, пожалуйста? – прошипел он в ответ, вырываясь. – Понятия не имею, где мы находимся. Когда мы стояли под деревом, меня спросили, действительно ли я…

– …хочешь прийти, – закончила фразу Шарлотта. – Меня тоже.

Она нахмурилась.

– Но где же город?

– Я уверен, что Тэль может нам это объяснить, – ответил Уилл, оглядываясь по сторонам.

Эльфийка-сирена, несомненно, должна была прилететь с ними. Но они нигде её не увидели, похоже, остались одни. Здесь находилось только дерево, которое возвышалось в небо, как небоскрёб. И звёзды, окрасившие всё в серебристый цвет. В воздухе витал аромат влажной травы, мха и незнакомых цветов. Он чем-то напомнил запах Алекто, хотя и не был таким затхлым.

– Пошли, давай осмотримся, – предложил Уилл. – Тэль должна быть где-то здесь.

Он хотел выяснить, что это за место. А эльфийку-сирену в любом случае нужно было найти. Уилл не представлял, как они могли вернуться домой без неё, даже если и не хотел уходить отсюда прямо сейчас.

Звёзды здесь сияли намного ярче, чем в Нью-Йорке. Но на краю поляны возвышался лес, такой тёмный, что казалось, ночь запуталась в нём, как муха в паутине.

– А если она не смогла? – спросила Шарлотта. – Если… – Она не закончила предложение.

Прежде чем Уилл успел что-либо ответить, он услышал позади себя тихий шум. Обернувшись, увидел маленькую фигурку, летящую к нему из тени дерева.

– Клянусь всеми Феями, – слабо выдохнула та и рухнула на землю.

– Тэль! – закричал Уилл. Он подбежал и опустился перед ней на траву. Эльфийка-сирена лежала словно оглушённая.

– Мы должны ей помочь, – сказал он, не оборачиваясь.

Ответа не последовало.

– Шарлотта?

И снова тишина.

Уилл медленно встал и повернулся. На какой-то миг он потерял дар речи, когда увидел Шарлотту, стоящую между двух мужчин. Не понимал, откуда они так внезапно здесь появились. Один из них был, несомненно, выше двух метров ростом, одет в чёрный плащ с капюшоном, из-под которого виднелись только глаза. Они светились, как у кошки. На его спине, должно быть, висел колчан. Уилл заметил несколько стрел, торчащих над его головой. Другой же мужчина…

– С ума сойти! – вырвалось у Уилла. – Кентавр!

Он уставился на человека, чья верхняя часть тела переходила в туловище могучего коня. Уилл совершенно не понимал, что здесь происходит. Но потом он снова вспомнил про Тэль.

– Нам нужна помощь, – сказал он, отбросив пока все вопросы. – Она ранена.

Человек со стрелами на спине прищурил глаза, как будто хотел заглянуть Уиллу в самое сердце. Следом посмотрел на эльфийку-сирену. Не говоря ни слова, он опустился на колени и осторожно поднял Тэль с травы, с серьёзным видом осмотрел её.

– Она жива? – спросил кентавр. Его голос звучал так мелодично, словно он напевал слова.

– Ещё да, – ответил мужчина, задумчиво проводя свободной рукой по усам и бороде, закрывавшим его верхнюю губу и подбородок.

– Я забираю её с собой. Нет времени отправлять в их квартал. – Затем он кивнул на Уилла: – А вот что нам делать с вами?

– В ПроПасть, – как само собой разумеющееся просто ответил кентавр. – Они прорвались к нам незаконно и напали на эльфа-сирену.

Пропасть? Это прозвучало как-то не очень обнадёживающе. Уиллу начало казаться, что его сердце колотится у него где-то в горле. Он не мог выдавить из себя ни слова.

– Что, сразу туда? Это было бы… немного негостеприимно, – тут же заметил человек в плаще. Несмотря на очень серьёзное выражение лица, он не казался враждебно настроенным.

– Может быть, стоит сначала взять их с собой? Пусть расскажут, почему они здесь. И что случилось с бедной Тэльксиопенаглаопелеукозией. Боже, как у кого-то может быть такое имя? У меня всегда язык заплетается в узел.

– Или мы просто отправим их в ПроПасть. – Кентавр скрестил руки на мускулистой груди. Его глаза мерцали тем же серебристым светом, что трава и звёзды.

– Ну, они не кажутся мне существами из тени, а ПроПасть – очень мрачное место, – возразил мужчина.

Он отвесил поклон Уиллу и Шарлотте.

– Кстати, меня зовут Орион. А моего мрачного друга зовут Кента. – Он понизил голос. – И не бойтесь ПроПасти. Кентавры на самом деле никого туда не отправляют. По крайней мере, в большинстве случаев.

Они, запинаясь, назвали ему свои имена.

– Скажите, пожалуйста, где мы? – спросила Шарлотта, пытаясь скрыть ужас, который охватил её вопреки словам Ориона. На всякий случай она отступила на шаг от кентавра. – И как мы сюда попали? Нам нужно обратно, домой.

Вопреки страху, Уилл не мог согласиться со словами Шарлотты. Он был словно зачарован этим новым миром и хотел лучше рассмотреть его.

Правда, вопрос о ПроПасти тоже несколько беспокоил его. Само это слово вырисовало в его воображении голодного монстра. На всякий случай он тоже отошёл подальше от кентавра, поближе к сестре.

– Итак, вы находитесь у Мирового Древа. И меня тоже интересует, как именно вы сюда попали. Боюсь, однако, что с вашим возвращением домой придётся немного подождать. Я хочу узнать о вас чуть-чуть побольше. Но сначала нам нужно позаботиться о бедной… – Он на мгновение запнулся, как будто ему нужно было набрать воздуха для произнесения имени эльфийки-сирены.

– Тэль? – подсказал ему Уилл.

Орион благодарно кивнул:

– …позаботиться о бедной Тэль. Я даже не знал, что она использует такой вариант имени.

Кента попытался было что-то сказать, но Орион поднял руку.

– Я знаю, друг мой, мы можем отправить их в ПроПасть. – Он вздохнул. – А почему бы тебе не передать всем остальным новость о том, что мы направляемся в мой квартал? Твоим людям следует быть особенно внимательными. Никто не может быть уверенным, не приведёт ли эта ночь новых нарушителей закона.

Услышав про «нарушителей закона», Шарлотта, которая никогда в жизни не нарушила ни одного правила, даже в серебристом свете стала такой бледной, что стала похожа на настоящего призрака.

– Как мы могли нарушить закон?

– Потому что вы подошли к Мировому Древу. Это запрещено. Если только вы не были вызваны сюда. Например, если получили бы задание перейти на другую сторону. – Он задумчиво посмотрел на неё. – Но, судя по всему, именно оттуда вы и так пришли. Ну, короче говоря, мы с Кентой – одни из тех, кто охраняет Мировое Древо. Поэтому вы расскажете мне всё, что произошло. Вы меня поняли?

Они кивнули, хотя Уилл и не понял, о чём конкретно говорил этот странный человек.

Орион жестом попросил Кенту пригнуться, и кентавр сердито скривился.

– Мне очень жаль, мой друг, – сказал Орион. – Но, боюсь, человеческие ноги слишком медленные, если мы хотим помочь Тэль. И я не могу нести её и этих двоих одновременно.

Обращаясь к Уиллу и Шарлотте, он добавил:

– Пожалуйста, забирайтесь. Чтобы дойти до цели с вашей скоростью, нам придётся потратить целый день. Поэтому Кента вас подвезёт.

Ни Шарлотта, ни Уилл никогда не ездили верхом. А седла на спине кентавра не нашлось. Уилл был убеждён, что, если это существо сможет скакать хотя бы наполовину так же быстро, как лошадь, они сломают себе шею.

– Не бойтесь, – успокоил их Орион. – Кентавры не особо церемонятся со словами, но любой, кого они по доброй воле соглашаются подвезти, всегда добирается до своей цели в целости и сохранности.

– Если только охотник не снимет вас с моей спины стрелой, – проворчал Кента. – Или банши может вырвать у вас душу, преследуя нас. Или…

– Спасибо, Кента. Думаю, нам не нужно перечислять весь список смертельных опасностей. Ночь всё-таки довольно приятная, нам вряд ли встретятся хоть какие-нибудь теневые существа. И ни один из моих охотников не будет стрелять в нас. Нам пора. В мой квартал. К охотникам.

Орион прижал к себе неподвижную Тэль, а Уилл и Шарлотта неохотно забрались на спину кентавра.

Уилл не смог удержаться и погладил его по шерсти. Она была тёплой и мягкой.

– За гриву, – сказал Орион.

Уилл понял. Он вцепился в длинные волосы и стал крепко держаться за них, а Шарлота, сидевшая сзади, обхватила его за грудь.

– А сколько нам придётся добираться?

– На спине кентавра? – Орион улыбнулся. – Думаю, не больше получаса. Даже если учитывать тот факт, что наш старый добрый Кента уже не так молод…

Орион не успел закончить фразу. Плавным движением кентавр вскочил на ноги, и тут же рванул вперёд.

Не так молод? Уиллу казалось, он сидит на капоте машины, мчащейся по шоссе. Он крепче вцепился в гриву и почувствовал, что Шарлотта теснее прижалась к нему. Ветер громко свистел у него в ушах, а ночь проносилась мимо них, как фильм, созданный в режиме ускоренной съёмки. Дерево быстро осталось позади, они скакали по серебристой траве. С бешено колотящимся сердцем Уилл огляделся. Вдалеке он различил горы, уходящие ввысь, а перед ними возвышался лес, который, казалось, простирался вдаль бесконечно.

В следующий момент Уилл заметил тень рядом с ними. К своему изумлению, он разглядел Ориона. Тот бежал почти так же быстро, как кентавр. Более того, он обогнал его, когда Кенте пришлось огибать скалу, возвышавшуюся перед ними из травы. Смех Ориона звучал даже громче, чем ветер.

И Уилл, несмотря на фурию, от которой они смогли спастись в последний момент, и на кентавра, который, не моргнув глазом, собирался бросить их в какую-то пропасть, чувствовал себя так, как будто в этот миг жил в первый раз.

– Кстати, – крикнул Орион сквозь свист ветра, – добро пожаловать в Фабулу!

=♦=♦=♦=

Кента замедлился только тогда, когда лес остался далеко позади. Название этого места постоянно звучало эхом в голове Уилла. Фабула. Он знал его с тех пор, как впервые открыл записную книжку отца: Тринадцать знаков Круга Фей Фабулы. Увиденные и описанные Филиппом Гриммом.

Значит, их отец не выдумал всё это, но он был… был здесь? Уилл не мог в это поверить. И точно так же не мог поверить, что сам сейчас вдыхал воздух Фабулы. Это какое-то безумие. И он едва мог сформулировать хоть одну чёткую мысль. Деревья в этом мире были выше, чем в их родном. В первый момент лес, в котором они оказались, показался Уиллу тёмным и опасным. Но тут в кронах деревьев зажглись фонари. Тёплый свет разливался в ночи, как жидкое золото. И вместе со светом из-за деревьев доносились голоса. Уилл удивлённо посмотрел вверх. Свет на мгновение ослепил его, но затем он смог разглядеть домики на деревьях, искусно расположенные между кронами. На мощных ветвях были проложены деревянные дороги, ведущие из одного жилища в другое. А там, куда не доставали ветки деревьев, вытянуты подвесные мосты.

– Это квартал охотников, – сказал Орион, давая Кенте знак остановиться. Казалось, он ничуть не запыхался. Пока Уилл и Шарлотта спускались со спины кентавра, из темноты ночи отделилось несколько теней. Трое мужчин и столько же женщин, одетых как Орион. На них были плащи, из-за которых казалось, что они сливаются с лесом и самой ночью. У всех одинаковые тёмные волосы и серьёзные лица с резкими чертами.

– Ты привёл с собой чужаков, – недовольно прокомментировала одна из женщин. Она немного возвышалась над остальными.

– Сиде, – поприветствовал её Орион, поклонившись, – я тоже рад тебя видеть. И привёл я не только их. – Он осторожно показал им Тэль в своей руке.

Женщина не обратила внимания на его насмешливое замечание. Её взгляд был прикован исключительно к эльфийке-сирене.

– На ней лежит тень. – Она прищурила глаза. – Мне кажется, ей пришлось столкнуться с гневом фурии. Как такое могло случиться?

Орион коротко взглянул на Уилла и Шарлотту, на его лице очень ясно читался вопрос о том, что это была за история с фурией. Но, видимо, он не считал этот момент подходящим для того, чтобы требовать ответа.

– Я не могу тебе этого сказать. Пока не могу. Но для лечения, думаю, эта информация не играет большой роли. Ей нужна помощь. Ты можешь её вылечить?

Сиде провела своим мизинцем по телу эльфийки, лежавшей без сознания.

– Она очень слаба. Это будет трудно.

Она взяла Тэль из рук Ориона и посмотрела на Уилла и Шарлотту.

– Детям здесь не место. Очевидно, что они пришли с другой стороны. Наш закон запрещает допускать сюда посторонних. Мы должны сообщить о них Атланте. Пусть она скажет, что с ними делать дальше.

– Ну, насколько я знаю, наша Фея пока ещё облетает границы, чтобы получить представление обо всём происходящем там. Поэтому нам придётся самим решать, что делать.

– Я предлагал отправить их в ПроПасть, – обиженно проворчал Кента.

– Да-да, – ответил Орион, улыбаясь. – Большое спасибо за твоё конструктивное предложение. Но я предпочитаю взять их… в ученики, пока они с нами. Среди всех народов Фабулы нет ни одного, к которому бы они подходили лучше, чем к нашему. Соответственно, они больше не чужаки.

Взгляды, что Сиде и другие охотники бросали на них, ясно говорили об их несогласии. Но женщина, по-видимому бывшая лидером среди них, неохотно кивнула.

– Атланты, которая могла бы принять решение, здесь пока нет. Как по мне, ты можешь взять их в ученики до тех пор, пока она не вернётся.

Не говоря больше ни слова, шестеро развернулись и слились с тенями за деревьями.

Орион с улыбкой посмотрел на Уилла и Шарлотту.

– По меркам Сиде это был почти восторженный приём. Сиде замещает нашу Фею Атланту, когда та отсутствует. На первый взгляд она может показаться немного жёсткой и холодной, но на самом деле она очень добрая и хорошая. И лучшая целительница, которая у нас есть. Если кто-то за пределами знака духов воздуха может помочь Тэль, то это она. Теперь поговорим о вас. Я больше всего на свете хочу услышать вашу правдивую историю. Но сейчас глубокая ночь, и, думаю, вам сначала следует отдохнуть. В конце концов, для вас это чужой мир. У нас есть дом для гостей. Там вы и будете спать. – Он указал на верхушки деревьев. – А завтра я хочу услышать ваш рассказ.

Попрощавшись с Кента, он повёл их к чему-то, напоминающему… лестницу. Некоторые ветви самого могучего дерева рядом с ними стали настолько толстыми и прямыми, что годились в качестве ступенек. Подобно винтовой лестнице, ветви деревьев обвивались вокруг ствола. Уиллу и Шарлотте пришлось делать очень длинные шаги, в то время как Орион поднимался без труда.

Они были на высоте не менее двадцати метров над землёй, когда их проводник сошёл с лестницы и вывел их на дорожку, образованную двумя ветками деревьев, расположенными рядом.

На дереве висело бесчисленное множество стеклянных фонариков. Уилл не мог понять, откуда исходил свет, который они отбрасывали в ночи. В их свете он не мог различить ни одного жителя этого необычного города. По обе стороны от тропы располагались домики на деревьях. Ни один из них не походил на другой. Они были построены так, чтобы идеально расположиться между сучьями и ветвями дерева.

В один из них Орион привёл Уилла и Шарлотту. Стены у него были деревянные, крышу покрывали листья и мох, а дверь оставалась гостеприимно распахнутой.

– В этом доме вы и поживёте пока. В нём всегда есть вода и ягоды. Ешьте и пейте, сколько хотите, потом отдохните. А завтра мы поговорим. – Его лицо стало серьёзным. – Поговорим обо всём. – Он уже собирался развернуться, когда остановился. – Это место кажется вам чужим. И если я правильно понимаю, с вами произошли какие-то неприятные события. Но одно могу вам гарантировать: здесь вам не грозит никакая опасность. Мы – охотники. И никто не стреляет лучше нас.

– А что такое Фабула, господин Орион? – спросила Шарлотта.

– Пожалуйста, не называйте меня господин Орион. Тогда я чувствую себя таким старым, а мне всего двести одиннадцать. Меня зовут просто Орион. А Фабула – это просто всё вокруг. Это город со множеством кварталов. Некоторые из них лежат глубоко под землёй, другие простираются до океана. А наш расположен на деревьях.

=♦=♦=♦=

Уиллу и Шарлотте потребовалось много времени, чтобы заснуть. Неудивительно, ведь они покинули Нью-Йорк в середине дня. Уиллу показалось, что он только задремал, когда на следующее утро его разбудили странные звуки. Он вынырнул из сна без сновидений и ударился головой о ветку дерева, которая вилась под крышей домика.

– Ой, – вырвалось у него, пока он растерянно моргал.

Он быстро сообразил, что это был не его дом. Воспоминания возвращались очень медленно.

Фурия. Тэль. Бегство. И…

– Чёрт возьми, мы в сказочном мире, – прошептал он, как будто ему нужно было сказать это самому себе, чтобы поверить.

На его лице невольно расплылась улыбка. Он чувствовал себя… словно зачарованным этим миром. Просто чудесно. Они провели ночь на коврике из мягкого мха у задней стены домика на дереве. Ещё до того, как они с Шарлоттой заснули, они поели ягод и попробовали воды. Никогда в жизни они не ели ничего вкуснее.

Он поднялся на ноги и огляделся в поисках Шарлотты, но нигде не обнаружил её следов. Сразу же у него внутри возникло неприятное чувство, и радость от сказочного мира прошла так же быстро, как и появилась. Кента более чем ясно дал понять, что, по его мнению, было бы неплохо бросить их в ПроПасть. И эта женщина, Сиде, тоже вовсе не радовалась их появлению. Даже если Орион и утверждал обратное. Что, если… Странный звук, разбудивший его, прозвучал снова, прерывая его мысли. Жужжание. Жужжание, сопровождавшееся проклятием.

– Вот чёрт! – Это был голос Шарлотты.

Уилл, моргая, вышел из домика на дереве на дорожку из веток и заметил неподалёку сестру вместе с Орионом. Охотник положил свой плащ рядом с собой. На нём были надеты штаны цвета коры дерева и рубашка такая же зелёная, как листва.

Шарлотта стояла рядом с ним, с красным от напряжения и сосредоточенности лицом, и держала в руке лук. Она как раз пыталась правильно наложить стрелу на тетиву.

С заметным усилием она натянула и отпустила тетиву. Стрела упала к её ногам, как мёртвая птица.

– Вот чёрт!

– Это было… – Орион с трудом подыскивал слова, – …уже лучше. Попробуй ещё раз. В конце концов у тебя получится. А, как я вижу, твой брат уже проснулся.

Охотник помахал ему, а Шарлотта подняла стрелу и мрачно посмотрела на него.

– Ты тоже хочешь разок попробовать? – спросил Орион, не тратя времени на то, чтобы поздороваться.

Подходя к этим двоим, Уилл заметил, что глаза Ориона были такими же зелёными, как и листья, которые росли вокруг них.

– Лук и стрелы? – Уилл нахмурился.

Однажды он держал в руках такую штуку в туристическом лагере. Несмотря на то, что Уилл занимался спортом, у него ничего не получалось.

Не говоря ни слова, Шарлотта сунула оружие ему в руки. О, как же она ненавидела, когда у неё что-то не получалось.

Безмолвно Уилл взял лук и взвесил его в руке. На голубоватой древесине были выгравированы какие-то знаки, он не мог их расшифровать. По сравнению с луком, который они использовали в лагере, этот выглядел не только искуснее сработанным, но и гораздо более прочным. И тяжёлым. Уиллу пришлось бы приложить немало сил, чтобы удержать его и натянуть тетиву. Вряд ли он добился бы большего успеха, чем Шарлотта.

– Что ж, сейчас вы гости охотников, не так ли? – заметил Орион добродушно. – А поучиться чему-то новому никому не помешает. В конце концов, я же взял вас в ученики. Так что нам следует сразу приступить к практике. А вы тем временем сможете немного рассказать мне о себе: откуда вы пришли, что привело вас сюда и почему Сиде должна лечить эльфийку-сирену, которой пришлось бороться с фурией?

Охотник кивнул Уиллу и дал ему стрелу.

Уилл попытался натянуть тетиву. Как он и думал, сделать это оказалось не так и легко.

– Нет, не так, – сказал Орион, поправляя его. – И целься чуть левее. Там, куда ты собирался стрелять, находится дом Аравена. Он может довольно сильно вспылить, если всадить стрелу в стену его дома. К сожалению, в детстве мне пришлось испытать это на собственной шкуре.

– Как дела у Тэль? – спросил Уилл, целясь слегка в сторону.

– Она пока очень слаба, – ответил Орион. – Она спит. Я надеюсь, поправится. Боюсь, фурии не совсем подходящие ей противники. Обычно охотники борются с этими чудищами или цверги. И это не самые популярные заказы. Фурии любят поваляться в кучах листьев, пахнущих гнилью. И ты сам тоже будешь пахнуть так же, по крайней мере, не меньше недели, если поймаешь фурию. К сожалению, я точно знаю, о чём говорю.

Охотники. Эльфы. Кентавры. Фурии. А теперь и цверги.

У Уилла закружилась голова. Он читал почти обо всех этих существах в книжке отца. Книжка. Тринадцать знаков Круга Фей Фабулы. Увиденные и описанные Филиппом Гриммом.

Уилл хотел бы спросить о нём Ориона. Его отец, должно быть, тоже бывал здесь когда-то. Как ещё он мог сделать заметки обо всём этом в своей записной книжке? Возможно, именно поэтому Уилл удивительным образом и чувствовал себя здесь, как дома. Когда он натягивал тетиву, его рука дрожала. Но он старался изо всех сил держать оружие неподвижно.

– Секрет состоит в том, чтобы оставаться полностью спокойным, – небрежно бросил Орион. – Лук охотника всегда сделан из древесины коварных деревьев. Приближаться к ним можно только с очень острым топором. В противном случае можно легко получить крепкий удар веткой. Я…

– …к сожалению, точно знаешь, о чём говоришь? – закончила за него Шарлотта его фразу.

Орион сокрушённо кивнул, потирая при этом голову.

– Стрела сама находит цель, – сказал он. – Тебе просто нужно установить с ней связь. Нельзя навязывать ей свою волю. – При этих словах он бросил на Шарлотту многозначительный взгляд.

Уилл глубоко вздохнул.

– Как обычно говорят красиво? Освободи свой разум, – произнёс Орион. И снова скорректировал направление, в котором целился Уилл.

– Я уверена, что для него это не составит труда, – прокомментировала Шарлотта. – Его разум обычно свободен, если не предполагать, что он полностью пуст.

Уилл не поддался на провокацию. Установить связь. С луком. Смешно. Тем не менее он закрыл глаза, как будто мог таким образом лучше почувствовать дерево, если не видел его. Связь. Он напрягся. И вдруг ему показалось, что лук больше ничего не весит. Точно так же, как и его руки перестали быть для него обузой. Его уши не слышали никаких звуков, кроме ветра, мягко дующего сквозь деревья.

– Вон там, видишь две еловые шишки? – прошептал Орион. – Стреляй в левую.

Уилл чуть-чуть приоткрыл глаза. На некотором расстоянии от них он с трудом разглядел шишки, висевшие на ветке огромной ели. Они были ужасно маленькими. Будет чудом, если он хотя бы сможет направить стрелу в их сторону.

– Расслабься. А потом стреляй.

Лук больше не дрожал в руках Уилла. Он ещё чуть-чуть натянул тетиву. И отпустил.

– С ума сойти, – вырвалось у него, когда он увидел, как стрела сбила с ветки одну из сосновых шишек.

– Да, совсем неплохо, – прокомментировал Орион. – Но я же сказал тебе целиться в левую, а не в правую.

– Надо было лучше целиться, – ухмыльнувшись, прокомментировала Шарлотта. И прежде чем Уилл успел найти, что на это ответить, она быстро добавила: – Эта Фабула, кстати, выглядит просто потрясающе.

– О, как я уже говорил вчера, это только один из кварталов Фабулы, – возразил Орион, накидывая свой плащ с капюшоном. – Я с удовольствием покажу вам несколько интересных мест, чтобы вам стало понятнее, где вы оказались. Всё равно собирался пойти узнать, как дела у бедной Тэль. А пока мы идём, вы можете мне немного рассказать о себе.

Он проницательно посмотрел на них, и Уилл с Шарлоттой кивнули.

– Пойдёмте. У нас, охотников, говорят, что слова любят движение. Я беру на себя движение, а слова за вами.

=♦=♦=♦=

Последовав за Орионом вниз, на землю, они впервые увидели и других охотников. Но даже теперь, ясным днём, Уиллу приходилось напрягать глаза, чтобы разглядеть их среди ветвей и листьев. Некоторые из них были одеты, как Орион, у других плащи расстёгнуты. У большинства одежда сливалась цветом с окружающими предметами. А часть из них были совершенно невидимы.

Уилл ощутил это на себе, когда на лестнице, идущей вокруг дерева, столкнулся с кем-то, кого он при всём желании не смог бы заметить. Орион попросил прощения у невидимки, в то время как Уилл тщетно пытался рассмотреть, в кого это он врезался.

А люди ли это вообще? Им навстречу шли следующие охотники. Их Уилл, по крайней мере, смог увидеть. Все они были значительно выше, чем он и Шарлотта, как будто брат и сестра являлись цвергами.

В их глазах читалось такое величие, какого он никогда не видел ни у одного взрослого. Ему было трудно что-нибудь прочитать по их серьёзным лицам. Он подумывал о том, чтобы вытащить записную книжку отца, которая хранилась в кармане его куртки. Об охотниках там тоже нашлась короткая запись. Но, насколько он помнил, в ней было указано только про благородство и доброту. Ну, хоть что-то.

– У тебя будут проблемы из-за того, что ты привёл нас сюда? – спросил он, когда они спустились вниз по ветвям в виде ступенек.

– Да ну, – весело возразил Орион. – Напротив. У нас давно не было гостей с вашей стороны. Лет десять уже, а то и больше. Вам наверняка кажется, что мои соплеменники – довольно мрачные ребята. Так они выглядят, когда вы их замечаете. Но втайне они любопытны, как… дети.

Орион какое-то время вёл их между деревьями, и Уилл в очередной раз поразился их размерам. Сейчас они казались ему ещё выше, чем ночью. В первый момент лес показался ему бесконечным. Он услышал пение птиц и журчание ручья неподалёку. Ветер шелестел листьями, и временами сквозь зелёный полог проглядывало голубое небо.

– А эта Фабула опасна? – спросила Шарлотта.

– О, не бойтесь, со мной вам везде безопасно, – ответил Орион, смахивая прядку своих каштановых волос со лба.

У охотника с собой был лук и колчан со стрелами, а то оружие, из которого стреляли Уилл и Шарлотта, они убрали в домик на дереве. Орион сказал, для того чтобы научиться использовать его для настоящей защиты, близнецы должны ещё потренироваться.

– Всё здесь – это Фабула. Лес, как я уже говорил, её самый красивый квартал. Во всяком случае, на мой взгляд. Но цверги, безусловно, считают по-другому. Для них самая красивая часть города расположена глубоко под землёй. Входы туда находятся у подножия Железных гор. А над ней располагается та часть Фабулы, где живёт каменный народ. Горные великаны. Тролли. А ещё люди, которые любят лазать по скалам. Или с удовольствием их едят, как, например, камнегрызы. У них алмазы вместо зубов, и их самих почти невозможно отличить от камней. Если будете вести себя неосторожно и они наступят вам на ногу, то легко можно получить перелом. К сожалению, я точно знаю, о чём говорю. – Он вздохнул. – Но не бойтесь, они живут далеко отсюда. Дальние родственники цвергов, кстати, обитают здесь неподалёку. Кобольды, вихтели² и гномы, или как их всех там называют. Они живут в домах из… камня. – Из его уст это звучало так, как будто идея жить не на дереве была совершенно безумной.

Перед ними между деревьями проскакала косуля, её голова была украшена рогами как у козла. А Орион вёл их по тропе, которую, похоже, различал только он.

– А кстати, на кого вы охотитесь? – недоверчиво спросила Шарлотта.

Она глазами следила за странной косулей, та замедлила шаг и с любопытством смотрела в ответ. Уилл мог прочесть по лицу, о чём его сестра думает. Она вегетарианка, и мысль о том, что люди охотятся на животных и убивают их, всегда приводила её в ярость.

– Мы не охотимся на оленей-рогачей или на золотистых зайцев, а также на речных косуль или бархатистых кабанов, – ответил Орион. – За исключением тех случаев, когда одно из животных так сильно ранено, что его невозможно вылечить, и оно страдает. Но в остальном мы охотимся исключительно на теневых существ.

Его приветливое лицо разом стало серьёзным.

– Фурии входят в их число. Теневые существа живут на окраине Фабулы, и им нечего делать в других кварталах. Но прежде всего они точно не принадлежат вашему миру. И поэтому я хочу знать, что там делала фурия. И как вы сюда попали.

Уилл и представить себе не мог, что этот вежливый и добрый человек мог бы разговаривать с кем-то жёстко. Однако тон его голоса ясно давал понять – он требует ответов. И притом честных.

Уилл взглянул на Шарлотту. Они часто ссорились. И тем не менее, кроме неё, в мире не было человека, которого он понимал бы без слов. Когда он посмотрел на неё сейчас, то и на этот раз слов не потребовалось. Они оба так же хотели знать, почему Алекто явилась к ним. И где сейчас их мама. По её молчаливому кивку он начал рассказывать, хотя и не был уверен, что сможет ответить на вопросы Ориона.

– Всё началось, когда я подошёл к дереву. – Уилл говорил тихо, хотя рядом с ними никого не было. Во всяком случае, никого, кого он мог видеть. – Моя учительница, миссис Фишермен, отправила меня туда. Кстати, считаю, что втайне она тоже одно из таких теневых существ. И именно там я впервые увидел Тэль. По крайней мере, я думаю, что это была она.

Пока он рассказывал, его собственный мир внезапно показался ему таким далёким. Как будто это он был сказочным миром, а не Фабула.

Шарлотта слушала молча, и в какой-то момент ветер, тихо перебиравший листья деревьев, и ручей, по течению которого они следовали, перестали быть слышны. Только голос Уилла наполнял воздух. Он продолжал говорить, пока не дошёл до того места, где из стены их коридора неожиданно вырвалась палочка. Здесь он остановился. Палочка. Это была ещё одна тайна, и он её не понимал. И разве Тэль не говорила, что им нельзя никому про неё говорить? Он невольно провёл пальцами по палочке, спрятанной в рукаве куртки, ничего не сказал о ней и продолжил рассказ. При этом он старался не смотреть в сторону Шарлотты, опасаясь, что Орион иначе сможет увидеть его несказанные слова.

Уиллу казалось, он обманывает охотника…

– Мне непонятно, какое отношение эта фурия имеет к вашей маме, – произнёс охотник, когда Уилл наконец закончил свой рассказ.

Так, и что теперь? Может быть, она даже что-то… сделала с ней? В какой-то момент Уилл почувствовал, как его душу охватывает ужасное беспокойство. Всё очарование этого мира, наполнявшее его с тех пор, как они сюда попали, внезапно исчезло, и остался только страх, что с их мамой могло что-то случиться.

– Мы должны найти её, – взволнованно уточнил он.

– Кого? – уточнил Орион. – Фурию? Или вашу маму?

– Обеих, – ответили Уилл и Шарлотта в один голос.

– Это задача для охотника, – сказал Орион, легко отодвигая в сторону мощную ветку, которая казалась деревянной рукой, протянувшейся перед ними. – Фурии – одни из самых опасных созданий Фабулы. Только проехаться верхом на зловещем единороге было бы хуже. Я пойду один и буду её искать.

Уилл уже собирался возразить, но Орион указал на просвет между деревьями:

– Мы на месте, – сообщил он.

Журчание маленького ручья снова донеслось до слуха, и когда Орион провёл их мимо могучих деревьев, которые выглядели так странно, что вряд ли в мире людей хоть в одном учебнике по ботанике обнаружилось бы их изображение, Уилл, к своему изумлению, увидел домик на дереве. Он был настолько огромен, что для того, чтобы выдержать его, требовалось сразу три мощных ствола.

– Тут мы лечим заболевших, – объяснил Орион, и посмотрел в сторону, откуда они услышали шаги.

Уилл проследил за его взглядом. Там никого не было. И всё-таки он отчётливо различал шаги. В какой-то момент лес показался Уиллу ужасно опасным. Что, если там, в траве, пряталась ещё одна фурия? Или кто-то пострашнее? Или…

– Ах, – сказал Орион. – Сиде, дорогая моя. Как я рад тебя видеть.

Рядом с Уиллом Шарлотта щурила глаза, тоже пытаясь хоть что-то рассмотреть.

– Я никого не вижу.

– Это всего лишь плащи, – ответил Орион, и перед ними в тот же миг появилась голова Охотницы, словно парящая в воздухе. Уилл увидел капюшон, который она сняла с головы.

В следующий момент стало видно и остальное её тело, и Уилл понял, что на женщине был плащ и она сейчас, должно быть, его расстегнула.

– Мы собирались навестить Тэль, – сообщил Орион, быстро осматриваясь вокруг.

Очевидно, он хотел убедиться, что их никто не подслушивает. Но кроме нескольких птиц, щебетавших высоко над ними в кронах могучих деревьев, Уилл не смог разглядеть никаких других живых существ. Но, с другой стороны, Сиде до этого он тоже не заметил.

– На данный момент её жизнь вне опасности, – сказала целительница серьёзным тоном. – Однако неизвестно, сможет ли она полностью поправиться.

– Почему? – спросила Шарлотта. Она обеспокоено переводила взгляд с Ориона на охотницу.

– Людей это не касается, – холодно заметила Сиде.

– Ну, – возразил Орион, – в некотором смысле они свидетели всего, что случилось. Думаю, ты можешь открыто говорить при них.

Выражение лица охотницы выдавало то, что эта мысль ей явно не очень-то нравилась. Но всё же она кивнула.

– Похоже, что не только ярость фурии лишила сил эльфийку-сирену. Одна из змей на голове этой мерзкой твари укусила её. Их яд силён. Слишком силён для крошечного тела моей пациентки. Конечно, ей бы помогло, если бы у нас был этот яд. Тогда я смогла бы приготовить противоядие. – Она окинула Уилла и Шарлотту задумчивым взглядом, а затем кивнула Ориону. – Приведи фурию ко мне. Тогда я спасу эльфийку.

Быстрым движением она снова запахнула плащ и накинула капюшон на голову, а в следующее мгновение исчезла. Были слышны только её шаги. Но вскоре и они смолкли.

– Ах, ни одна охотница не появляется и не исчезает так драматично, как Сиде. Думаю, вы ей нравитесь. – Орион вздохнул. – Итак, вы всё слышали. Ещё одна причина отправиться в путь. Я поймаю фурию. Мы спасём Тэль и раскроем тайну, связанную с вашей мамой. Вот увидите, вы вернётесь домой быстрее, чем жёлудь упадёт с дерева.

– Нет. – Шарлотта скрестила руки на груди, и на мгновение она стала похожа на их мать.

Боже мой, подумал Уилл, она выглядит как строгая версия их мамы. Было в ней что-то такое, чего он до сих пор не замечал. Даже Орион, казалось, впечатлился.

– Мы пойдём с тобой. Ты вообще не знаешь, где её найти.

– Я раньше бывал в вашем мире, – перебил её Орион. – И это было менее пятидесяти лет назад.

Шарлотта решительно покачала головой:

– Пятьдесят лет? Тогда это был совершенно другой мир. Ты будешь слишком заметным в нашем современном мире.

Голос Шарлотты удивил Уилла. Даже миссис Фишермен, казалось, не могла придать голосу столько решимости. Конечно, она была права. Даже в Нью-Йорке вид мужчины с луком и стрелами, ростом более двух метров, который внезапно появляется из-под плаща, мог привлечь всеобщее внимание.

– И тебе трудно будет сориентироваться, – добавил Уилл, чтобы поддержать Шарлотту. – Нам нужно пойти с тобой.

– Мы можем помочь тебе, – согласилась с ним Шарлотта, это прозвучало так, как будто терпеть возражения она не собиралась. – Мы сегодня уже многому научились. А Уилл прав. Наш мир так серьёзно изменился, что ты там вряд ли сможешь сориентироваться. А что, если фурия сбежит от тебя? Она могла бы использовать для этого смартфон. Или интернет.

Теперь даже Уилл растерялся. Он глянул на сестру, и она многозначительно пожала плечами. Очевидно, она хотела запутать Ориона терминами, которых он, конечно, не знал. Уилл решительно закивал в подтверждение её слов. Однако они, по сути, даже ещё и не научились обращаться с луком и стрелами. Он попал не в ту цель, а стрела Шарлотты не пролетела и метра. Орион, казалось, думал так же, но то, о чём только что рассказала Шарлотта, похоже, произвело большое впечатление на него.

Его лицо приняло страдальческое выражение, сделав глубокий вдох, он спросил:

– Интернет? Никогда не слышал, – произнёс он. – Чёрт, а ведь и правда, возможно, на месте мне бы очень пригодилась парочка ваших советов. Хорошо, вы пойдёте со мной. Но мы не можем уйти, пока вы по-настоящему чему-то не научитесь. И прежде всего вам нужна более подходящая одежда.

Брат с сестрой посмотрели на него, не понимая.

– У нас дома все носят что-то подобное, – ответил Уилл. – Так мы не будем бросаться в глаза.

– Но я уверен, люди не носят ничего подобного, когда охотятся на фурий, – заявил Орион. – Просто не бросаться в глаза – этого недостаточно. Вы должны быть невидимыми. В квартале Фабулы, где живёт маленький народец, есть множество магазинов, которые специализируются на экипировке охотников. Я знаю лучший среди них. Уверен, мастерица Мус сможет сшить что-то подходящее и для… – он бросил на них быстрый взгляд, – представителей очень маленького народа. Пойдёмте, не будем терять время. Это недалеко.

Сказав это, Орион повёл их прочь от больницы через лес, шли они около четверти часа.

– Сегодня вы, ребята, увидите немного больше Фабулы, чем я на самом деле планировал. Однако этот квартал не представляет особого интереса. Это почти уже пустыня.

С этими словами он увлёк их под низко нависавшие ветви ивы. Дерево стояло на краю возвышенности. И от вида бесконечных рядов домов, которые простирались перед ними, казалось, до самого горизонта, у Уилла и Шарлотты перехватило дыхание.

Фабула

Уилл никогда раньше не видел ничего подобного. Ни Нью-Йорк, ни какой-то другой город, где он когда-либо бывал или который он видел на картинке или в фильме, не были похожи на Фабулу. Вернее, на этот квартал Фабулы. Большинство домов низкие, словно игрушечные, но это не делало их менее невероятными. Они выглядели перенесёнными из какого-нибудь фильма про Средние века. Здания сияли, будто покрытые перламутром, а их крыши были из серебра и золота.

Но нашлось и несколько построек, тянувшихся далеко ввысь.

Башни с крышами в форме луковок. Одна из них являлась особенно высокой и намного превосходила все остальные. Дома позади неё, похоже, были намного больше, чем те, что стояли прямо перед Уиллом.

Если при взгляде сверху на города, где жили люди, обычно можно заметить определённый порядок, то здесь, в Фабуле, дома казались беспорядочно разбросанными, как бы по воле случая. И всё кругом бурлило жизнью. Улицы были заполнены… маленькими человечками. Уилл не очень хорошо мог рассмотреть их на расстоянии, потому что они так быстро носились между домами, что ему показалось, будто он видит десятки муравьёв.

Орион повёл их вниз по пологому склону, поросшему густой, пышной зелёной травой. У подножия холма проходила улица, и их троица зашагала по ней между первыми домами.

– Это настоящие кобольды? – тихонько спросила Шарлотта, когда они проходили мимо первых жителей квартала.

Их было трое, и Уилл подумал, что Шарлотта права в своём предположении, – это кобольды. Они не обращали на Ориона никакого внимания, хотя он казался гигантом среди цвергов. На Уилла и Шарлотту, напротив, они смотрели очень недоверчиво. Уилл вытащил из кармана куртки записную книжку отца и начал её листать.

Он украдкой поглядывал на местных жителей. Когда нашёл страницу, где рассказывалось о кобольдах, то просто остолбенел. Картинка была такой же, какую он видел много раз раньше, но слова не те. Правда, там по-прежнему нашёлся текст, который Уилл знал, где говорилось о злобном нраве кобольдов. Но словно из ниоткуда появились другие слова. Имена. Всякий раз, когда одно из существ проходило мимо них, появлялось новое имя. Мистер Голд, мистер Ункегви и его жена миссис Грул. Очень удивлённый, он обнаружил, что эта книжка – нечто большее, чем просто записная книжка. Ему казалось, он держит в руках планшет, только из бумаги. Как такое могло быть? Он решил отложить этот вопрос на потом. Целая группа кобольдов вышла им навстречу, и Уилл не успевал следить за появлением их имён на странице. Кобольды едва доставали Шарлотте и ему до бедра. Носы у них были, по меньшей мере, в десять раз длиннее человеческих, а заострённые уши свисали немного книзу. Ошеломлённый, Уилл по очереди смотрел то на них, то в свою книжку. Некоторые из них только что вышли из трактира. Перед входом в него Уилл увидел существ ещё меньшего размера, чьи длинные белые бороды достигали их ног. Он перевернул страницу.

– Вихтели? – пробормотал он. И снова, словно из ниоткуда, новые слова появились рядом со старыми. Но на этот раз не имена, а обозначения должностей, возраст, иногда даже небольшие родословные.

– И… штильцы?³ – Он посмотрел на каких-то морщинистых существ с мрачными лицами.

– Точно, – похвалил его Орион. – Да вы умнее, чем я думал.

– Как-то неожиданно умные, – задумчиво прокомментировала Шарлотта и попыталась выхватить записную книжку из пальцев Уилла.

Но тот оказался быстрее и тут же спрятал её. Эта книжка всегда являлась его тайной, и здесь и сейчас было не самое подходящее место и время рассказывать о ней его сестре.

Орион указал на другую сторону улицы.

– А вон там вы видите гномов, – сказал он, заметив перед витриной швейной мастерской маленькую фигурку с огромной, к тому же полностью лысой головой. – Ну, вот мы и пришли.

Они свернули в конце улицы на большую аллею. Деревья, которые росли по её центру, только лишь маленькими размерами отличались от таких же в настоящем мире. «Нет, не в настоящем», – поправил себя Уилл мысленно, – «просто в другом». Этот мир здесь тоже был настоящим. Фабула. Прямая как стрела аллея тянулась через город, по обе её стороны располагались великолепные дома, такие высокие, что в них точно смогли бы жить и люди тоже. Повозки катились по мощёным улицам. И не все они были запряжены простыми лошадьми.

– Единороги? – Шарлотта выглядела так, словно её несбыточная мечта сбылась.

Она проследила глазами за дрожками⁴, которые тянуло сказочное существо. Сами дрожки были, казалось, покрыты золотом, а единорог величественно и гордо прорысил мимо них. Шарлотта невольно сделала шаг в сторону проезжей части, но Орион схватил её за руку.

– Я бы не советовал, – сказал он. – Единороги – довольно злобные существа. Зачем иначе, как ты думаешь, у них есть рог? Вовсе не потому, что они милые, мирные зверюшки. И кроме того…

– Они отражают характер своего владельца, – прочитал Уилл из записной книжки, которую он снова достал из кармана. – Если единорог сразу же не откусит вам голову, то его можно считать исключительно вежливым. А ещё они любят сладости.

Этой информации в книге раньше тоже не было.

Откуда внезапно возникали все эти новые записи? Ему было всё равно, он радовался как ребёнок тому, что у него с собой что-то… волшебное.

– Правильно, – похвалил его Орион. – По крайней мере то, что касается характера владельца. Про их тягу к сладкому я, кстати, ничего не знаю.

Шарлотта выглядела так, как если бы не знала, продолжать ли ей радоваться появлению единорога или удивляться необъяснимым знаниям Уилла.

Уилл снова поспешно убрал книжку, а Орион продолжил:

– Если его хозяин – существо с жутким характером, то и единорог может быть просто ужасным. Ему ничего не стоит боднуть кого-либо прямо в сердце. Но если он принадлежит существу с безупречным образом мыслей, то тогда это будет самое благородное создание в Фабуле. Но его настрой может поменяться всего за пару часов. Вот тот экземпляр во владении лепрекона. Это маленькие, но очень жадные парни. Вон, видите, в дрожках человечек в зелёной шляпе? Это сам владелец. Представьте, сколько у него золота. Только не очень честные перед законом люди запрягают единорогов, просто чтобы похвастаться.

Словно услышав Ориона, единорог повернул к ним голову. Сияющие красным пламенем глаза светились на его морде, покрытой белой шерстью. Он уставился на них, будто распознал в них пришельцев из чужого мира.

– Пойдёмте, – сказал Орион и подтолкнул их к какой-то лавке.

Рядом с высокой дверью была прикреплена латунная табличка, выглядевшая как огромная пуговица со швейной иглой, из ушка которой свисала металлическая нить. Над входом виднелась надпись «Портняжная мастерская братьев Мус». Когда Орион толкнул дверь, раздался металлический звон. Как с удивлением обнаружил Уилл, его производила серебристая птица.

– Железные дрозды, – тихо объяснил Орион. – Очень больно, когда они клюют тебя в голову… К сожалению, я знаю это по собственному опыту.

– Слушаю вас.

За стойкой, размерами подходящей для обычных людей, появилось маленькое существо в чёрном как ночь костюме. Ему пришлось встать на табуретку. Седые волосы были заплетены в косу, глаза закрыты абсолютно непрозрачными солнечными очками, которые он снял, как только увидел Ориона. Глаза, явившиеся на свет из-под тёмных очков, оказались серыми, как камушки гальки, и расширенными от удивления.

– О, это вы, Орион. И, как я вижу, вы взяли с собой парочку своих учеников.

Уилл и Шарлотта обменялись друг с другом насмешливыми взглядами.

– Мастерица Мус, – поприветствовал Орион странное создание. – Это мои новые ученики, им нужно что-то носить. А также им весьма пригодится парочка ваших… особых товаров.

– Мастерица? – спросил Уилл.

– Ну да, а почему вы спрашиваете, молодой человек?

Портниха, которая, как по длинному носу и заострённым ушам понял Уилл, была из кобольдов, посмотрела на него так мрачно, что даже миссис Фишермен по сравнению с ней выглядела бы как самый дружелюбный человек на свете.

– Вы полагаете, что женщины не умеют толково шить одежду? Только штопать носки и дырявые трусы?

Она так прищурила глаза, будто хотела пригвоздить его к месту.

– Нет, – поспешно произнёс Уилл. – Но там, над дверью, написано «братья». Я подумал, что здесь…

– …работают двое мужчин? – Портниха хрипло рассмеялась. – Там так написано только потому, что это лучше для бизнеса. Для большинства кобольдов идея о работающих женщинах немыслима. Поэтому им нужна небольшая… как бы поточнее выразиться?

– Ложь? – предположил Уилл. В этом он был просто профи. – Или, правильнее сказать, история.

Смех портнихи Мус стал слегка более дружелюбным.

– Мальчик мой, вы мне нравитесь. Вы неплохо соображаете. Итак, вам нужна парочка вещей. – Она бросила на них пренебрежительный взгляд. – Ради всех серебряных мотыльков, – проворчала она. – Что это за некачественная работа?

Она исчезла под прилавком и вышла к ним. Даже для кобольдов портниха была очень маленькой. Она осторожно пощупала куртку Уилла и брюки Шарлотты и покачала головой.

– В таком просто невозможно чувствовать себя хорошо. Его, – портниха указала на Уилла, – можно было бы приодеть как настоящего графа. А вот ей, – мастерица показала в сторону Шарлотты, и её мрачное выражение лица смягчилось, – я бы пошила платья, как для истинной королевы!

– Но им сейчас нужно скорее что-то… практичное, – возразил Орион, задумчиво поглаживая бороду. – Ну, вы же знаете, мастерица Мус, одежда должна быть чёрной в ночи. Коричневой и зелёной в лесу. Ну, и нам пригодятся кое-какие из ваших особых товаров.

На лицо портнихи вернулось мрачное выражение.

– Конечно, – сердито рыкнула она. – Практичное.

Портниха выплюнула это слово так, словно она жевала кусок тухлого мяса.

– Шёлк-невидимка и несколько зеркальных нитей. Много времени это не займёт.

Мастерица достала из кармана кофты портновский метр таким движением, каким обычно достают оружие. Быстрее, чем Уилл смог всё рассмотреть, она вытянула свою рулетку и измерила рост брата и сестры, а затем подошла к большому столу – высоты как раз для кобольдов, – на котором лежали различные материалы.

– Нет, – проворчала она про себя, развернув один из рулонов, – слишком колючий. – Портниха развернула краешек другого. – Слишком тонкий.

Следующий ей тоже не понравился:

– Слишком тяжёлый.

И так продолжалось какое-то время, пока она не нашла то, что искала.

– О, вот этот как раз подходит. С прошивкой из сверхтонких зеркальных нитей. А уж с пуговицами из костей альпов⁵ вещи будут отлично смотреться. – Она бросила оскорблённый взгляд на Ориона. – И будут практичными.

Она взяла длинные ножницы и начала резать ими ткань.

– Скажите, мастерица Мус, – произнёс Орион так подчёркнуто небрежно, что Уилл сразу уловил в его словах намерение узнать что-то определённое, – вы слышали какие-нибудь новости о Феях?

Портниха-кобольд ответила, не прекращая работать:

– Говорят, они скоро соберутся вместе. Ни одной из них не видели, по крайней мере, два последних месяца. В нескольких районах говорят, что уже не меньше трёх.

С потрясающей скоростью она вырезала нужные детали из ткани. При этом обрезки разлетались по воздуху, как осенние листья.

Пока Шарлотта расспрашивала Ориона о кобольдах, гномах и штильцах, Уилл бродил между стеллажами и шкафами, выстроившимися вдоль зелёных стен. Он про себя читал таблички на полках и ящиках.

Шкура камнегрызов. Нити ведьминых пауков (Осторожно: липкие!). Русалочья чешуя. На одном из ящиков была прикреплена табличка «Не пустой!». Уилл вытащил его и удивлённо посмотрел внутрь. Пусто. Но когда он засунул в ящик руку, то его пальцы нащупали невидимую ткань.

– Вы ищете что-то определённое?

Уилл резко обернулся и увидел мастерицу Мус, стоявшую прямо за ним.

– Я… я… – запинаясь, пробормотал он.

– Это кожа змеи-обманщицы. Безумно редкая. И такая дорогая, что некоторые продали бы родного брата всего за один её метр. – Последовавший смех прозвучал довольно ядовито. – Так вы наверняка хотите, чтобы я провела предварительную примерку ваших будущих одеяний, правильно?

Портниха-кобольд обнажила зубы, такие же острые, как у Тэль. Она проводила Уилла к примерочной.

– Пожалуйста, переоденьтесь, – попросила она и задвинула шторку снаружи.

Уилл снял свои вещи и надел подготовленные для него мастерицей Мус. Брюки, рубашка и своеобразный плащ с капюшоном, похожий на тот, что носил Орион. Рубашка и брюки зелёного и коричневого цветов, у плаща же был довольно странный оттенок. Ни один из предметов одежды не соответствовал его размеру. Но, по крайней мере, палочка и записная книжка поместились во внутренних карманах плаща. Уилл быстро обыскал карманы своих брюк, однако обнаружил только жуткую конфету миссис Мур. Он хотел оставить её там, где нашёл, но не удержался и сунул в левый карман брюк.

– Готово, – сказал он.

Портниха отдёрнула занавеску и испытующе глянула на него. Потом она одной рукой потянулась к подушечке для иголок, прикреплённой ко второму запястью.

– Это волшебные иглы? – спросил Уилл.

Фабула настолько невероятна, что, несомненно, здесь везде должна была присутствовать магия. Так ведь? Судя по выражению лица мастерицы Мус, он ошибался.

– Нет, – произнесла она, взвешивая в руке сразу дюжину иголок. – Это всего лишь когти Феникса.

Прежде чем Уилл успел удивлённо поднять брови, кобольдиха подбросила иглы в воздух. Они рванули в направлении Уилла, как будто у них была собственная воля. Но вонзились они не в его кожу, а только в ткань, отметив ту длину штанин, какой она должна быть.

И в слишком длинные рукава рубашки тоже воткнулись иглы. С помощью отточенных движений ножницами, которые орудовали, как казалось Уиллу, в опасной близости к его коже, всё было обрезано до необходимых размеров, а затем зашито блестящей иглой.

Дальше он надел плащ, и тот тоже был доработан подобным образом.

– Идеально, – прокомментировала портниха. – Как и любая вещь из этого магазина. – Она хрипло рассмеялась. – Я объясню вам, что уникального в этих вещах. Ткань, из которой сделан плащ, заставляет любого, кто взглянет на него, тут же о нём забыть. Шёлк для него производят гусеницы-забудки. Знатоки называют их Dementia totalis (гусеницы тотального слабоумия). Их очень трудно найти, ведь ищущие постоянно забывают, что они искали. Когда вы наденете этот плащ, то любой, увидевший вас, тут же забудет об этом. Плащ скрывает всё и всех, кто спрячется под ним. Кроме того, ткань также не позволяет никому обвести своего владельца вокруг пальца, то есть своего учителя вы будете прекрасно видеть. Очень полезное свойство. Только представьте, что гусеницы перестали бы узнавать друг друга. Они быстренько бы все вымерли, бедолаги. Ночью в этом плаще вы будете черны, как… собственно говоря, ночь. А днём вы благодаря ему так идеально сольётесь с окружающим пейзажем, что окажетесь почти незаметным. Особенно в лесу, поэтому в комплекте у вас будут зелёная рубашка и коричневые штаны. Что я хочу сказать: когда хотят выглядеть как дерево, то и одеваются как дерево. Благодаря пуговицам из костей альпов, никто враждебно настроенный не захочет приближаться к вам. Ваше присутствие у таких людей будет вызывать страх и ночные кошмары. Ну и конечно, моя одежда гораздо лучше защищает от ядов и оружия, чем вот это всё. – Она собрала старую одежду Уилла и кинула её в корзину в углу примерочной. – Само собой разумеется, что кое-какие специфические вещицы уже заранее положены в карманы плаща. Вы же знаете, о чём я, правда?

Уилл, конечно же, понятия не имел, о чём она говорила, но, похоже, портниха и не ждала ответа.

– Оптикон с Аргусовыми стёклами, с помощью которого можно увидеть сокрытое, вы найдёте в левом внутреннем кармане.

Уилл тут же засунул туда руку и, к своему удивлению, нашёл там что-то напоминающее очки без дужек, по-видимому, их нужно было крепить на переносице.

– Бобы в правом наружном кармане. – Она предостерегающе подняла указательный палец, когда Уилл хотел было сразу же достать их. – Гигантским лозам достаточно лишь на короткое время соприкоснуться с почвой, чтобы сразу укорениться и начать расти. До сих пор в моём магазине такое случилось лишь однажды, и я не хочу повторения. Не желаю опять платить за новую крышу. Так, ладно, семимильных сапог нет уже давненько. Вы наверняка знаете почему.

Уилл был немного сбит с толку такой резкой сменой темы. Кроме того, он опять понятия не имел, о чём она говорит, но портниха, похоже, и в этот раз не ожидала его ответа.

– Следующее – в левом наружном кармане лежит флакон со слизью гоночных улиток. И с ней вы должны быть осторожны! Стоит нанести всего несколько капель, и вы помчитесь с огромной скоростью. Ею следует смазывать подошву обуви, но только не той, в которой вы пришли сюда. Жуткие вещи. Для охотников у меня, конечно же, есть специальная обувь. Надев её, вы всегда будете знать, по какой поверхности вы идёте. И никогда, – она подняла оба указательных пальца вверх, – не используйте это средство в закрытых помещениях. Как-то раз такое тоже случилось здесь, ещё раз платить за новую стену я не хочу.

Слизь гоночных улиток. Оптикон.

– Просто фантастика, – вырвалось у Уилла. – Скажите, пожалуйста, а у вас есть что-нибудь, что может сделать меня сильнее? – взволнованно спросил он, доставая из кармана и внимательно рассматривая бутылочку со слизью гоночных улиток.

Мастерица Мус удивлённо приподняла одну бровь.

– Конечно нет! Как вам такое только в голову пришло? Здесь вам не лавка чудес!

=♦=♦=♦=

Первое, что бросилось в глаза Уиллу, когда они наконец вышли из магазина мастерицы Мус, – почти никто их теперь не замечал. Взгляды маленьких обитателей этого квартала постоянно были прикованы к ним с самых первых шагов, которые Уилл и Шарлотта сделали на улицах Фабулы. Но теперь они оба, казалось, стали прозрачными для большинства кобольдов, гномов и штильцев, прогуливавшихся рядом с ними по широкому тротуару. Уилл посмотрел на сестру. Она, также как и он, накинула свой плащ.