Read the book: «Иллюзия Реальности»

Глава 1. Пустынные скаты

Тихая ночь расстелилась черным покрывалом над пустынной землей. На горизонте чернели острые выступы скал, а в низинах собирался туман. Я подняла голову к небу, любуясь мерцающими огнями далеких станций.

Военная машина осталась на дороге. В непроглядном мраке она надежно спрятана среди огромных каменных валунов.

Холодало. Я обняла себя руками и взглянула на Адама. Он и трое солдат стояли у края окопа, бдительно наблюдая за периметром.

— Должно быть бродяги не успели нас заметить? Я выключил фары перед тем, как повернуть к Пустоши. В темноте непросто что-то разглядеть, да и услышать нас при таком ветре никто бы не смог, — прошептал один из ребят. В его голосе сквозила неуверенность.

— Ты прав, — кивнул военный, — похоже обошлось.

— А если нет?

Адам посмотрел на высокого худого парнишку, усмехнулся и бодро ответил: — Значит, дадим бой.

Тот напрягся. Перспектива боя ему не понравилась. Молодым солдатам еще не приходилось воевать. Совсем юнцы, отправившиеся в Пустошь перевозить продовольствие.

Чтобы согреться, я завернулась в клетчатый плед, добытый из клиники при выписке. Пару дней назад мы покинули теплый медицинский блок и двинулись в сторону поселения.

Несмотря на то, что я чуть было не потеряла Адама, воспоминания о палате и нашей первой ночи остались самыми светлыми. И я хотела бы провести там еще дней десять, не меньше. Но время работало против нас. Как только Даттон встал на ноги, он подтвердил готовность вернуться в ряды армии. И добираться до места назначения нужно самостоятельно. Никто не отправил бы в далекую клинику на границе транспорт. Оставалось ждать попутку.

В тот же вечер, после выписки, мимо проезжала группа радистов с поставкой продуктов для Витрума. Трое солдат с минимальным вооружением. Кузов груженый, но для двух людей место нашлось.

Радисты не были против подхватить нас. В качестве бонуса они получили бывалого военного. Адам знает, что делать в случае нападения, а зеленые юнцы не имеют опыта. Их отправляют перегонять продукты ночами, когда постоянная темнота сгущается во мрак и шансов быть атакованными меньше.

Как только мы тронулись, я заснула, а проснулась через пару часов. Меня разбудили голоса. Военный по имени Рейв заметил лагерь повстанцев в нескольких километрах от нас по прямой. Небольшой лагерь, человек на семь. Именно такие отряды устраивают засады колоннам машин, движущимся из-под купола Андариона к пустынным землям. Похожий отряд атаковал нас в Черных топях и подстрелили Адама.

— Эмбер? — блондин отвлек меня от раздумий. Подошел ближе и бегло коснулся рук. — Ты замерзла. Надень мою куртку!

— Нет, не нужно. Я в полном порядке.

— Уверена? Продержишься до утра? Если бродяги не уйдут, утром подоспеет подмога.

— Ты уже с кем-то связался?

— Этого не требуется. Сработает маячок на продовольственной машине. Мы должны приехать на базу к семи часам. Если не будем вовремя, отправят военных обследовать дорогу.

— Обнадеживает, — кивнула я, — Все в порядке, Адам. Я подожду, сколько нужно.

Супруг с теплом посмотрел мне в глаза и слегка прикоснулся рукой к подбородку.

— Эй, Адам, — окликнул командующего шепотом Рейв, — так странно. Дикари засуетились. Они собирают вещи и, кажется, намереваются уходить.

Даттон подошел к солдату, навалился на край окопа грудью и надел на глаза прозрачную пластину. Та пискнула, переливаясь голубым и зеленым цветами перед зрачками.

— Хм… Они собирают оружие, готовят патроны. Если бы знали, что мы наблюдаем, сделали бы это аккуратно, — подключился второй радист.

— Хотят вступить в бой? — задался вопросом Адам, — Но знают, что будут под прицелом.

— Странное поведение готовится к бою на глазах у противника, — встревожился Рейв.

Командующий напрягся. Адам огляделся по сторонам. Вокруг только песок, камни и равнины, которые местами разрезают линии окопов. Они расположены ближе к дороге, чтобы была возможность отстреливаться и оперативно спрятать гражданских из-под пуль.

— Что-то не так? — прошептала я. Адам кивнул.

— Опустись пониже, а лучше сядь, — потребовал мужчина, — не высовывайся ни при каких обстоятельствах.

Я послушалась совета, сползла и обняла ноги руками. Один из радистов поступил так же. Сел рядом. Не обращая на меня никакого внимания, совсем юный парень набивал на своем планшете закодированное сообщение.

Удивительно, но в этот раз текст кода выглядел читаемым. Я понимала команды, которые запрашивал радист. И осознание этого навыка не вызывало оптимизма. В Черных топях я вспомнила своих родителей, а теперь оказалось, знаю и язык кода.

— Как скоро они придут? — я обратилась к солдату. Тот даже не обернулся, нервно тапая пальцами по экрану.

— Обратной связи нет. Остается надеяться, что сообщение ушло и подмога прибудет к утру.

— Дольше не продержимся?

— Эмбер, я не знаю, — пожал плечами паренек, — Это мой первый бой.

— Поедем напролом и будем молиться, чтобы нас не атаковали, — выдал Рейв, услышав нас. Он стоят рядом с Адамом. Муж и двое радистов пытались предугадать действия банды повстанцев.

Тем временем ветер усилился и поднял в небо тучи мелкого песка. Видимость ухудшалась.

— Адам, что происходит?

— Эмбер, оставайся на месте! — Супруг вытянул в сторону руку, пытаясь остановить так мои действия.

Двое солдат подняли над окопом пару огнестрельных установок. Военные готовились к обороне.

— Что там?

— Одно из двух: либо враг уйдет, либо перейдет в атаку.

— Что-то долго, — прошептал смуглый, коротко стриженный Рейв, — мнутся на месте.

— Как будто нарочно суетятся, — озвучила догадку я, ослушавшись и припав рядом с Адамом к краю окопа. — Может… Адам, а вдруг пустынные скаты?

— Что? — переспросил командующий.

Слова сами сорвались с языка, ледяной волной пройдясь по коже. Новая информация, которую я знала, но не помнила до этого.

— Пустынные скаты, — пробормотала вновь, — ветер и ночь им только на руку. А повстанцы впереди наверняка отвлекают наше внимание на себя.

— Мрак! — Адам понял меня. Он срочно дал команду «приготовиться» радистам и перестроился к противоположной стороне. Прозвучал выстрел, затем второй. Звук ветра навязчиво смешался с шорохами. Гром от оружия прозвучал будто спрессованным, глухим.

Повстанцы, увидев атаку, рассредоточились вдоль лагеря, припали к земле, и в этот момент из песка показались люди в оранжевых плащах.

— Щиты скатов не пробить, — закричал Адам, — Они укреплены. Стреляйте по ногам.

Метрах в трехстах шесть человек в плащах стремительно приближались к нам. Противники стреляли ответным огнем по песку мелкой дробью, уворачивались, но не успели перестроить свой корпус для блокировки. Широкие крылья скатов за спиной из легкого черного металла не раскрылись до конца. Спереди оранжевые плащи развевались на ветру десятками тончайших лоскутов. Этот цвет отлично терялся в барханах, до выхода на поверхность.

Лица нападавших скрывали черные маски с прорезью. Через такие плохо видно обстановку, но в песке, благодаря тончайшей сетке, мелкие крупицы не попадают в глаза. Система «корпус – скат» раскрывается не сразу. Для этого нужно достигнуть точки атаки под песком и раскрыть ее там же. В вертикальном положении, при сильном ветре, сопротивление мешает конструкции. Нам повезло. Мы вычислили повстанцев раньше, чем они успели нанести существенный вред.

Атака противников сорвана, но враг не собирался сдаваться. Уворачиваясь от энергетических ударов установок, скаты подбирались все ближе.

— Рейв, бросай блок в сторону дикарей! — скомандовал Даттон, — Барн, Саша, готовимся к отступлению!

Точный прицел Адама сбил с ног одного из песчаников, следом второго. Группа в оранжевых плащах притормозила.

— Мы не успеем, — возразил Барн.

— На открытие панциря ската у них еще пара минут, — прокричала я сквозь шум, оставаясь у края окопа, — у нас может получиться!

— Откуда она это знает? — Недоумевал радист.

— Хорошая осведомленность, — Адам бросил в мою сторону короткий взгляд. Я успела заметить его озадаченность. — Слушайте меня! Мы не будем убивать невинных. Они всего лишь разбойники и защищают свою территорию. На счет «три» ставь блок. Силовое поле остановит скатов, выведет из строя костюм. Потом у нас останется не больше минуты, чтобы добраться до фургона.

— Какой план после?

— Просто мчим вперед. Прорвемся!

Издалека послышался боевой клич. Дикари из палаточного лагеря начали наступление. Они поднялись на ноги и побежали вперед по дороге к нашей машине. Тем временем скаты получили сильный отражающий удар блока всего в двадцати метрах от нас.

Адам потянул меня за руку на себя, а затем быстро вытолкал наверх, следом за Рейвом. За мной из окопа выбрались двое радистов, замыкающим пятился мой муж. Он отстреливался в зоне поражения. Над головами свистели пули.

— Быстрее, — я торопила Рейва, — Быстрее же!

Всего на мгновение я обернулась назад. Повстанцы в костюмах скатов продвигались вперед, но слишком медленно. Их оранжевые плащи горели синим цветом. Перезагрузка. Еще десять секунд и костюм снова будет функционировать, превосходя нас в скорости. Времени в обрез.

Между тем четверо повстанцев без опасения перепрыгнули окопы вдоль дороги, неумолимо приближаясь к машине.

— За руль, а ты в кабину! — скомандовал Адам. Я забралась за водительское сидение на коробки. Дверь захлопнулась. Командующий остался снаружи.

— Газуй, — скомандовал Даттон.

— А ты? — разволновался Саша.

— Я наверх! Фары включай по моей команде!

Я попыталась его отговорить, кричала, но военный не отреагировал. Под управлением Рейва машина зарычала и стартанула, загребая пыль огромными колесами. По корпусу забарабанили глухие выстрелы. На панели передач пищали датчики движения. Скаты пытались нас догнать. А впереди на дороге выстроились дикари.

— Берегись! — успел крикнуть Саша, и мы пригнулись. Лобовое вдребезги. По кабине посыпалась крошка. Сверху послышалась команда.

— Зажигай!

Рейв щелкнул крохотный рычаг рядом с рулем. Яркий свет мгновенно лишил зрения захватчиков. Закрывая лица ладонями, люди бросились в разные стороны. Ослепление противника подарило нам фору в несколько секунд. Этого хватило, чтобы мчаться вперед по пустынной дороге, оставляя повстанцев позади.

Все молчали. Тишину нарушал только звук двигателя и шум ветра от скорости. Я развернулась назад к стеклу, чтобы посмотреть на кузов.

— Бесполезно. Все в пыли. Ты не увидишь через него Адама, — пробормотал Саша. Этот парень был самым юным из солдат. Ему не больше семнадцати. Жилистый, высокий и очень бледный. На его тонкой коже виднелись сосуды, а под глазами темнели синяки от усталости. При всей своей хрупкости, он держался отважно, и именно этот парнишка отправлял кодовые сообщения.

— Когда мы остановимся?

— С рассветом, — сухо ответил Рейв, погасив фары, — повстанцы меж своими быстро растрезвонят о нас. На дороге могут быть и другие, так что пока рано говорить об успехе. Неспокойно стало в Пустоши, чтоб ее…

— Между своими? Все они члены одной организации?

Саша невесело усмехнулся, будто я сморозила глупость.

— Еще как! Ты лучше отдохни, пока есть возможность. Путь будет утомительным.

Я встретилась взглядом с водителем через зеркало заднего вида. Оно покосилось, но все еще держалось на креплении. Ничего не оставалось, как смириться. Сев на коробки поудобнее, я прислонилась лбом к стеклу и пыталась рассмотреть пустынные виды за толстым слоем налипшей пыли и песка. В темноте ночи остались лишь очертания. Даже дорогу почти не видно. Водитель ориентировался по навигатору.

Вскоре усталость взяла свое и я провалилась в сон. Проснулась, когда послышался скрип тормозов.

— Эй, Адам, — крикнул Рейв, высунувшись из кабины, — ты там в порядке?

— Все отлично! — блондин ловко спрыгнул с кузова и заглянул к нам. — Проскочили! До базы рукой подать. Надо пройти сканирование. Дальше можешь расслабиться и ехать потише. Мы будем в нейтральной зоне.

— Переведем дух? — Предложил Рейв.

— Давайте.

Солдаты забыли обо мне. Они вышли из кабины размять косточки, а мне пришлось перебираться через сидения, чтобы выбраться из своего логова. Я даже споткнулась, чуть было не улетела лбом вперед, но муж меня подхватил.

— Осторожнее, расшибешься.

— Ох, Адам, — Прохрипела я слабым голосом, — мне что, теперь всегда придется переживать за тебя? Почему ты не сел в кабину с нами?

— Ничего не случилось.

— Но могло… Ты остался снаружи, был под пулями. В прошлый раз это чуть было не закончилось гибелью.

— Эмбер, ничего плохого не произошло. Идем? Я думаю, ты можешь перебраться повыше.

Его манера уходить от ответа очень злила меня. Но сил и времени спорить не было. Надо скорее добраться до места назначения и хоть немного поспать.

Стоянка затянулась. Пора выдвигаться. Командующий махнул парням.

— Эмбер поедет со мной.

— Как скажете, — кивнул Рейв, — Мы готовы.

— Едем, — ответил Саша. Солдат заметно успокоился на границе с нейтральной зоной.

Супруг помог мне забраться в кузов. Я села среди коробок ближе к кабине, чтобы не вылететь. Ехать на машине с крупными колесами по бездорожью то еще удовольствие. Что в кабине, что в кузове. Хорошо, желудок пока справлялся без тошноты.

Через полчаса мы добрались до первой точки назначения. Тот самый сканер, разделявший нейтральную зону и зону Пустоши. Перед груженой машиной возвышалось сооружение с белыми колоннами. По центру располагались массивные ворота. Открывалась только одна дверь из двух. В стороны, в качестве ограждения, тянулись едва заметные струны, имитирующие забор. Выглядело это, мягко говоря, не надежно, но Адам пояснил — по каждой из струн проходит ток. Перебраться через ограду почти невозможно. Плюсом территорию постоянно патрулируют.

Сканер запиликал. По корпусу машины потянулась голубая полоса лазерного луча. Прозвучал сигнал. Над воротами загорелась табличка с именами и перечнем груза. Наши с Адамом данные тоже включены в регистрационную карту пассажиров транспорта. Их передал Саша.

— Откуда им знать, что мы не чужие? Была перестрелка. Мало ли кто мог передавать код с планшета солдата?

— Хороший вопрос, — поднял бровь Даттон, — Благодаря чипам. Они есть у каждого жителя города, приграничья и тех, кто работает на систему. Так сканер может определить своих и чужих.

— Чипы… Ты говоришь о коде на руке?

— Я говорю о чипах, Эмбер. Наверняка ты знаешь о них, но пока не вспомнила.

Супруг так странно посмотрел на меня, будто я что-то знаю и не говорю. С учетом истории моего происхождения, чипа у меня быть не должно. Я родилась в Пустоши.

— Ты мне не доверяешь?

— Эмбер, я на твоей стороне.

— Ну да, — я изобразила подобие улыбки, — но звучит это как-то иначе. Мне ничего не известно о чипе. Я даже не знаю, где он во мне.

— Я верю, — сказал он и сдержанно улыбнулся, — Не думай о плохом.

— И ты.

Мы тронулись. Я крепко вцепилась в поручни-цепи, протянутые вдоль кузова. Злилась на себя, на Адама, но больше всего на то, что никак не могу вспомнить свою жизнь. Это все равно, что пытаться открыть банку с вареньем, но крышка никак не поддается.

Нейтральная зона это все та же пустыня, но уже с редкими поселениями, а то и вовсе одиночными домиками вдоль дорог. Большинство из них белого цвета, некоторые серые, словно выгоревшие. Растений нет, людей тоже. Тишина и запустение. И только спустя пару часов вдалеке показалось что-то необычное. Огромное блестящее здание, точно космический корабль из будущего, вытянулось к небу. Овальной формы, полностью из стекла, отражающего окружение, оно покорило меня своей красотой.

Но мы не подъехали близко. Грузовик остановился. Адам спрыгнул первым, затем помог мне, подав руку.

— Дальше своим ходом.

— Мы приехали?

— Не совсем. Но ребята поворачивают к складам. Нам туда не по пути. Пройдемся, заодно посмотришь, где будешь жить ближайшие годы.

Трое радистов вышли попрощаться с нами.

— Прощай, друг! Может еще свидимся? — проговорил Рейв.

— Время покажет, — с улыбкой ответил Адам, — в другой раз запросите машину с бронью. Обычное стекло против песчаных скатов не подойдет.

— Выбирать не приходится, командующий, слишком большой расход бронированных машин отведен для перевозки гражданских.

— Это временная мера.

Я стояла в стороне. Заметила, как Саша отходит от Адама и направляется ко мне. Парень протянул руку, неловко приглашая попрощаться. Я пожала ее в ответ.

— Прощай, Эмбер. Ты нам жизнь спасла, распознав скатов.

— Честно говоря для меня это тоже была неожиданность.

Он хмуро усмехнулся.

— Удачи тебе в Витруме. Будь осторожна. Это место хоть и защищенное, но не сказать, что приятное.

— Витрум?

— Наш будущий дом, — пояснил Адам, оказавшись рядом и встряв в разговор. Я почувствовала руку мужа на своем плече, — многоэтажный укрепленный бункер для поселенцев и военных. Высокоорганизован технически, но абсолютно не терпящий приватности.

Мужчины переглянулись и рассмеялись.

— Да, я как раз об этом и говорил. Каждый шаг под контролем, лишнего движения не сделаешь.

— Меня не напугать порядком, — отмахнулась я, — Никто из вас не жил в доме Мира. Вот где и шагу не ступишь, не отчитавшись Старшей. Мне не привыкать.

— Ты из дома Мира? — удивился Саша, а затем вдруг дернулся, будто понял, что спросил лишнего, — Извините, не мое дело. Нам, пожалуй, пора. Хорошего пути!

— И вам, — ответил Адам.

Мальчишка кивнул, поправил свою серую форму радиста и побежал к сканеру. Там каждый прошел проверку, после чего погрузились в машину и поехали вперед.

Мы с мужем остались одни. Прошли сканирование и двинулись совсем по другой тропе. Нас ждал высокий и монументальный Витрум.

— Так здесь безопасно? — спросила я. Адам взял меня под руку, заботливо ведя за собой вперед.

— Нет. В Пустоши нет безопасной зоны. Практически все, что названо нейтральной или безопасной территорией, на самом деле удовлетворяет основным требованиям. Значит здесь есть военные, укрытия и более надежные здания. Но тебе не стоит об этом волноваться. Для жен военных обеспечивается высшая мера безопасности.

Мы встретились взглядом, и я словила себя на мысли, что готова любоваться лазурной глубиной глаз Адама. Как я не замечала этого раньше? Почему так долго сопротивлялась чувствам?

— И как будет строиться наша жизнь?

Даттон невесело усмехнулся.

— В рваном графике с разлуками и встречами.

Я скривилась, представив себя вечно ожидающей его из долгих командировок.

— Я ведь с ума сойду, волнуясь о тебе.

— Ты привыкнешь. Со временем.

— Привыкнуть к тому, что ты подставляешься под пули? Я видела шрамы на твоем теле. Их так много…

— Эмбер, — мужчина остановился и развернул меня к себе. Он настойчиво посмотрел мне в глаза, — ты должна верить в меня.

— Я в тебя верю. А ты в меня? Адам, ты же слышал о скатах!

— И что?

— Что, если я на другой стороне?

— Это неважно. Ты стала моей женой. Я тебя не отпущу, кем бы ты ни была.

— Звучит красиво. Но…

Супруг коснулся рукой моей щеки.

— Не надо. Пойдем домой, Эмбер? Я хочу побыть с тобой еще немного до того, как придется уехать.

— Ты уедешь?

— На время.

Глава 2. Витрум

База военного поселения в Пустоши предстала передо мной совершенно иной, нежели Приграничье. Здесь не существовало разделения между жилыми зданиями и кордоном. Огромное многоэтажное сооружение Витрума интегрировано в военную базу. Оно является ее центром и нашим будущим домом.

Мы с Адамом прошли через плац, миновали штабы, ангары с военной техникой и шатры, имевшие свое стратегическое назначение. Здесь всюду военные. Некоторые просто здоровались с Адамом, другие задерживали его, чтобы перекинуться парой слов, не упуская возможности отпустить шутку по поводу опоздания. Конечно же все были в курсе происшествия в Черных топях.

Несмотря на вечную ночь, раскинувшуюся над Пустошью, здесь, в Витруме, было светло, благодаря большому количеству уличных фонарей.

— Для начала отведу тебя в наш бокс, — Адам наклонился ко мне, чтобы я смогла расслышать его в таком шуме, — Мы будем жить в главном корпусе Витрума.

— Ты про тот высокий стеклянный дом?

— Он не стеклянный. То, что выглядит как стекло, на самом деле сверхпрочный материал. Его преимущество в отражающей поверхности. Блоки снаружи подвижны и при правильном расположении, Витрум становится невидимым для противника, — с особой гордостью заявил мужчина, — А еще его обшивка хорошо работает в период жарких дней.

— Что еще за жаркие дни?

— На три дня каждый месяц Пустошь превращается в настоящий адский котел. В это время никто не покидает укрытие.

— И как скоро наступит адское пекло?

Адам улыбнулся.

— Время есть. Об этом не беспокойся.

Я вздохнула, вспомнив комендантский час в Андарионе.

— Адам, это никак не связано с очередной перезагрузкой систем?

— Нет. На этот раз это особенность планеты. Придет время и ты сама все увидишь.

- Не скажу, что хочу.

На подходе к Витруму однотипные военные палатки и корпуса закончились, сменившись на жилой район. Здание в четырнадцать этажей взмывало к небу, словно огромный исполин. Его остроконечная форма вытягивалась вверх, визуально увеличивая масштабы строения.

Я ошибалась, считая, что буду жить среди техники и казарм. Все совсем не так. Подойдя ближе, я увидела стеклянное ограждение, отступающее от дома примерно метров на двести. И попасть внутрь мы могли только по сканерам пропускной системы.

— Чип или…

Адам закатал рукав и подставил запястье с татуировкой номера под считывающее устройство. Прозвучал сигнал.

— Витрум только для семейных, — подмигнул мужчина, — здесь работает код с руки.

Я прошла следом за супругом, использовав код с руки. Одностворчатые ворота громко скрипнули и опустились вниз в пазы.

Дорога, ведущая от базы, сменилась с бетонированной на каменную, аккуратно выложенную стык к стыку. По сторонам протянулись бордюры и узкие цветочные клумбы. Дорожка вела прямо к зданию и закольцовывалась вокруг него. Разгуляться здесь негде, но место отдыха для семейных все же зонировали. Так с правой стороны виднелись яркие элементы детских каруселей на площадке, а также лавочки для отдыха, между небольших кустов, посаженных в горшки. С той стороны доносились радостные крики и смех, так напоминавшие мне Приграничье.

Слева от стеклянного гиганта было менее симпатично. Прямо у стен здания стоял большой монитор с голубым экраном. Рядом с ним установили пару лавочек и небольшие урны для сбора вторсырья. Место казалось созданным недавно и абсолютно недостроенным. Оно сильно уступало правой стороне облагороженной территории. Скорее всего его поставили недавно, чтобы местные могли пользоваться баллами и получать по запросу все необходимое, как это было устроено на западной границе.

Мне тоже понадобится сделать пару запросов. С собой почти ничего нет. Наши вещи остались в той крохотной клинике, и я пока не знаю, когда их смогут доставить. Нам пришлось уходить в спешке, чтобы добраться попуткой до Витрума.

— Все выглядит достойно, — заметила я, разглядывая высокие, монументальные двери Витрума. Это были огромные полотна безупречно чистых зеркал. Впервые за долгое время я смогла рассмотреть себя в полный рост. Милое голубое платьице, собранные в хвост густые волосы каштанового цвета и бледное, но счастливое лицо. Глаза, уставшие от дороги и отсутствия сна. И Адам. Красивый, высокий мужчина с пшеничного цвета волосами.

— В этот раз мы будем жить не под землей, — иронично подметила я и потянулась к ручке двери, но супруг меня опередил, пропустив вперед.

— Эмбер, ты еще будешь скучать по гарнизону.

— Может быть. Я не знаю, успела ли привыкнуть к нему и успею ли привыкнуть к Витруму?

— Правильно мыслишь. Может и не успеешь.

— У нас никогда не будет постоянного дома?

— Пока ситуация обострена, нет.

Я хотела ответить, но открыла рот от изумления, войдя внутрь здания. Меня поразил огромный зал, потолок которого был крышей здания, а это четырнадцатый или пятнадцатый этаж! Центр формировался из круга, а каждый этаж обрамлен перилами, проходящими спиралью. Это и есть коридоры с дверьми, ведущими в жилые боксы. Рядом с каждым боксом висела табличка с номером, а также была установлена система сканирования.

При всем величии объекта, совершенно не ощущалось никакой тяжести конструкции из-за стекла и металла. Шаги здесь отзывались эхом от стен, повсюду переливались натертые до блеска зеркала и прозрачные пластины сверхпрочного материала.

— Здесь так странно! Очень непривычное ощущение, будто я попала внутрь космического корабля.

— Значит тебе понравится и все остальное. Идем, Эмбер, — Адам хитро улыбнулся и потянул меня вперед. Когда мы прошли в центр, я почувствовала, что нахожусь в самом настоящем вертикальном туннеле. А там, на потолке купола медленно плыли белые облака. Они выглядели словно настоящие, но, конечно, были искусственными.

— И здесь экраны?

— Таким Витрум видели архитекторы, — ответил супруг. Он смотрел не на потолок, а на меня, после чего настойчиво потянул дальше, — Они посчитали, что жители гарнизона будут скучать по голубому небу, к которому привыкли с детства. В Пустоши его нет. Вечная ночь будет вызывать уныние.

— Нет, Адам, они не правы. В Пустоши небо глубокое и холодное. Оно прекрасно. А экран всегда останется экраном.

— Согласен, — Супруг подмигнул мне, — Может когда-то наши дети увидят настоящее голубое небо.

Наши дети? В таком-то мире?

Адам оптимист. Он верит в лучшее будущее, даже несмотря на трудности службы. Не каждый военный сохранит светлое в душе, пройдя через ад. А, судя по шрамам, прошлое командующего не было простым.

Мы свернули в сторону освещенного коридора справа, а оттуда попали в лифтовую зону. Там стояла молодая девушка с маленьким мальчиком на руках. Она улыбнулась и дружелюбно поприветствовала нас. Когда лифт подошел, женщина вошла, а мы остались ждать следующий.

Адам сделал это специально. Он довольно посмотрел на меня.

— Что ты делаешь?

— Ловлю возможность быть с тобой наедине.

Я глупо улыбнулась, смутившись, будто девчонка. Все еще не привыкла к новым отношениям. К тому, что мы вместе.

Лифт подъехал бесшумно. Металлические двери разъехались в стороны, и мы вошли в просторную кабину. Она, как и многое в Витруме, отличалась от стандартной коробки. Лифтовая от пола и до уровня поручней была обшита блестящим черным камнем. Все, что выше — прозрачное стекло. Из-за него и стеклянного внешнего корпуса Витрума прямо за лифтом, перед нами открылся потрясающий вид на базу и Пустошь.

— Четырнадцатый, — Адам нажал на прозрачную кнопку и подошел ближе к стеклу. Мужчина протянул мне руку, приглашая к себе, но высота с непривычки вызывала внизу живота неприятное чувство, — Тебе страшно?

— Похоже, что да.

— Иди ко мне.

Я кивнула и коснулась ладони супруга. Он тут же подтянул меня к себе, обнимая так крепко, как только возможно. Адам посмотрел мне в глаза и провел рукой по волосам. Мгновение и его губы прильнули к моим. Тяжелое от страха высоты тело, окрылилось. Я готова была взлететь, но кабина остановилась, прозвучал противный сигнал. Адам простонал от раздражения.

— Наш этаж, — улыбнулась я, наблюдая за реакцией военного.

— Как быстро!

— Адам, держи себя в руках.

Он усмехнулся, словно прозвучала глупость. И правда, мы молодые супруги и почти не были вместе. Я мучилась совестью, а он ждал. А когда все стало ясно, случилась Пустошь. Обстоятельства не позволяли нам быть рядом.

Адам смирился с обстоятельствами, приобняв меня и выводя вперед. Теперь я посмотрела на площадку, с высоты четырнадцати этажей. Только вот перила на уровне пояса не внушали доверия. Так что слишком близко подходить не стала.

— А вот и наш бокс, — радостно возвестил за моей спиной Адам. Я огляделась. По кругу, очерчивая центральный холл, располагались перила. К ним я подойти не решилась. Слишком низкие и не внушающие доверия. А вот площадка выглядела очень чистой, как и абсолютно одинаковые двери в жилые апартаменты по кругу этажа, — Запомни номер пятьсот тридцать три.

— Я не забуду, — заметив сканер у номера, я подошла ближе, — Здесь тоже защитная система?

— Как и везде! Для каждой семьи свой бокс.

Первым к устройству приложил руку к экрану блондин, затем я. Программа запомнила нас и разблокировала двери.

— Мы дома!

Я не успела ничего понять, как меня подняли на руки. Адам толкнул дверь ногой и ступил внутрь. Всего пара шагов и я рухнула на постель, подготовленную для нас местными рабочими. О просмотре бокса было забыто с первым торопливым поцелуем супруга, настроенного точно не на разговоры и чаи. Мы снова опаздывали, выхватывая у времени хотя бы немного для любви. Но и эти минуты у нас отняли. Через мгновение в боксе раздался сигнал, от которого Адам застонал и, силясь, оторвался от моих губ. Голубые глаза сверкнули гневом.

— Черт побери, — ругнулся он, поднимаясь. Я следом обняла блондина руками со спины, когда тот ответил на запрос через устройство, похожее на круглую ручку с голубым огоньком. Новые технологии, о которых мне пока не было известно. Пустошь вообще предстала для меня другой. Андарион часто упоминал об этом месте, как об отсталом. Но реальность оказалась другой.

— Да, прибыл. Расположился, спасибо! Буду через семь минут. Принято!

Теперь устройство загорелось красным, Адам обхватил мои руки ладонями.

— Прости, Эмбер, мне пора.

— Как мне быть? Что делать?

Военный обернулся ко мне и криво улыбнулся.

— Обживайся и отдыхай. В боксе разберешься?

— Конечно, — ответила я, осмотревшись, — Думаю это мне по силам.

В спальне мебель, стены, и элементы декора были подобраны в светлом, почти белом оттенке. Огромная двуспальная кровать стояла в центре, за ней фронтальная стена с потолка до пола была остеклена в два ряда: окно бокса и внешняя обшивка здания. Слева от двери возвышался белый шкаф на рельсах, больше похожий на стену с едва различимыми серебряными струнами-ручками. На полу лежал жесткий тканый коврик, а напротив кровати на стене висело полотно неактивного экрана и маленькая полочка с выстроенными в ряд странными приборами. Для чего они и какими пользоваться – придется разбираться.

— На кухне найдешь стандартный набор пайка. Его предоставляют всем семейным. Приготовь себе обед и обязательно поешь. Для меня ничего не делай.

— Хорошо, я справлюсь.

— И вот еще! Наши сумки должны быть на базе к вечеру. Если получится, запрошу, чтобы их доставили со склада посылок к боксу. Если тебе потребуется что-то еще, воспользуйся приборными панелями и информационным табло у Витрума. Слева, ты видела.