Quotes from 'Вещная жизнь. Материальность позднего социализма'
на страницах журналов печатались многочисленные чертежи, позволявшие сконструировать самые разные бытовые приборы: пылесосы, системы автоматического освещения, сигнализацию, обогреватели – все, что трудно было найти в советских магазинах.
Написание и чтение научно-фантастических произведений оставалось неизменной составляющей учебного плана – так студенты должны были научиться видеть технику во всей ее потенциальной гибкости и динамике
«Высокая культура мышления изобретателя невозможна без регулярного чтения научно-фантастической литературы» 79
Любительское моделирование в них ассоциировалось с романтикой исследований – или, если переформулировать это в терминах Мишеля Фуко, с волей к знанию
Понимание труда как процесса, в ходе которого машины помогают советским людям найти себя, составляло важный элемент логики советской культуры в постсталинскую эпоху.
С конца 1960‐х годов официально считалось, что советское общество вступило в эпоху развитого социализма, для которого характерно отсутствие фундаментальных противоречий в обществе, однако природные и рукотворные объекты вызывали оживленные публичные дискуссии, провоцировали конфликты, мобилизовали отдельные группы и способствовали социальному и культурному многообразию, нарушавшему планы советского руководства и интеллигенции по социальной инженерии1
