Виктор Голышев

Я ел устрицы, отдающие морем, со слабым металлическим привкусом, смывая его холодным белым вином, так что оставался только морской вкус сочного мяса, пил сок из раковин и его тоже запивал прохладным вином; чувство опустошенности исчезло, я повеселел и стал строить планы.

Если ты в меньшинстве и даже в единственном числе, - это не значит, что ты безумец.

Смысл жизни, говорил мой отец, - готовиться к тому, чтобы быть мертвым.

прикасалась, все оказывалось просыпано, пролито, разбито

Опоздание – особый род современного страдания, эта смесь нарастающего беспокойства, вины и жалости к себе, мизантропии и тоски по тому, что немыслимо вне теоретической физики, – обращению времени вспять.

Пожалуй, они правы, помещая любовь в книги. Пожалуй, только там ей и место.

густой, косматой тени айланта, заслоняющего угловой фонарь, чей-то низкий голос сокрушался

Потому что доброта начинается там, где кончается необходимость.

Джонс, Аронсон и Резерфорд

правил людьми и рожал сыновей, которые станут правителями!» Разволновавшись от своих речей, Джесси вскакивал на ноги и