Сьюзан Форвард

Один из великих парадоксов эмоционального шантажа заключается в том, что чем больше шантажист требует нашего времени, внимания или любви, тем меньше мы готовы их дать. Мы часто сдерживаем себя от выражения даже случайных чувств, потому что боимся, что шантажист может принять их за уступку, и поэтому превращаемся в эмоциональных калек, не желающих подпитывать надежды и фантазии шантажиста.

У детей должна быть возможность ошибаться и понимать, что если они допустят ошибку, то конец света не наступит. Только так вырабатывается уверенность в себе, которая потом помогает взрослым людям осваивать новые, неизвестные направления в жизни.

У Виктора были все симптомы ребенка отца-алкоголика: гиперответственность, желание спасти отца, неуверенность в себе и подавленный гнев.

Я хочу подчеркнуть, что ни одна из таких матерей не просыпается утром с мыслями: «Как бы сегодня навредить дочери?» Большая часть их поступков обусловлена силами, действующими вне их сознательного понимания, или эмоциями, которым они боятся противостоять: разрушительное чувство неуверенности в себе, стойкое чувство пустоты и глубокое разочарование в жизни. В поисках способов устранения собственных страхов и печалей эти женщины укрепляют ощущения власти и контроля с помощью собственных дочерей. Отличительная особенность таких матерей – недостаток сочувствия, а их чрезмерный эгоизм закрывает им глаза на страдания, которые они несут другим. Они редко стараются взглянуть на ситуацию с точки зрения другого человека. Зато они абсолютно точно знают, чего хотят, и требуют этого от других, поэтому им сложно, если не невозможно, увидеть связь между своими пороками и оскорбительным поведением, которое оказывает определяющее воздействие на их отношения с дочерьми.