Олег Дмитриев

привычную песню. – Пуп-то не намозолил ли? Жи

Мысленные фразы и образы вообще как-то странно воспринимались – будто сперва ложились в сознание

жалеть. И мне плевать, чего там

появиться на торгу только через бесконечные полгода. Но

интригующим выражением, для лошадиной морды крайне неожиданным. Разложили-развернули свёртки и замерли. Красота вокруг была невероятная. Поднявшееся на треть Солнце озаряло белоснежную речную гладь и берега, к которым местами подходил

ночь вышел большой струг с опытным кормчим

два бетонных блока на какой-то длинной тележке с колесами, как у маленького

обожженная глина, проведя под водой семь с половиной веков, ни я, ни Головин не имели ни малейшего

симое и скучающее выражение лица становилось сложнее с каждой минутой, но пока я держался. Извлек кольцо, вернул коробочку на стойку. Судя по весу – это ни разу не белое золото, а самая что ни на есть платина. Хотя, я не ювелир и могу ошибаться. Но ведь могу же и не ошибаться, ну хоть иногда, для разнообразия? Архивариус в голове напомнил