Marc Levy

которой можно было разглядеть пыльные книги.

Человек может сколько угодно проклинать свое детство, бесконечно упрекать родителей во всех своих несчастьях, слабостях и пороках, винить их в суровых жизненных испытаниях, но в конечном счете он сам несет ответственность за свою судьбу и становиться таким, каким хотел стать.

Мы растим детей, отдавая им всю нашу любовь и зная, что придет день, когда они нас покинут, и что придется их отпустить и радоваться, что их жизненный выбор не совпадает с нашим. Это сладостное и в то же время горькое подтверждение того, что нам удалось сделать их взрослыми и самостоятельными.

Если хочешь понять, что такое год жизни, задай вопрос студенту, который завалил годовой экзамен. Если хочешь понять, что такое месяц, спроси у матери, которая родила недоношенного ребенка и ждет, когда его извлекут из инкубационной камеры. Если неделя - спроси человека, который работает на конвеере или в шахте, чтобы прокормить семью. Если день - спроси влюбленных, которые ждут встречи. Если час - спроси у страдающего клаустрофобией человека, который застрял в лифте. Секунда - посмотри на выражение лица того, кто в тысячную долю мига избежал смерти, или спроси у спортсмена, который только что выиграл серебренную медаль на Олимпийских играх вместо золотой, ради которой тренировался всю жизнь.

Как жаль, что я не вижу сейчас вашего лица, это должно быть потрясающе! Мы с ним просто поболтали, я рассказал ему пару забавных историй о моих полетах на «Берлиозе», он понял, что я не вру, и рассказал мне про самолет, на котором мы сегодня прокатились. Кстати, фермер зовет его «Гектор». Вообще-то люди помогают друг

Я знаю только одну алхимию, придающую возрасту красоту: она зовётся чувством.

Есть те, кто думает о том, что следовало бы сделать, и те, кто делает