Quote from the book "Больше, чем страсть"

Он замолчал, задумавшись. – Да, – покивал Максим Кузьмич, – было бы очень интересно. – Я не о том. – Казарин посмотрел на притихшую Надежду. – Когда сегодня я увидел на сцене Глашу, я  обалдел: это чистая Клео. Тот же жест приветствия публики, присущий только ей, ее поворот головы, как она задирает подбородок, становится