Quote from the book "Рассказ о семи повешенных"

Полковник шагнул вперед и, весь трясясь, каждой складкой своего сюртука, каждою морщинкою лица, не понимая, как сам он ужасен в своей мертвенной белизне, в своей вымученной отчаянной твердости, заговорил жене: – Молчи! Не мучь его! Не мучь! Не мучь! Ему умирать! Не мучь! Испуганная, она уже молчала, а он все еще сдержанно тряс перед грудью сжатыми кулаками и твердил: – Не мучь!