Book duration 10 h. 24 min.
12+
Виконт де Бражелон. Том первый. Часть II
About the book
Кардинал Мазарини умирает, завещав королю значительную денежную сумму. Наконец-то Людовик может быть свободен и управлять страной самостоятельно. Но для этого в ближайшем окружении ему нужны надежные люди. Король срочно вызывает в Париж д’Артаньяна. Кому, как не лейтенанту мушкетеров он может доверить свою жизнь и безопасность. А распоряжаться казной поручено Кольберу – преданному секретарю Мазарини. Получив от Кольбера сообщение о том, что на восстановление крепости
Бель-Иль расходуется слишком много государственных средств, Людовик отправляет д’Артаньяна инспектировать строительство. К удивлению мушкетера, работами по укреплению крепости руководят его давние друзья Портос и Арамис.
©&℗ ИП Воробьев В.А.
©&℗ ИД СОЮЗ
Перевод с французского
Other versions of the book
Genres and tags
Reviews, 3 reviews3
На мой взгляд третья часть трилогии о мушкетёрах немного хуже первых двух книг, но прочесть/ прослушать её однозначно стоит.
Знакомые нам всем герои вновь попадают в приключения где присутствуют интриги, сражения и конечно же любовь.
Аудиокнига проучилась замечательная, голос Сергея Чонишвили мгновенно вовлекает нас в историю.
Его очень приятно слушать.
Всем рекомендую эту аудиокнигу.
Данное произведение является продолжением Трех мушкетеров двадцать лет спустя, в качестве героев выступают как старые герои так и собственно сын Атоса, тот самый виконт де Бражелон.
Восторг! искусный, красивый и увлекательный язык повествования!!+ Восхитительные тембр и манера чтения от Сергея Чонишвили!!!
я был отважен в молодости, но умным я был всегда.
Толпа стала рукоплескать. Словом, скандал!
Природа богато одарила этого человека. У него были все страсти, все недостатки, все слабости, ум, полный противоречий, превращавший все его несовершенства в высокие качества.
Он генерал очень искусный, потому что никогда не вступает в сражение; он отличнейший дипломат, потому что никогда не говорит ни слова, а желая сказать человеку: «Здравствуй», – размышляет об этом двенадцать часов и наконец говорит: «Прощай». И все ахают, потому что слова его оказываются кстати.
Рауль обнял отца за шею, за плечи, как пришлось, и поцеловал его так нежно, так быстро, что граф не успел ни уклониться, ни совладать с охватившим его волнением.