Volume 329 pages
2026 year
Тот, кому Господь не дал имени
About the book
Что есть жизнь — дар Всевышнего или проклятие?
Там, в леденящей пустоте глубокого космоса, было совершено преступление, ценой которого стала вечность. В наказание непокорная душа была изгнана на Землю, обречённая на самое страшное перерождение — в уязвимом теле обычного человека. Отныне реальность стала пожизненной тюрьмой, а земное существование — тяжелым, нескончаемым сном, от которого невозможно проснуться.
Молодая девушка-психиатр сталкивается со странным пациентом. Его сознание балансирует на грани между земной явью и призрачным миром грёз. Поначалу профессиональный цинизм заставляет её видеть в этом лишь тяжёлое, разрушительное расстройство. Однако, шаг за шагом погружаясь в лабиринты чужого разума, она совершает пугающее открытие. Врач начинает понимать: что долгое время пыталась исцелить, жгучую тоску по утраченному дому — опрометчиво назвав это болезнью.
Не успели мы моргнуть, как он с треском ударился о бетонный плац, словно хрупкая игрушка, брошенная злым ребёнком. Конец, но, может быть, и начало. На лице «Малявки» застыла блаженная улыбка — улыбка встречи с мамой.
— Свобода — это отсутствие страха и надежды на завтрашний день. Что же тогда вас так терзает? Позвольте мне помочь вам вырваться из этого порочного круга.
— Судьба — это наша общая беда. Но, быть может, вы и правы… наказание. Тайна, словно запечатанный ларец, должна оставаться тайной. Не следует заглядывать так далеко, за черту жизни, где вы балансируете на краю пропасти, где притаилась ваша погибель, двери которой вы пытались открыть собственной рукой. Так нельзя… Вы не имеете права лишать себя жизни. Это неправильно!
Через минуту всё стихло, будто и не было никакой бури. Барон и его отпрыски, потрясённые увиденным, застыли в молчании. Страх начал сковывать их души — сердца, в которые на мгновение постучался сам Господь.
— Благодарность — да, но чаще она приходит не ослепительным сиянием, а тихим шёпотом: «Ты волен выбрать иной путь, не тот, которым движут страх или жажда власти». Бог, если Он есть, не должен служить орудием манипуляций. Но люди слишком часто используют Его имя так, что Он начинает казаться голосом триумфатора, шепчущим: «Я прав». Мой же опыт говорит о противоположном: Он скорее был голосом слабых и уязвимых — тех, кто просто верил, что их услышат.