Read the book: «Симбиоты. Мой самый страстный враг»

Font:

Пролог

Экипаж захваченного нами транспортника давно уже эвакуировался в челноках.

В звездолете царили тишина и запустение…

Датчики и сканеры замигали, словно обрадовались, что наконец-то, обнаружили хоть кого-то живого.

Мы с Арзамиром проверяли отсеки, пока остальные забирали добычу.

– Если бы не этот идиот Лавасстер, я бы в жизни не взялся за подобное дело, – ворчал старый друг – генномодифицированный человек, как и я сам.

– Ну чего ты? Все ж закончилось тремя выстрелами! Причем, в космос, чисто так – для острастки. Они ведь даже в бой не вступили…

– Вот это и плохо. Они просто сдались. Мы захватили мирный корабль! И зачерта нам вообще сдались эти берги?

– Подумаем еще, что с ними делать. Главное, тут есть новейшие штурмовики, лучшие линкоры и запчасти к другим звездолетам.

– А-э-х-х! – Арзамир отмахнулся. – Ты ведь и сам недавно рассуждал также, как я. И не хотел атаковать этот корабль. Что вдруг случилось? Ты поменял мнение?

– Не поменял, – я коротко кивнул. – Но, если ничего уже не попишешь, психовать – только лишь нервы тратить зазря. Дело сделано и назад пути уже нет.

– Да-да…

Внезапно послышались какие-то крики как раз из отсеков, где перевозили бергов.

– Я сам проверю! – торопливо дал я отмашку приятелю. – Крики женские, испуганные, явно это не боевик. Какой-нибудь забытый член экипажа. Зашел куда-то в момент, пока мы захватывали транспортник – в душ или в туалет, может – вообще спал… Проснулся – тут пираты, а свои уже куда-то девались. Вот и психует.

– Уверен, что пойдешь один?

Арзамир чуть прищурился и вгляделся в мое лицо. Да, это было нарушение наших правил. Мы с ним когда-то выработали стратегию и тактику для подобных рейдов внутри звездолетов.

Обычно экипаж осматривал суда парами: один заходил, а другой страховал. И всегда было кому прикрыть спину.

Удивление Арзамира казалось понятным.

Однако я просто не мог взять друга с собой.

Почему? Я пока и сам не отдавал себе в этом отчета.

Просто чувствовал – так будет лучше, правильней, не знаю уж, как сказать…

– Мы же в броне, усиленной проклятым кармодием! – зачем-то напомнил другу о том, что мы сейчас выглядим крайне устрашающе и неуязвимы для плазменных выстрелов. Разве что из пушек, да и то не до смерти. – Кто может с нами в этом случае справиться?

– Тот, кто кидает силовые гранаты? – усмехнулся Арзамир.

– Я увернусь.

– Ну, если что, кричи в коммуникатор! Не успею – значит, сам виноват!

Друг отправился в соседний отсек, я же стремительно двинулся на звук.

Женщина еще раз крикнула во все горло, сорвалась на ультразвук и… замолкла.

Я остановился посреди бергов, больше не понимая – куда дальше двигаться.

Шум прекратился, тишина опустилась сверху и поплыла, словно эдакое непроницаемое облако беззвучия.

Сердце внезапно пропустило удар.

Я так и не понял – как, почему, но ноги сами собой двинулись в сторону.

Будто я знал – к какому бергу идти.

А после случилось совсем уже неожиданное – один из живых звездолетов втянул меня внутрь. Я о подобном лишь только читал. И то это не подтверждали и не опровергали.

Опомниться не успел, как очутился в зеленой каюте – странной, с волнистыми, пупырчатыми стенами.

И… обнаружил внутри нее женщину.

Или девушку?

Я пока что не определился.

Она сжала кулачки и зыркнула с вызовом.

Вот же!

Как дикий маленький зверек, что даже в безвыходной ситуации защищается, а не просит пощады и не унижается.

Я прямо восхитился ее силой духа.

Непосвященные, которые никогда еще не видели меня в боевой форме, бывало, пугались. Даже крепкие мужики, даже военные и полицейские!

Эта же ощетинилась, как маленький ежик, и фыркнула:

– Только приблизься! Попробуй!

В ее руке мелькнул плазменный пистолет. Причем, он был даже не снят с предохранителя. И кажется – незнакомка об этом не знала. Думаю, она вообще не умела пользоваться этим оружием. Так мне показалось…

Я сам не понял, почему вдруг опешил.

Просто шагал и смотрел на маленькую воительницу.

Она была такая… Не знаю, необычная… Удивительная… и восхитительная…

Вроде я и красоток-то видел с лихвой.

Купольных, хищных, фигуристых, тонких…

Однако эта женщина меня словно бы приковала.

Я наблюдал, а она, по-прежнему, агрессировала.

Я остановился, и женщина замерла, только покрепче сжала кулак, другой же рукой упорно целилась в меня из плазменника.

Дурочка! Ну какая же милая дурочка!

Вот уж не подумал бы, что о ком-то, так мысленно скажу и… улыбнусь.

Тем более, оказавшись у этого «кого-то» на мушке, и видя твердое желание, если что, выстрелить. Причем – не предупредительно, а сразу – на поражение!

Однако инстинкт самосохранения как будто бы выключили.

Да, женщина не знала – как пользоваться оружием. Но старая человеческая пословица гласит, что и незаряженное ружье – нет-нет, да шмольнет. Причем, угодит в яблочко, прямиком в цель.

Я понимал это задним умом. Пальчик незнакомки вполне может скользнуть, случайно снять плазменник с предохранителя и… и выстрел придется точно мне в рожу…

Да, да! Целиться эта зараза умела!

Никогда не стреляла, это было хорошо видно.

Но метила уверенно и словно бы знала – куда именно следует поражать такого, как я.

Гибрида, практически неуязвимого в броне.

Однако же невзирая на это, и ситуацию – более чем странную, дикую – женщина притягивала меня, словно магнитом.

Настолько мощно, что приходилось удерживать себя с огромным усилием. Причем, даже контролировать тело, чтобы не податься вперед и не шагнуть.

Взгляд невольно касался припухших искусанных губ. Маленьких, манящих и четко очерченных. Периодически поднимался к золотисто-карим глазам… А они будто жгли. Нет, словно, по-настоящему, обжигали меня изнутри…

И смотрела женщина так… не знаю… дерзко, с вызовом. Но это не злило, а лишь только сильнее притягивало…

Я скользил взглядом по высокой груди незнакомки и сумасшедшей ложбинке между пышными полушариями, от одного взгляда на которую можно… наверное, кончить, словно подросток. Она была очень хорошо заметна в вырезе тонкой туники. У нас таких вроде бы не выпускали. Как и черных лосин, которые, пожалуй, даже слишком хорошо очерчивали аппетитную попку. Такую прямо круглую, подтянутую…

Она, что, попаданка? Еще одна, которую вытащил берг в качестве симбиота?

Я с таким уже как-то раз сталкивался.

Впрочем, рассуждения тонули в ощущениях.

Я продолжал смаковать каждый изгиб, и каждую выпуклость гибкого женского тела.

Тонкую талию… Маленькие ножки.

В носках?

Поразительно!

Зато я мог видеть идеальные ступни – красивые, с высоким подъемом и аккуратными, будто высеченными скульптором пальчиками.

Рыжая коса женщины растрепалась, но так попаданка выглядела еще более соблазнительной.

Эдакая всклокоченная маленькая воительница.

Слабее меня в тысячи раз, но готовая все равно защищаться и отбиваться.

Где-то в животе струилось тепло, вдруг ухало в пах тяжестью и жаром.

Я хотел ее? Здорово возбудился?

Да что же такое!

Я ведь – не животное, чтобы вдруг возбудиться, глядя на незнакомку в тот самый момент, когда требуется разобраться с захваченным транспортником, да и своими парнями вдобавок.

Однако я ничего уже поделать не мог.

Впервые хваленый самоконтроль отказал.

А ведь он стал гораздо мощней после модификации, когда мне вживили клетки ардикотта. Эта раса славилась своим хладнокровием и каменным спокойствием в любых обстоятельствах.

Куда же все делось? Его словно бы вырубили.

Раз – и уже нет ничего, что сдерживало бы мои бурные эмоции, желания и естественные, но дикие в такой ситуации порывы.

Я медленно шагнул к женщине навстречу… Причем – будто неосознанно, как марионетка.

Находиться поодаль от нее я больше не мог. Никак, даже не взирая на дуло, которое по-прежнему смотрело прямо мне в глаз.

Несмотря на трепещущий где-то внутри голос благоразумия, желание – понять, кто она и почему так на меня действует. С какой стати…

Шаг и еще шаг…

Женщина прильнула к стене, но перестала мучить плазменный пистолет, разжала кулак и приоткрыла сочные губы. Сейчас они казались еще более яркими, блестящими, и… манящими…

Меня словно в пах со всей дури ударили – так пришло мощное, острое возбуждение.

На заднем фоне мелькало, что я почти голый. В боевой трансформации мы форму не надевали. Она лишь мешала, а броня защищала и без всякой дополнительной сверхпрочной ткани.

Так что на мне был только лишь пояс с чем-то вроде небольшой набедренной повязки…

…Которая сейчас откровенно приподнялась, и натянулась на вздыбленном члене.

Я ощущал, как поджались яички, и как желание разливается по телу, плавит мне вены и бьет хмелем в голову.

Пьяный, совершенно дурной, неадекватный, я приближался к женщине все сильнее.

Я должен был коснуться ее, должен был ощутить вкус этих губ – лакомых, сладких.

Я должен был скользнуть пальцами по ее коже.

Я ничего другого уже не хотел.

И было все равно – чем дело закончится.

Даже мысль о том, что Арзамат может начать меня искать и внезапно застукать в таком откровенно-взвинченном виде, совершенно не смущал и не отвлекал.

Мне было плевать на старого друга, и, в принципе, на любого другого.

Я подошел, и женщина неожиданно робко прильнула, не оттолкнула и не начала отбиваться.

Пуш-ш… пистолет упал на пол с тихим звуком и слегка отскочил.

Меня же будто подменили в ту же секунду.

Я впился губами в лакомые губы попаданки и начал так горячо ласкать их, терзать, как уже очень давно не действовал с женщиной. Целовал с языком, со всей дури. Словно это последний в моей жизни, истошно-отчаянный поцелуй напоследок… Перед чем? Да черт его знает!

Она вначале не отвечала, лишь робко положила руки на мои плечи.

Затем внезапно чуть сильнее прильнула и сомкнула теплые ладошки за шеей.

А потом… потом… ответила на поцелуй.

И меня понесло уже полностью…

Я откровенно терся о попаданку тем, что торчало пониже пупка.

Влажная смазка текла по головке, я, наверное, ее пачкал, но не думал об этом.

Касания вызывали дрожь нетерпения.

Она же отвечала – робко и слабо, но все-таки отвечала! И это та-ак меня заводило!

Я буквально чувствовал оголенными нервами!

Изнывал от желания, от возбуждения…

Просто сходил с ума от близости незнакомки, чье имя так и не удосужился выяснить.

Мне нужно было с ней быть. Нужно было ощущать ее кожу – такую гладкую, нежную. То, как щекочут лицо ее волосы, когда я целую длинную женскую шейку. И то, как она вцепилась мне в спину. Настолько приятно и настолько внезапно, что я тогда даже не удосужился разобраться – как вообще чувствую это через броню! Я совсем не должен был ничего ощущать!

Ни тепло ее пальчиков, ни ее ногти, которые будто немного царапали кожу.

Да и кожу свою я чувствовать просто не мог!

Не мог! Никак! Там же была броня! Мощные роговые щитки, усиленные кармодием!

Однако я ощущал каждый пальчик попаданки, каждое его движение и каждое нажатие.

Я уже не понимал – что вообще происходит.

Просто желал и просто получал то, без чего не мог бы сейчас обойтись.

Что это было?

Наваждение? Помешательство? Какой-то неведомый гон у гибрида, с которым я еще до этой минуты не сталкивался? Я ведь не так много знал о своем новом теле, и практически все вынужден был познавать только на опыте…

Почему я так остро, так ярко все чувствовал?

Почему эти ощущения стали важнее, чем что угодно в моей долгой жизни?

Ответов не было, да и спустя мгновения, секунды – они стали уже не нужны…

Я бы даже сказал – совершенно не актуальны…

Желание взвинчивалось на грани с болью, на грани с безумием и отторжением.

Я осознавал, что все это в корне неправильно. Я не знал эту женщину, не понимал, почему просто не могу, да и не хочу останавливаться, отстраняться и успокаиваться…

Она резко выдохнула и чуть сильнее прижалась. Животом скользнула по моему стояку.

Когда я успел снять с попаданки тунику? Я не понимал, да и больше не заморачивался.

Женщина опять дразнила и заводила.

Снова и снова слегка придвигалась и удалялась.

Член запульсировал.

Попаданка закинула на меня ножку, слегка провела ей по икре и бедру…

И у меня тормоза сорвало уже окончательно.

Я положил руку незнакомки на свой стояк, и она принялась двигать по нему пальцами.

Я и сам уже вошел в ритм, в раж, не знаю, как еще описать.

Направлял ее, рычал, и дрожал. Выдыхал, а воздуха все равно не хватало.

Забирал его из ее губ и пытался, как мог, восполнить своим.

Даже так сделать нас одним целым.

Прикрыл глаза и на несколько минут осталась одна только цель – успокоиться.

Я зафиксировал ее руку на головке стояка и задвигался еще чуть активней.

Попаданка не упиралась, не возражала.

И это заводило меня еще больше.

Я уже просто вбивался в ее теплую ладошку пульсирующим членом.

Кажется, рычал, пыхтел… даже не знаю уж какие еще издавал звуки.

Затем запрокинул голову и кончил с тихим полуурчанием-полустоном. Просто, как пацан, как какой-то подросток, напичканный гормонами и желаниями до предела.

В последний момент я нацелил стояк в стену, чтобы не оросить женщину еще и своим семенем.

Она проследила за моим «выстрелом», медленно отстранилась и юркнула в бок.

Вдруг резко отскочила, как будто опомнилась.

Каюта зажглась ярко-оранжевым.

«Ну все. Теперь вы – первый и второй симбиоты. Связь установлена уже окончательно».

Женщина отшатнулась – еще и еще.

Зыркнула на меня с ужасом и удивлением.

С каким-то откровенным непониманием.

Я же все равно стремился к ней, ближе. Всем своим существом, абсолютно.

Но пока еще оставался на месте и постепенно пытался привести себя в чувство.

Первое – ясное и четкое понимание пришло – я теперь второй симбиот. И что с этим делать совершенно не ясно, учитывая, что я – капитан пиратского судна.

Второе, что понял – я принял обычную форму, и теперь выгляжу, как человек.

Вообще мы с Арзаматом стали гибридами людей и ардикоттов. Но обычно всегда чувствовали – в броне или же нет.

Я даже не знал – когда именно трансформировался. Сколько времени я стою перед попаданкой совершенно голый – набедренная повязка сползла, потому что изменились размеры, и талия стала несколько уже.

Причем, тряпица самым неприличным образом висела, как на крючке, на моем стояке, который так и не расслабился после извержения.

Наоборот – стоял колом, слишком уж откровенно требуя продолжения…

Это выглядело, наверное, даже потешно. Однако же попаданка совсем не смеялась. Наоборот, хмурилась и супилась.

Все сильнее пятилась, словно горько пожалела о своей слабости.

Я достаточно слышал про симбиотов и бергов и уже вполне понимал – что случилось.

Женщина на время потеряла контроль, теперь же он вернулся, тем более, она – первая, или хадиомма, как говорят. Я же все еще не окончательно очухался после полного подключения симбиоза. Меня по-прежнему конкретно колбасило.

Желание ухало в пах и яички аж ныли от невозможности кончить.

Хотелось прямо сейчас, здесь, хоть как-то довести себя до успокоения, пусть даже самостоятельно, как подросток.

Злость и ярость закипали внутри, и накрывали, и жалили, словно пчелы.

Я ей не нравлюсь! Она меня сторонится! Она недовольна, что я стал вторым!

Глупые, какие-то детские обидки прорастали внутри, и, словно дерево внедрялись корнями в благодатную почву, обильно пропитанную эмоциями симбиоза.

Я весь был словно один оголенный нерв.

Я жаждал попаданку, я хотел ее так, что все остальное уже не имело значения.

Все, кроме того, что она этого не желает.

Ее желаниям я противиться не мог.

Да и никогда к насилию бы не прибегнул.

Все-таки я остался нормальным военным, хотя меня и сделали вне закона ученые.

Меня аж трясло от перевозбуждения и жажды… Первобытной, мощной, практически животной.

Я сделал шаг к женщине – неосознанно, инстинктивно.

Все мое существо стремилось к попаданке. Противиться не было ни сил, ни желания…

Еще шаг, еще… и она заорала:

– Немедленно уходите! Я вас ненавижу! Я требую! Убейте меня или уходите! Проклятые пираты! Космические разбойники! Убейте меня или убирайтесь ко всем чертям!

Меня будто саданули хлыстом по роже. Реально – пощечина вышла отменной.

Я отшатнулся, резко набычился и понял, что опять покрываюсь доспехами.

При этом даже в такой, боевой форме стояк не прошел, а продолжал торчать колом.

Женщина вновь вжалась в стену берга и смотрела, как в первый момент – с вызовом.

Эмоциональные качели были такими, что у меня на мгновение аж наступил ступор.

Я только смаргивал и продолжал слегка пятиться.

Все внутри смешалось и перепуталось.

Злость и обида на то, как она меня встретила.

Страсть, которая закипала в крови и пузырилась, словно шампанское, а затем – резко била мне в голову.

Нежность к попаданке – необъяснимая, оглушительно-мощная, сбивающая с ног.

Так и хотелось подойти и сказать: «Ну, что ты, маленькая. Я же весь для тебя. Я весь твой до последнего волоска. Что прикажешь – то и сделаю, без вопросов. Только не бойся, не шарахайся, успокойся…»

Это было так дико и непонятно.

Весь твой… что прикажешь – сделаю без вопросов… Откуда вообще взялись эти мысли по отношению к совершенно посторонней мне попаданке?!!

Нет, я знал, что тиргоны порой, как вляпаются в женщину – так туши свет.

Но я-то человек, пусть частично и ардикотт… Тем не менее…

Я вообще не понимал, что со мной происходит…

Впрочем, мы с Арзаматом – первые и практически единственные гибриды. Никто толком не знает – на что мы способны, какие у нас эмоции, чувства…

Как мы любим и как ненавидим.

Мы и сами еще толком не разобрались. Все познавали на собственном опыте. На собственной шкуре, и собственном будущем.

Я слегка попятился и услышал в голове:

«Иди пока, второй, успокойся, и приведи себя в чувство. Я ей все объясню. Она ошарашена. Я ведь только-только ее утихомирила, и объяснила – что здесь происходит, когда вы вломились и забрали себе транспортник. И да, я тебя знаю и выбором довольна».

«Знаешь меня?» – удивился я мысленно, внезапно медленно трансформировался в человека, и инстинктивно подтянул набедренную повязку, чтобы она прикрыла мужское естество.

«Ты Эрдрагор Стальной, разве не так?»

«Дда…»

«Я о тебе узнала из сети. Ты же понимаешь – всемирная паутина. Всегалактические точки для связи…»

«Да, понимаю».

Я мало что осознавал.

Но одно уяснил для себя очень четко – мне сейчас нужно удалиться из берга и дать попаданке слегка успокоиться.

Видимо, она едва провалилась сюда, встретила берга, или попала в него.

А тут мы… Разумеется, женщина в шоке.

Я для нее – агрессор, захватчик и враг.

Надо дать ей все выяснить и прийти в норму.

Уходить от нее было просто ужасно. Ноги не шли, колени не гнулись. Каждую минуту хотелось вернуться, заставить ее встряхнуться, понять, и принять.

Я же за нее… даже умру?

Да, я за нее даже умру…

И убью любого, кто посягнет на эту маленькую, отважную женщину!

Все во мне противилось расставанию. Тело, эмоции, порывы, желания…

Но я сделал усилие и покинул каюту.

Не вывалился из берга, как ожидал, а очутился в большом светлом коридоре.

Воспользовавшись случаем, рванул в ближайшую комнату, юркнул ванную и принялся быстро удовлетворяться.

Пока Арзамир меня не нашел, пока никто из наших сюда не явился.

Я вроде бы знал, что берг не допустит в себя никого, кого не пригласит первая или второй.

Но кто ж его знает. Я не хотел это проверять.

Угомонить либидо получилось не сразу. Какое-то время я думал о попаданке и чудилось – такие постельные подвиги даже оборотни из мифов совершить не способны.

Когда уже стало немного полегче, я помылся, переоделся в комбинезон второго – он оказался в шкафу здешней спальни. Как он тут очутился и когда появился, выяснять не стал, времени не было.

Наверняка, меня уже ищут все «с фонарями».

И, не дай бог, все-таки прорвутся на берг и напугают попаданку еще больше.

Это меня еще сильней подстегнуло.

Я выскочил наружу и побежал к выходу. Где он, я почему-то знал без подсказок, хотя эргономика нового корабля обычно изучалась на месте по карте. У разных моделей были разные устройства. В одних двигатели базировались на носу, в других же – их размещали в самом хвосте. Чтобы выйти из одних, требовалось найти середину, в других же – люки располагались в хвосте.

Ну и так далее, и тому подобное.

Я, не изучая и не глядя на карту, которой у меня, в принципе, не было, знал – где тут выход и куда следует двигаться.

«Кстати, меня зовут Шахназар. И я, если что, женская берга».

Уже в дверях сообщил мне звездолет.

Я выскочил и почти врезался в Арзамира, который наставил на меня пистолет.

Я усмехнулся:

– Спрячь свое дуло!

И вдруг вспомнил, как наставил на попаданку тоже дуло… и еще какое… Стало неловко, затем как-то не по себе, а после – даже отчасти и стыдно.

Я был, как животное, и даже не понимал ни этого, ничего, что творится вокруг.

Впрочем, изменить ничего я не мог.

Лишь только действовать и жить с этим дальше.

Как я и говорил Арзамату – что сделано, то сделано, прошлого не вернешь. Поэтому рефлексировать об этом нет смысла.

Age restriction:
18+
Copyright holder:
Автор
Draft
Average rating 4,9 based on 192 ratings
18+
Audio
Average rating 4,6 based on 90 ratings
Text
Average rating 5 based on 177 ratings
Text
Average rating 5 based on 76 ratings
18+
Audio
Average rating 4,4 based on 442 ratings
Она любит цветы
Ритта Преображенская
Text
Average rating 4,7 based on 195 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,6 based on 72 ratings
Audio
Average rating 4,8 based on 117 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,7 based on 171 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,7 based on 101 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,8 based on 83 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,7 based on 104 ratings
Text, audio format available
Average rating 4,8 based on 84 ratings
Audio
Average rating 5 based on 76 ratings