Quotes from 'Огненный плен'

но… А пока вещи Кирова спрятаны

разоблачил участников контрреволюционных организаций на двадцать два человека больше, чем третий отдел. Однако третий отдел передал двадцать дел на Военколлегию и одиннадцать дел на спецколлегию

дельника из еврейской семьи. – Ты один из немногих, кто знает, что Киров был убит не в коридоре, а в кабинете

уйти, процесс размышления над способом сохранения жизни следует одновременно с процессом размышления о пирожных или Лонге. И никогда эти пути не

– приказал я, понимая, что через двадцать минут этого мальчишки не станет. – Товарищ военврач второго ранга… к бригвоенврачу… На улице кто-то командовал артиллерийским расчетом

Как только это случится, он мгновенно почувствует усталость, боль, голод, жажду… Все, что может почувствовать на

ватой воды, чуть качающаяся и убаюкивающая, укачала мою волю. Падая, я успел зацепиться за рукав чекиста. Последнее, что услышал, – треск материи и первые звуки вырвавшегося в висящую тишину сырой улицы сквернословия… * * *

тоит ли она… – Москва? – опешил я. – В планах