Read the book: «Объяснялка»

Глава первая.

На большом экране медленно ползла синяя линия реки.

Надя откинулась на спинку кресла и оглядела троих мужчин за столом.

— Ну?

Сергей не ответил. Увеличил карту, провёл курсором вдоль очередного изгиба, переключился на спутниковый снимок.

— Заброска здесь?

— Здесь. Дальше вертолёту садиться практически негде. Вот площадка, старая геологическая. Пилот подтвердил координаты.

— А выход?

— Здесь.

Экран снова уменьшился. Между двумя точками легли река, тёмная зелень тайги и несколько десятков километров совершенно пустого пространства.

— Сколько?

— Если всё идёт нормально — двенадцать дней. Я заложила пятнадцать.

Миша присвистнул:

— Оптимистка.

— Реалистка. Два дня на погоду, один аварийный.

— Осенью?

— Именно поэтому пятнадцать.

Антон потянул к себе распечатку.

— Пороги?

— Вот первый. Ничего особенного. Здесь интереснее. — Надя поднялась и ткнула пальцем в экран. — При нормальной воде проходим справа. При высокой смотрим на месте. Если совсем плохо — обнос.

— Сколько?

— Километр триста.

— С лодками?

— Нет, Антон. Лодки оставим там и дальше поплывём на рюкзаках.

Миша хмыкнул.

— Я уточнил.

— Я ответила.

Сергей увеличил следующий участок.

— А вот это что?

— Болота.

— Я вижу, что не автобан.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Насколько всё плохо?

Надя пожала плечами.

— Настолько, что после второй точки назад лучше не возвращаться. По берегу вверх практически не пройти. Если вода поднимется, тем более.

Сергей несколько секунд смотрел на карту.

— То есть здесь принимаем решение?

— Лучше раньше. На второй точке нормальная стоянка. Высокий берег, лес закрывает от ветра. Если прогноз плохой — сидим там. Дальше уже идём до конца.

Антон перелистнул бумаги.

— Третья?

— Вот.

Надя поставила палец ниже по реке.

— До неё самый неприятный участок. Зато потом проще. Ещё километров сорок — и начинается нормальная вода.

— Нормальная — это в твоём понимании?

— В моём.

— Тогда мне уже страшно.

— Правильно. Страх способствует выживанию.

Миша потянулся к стоявшему на краю стола чайнику.

— Мне нравится.

— Чай?

— Маршрут. Чай ужасный.

— Сам заваривал.

— Потому и ужасный.

Сергей наконец отодвинул ноутбук.

— Для закрытия сезона — то, что надо.

Надя довольно улыбнулась.

Она возилась с этим маршрутом почти месяц. Сначала он выглядел как одна из десятка синих линий, которыми она исполосовала карту. Потом отпали два варианта с заброской, ещё один оказался слишком коротким, четвёртый требовал такого количества согласований, что проще было дождаться следующего лета.

Остался этот.

Река, несколько старых геологических точек, три серьёзных участка, почти полное отсутствие населённых мест и хорошая, по-настоящему хорошая картинка.

Осенняя тайга должна была сделать всё остальное.

Если, конечно, осень не решит сделать всё остальное с ними.

— Значит, утверждаем? — спросила она.

Сергей посмотрел на остальных.

Миша кивнул.

Антон тоже.

— Утверждаем.

— Отлично. Тогда по заброске. Вертолёт предварительно на двадцать третье, но пилот сразу предупредил: плюс-минус день. Там всё по погоде. Обратно нас забирают...

— Подожди.

Надя посмотрела на Сергея.

— Что?

Он почему-то не продолжил.

Антон уткнулся в распечатку. Миша неожиданно заинтересовался своим чаем.

Надя медленно перевела взгляд с одного на другого.

— Что?

— По составу сначала решим.

— А что с составом?

Сергей вздохнул.

— Идём втроём.

Она подождала.

— И?

— Что — и?

— Четвёртый кто?

Миша кашлянул.

Антон продолжал изучать бумагу.

Надя посмотрела на Сергея.

— Серёж?

— Надь, давай спокойно.

— Я спокойна. Четвёртый кто?

— Четвёртой не будет.

Несколько секунд она просто смотрела на него.

Потом перевела взгляд на остальных.

— Это вы сейчас серьёзно?

Миша поставил кружку.

— Надь...

— Понятно. Серьёзно.

Она села.

— Давайте. Мне даже интересно.

Сергей потёр ладонью подбородок.

— Последний маршрут сезона. Самый тяжёлый из тех, что мы в этом году ходили. Конец сентября. Вода уже ледяная. Если погода накроется...

— Я в курсе. Я его разрабатывала.

— Именно поэтому должна понимать.

— Пока не понимаю.

— Втроём проще.

Надя усмехнулась.

— Это новое слово в организации экспедиций.

— Не передёргивай.

— Не буду. Объясняй.

Сергей развернул к себе лист со списком снаряжения.

— Мы пойдём на одной лодке.

Надя посмотрела на него.

— Втроём?

— Да.

— С грузом?

— Да.

— Очень удобно.

— Удобнее, чем тащить две лодки на каждом обносе.

Вот теперь она поняла.

— То есть моя лишняя.

— Вторая лодка лишняя.

— Конечно. Именно это я и сказала.

— Надя.

— Что?

— Не начинай.

Она подняла руки.

— Всё. Молчу.

И действительно замолчала.

Мужчины переглянулись.

Похоже, такой реакции они не ожидали.

Сергей продолжил:

— Осенью условия другие. Если придётся обносить, одна лодка — это одна лодка. На сложных участках проще работать втроём. Меньше груза, меньше времени на берегу.

— Угу.

— Если что-то случится...

Надя подняла глаза.

— Что?

Он на секунду запнулся.

И Надя вдруг поняла: всё, что было сказано до сих пор — про одну лодку, обносы и лишний груз, — было не главным.

— Если что-то случится, втроём проще принимать решения.

— Чем вчетвером?

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я.

— Нет. Поэтому и спрашиваю.

Сергей помолчал.

— Мы не хотим там ещё и за тебя отвечать.

Тишина получилась неожиданно долгой.

Где-то за стеной капала вода из крана. Раньше Надя этого не слышала.

Миша первым отвёл взгляд.

Надя несколько секунд смотрела на Сергея, потом кивнула.

— Вот теперь понятно.

— Надь...

— Да всё нормально.

Только не сейчас. Только не при них. Сорвёшься — и они ещё решат, что были правы. Что тебе здесь не место.

— Не нормально.

— Почему? Вы втроём обсудили?

Никто не ответил.

— Значит, обсудили.

Она закрыла папку.

— Решили?

— Решили, — наконец сказал Сергей.

— Тогда о чём разговариваем?

Она снова открыла ноутбук.

— Заброска двадцать третьего. Если погода позволит. Пилот будет ждать подтверждение вечером двадцать второго. Теперь по аккумуляторам...

— Надя.

— Что?

Сергей смотрел на неё настороженно.

Она улыбнулась:

— Маршрут-то я вам всё равно доделаю. Не пропадать же месяцу работы.

Миша тихо произнёс:

— Вот когда ты такая спокойная, мне почему-то особенно не нравится.

— Это потому, что у тебя совесть есть.

— Спасибо.

— Не за что.

Она снова вывела карту на экран.

— Итак. Первая контрольная точка. Здесь ночуете в любом случае. Вторая — основная стоянка на случай плохой погоды. Если дождь затяжной или вода начинает быстро расти, дальше не лезете. Сидите и ждёте.

Антон усмехнулся:

— Мамочка дома остаётся, а инструкции оставляет.

Надя медленно повернула голову.

— Повтори.

— Ничего.

— Вот и молодец.

На экране синяя линия продолжала уходить вниз по реке.

— После второй точки, — сказала Надя, — назад дороги практически нет. Поэтому здесь думайте головой, а не тем, чем обычно.

— Есть, начальник.

— Третья контрольная здесь. Если дошли до неё — дальше уже проще.

Она ещё раз посмотрела на карту.

Маршрут был хорош.

Пожалуй, лучший из всех, которые она разработала за этот сезон.

Жаль только, что идти по нему собирались без неё.

Она закрыла ноутбук.

— Я пошла.

Сергей поднял голову.

— Надь, подожди...

— Что?

Он не нашёлся, что ответить.

Она вышла.

На лестничной клетке было холодно. Она стояла и смотрела в окно, как внизу шёл дождь. Мелкий, осенний, противный.

Она смотрела на него несколько секунд.

Пятнадцать дней.

Уголок рта дёрнулся.

Я бы прошла за двенадцать.

Надя достала телефон, посмотрела на время и пошла домой.

Глава вторая.

Сборы прошли почти как обычно.

Почти — потому что впервые за несколько лет Надя проверяла не собственное снаряжение.

Миша дважды забыл запасные аккумуляторы и оба раза уверял, что положил их первым делом. Антон спорил с весами, доказывая, что лишние восемьсот граммов появились в гермомешке сами. Сергей сидел над списком и вычёркивал всё, без чего, по его мнению, можно было прожить две недели.

— Кофе не трогай, — предупредил Миша.

— У тебя его три килограмма.

— Именно поэтому не трогай.

— Возьмёшь два.

— Сергей, существуют вещи, на которых нельзя экономить.

Надя, сидевшая на полу возле раскрытого ящика с камерами, подняла голову:

— Возьми у него спальник.

Миша показал ей средний палец.

— Вот поэтому тебя и не берём.

— А я думала, из-за лодки.

На секунду стало тихо.

Потом Антон фыркнул.

Миша засмеялся.

Даже Сергей улыбнулся.

И дальше всё снова пошло почти как всегда.

К вечеру снаряжение было собрано.

Утром они уехали.

Надя пожелала им удачи.

И всё.

Ролик появился на канале ближе к вечеру.

Надя открыла его не сразу.

Сергей, Миша и Антон стояли в аэропорту. У ног громоздились рюкзаки, гермомешки и упакованная лодка. За огромными окнами терминала виднелось серое поле.

Сергей держал телефон перед собой.

— Ну что, друзья, наш заключительный маршрут в этом году стартует. Мы уже в аэропорту, через двадцать минут посадка, а завтра, если погода позволит, нас забрасывают на точку старта.

Миша тут же сунулся в кадр:

— Ключевое слово — «если».

— Не каркай.

— Я реалист.

— Впереди почти две недели, больше двухсот километров реки, несколько серьёзных участков и практически никакой связи. Так что появимся теперь, скорее всего, уже после возвращения.

— Если Миша взял кофе, — сказал Антон.

— Кофе я взял.

— Значит, вернёмся.

Сергей рассмеялся.

— И да. Сразу отвечаем на вопрос, который вы всё равно зададите. В этот раз идём втроём: я, Миша и Антон. Надя остаётся дома.

— Отдыхает от нас, — сообщил Миша.

— Набирается сил, — добавил Антон.

Что-то объявили по громкой связи.

Сергей оглянулся.

— Всё, это уже наша посадка. Побежали. Следующий раз увидимся на маршруте.

— Или через две недели.

— Очень смешно.

Запись оборвалась.

Надя досмотрела до конца.

Палец на секунду завис над значком лайка.

Потом нажала.

Всё-таки канал был общий.

Под видео уже набралось несколько сотен комментариев.

«А Надя где?»

«Без Нади уже не то».

«Наконец-то одни мужики! Хоть чужой груз тащить не будут »

«Осенью правильно. Холодная вода — тут не до шуток».

«А маршрут кто составлял? Надя же?»

«Мужики, вы там аккуратнее. На одной лодке стрёмно».

Надя листнула дальше.

И остановилась.

«Надя, бери свою лодку и догоняй этих умников!»

Она перечитала комментарий.

Улыбнулась.

И закрыла телефон.

Легла.

Не уснула.

В три часа ночи встала, открыла ноутбук и начала искать билеты.

Через два дня самолёт коснулся полосы за тысячу километров от дома.

Надя получила рюкзак, гермомешки, весло и длинный свёрток с двухместной лодкой.

Возле аэропорта нашлась белая «Газель».

Водитель долго смотрел сначала на Надю, потом на количество её вещей.

— Это всё твоё?

— Всё.

— Куда?

Она назвала место.

Мужчина перестал улыбаться.

— На базу?

— Да.

— Далеко.

— Я знаю.

Он снова посмотрел на лодку.

— Одна?

— Пока одна.

— Понятно.

Сколько будет стоить дорога, они выяснили быстро.

Через десять минут «Газель» уже выбиралась из города.

Асфальт закончился часа через два.

Потом были посёлки, лес, разбитая дорога, снова лес. Телефон сначала показывал четыре деления, потом два, потом одно, а затем окончательно перестал притворяться средством связи.

Водитель оказался неразговорчивым.

Только однажды спросил:

— По реке пойдёшь?

— Да.

— Далеко?

— Дней на двенадцать.

Он покосился на неё.

— Одна?

— Там мои впереди. Догоню.

— А-а.

Водитель кивнул, и Надя ничего добавлять не стала.

Ещё километров двадцать проехали молча.

Потом водитель сказал:

— Ты, дочка, МЧС предупреди, как пойдёшь.

— Предупрежу.

Он кивнул.

Больше вопросов не задавал.

База появилась неожиданно.

Несколько строений, ангар, цистерны, высокая мачта и вертолёт на площадке.

Надя выбралась из «Газели», размяла затёкшую спину и посмотрела на небо.

Небо ей не понравилось.

Мужик в выцветшей куртке вышел из ангара навстречу.

— Надежда?

— Да.

— Володя говорил. Это тебя туда же, куда троих позавчера?

— Туда же.

Он посмотрел на её вещи.

Потом на лодку.

— Одна?

Надя вздохнула.

— Да.

— Мне без разницы.

Вот за это он ей сразу понравился.

— Когда летим?

Мужик поднял голову.

— А вот это уже не от меня зависит.

Надя тоже посмотрела вверх.

С запада медленно наползала тяжёлая серая стена.

— Сегодня?

— Сегодня точно нет.

— Завтра?

— Завтра будет завтра.

— Очень информативно.

— Работа такая.

Первые капли упали, когда они затаскивали её вещи под навес.

К ночи дождь разошёлся.

Утром стало хуже.

Надя проснулась от того, что вода барабанила по металлической крыше.

Вертолёт стоял там же.

Она нашла пилота за столом.

— Даже не спрашивай.

— Я просто кофе хотела.

Он подвинул чайник.

— Кофе закончился.

— Тогда спрашиваю. Когда?

— Когда увижу сопки.

Надя посмотрела в окно.

Сопок не было.

Не было даже дальнего края площадки.

Только дождь.

Она достала телефон и открыла сохранённую карту.

Трое ушли раньше.

Первую контрольную они должны были пройти ещё до ухудшения погоды.

А дальше...

Палец остановился на второй точке.

Высокий берег. Нормальная стоянка. Лес закрывает от ветра.

Если прогноз плохой — сидим там.

Она сама им это сказала.

Значит, сидят.

Пьют Мишин кофе и ждут.

Сергей смотрит на воду, Антон наверняка предлагает идти дальше, а Миша объясняет обоим, что в такую погоду нормальные люди вообще никуда не ходят.

Надя улыбнулась.

Ничего страшного.

Пусть льёт.

Теперь дождь задерживал не только её.

Глава третья.

Утром сопки появились.

Не сразу.

Сначала дождь перестал барабанить по крыше. Потом серое месиво за окном стало понемногу расползаться, и где-то вдали проступила тёмная полоса леса.

Надя вышла на крыльцо.

Вертолёт всё ещё стоял на площадке, мокрый, с тяжёлыми каплями на стёклах.

Пилот курил возле ангара.

— Ну?

Он посмотрел на небо.

— Ну.

— Это значит «летим»?

— Это значит, что можно попробовать.

— Мне подходит.

— Мне почему-то даже не интересно, подходит ли тебе.

Он бросил окурок в жестяную банку.

— Собирайся.

Через двадцать минут двигатель уже раскручивал винт.

Надя устроилась у окна. Рюкзак и гермомешки закрепили сзади, сумки с байдаркой затянули ремнями.

Пилот обернулся:

— Последний раз спрашиваю. Может, ещё пару дней обождёшь?

— Зачем?

Он показал подбородком в сторону окна.

— Воды много.

— Вижу.

— Отсюда ещё ничего не видишь.

— Если ещё два дня просижу, вообще их не догоню.

Пилот несколько секунд смотрел на неё.

— Ну, хозяйка — барыня.

— Это сейчас было «удачи»?

— Это сейчас было «пристегнись».

Надя пристегнулась.

Вертолёт поднялся.

База быстро осталась позади.

Под ними потянулся лес.

Сначала Надя ещё пыталась узнавать дороги, просеки, редкие крыши. Потом исчезло всё.

Осталась тайга.

Она тянулась до горизонта — мокрая, тёмная, бесконечная. Между сопками лежали клочья тумана. В низинах блестела вода.

Надя достала камеру.

Пилот покосился на неё.

— Уже?

— Работа.

— А я думал, отпуск.

— Это и есть отпуск.

Он покачал головой.

Надя включила запись.

Несколько секунд снимала лес через стекло, потом повернула камеру на себя.

— Ну что. Пока некоторые решили, что заключительный маршрут сезона пройдёт без меня...

Она остановилась.

Улыбнулась.

— В общем, у нас небольшое изменение программы.

Выключила запись.

Нет.

Потом снимет нормально.

Вертолёт шёл дальше.

Минут через сорок впереди появилась река.

Надя узнала её сразу.

На карте она была тонкой синей линией.

Сверху оказалась совсем другой.

Широкая, тёмная, почти чёрная вода тяжело двигалась между берегами. Местами она уже вышла к кустам и затопила низкие косы. По течению несло ветки.

Потом мимо проплыло дерево.

Целиком.

С корнями.

Надя проводила его взглядом.

Следом показалось ещё одно.

— Нравится? — спросил пилот.

Она не сразу поняла, что он обращается к ней.

— Что?

— Речка.

— Воды действительно много.

— Я тебе что говорил?

Надя прижалась ближе к стеклу.

Внизу очередной поворот реки был забит пеной и древесным мусором. Коряги вращались в чёрной воде, исчезали и снова показывались ниже по течению.

— Насколько поднялась?

— После таких дождей? — Пилот пожал плечами. — Метр. Может, полтора. Где как.

Надя достала телефон и открыла карту.

Первая контрольная точка.

Вторая.

Третья.

— Ещё не поздно, — сказал пилот.

— Для чего?

— Развернуться.

Она посмотрела на него.

— Ты всех так успокаиваешь?

— Только тех, кого потом искать придётся.

Надя усмехнулась.

— МЧС я предупредила.

— Молодец.

— Маршрут оставила.

— Ещё лучше.

— Контрольный срок тоже.

— Вообще умница.

— Тогда в чём проблема?

Пилот кивнул вниз.

— А ему ты сказала?

Надя посмотрела в окно.

Под ними медленно ворочалась чёрная вода.

— Договорюсь.

Пилот хмыкнул.

Больше он её не отговаривал.

Первую контрольную точку они прошли сверху.

— Вон она! — Надя показала вперёд.

Пилот немного довернул машину.

На высоком берегу мелькнула небольшая поляна.

Надя прижалась к стеклу.

Сверху ничего толком разглядеть было невозможно.

— Садимся?

— Нет. Точка старта дальше.

Она кивнула.

Конечно.

Сначала — начало маршрута.

А дальше она уже сама.

Через несколько минут поляна исчезла за лесом.

Река снова свернула.

По чёрной воде вниз медленно плыло ещё одно дерево.

Надя смотрела ему вслед, пока оно не исчезло под вертолётом.

Точка заброски оказалась почти такой же, какой она видела её на спутниковых снимках.

Только мокрее.

Намного мокрее.

Вертолёт сел на старой геологической площадке.

Пилот помог выгрузить вещи. Рюкзак, гермомешки, весло, длинную сумку с байдаркой.

— Связь?

— Спутник есть.

— МЧС?

— Зарегистрировалась утром.

— Контрольный?

Надя назвала дату.

Он кивнул.

Всё правильно.

Всё как положено.

Ветер от винта рвал капюшон и прижимал одежду к телу.

Пилот забрался обратно, но перед тем, как закрыть дверь, ещё раз посмотрел на неё.

— Надежда!

— Что?

— Если увидишь, что вода совсем дурная, не геройствуй!

Она подняла большой палец.

Дверь захлопнулась.

Вертолёт оторвался от земли.

Надя придержала капюшон и смотрела, как он поднимается над лесом. Машина развернулась, прошла над рекой и начала быстро уменьшаться.

Через минуту шум стал тише.

Ещё через одну исчез совсем.

Наступила тишина.

Не настоящая, конечно.

Шумела река. С веток падали тяжёлые капли. Где-то в лесу кричала птица. Ветер шевелил верхушки деревьев.

Просто теперь всё это стало слышно.

Надя огляделась.

Мокрая поляна. Лес. Река.

И больше никого.

— Ну что...

Она сбросила рюкзак и взялась за байдарку.

Расстегнула длинную транспортировочную сумку-карандаш, вывалила на траву охапку алюминиевых трубок и шпангоутов. Рядом легло тяжёлое, пахнущее резиной полотнище шкуры.

После двух дней ожидания хотелось закончить всё за пять минут, но именно поэтому Надя заставила себя не спешить.

Сначала байдарка.

Потом вещи.

Потом река.

Она принялась собирать каркас. Состыковала трубки носовой части, надавила ладонью до щелчка фиксатора. Металл глухо звякал в тишине леса. Потом собрала кормовую.

Надя расправила шкуру и по очереди завела в неё обе половины каркаса. Соединила их, поставила шпангоуты и, упираясь ногами, развела замки кильсона. Оболочка натянулась, складки на бортах исчезли.

Наконец выпрямилась.

— Здравствуй.

«Таймень» промолчал.

— Вот и правильно.

Она установила сиденья, закрепила фальшборта, собрала весло.

Теперь вещи.

Гермомешки легли внутрь один за другим. Тяжёлое — вниз. То, что понадобится на воде, — сверху. Камера отдельно. Спутниковый коммуникатор туда, откуда его можно достать сразу.

Надя затянула крепления и только после этого достала телефон.

Связи не было.

GPS работал.

Она отметила точку старта.

Посмотрела на время.

Потом включила камеру.

Несколько секунд молча смотрела в объектив.

— Ну что, друзья. Кажется, у заключительного маршрута сезона всё-таки будет четвёртый участник.

За её спиной по реке проплыла длинная ветка.

Надя покосилась на неё.

— Воды, правда, немного больше, чем планировалось.

Будто в подтверждение, следом показалась коряга. Течение медленно развернуло её посреди реки и понесло дальше.

Надя перевела камеру на воду.

— Намного больше.

Она выключила запись.

Подошла к берегу.

Вблизи река выглядела ещё хуже, чем с воздуха.

Вода была тёмной, почти чёрной. Там, где на спутниковых снимках тянулась светлая галечная коса, теперь оставалось несколько метров мокрых камней. Кусты у самого берега стояли в воде.

Надя присела, подобрала тонкую ветку и бросила её возле берега.

Ветка мгновенно ушла вниз по течению.

— Быстро.

Она посмотрела на реку ещё раз.

Можно было остаться.

Пилот именно это и предлагал.

Можно было подождать день, два, пока вода начнёт падать.

Только тогда ждать придётся уже не парням.

Она посмотрела на карту.

Первая контрольная точка была впереди.

А за ней — вторая.

Там они и сидят.

Надя убрала телефон.

Подтащила «Таймень» к воде.

Остановилась.

Ещё раз проверила крепления.

Камеру.

Весло.

Спутник.

Спасжилет.

Посмотрела на лес за спиной.

На небо.

На реку.

Всё было не таким, каким она планировала этот маршрут месяц назад.

Но ничего такого, с чем она раньше не сталкивалась.

— Ладно. Пошли знакомиться.

Нос «Тайменя» коснулся воды.

Глава четвёртая.

Надя оттолкнулась от берега.

Течение тут же подхватило «Таймень».

Она сделала несколько сильных гребков, выводя байдарку подальше от затопленных кустов, и развернула нос вниз по реке.

Вот теперь началось.

Первый поворот приблизился неожиданно быстро.

Надя коротко глянула на навигатор.

— Ну да.

Скорость была выше расчётной.

С воздуха это было заметно.

С воды — гораздо заметнее.

Река несла.

Не помогала идти — именно несла.

Надя убрала навигатор и перехватила весло обеими руками.

От воды тянуло холодом. Не тем осенним холодком, который бодрит первые полчаса, а тяжёлой сыростью, постепенно пробиравшейся под куртку. После двух суток дождя мокрым было всё: камни, трава, стволы деревьев. Даже воздух казался мокрым.

С веток падали крупные капли.

Иногда ветер проходил по лесу, и тогда они сыпались сразу десятками, будто дождь начинался снова.

Надя подняла плечи, пряча шею в воротник.

— Красота.

По правому берегу тянулись затопленные кусты. На ветках выше воды висели полосы травы и мелкого мусора.

Надя присмотрелась.

По следам выходило, что вода уже начала падать.

Немного.

Но начала.

Это было хорошо.

Впереди из воды торчала ветка.

Надя привычно взяла чуть левее.

Через несколько секунд поняла, что это не ветка.

Под водой лежало дерево. Над поверхностью оставалась только верхушка, а ствол уходил куда-то вниз и поперёк течения.

Она сильнее налегла на весло.

«Таймень» прошёл в нескольких метрах.

Надя оглянулась.

Вода обтекала почти невидимое препятствие совершенно спокойно.

— Вот это уже хуже.

После этого она перестала смотреть по сторонам.

Точнее, смотреть просто так.

Теперь взгляд всё время работал.

Струя.

Берег.

Ветки.

То, что торчит над водой.

То, что может находиться под ней.

Иногда река сама показывала препятствие — бугорком воды, странной рябью, полосой пены.

Иногда не показывала ничего.

Через полчаса перчатки стали влажными. Не промокли насквозь, но холод уже чувствовался в пальцах. Надя поочерёдно разжимала их на рукояти весла.

Хотелось горячего кофе.

Останавливаться ради него не хотелось ещё больше.

Она снова проверила скорость.

Цифры по-прежнему были слишком хорошими.

В другое время Надя бы обрадовалась.

Сейчас просто убрала навигатор обратно.

Постепенно она поймала реку.

Не привыкла — именно поймала.

Начала заранее видеть места, где основная струя прижимала к берегу. Раньше уходила от затопленных кустов. Держала расстояние от торчащих из воды коряг, даже когда казалось, что места достаточно.

«Таймень» слушался хорошо.

И здесь он оказался удобнее большой экспедиционной лодки, на которой ушли парни. Байдарка хорошо слушалась весла, позволяла вовремя сместиться со струи или довернуть нос.

Только расслабляться нельзя было ни на секунду.

Камера работала уже минут десять. Надя закрепила её так, чтобы в кадр попадали нос байдарки, река и часть берега.

Говорить не хотелось.

Да и незачем.

По воде прошла толстая ветка.

Потом ещё одна.

Чуть дальше посреди реки показался целый ствол — без корней, почти гладкий, тёмный от воды.

Надя заранее ушла вправо.

Ствол проплыл метрах в десяти.

Она проводила его взглядом и только собралась вернуться на основную струю, когда заметила впереди ещё один.

Этот не плыл.

Из воды показывался всего метр мокрого дерева.

Остальное скрывалось под поверхностью.

Надя перестала грести.

Течение тут же потянуло «Таймень» к стволу.

— Тихо.

Гребок.

Ещё один.

Байдарка сместилась.

— Тихо-тихо...

Коряга прошла справа.

Ближе, чем хотелось.

Надя выдохнула и сразу начала уходить к внутренней стороне поворота.

Там было медленнее.

Сегодня скорость ей и так дарили бесплатно.

К полудню облака начали расходиться.

Солнце так и не появилось, но серый потолок стал выше, и лес перестал казаться сплошной мокрой стеной.

Теплее не стало.

Надя сняла одну перчатку, достала из кармана батончик и съела его прямо на ходу.

До первой контрольной оставалось меньше трёх километров.

Останавливаться раньше не имело смысла.

Река снова расширилась. На несколько минут стало спокойнее, и Надя впервые позволила себе посмотреть не только вперёд.

Мокрый лес тянулся по обоим берегам.

Ни строений.

Ни дорог.

Ни дыма.

Только река и тайга.

Красиво.

Даже слишком.

Она потянулась к камере, хотела что-то сказать, но передумала.

Пусть снимает.

Первую контрольную можно было пропустить, если не знать, куда смотреть.

Надя знала.

Река снова сузилась, течение ускорилось.

Через четверть часа до первой контрольной оставалось меньше километра.

Надя начала высматривать берег.

Место было неочевидное. Небольшой галечный выход между деревьями, дальше тропа наверх.

Гальки почти не осталось.

Большая часть площадки была под водой.

— Приехали.

Она прошла ниже по течению, развернула «Таймень» и начала выбираться к берегу против струи.

Получилось не сразу.

Течение всё время пыталось вернуть байдарку обратно.

Надя добавила несколько сильных гребков.

Нос зашуршал по камням.

Она вылезла в воду, перехватила байдарку за носовую ручку и вытянула её на галечник.

Посмотрела на реку.

Подумала.

Протащила «Таймень» ещё на метр.

— Вот теперь стой.

Наверх вела едва заметная тропа.

Надя поднялась.

Отметки увидела сразу.

Три.

Сергей.

Миша.

Антон.

Все трое.

Надя улыбнулась.

— Ну здравствуйте.

Значит, прошли.

И прошли нормально.

Она достала маркер и добавила свою часть — маленький круг над остриём стрелки.

Четыре.

Получилось правильно.

Как всегда.

Надя сфотографировала знак.

Потом включила камеру.

— Первая контрольная. Три беглеца здесь отметились.

Показала три части знака.

Потом свою.

— Теперь комплект.

Выключила запись.

На площадке остались следы стоянки.

Примятая трава.

Место от палатки.

Старое кострище, которым явно воспользовались ещё раз.

Возле бревна темнел круглый след от кружки.

Надя присела.

— Миша.

Кто ещё.

Она достала термос.

Чай всё ещё был горячим.

Первый глоток показал, насколько она замёрзла.

Пальцы ныли.

Плечи тоже.

Надя сидела на бревне, пила чай и смотрела между деревьями на реку.

За день она прошла быстрее, чем рассчитывала.

Намного быстрее.

Но это была не её скорость.

Это была скорость воды.

Надя посмотрела на часы.

Потом на карту.

До второй контрольной отсюда можно было дойти сегодня.

При нынешнем течении — даже с запасом.

Она ещё раз посмотрела на реку.

На тёмную воду.

На проплывающие ветки.

На мокрый лес вокруг.

И закрыла карту.

— Хватит.

Первая точка для того и была первой точкой.

Парни здесь ночевали.

Она тоже будет ночевать здесь.

Надя допила чай и поднялась.

Палатку поставила на том же месте, где до неё стояла их.

Сухих дров пришлось поискать.

Сверху всё промокло, но под поваленными елями нашлось достаточно веток, чтобы развести небольшой костёр.

Пока вода закипала, Надя спустилась к байдарке.

«Таймень» лежал там, где она его оставила.

Она протащила его ещё выше.

На всякий случай.

Потом перенесла наверх вещи.

К вечеру снова потянул ветер.

Дождя не было.

Пока.

Надя поела, проверила прогноз и ещё раз открыла карту.

Вторая точка была не обязательной остановкой.

Они специально заложили её как запасную.

Высокий берег.

Хорошее место для лагеря.

Если погода испортится — можно встать и переждать.

Если всё нормально — идти дальше к третьей.

Два дня назад нормально не было.

Надя посмотрела на три отметки рядом со своей.

Значит, утром они ушли отсюда.

А потом начался дождь.

Скорее всего, сейчас уже далеко впереди.

Она убрала телефон.

— Завтра разберёмся.

Ночью несколько раз просыпалась от реки.

Не потому, что та стала громче.

Просто теперь Надя слышала её постоянно.

Утром вода была ниже.

Ненамного.

Но это было видно по камням возле берега.

Надя позавтракала, собрала палатку и упаковала вещи.

Небо оставалось серым.

Ветер стих.

Река всё ещё несла быстро.

Она спустила «Таймень» к воде.

Закрепила вещи.

Проверила камеру.

GPS.

Телефон.

В последний раз поднялась к площадке.

Четыре отметки оставались на месте.

Надя посмотрела на них.

— Ладно, мальчики. Посмотрим, далеко ли убежали.

Спустилась к реке.

Через несколько минут первая контрольная скрылась за поворотом.

Вода по-прежнему помогала больше, чем ей нравилось.

Но теперь Надя никуда не торопилась.

Впереди была вторая точка.

И целый день.

Глава пятая.

До второй контрольной Надя добралась вскоре после полудня.

Утренние километры прошли быстрее, чем должны были. Вода всё ещё несла «Таймень» заметно выше расчётной скорости, и несколько раз Надя сознательно уходила с основной струи, чтобы спокойно пройти очередной поворот или затопленные кусты.

К полудню даже показалось солнце.

Ненадолго.

Светлое пятно прошло по воде, задержалось на мокрых верхушках елей и снова исчезло за облаками.

До второй точки оставалось меньше километра.

Надя убрала телефон.

Высокий берег появился за поворотом точно там, где должен был.

Большой лодки не было.

Это ещё ничего не значило.

Вторая точка была запасной. Хороший высокий берег, место под палатки, лес закрывает от ветра. Если погода испортится — здесь можно переждать.

Если всё нормально — идти дальше.

Надя вывела «Таймень» из основной струи.

После вчерашнего вода заметно упала. Возле берега даже появилась небольшая обратка, которой два дня назад, судя по всему, не существовало.

Она спокойно пристала.

Вытащила байдарку на камни.

Посмотрела на реку.

Потом протащила «Таймень» выше.

Основной рюкзак забрала с собой.

До площадки было метров двадцать.

Надя поднялась.

Отметок не было.

Она остановилась.

Посмотрела ещё раз.

Место правильное.

Вот старое кострище. Два больших камня возле него. Чуть дальше — поваленная ель, которую она видела на фотографиях.

Точка номер два.

Надя подошла ближе.

Пусто.

— Интересно.

Она сняла перчатку и провела пальцами там, где должны были быть отметки.

Ничего.

На первой — три.

Здесь — ни одной.

Надя оглянулась на реку.

Между деревьями был виден «Таймень».

Лежал на берегу.

Хорошо.

Она снова посмотрела на площадку.

Впрочем, ничего странного.

Если погода позволяла, останавливаться здесь вообще не требовалось.

Самое простое объяснение лежало буквально перед глазами.

Парни сюда не выходили.

Надя прошла к краю берега.

Отсюда следы паводка были видны ещё лучше. Трава, ветки и мелкий мусор застряли в кустах значительно выше нынешней воды. На стволах оставалась тёмная полоса.

Позавчера вода стояла почти на метр выше.

Надя представила их большую лодку.

Трое.

Снаряжение.

Сильная струя под самым берегом.

Сергей посмотрел бы один раз и сказал:

Идём дальше.

Она кивнула сама себе.

— Ну конечно.

Даже если собирались остановиться, могли просто не суметь пристать.

Пошли к третьей.

Надя достала телефон и открыла карту.

За второй точкой начинался самый неприятный участок маршрута.

Если они прошли его вчера, догнать сегодня уже вряд ли получится.

Но отрыв сократился.

Она убрала телефон.

Оставалось поставить свою отметку и решить, что делать дальше.

Надя достала маркер.

На первой точке её круг завершил общий знак.

Здесь завершать было нечего.

Она нарисовала только свою часть — маленький круг.

Один.

На секунду задержала взгляд.

Странно.

На первой их было четыре.

Здесь — одна.

Она достала камеру.

— Вторая контрольная.

Показала отметку.

— А вот здесь наши почему-то не отмечались.

Повернула камеру в сторону реки.

— Судя по воде, два дня назад к берегу можно было вообще не подойти. Скорее всего, прошли мимо.

Надя снова перевела объектив на себя.

— Значит, догоняем дальше.

Выключила запись.

И только тогда задумалась.

Отметок нет.

Это понятно.

А следы?

Она ещё раз прошла по площадке.

Ни примятой травы.

Ни свежих веток возле кострища.

Ничего, что осталось бы после ночёвки трёх человек.

Заглянула за поваленную ель.

Спустилась немного ниже по склону.

Нет.

Точно не выходили.

Это даже успокаивало.

Если бы следы были, а отметок не было — тогда пришлось бы думать.

А так всё сходилось.

Почти.

Надя остановилась.

Почему почти?

Снова достала телефон.

Отсюда до третьей контрольной шёл тяжёлый участок.

Они знали прогноз.

Знали, что вода поднимается.

Именно поэтому вторая точка и была выбрана местом, где можно переждать непогоду.

Но если пристать невозможно...

Другого решения у них просто не было.

— Ладно.

Надя убрала телефон.

Можно было возвращаться к байдарке.

Вместо этого она прошла ещё немного вдоль берега.

Просто проверить.

Ниже находился небольшой карман между деревьями. При другом уровне там тоже можно было попробовать выйти.

Она спустилась.

Свежий ил.

Нанесённые водой ветки.

Трава.

Следов не было.

— Значит, точно мимо.

Вот теперь всё.

Надя развернулась.

Снизу что-то хрустнуло.

Обычный звук.

После паводка весь берег был завален ветками.

Она сделала ещё шаг.

Хруст повторился.

Потом по камням что-то заскребло.

Надя обернулась.

«Таймень» двигался.

Первую секунду она просто не поняла почему.

Байдарка лежала там, где она её оставила.

Рядом с берегом медленно поворачивалось принесённое течением дерево. Один из длинных, похожих на корявые пальцы сучьев намертво зацепился за кормовую ручку байдарки.

Тяжёлый ствол продолжало разворачивать силой реки. «Таймень» скрежетнул днищем по гальке.

Потащило по камням.

— Эй! — крикнула Надя и рванула вниз по склону.

Байдарка дёрнулась.

Ещё раз.

Сдавшись тяжести топляка, она легко соскользнула в воду.

Надя успела добежать до самой кромки, когда дерево уже начало выходить на глубокую струю, набирая ход. Длинный сук по-прежнему крепко держал «Таймень», увлекая его за собой.

Надя, не думая, шагнула в ледяную воду.

Ещё шаг.

Течение мгновенно ударило в ноги, едва не сбивая с ног.

До ускользающего борта байдарки оставалось каких-то метров пять...

Может, шесть.

Она шагнула глубже.

Ногу сразу повело.

Надя отступила.

— Чёрт!

Дерево медленно разворачивалось поперёк течения.

«Таймень» болтался рядом, то прижимаясь к стволу, то отходя от него.

Надя бросилась вдоль берега.

Байдарка была впереди.

Но уходила не так быстро, как могла.

Дерево тормозило её.

Значит, шанс был.

Первые метров пятьдесят Надя ещё могла бежать.

Потом берег закончился.

Не река.

Именно берег.

Перед ней лежал принесённый паводком лес.

Стволы, ветки, вывороченные кусты — всё вперемешку с травой, илом и грязью.

Надя полезла через завал.

Перебралась через один ствол.

Поднырнула под второй.

Ветка зацепилась за рюкзак.

— Да чтоб тебя...

Она дёрнулась, освободилась.

Посмотрела на реку.

«Таймень» ещё был виден.

Дерево медленно тащило его к следующему повороту.

Надя полезла дальше.

Через несколько метров нога провалилась в грязь почти по щиколотку.

Она выдернула ботинок.

Впереди лежал ещё один завал.

Обойти со стороны воды было невозможно. Между деревьями уже стояла река.

Пришлось брать выше.

Здесь стало немного легче.

Только байдарка была уже дальше.

Надя остановилась.

Не потому, что сдалась.

Так она её не догонит.

Пока продирается здесь сто метров, течение унесёт «Таймень» на несколько сотен.

Она достала телефон.

GPS работал.

Надя увеличила карту.

Впереди река делала большую петлю.

По воде — несколько километров.

По прямой...

Она провела пальцем по экрану.

Чуть больше километра.

Надя подняла голову.

Перед ней стоял мокрый лес.

Снова посмотрела на реку.

Между деревьями ещё мелькал серый «Таймень».

Дерево пока держало его.

Если не отцепится — она успеет.

Байдарку могло прибить к берегу. Зацепить ещё за что-нибудь. А если нет, она выйдет к реке ниже поворота раньше неё.

Надя убрала телефон.

Достала компас.

Сверилась.

Поправила рюкзак.

Перед ней стоял обычный мокрый осенний лес.

— Ладно.

Она ещё раз посмотрела туда, где исчезал «Таймень».

— Наперегонки так наперегонки.

И пошла между деревьями.

Костёр дымил.

На третьи сутки это уже никого не раздражало.

Миша сидел на поваленном стволе и смотрел на реку.

— Сто двадцать семь.

Антон, устроившийся с другой стороны костра, даже не повернулся.

— Что?

— Деревьев.

— Каких ещё деревьев?

— Которые проплыли с утра.

Антон наконец посмотрел на него.

— Ты их считаешь?

— А у тебя есть занятие интереснее?

Антон подумал.

— Нет.

— Вот и не мешай.

Сергей подбросил в костёр ветку.

Та зашипела.

Сухих дров почти не осталось. Приходилось собирать всё, что удавалось найти под густыми елями, раскалывать и сушить возле огня.

На третий день они научились поддерживать костёр почти из чего угодно.

— Сто двадцать восемь, — сказал Миша.

Мимо медленно прошёл очередной ствол.

Сергей поднял глаза.

— Если ты начнёшь давать им имена, я тебя утоплю.

— На чём догонишь?

Антон заржал.

Сергей посмотрел на Мишу.

— Вот сейчас было обидно.

— Зато правда.

Смеялись недолго.

Река шумела совсем рядом.

За последние сутки вода заметно упала. На противоположном берегу уже показалась полоска камней, которой вчера ещё не было.

Их лодки тоже не было.

Она ушла вниз по реке два дня назад.

Вместе с большей частью снаряжения.

Дождь застал их после первой контрольной.

Сначала обычный.

Потом такой, что через несколько часов вода начала прибывать прямо на глазах.

До второй точки они добрались уже под ливнем.

Сергей дважды пытался вывести лодку к берегу.

В первый раз струя просто протащила их мимо.

Во второй лодку начало разворачивать боком к затопленным деревьям.

— Не идёт! — крикнул Антон.

— Вижу!

Сергей выровнял лодку.

Миша посмотрел на берег.

До него оставалось метров двадцать.

Всего двадцать.

И между ними — вода, которая совершенно не собиралась отпускать лодку туда, куда хотели они.

— Ещё раз?

Сергей посмотрел вперёд.

Потом на затопленные деревья.

— Нет.

— Серый, дальше хуже.

— Здесь нас сейчас к стволам прижмёт.

Миша вытер воду с лица.

Бесполезно.

— К третьей?

— К третьей.

Они пошли дальше.

До третьей не дошли.

На одном из поворотов Сергей заметил впереди странный излом воды.

Слишком поздно.

— Держитесь!

Удар пришёлся снизу.

Лодку подбросило и резко развернуло.

— Коряга!

Второй удар пришёл почти сразу.

Борт лёг на воду.

А дальше мир на несколько секунд стал холодным, чёрным и очень громким.

Все трое выбрались.

Лодка — нет.

Сергей ещё видел её ниже по течению.

Перевёрнутую.

Потом она скрылась за поворотом.

Вместе с ней ушли рюкзаки.

Палатка.

Большая часть еды.