Read the book: «Карусель в голове»
© Голявкин В. В., наследники, 2026
© Кучеренко Н. В., иллюстрации, 2026
© Оформление, статья.
ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
«Махаон»®
* * *
«Льётся солнца луч на голову мне…»
Виктор Владимирович Голявкин (1929–2001) родился на берегу Каспийского моря в солнечном городе Баку. Его родители были музыкальными педагогами. В доме всегда звучала музыка, но маленький Витя с раннего детства тянулся к живописи. Он вспоминал, что, едва научившись ходить, «сразу взял в руки карандаш и изрисовал все карточки в семейном альбоме и стены во всей квартире», а как только вышел на улицу – начал рисовать на асфальте. Однажды маленький художник изобразил карикатуры на гостей, которые приходили музицировать к родителям, и тогда отец купил ему книгу о живописи.
Беззаботное детство было прервано начавшейся Великой Отечественной войной, но повзрослевший Виктор не бросил рисовать. Ох и доставалось же врагам! Будущий писатель рисовал на них карикатуры, которые даже стали публиковать в местной газете.
После школы Голявкин поступил в художественное училище в далёком городе Самарканде, а окончил его с отличием уже в Сталинабаде (ныне Душанбе). В повести «Рисунки на асфальте» (1965) есть такие строки: «Если быть художником – только великим». Перед Виктором лежала одна дорога – поступать в Академию художеств в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург). В этом городе он и начал писать свои первые рассказы.
Голявкин считал, что «когда человек рисует, он замечает красоту там, где другой человек пройдёт мимо, не заметит». Эта восприимчивость и чуткость ко всему происходящему позволили ему отозваться на ещё не забытую ленинградцами ужасную блокаду во время войны. Голявкину захотелось развеселить жителей города. Один за другим из-под его пера стали выходить небольшие весёлые рассказы, которые сложились в книгу под названием «Тетрадки под дождём» (1959). Голявкин продолжал писать, и его сочинения составляли новые сборники.
Лучшие рассказы вошли в книгу «Карусель в голове» (1976). Герои коротких «зарисовок» Голявкина – школьники, обычные дети. Они играют, рисуют, решают задачки, спорят и смеются. Некоторые истории невозможно читать без смеха. Хохочут дети и взрослые: «Потом почему-то все стали смеяться. Даже бабушка стала смеяться. У неё из глаз даже слёзы пошли. Я не знал, что все надо мной смеются, и потихоньку тоже смеялся». Вместе со своими героями, кажется, улыбается и сам Голявкин.
Друг писателя Глеб Горышин, тоже писатель, вспоминал: «Он был задирист, нахрапист, колюч – таково было первое впечатление при знакомстве, оно продолжалось до первой его улыбки, смеха. Голявкин мог рассмеяться мгновенно, без затруднения, без заминки… Под его жёсткой, суровой на вид оболочкой таился целый вулкан весёлости».
Кому из нас не хотелось хоть раз удивить и рассмешить друзей? Герой рассказа «В шкафу» решил залезть в шкаф во время урока, чтобы оттуда мяукнуть. Вот бы все удивились – откуда в классе кот? Мальчик ждал подходящего момента… и заснул. А когда проснулся, оказалось, что уроки давно закончились и все ушли. Тогда он не на шутку испугался, ведь за его шалость могут и наказать: «Наверняка завтра маму вызовут… Ваш сын, скажут, в шкаф залез, все уроки там спал, и всё такое…» Как же хочется исчезнуть из шкафа будто по мановению волшебной палочки. Мало того что «ноги ломит, спина болит», герою стыдно отвечать на вопрос, зачем он спрятался в шкафу. Не скажешь же, что мяукнуть хотел!
А мальчишки из рассказа «Болтуны» соревновались в обзывании и не заметили, как в класс вошёл учитель, – так были увлечены выдумыванием новых слов:
«– А ты селёдка.
– А ты вуалехвост.
– А что это такое?
– Вуалехвост – и всё.
– А ты первердер…
– Это ещё что значит?
– Значит, что ты первердер.
– А ты дырбыртыр.
– А ты выртырвыр.
– А ты ррррррр…»
И тут один из мальчиков увидел учителя, который спросил: «Хотел бы я знать, кто же всё-таки вы такие?» Ответ простой – болтуны!
У Голявкина есть и другие произведения о детях и взрослых, и не все они весёлые. Повесть «Мой добрый папа» (1964) – о талантливом музыканте и его маленьком сыне Пете, от чьего имени и ведётся повествование. Мальчик рассказывает о своём детстве в Баку, о своей семье и об отце, который ушёл на фронт и не вернулся. В книге «Полосы на окнах» (1971) также рассказывается о непростой жизни детей во время войны, обо всех тяготах, которые легли на их хрупкие плечи.
Голявкин фантазирует, сочиняет, грустит и смеётся. Он очень разный. А чтобы лучше понять писателя, нужно путешествовать по его рассказам и повестям – тогда и на нас с вами прольётся «солнца луч»!
Наталия Дровалёва
Рассказы
Тетрадки под дождём
Всему своё место
Я бросил решать задачку и побежал в сад к ребятам. Бегу – навстречу идёт наш учитель.
– Как дела? – говорит. – Догоняешь ветер?
– Да нет, я так, в садик.
Иду рядом с ним и думаю: «Вот сейчас спросит меня про задачу – какой ответ получился, – а я что скажу? Ведь я ещё не успел решить».
А он:
– Хороша погода…
– Ну да, – отвечаю, – конечно… – А сам боюсь: про задачу вдруг спросит.
А он:
– Нос-то у тебя красный! – и смеётся.
– У меня всегда нос красный, такой уж у меня нос.
– Что ж ты, – говорит, – так и собираешься с таким носом жить?
Испугался я:
– А что мне с ним делать?
– Продать его и купить новый.
– Это вы шутите.
Он опять смеётся.
Я жду, когда же он про задачу спросит.
Так и не спросил про задачу.
Забыл, наверное.
На другой день вызывает меня:
– А ну, покажи задачу.
Не забыл, оказывается.
Тетрадки под дождём
На перемене Марик мне говорит:
– Давай убежим с урока. Смотри, как на улице хорошо!
– А вдруг тётя Даша задержит с портфелями?
– Нужно портфели в окно побросать.
Глянули мы в окно; возле самой стены сухо, а чуть подальше – огромная лужа. Не кидать же портфели в лужу! Мы сняли ремни с брюк, cвязали их вместе и осторожно спустили на них портфели. В это время звонок зазвенел. Учитель вошёл. Пришлось сесть на место. Урок начался. Дождь за окном полил. Марик записку мне пишет: «Пропали наши тетрадки».
Я ему отвечаю: «Пропали наши тетрадки».
Он мне пишет: «Что делать будем?»
Я ему отвечаю: «Что делать будем?»
Вдруг вызывают меня к доске.
– Не могу, – говорю, – я к доске идти.
«Как же, – думаю, – без ремня идти?»
– Иди, иди, я тебе помогу, – говорит учитель.
– Не надо мне помогать.
– Ты не заболел ли случайно?
– Заболел, – говорю.
– А с домашним заданием как?
– Хорошо с домашним заданием.
Учитель подходит ко мне.
– А ну, покажи тетрадку.
Я молчу.
– Что с тобой происходит?
Я молчу.
– Придётся тебе поставить двойку.
Он открывает журнал и ставит мне двойку, а я думаю о своей тетрадке, которая мокнет сейчас под дождём.
Поставил учитель мне двойку и спокойно так говорит:
– Какой-то сегодня ты странный…
Яандреев
Всё из-за фамилии происходит. Я по алфавиту первый в журнале; чуть что, сразу меня вызывают. Поэтому и учусь хуже всех. Вот у Вовки Якулова все пятёрки. С его фамилией это нетрудно – он по списку в самом конце. Жди, пока его вызовут. А с моей фамилией пропадёшь. Стал я думать, что мне предпринять. За обедом думаю, перед сном думаю – никак ничего не могу придумать. Я даже в шкаф залез думать, чтобы мне не мешали. Вот в шкафу-то я это и придумал. Прихожу в класс, заявляю ребятам:
– Я теперь не Андреев. Я теперь Яандреев.
– Мы давно знаем, что ты Андреев.
– Да нет, – говорю, – не Андреев, а Яандреев, на «Я» начинается – Яандреев.
– Ничего не понятно. Какой же ты Яандреев, когда ты просто Андреев? Таких фамилий вообще не бывает.
– У кого, – говорю, – не бывает, а у кого и бывает. Это позвольте мне знать.
– Удивительно, – говорит Вовка, – почему ты вдруг Яандреевым стал!
– Ещё увидите, – говорю.
Подхожу к Александре Петровне:
– У меня, знаете, дело такое: я теперь Яандреевым стал. Нельзя ли в журнале изменить, чтобы я на «Я» начинался?
– Что за фокусы? – говорит Александра Петровна.
– Это совсем не фокусы. Просто мне это очень важно. Я тогда сразу отличником буду.
– Ах, вот оно что! Тогда можно. Иди, Яандреев, урок отвечать.
Как я под партой сидел
Только к доске отвернулся учитель, а я раз – и под парту. Как заметит учитель, что я исчез, ужасно, наверное, удивится.
Интересно, что он подумает? Станет спрашивать всех, куда я делся, – вот смеху-то будет! Уже пол-урока прошло, а я всё сижу. «Когда же, – думаю, – он увидит, что меня в классе нет?» А под партой трудно сидеть. Спина у меня заболела даже. Попробуй-ка так просиди! Кашлянул я – никакого внимания. Не могу больше сидеть. Да ещё Серёжка мне в спину ногой всё время тычет. Не выдержал я. Не досидел до конца урока. Вылезаю и говорю:
– Извините, Пётр Петрович…
Учитель спрашивает:
– В чём дело? Ты к доске хочешь?
– Нет, извините меня, я под партой сидел…
– Ну и как, там удобно сидеть, под партой? Ты сегодня сидел очень тихо. Вот так бы всегда на уроках.
Передвижение комода
Маше семь лет. Она ходит в школу в первый класс и учится на отлично. Её ставят в пример, как лучшую ученицу. А однажды вот что случилось. Она не выучила урока и вообще ничего не могла ответить. Весь класс пришёл в удивление, и все мальчики и девочки подумали: «Вот это да!»
Учитель строго взглянул на неё.
– Объясни мне, что это значит?
Маша заплакала и объяснила всё по порядку.
– У нас большое несчастье. Мама передвигала комод. А братик сидел на полу. Он крутил волчок. Волчок закатился под комод. Братик полез за волчком. И мама ему прищемила живот. Братика увезли в больницу. Все плакали очень сильно, и я не могла учить урок.
Мальчики и девочки подумали: «Вот это да!» А учитель сказал:
– Раз такое дело, это совсем другое дело. – И погладил Машу по голове.
Прошло несколько дней. Учитель встретил Машину маму. Он ей говорит:
– У вас такое несчастье. Вы придавили сына комодом. Мы все вам сочувствуем.
– Что вы, что вы! – сказала мама. – У меня нет ни комода, ни сына. У меня только дочка.
Болтуны
Сеня и его сосед по парте не заметили, как вошёл учитель. Сеня нарисовал на ладони себя и показал соседу.
– Это я, – сказал он. – Похоже?
– Нисколько, – ответил Юра, – у тебя не такие уши.
– А какие же у меня уши?
– Как у осла.
– А у тебя нос, как у бегемота.
– А у тебя голова, как еловая шишка.
– А у тебя голова, как ведро.
– А у тебя во рту зуба нет…
– А ты рыжий.
– А ты селёдка.
– А ты вуалехвост.
– А что это такое?
– Вуалехвост – и всё.
– А ты первердер…
– Это ещё что значит?
– Значит, что ты первердер.
– А ты дырбыртыр.
– А ты выртырвыр.
– А ты ррррррр…
– А ты ззззззз…
– А ты… ы! – сказал Юра и увидел рядом учителя.
– Хотел бы я знать, – спросил учитель, – кто же всё-таки вы такие?
The free sample has ended.
