Read the book: «Юный любовник»

Name: Юный любовник
Author: Vi Keeland
ISBN: 978-5-04-234201-1

Vi Keeland

Font::

Vi Keeland

ALL GROWN UP

The moral rights of the author have been asserted

Перевод с английского Валентины Бологовой

ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Возраст – это то, что существует в наших мыслях. Если вы о нем не думаете – его нет.
Марк Твен

Глава 1

Валентина

«Не забудь купить кружевные стринги».

Я удивленно протерла глаза и наклонилась, чтобы перечитать слова на листочке, приклеенном к лампе у дивана, на котором я накануне заснула. Наверное, мне все померещилось.

Как бы не так. Там действительно было написано: «Не забудь купить кружевные стринги», только не моим почерком. Я улыбнулась и сорвала желтый квадратик с абажура с бахромой, который при этом слегка покосился. Автоматически протянула руку, чтобы его поправить, но тут же ее отдернула. Мой бывший муж Райан выходил из себя при виде покосившегося абажура или криво висевшей на стене картины. На сей раз я не поддалась импульсу, и это заставило меня снова порадоваться тому, что мы с Райаном развелись. Только представьте: мой бывший возненавидел эти две лампы с момента их появления в нашем доме. Как примерная жена я убрала их от греха подальше в спальню для гостей. В тот день, когда Райан съехал с нашей квартиры, я смахнула пыль с ламп и вернула в гостиную. С тех пор я обзавелась диванными подушками с бахромой в том же стиле, которые Райан бы точно не одобрил.

Я поднялась с дивана, на что моя бедная голова отозвалась тупой болью. Все понятно – похмелье. Я прошлепала босыми ногами в кухню, чтобы налить себе вожделенный кофе и проглотить две таблетки тайленола. По пути туда обнаружила другой желтый листочек, на сей раз приклеенный к входной двери.

«Зарегистрируйся на сайте знакомств Match.com…»

Я сорвала бумажку и смяла ее вместе с напоминанием о кружевных трусиках. Прошлый вечер я провела с лучшей подругой Евой за просмотром фильмов. У нас с ней была традиция раз в месяц распивать бутылочку (или две) вина и смотреть кино. Мы это делали с выпускного класса в средней школе – сколько лет и не сосчитать в такую рань, да еще с головной болью.

Для всех, кто меня знал, не было секретом, что я питала нездоровую страсть к стикерам для заметок. Желтые листочки на входной двери, зеркале в ванной, приборной панели автомобиля – в любом месте в любой день недели. Когда я срывала отдельные бумажки по мере выполнения задания, это давало мне определенное чувство завершенности. В последние дни все стикеры оставались на местах – правда, теперь их было в четыре раза больше, чем обычно, – я использовала их для изучения итальянского языка в надежде получить сертификат с правом преподавания. Вся квартира была оклеена листочками с итальянскими фразами и их переводом.

Очевидно, моя подруга здесь порезвилась, пока я спала без задних ног на диване.

«Переспи с кем-нибудь».

Стикер с такой фразой красовался на холодильнике. По крайней мере, я ознакомилась с ее творчеством в правильном порядке – сначала совет купить кружевные трусики, потом зарегистрироваться на сайте знакомств, а потом с кем-нибудь трахнуться, ведь период моего воздержания слишком затянулся, с ее точки зрения.

Лишь спустя пару часов я наткнулась на последний листочек. Он был прилеплен к зеркалу в ванной.

«Не забудь, что у тебя поздний завтрак с лучшей подругой в полдень в воскресенье. Ресторан Capital Grille на 72-й улице».

* * *

– Тебе следовало бы начать встречаться с Лиамом.

Каждое второе воскресенье мы с Евой посещали какой-нибудь ресторан, чтобы изучить ее конкурентов. Она владела бистро в Верхнем Ист-Сайде и любила знакомиться с меню и ценами в недавно открывшихся заведениях. Впрочем, в тот день ее, скорее всего, интересовали совсем другие вещи.

– Лиамом? Тезкой нашего официанта?

– Угу.

– А сколько ему? Лет двадцать?

Ева поднесла стакан с розовым мартини к губам.

– Да у меня вибратор старше его. – Она сделала маленький глоток. – Но этот парень уже достиг возраста согласия. Полагаю, я могла бы выбросить все эти штуки, если бы забрала его домой. Готова поспорить, что член у него встает по первому требованию. Типа, «стоять, Лиам!»

Я усмехнулась.

– В таком случае тебе, возможно, придется выкинуть Тома из дома, если ты приведешь этого парня.

– Вот только не надо меня провоцировать. Мой муженек благополучно уснул в кресле вчера в восемь вечера. Что ты за лучшая подруга такая, раз позволила мне выйти замуж за старика?

– Можно подумать, мы могли бы остановить тебя, даже если бы считали, что брак с Томом – ошибка. Но ведь это не так. К тому же кто еще мог бы все это время выносить твой скверный характер? Мы все просто благодарны ему за то, что ты не умерла старой девой.

– Кто бы говорил о старых девах…

– Даже не начинай.

– Ты уже ходила на свидание с Марком?

– Мы с ним просто друзья.

– Он явно хочет с тобой переспать.

– Чернила на моем свидетельстве о разводе еще не высохли.

– Вообще-то, уже полтора года прошло.

Неужели это правда? Январь, февраль, март, апрель… Точно, так и есть. Как же быстро летит время…

– Полтора года – это не срок.

– Но вы же до этого два года не жили вместе. Когда у тебя в последний раз был нормальный секс?

– Как это так получилось, что мы начали говорить о тебе, а потом перевели разговор на мою сексуальную жизнь? Вернее, ее отсутствие. Вот всегда так.

Ева стала агитировать меня начать с кем-нибудь встречаться, еще когда Райан перетаскивал вещи в грузовик. Знаю, она желала мне только добра. Но если раньше она лишь слегка подзуживала, то сейчас она на меня откровенно давила.

– Как давно, Вэл? – Ева легко проигнорировала мою попытку сменить тему. – Два с половиной года?

– Угадала.

Я принялась ворошить вилкой пасту на тарелке.

– Что же касается хорошего секса, то, как ни печально, его не было у меня уже больше десяти лет. На закате наших отношений Райан не отличался особой пылкостью.

Тут к нашему столику подошел тот самый очень красивый (и очень молодой) официант.

– Леди, не желаете ли заказать что-нибудь еще?

Произнося эти слова, он смотрел прямо на меня. У меня уже давно не было романтических отношений с мужчинами, но я могла поклясться, что он со мной флиртует.

– Может, какой-нибудь десерт? Что-нибудь сладкое?

– М-м-м… На самом деле, я уже наелась. Но спасибо за предложение.

– Позвольте все же угостить вас. Неужели вы не поддадитесь искушению? Я смогу вас удивить. Кто знает, может, если попробовать что-нибудь вкусненькое, аппетит снова разыграется?

Я посмотрела на его мускулистые руки, покрытые татуировками.

– М-м-м… Конечно. Возможно, возьму какой-нибудь десерт домой для Райана.

Улыбка испарилась с лица официанта еще быстрее, чем он сам.

– Какого черта ты это сделала? – посетовала Ева.

– Что именно?

– Упомянула другого мужчину в присутствии парня, который явно на тебя запал.

– Вообще-то я имела в виду своего сына Райана – он должен приехать домой из колледжа на выходные, – а вовсе не этого придурка, бывшего мужа.

– Я-то знаю. А вот этот сексуальный официант нет.

– И что? Надеюсь, ты не думаешь, что я могу спутаться с двадцатилетним парнем?

– Почему бы и нет? Тебе же необязательно выходить за него замуж? Ты просто должна снова начать с кем-нибудь встречаться, чтобы выйти из депрессивного состояния, Вэл.

– А я уже вышла из этого состояния. Просто пока не встретила никого подходящего.

Лицо Евы выражало крайнее недоверие. Она явно считала, что я вешаю ей лапшу на уши. И она была права. После развода я даже не пыталась с кем-нибудь встречаться. Если честно, сама мысль об этом приводила меня в ужас. Последний раз я ходила на свидание в восьмом классе, когда Джимми Маркем пригласил меня быть его девушкой на школьном выпускном балу. А с бывшим мужем Райаном мы не расставались со времени окончания средней школы.

– Я нервничаю при одной только мысли о свиданиях. На самом деле, я никогда не ходила на настоящие свидания. – Почувствовав, что вот-вот чихну, я схватила салфетку, лежащую на коленях. – Апчхи!

– Будь здорова.

Ева наклонилась ко мне и накрыла ладонью мою руку.

– Я знаю, дорогая. Но чем дольше ты будешь пребывать в этом состоянии, тем сложнее будет начать все начала. Ты слишком зацикливаешься на прошлом.

Мы оплатили счет, вышли из ресторана и направились к машинам, держась под руки. Когда мы подошли к моему «Фольксвагену Рутан», Ева покачала головой:

– Тебе и машину стоило поменять.

– Это еще зачем? – Мой серебристый внедорожник был в прекрасном состоянии. – «Фольксваген» – это круто.

– Круто, не спорю. Тот, на котором ездил старший брат Лары Мейер, действительно был крут. Хиповые «божьи коровки» с откидным верхом тоже прикольные. А это… это же минивэн. Выглядит так, словно ты в нем возишь целый выводок детей на футбольные тренировки, а потом едешь домой готовить мужу обед.

– Именно это я и делала.

– Вот именно что делала. Этот автомобиль у тебя уже десять лет. Подумать только, твой сын уже три года как ездит на собственной машине. Не думаю, что тебе теперь нужен этот фургон, чтобы возить ребенка на тренировки.

– Как бы то ни было, это всего лишь автомобиль.

– Может, сходим завтра в кино?

– Не могу. У меня завтра занятия в группе. Скоро же экзамен.

– Ну тогда увидимся в субботу?

Я вопросительно прищурилась.

– Разве ты не собираешься прийти к нам на барбекю в День поминовения?

– С ума сойти! Уже конец мая? А ведь в июне у меня все дни заняты.

Ева поцеловала меня в щеку.

– Вот и умница.

Она направилась к своей машине, припаркованной неподалеку, и крикнула мне, оглянувшись через плечо, когда открывала дверь своего «БМВ»:

– Между прочим, я написала твой номер телефона на обратной стороне чека для этого красавчика официанта. Доброй ночи, Валентина. Наслаждайся жизнью.

Судя по улыбке, которой она меня одарила, проезжая мимо меня и помахав рукой, непонятно было, шутит она или говорит на полном серьезе. Боже, оставалось только надеяться, что она всего лишь меня разыгрывает.

* * *

На следующее утро, ставя телефон на зарядку, я заметила два пропущенных звонка с незнакомого номера и сообщение от Марка.

Марк: Китайский или итальянский ужин сегодня?

Наступила очередь Марка устраивать у себя занятие нашей группы по итальянскому языку и сопутствующий ему ужин. Он жил в районе Эджуотер, как и я. Дезире и Эллисон – оставшиеся двое из нашей четверки – обитали на другой стороне реки в Манхэттене.

Валентина: Ты же знаешь, что моя девичья фамилия Ди Джованни? Поэтому я никогда не предпочту свинину мушу тефтелям по-итальянски.

Марк: Ди Джованни, правда? Звучит гораздо сексуальнее, чем Дэвис. Тебе надо вернуть эту фамилию. Она тебе явно больше подходит. Тем более она итальянская. Увидимся в пять.

Марк был симпатичным мужчиной. Перейти с ним с дружеских отношений на нечто большее было бы несложно. У нас было много общего: оба разведены, дети примерно одного возраста, оба решились поменять профессию в довольно зрелом возрасте, посвятив себя преподаванию. Но я почему-то не видела его своим парнем. При этом даже не пыталась представить его в такой роли, хотя была уверена, что он был бы не против. Ева тоже так считала.

Когда я наливала себе кофе, зазвонил телефон. Неизвестный номер. Хм-м-м… уже третий со вчерашнего вечера. Я сбросила звонок и набрала сообщение Еве.

Валентина: Ты что, действительно вчера дала мой номер официанту?

Она ответила прежде, чем я успела залить в себя первую за день порцию кофеина.

Ева: Нет. Но я могла случайно дать его кому-нибудь еще.

Валентина: Случайно? Как можно случайно дать кому-то чужой номер телефона?

Ева: Только пообещай, что не будешь сильно ругаться.

Я не выдержала и, вместо того чтобы набрать сообщение, позвонила ей.

– Говори, что ты сделала?

– Давай сначала начнем с того, чего я не делала.

– Хорошо.

– Я не давала твой номер телефона официанту.

– Ты это уже сказала.

– Знаю. Но ведь могла же. Просто я хочу, чтобы ты усвоила, что я никогда не дам твой телефон кому-либо намеренно.

Судя по беспокойству в ее голосе и тому, что она не решалась рассказать, что натворила, дело было действительно серьезное.

– Так что ты сделала?

– Я случайно оставила твой номер телефона на сайте знакомств Match.сom.

– Ты ЧТО сделала?!

– Я не хотела открывать твой профиль, но запуталась в настройках. Обычно зеленая кнопка означает открыть профиль. А красная – закрыть. Какого черта у них на сайте красная кнопка означает противоположное?

– Что ты несешь? Нет у меня никакого профиля на Match.com.

– М-м-м… теперь есть.

У меня сердце ушло в пятки.

– Скажи мне, что ты этого не делала.

– А я и не делала. – Она замолчала на пару секунд, и я ненадолго почувствовала облегчение. А затем продолжила: – Вернее, не собиралась этого делать.

– Говори, что на самом деле ты натворила?

– Вчера вечером, придя домой, я создала для тебя профиль на сайте знакомств. Заполнила его, но открывать не собиралась. По крайней мере, не сразу. Я подумала, что если он создан, тебе будет проще на это решиться и, возможно, ты все же захочешь попробовать. Собиралась рассказать тебе об этом во время барбекю.

– Говоришь, хотела, чтобы профиль был закрытым. То есть сейчас он открыт, что ли?

– Это еще не самое страшное.

– Что может быть хуже?

– Так как я думала, что он недоступен для просмотра, я разместила там шуточную информацию о тебе.

О боже! Я бросилась к ноутбуку и открыла его.

– Что там написано?

– Расслабься. Профиль сейчас закрыт. Я его перевела в закрытый режим через час. Но он привлек много внимания. Я это поняла, когда каждые две минуты начали приходить извещения о новых письмах на электронную почту, которую я там указала.

– Что ты там написала? – прошипела я.

– Ничего особенного. Тридцатисемилетняя разведенная мать семейства ищет партнеров для секса без обязательств, чтобы войти в форму перед тем, как начнет с кем-нибудь встречаться.

– Скажи, что ты шутишь!

– Если бы.

* * *

Неделю спустя мой телефон, похоже, успокоился. Однажды вечером, сидя на диване с бокалом вина, я даже набралась смелости заглянуть на страницу, которую Ева создала для меня.

То, что вы всегда хотели сделать: поехать в Италию.

Ваш любимый цвет: ярко-розовый. Не пастельный и не цвет клубничного сливочного мороженого, а, скорее, цвет фуксии. И чем ярче, тем лучше.

Я допила вино и улыбнулась. Это, конечно, было нечто. Ева проделала хорошую работу, притворяясь мной.

Любимая пословица: Una cena senza vino e come un giorno senza sole.

Моя улыбка стала еще шире. Что удивительно, Ева написала итальянскую фразу без ошибок. Ужин без вина – это как день без солнца. Любимая поговорка моего отца. Когда он умер, я заказала две деревянные таблички с этими словами – одну для своей кухни, другую – для маминой.

Описание внешности: рост – 163 см; тонкая талия, фигура с изгибами на севере и юге; кожа оливкового оттенка, длинные темные вьющиеся волосы, которые я одержимо стараюсь выпрямить, несмотря на то, что у меня роскошные локоны. Голубые глаза – единственный генетический дар от мамы. Моя лучшая подруга просит передать: «Ты явно не пройдешь мимо. Обещаю».

Возраст: двадцать девять (плюс восемь, но кто будет подсчитывать!).

Она разместила там несколько моих фотографий с подписями под каждой. На первом снимке я в бикини прыгала с трамплина в бассейне Евы. Мои волосы развевались, колени были поджаты, и я зажимала нос. Невозможно было разглядеть мое лицо анфас, но по профилю было видно, что я весело хохочу. Фотография действительно была забавной. Я бы сама такую не выбрала, но она отражала мой характер и поэтому мне понравилась. Под ней была подпись: «Не боюсь летать».

Кого я ищу: мистера Совершенство, конечно.

Мой идеальный партнер: возраст – от двадцати восьми до тридцати восьми. Высокий. Умный. С чувством юмора. Любит путешествовать. Умеет танцевать (потому что я не умею). Во время автомобильных поездок выбирает живописные маршруты. Обладает изысканным вкусом. Его зовут не Райан. У него должно быть забавное прозвище (в первую очередь приветствуются прозвища типа «король куннилингуса»).

Вторая фотография была сделана на выпускном в школе Райана. На мне было черно-белое летнее платье в цветочек на тонких бретельках, из-за которого моя грудь казалась больше, чем она есть на самом деле. На голове широкополая белая шляпа от солнца. В тот день было ветрено, поэтому я опустила поля шляпы, и она закрыла почти все мое лицо, кроме губ. Единственное, что можно было разглядеть, – это ярко-красную помаду на растянутых в широкой улыбке губах. Подпись к снимку гласила: «Это я – гордая будущая мама».

Последним снимком была наша с Евой совместная фотография. Должно быть, она была сделана еще в школе, в 9-м или 10-м классе, поскольку тут я еще не была беременна. Мы обнимали друг друга и были одеты в одинаковые наряды. Под этим снимком она написала: «Все та же лучшая подруга уже более двадцати лет».

Подправив кое-что из того безумия, которое Ева устроила в моем профиле, я сделала его закрытым. Потом подошла к холодильнику и налила себе третий бокал вина. Когда я закрывала дверцу, на пол упал магнитик. Листок бумаги, прикрепленный к дверце, пролетел по воздуху и приземлился у моих ног. Я подняла его и бегло прочитала. Ева составила этот список во время одного из наших киновечеров пару недель назад. Название было написано жирным шрифтом и подчеркнуто: «Список первоочередных дел для Вэл». Первые несколько пунктов были написаны ее почерком. Начинались они достаточно невинно:

Стать учителем итальянского языка.
Побывать в Риме.
Посадить огромный сад, в котором будут только цветы.
Записаться на уроки танцев.
Сходить на танцевальный вечер.
Научиться серфингу.
Посетить музыкальный фестиваль.
Чтобы рождественская елка стояла до марта.
Завести мопса.

Я всегда хотела все это сделать, но Райан был против – против того, чтобы я вернулась преподавать в школу, против того, чтобы путешествовать по Европе, посадить цветы в саду, просто чтобы наслаждаться их запахом, против того, чтобы завести собаку. У нас во дворе был сад, но мой бывший муж засадил его овощами. Он считал, что сажать цветы там, где их никто не увидит, пустая трата времени и денег. И елка – мне нравилось, когда моя рождественская елка стояла очень долго. Есть что-то особенное в том, чтобы спускаться по лестнице утром, когда еще темно, и любоваться елочными огоньками. Но Райан ненавидел новогоднее убранство – он считал это признаком беспорядка и всегда настаивал, чтобы елку убирали 26 декабря. Я бы круглый год держала елку, будь моя воля. Мне очень хотелось завести собаку, а точнее, мопса. Но Райан утверждал, что у него аллергия на собачью шерсть, хотя у нас было много друзей, державших собак, и он, казалось, никогда не испытывал дискомфорта в их домах.

За годы замужества я позволила своим желаниям отойти на задний план по сравнению с желаниями других членов семьи. Поэтому-то Ева и составила для меня этот список – ведь теперь я могла сама выбирать, чем заняться. Наступила моя очередь принимать решения.

Хотя первые девять или около того пунктов в списке были вполне безобидными, по мере продолжения нашего с Евой киновечера они становились все интереснее – особенно после того, как мы допили вторую бутылку вина.

Носить сексуальное белье безо всякой причины.
Сходить на свидание с семью мужчинами за семь дней.
Заняться сексом в общественном месте, где нас могут застукать.
Секс на одну ночь – не сообщая друг другу имен.
Попробовать заняться анальным сексом.

Секс втроем был вычеркнут после того, как мы с Евой некоторое время обсуждали его достоинства.

Я сложила листок бумаги и убрала в сумочку. Меньше всего я хотела, чтобы сын нашел его, когда он, наконец, вернется домой этим летом. Взяв бокал с вином, я вернулась к дивану с ноутбуком и некоторое время сидела уставившись в экран, а потом открыла Match.com. Я пролистала фотографии, которые там разместила Ева. Действительно, ни на одной из них не было видно моего лица – никто не узнает меня, если я просто зайду в интернет и все проверю. И я подумала, что, для того чтобы хотя бы половина пунктов из моего списка первоочередных дел были выполнены, мне нужно начать с кем-то встречаться. Я не была уверена, подействовало ли на меня напоминание о тех вещах, которые я еще в жизни не пробовала, или же это просто вино ударило в голову. А может быть… просто, может быть, пришло время. Но я совершила то, на что, как раньше считала, никогда не решусь, – сделала профиль открытым.

Была не была! Наступило мое время наслаждаться жизнью.

Глава 2

Форд

У моей помощницы была потрясающая задница.

– И как, черт возьми, у тебя получается хоть как-то работать в ее присутствии? – Логан повернул голову, чтобы взглядом проследить за Эсме, когда та выходила из моего кабинета. Ее бедра соблазнительно покачивались, и голова моего друга двигалась им в такт.

Я не мог его осуждать. Задница у нее была настоящим произведением искусства. Округлая и соблазнительная, обтянутая в тот день красной тканью, – эдакое перевернутое сердечко идеальной формы. Когда голова Логана наклонилась вправо и почти коснулась его плеча, я понял, что он мысленно переворачивает это сердце набок.

Эсме дошла до двери и оглянулась с кокетливой улыбкой:

– Я могу еще что-нибудь для вас сделать, мистер Донован? Мистер Бек?

– Все нормально. Спасибо, Эсме.

Но, конечно, Логан есть Логан, он не смог промолчать:

– Наверное, придется постоянно работать здесь, чтобы каждое утро слышать, как вы произносите «мистер Бек» с этим вашим потрясающим акцентом.

Эсме переехала из Парижа в Нью-Йорк недавно. Ее ярко выраженный французский акцент повышал ее сексуальность с десяти до одиннадцати с лишним баллов. Мне стоило хорошо подумать, прежде чем просить ее принести кофе, когда Логан обретался где-нибудь поблизости.

– Не обращайте внимания на моего друга. Он редко появляется на людях. Вы не могли бы прикрыть за собой дверь?

Когда дверь закрылась, я схватил лист бумаги со стола, скомкал и запустил в Логана.

– Прекрати пялиться на моих сотрудниц, придурок. Хочешь, чтобы меня обвинили в том, что я допускаю харассмент в своей компании?

– Только не говори мне, что ты не пытался с ней флиртовать.

– Я против служебных романов.

– С каких это пор? Когда я в последний раз заходил к тебе в офис, ты трахал ту рыжую из бухгалтерии в чертовски сексуальных туфлях. И, если я не ошибаюсь, ее кузину – в то же самое время, везучий ты ублюдок.

– Это было давно. С тех пор я повзрослел.

Логан откинулся на спинку стула и ухмыльнулся:

– Я и забыл. Верно. А эту секретаршу в приемной – мисс Мэтью, кажется? Напомни, как ее звали? Мисти? Марша? Магдалена?

– Мэгги. Лучше не напоминай. Эта история стоила мне небольшого состояния.

– Я бы и сам заплатил небольшое состояние за то, что делала с тобой эта женщина.

– Если не считать того, что у тебя нет небольшого состояния, балбес.

У меня был трудный период несколько лет назад, и я не мог мыслить здраво. Моя секретарша сняла нас с ней на видео, когда делала минет мне под столом. Я и понятия не имел, что угодил в ловушку и она установила там камеры под разными углами. Она предложила, чтобы я вел себя как разъяренный босс, дающий инструкции своей секретарше. Я никогда раньше не увлекался ролевыми играми, но это показалось мне весьма заманчивым.

Пока она не продемонстрировала мне копию видеозаписи и не пригрозила подать на меня в суд за сексуальные домогательства. Мой адвокат помог мне все уладить до того, как дело дошло до суда. Это был один из тех уроков по ведению бизнеса, которым меня не учили в колледже.

– Итак, какие у нас планы на следующую неделю? – спросил Логан, переводя тему разговора.

– Мое место под номером шесть. Поезд «С» останавливается в квартале к северу от Восемьдесят первой.

Каждый год мои приятели по колледжу выбирали выходные, чтобы прошвырнуться по пабам. Мы начинали рано, садились на поезд и на каждой остановке заходили в паб, расположенный в нескольких минутах ходьбы от станции. По часу на бар. Десять остановок – десять разных пабов. Обычно парни начинали сдаваться на пятой остановке. Но мы с Логаном всегда добирались до конца. У меня был свой метод – я чередовал алкоголь с водой. Что же до Логана, то он не был сторонником консервативного подхода. Но этот засранец мог выпить больше любого знакомого мне человека.

– Как смотришь на то, чтобы пойти проветриться? Зайдем к О’Мэлли?

Я бросил взгляд на экран айфона.

– Сейчас всего десять тридцать утра.

Логан в ответ пожал плечами:

– И что?

– На самом деле мне надо работать. А тебе желательно убраться отсюда к чертовой матери. У меня встреча через десять минут.

– Я все еще не могу поверить, что ты можешь позвонить прямо с этого места и попросить эту персидскую кошечку принести тебе кофе, деловой ты наш.

– Человек из Парижа – парижанин, а не перс, бестолочь. И все не так просто, как тебе кажется.

Он пожал плечами и встал:

– Ладно. Проехали. Так, может, выпьем сегодня вечером?

– Не могу. Я должен встретить Беллу.

– О, маленькая Аннабелла. Как поживает твоя младшая сестренка?

– Не такая уж и маленькая. Проучилась семестр за границей, в Мадриде. Прилетает домой сегодня вечером. Я пообещал встретить ее в аэропорту.

– Она учится в колледже?

– Перешла на второй курс. Ей уже девятнадцать.

– Офигеть! Она всегда была милой крошкой. Держу пари, теперь, когда она повзрослела, у нее отбоя нет от ухажеров.

– Даже не думай об этом, придурок.

Логан усмехнулся и протянул руку для прощального рукопожатия.

– Значит, встретимся на следующей неделе, красавчик? – спросил он.

Зажужжал интерком, и послышался бархатный голос Эсме:

– Форд, вам звонит миссис Пибоди.

Логан наморщил лоб:

– Пибоди? Ты все еще общаешься с этой чокнутой?

– Она вовсе не чокнутая… Просто слегка эксцентричная.

– Это всего лишь вежливый способ сказать «чокнутая». – Логан покачал головой. – Я иногда беспокоюсь за тебя. Думаю, ты, возможно, не менее чокнутый, чем она.

– Убирайся, придурок. И не смей приставать к моей секретарше.

* * *

Не имело смысла покидать офис и тащиться через весь город домой, а затем снова возвращаться в центр, чтобы подъехать к десяти в аэропорт. Тем более что дел у меня здесь было по горло – хватило бы на несколько дней. К семи часам этаж почти опустел, остались только я и ночная бригада уборщиков. Я заказал в офис немного тайской еды и решил посидеть в лаунж-зоне, глядя на город, а не за своим столом, повернувшись спиной к окнам.

Я опустился на кожаный диван, скинул туфли и положил ноги на стеклянный столик.

Оставалось убить еще несколько часов, поэтому я решил разобрать электронную почту, одновременно опустошая палочками коробку с едой. В моем почтовом ящике царил настоящий хаос. Там всегда было около трехсот непрочитанных и ждущих решения сообщений. Сначала я отсортировал самые старые и открыл те, которые откладывал почти неделю. Директор по маркетингу хотел, чтобы я рассмотрел возможность вложения полумиллиона долларов в рекламную кампанию на сайте знакомств Match.com.

Обычно я не сомневался в правильности его суждений – он проработал с моим отцом целых двадцать пять лет. Но в этом случае я вовсе не был уверен, что сайт знакомств подходит для продвижения элитных офисных помещений на Манхэттене. Это было бы слишком большим новшеством. Отчасти проблема заключалась в том, что у меня не было опыта размещения рекламы на сайтах знакомств и я ничего не знал о потребительских привычках их пользователей.

Изучив его презентацию, я нажал на ссылку на последнем слайде, решив провести тест-драйв сайта. На создание учетной записи у меня ушло около десяти минут. Выбрав опцию «Начать поиск», я почувствовал себя так, словно покупаю в супермаркете ингредиенты для приготовления любимого блюда: интересы, образование, рост, тип телосложения. Вникнув во все это, я добавил всякую чушь типа своего девиза и мест, которые люблю посещать, чтобы мне подобрали женщин со схожими идеалами.

Поиск предложил больше тысячи профилей. Я выбрал несколько, и уже через пару минут разглядывания лица претенденток начали сливаться одно с другим. Похоже, у всех женщин, которых я обычно встречал в самом популярном баре месяца, был свой профиль на этом чертовом сайте.

Я кликнул еще по нескольким и обнаружил, что начала появляться контекстная реклама. Через несколько минут обо мне уже знали достаточно, чтобы предлагать именно тот тип товаров, который я бы купил. Одним из своих увлечений я назвал пешие прогулки и поставил галочку напротив дохода свыше двухсот пятидесяти тысяч в год. Слева на экране сразу же появилась реклама бренда Patagonia, предлагающая первоклассный всепогодный рюкзак за четыреста баксов. Похоже, этот сайт знал своих пользователей – вероятно, на нем было собрано больше интимных подробностей, чем на каком-либо еще.

После того как я купил синюю сумку Mountain Elite, я вернулся к электронной почте и велел директору по маркетингу двигаться дальше. Итак, решение было принято. Желание продолжать чистить почту у меня пропало, ехать в аэропорт за Беллой было еще рано, поэтому я сузил критерии поиска на Match.com и обновил свой профиль. Я десять минут пялился на экран, выбирая возрастную категорию.

От восемнадцати до двадцати четырех?

От двадцати пяти до тридцати одного?

От тридцати двух до тридцати восьми?

В свои двадцать пять я перестал встречаться с теми, кому от восемнадцати до двадцати четырех. Это был пройденный этап. У меня уже не хватало терпения на все эти игры. Мне нужна была женщина, которая знала бы, кто она такая, а не пыталась бы стать той, которая, по ее мнению, была мне нужна. Так что снимаем галочку с категории «от восемнадцати до двадцати четырех».

Поставив галочку напротив возрастной группы «от двадцати пяти до тридцати одного», я навел курсор на следующую графу. Стоит ли исключать замечательную категорию женщин от тридцати двух и старше? Почему бы не расширить свой опыт? И всяких глупостей, скорее всего, будет поменьше. Отметил и эту категорию.

Теперь моей потенциально идеальной парой могла стать одна из дюжины женщин. Пятая показалась мне интересной, определенно заслуживающей того, чтобы приглядеться к ней попристальнее. Затем я нажал на шестую – женщину из Нью-Джерси. Записи в ее профиле заставили меня от души рассмеяться.

Заинтригованный, я перешел к ее фотографиям. Их было немного, но одна привлекла мое внимание. Снимок был сделан сбоку, и на нем женщина, словно пушечное ядро, падала в бассейн. Темные волосы развевались высоко над головой, и по части лица, обращенной ко мне, было понятно, что она широко улыбается. Хотя я не мог как следует рассмотреть тело, поскольку женщина сложилась почти пополам, изгибы, которые не скрывало бикини, были просто потрясающими. И в довершение всего она явно относилась к тому типу женщин, для которых важнее от души повеселиться, чем беспокоиться о том, чтобы не испортить прическу и макияж в бассейне.

К тому времени, как зазвонил мой телефон, напоминая, что пора ехать за Беллой, я потратил почти два часа на сайт знакомств, посещать который мне никогда раньше даже в голову бы не пришло. Я собрался было выключить ноутбук, но в последнем из открытых окон снова увидел фотографию той женщины, прыгающей в бассейн. И она снова заставила меня улыбаться, пока я его закрывал.

Мой палец завис над кнопкой «Выключение», но потом я вдруг передумал и вернулся на сайт знакомств.

Пробежав глазами по списку ников, выбранных для меня программой, я поискал одно конкретное. Вот оно – Val44. Я просмотрел эту страничку еще раз.

Была небыла! Почему бы и не попробовать?

Множество людей пользуются услугами сайтов знакомств.

Я нажал экранную кнопку под ее профилем, чтобы сообщить ей, что она меня заинтересовала.

* * *

– Здесь так скучно!

Я затащил оставшиеся сумки сестры в свою квартиру и достал бутылку воды из холодильника. Для конца мая было слишком сыро и душно.

– Здесь? На Манхэттене? Скучно? Такого я никогда еще не слышал.

Белла закатила глаза:

– Я не о Манхэттене говорю. Я имею в виду твою квартиру. Что за удовольствие – жить с братом?

– А где тебе остановиться? Кроме того, ты здесь только на лето, а не навсегда.

Благодарю тебя, Боже, за милость твою.

Когда пять лет назад погибли наши родители, Белле было четырнадцать. Мне в голову никогда не приходило, что я могу не взять ее к себе или отказаться быть ее опекуном, хотя тогда мне было всего двадцать. Но, должен признаться, я почувствовал облегчение, когда она решила уехать учиться в колледж. Заботиться о четырнадцатилетней девочке было гораздо легче, чем о девятнадцатилетней.

– У нас ведь есть летний домик. Так что я буду летом жить в Монтауке.

– Но я не смогу ездить туда и обратно каждый день.

– И что? Кто просит тебя ездить оттуда на работу? Я имела в виду, что проведу лето там, а ты будешь жить здесь.

– Этого не будет.

– Почему нет?

– Потому что ты будешь там совсем одна, а в округе нет никакой охраны.

– Это же Монтаук. Там никто даже двери не запирает. Мы в детстве там каждое лето проводили. В Монтауке гораздо безопаснее, чем на Манхэттене.

– Откуда мне знать, может, ты собираешься устраивать дикие вечеринки?

– А если и так?

– Тебе всего девятнадцать, а не двадцать один.

Она иронически приподняла бровь:

– Можно подумать, ты никогда не пил и не устраивал вечеринок до того, как тебе исполнился двадцать один?

– Это совсем другое дело.

– И почему же?

– Просто другое, и все.

– Боже, Форд. Когда ты успел превратиться в нудного папашу?

Несмотря на то что я установил систему безопасности в нашем пляжном домике на востоке, я все равно сомневался, что это было подходящим местом для Беллы. Никто из нас не был там с тех самых пор, как мы ездили туда вместе с родителями, и, если есть место в мире, где все было бы наполнено воспоминаниями о них, это именно Монтаук. Как сейчас помню: мама моет нам ноги под душем на открытом воздухе, завтракает с папой на задней веранде, папа, прислонившись к дверному косяку, молча наблюдает за мамой, танцующей под музыку на кухне. Воспоминание о том, как он улыбался, когда смотрел на нее, вновь разбередило рану, которая только-только начала заживать.

Когда наш бухгалтер предложил мне сдать это место в аренду, я даже представить себе не мог, чтобы согласиться. Уж лучше я возьму на себя расходы по содержанию не используемой нами недвижимости, чем пущу в наш дом незнакомцев.

Думаю, Белла никогда не сможет справиться с переживаниями, вызванными всеми этими воспоминаниями. Честно говоря, я тоже не был уверен, что смогу. Наверное, мне следовало бы просто выставить этот дом на продажу.

– Брось, Форд. Знаешь, на самом деле мне не нужно твое разрешение, чтобы туда поехать. Я могу просто взять такси, пока ты на работе.

Конечно, она была права. Белле уже исполнилось восемнадцать, и теперь она могла ехать, куда хотела. Единственная власть, которую я над ней имел, это деньги. Я был ее финансовым попечителем, пока ей не исполнится двадцать один год.

– Может быть, мы могли бы провести там выходные? – предложил я.

– Ты имеешь в виду нас двоих? Боже, как романтично. Звучит многообещающе.

Я тяжело вздохнул. Похоже, это лето обещало быть чертовски долгим.

Глава 3

Валентина

Сначала было довольно интересно просматривать полученные ответы. Я пролистывала анкеты на сайте знакомств за бокалом вина и читала бесконечный поток сообщений. Но через несколько дней стало очевидно – хоть некоторые из претендентов и казались вполне милыми, мне не хотелось отвечать ни одному из них.

Я понятия не имела, что им сказать. Похоже, я совершенно не было готова к подобному общению.

Я уже собиралась выключить компьютер и лечь спать, но внизу экрана появилось срочное сообщение. Я даже не знала, что такая функция существует.

Донован620 из Нью-Йорка написал: «Райан – мое второе имя. Значит ли это, что я дисквалифицирован?»

Я забыла изменить ту часть своего профиля, в которой говорилось, что мой идеальный партнер не должен носить имя Райан, поскольку была слишком сосредоточена на удалении той части текста, в которой говорилось о том, что предпочтение будет отдаваться претендентам с никами типа «король куннилингуса». Хотя, возможно, это было и к лучшему, поскольку мысль о том, чтобы называть другого мужчину Райаном после стольких лет, проведенных с бывшим мужем, была для меня слишком странной. К тому же это было имя моего сына.

Я медлила с ответом в течение нескольких минут, и появилось другое сообщение.

Donovan620: Неужели это так и есть? На меня наложено вето из-за второго имени? Возможно, я смогу изменить его юридически, если получится. Хотя мой дедушка может из-за этого расстроиться.

Его сообщение рассмешило меня, поэтому я напечатала ответ.

Val44: На самом деле, я думаю, что Райан в качестве второго имени подойдет при условии, что вы дадите обещание сокращать его до одной буквы в своей подписи и не будете представляться полным именем.

Donovan620: Если кто-то, кого вы здесь встретите, представится, используя свои имя и фамилию, вам следует немедленно удалить его. Это просто извращение какое-то.

Val44: Наверное, вы правы.

Donovan620: Я часто это слышу в свой адрес. Итак… почему вы так настроены против Райанов, Валентина Д.?

Он использовал мое полное имя, значит просматривал мой профиль. Мне стало любопытно, и я открыла его профиль. Там была только одна фотография, хотя она, определенно, привлекала внимание. Он был заснят в воздухе, прыгающим с трамплина, а фотограф явно стоял на земле. Прыгун поджал ноги, обхватил их руками и пушечным ядром летел в воду. Это была почти такая же фотография, как и одна из моих, размещенных Евой в моем профиле, разумеется, за исключением того, что он был мужчиной. Я присмотрелась – Донован620 определенно был человеком с удивительно мускулистыми руками, которые крепко обхватывали колени. На снимке даже его икроножные мышцы выглядели рельефными.

На экране появилось еще одно сообщение. А я еще не успела ответить на его предыдущий вопрос насчет неприязни к имени Райан.

Донован620: Вы заняты просмотром моего профиля или все-таки решили проигнорировать меня?

Val44: Игнорирую вас.

Донован620: Ну у вас это не очень хорошо получается, судя по тому, что вы мне только что ответили.

Он снова заставил меня улыбнуться. Поэтому я решила признаться.

Val44: Допустим, я просматривала ваш профиль. Вы не заметили кое-что интересное в наших фотографиях?

Donovan620: Есть кое-что, что привлекло мое внимание. Любая женщина, которая так лихо прыгает в воду, стоит того, чтобы сменить ради нее мое второе имя.

Донован не был лишен остроумия. Он определенно мне нравился. Может быть, и потому, что у него было красивое мускулистое тело. Я снова подлила вина в бокал.

Donovan620: Это не единственное совпадение. Ну же, прочитайте мою анкету повнимательнее.

Вернувшись к его профилю, я продолжила читать.

Возраст: 25. Моя идеальная партнерша: достаточно взрослая, чтобы знать толк в жизни, и достаточно молодая, чтобы ни о чем не париться. Умная. Она должна любить природу и простые вещи в жизни – например, выбирать за рулем живописный маршрут.

Val44: Вы только что добавили этот пункт к описанию своего идеала?

Donovan620: Нет.

Val44: Ну, кажется, у нас действительно есть кое-что общее. Жаль, что я не соответствую остальным вашим критериям.

Donovan620: Где же?

Val44: Хотя я достаточно взрослая, чтобы знать толк в жизни, но не достаточно молодая, чтобы ни о чем не париться.

Donovan620: Я, пожалуй, не стану обращать внимание на вашу чувствительность, раз уж вы так лихо решили вопрос с моим злополучным вторым именем.

Val44: Очень любезно с вашей стороны. Но у нас с вами есть еще одна проблема, и ее, я боюсь, мы не сможем так легко обойти.

Донован620: И это…

Val44: Вы слишком молоды для меня. Вам двадцать пять. А мне тридцать семь.

Donovan620: В вашем профиле указано, что возраст вашего идеального партнера – от двадцати пяти до тридцати восьми.

Val44: Это написала моя подруга. Недавно я обновила текст, указав возраст старше 35.

Donovan620: Вы уверены, что она хорошая подруга?

Val44: Да. А почему вы спрашиваете?

Donovan620: Тогда вам стоит прислушаться к ее словам. Она прекрасно вас знает и, вероятно, понимает, о чем говорит.

Val44: Да, но…

Его следующее сообщение появилось прежде, чем я успела закончить фразу.

Донован 620: Возраст – всего лишь цифра. Важно то, что вы, очевидно, молоды душой, поскольку все еще способны бомбочкой прыгать в бассейн и предпочитаете живописные маршруты скоростному шоссе. Так что не спешите говорить «нет». Побеседуйте со мной немного. Посмотрим, сможем ли мы найти общий язык. А потом решим.

Val44: Не знаю, Донован. Я родила ребенка, будучи почти девчонкой. Сейчас мой сын лишь немного младше вас.

Донован 620: Можем попробовать пообщаться в течение недели. Ну давайте же! Это мой первый опыт знакомства в интернете, вы же не захотите мне его испортить. В результате я могу получить психологическую травму на всю жизнь, если вы мне сразу откажете в общении.

Я некоторое время обдумывала его предложение. Я не планировала встречаться с ним лично в течение этого времени.

Val44: Это правда ваш первый опыт здесь на сайте?

Donovan620: Клянусь. Можете проверить дату регистрации в моем профиле.

Я подумала, что у него не было никаких причин лгать о чем-то столь незначительном, поэтому поверила ему на слово. Может быть, сделать решительный шаг и поговорить с кем-нибудь на сайте знакомств в первый раз – ведь и у него это тоже был первый опыт – не такая уж плохая идея. Я имею в виду, что ни у кого из нас не было никакого представления о том, каким должно быть подобное общение, и это, возможно, ослабит напряжение, которое я невольно испытывала от того, что понятия не имела, как себя вести в этой ситуации.

Val44: Что, если мы будем просто общаться онлайн всю следующую неделю? Не встречаясь лично?

Donovan620: Если вы этого хотите, то я согласен.

Я знала, что в конце концов мне придется снова рискнуть пойти на отношения с мужчиной. Почему бы не сделать маленький шажок и не пообщаться онлайн? Попрактиковаться, так сказать. Поскольку в конце недели это, разумеется, все равно ни к чему не приведет, что плохого в том, чтобы согласиться на его предложение?

Val44: Хорошо. Только одну неделю.

* * *

– Ты не говорила мне, что превратишь барбекю в честь Дня поминовения в торжественное сборище. – Я протянула Еве большую стеклянную тарелку для торта с моим домашним тирамису. Это было ее любимое лакомство.

– Просто сегодня немного больше народа, чем обычно.

Задний двор хорошо просматривался из кухни через двойные французские двери. Снаружи собралось, должно быть, человек пятьдесят, и внутри тоже толпились люди. Обычно количество гостей у четы Монро, приглашенных на барбекю в последний понедельник мая, ограничивалось двадцатью.

– Немного больше? Кстати, кто все эти люди? Знала бы заранее, приготовила бы больше десерта.

Ева лишь махнула рукой на мой комментарий и принялась рыться в ящике для столовых приборов. Она вытащила оттуда огромную ложку и прежде, чем я сумела ее остановить, отхватила солидный кусок от тирамису, которое я только что передала ей.

– Между прочим, у меня несколько часов ушло на то, чтобы это приготовить!

– А я и не собиралась этим с кем-нибудь делиться. Разве ты еще не заметила, что каждый год я прячу твои десерты в глубине холодильника и никогда не выставляю их на стол?

Тут у меня в кармане зазвонил телефон. Последние четыре дня мы с Донованом только тем и занимались, что обменивались сообщениями. Мы перешли на новую стадию отношений и уже не просто болтали в чате на сайте знакомств – возможно, не лучший шаг, но, по крайней мере, я получала уведомление о его новых сообщениях, и мне не приходилось открывать чат каждые пять минут, чтобы проверить, не пропустила ли я что-нибудь.

Донован: А себе ты тирамису оставила?

Валентина: Не могу ничего себе оставить, иначе все слопаю. Это моя слабость. С таким же успехом я могла бы обклеить всю задницу печеньем, столько там калорий.

Донован: Завидую этому печенью.

Я испытала невольный трепет, прочитав последнюю фразу. Как правило, он был довольно вежлив в наших обменах любезностями. Но иногда он позволял себе подобные остроты с сексуальным подтекстом, и, сказать по правде, мне это, похоже, нравилось.

– С кем это ты переписываешься? – спросила Ева.

– Да так, ни с кем.

Ева прищурилась:

– То есть совсем ни с кем? Правда?

От дальнейших расспросов меня спас Том Монро. Он вошел в комнату со двора, обнял жену за талию, притянул ее вплотную к себе и выхватил ложку у нее из рук. Том отправил в рот изрядный кусок моего замечательного тирамису и заговорил с набитым ртом:

– Это даже лучше, чем секс.

Ева взглянула на меня, многозначительно подняв бровь.

– Вот видишь? Я же тебе говорила – мой муж – настоящий старый пень.

Том, привыкший к ее игривым подколкам, проигнорировал ее слова.

– Вэл, ты уже познакомилась с Джонатаном? – спросил он. Ева толкнула его локтем.

– Она только что приехала. Я не успела рассказать ей про Джонатана.

Том фыркнул:

– А также про Уилла. Или Джека. Или Майка, Адама и Тимми.

Ева забрала ложку у мужа и набила рот новой порцией десерта. Указывая на свои щеки, она издавала нечленораздельные звуки, чтобы показать, что не может ответить. Я сверлила подругу взглядом.

– О чем это твой муж говорит? – Я подняла на него взгляд. – Том, рассказывай, что опять натворила твоя жена?

– Она заставила меня пригласить всех холостых мужчин из моего отдела. Как я догадываюсь, ты понятия об этом не имеешь.

– И ты угадал. – Я посмотрела на Еву. – Пожалуйста, скажи мне, что ты не сообщила им, что я одинока и жажду с кем-нибудь из них познакомиться.

– Конечно нет.

– Слава богу.

– Я сказала им, что ты одинока и хочешь с кем-нибудь потрахаться.

Мои глаза стали размером с блюдце. Ева протянула руку и положила ладонь мне на плечо.

– Шучу.

– Хорошо, если так, – с сомнением произнесла я. От Евы можно было ожидать всего чего угодно.

Она высвободилась из объятий мужа и обвила мою шею рукой.

– Пойдем, я тебя кое с кем познакомлю.

Джонатан действительно оказался вполне приличным парнем, хотя и не в моем вкусе. Надо признать, он был довольно хорош собой. Вся проблема заключалась, скорее, в его чрезмерной духовности. Не поймите меня неправильно. Я ничего не имею против мужчин, искренне верующих в Бога, но когда человек читает мне проповедь, рассказывая о своей церкви и религиозных воззрениях в течение первых двадцати минут с момента нашего знакомства, мне начинает казаться, что он, возможно, слишком праведный для меня, которая часто позволяет себе крепкие выражения.

Уилл жил с матерью и никогда не был женат – тревожный знак даже для такого человека, как я, кто вообще-то сам не спешит завязывать отношения.

Майк полчаса рассказывал мне о бывшей жене. Очевидно, он все еще был влюблен в нее.

Тимми… ну что сказать? Этот парень мной не интересовался.

Оставался только Адам. Рост шесть футов, чисто выбрит, широкие плечи, обтянутые темно-синим поло с изображением маленькой лошадки, мокасины от Феррагамо. Признаюсь, он сумел вызвать у меня интерес.

– Значит, вы работаете с Томом в «Данн и Монро»?

– Да, уже около года.

– А чем занимаетесь?

– Я вице-президент компании по финансовым вопросам.

В течение следующего получаса мы с Адамом болтали, пытаясь узнать как можно больше друг о друге. Он был не только забавным и умным, но и красивым и хорошо воспитанным. Можно было поставить галочки по всем пунктам в перечне качеств мужчины, с которым мне хотелось бы встречаться. Но, увы… бабочки не порхали у меня в животе. Похоже, мои ожидания не оправдались. Возможно, я посмотрела слишком много слащавых романтических фильмов о любви. Я чувствовала это волнение, когда впервые встретила Райана, хотя тогда была всего лишь подростком. Возможно, все и должно быть более сдержанно и прилично, когда встречаешься с мужчиной, которому за тридцать. Что ж, пожалуй, в этом есть смысл.

Хотя, когда он извинился и отошел, чтобы ответить на звонок, я поняла, что была неправа.

У меня в кармане завибрировал телефон, и я достала его. Имя Донована высветилось на экране, вызывая трепет в груди; в животе зажужжал целый рой пчел. Вот же черт!

Донован: Как вам вечеринка, на которую вы меня не пригласили?

Валентина: Здесь довольно мило. Хотя спокойнее, чем в предыдущие годы. Сейчас здесь совсем другая атмосфера. Даже в бассейне никого нет.

Донован: В бассейне никого нет? Видите, вам следовало пригласить меня. Я бы плескался в бассейне, и вы со мной.

Я огляделась. Барбекю у бассейна, которое обычно устраивало семейство Монро, в этом году больше походило на коктейльную вечеринку. Люди были одеты немного приличнее, и атмосфера была более чопорная. В этом была своя прелесть, просто все это не было похоже на обычный беззаботный праздник, который обычно устраивала Ева.

Валентина: Сейчас здесь совсем другая публика, чем обычно. Много коллег мужа Евы.

Донован: Чем он занимается?

Валентина: Он управляющий инвестиционного фонда.

Донован: Звучит очень скучно. Вам определенно стоило захватить меня с собой.

Валентина: Да неужели? И чем же вы таким захватывающим занимаетесь?

Донован: Я же говорил, что работаю на себя.

Валентина: Да, но не вдаваясь в подробности.

Донован: А вы и не спрашивали.

Он был прав. Последние несколько дней я не решалась слишком глубоко вникать в то, чем занимался Донован. Чем больше мы болтали, тем больше он мне нравился. Но у меня не было ни малейшего намерения связываться с мальчиком его возраста. Если бы нам удалось найти что-то общее, это еще больше усложнило бы намеченный разрыв наших отношений в конце недели. Прежде чем я успела ответить, телефон снова зажужжал.

Донован: И вам даже нисколько не интересно?

Валентина: Конечно, интересно. Я просто не хотела проявлять излишнее любопытство.

Донован: Излишнее любопытство = страх узнать тебя поближе, опасаясь, что ты действительно можешь мне понравиться.

Валентина: Дело вовсе не в этом.

Да, в этом-то все и дело!

Донован: Ну тогда я не против излишнего любопытства. Так что можете смело задавать вопросы прямо сейчас.

Я вздохнула. Оглядев двор, поняла, что сегодня встретила кучу очень милых людей. Но мне было гораздо интереснее болтать с Донованом. Я уселась на стул и, стиснув от волнения зубы, набрала текст.

Валентина: Дорогой Донован, могу я спросить, чем вы зарабатываете на жизнь?

Донован: Конечно, Вэл. Я рад, что вы это спросили. Я занимаюсь недвижимостью.

Я совсем другое ожидала от него услышать. Я легко могла представить Донована курьером, едущим на велосипеде с сумкой через плечо, или пожарным. И уж точно не облаченным в строгий костюм манхэттенским воротилой, занимающимся продажей недвижимости.

Валентина: Ничего себе! Вот уж не ожидала.

Донован: А чем, по-вашему, я должен заниматься?

Я не хотела обижать его и признаваться, что представляла его курьером, поэтому решила, что предположение о пожарном сойдет, ведь это звучало вполне безобидно.

Валентина: Ну не знаю. Думала, что, возможно, вы пожарный.

На эту тему можно было бы фантазировать бесконечно.

Донован: Женщины ведь считают, что пожарные горячие парни?

Валентина: К чему эти намеки? Не слишком ли вы торопитесь?

Донован: Что ж, ладно. Но что именно заставило вас подумать, что я могу быть пожарным?

Вот дерьмо. Мне в голову ничего не приходило. Как раз в этот момент вернулся Адам.

– Прошу прощение за долгое отсутствие. Дочь позвонила. Ей шестнадцать, и у нее случилась катастрофа. Мать отобрала у нее утюжок для волос за то, что та оставила его включенным, и дочь решила позвонить мне и потребовать, чтобы я велел матери вернуть его, так как она жить без него не может.

Я улыбнулась.

– Я так понимаю, она осталась недовольна вашим ответом.

– Совершенно верно. Мы с моей бывшей не во всем сходимся во мнениях, но поддерживаем друг друга в том, что касается отношений с дочерью.

– Вы давно развелись?

– Девять лет назад. А вы?

– Как вы узнали, что я в разводе?

– Ева вроде бы упоминала об этом.

Я с трудом выдавила улыбку:

– Извините ее за это. У нее добрые намерения. Но она настаивает, что мне нужно начать с кем-нибудь встречаться, хотя с момента расставания с мужем прошло всего восемнадцать месяцев.

– Не будет ли бестактно с моей стороны, если я спрошу, долго вы терпели, прежде чем решились на развод? У меня этот кошмар длился по меньшей мере пять лет. Поэтому, когда мы наконец решили расстаться, мы оба понимали, что время, когда мы были счастливы, осталось далеко позади, и были готовы двигаться дальше.

– Полагаю, вы правы. Мы до развода жили раздельно два года, но и до этого какое-то время было не очень хорошо. – У меня в руке зажужжал телефон, и я опустила глаза.

– Хотите поговорить? Я могу пойти и принести нам что-нибудь выпить. Как насчет еще одной порции «Маргариты»?

– С удовольствием. Спасибо, Адам.

Снова переведя взгляд на телефон, я обнаружила три сообщения подряд от Донована с интервалом в минуту.

Донован: Не находите слов, да?

Донован: Признавайтесь, вы ведь думаете, что я горячий парень.

Донован: У меня есть приятель, который работает в полиции Нью-Йорка. Я могу попросить у него форму, если вы согласитесь пойти со мной на свидание.

Валентина: Извините. Я тут кое с кем разговаривала.

Донован: С мужчиной или женщиной?

Валентина: Почему вы спрашиваете?

Донован: Потому что, если это мужчина, я хочу знать, считаете ли вы его тоже сексуальным.

Валентина: Вы довольно самоуверенны, не так ли?

Донован: Я? Это у вас горячие фантазии про меня в роли пожарного.

Валентина: Я никогда не говорила…

Я не успела закончить мысль, потому что пришло еще одно сообщение от него. Надо же, какие у него ловкие пальцы.

Донован: Просто признайте это.

Валентина: Почему это так важно для вас?

Донован: Потому что вы мне нравитесь. И если вы предаетесь фантазиям обо мне, то у меня больше шансов уговорить вас встретиться со мной.

Как же мне хотелось, чтобы он был хоть немного старше, хотя бы слегка за тридцать.

Валентина: Вы мне тоже нравитесь, Донован. Я не хочу вводить вас в заблуждение. Мне понравилось общаться с вами, это правда… Но дело в том, что вы слишком молоды для меня.

Донован: На самом деле я не так уж и молод. Вчера я серьезно размышлял над этим. Средняя продолжительность жизни мужчины составляет 68,5 года, а женщины – 73,5. Это означает, что вы, вероятно, проживете лет на пять дольше меня. Следовательно, у меня гандикап в 5 лет.

Валентина: Гандикап?

Донован: Да, как в гольфе. Я могу прибавить пять лет к своему возрасту. Так что на самом деле у нас разница всего в семь лет, и вы, думаю, можете с этим смириться.

Я невольно усмехнулась и покачала головой.

Валентина: Хорошая попытка. Но ваша логика ошибочна. Жизнь измеряется тем, как долго мы в этом мире находимся. Следовательно, никакой форы у вас нет.

Донован: Пора вам изменить свои взгляды, Вэл. Возраст не следует измерять временем, которое мы прожили. Его следует измерять годами, которые нам остались. Смотрите вперед, а не назад.

Это был всего лишь забавный обмен репликами. Я не предполагала, что он может вылиться во что-то серьезное. И тем не менее его последние слова поразили меня. Я слишком долго оглядывалась. В этом Донован был совершенно прав.

Я залпом допила остатки «маргариты» и долго сидела, уставившись в экран телефона. Вечеринка шла своим чередом, люди вокруг меня пили, ели, разговаривали, смеялись, но для меня внезапно все стихло.

Я уже давно не чувствовала себя счастливой.

Мой сын уже вырос и больше не нуждался во мне. Очень скоро мне предстояло радикально сменить род деятельности.

Так почему же я постоянно оглядывалась, переживая по поводу своего неудачного брака?

Валентина: Возможно, я действительно немного пофантазировала, представляя, как бы вы выглядели в форме пожарного. И…

Я сделала глубокий вдох.

Валентина: Если вы все еще хотите пойти со мной на свидание, я не против.

Донован: Вам просто стало жаль меня, потому что я умру на пять лет раньше?

Я неожиданно для самой себя громко рассмеялась. И это было приятно. У меня вдруг появилось такое ощущение, как будто я вдохнула полной грудью свежий воздух в первый день весны.

Валентина: На меня только что снизошло озарение. Теперь я смотрю в будущее. И забываю все правила, которые сама для себя когда-то установила.

Донован: Вот это я понимаю. Когда я смогу с вами встретиться?

Я увидела Адама, возвращавшегося ко мне с бокалом «Маргариты».

Валентина: Может, обсудим это завтра? Не хочу быть невежливой с джентльменом, который только что принес мне выпивку.

Донован: Джентльмен, говорите?

Валентина: Да… его зовут Адам.

Лицо мое просияло от еще одной необычной для меня мысли. Только этой мыслью, наверное, не стоило бы делиться с Донованом. Но, черт возьми, я была просто слишком взволнована, чтобы рассуждать здраво.

Валентина: Возможно, я схожу на свидание и с Адамом тоже! Поболтаем завтра! Спокойной ночи.

Отправив сообщение и не дожидаясь ответа, я сунула телефон в карман и переключила все свое внимание на Адама. Мир внезапно засиял для меня новыми красками.

Глава 4

Валентина

– Что мне, черт возьми, надеть на свидание? Я не ходила на них почти двадцать лет.

Я лихорадочно рылась в шкафах, внезапно обнаружив, что все мои наряды, казалось, кричали о том, что я мамаша-наседка. Я вытащила новое платье, которое надевала несколько недель назад, и прижала его к себе, показывая Еве.

– Он что, пригласил тебя на похороны?

О боже. Я ведь, правда, покупала его для похорон. Что же делать? Мне было совершенно нечего надеть.

Бросив вешалки на пол гардеробной, я присоединилась к Еве, сидевшей на кровати. Закрыв лицо руками, я проворчала:

– Я не могу этого сделать. Я не могу пойти на свидание.

– У тебя полный шкаф одежды и потрясающая фигура. Думаю, там найдется что-нибудь, что будет не стыдно надеть. Кроме того, все, что тебе действительно нужно, это красивое нижнее белье. На самом деле его едва ли будет интересовать что-либо другое.

Я в изумлении уставилась на нее:

– Хочешь сказать, что он надеется увидеть мое нижнее белье сегодня вечером? На первом же свидании?

Ева сжалилась надо мной, позволив на этот раз чуть легче сорваться с крючка, чем обычно, когда она принималась учить меня жить.

– Расслабься, – сказала она весело. – Шучу.

Я потянулась за салфеткой из коробки, которая лежала на столике, и чихнула. Другую руку прижала к груди, пытаясь унять быстро бьющееся сердце.

– Надеюсь, что это так. Честно говоря, я понятия не имею, чего он ожидает. Я и сама не знаю, чего жду от свидания. И зачем я вообще согласилась?

– Ты собираешься жить своей жизнью. Наступил твой черед брать от жизни все, Вэл. Вот почему ты согласилась. Причем чертовски вовремя. – Ева поднялась с кровати и подошла к шкафу. – И если хочешь показать этому юному красавцу свое нижнее белье сегодня вечером на первом свидании – покажешь. Ты будешь делать все, чтобы стать счастливой. Пришло время поставить свои собственные желания и потребности на первое место.

– Вопрос в том, чего от этого свидания ждет он?

– Если он на самом деле ожидает, что на первом свидании что-то произойдет, то он придурок и не стоит тратить на него свое время.

– Может быть, я слишком поторопилась?

Ева высунула голову из моей гардеробной и строгим голосом, почти таким же, каким я иногда разговариваю с сыном, произнесла:

– Ты пойдешь на это свидание.

Мои плечи поникли.

– Да, мэм, слушаюсь.

– И смотри там не чихай на этого бедолагу!

О боже. Что, если я снова начну чихать? Об этом я и не подумала. С самого раннего детства я всегда начинала чихать, когда нервничала. Правда, долгие годы мне удавалось держать эту особенность под контролем – вероятно, потому что в моей обыденной жизни давно не происходило ничего такого, из-за чего мне бы приходилось волноваться или переживать, – но в последнее время я заметила, что чихание на нервной почве снова вернулось.

Ева скрылась в гардеробной, но тут же вернулась.

– И перестань беспокоиться о том, что начнешь чихать в его присутствии!

Подруга знала меня слишком хорошо.

Нам потребовалось еще сорок пять минут, чтобы прийти к обоюдному согласию по поводу того, что мне надеть, и в конце концов почти все содержимое моего шкафа было свалено в кучу на кровати. Мы остановились на красной юбке, симпатичных босоножках на высоком каблуке, которые я еще ни разу не надела, и облегающем черном топе, слегка приоткрывающем грудь.

– Тебе не кажется, что этот топ слишком обтягивающий?

– Ты выглядишь сексуально и в то же время стильно.

Я потянулась за свитером, хотя вечер был теплый. Ева выхватила его у меня из рук.

– Свитер тебе не нужен. Ты просто хочешь прикрыться.

Она была абсолютно права. Я сделала глубокий вдох и нервно выдохнула.

– Хорошо, согласна.

Даже не подумав навести порядок в спальне и убрать разбросанные повсюду вещи, мы перешли в кухню.

– Во сколько он заедет за тобой?

– Он не будет заезжать.

– Он что, даже не предложил за тобой заехать? Подожди, дай угадаю. Он предлагал. Но ты сказала, что предпочла бы встретиться с ним прямо в ресторане.

– Так безопаснее.

– И ты не сможешь трусливо сбежать и бросить всю эту затею, если он узнает твой адрес.

Да, это соображение тоже сыграло свою роль.

– Я не собираюсь трусливо сбегать.

Ева открыла холодильник и достала бутылку воды. Откупорив ее, она о чем-то задумалась, прежде чем заговорить:

– Почему бы мне не отвезти тебя и не забрать оттуда? Я могу подождать снаружи и убедиться, что он не серийный убийца или кто-то в этом роде.

– Ты просто хочешь убедиться, что я пойду на эту встречу и не сбегу по дороге.

Она выпила половину воды из бутылки.

– Так где, ты сказала, с ним встречаешься? Мы с Томом хотели пойти куда-нибудь поужинать. Может быть, мне стоит немного пошпионить за вами и составить свое мнение насчет того, достоин ли он увидеть твои трусики на первом свидании.

* * *

Я приехала в ресторан на десять минут раньше, но и спустя пятнадцать минут после назначенного часа встречи с Донованом все еще продолжала сидеть в машине. У меня никогда раньше не было панических атак, но сейчас я была почти уверена, что испытываю что-то похожее. Ладони вспотели, сердце бешено колотилось, и у меня возникло неконтролируемое желание сбежать оттуда и укрыться в безопасности своего дома, хотя в тот момент я бы не рискнула вести машину в таком состоянии.

Телефон завибрировал, известив о новом входящем сообщении, но я не решалась посмотреть на экран, понимая, что так или иначе мне придется покончить с этой ситуацией. Проигнорировав сообщение, я могла выиграть немного времени. Так я просидела еще пять минут.

В следующий раз телефон напомнил о себе входящим звонком. Я взглянула на экран, где высветилось имя абонента. Это был Донован, и я опаздывала уже на двадцать минут. До сих пор он был довольно мил. Он не заслуживал, чтобы я его подставляла. Сделав глубокий вдох, я провела пальцем по экрану, принимая звонок.

– Привет.

– Валентина? У тебя все в порядке? – Его голос был глубоким и чуть хрипловатым, а кроме того, по-настоящему мужественным и чертовски сексуальным. Ничего другого я и не ожидала.

– Да. То есть нет. То есть да. Я хочу сказать, нет. Извини, Донован. Я не смогу прийти сегодня вечером.

– Что-то случилось? Ты в порядке?

– Нет, все в порядке… просто… До этого момента я не совсем понимала, что еще не готова…

Где-то вдалеке раздался гудок машины. Я приспустила стекло, чтобы подышать свежим воздухом.

– Где ты сейчас?

– Я… кажется… на парковке.

– Около ресторана?

– Да. – Я почувствовала себя полной идиоткой, признаваясь в этом.

– Волнуешься?

– Можно и так сказать.

– Хочешь, я выйду?

– Нет… не надо.

– Чем я могу помочь?

– Ничем. Мне очень жаль. Я понимаю, что это смешно. Веду себя как подросток, и мне очень стыдно.

– Какая у тебя машина?

– Пожалуйста, не выходи… и не забирай меня. Я почувствую себя только хуже от этого.

– Я не выйду, если ты не хочешь. Просто хочу убедиться, что ты в безопасности.

– У меня серебристый «Фольксваген Рутан». Но я в порядке. Мне просто нужно посидеть здесь немного.

– Ладно. Оставайся со мной на связи. Возможно, так тебе будет легче расслабиться. Тебе все равно не стоит сейчас никуда ехать, если ты нервничаешь.

Ну вот, теперь я еще и дурачила этого бедного парня, вынудив тратить время на телефонный разговор, пока сама же его и динамила.

– Спасибо.

– Тут какое дело… Может, мне не стоит говорить тебе, если ты так нервничаешь из-за встречи со мной, но это слишком странное совпадение, чтобы промолчать.

– О чем ты?

– Тебе непременно надо зайти, потому что одной моей знакомой пожилой леди приснился сон, из которого она сделал вывод, что я сегодня встречу будущую жену.

– Что ты имеешь в виду?

– Миссис Пибоди. Это долгая история, просто у меня вроде как есть подруга постарше меня, и у нее иногда бывают всякие там предчувствия и странные сны. Сегодня утром она неожиданно позвонила мне и сказала, что проснулась в два часа ночи в полной уверенности, что сегодня я встречусь со своей будущей женой.

– Неужели? – усмехнулась я. – А еще что она сказала?

– Ничего. Ну, за исключением того, что она почувствовала запах булочек с корицей, пекущихся в духовке, и сразу после этого ее вырвало.

– Что-что?

– Вырвало. Но это нормально. Ее всегда тошнит после таких видений.

Я лишь покачала головой.

– Думаю, ты прав.

– Так ты зайдешь сюда?

– Нет… – Я рассмеялась. – Я имела в виду, что тебе не следовало рассказывать мне об этом, потому что теперь я боюсь, что ты, возможно, немножко сумасшедший.

– Мы все немного сумасшедшие, Вэл. Но что веселого в жизни, если она полна самыми обыденными вещами?

Это был тот вопрос, на который у меня имелся ответ, ведь последние несколько лет моя жизнь была чрезвычайно скучной: никакого повода для веселья у меня не было. Возможно, стоило бы встретить однажды такую вот миссис Пибоди.

– Так и есть.

– Какой твой любимый напиток, Вэл?

– Обычно я пью вино, но мой любимый коктейль – «Грязный мартини».

Голос Донована показался мне удивленным:

– Совсем не этого я ожидал.

– А чего ты ожидал?

– Какой-нибудь коктейль с ликером.

– Лишние калории.

– Что ж, в таком случае я собираюсь посидеть в баре, заказав два «Грязных мартини». Если все-таки решишь зайти сюда, твой бокал будет тебя ждать. Я никуда не спешу. Почему бы тебе не отдохнуть несколько минут? Откинься на спинку сиденья, закрой глаза и расслабься. Я перезвоню через некоторое время, чтобы узнать, как ты.

– Хорошо. Спасибо.

Но несколько минут спустя стук в стекло заставил меня вздрогнуть. Я буквально застыла, уверенная, что это Донован. Но вместо своего предполагаемого кавалера на этот вечер я увидела стоящего у моей машины официанта – пожилого мужчину в белой рубашке, черном жилете и черных брюках. В одной руке он держал бокал с коктейлем, в другой – тарелку с итальянскими овощными и мясными закусками.

Я опустила стекло до конца.

– Здравствуйте.

– От джентльмена в баре. Просил вам передать.

Улыбаясь, я взяла у официанта бокал и тарелку, сделала большой глоток мартини и нажала кнопку вызова на телефоне.

Донован ответил на звонок мгновенно и без всякого «алло»:

– Вот теперь у нас настоящее первое свидание. Мы выпиваем вместе. У меня очень вкусный напиток. А тебе твой нравится?

Я откинулась на спинку сиденья.

– Вкусный. То, что надо, – очень грязный мартини. Я люблю, когда там много оливкового сока.

– Раз уж ты заговорила об этом, мне тоже нравится, когда очень грязно.

Я усмехнулась:

– Да неужели?

– Да. Извини. Подожди секунду. Мне тут кто-то звонит, нужно ответить.

– Разумеется, ответь. Я просто посижу, наслаждаясь коктейлем.

На несколько мгновений в трубке воцарилась тишина, затем он вновь заговорил:

– Прошу прощения, что отвлекся. Должен признаться, в моей жизни есть еще одна женщина, причем очень требовательная.

– Правда?

– Да. Она – настоящая заноза в заднице, но у меня и в мыслях нет игнорировать ее звонки.

– Бывшая жена?

– Хуже. Младшая сестра. Я всегда боюсь, что однажды действительно что-нибудь пойдет не так, а я не возьму трубку и не успею ей помочь.

– У нее что-то случилось?

– Она расстроена из-за маляра, который сейчас работает в моей квартире.

– А что он сделал?

– Он приехал и разбудил ее в 9 утра… и это в субботу.

– Ну что ж…

– Обычно она до часу не встает.

Я только усмехнулась и покачала головой… Ох уж эти дети.

– Кстати, в твоем напитке всего один шот. В основном там сок от оливок. Но, возможно, тебе стоит выпить только половину на тот случай, если ты все же решишь не заходить сюда, а захочешь поскорее уехать.

Боже, этот парень так заботлив! Вот только он старался упростить для меня эту ситуацию, одновременно все невероятно усложняя. Мы проговорили по телефону еще полчаса. Учитывая наше нынешнее затруднительное положение, мы в основном обсуждали неудачные первые свидания. Поскольку у меня на самом деле такого опыта не было уже целых двадцать лет, говорил в основном Донован. Он сказал, что терпеть не может, когда едят с его тарелки, но, похоже, это частое явление. На трех последних первых свиданиях дамы заказывали один лишь салатик, слишком много пили, а затем долго ковырялись в его тарелке с едой.

– Мне хотелось проткнуть вилкой руку последней девушке каждый раз, когда она протягивала ее к моей тарелке. Я этого не понимаю. Заказывай еду сама, если хочешь есть.

– Скорее всего, они просто стеснялись заказывать много еды в присутствии молодого человека.

– Почему? – наивно спросил он.

– Да потому что почти все женщины стесняются своего веса.

– А ты? Ты такая же?

– Раньше я тоже стеснялась. Но когда мне перевалило за тридцать, я научилась принимать тот факт, что никогда не буду худой как палка, зато теперь мне нравятся мои формы.

– Мне тоже очень нравятся твои формы.

– Да ты же их еще даже не видел, – засмеялась я. Донован промолчал.

– Эй, ты тут?

– Да. Я все еще здесь. – И он опять замолчал.

Раньше между нами не было неловких моментов, и я совершенно не могла понять, о чем он думал.

Но если он был хотя бы наполовину таким умным, каким казался, то, вероятно, сейчас спрашивал себя, какого черта он разговаривает по телефону с этой ненормальной?

– Я сожалею, что так получилось сегодня вечером, – сказала я тихо.

– Не стоит ни о чем сожалеть, Вэл.

– Неправда. Но спасибо, что сказал это.

Он снова промолчал. Вероятно, сожалел о том дне, когда впервые отправил мне сообщение, и я не могла винить его за это.

После целой минуты напряженной тишины мы оба заговорили одновременно. Странно, но мы произнесли одни и те же слова.

– Послушай, Донован… – сказала я и услышала, как он одновременно произносит:

– Послушай, Вэл.

– Давай ты первый, – предложила я.

– Дамы вперед, – был ответ.

Я уже открыла было рот, чтобы поблагодарить его за понимание и попрощаться, но тут заметила, что официант снова направляется к моей машине. На этот раз он нес кусок торта.

– Официант идет в мою сторону с огромным куском шоколадного торта. Это тоже для меня?

– Ну я ведь должен угостить даму десертом. Не может же твое первое за двадцать лет свидание оказаться отстойным?

Официант улыбнулся, подходя ко мне. Я начала уже было опускать стекло, чтобы взять то, что выглядело как восхитительный кусок торта, политый растопленным шоколадом, но затем мне пришло в голову, что на самом деле веду себя ненормально.

– Ты можешь подождать минутку? – спросила я Донована.

Набравшись решимости, я нажала кнопку отключения сигнализации и вылезла из машины. Поблагодарив официанта, я взяла у него тарелку с тортом, глубоко вздохнула и направилась к двери ресторана. Я должна была съесть этот торт с мужчиной, к которому пришла на свидание. Встретившись с ним лично, черт возьми.

Внутри бар был почти пуст. Несмотря на то что посетители стояли ко мне спиной, нетрудно было догадаться, кто из них Донован. В одном конце бара сидела пожилая пара, а две явно несовершеннолетние девушки сидели через несколько мест от мужчины, прижимавшего телефон к уху.

Я отключила телефон и тихо произнесла:

– Торт выглядит восхитительно. Спасибо.

– Пожалуйста.

Мои ноги налились свинцом, а босоножки, казалось, были сделаны из бетонных блоков. Уставившись в спину Донована, я молчала, наблюдая за ним.

– Послушай, Вэл, я был бы очень рад увидеть тебя вживую. Но если ты не готова, значит, не готова. Я не хочу усложнять тебе жизнь.

Я сглотнула:

– Думаю, я все-таки готова.

– Ты уверена?

Я кивнула.

– Лучше сделать это, пока я не передумала. Обернись. Я стою примерно в пяти метрах позади тебя. – Я затаила дыхание, наблюдая, как Донован медленно поворачивается. На самом деле он повернул голову довольно резко, но мне казалось, что все происходит как в замедленной съемке.

Наши глаза встретились. Он оказался даже великолепнее, чем я представляла. Его темно-русые волосы были в сексуальном беспорядке, как бы говорившем о том, что ему все равно, как он выглядит, тем не менее смотрелись они восхитительно. У него были крупные мужественные черты лица, волевой подбородок, дневная щетина на загорелой коже, прямой, породистый нос и глаза цвета меда. Темно-синий галстук был слегка ослаблен, а под рубашкой, обтягивающей широкие плечи, проступали рельефные грудные мышцы.

Роскошный мужчина! И все же в нем было что-то очень знакомое. Я только не могла сразу понять, что именно. Донован сделал несколько неуверенных шагов в мою сторону. Если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что он нервничает так же, как и я.

Официант, который раньше приносил мне закуски и торт, остановил его на полпути ко мне и протянул кредитную карточку.

– Ваша карточка, мистер Донован.

Мистер Донован?

Так, значит, Донован – это фамилия, а не имя? Донован… Донован? Я знала только одних Донованов. Мои глаза расширились. О мой бог!

Все мгновенно встало на свои места. В его профиле говорилось, что любимым местом отдыха был Монтаук. У него есть сестра примерно на пять лет младше.

Донован. Форд.

Форд Донован.

Мальчик, живший по соседству с нашим летним домом.

Тот, кого я просила присматривать за Райаном много лет назад. Его младшая сестра играла с моим сыном.

Донован заметил выражение моего лица.

И тут я увидела, как на его собственном лице отразилось удивление узнавания:

– Миссис Дэвис?

Моя рука поспешно прикрыла рот:

– Апчхи!

Глава 5

Валентина

Едва рассвело, я поднялась с постели. Всю ночь я ворочалась с боку на бок, не в силах заснуть. Мысли о Доноване – Форде – продолжали крутиться в голове, хотя я изо всех сил старалась забыть весь этот кошмар, как будто ничего и не было.

Я пропылесосила дом, вытащила тарелки из посудомоечной машины и начала разбирать груду почты, когда зазвонил телефон. На экране высветилось лицо Евы.

– С нетерпением жду подробностей.

Я несколько раз покачала головой, хотя она меня не видела.

– Это было просто ужасно.

– Что случилось? Что этот ублюдок с тобой сделал? Клянусь, я ему яйца отрежу.

Ответ Евы заставил меня улыбнуться впервые с тех пор, как я увидела Форда на свидании.

– Нет. Не в этом смысле ужасно. Он вел себя как настоящий джентльмен.

– Ну тогда ладно…

– К тому же он очень милый и забавный.

– Звучит действительно ужасно, – саркастически произнесла она.

– И вообще, он великолепен.

– Да и черт с ним!

– И это еще не самое худшее.

– Давай-ка разберемся… Он молод, великолепен, мил и забавен. Что может быть хуже этого? Член хоть у него большой?

– Понятия не имею. И ты прекрасно знаешь почему.

– Потому что ты чопорная пуританка, у которой годами не было секса?

– Может быть, и так. Но самая большая проблема заключается в том, что он один из друзей Райана.

Ева ехидно рассмеялась:

– Это не проблема, это просто фантастическая удача! Затрахай его до умопомрачения и отправь играть в гольф со своим бывшим. Пусть сдохнет от досады, когда поймет, что потерял.

– Видишь ли… Ева, я имела в виду вовсе не своего бывшего мужа Райана. Я говорила о сыне.

– Я буду у тебя через двадцать минут.

* * *

Не успела я открыть дверь, как Ева, не сказав ни слова, промчалась мимо меня на кухню, плеснула в бокал шампанского, разбавив апельсиновым соком, и залпом осушила его, прежде чем начать разговор.

– Так, значит, он тоже не узнал тебя, когда вы общались онлайн? – спросила она, снова наполняя бокал.

– На сайте знакомств ведь нет ни одной фотографии, на которой можно было бы разглядеть мое лицо, помнишь? Ты же сама их туда загрузила. Кроме того, я не видела его много лет. И его зовут Форд Донован. Я просто предположила, что ник Donovan620 означает его имя. Мне и в голову не приходило связать с ним наших знакомых Донованов.

– А почему ты не видела его столько лет? Летом ты всегда бываешь в Монтауке. Его семья, кажется, сдает дом в аренду?

– Нет. – Я сглотнула, чтобы убрать ком в горле. – Его родители погибли в автокатастрофе пять или шесть лет назад. Они ехали по шоссе во время снежной бури, и их джип с прицепом потерял управление. Я не сразу узнала об этом. Но дом уже много лет стоит пустой.

– О боже. Это ужасно.

– Да. Его родители были постарше нас с Райаном. Но большинство людей, у которых есть дети – ровесники моего сына, старше меня. Они были по-настоящему счастливой парой, искренне любили друг друга. Роман у них завязался еще в старших классах. Помню, как наблюдала за ними на пляже в то последнее лето, которое они провели в Монтауке. Отец Форда в темных очках лежал на одеяле, положив голову на колени жены, а она ему что-то читала. Это было так мило, и, возможно, именно тогда я по-настоящему осознала, насколько сильно мы с Райаном отдалились друг от друга.

– А что сказал Форд, когда понял, кто ты такая?

– Он сказал, что для него это не имеет значения. На самом деле он пытался убедить меня остаться и продолжить свидание. Ты можешь в такое поверить?

– Почему же ты не осталась?

Я посмотрела на Еву так, словно у нее внезапно выросла вторая голова.

– Ты не слышала, что я только что рассказала? Мало того, что ему двадцать пять, но он раньше нянчился с моим сыном.

Ева вздохнула:

– Тебе хотя бы удалось с ним выпить?

– Ну вроде того. У меня случился небольшой нервный срыв еще до того, как мы встретились, и он попросил официанта отнести мартини к моей машине, пока я сидела там, в панике раздумывая, стоит ли заходить в ресторан и встречаться с ним, но я…

Ева перебила меня:

– Ты имеешь в виду свой минивэн.

– Да-да. Мой старушечий минивэн. За рулем которого мне самое место. Ему, с другой стороны, самое место за рулем той маленькой спортивной машины, на которой он ездит.

– И что это за машина?

– Понятия не имею. И какое это вообще имеет значение?

– Потому что ты заслуживаешь парня с шикарной маленькой машиной.

– Он не будет моим парнем.

– Почему бы и нет?

– Ева, ты что, успела выпить по дороге сюда?

– Нет, погоди, давай разберемся. Расскажи мне все подробно. В чем реальная проблема? Тебя смущает его возраст или тот факт, что он знает Райана?

– И то и другое.

– Значит, если бы он не был знаком с Райаном, ты бы стала с ним встречаться?

– Нет. Он слишком молод.

Ева усмехнулась. Я подумала, что она действительно может сейчас психануть.

– Жду не дождусь его увидеть.

– Что? У тебя не будет такой возможности.

– Но я собираюсь приехать через пару недель в Монтаук, чтобы провести с тобой выходные на море.

– И что? Он не приезжал туда уже много лет. Я надеюсь, что ситуация не изменится в ближайшее время. Просто хочу оставить весь этот странный инцидент в прошлом.

Она улыбнулась.

– Что ж, будем надеяться, что мне повезет.

* * *

После ужина, которым обычно заканчивались наши вечерние занятия, Эллисон принялась убирать со стола в гостиной Марка.

– Ох, уже так поздно, мне пора бежать, – сказала она, нервничая. – Машина мужа в ремонте, а он работает в ночную смену, поэтому ему нужно взять мою.

– Иди. Я помогу Марку здесь все убрать, – успокоила я ее.

– Ты уверена?

– Конечно. Мой сын учится в колледже. Он должен был вернуться домой две недели назад, но в последнюю минуту получил направление на летнюю стажировку. Так что он остался в Северной Каролине. А мне необходимо удовлетворить свой инстинкт наседки, заботясь о ком-нибудь.

Эллисон обняла меня:

– Ты лучшая.

– Эй, а как насчет меня? – сказал Марк. – Между прочим, это я приготовил итальянскую еду.

Эллисон рассмеялась:

– Как бы не так. Курьер из «Сальпино» придержал для меня дверь, когда я входила. – Она вытащила печенье из белой коробки, стоявшей на обеденном столе, закрыла крышку и указала на золотую наклейку: – Хочешь сказать, что и печенье сам испек?

В тот вечер на занятиях были только мы втроем, так как Дезире не смогла прийти. Поэтому, когда Эллисон ушла, мы с Марком остались вдвоем.

Я собрала тарелки и отнесла их в раковину. Кухня не была отделена от гостиной, в нее можно было попасть, спустившись всего на одну ступеньку.

– Что думаешь по поводу теста? – спросила я. – Ты к нему готов?

– Sta arrivando se sono pronto o no¹, – произнес он.

Я улыбнулась.

– Stai andando alla grande².

Марк собрал со стола остатки ужина и десерта, пока я загружала посудомоечную машину. Закончив, он прислонился бедром к столешнице и как-то странно посмотрел на меня.

– Что? – спросила я.

Марк пожал плечами:

– Ничего. Я просто подумал, после того, как мы сдадим экзамен, надо это отпраздновать.

– Отличная идея. И мне нравится твоя уверенность – ты ведь сказал, после того, как мы сдадим экзамен, а не если мы все сдадим.

– Может быть, пойдем куда-нибудь поужинать? В итальянский ресторан, конечно.

– Замечательная идея. Думаю, Дезире уедет только через неделю после экзамена.

По выражению лица Марка я увидела, что не совсем правильно его поняла.

– О. Я имел в виду, что мы будем отмечать это событие только вдвоем.

Я загрузила последнюю тарелку в посудомоечную машину и вытерла руки.

– Прости. Я решила, что ты имеешь в виду всех нас четверых.

Последовало неловкое молчание. Наконец Марк произнес:

– А я-то думал, что веду себя достаточно деликатно.

– Так и есть. Просто я совершенно отвыкла от общения с мужчинами. Честно говоря, мысль о свидании с кем бы то ни было меня смущает, и я просто могу не распознать намеков. Я давно уже ни с кем не встречалась.

Казалось, я его обнадежила.

– Ну, тогда, похоже, тебе действительно пора начинать ходить на свидания.

Я не хотела вводить Марка в заблуждение. Он мне нравился. Правда нравился. Он стал мне хорошим другом. Я просто не думала, что он мне нравится в том самом смысле. А это было очень плохо, ведь, если бы мы начали встречаться, то могли бы провести все лето в Монтауке вместе. И все же он не вызывал у меня того трепета, который вызывал парень, совершенно мне не подходящий. Черт бы тебя побрал, Форд.

– Надеюсь, ты не будешь возражать, если мы перенесем свидание на какое-нибудь другое время? Я пока хочу сосредоточиться только на экзамене.

К тому же я совсем не была уверена, надо ли мне это.

Он выдавил улыбку:

– Конечно.

Я ушла, чувствуя себя немного подавленной. На самом деле мне бы хотелось пойти на свидание с Марком. Но мое решение отложить свидание было правильным. Может быть, через несколько недель, когда мы не будем видеться в классе и общаться всей нашей учебной группой, я начну скучать по Марку и пойму, что была неправа, отказавшись от этого свидания.

Мой телефон пролежал в сумочке весь вечер, и когда я достала его дома, чтобы поставить на зарядку, то увидела несколько пропущенных сообщений. Внизу живота у меня снова запорхали бабочки, когда я увидела, что сообщения от Донована – или, точнее, Форда.

Донован: Сегодня вечером я выпивала с женщиной.

Трепет внезапно прекратился. Несмотря на всю запутанность ситуации, я вдруг почувствовал укол ревности. Это было смешно. Ведь речь шла о парне, с которым я не могла встречаться, не хотела встречаться и никоим образом не претендовала на это. Однако все эти рассуждения не делали мои чувства к Форду менее реальными.

Донован: Мы с ней рано расстались. Предпочел бы выпить коктейль с тобой, пусть даже и на парковке.

Боже, ну почему он такой милый? И такой чертовски молодой. Наверное, мне не следовало бы отвечать, но…

Валентина: Если тебе от этого станет легче, то сегодня вечером мужчина пригласил меня на свидание, и я вроде как тоже его отшила.

На экране запрыгали точки, когда он сразу же начал набирать ответ.

Донован: Наверное, это неправильно, что я ревную, просто услышав, что мужчина пригласил тебя на свидание?

Мне оставалось только грустно улыбнуться. Я ведь чувствую твою боль, парень. Прежде чем я успела ответить, пришло еще одно сообщение.

Донован: Почему же ты отказалась?

Валентина: Мы с Марком хорошие друзья. Я просто не вижу его в другой роли.

Поток сообщений прекратился на несколько минут, и я уже начала волноваться, ожидая ответа. Вскоре Форд написал.

Донован: Выпей со мной кофе.

Выпить кофе. Это прозвучало так невинно.

Валентина: Я не могу.

Донован: Почему? Это просто кофе. Нет ничего неприличного в том, чтобы двое взрослых людей выпили вместе по чашечке кофе. Я же не предлагаю готовить кофе для тебя утром в моей квартире, когда на тебе только моя футболка.

В моей голове возникла картинка: я стою перед кофейником в одной футболке Форда с глупой улыбкой на лице. Мои волосы в диком беспорядке после вчерашней ночи, а на нем ничего, кроме серых, низко сидящих спортивных штанов. Он подходит сзади и обвивает руками мою талию, крепко прижимая к себе, откидывает мои волосы в сторону и целует в шею. «Доброе утро», – произносит он чуть хриплым голосом.

Я невольно протянула руку и коснулась того места, в которое он меня поцеловал. Моргнув несколько раз, я поняла, что грезила наяву. О боже. Какое яркое видение. Думаю, мне стоит как можно быстрее принять душ и отвлечься от телефона. Я подключила его к зарядному устройству на прикроватной тумбочке и заставила себя выйти из комнаты.

Принять душ оказалось сложнее. Без какой-либо иной умственной стимуляции, кроме созерцания потрескавшейся каменной плитки унылого цвета, мои мысли заблудились в моих желаниях. И в тот вечер моя рука захотела присоединиться к этим блужданиям, пока мой мозг устраивал сексуальное шоу. Но все мои попытки очистить разум от всего, что связано с Фордом, привели к прямо противоположному результату, и мне пришлось срочно вылезти из душа.

После обычного ночного ритуала увлажнения кожи и приведения себя в порядок я забралась в постель и выключила свет. У меня было твердое намерение игнорировать телефон и заснуть, и я действительно попыталась это сделать, но и полчаса спустя не могла найти покоя. Я поняла, что не смогу расслабиться, не узнав, есть ли еще сообщения от Форда.

Поэтому я с несчастным видом вытащила телефон из зарядного устройства на прикроватной тумбочке. Конечно же, за то время, когда я пыталась выбросить Форда из головы, пришло несколько новых сообщений.

Донован: Ты не хочешь со мной общаться?

Донован: Если ты собираешься отшить меня, нет причин сдерживаться. Терять-то нечего…

Десять минут спустя.

Донован: Ладно, признаюсь, я солгал. Я хочу выпить с тобой кофе, потому что не могу перестать представлять тебя в моей футболке на следующее утро.

Донован: Кстати, ты выглядишь в ней очень сексуально.

Донован: Я прошу – всего по одной чашечке кофе.

Донован: Я буду вести себя очень прилично, обещаю.

Донован: Клянусь.

Это было последнее сообщение, но в тот момент, когда я дочитывала его, пришло новое.

Донован: Ты сейчас читаешь мои сообщения. Я вижу, что статус изменился на «Прочитано». Так что я знаю, что ты не спишь…

Я грустно улыбнулась и вздохнула.

Валентина: Да, не сплю. Хотя давно пора. А знаешь почему? Потому что завтра утром я проснусь в пять утра, независимо от того, во сколько я лягу спать. Держу пари, ты можешь спать до полудня, как и большинство молодых людей.

Донован: Вообще-то, каждое утро я прихожу в спортзал в 5:30, а в офис – в 6:45. Еще одна попытка. Как насчет кофе в 6 утра, если ты все равно встаешь так рано?

Я усмехнулась про себя.

Валентина: Признаю, ты настойчив. Но прости, я просто не могу, Форд.

Я начала набирать слова «как бы сильно я этого ни хотела». Но стерла их. Мне нужно было положить конец этому безумию, ради нас обоих.

Вместо того чтобы продолжать переписку, я зашла в список контактов и отредактировала его, поменяв «Донован» на «Форд», – мягкое напоминание о том, что Донован не был мужчиной, которым я могла бы увлечься; он был просто Фордом, мальчиком, живущим по соседству.

Глава 6

Валентина. Две недели спустя

Казалось, сам воздух в Монтауке пах по-другому – лучше и свежее. Морская соль словно очистила мои легкие и смыла душевные переживания. Когда я приехала, уже давно стемнело. После Дня поминовения, который считается началом курортного сезона, в пятницу вечером движение в Ист-Хэмптоне превратилось в зону боевых действий для людей, одетых в дизайнерские шмотки. Вот почему я всегда отдавала предпочтение Монтауку. Для большинства живущих здесь мужчин переодевание к званому ужину означало смену рыбацких ботинок на обычные.

Стоя на задней веранде почти в полночь, я закрыла глаза и прислушалась к плеску волн, глубоко вдыхая морской воздух. После еще нескольких вздохов мои плечи начали расслабляться.

Пока чей-то женский голос не заставил меня вздрогнуть.

– Миссис Дэвис?

Я едва не подпрыгнула и совсем по-девчачьи взвизгнула.

– Извините, пожалуйста. Я не хотела вас напугать. Я Белла – Аннабелла Донован из соседнего дома.

– О. – Я прижала руку к груди. – Привет, Белла. Я тебя там не заметила.

В нашем пляжном районе не было заборов, только песчаная дорожка между домами на сваях. Белла стояла на пляже у подножия лестницы, ведущей на мою веранду.

– Я не знала, что здесь кто-то есть, – сказала она. – Я даже не была уверена, что дом все еще принадлежит вам. Я ведь много лет не была в Монтауке. Но я рада, что вы здесь. Здесь так тихо по ночам.

– На самом деле, сейчас я здесь одна. Мы с мужем развелись, а мой сын Райан остался на все лето в колледже на стажировку. – Я на мгновение задержала дыхание, прежде чем задать следующий вопрос: – Ты… здесь одна?

– Да. Я так достала брата, что он разрешил мне приехать сюда на все выходные. Я хотела бы жить тут все лето, но он не доверяет мне настолько, чтобы позволить оставаться здесь одной.

Меня охватила непонятная смесь облегчения и разочарования. Я бы солгала, если бы сказала, что почти не думала о Форде за последние пару недель – он каждый день отправлял мне одно-два сообщения. Но я не отвечала ему с того вечера, когда вернулась домой после встречи нашей группы у Марка.

– Значит, здесь только мы, девочки, – весело сказала Белла.

– Думаю, да, – я улыбнулась.

– Конечно, пока не появится мой брат, а он настоящая заноза в заднице.

Мою кожу слегка покалывало, и явно не из-за прохладного ветерка.

– Ты… ждешь, что он приедет?

– Не должен вообще-то, но он точно мне не доверяет. Сейчас он в командировке, хотя у меня такое чувство, что он может появиться здесь сразу, как только вернется. Он установил сигнализацию в нашем доме и уже раз пять звонил мне сегодня, спрашивая, работает ли она.

– Ну, я полагаю, это именно то, что должны делать старшие братья – присматривать за сестрами.

Она пожала плечами.

– Ну и ладно. Не хотели бы вы сходить со мной на утреннее занятие йогой? Это на пляже, всего за несколько домов отсюда. Я обычно встаю за полчаса до начала и гуляю по берегу, чтобы размяться. У меня есть бесплатный пропуск для друга, если вы захотите присоединиться к нам завтра.

Я немного растерялась от того, что Белла неожиданно оказалась здесь, прямо по соседству, не говоря уже о том, что ее брат в любой момент мог приехать проведать ее. Так что я не смогла быстро придумать отговорку, почему я не могу заняться с ней йогой на рассвете.

– М-м-м… Да, конечно, почему бы и нет. Я с удовольствием…

– Здорово! Встретимся завтра здесь в шесть?

– Звучит заманчиво.

– Ладно, тогда я пойду приму душ. У меня песок во всех местах, где его быть не должно. Спокойной ночи, миссис Дэвис. – Она улыбнулась и уже направилась к своему дому, когда я окликнула ее:

– Белла?

Девушка обернулась.

– Пожалуйста, зови меня Валентина или Вэл.

– Хорошо, Вэл. Увидимся завтра!

* * *

Я вышла на веранду со своим утренним кофе и обнаружила Беллу, занимающуюся растяжкой на песке за нашими домами.

– Я опаздываю? – Я достала телефон, чтобы проверить, который час.

– Нет. Это я пришла рано. – Девушка изогнулась вправо и вытянула левую руку над головой. – Я проснулась час назад, услышав, как мне показалось, стук дождя в окно. Но когда я вышла, никакого дождя не было.

– Хочешь кофе?

– Если честно, то с удовольствием. Сегодня утром, перед тем как выйти из дома, я выпила кофе без кофеина, но это все равно что принимать душ в плаще. Какой в этом смысл?

– Не могу с тобой не согласиться. – Я кивнула в сторону дома: – Заходи, напою тебя настоящим кофе.

Пока я наливала ей горячий кофе, Белла разглядывала небольшие фотографии в рамках, выстроившиеся в ряд на кухонном подоконнике.

– Так вы с мистером Дэвисом теперь в разводе? И давно?

В этот момент она разглядывала старую фотографию моего бывшего мужа и нашего сына. Все остальные следы Райана-старшего я в доме уничтожила, но решила, что неправильно избавляться от этой фотографии. Сын был одет в форму Малой бейсбольной лиги и с восхищением смотрел на отца. Какая-то часть меня надеялась, что, сохранив эту фотографию, я смогу когда-нибудь напомнить сыну, что он упустил, оттолкнув отца после нашего развода. То, что произошло между Райаном и мной, не должно было разрушить отношения отца и сына, но мой мальчик встал на мою сторону.

– Этой осенью исполнится два года с тех пор, как наш развод был окончательно оформлен.

Белла наморщила нос:

– Он был не очень-то дружелюбен, насколько я помню.

Я усмехнулась. Мой бывший никогда не жаловал Донованов, живущих по соседству. Он ворчал, что соседи слишком громко включали музыку и позволяли своим детям буйствовать на пляже. Он с возмущением закатывал глаза, когда родители Беллы танцевали вдвоем на их задней веранде, а я в это время втайне желала, чтобы у меня был такой же гармоничный брак, как у них.

– Да уж, наверное, он был не самым приятным соседом.

Мы обменялись улыбками, когда я подала Белле сливки для кофе.

– Я хотела сказать, что не видела его много лет. Но помню, что он всегда выглядел так, будто только что съел лимон.

Это было идеальное описание Райана, каким он был последние десять лет. Желчным и кислым.

После того как Белла налила в кофе сливки и насыпала столько сахара, что он вполне мог бы вызвать диабетическую кому, мы расположились в шезлонгах на моей задней веранде, любуясь розовеющими небесами. Утренний рассвет над морем был поистине волшебным.

– Так что ты изучаешь в колледже?

– Вообще-то, я сама не совсем понимаю. Я бы с удовольствием занялась чем-нибудь вроде актерского мастерства. Сначала я специализировалась на бизнес-администрировании, но брат при рождении забрал весь положенный нам ум, и мне ничего не досталось.

– Уверена, ты достаточно умна.

– Студенты бизнес-специальностей должны сдавать основы бухгалтерского учета в первый год обучения. Профессор сказал нам перед первым тестом, что если мы не наберем хотя бы шестьдесят баллов, то, возможно, захотим бросить занятия, потому что дальше будет только сложнее. Я получила всего двадцать восемь.

Мои брови взлетели вверх:

– Из ста?

– И я ведь все учила. – Она сделала глоток. – Я бросила занятия на следующий же день. Даже не знаю, почему выбрала бизнес-администрирование в качестве основной специальности. Думаю, я просто чувствовала, что должна получить какую-нибудь специальность, узнать, кем я хочу стать, когда вырасту. Как Форд.

– Далеко не все сразу понимают, чем они хотят заниматься по жизни. Я пятнадцать лет проработала специалистом по компьютерной томографии. Это была хорошая работа, потому что я была занята неполный рабочий день и могла строить график в соответствии со школьным расписанием Райана, хотя я никогда не увлекалась этим родом деятельности. Поэтому сейчас я снова села за парту, чтобы выучиться на преподавателя итальянского языка, и через несколько недель буду сдавать экзамен для получения лицензии. Мои бабушка и дедушка родом из Италии, и мне всегда нравился этот язык. Сейчас я действительно увлечена этим. Однако мне потребовалось почти двадцать лет, чтобы понять, чего я хочу на самом деле.

– Это действительно круто. Я бы тоже так сделала, но я, похоже, полный лох в иностранных языках. Поэтому я думаю, что актерская профессия мне лучше подойдет. Ведь необязательно быть первым и в английском, и в математике. К тому же… – она усмехнулась, – мои родители всегда говорили, что я «королева драмы».

– Со временем ты во всем разберешься. Просто не торопись.

Поскольку Белла сама заговорила о родителях, я решила, что могу спросить о них.

– Знаешь, мне действительно жаль твоих родителей, Белла. Я узнала о трагедии только через несколько недель, иначе пришла бы на поминальную службу. У меня даже не было твоего домашнего адреса, чтобы отправить слова соболезнования. Мне всегда нравились ваши родители, и я восхищалась их отношениями.

– Спасибо. – Она грустно улыбнулась. – Так странно быть здесь без них. Каждый раз, когда я открываю заднюю дверь или смотрю на пляж, мне кажется, что сейчас увижу, как они целуются. Раньше это вызывало у меня раздражение, но теперь я думаю, как же это здорово, что они были насколько увлечены друг другом. Возможно, странно, что я говорю так, но хорошо, что они умерли вместе. Никто из них не смог бы жить без другого.

Какая прекрасная, но в то же время грустная мысль. Мы некоторое время потягивали кофе в уютной тишине, наслаждаясь красотой восхода солнца. Когда на пляже начала собираться толпа отдыхающих, мы решили, что пора отправляться на занятия.

Мы с Беллой разложили коврики на песке рядом друг с другом и потратили несколько минут на растяжку. Я наклонилась, погрузив пальцы в песок, затем коснулась пальцев ног и… внезапно почувствовала руку на спине. Это было так неожиданно, что я мгновенно выпрямилась – так быстро, что застала инструктора врасплох и ударила головой прямо ему в челюсть.

– О боже, простите, мне так жаль! – Я потерла макушку, а его рука потянулась к подбородку. Весьма сексуальному подбородку. О боже. Какое тело!

– Все в порядке. Это я виноват. Думал, вы видели, как я подошел. Я пытался направить ваше движение, чтобы вы наклонялись прямо. Вас немного занесло вправо.

Я определенно обратила бы на него внимание. Наш инструктор был высоким, с густыми темными волосами, собранными в хвост, загорелой кожей и черными глазами. Высокий, темноволосый и привлекательный. Определенно привлекательный. Хотя не это так сильно на меня подействовало. Нет, с этим я могла бы еще смириться. Но вот свободные серые спортивные штаны и оголенный торс – именно так в своих фантазиях я представляла Форда несколько недель назад. Эта мысль, наряду с неуместным изумлением при виде рельефных линий мускулистой мужской груди, превратила меня в неуклюжую идиотку.

– Правда? О боже. Да. Извините. Вправо? Хорошо. Да. Еще раз извините.

Брови инструктора поползли вверх, и он понимающе ухмыльнулся.

Вся кровь, казалось, прилила к моим щекам, заставив их пылать жаром.

– М-м-м. Еще раз извините.

– Без проблем. Попробуйте сделать наклон еще раз? Только давайте обойдемся без резких движений. – Сексуальный инструктор подмигнул мне, а затем положил теплую руку на мою оголенную спину. – Прогнитесь в талии.

Я наклонилась и оставалась в этом положении достаточно долго, так что инструктор переключился на кого-то еще из своих подопечных. Когда я наконец выпрямилась, Белла возбужденно прошептала мне на ухо – изо всех сил стараясь, чтобы ее никто не слышал, но, боюсь, безуспешно:

– Он такой горячий! И он явно заценил тебя.

Это утреннее занятие йогой на восходе солнца оказалось лучшим из всех тех занятий по фитнесу, на которые я когда-либо ходила. Наш инструктор был великолепен – он не только сам мастерски демонстрировал различные позы и грамотно помогал всем ученикам, указывая на их ошибки, но еще и учил нас тому, как можно использовать эти моменты, чтобы впитывать в себя красоту окружающего мира. Восход солнца, сверкающие блики света на необычно спокойной поверхности океана, оранжевые и золотые дорожки, мерцающие на воде, – все это полностью меня захватило.

Я погрузилась в мир виньяса-йоги, асаны плавно сменялись одна за другой, но в какой-то момент, когда мы перешли к позе собаки мордой вверх, я внезапно открыла глаза, которые были закрыты последние несколько минут. Это было чувство, обычно возникающее, когда кто-то наблюдает за тобой, – некое покалывание, которое я ощущала всей кожей. Я украдкой скосила глаза налево, потом направо, но никого не обнаружила, а инструктор все это время был занят тем, что помогал женщине, стоящей на несколько рядов дальше от меня. Я снова погрузилась в асаны, и все же это странное чувство не покидало меня до самого конца занятий.

По истечении часа, объявив, что на сегодня все, инструктор подошел к нам, явно желая познакомиться.

– Сожалею, что мы не успели познакомиться раньше. – Он протянул мне руку. – Тай. Я раньше не видел вас на занятиях. Приехали отдохнуть в Монтаук на этой неделе?

– Вообще-то, я живу здесь, через несколько домов отсюда. У меня тут летний домик. Я давно сюда не приезжала, и Белла пригласила меня на ваши занятия. Мы с ней соседки.

Тай улыбнулся Белле и снова обратил все свое внимание на меня.

– Вам у нас понравилось? Мы проводим уроки йоги на этом пляже пять дней в неделю.

– Да, это было потрясающе! Вы непременно увидите меня здесь снова.

– С нетерпением жду этого.

Что-то в его тоне, в том, как он это произнес, или, может быть, просто выражение его глаз заставило меня почувствовать себя великолепно. Возможно, мне и было тридцать семь, но мне нравилось думать, что старею я весьма изящно.

Мы с Беллой стряхнули песок с ковриков и скатали их. Я любовалась океаном, пока она собиралась.

– Напомни мне не пить кофе прямо перед йогой, – сказала она. – Мне пришлось отлучиться в туалет перед последними семью асанами.

Я вся была мокрой после тренировки, и когда подул легкий ветерок, мои руки покрылись мурашками. Наверное, мне должно было быть неуютно, но отчего-то я наслаждалась всем этим, чувствуя себя более живой, чем когда-либо за долгое время.

– Я очень благодарна тебе за то, что пригласила меня сюда. Хочешь, накормлю тебя завтраком после того, как приму душ?

Но Белла лишь громко простонала в ответ на мое приглашение. Да уж, это был не совсем тот ответ, которого я ожидала.

– Что случилось? Пожалуйста, только не говори мне, что ты на диете. Ты такая худенькая.

Я все еще стояла, обратив лицо к океану, но мгновенно повернулась, чтобы взглянуть на наши дома, когда услышала ответ, сообщавший о ее – и не только ее проблеме:

– Мой брат, эта заноза в заднице, здесь.

1.Он будет независимо от того, готов я или нет (ит.).

2.У тебя все прекрасно получится (ит.).

The free sample has ended.