Read the book: «Леди Тидрек и волк»

Глава 1

Глава 1.

Она смачно вляпалась в конские орехи. Это её нисколько не расстроило, поскольку было обычным делом, несмотря на то что она была единственной сестрой герцога и вроде как второй в очереди на престолонаследие. Хотя сама леди Тидрек воспринимала это не как привилегию, а как мешающий фактор. Гораздо более мешающий, чем конское дерьмо на сапоге. В конце концов, дерьму в конюшне было самое место, а о себе при дворе леди Тидрек такого сказать не могла.

Девушка направилась к стойлу своей любимой кобылы Хуми. Она получила свое имя, означающее «сумерки», из-за благородного темного окраса с золотистыми подпалинами. В полумраке конюшни Хуми казалась почти черной, но леди Тидрек знала, как восхитительно будут переливаться на солнце ее бока теплыми коричневыми оттенками. Леди Тидрек поздоровалась с лошадью и принялась гладить ее по теплой нежной морде с рыжим заревом вокруг губ и глаз.

Лошадь конечно же промолчала в ответ, но дружески боднула руку девушки. И этот жест был для нее в сто раз ближе и понятнее, чем все придворные экивоки.

— Леди Тидрек, вам оседлать Хуми? — спросил взявшийся непойми откуда конюший мальчик.

— Да, Одо. Думаю, ей приятно будет прогуляться в такую погоду. Спасибо.

Юноша бросился за работу. Для своих пятнадцати лет он был плечист и коренаст. С таким рвением из него скоро получится отличный конюх. Он здорово управлялся с лошадьми и находил подход к норовистым из Степного края. Ведь именно Степной край славился своими чистокровными скакунами.

Лесной край, к правящему семейству которого принадлежала леди Тидрек Оксенстуре, был вынужден признать первенство соседей в лошадином вопросе, но зато своими псарнями славился на всё королевство.

Наконец, лошадь была оседлана и Одо вывел ее на улицу. Он передал леди Тидрек поводья, а сам, как обычно, слегка нагнулся и сделал замок из рук, предлагая госпоже подсадить ее.

— Спасибо, Одо, дальше я сама, — улыбнулась леди Тидрек. Этот обмен любезностями превратился у них в традицию — он предлагал помощь, а она отказывалась, потому что не хотела его утруждать. Ну и еще потому, что любила сама ловко взбираться на мощную спину Хуми и ощущать, как они мгновенно становятся единым целым. Мать леди Тидрек, герцогиня Оксенстуре, иногда говорила, что если бы Тидрек могла родиться кентавром, то это непременно бы с ней произошло.

Это замечание всегда слегка задевало леди Тидрек, поскольку в ее любви к верховой езде не было ничего удивительного. Всем было известно, что ее отец, седьмой герцог Оксенстуре, правитель Лесного края, был страстным наездником. И это-то в итоге его и сгубило, хотя были и другие версии событий, оборвавших его жизнь.

Леди Тидрек выехала за стену замка и оказалась в лесу. Лето близилось к концу, день выдался тихий и солнечный и свет пронизывал кроны до самой земли, рассыпаясь мозаикой по золотистой подстилке из хвои и опавших листьев. Леди Тидрек втянула насыщенный аромат леса, который всегда пробуждал в ней чувство свободы. Хуми уловила настроение хозяйки и перешла на бодрую рысь.

Почти всю территорию герцогства Оксенстуре покрывали леса, благодаря чему этот край и получил свое название. Замок герцога находился на юго-востоке Лесного края, и леса вокруг были светлые, чистые, пронизанные дорогами, а города и деревеньки встречались довольно часто. Ближе к восточной границе леса начинали сильно редеть и вскоре переходили в соседнее герцогство — Степной край. На севере же Лесного края лес превращался в непроходимую чащобу, темную и непролазную. Что находилось в этой чащобе, а тем более за ней — никто не знал.

Верховая прогулка леди Тидрек заняла почти два часа. Сегодня ей особенно не хотелось возвращаться в замок. Но начал опускаться вечерний холодок, и девушка подумала, что для разгоряченной бегом лошади это не очень полезно. Когда она подъехала к конюшне, на встречу ей выбежал Одо, принял поводья, и, когда она спешилась, окликнул ее.

— Леди Тидрек? — вообще слугам его уровня запрещалось напрямую обращаться к господам, но в отношении себя девушка это правило давно отменила. Большинство слуг работали тут всю жизнь и знали ее еще тогда, когда она на деревянной-то лошадке не могла удержаться.

— Да, Одо, что-то случилось?

— Сюда приходила ваша горничная и искала вас по поручению его благородия.

— Граф хотел со мной поговорить?

— Полагаю, что так, миледи.

Леди Тидрек вошла в холл замка и, взглянула на здоровенные часы, которые укоряюще тикали. Если она пойдет переодеваться, то не успеет поговорить с братом до ужина. А если пойдет к брату — не успеет к ужину. В первом случае брат её простит, а во втором мать точно не удержится от замечания. Мать читала леди Тидрек нотации по совершенно любому поводу, поэтому девушка решила все-таки заскочить на минутку к брату, понадеявшись на то, что Стина, ее горничная, уже приготовила купель. Так что она бегом направилась в библиотеку, где обычно ее брат — герцог Оксенстуре — проводил время перед ужином.

— О небо! Тидрек! От тебя конюшней несет за версту! — воскликнул он в притворном ужасе.

— Сейчас я тебя обниму, и проблема исчезнет! — крикнула она в ответ и бросилась к брату раскинув руки. Мужчина начал убегать от нее, виляя вокруг письменного стола.

— Тид, умоляю, прекрати, — он задыхался от смеха, — если ты это сделаешь, мне придется опять переодеваться, а я это ненавижу!

— Ладно, ваше высокородие! Сегодня я вас помилую! — леди Тидрек остановилась и тоже рассмеялась. — Ты хотел со мной поговорить?

— Я хотел, — брат перевел дыхание от смеха, — но вижу, что у тебя нет на это времени. Если ты явишься к столу в таком виде, матушку хватит удар.

— Скорее уж это она хватит меня чем-нибудь тяжелым, — хмыкнула леди Тидрек.

— Если только потом, при гостях она всегда очень сдержанна.

— О нет, опять… Так о чем ты так срочно хотел поговорить? Мне надо успеть привести себя в порядок, чтобы не сразить всех моим чудным ароматом.

— Ладно. Это может всплыть в беседе, и я не хочу, чтобы это было для тебя неожиданностью.

— Эйнар, ничего хорошего обычно не «всплывает», тем более, если это «неожиданность», — леди Тидрек нахмурилась.

— Слышала бы тебя наша мать, — хохотнул молодой герцог.

— Давай к делу, я теперь нервничаю.

— Хорошо. Я думаю, что ты воспримешь это нормально, поскольку это совершенно обычное событие…

— Короче, — почти прорычала леди Тидрек.

— Тидрек, я хочу, чтобы ты знала, что ты всегда, слышишь, всегда, будешь моей любимой младшей сестренкой, и всегда сможешь на меня положиться…

— Эйнар, — теперь в голосе леди Тидрек слышалась настоящая угроза.

— Я решил, что пора жениться, — выпалил ее братец, слегка смутившись.

— Так. А поговорить-то ты о чем хотел? Или тебе сосватать кого-то из подруг?

— Не смеши, я знаю, что у тебя их нет.

— Ну почему же, Стина, например…

— Она твоя горничная.

— Замечательная девушка.

— Так, Тидрек, я вижу, что эта новость тебя не шокировала?

— Это и была новость?

— Ты не выносима.

— Да все уже пару лет только и твердят, что тебе пора жениться. Невесту выбрал уже? Когда свадьба?

— Невесту выбрал. Вторая дочь герцогини Гизеллы Эчеда — леди Тимея.

— Хм-м. Решил, значит, породниться с соседями?

— Ты против?

— Полагаю, меня не спрашивают.

— Спрашиваю же.

— Надо бы с ней познакомиться, чтобы делать выводы.

— Резонно. Скоро у тебя будет шанс. Через неделю они приезжают с дружеским визитом.

— На помолвку?

— Не так быстро, но, если все пойдет хорошо…

— Понятно. Ну, поздравляю.

— Пока не с чем.

— Может и потом не с чем, — леди Тидрек нарочито цинично ухмыльнулась. Подтрунивать друг над другом было их с братом любимым занятием.

— Ну и шуточки. Ладно, я все сказал, а теперь бегом готовиться к ужину.

— Спасибо, ваше высокородие, что наша аудиенция не продлилась долго, — леди Тидрек продолжала ухмыляться, направляясь к выходу из библиотеки.

— Дуй отсюда, а то мать нас прикончит.

— Не-е, тогда наследников не останется. Да и тебя она любит, — крикнула девушка уже от двери.

— Тебя тоже, — крикнул герцог Эйнар ей в ответ.

— Пф-ф-ф, не смеши меня, — пробормотала леди Тидрек себе под нос, уже выйдя в коридор.

Стина, как и всегда в таких случаях, проявила чудеса мастерства. От леди Тидрек требовалось только быстро выкупаться, что она тоже за годы тренировки уже научилась делать. Вся одежда была подготовлена и Стина нарядила госпожу в темно-зеленое платье с аккуратными белыми кружевами. Леди Тидрек ненавидела платья. Ненавидела корсеты, которые обязательно полагались к платьям, и ненавидела кружева. Но выхода не было. Каждый ужин в герцогском замке требовал полного соблюдения этикета.

— Знаешь, Стина, я бы так хотела уехать отсюда куда-то, где я смогу всегда носить только ту одежду, которую хочу. Шаровары, брижди, огромные свитера, мягкие сапоги. А не эти платья, в которых я выгляжу смехотворно.

Стина постаралась ободрить свою госпожу и сказать, что она выглядит прекрасно, но обе девушки понимали, что это «прекрасно» подразумевает вовсе не «прелестно», а скорее, что платье чистое и подходит по размеру и цвету. В остальном нельзя было не заметить, что корсет только подчеркивает широкие плечи и плоскую грудь госпожи, крупные кисти рук контрастируют с изящным кружевом манжетов, а волнистые, жесткие волосы никак не убираются в модную гладкую прическу. Наряжаясь к ужину, леди Тидрек не любила смотреть на себя в зеркало. Она поворачивалась к Стине, спрашивала ее, все ли в порядке и, вздохнув, отравлялась вниз.

Она не стеснялась своей внешности, но не любила мимолетное удивление, проскальзывающее на лицах новых знакомых. Дома ужины обычно проходили только в компании матери и брата. Матери было сложно угодить, но то, что дочь была одета по правилам, ее устраивало. А брат и сам не был сторонником условностей, и не обратил бы внимания, даже если бы леди Тидрек явилась к столу в бочке из-под вина. «По крайней мере, она бы шла мне больше, чем эти дурацкие кружева», — подумала девушка и улыбнулась.

Все уже собрались в гостиной, ожидая ужина. Помимо домочадцев в комнате находился еще пожилой господин и юноша, на вид ее ровесник.

— Тидрек, дорогая, подойди сюда, — позвала ее графиня Оксенстуре своим властным голосом. Леди Тидрек повиновалась. — Я хочу познакомить тебя с моим давним другом, графом Лундульфом. А это его старший сын, Сванте.