Read the book: «Агентство КАТС Книга первая»

Глава

ПРЕДИСЛОВИЕ .

Как Мурлок получила ключ

Если вы читали книги про Агентство ДОГС, вы наверняка заметили: каждый раз, когда Рекс упирался в тупик, на соседней крыше появлялась стройная кошка с голубыми глазами. Она ничего не объясняла, а лишь говорила пару слов, и дело сдвигалось с места.

Двадцать пять дел она просидела наверху и видела всё. Как Рекс впервые надел чёрную кепку. Как Буся исписала первый блокнот. Как Граф в первый раз заплакал, а потом всё равно полез в тёмный подвал.

Эта история о том, что случилось после двадцать пятого дела...

После праздника в городе только и говорили что о ДОГС. Заказы шли пачками: потерялся ботинок, пропал воздушный шарик, исчезла тень (тень потом нашлась, но это уже другая история).

В старом офисе стало тесно. Буся уже не знала, куда класть блокноты. Они лежали в шкафу, под столом и даже в чайнике. Однажды она записала улику, потом не смогла её найти и два дня расследовала собственные записи.

— Нам нужно место побольше, — сказал Рекс.

— И с кухней, — сказал Граф, глядя в потолок. — Там, где пахнет едой, лучше думается.

— Тебе везде лучше думается, если пахнет едой, — заметила Буся.

— Вот именно, — гордо сказал Граф.

Новое помещение нашлось на соседней улице: просторный дом с большими окнами, огромным столом для совещаний, отдельной комнатой для архива и кухней. Граф обошёл её трижды, всё обнюхал и тихо сказал: «Я готов здесь жить».

Переезжали два дня. Старый офис опустел. Остались голые стены, окно, письменный стол и большое продавленное кресло, которое никто не смог поднять по лестнице. На кресле лежала подушка.

Рекс остановился в дверях и оглядел комнату.

— Здесь всё началось, — сказал он.

— Тут слишком мало места, — сказала Буся и вытерла глаза лапой. — Я не плачу. Это пыль.

— Это пыль, — согласился Граф и тоже вытер глаза.

Девять шагов до крыши

На следующее утро Рекс пришёл в старый офис один. Он стоял у окна и смотрел на соседнюю крышу, на которой, как всегда, сидела Мурлок.

— Ты смотришь на меня уже девять минут, — сказала она, не оборачиваясь.

— Десять, — поправил Рекс. — Я считал.

Он поднялся по старой пожарной лестнице. Это было непросто: овчарки не созданы для крыш. Рекс вскарабкался, отдышался, сел рядом и поправил кепку.

— Я хочу поговорить, — сказал он.

— Говори.

— Ты следила за каждым нашим делом. Двадцать пять раз ты говорила мне то, чего я не видел. Ты сидела наверху, а мы бегали внизу. И всю славу забирали мы.

Мурлок молчала.

— Я хотел сказать, что знаю это, — тихо добавил Рекс. — Давно. И ни разу тебе не сказал.

Она долго смотрела на город. Потом негромко ответила:

— Я не обижалась.

— Правда?

— Нет, — сказала Мурлок. — Обижалась немножко. Совсем чуть-чуть. Тихо. С иронией.

Рекс кивнул. Он очень серьёзно относился к вещам, которые говорят вслух.

— Чего ты хочешь? — спросил он.

Мурлок встала и подошла к краю крыши. Внизу лежал город: площадь, дома с балконами, дворы, в которых жили все, кому когда-то помогли собаки.

— Я двадцать пять раз видела, как это делается, — сказала она. — Я знаю всё. Как задавать вопросы. Как записывать улики. Как не сдаваться, когда ничего не понятно. Я просто никогда не пробовала сама.

— Ты хочешь стать сыщиком, — сказал Рекс.

— Я хочу открыть своё агентство. — Она повернулась. — Из кошек.

Что сказал Рекс

Рекс не удивился, не рассмеялся и не сказал «это не для кошек». Он снял кепку, повертел её в лапах и спросил:

— Ты понимаешь, что будет трудно?

— Понимаю.

— Нюх у тебя не собачий.

— Знаю.

— Ты будешь ошибаться.

— Скорее всего.

— Это нормально, — сказал Рекс. — Я сам ошибался. Много раз. Просто никому об этом не рассказывал.

— Ты? — Мурлок приподняла бровь.

— Первое дело я чуть не закрыл на пожарном гидранте, — признался Рекс. — Он стоял у входа, я решил, что это свидетель. Допрашивал минут двадцать.

Мурлок прикрыла глаза лапой. Плечи у неё слегка дрожали.

— Это очень помогло, — сказала она. — Правда.

Рекс помолчал, потом достал из кармана ключ. Старый, потемневший, на красной верёвочке.

— Старый офис пустой, — сказал он. — Там хорошее окно, и оно выходит прямо на твою крышу. Ты будешь видеть наш новый дом, а мы будем видеть вас. Если захочешь, он твой.

Мурлок взяла ключ. Лапа у неё чуть дрожала, но голос остался ровным:

— Я не буду просить у вас помощи.

— Не будешь.

— Я справлюсь сама.

— Конечно, — серьёзно кивнул Рекс.

— И мне не нужно никаких советов.

— Ни одного.

— Но, — Мурлок на секунду запнулась, — если вдруг...

— Дверь открыта, — сказал Рекс. — В любое время. Я не скажу ни слова.

Он помолчал и добавил:

— Буся скажет, но записывать будет молча.