Read the book: «Как скуф и красавица в волшебный мир попали»

Глава 1. Самокат судьбы.

Иван шёл по проспекту. Злой как чёрт: очередная, с позволения сказать, девушка оказалась человеком с низкой социальной ответственностью и пыталась развести его на деньги. И подобная оказия происходила с ним не в первый раз!

Неискушённый в отношениях с противоположным полом, Иван отчаянно жаждал восполнить сей недостаток. В деньгах он не был стеснён — востребованный физик, в свои тридцать с небольшим он был внезапно замечен и обласкан своей страной, которая, наконец, решила поднять родную электронику с колен. В общем, его профессия начала приносить деньги. А вот что она точно принесла — так это красивое тело и социальные навыки. Килограммы никак не уходили, несмотря на еженедельные пробежки порой в целых два километра! Да ещё и ежедневные десять отжиманий. Он даже решил ходить пешком в родное НИИ — а это ещё целый километр! И общаться у него так и не получалось. Он прочёл кучу книг по психологии. Книги эти, несомненно, полезны. Полезны в деле обогащения их авторов, но никак не в деле общения с живой девушкой.

— Свали с пути, урод!

Иван поднял глаза и увидел её! Единственную и неповторимую! Ту, которую он никогда не забудет! Ту самую тварь, с которой он ходил в дорогущий столичный ресторан. И которая захлопнула перед ним дверь подъезда и даже спасибо не сказала. Ещё и полицией пригрозила, если он будет ошиваться под окнами. Дочь сутулой собаки! Да у него даже в мыслях не было. Что он, жирный прыщавый подросток? Ну, может, немного лишнего веса и есть, но всё равно!

Удар. Небо улетело под ноги, а потом его закрыло пролетающее тело той самой, единственной. Иван даже успел прикинуть её траекторию. Выходило так, что она должна была влететь головой в фонарный столб. И тьма.

Иван открыл глаза — кругом туман. Рядом — та самая симпатичная блондинка. Чуть дальше — самокат. И ещё дальше — раскидистые кусты с тёмно-красными ягодами. А в самих кустах стоял рояль, на котором играл субтильный мальчишка. И играл, честно говоря, отвратно. Кое-как угадывалась «К Элизе» Бетховена. В какой-то момент парень будто бы сам устал от фальши, не выдержал и принялся со злости колотить по клавишам.

Иван поднялся и осмотрел себя — вроде цел. Он покосился на девчонку — та ползала и что-то искала, ворча себе под нос.

— Где мы? — спросил он странного юношу.

— Что за дурацкий вопрос? Вы здесь! — ответил он с раздражением.

— А здесь — это где?

— Здесь — это здесь! Короче. Я — бог, вы — трупы. Я даю вам по дару, и вы валите в другой мир. Ясно?

— И мы должны там победить зло? — спросил Иван.

— Зло — это то, что я сейчас сделаю. А-а-а… — схватил себя за волосы юноша и закричал. — В общем, я тут на… отработке. Временно. И мне плевать, чем вы там займётесь.

— А мы можем вернуться домой? — спросила девчонка.

— Зачем? — удивился юноша. — Ты по бумагам уже труп. Тебе там не обрадуются.

— То есть нет, — догадался Иван.

— Всё, надоели. Выбирайте дар и валите.

— Я хочу, чтоб меня все желали, ну, мужчины всякие, но чтобы без секса! — вывалила девчонка.

Юноша щёлкнул пальцами.

— Готово. А ты?

— Мне подумать надо. Всё что угодно? — спросил Иван. Он решил не спешить, коли такой шанс выпал.

— Душный ты, — вздохнул молодой человек и, раскачивая головой, начал перечислять. — Нельзя: бессмертие, полную неуязвимость, перемещение в пространстве дальше, чем на пять метров, полёт более пяти минут, невидимость дольше, чем на три минуты… А, к дьяволу. Говори, а там посмотрим.

Пока Иван думал, юноша подошёл к самокату и пнул его.

— Кто бы мог подумать, что эта хрень сработает.

— У вас тоже не любят самокатчиков? — спросил Иван.

— Да удобно же! — возразила девушка.

— Самокат? — юноша рассмеялся. — Это изобретение одного знакомого дьявола. Задача этой хрени — сеять хаос и ненависть. А заодно поставлять мясо. В смысле, привносить генетическое разнообразие в активно развивающиеся миры. Но даже он не ожидал такого эффекта!

— Да уж, — согласился Иван. Он посмотрел на девушку. Василиса. Очаровала его тогда хрупкостью и милотой. Вот бы все эти чары ему щекоткой выходили.

— Это можно, — внезапно сказал юноша, словно прочёл мысли, и вновь щёлкнул пальцами. — А теперь пошли вон.

Внезапно земля под ногами разверзлась, и Иван с Василисой провалились в пустоту, очутившись через мгновение на поляне посреди леса.

— М-да, — Иван осмотрелся и остановил взгляд на Василисе. — Меня Иван зовут. Можно Ваня.

Он понял, что девушка его не узнала. Да и с чего бы? Тут Иван иллюзий не испытывал от слова совсем.

— Близко ко мне не подходи!

— Что, Вася, даже не представишься? — хмыкнул Ваня.

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Да сталкер я. Дипломированный. Хочешь скажу, какого цвета у тебя трусы и где ты жила?

— Насмешил. Я хожу быстрее, чем ты бегаешь, — злобно усмехнулась Вася и потянулась к сумочке. Которой не оказалось.

— Бу! — напугал Василису Иван. Та от неожиданности упала. — Ну беги, коли шустрая!

— Да пошёл ты! — прошипела Василиса в ответ.

Она встала и направилась к лесу, но уйти не успела. На поляну высыпала куча народу в разноцветных одеждах.

— Святые оладьи, что это ещё за средневековый цирк? — удивился Иван.

— Его Сиятельство и Всемогущество, золотая корона величайшей Империи Помпадур Великолепный, — заголосил глашатай.

На поляну выехал невысокий кругловатый мужчина с лощёным лицом. Одет он был в явно дорогие одежды, украшенные яркими перьями. «Видимо, местный царёк», — решил Иван.

— Что за челядь ворует мою дичь? — проскрипел он тоненьким голоском, словно старая несмазанная дверь.

— Не имею знать, — ответил высокий худой мужчина с признаками интеллекта на лице, что стоял рядом с Помпадуром.

— Девку покажите поближе, — приказал царёк.

Два стражника грубо схватили Василису и подтащили к золотой короне Империи Помпадуру Великолепному.

— Прямо мурашки, — обрадовался он. — Грузите.

— А что с толстяком?

— На сук.

Иван не успел опомниться, как его скрутили и подвесили на дерево вверх ногами.

— Вы чего творит… — договорить ему не дали. Сильный удар по голове отправил Ваню на экскурсию к Морфею.

Иван очнулся от щекотки. Причём довольно странной — щекотали голову. И что ещё удивительнее — было безумно щекотно.

— Ты глянь, не жруть! — услышал он чей-то голос.

— Ну-ка, долбани молнией, — сказал другой.

Вспышка, и защекотало всё тело. А ещё запахло чем-то палёным.

— Ох ты! Давай ещё!

Вспышка.

— И ещё разочек!

Вспышка.

— Хватит! Прошу, хватит! — сквозь слёзы и смех взмолился Иван.

— Любопытненько. Кривой, сними его.

— А чего я-то?

— А ну пшол!

Иван ударился оземь, отчего зажмурился. Он бы даже выругался, но от смеха сбило дыхание. Наконец он отдышался и открыл глаза: голоса принадлежали трём крупным товарищам спортивного телосложения. С зеленоватой кожей, клыками и длинными чёрными волосами, собранными в разнообразные хвосты. «Это что ещё за бойцы-ремесленники», — подумал Ваня.

— С него волшба, как с утки вода, — сказал один, горбатый, что стоял слева. Видимо, это и был Кривой.

— С гуся, бестолочь. Что телом кривой, что мозгами, — ответил центральный.

— Нужен экспремемнт! — сказал третий, самый мелкий. Ну, относительно остальных двух. От слов он быстро перешёл к делу и кинул огненный шар в Ивана. Прямо в голову.

Тот снова громко заржал.

— Да что с вами не так! — закричал Ваня, как только перестал смеяться.

— Откуда знаешь язык? — спросил центральный.

— В смысле?

— В коромысле, — ответил тот же. — Откуда язык наш знаешь?

— Язык?

— Кривой, гляди. Твой брат по разуму.

— Я, вообще, где? И вы кто?

— А ты сам откуда будешь?

— Из Москвы, — на автомате ответил Иван и понял, что сморозил глупость.

— Ясно. Очередной попаданец, — центральный протянул руку. — Мы сыны Эриды. Орками нас обычно называют. В общем, толстячок, слушай сюда: мы тебя спасли, за тобой должок. Сделаешь для нас дело — и гуляй смело.

— К-какое? — неуверенно спросил Иван. Чуйка говорила, что сейчас ему выдадут квест на его мягкий зад. Похоже, это какой-то фэнтези-мир. Только сильно сломанный. Эти трое не выглядели ни злобными орками из классического фэнтези, ни какими-то примитивными из современного палп-фикшна. А центральный товарищ был, похоже, вообще далеко не глупым.

— Вот! Мне нравится твой энтузиазм, толстячок, — ухмыльнулся центральный. — В одно место нужно слазить и кое-что забрать. Только там волшебных ловушек много. Нам — смерть, а тебе делов, как в лавку за булкой сходить. Главное, не застрянь в дверях.

На этих словах орк заржал.

— Обхохочешься, — обиделся Иван.

— Даже не сомневаюсь.

Тут заржали всё трое.

— Жрать хочешь? Хотя чего я спрашиваю. Пошли. Не отставай.

— Вы разбойники? — отважился спросить Иван.

— Покойники, — оскалился орк. — Они — беглые, я — свободный. Охотники за удачей.

— Беглые? — переспросил Ваня.

— Туповат ты, погляжу. Даже для человека туповат.

— Поумнее твоих товарищей, — надулся Иван.

— Ну так с людьми жить — по-людски выть. Товарищи мои в рабстве с малолетства. Кто их учить-то будет?

— А ты?

— А я свободный, — повторил орк. — Школу закончил. И на механика выучился. Знаешь, кто такие механики? Хотя откуда…

— А чего воруешь?

— А что ещё остаётся? Вот дельце мне сделаешь — поеду к демонам. В университет поступлю.

— Университет у демонов? А что у людей? — Иван решил, что стоит узнать про мир, но тотчас пожалел: его вопрос вызвал громкий и искренний смех всей троицы.

— Сразу видно — человек просвещённой Империи, — как-то по-доброму сказал орк. — Сделаю скидку на то, что ты попаданец.

— Много таких, как я? — поинтересовался Иван.

— Хватает, — пожал плечами собеседник. — И все с прибабахом. Хотя ты вроде нормальный. Туповатый только.

— Хватит. Растерялся я просто, — не выдержал Иван. — Дома я был инженером.

— Инжиром? — удивился мелкий. — А зачем тебе быть инжиром? Его есть надо, он сладкий!

— Не обращай внимания, — сказал главный орк. — Тебя как звать?

— Иван.

— Хорошо, Иван. В общем, слушай сюда: сейчас перекусим, отдохнём, и я отведу тебя в город. Там через подвалы — в сокровищницу. Твоя задача — найти шкатулку, вот такую, — орк вытащил из кармана кусок кожи с выжженным на нём рисунком коробочки с витиеватым орнаментом. — Открывать не советую. Притащишь мне — и свободен.

— А если сбегу?

— Сбеги. И всю жизнь остерегайся зелёных морд.

— Только шкатулка? — засомневался Иван.

— Да. Я честный орк — ворую только необходимое. Но ты себе можешь чего прихватить. Правда, тебя прирежут, как только попытаешься сбыть, — снова заржал орк, а с ним его приятели.

На удивление, Иван их не боялся. И отвращения не испытывал. Больше негатива вызвал царёк со свитой.

— А кто такой Помпадур?

— Самодур-то? Император местный. Каблучок-дурачок. Так-то его жена всем заправляет. Говорят, очень любвеобильная. Но от этого только премьер-министры страдают. Больше трёх месяцев пока никто не выдержал. А что?

— Девчонка со мной была.

— А, в гарем определит и будет пользовать, пока новую не найдёт.

— А потом?

— Да так и будет жить в гареме. Он же дальше члена своего ничего не видит и не помнит. А что, твоя девка? — орк с сомнением оглядел Ивана.

— Не. Мне, конечно, по жизни не сильно везёт. Но тут свезло.

Орк с пониманием покачал головой.

— Да уж. Хорошая баба — на вес золота. И чтоб ещё и красивая к тому же — так вообще редкость. А вот от дуры ещё сбежать надо суметь.

Где-то далеко послышался вой.

— Волки? — поёжился Иван.

— А тебе-то чего? Они ж тебя не смогли сожрать.

— Когда?

— Когда висел. Не заметил? — ухмыльнулся мелкий орк.

— Ракурс неудачный был — внутрь, — Иван понял, что речь шла о том моменте, когда он очнулся.

— Пришли.

Они остановились у приземистой землянки, хорошо замаскированной кустами.

— Кривой, разведи костерок. Мелкий, на тебе готовка. А мы пойдём потолкуем с толстячком.

В этот раз Кривой не стал возражать и молча принялся за дело. Как и Мелкий. А главный орк пригласил Ивана внутрь. Зайдя, он упал на мешки, которые, похоже, служили лежанкой.

— Да ты присаживайся. Отдыхай.

Ваня пошарил глазами и уселся на другую кучу мешков.

— И что мне потом делать? — тихо спросил он.

— А мне какое дело? Что хочешь, то и делай.

Иван поник — тут же, похоже, средневековье какое-то. Как он выживет? Поди, даже душа и туалета нормальных нет.

— Возьмите меня с собой! — решил он.

— Людь с орками? — главарь даже бровь приподнял.

— Человек, — поправил Иван.

— Думаешь? — странно протянул орк. — Ну, это время покажет, человек ты или нет. Ладно, я подумаю. Но будет тяжело. Точно к людям не хочешь?

«Чудной какой-то орк», — подумал Иван. Прямо философ.

— Что-то не хочется, — с отвращением кинул Иван. Как-то не заладилось у него общение ни в школе, ни в универе, ни даже в НИИ. Хотя ладно — в институте-то он всё же подружился с парой коллег, но они были гиками, как и он. Что-то подсказывало, что тут такие ещё нескоро появятся. Лет через двести или триста, а то и через пятьсот. И это если он правильно эпоху прикинул.

— Что так? — удивился орк.

— Мне с животными спокойнее, — буркнул Ваня, но потом понял, что сморозил, и замахал руками. — Извини, я не то имел в виду.

— Чего?

— Ну, я подумал… Прозвучало так, что я вас с животными сравнил, — пояснил Ваня.

— А вот это обидно. Животные сильные и красивые. Что плохого, когда тебя сравнивают с ними? Вот возьми осла — умное, трудолюбивое животное. Или петуха — всегда своих куриц защищает. Всё-таки ты людь.

— А как тебя звать?

— Пока неважно, — орк потянулся и улёгся поудобнее. — Ты поспи.

— Я думал, что орки злые.

— С чего нам злыми-то быть? — бросил орк. — Мы вроде не обидчивые. А в твоём мире нет что ли орков?

— Нет, только люди.

— Да уж. Не повезло. Дерётесь, поди, постоянно?

Иван задумался. Он попытался вспомнить период, когда не было войн. Сдался он довольно быстро.

— Похоже, что так. Даже как-то грустно.

— Ну так в этом все вы — людская ваша натура злая. Даже демонов задираете. Ваше счастье, что они ни с кем не воюют без крайней надобности.

— Почему? — удивился Иван.

— Потому что могут, — ответил орк сонным голосом. Он уже проваливался в дрёму.

Иван решил больше не мешать орку. Он просто лежал и размышлял о том, что произошло: смерть, бог, самокат… вот уж точно судьба. Незаметно подкралась усталость, и он уснул.

Глава 2. Правовое государство

— Хороша баба! Стройная, как сосенка!

— А бёдра-то, бёдра. Здоровых нарожает. Свезло Самодуру-то, свезло!

Василиса ехала в повозке среди деревянных ящиков и сундуков. Её охраняли двое неопрятных мужиков, которые не стеснялись обсуждать прелести Васи. Да и сидели они с подозрительно розовыми щеками и разве что слюни на неё не пускали. Вообще, все без исключения мужики, что сейчас ехали подле, так или иначе косились на Василису, отчего ей становилось не по себе. Васе хотелось сейчас укрыться, но узенькие джинсы и короткий топ этого совсем не позволяли. Василиса вспомнила, что толстяк был в безразмерном худи — стоило забрать его себе. Хотя оно, небось, вонючее. Все толстяки потеют… От этих мыслей Васю затошнило, и её чуть не вырвало, что подметил один из охранников.

— Что, дева, укачало? Держи, — он протянул флягу.

Вася было потянулась за флягой, но потом вдруг осознала, что, наверное, из неё пил этот самый стражник. А личная гигиена, судя по его виду – не то, за чем он тщательно следит. Василиса зачем-то ярко представила, как он присосался к фляге, запустил туда слюни, а потом вытер горлышко грязными руками, и её всё-таки вырвало.

— Слабая на живот, — усмехнулся второй.

— Да, поди, блахародная, — пожал плечами другой. — Дева, ты держись, почти доехали. Там тебя и умоють, и причешуть, и накормят. Ты это, потерпи чутка — Самодуру-то девки быстро надоедают.

— А чего ты такой добрый? — поинтересовалась Вася, кое-как вытерев лицо низом топа, изо всех сил стараясь не задирать его и прикрывая всё самое интересное.

— Да доча его приглянулась Сиятельству, теперь у Самодура в этом, в гареме, — пояснил второй.

— Ясно. А чего он позволил забрать-то?

— А что поделать? У нас же, ну это, правовое государство — у кого права, тот и прав. А какие ж у простых мужиков права?

— Сама-то откуда? Одежды у тебя диковинные. С неба, что ли, свалилась? Как это его, попаданка?

— Попаданка? — удивилась Вася. Это что-то из книг, которые любил её младший брат. Там ещё герои очень сильные и удачливые. И бабы их любят. Василиса даже улыбнулась: ленивые мечтатели. Какая же баба просто так прыгнет в постель? Даже в сказках такого не бывает.

И тут её прошиб пот: это ж, получается, её суперспособность… Надо бы проверить. Она посмотрела с сомнением на охранника. Как-нибудь потом.

Тем временем повозка остановилась.

— Выгружай, — крикнул голос впереди.

Василису грубо стащили и поставили на землю.

— Хороша, — пропищал Помпадур, осматривая улов. — Приведите в порядок. К вечеру.

Дальше Васю взяли под руки и потащили в глубины замка — она только и успевала, что ногами перебирать. Стражники пусть ничего и не говорили по дороге, но даже в свете факелов Василиса смогла разглядеть их розовые щёки и похотливые взгляды. Да уж. Попала так попала. Впрочем, вроде без секса всё должно быть. Эта мысль её немного успокоила.

Наконец её втолкнули в большой зал с кучей низеньких кроватей. На полу валялись шёлковые подушки и одеяла, пахло духами. Вдоль окон стояли столы с фруктами и кувшинами. И женщины. Много. Очень много. Так много женщин в одном помещении она видела только на прослушивании в вокальное шоу «Голосистые девы». Их там были сотни, Васе достался номер двести сорок четыре. Она прождала почти весь день, и когда всё-таки её пригласили, она даже спеть толком не успела. Ей почти сразу вынесли вердикт: «Ваши данные нам не подходят». Помнится, Вася пыталась возразить, просила дать хоть пару строк спеть, но ей прямо сказали, что и так видят её данные, которые немного не дотягивают до нужных стандартов. Ладно, это осталось там, в прошлой жизни. Тут она может метить в любимицы короля, и ей даже не придётся ломать голову, как отказать в очередной раз.

— Новая игрушка? — услышала она шепелявый голос откуда-то снизу и наклонила голову.

Перед ней стояло толстое, почти круглое существо с большими, острыми, растопыренными ушами.

— Ты что такое?

— Евнух я, чего неясного?

— А почему ты так выглядишь? — удивилась Василиса.

— Как так? Странная какая-то, — почесало затылок существо. — Ты что, гоблинов не видела?

— Гоблин-евнух? — удивилась Вася. — Дурдом какой-то.

— Я бы возразил, да согласен с тобой. Ладно. Пойдём в купальни, велено тебя в порядок привести.

— С тобой?

— Что ж вы, люди, такие глупые, — выругался гоблин. — А с кем ещё?

— Я сама.

— Ой, пожалуйста. Мне меньше мороки. Пойдём.

Гоблин взял её за руку и потащил за собой. На удивление, его лапы оказались весьма приятными на ощупь.

— У вас очень мягкая кожа, бархатная, — не удержалась Вася.

Гоблин удивлённо уставился на неё.

— Попаданка, что ли?

— Видимо. Охранники меня так же называли.

— Понятно. Ну, добро пожаловать тогда.

— И много таких, как я?

— Встречаются, — пожал плечами гоблин. — Я всё же с тобой пойду. Ты не бойся, нам людские женщины неинтересны, да и… сама понимаешь.

— А почему ты добр со мной? — насторожилась Вася.

— Ну, ты хотя бы не обзываешься.

— Слушай, что мне ждать от Помпадура?

— Самодура-то? Ничего. У него простой закон: кончил в тело — гуляй смело.

— Это что, я забеременеть могу? — ужаснулась Василиса.

— Не допустят. Во дворце есть таролог-гинеколог. Он следит, чтобы, не дай боги, ублюдок не появился.

— Ну, уже что-то, — выдохнула девушка.

Василиса всё же сомневалась, что божий дар работает. Тот божок странный какой-то был, на лошка-задрота больше смахивал.

— Ай, — Василису что-то сильно кольнуло в её лучшую, по мнению самой Васи, часть.

— Что с тобой? — насторожился гоблин.

— Да, походу, укусил кто-то, — ответила девушка, потирая ягодицу.

— Тебя как звать-то?

— Василиса. Можно Вася.

— Хорошо.

— А тебя?

Гоблин остановился и снова удивлённо уставился на девушку, но потом мотнул головой, видимо, что-то вспомнив.

— Как хочешь, так и зови.

— Но имя-то у тебя есть?

— Нет. Это у свободных имена.

— Тогда давай придумаем.

— Да зачем? Кто меня по имени-то звать будет?

— Я.

— Ну-у… ладно.

— Тебя будут звать… — задумалась Василиса. И поняла, что в голове пусто.

Гоблин перетаптывался с ноги на ногу от нетерпения.

— Бли-и-ин, — взвыла Вася. — Не могу придумать.

— А есть в твоём языке имя, означающее «мужественный»?

— А мы разве не на одном языке говорим? — удивилась Вася.

— Не. Это вы все языки понимаете. И вас понимают все. Это всем известно.

— Арсений. Сеня! — вспомнила Вася. Вопрос языкового барьера её уже абсолютно не интересовал. Можно было с уверенностью сказать, что она и вовсе про него забыла. Она вообще голову ничем не забивала по возможности. Ещё в детстве Вася читала, что от дум и мыслей бывают морщины, поэтому для профилактики она старалась не думать ни о чём, кроме текущего момента.

— Сеня? — попробовал звучание гоблин. — Мне нравится.

— Ну что, Сеня, пошли тогда. Где эти купальни?

— Да, в общем-то, пришли.

Они стояли перед невысокими ширмами, по сути, в том же зале.

— Надеюсь, туалет тут не за ширмами, — вслух подумала Вася.

— Залазь в воду, а я приготовлю мыло и парфюм. Одежду бросай прям на пол.

Вася вылезла из джинсов, скинула топ и залезла то ли в ванну, то ли в маленький бассейн. Вода оказалась тёплой, даже горячей. Сеня достал небольшие причудливые склянки. Содержимое одной вылил прямо в воду. Второй — на мочалку, которую предварительно смочил. Воздух наполнился запахом хвои.

— Как вкусно.

— И успокаивает. Подожди.

Сеня снова начал рыться в шкафу, достал маленький пузырёк и поставил на пол рядом с Васей.

— Когда в хоромы позовут, выпей — тогда ничего не почувствуешь. Ты, конечно, и так вряд ли что почувствуешь, но с микстурой всё не так мерзко будет.

— И девушки это пьют?

— Это для тебя. Ты добра ко мне, хоть так отплачу. Сядь, спину потру.

Сеня действительно не проявлял никакого мужского интереса, и Вася, расслабившись, села, подставив гоблину спину.

— А как же остальные?

— А что остальные? Те, кто не хочет, просто прячутся. Самодур всё равно не помнит. А так здесь многим хорошо: тепло, кормят, одевают.

— И никак не выбраться?

— Боюсь, Василиса, ты тут до конца дней. Разве что Самодур помрёт, и всех распустят. Но как же он умрёт-то?

— От старости или болезни? — предположила Василиса.

— Тут, Вася, стареют и болеют только бедняки, рабы и слуги. Давай голову.

— Вот же попала, — Вася ушла с головой под воду.

Вынырнув, она увидела недовольную моську Сени.

— Извини, — пробурчала она.

— Ладно. Я ж понимаю.

— А как тут развлекаются? — Васю терзали смутные сомнения, что она сможет занять себя хоть чем-то: вряд ли во дворце найдётся интернет, а что делать без него, она не имела ни малейшего понятия.

— Настольные игры, книги.

— И всё? — без надежды спросила Вася гоблина.

— А что ещё надо-то? — пожал он плечами. — Библиотека у нас хорошая. Я сам собирал.

— А ты любишь читать?

— Да кто ж не любит-то? Там столько знаний! — как-то мечтательно произнёс Сеня. — Чего только стоит книга рецептов!

— Ты ещё и готовишь?

— У меня мама кухарка была. Я помогал, мне нравилось.

— А почему ты здесь тогда?

— Думаешь, меня спрашивали? – невесело усмехнулся гоблин.

— Значит, ты раб?

— Как и ты. Ладно, давай, вылезай, оботру.

— Я сама.

Вася выбралась из воды и обмоталась полотенцем.

— Теперь к портным, — скомандовал Сеня.

— Что, прям так?

— А кого стесняться-то? Меня? Мне ваши прелести уже в кошмарах снятся.

Василиса улыбнулась — гоблин ей нравился: добродушный, умный и даже в чём-то милый.

— Ну раз так, пошли.

В этот раз Сеня привёл Васю в небольшую комнату, где сидели малюсенькие дамы с перепончатыми крылышками. Василиса подумала, что её брату они бы понравились — он любил изучать насекомых. На мгновение ей стало грустно — она, видимо, уже его не увидит. Но Василиса отогнала мысли прочь. Тут уж ничего не поделать, сама виновата.

Вася замерла.

— Ты чего? — спросил Арсений.

— Да поняла, какая я дура. Ладно, рефлексию оставим на потом.

— А что такое «рефлексия»?

— Честно говоря, не знаю. Вычитала на одном сайте, что в сложных ситуациях полезно отрефлексировать. Чтобы успокоиться и расслабиться.

— А «сайт» что такое?

— Тебе вот прям интересно? — Вася даже разозлилась, но, посмотрев на Сеню, на его искренние глаза, потеплела. — Ну не знаю, как объяснить. Представь хрустальный шар, который картинку показывает.

— А чего представлять-то? У магов такие есть. Они общаются через них. И другим дают. За монетку.

— Ну вот! Это вроде газеты в шаре.

— Здорово! — искренне отметил Сеня. — А успокоиться и расслабиться можно. Сейчас дела только сделаем. У меня вино хорошее есть.

Он осёкся и вздохнул.

— А ты чего?

— Ну ты же не будешь пить с гоблином?

— Почему? Ты парень нормальный, без закидонов.

— Другие не поймут, — предупредил Арсений.

— Другие идут в задницу, — отчеканила Вася. — А какие у нас ещё дела?

— Да только платье, — пожал плечами гоблин.

— Тогда тащи вино сюда! Дамы пьют? — спросила Василиса обалдевших фей, а это были именно они.

— После работы, — неуверенно пропищала одна из них.

— И много у вас работы? — Василиса раскочегарилась не на шутку.

— Только твоё платье, — ответил за фей гоблин.

— Ну вот. В общем, тащи вино. Будем рефлексировать!

Гоблин замер, не зная, что предпринять.

— Сеня, не теряйся. Девчонки и без тебя справятся. Да?

Последнее было обращено к феям, и они в ответ дружно закивали. Гоблин вздохнул, причём больше для проформы, и пошёл за вином и, как выяснилось позже, бокалами. К его возвращению феи успели снять мерки, раскроить ткань и уже занимались сборкой.

— Как вы шустро! — искренне удивилась Вася. Она даже заскучать не успела в ожидании. — И как красиво получается! Это ж сколько можно зарабатывать!

Феи аж замерли от неожиданности.

— Ой! Вы ж, наверное, тоже рабы? — Василиса подумала, что её слова их задели. Вообще, раньше её не беспокоили такие вещи, но тут почему-то ей не хотелось вести себя как стерва. Наверное, потому что пока с ней обходились как-то по-доброму, что ли. Ну, кроме этого Помпадура.

— Нет-нет. Мы наёмные, — успокоила одна из феечек.

— Хотя лучше в рабстве жить: и за жильё платить не надо, и всегда накормят, — поддержала вторая.

— Да-да. Нам ещё повезло. А вот на фабриках девочкам не позавидуешь, — согласилась третья.

— Да? — удивилась Вася. — Я думала, рабам тяжело живётся.

— Ну, везде по-разному, — сказала первая.

— На шахтах, наверное, каторга, — согласилась вторая.

— А я слышала, что у демонов работников закон защищает. У них, эти, как их, профсоюзы. Вот бы у нас так! — вдруг воскликнула третья.

Тут Вася ещё больше удивилась. У них в компании тоже был профсоюз, но пользы от него — только председателю: слетал отдохнуть и купил новую люксовую тачку. Ну, и решал он споры трудовые. В пользу работодателя.

— У демонов всё по уму, — подоспел с наполненными бокалами Сеня. — Как там платье?

— Как раз закончили! — с гордостью сказала первая фея.

— Надо примерить! — сказала вторая.

— Тебе помочь? — обратилась третья к Васе.

Девушка помотала головой и влезла в платье.

— Ну как? — покружилась она, давая себя оглядеть.

— Восхитительно, — каким-то печальным голосом ответил Сеня.

— А чего так грустно-то? — не поняла Василиса.

— Вечер оно не переживёт, — сказала первая.

— Зачем только стараемся, — вздохнула вторая.

— Да вы лучше девочку пожалейте, — возмутилась третья.

— Ну, я хотела себе богатого поклонника… — попыталась пошутить Вася.

— Лучше не надо. Забудет и отстанет, — Сеня подал наполненный бокал. Феям он налил в напёрстки. Хотя в их руках они выглядели как полноценные пивные кружки.

— За знакомство, что ли? — предложила Вася.

— Будем, — поддержали остальные.

— А ты совсем не волнуешься, — отметила первая фея.

Вася пожала плечами.

— Парня, с которым я сюда попала, повесили в лесу. А девушек избитых я тут не увидела. Да и секс, если он вообще будет, я переживу.

— Страшная ты, — поёжился гоблин.

— Сеня, там, откуда я, женская сексуализация продаётся в промышленных масштабах. Знал бы ты, за что готова платить куча мерзких мужиков.

Василиса сказала это со злостью. Злилась она больше на себя — сама эксплуатировала свою красоту в хвост и в гриву.

— Сеня, — засмеялась вторая фея.

— Арсений, так меня теперь зовут. Василиса придумала, — с гордостью пояснил гоблин.

— А ты добрая, — восхитилась третья. — Нас обычно и не замечают.

— Даже рабыни?

— Они ещё и хамят, — грустно отметила первая.

— А как вас зовут?

— Я — Афина, — сказала первая.

— Я — Арахна, — ответила вторая.

— А я — Мокошь, — закончила третья.

Васе показалось, что третья, Мокошь, немного отличалась от подруг. Афина и Арахна, похоже, соревновались друг с другом. А вот Мокошь как будто присматривала за ними. Как старшая сестра.

— Василиса, будем знакомы.

— А как в твоём мире к феям относятся? — полюбопытствовала Арахна.

— У нас их нет. Только в мифах и сказках. Например, зубные феи. Молочные зубы собирали и монетки оставляли.

— Они что, таксидермистами были? — удивился Сеня.

— Почему? — не поняла Вася.

— Ну а зачем ещё им зубы-то?

Вася задумалась. А действительно, зачем?

— Не знаю, — ответила она. — Я даже не знаю, откуда эта легенда.

— А какие ещё у вас феи?

— В одной сказке была добрая фея, которая своей племяннице Золушке наколдовала карету и туфельки. И отправила на бал к принцу, хотя ей мачеха поручила зёрна перебрать и убраться в доме.

— Фея от неё избавиться, что ли, решила? — задумалась Афина.

— Почему? — удивилась Вася.

— Ну, если она простая работница, она ж этикета не знает. Одно неправильное слово — и на плаху, — пояснила Афина.

— Да и работу не выполнит, — задумался Сеня. — Её ж накажут за это.

— Ну, сказка-то хорошо закончилась. Девушка осталась с принцем, а мачеху и сестёр наказали.

— За что? — не поняла Арахна.

— Ну, вроде мачеха издевалась над Золушкой. За это. А ещё Золушка потеряла туфельку, и её искали, примеряя к ногам девушек. Сёстры пытались принца обмануть и в эту туфельку влезть. В наказание им птицы глаза выклевали. Ну, вроде бы.

— Так она ж много кому может подойти, — Арсений почесал затылок. — Видимо, у людей принято глупцов и самодуров на трон сажать. А тут ещё и изверги какие-то.

Вася хотела было возразить, но поняла, что Сеня, в общем-то, прав. Дурацкая сказка, если задуматься.

Где-то далеко загрохотал колокол.

— Пора, — сказал Арсений.

— Василиса, — вдруг обратилась к ней Мокошь. — Ты заходи. Хотя бы поговорить.

— Да, не стесняйся, — присоединилась Арахна. — Чем сможем, тем поможем.

— И будь сильной! — посоветовала Афина.

Сеня взял за руку Васю и повёл прочь.

— В гареме со мной не разговаривай, — предупредил он. — Иначе будешь изгоем. Тут не принято, чтобы люди болтали с такими, как мы.

— Посмотрим, — не в характере Васи было соблюдать глупые правила — жизнь одна. Ну… две в её случае. Так что ко всему надо с умом. Даже если его немного.

На удивление, зал гарема они прошли насквозь, и Сеня повёл её куда-то наверх. В какой-то момент пропала вся стража — лишь пустой коридор с красивой вязью на потолке. Вася даже вспомнила, как в школе от скуки рисовала подобные загогулины в тетради.

— Восхитительные узоры!

— Это защитные заклинания. Пришли. Жди. Как позовёт — выпей микстуру.

— А как обратно-то? — зачем-то спросила Вася.

— Я буду ждать в соседнем коридоре.

— Поняла.

— Микстура, — ещё раз напомнил гоблин и пошёл прочь.

Глава 3. Боже, храни коррупционеров.

Ваня стоял перед входом в канализацию. Точнее, перед выходом сточных вод. И подозревал, что пахнет внутри далеко не розами. Да и тут не жасмин цвёл.

— Надень, — протянул орк маску, изображавшую то ли собаку, то ли лису.

Такую же он нацепил сам. Теперь на Ваню с прищуром смотрел хитрый зверь.

— Они что, маскарадные?

— Да. И недурно чистят и ароматизируют воздух.

— А зачем воздух чистить?

Орк покрутил головой.

— А ты представь, какой смрад в залах стоит от потных тел. И ведь они ещё и душатся все.

На этих словах орка передёрнуло.

— А вентиляция? Не справляется?

— Хм, — с уважением покачал головой орк. — Инженер, говоришь? Скажем так: не всегда. Ведь простым рабочим тоже нужно что-то кушать.

Иван усмехнулся: мир другой, а подход тот же. В целом он понимал, почему. Можно сделать хорошо и надолго, но тогда всех, кто обслуживает технику, уволят. Вот и получается, что хорошо делать банально невыгодно.

— Что, у вас так же? — с пониманием спросил орк.

— А где ж иначе-то?

— Есть место, — со знанием дела ответил орк. — Готов?

Иван надел маску и почувствовал запах жасмина.

— А как она работает? — инженер всегда остаётся инженером.

— Волшба какая-то, — отмахнулся орк. — Что в голову придёт, тем и пахнет. Ты главное…

Он не успел договорить, как Иван сдёрнул маску и дико захохотал.

— … не думай о зловониях.

— Это понятно, — сквозь смех и слёзы ответил Иван. — Только со мной, видимо, не сработает.

— Точно, — ударил себя по лбу орк. — А на тебя вся волшба так действует?

— Не знаю. Пока так выходит, — пожал плечами Ваня, а потом вспомнил, как висел на суку. — А волки тоже, что ли, волшебные?

— Что ли волшебные. Делать-то что будем? Без маски ты, скорее всего, задохнёшься. Не хотелось бы терять столь ценный кадр слишком быстро.

— А не быстро, значит, можно?

— И не быстро не надо. Есть предложения?

— Там вообще вентиляции нет? — поинтересовался Иван. Что-то он сомневался, что под городом скапливается какой-нибудь метан или сероводород.

— Какая-то есть. Но дышать внизу всё равно особо нечем — вырубишься и не заметишь. Мало ли каких по углам зловоний накопилось.

Иван посмотрел на маску. Вздохнул и надел её снова.

— Работает. Главное — не думать о запахах, — подытожил он.

— Уверен? — спросил орк.

— Если эта хрень надёжная, то да, — Иван постучал по маске.

— Надёжная.

Орк отодвинул решётку, и они вошли в подземелье. Странным образом тут хватало света. Вскоре Иван понял, что дело в стенах — они слегка светились. Технически грамотное решение — с факелами тут не походишь. Ему почему-то вспомнились игры, где герои лазили по таким вот подземельям, а потом сражались с преступниками или стражей. Они, должно быть, одним своим запахом вырубали криминальный элемент и обезоруживали сотрудников правопорядка. Наверное, от героев за версту тухлыми яйцами несло. Тут Иван понял, что мысль эта пришла совсем некстати: нос наполнился соответствующим ароматом, и Ваню чуть не вывернуло. А ещё дико защекотало лицо и где-то внутри головы.

— Ты в порядке? — поинтересовался орк.

— Д-да, просто фантазия очень богатая. Кстати, маска, походу, прям на мозги действует.

— Интересный ты малый.

Так они и шли по тусклому тоннелю, иногда сворачивая то влево, то вправо. И всегда рядом куда-то неторопливо тёк зловонный ручей. Иван почти не чувствовал запахов — маска действительно неплохо фильтровала воздух — но сероводородная вонь иногда всё же просачивалась.

— Пришли, — орк остановился у лестницы, уходящей под потолок. — Жди тут, я осмотрюсь.

Он ловко забрался под самый вверх, выбил люк и скрылся. Ваня остался один в тусклом мерзком мире. Где-то в тёмной глубине попискивали крысы. Иван читал, что эти грызуны довольно живучи и вполне адаптировались к жизни даже в таких условиях. Теперь он это наблюдал воочию. Точнее, воочию слышал.

— Залезай, — позвал голос сверху.

Ваня вскарабкался по ржавой лестнице и очутился в длинном коридоре. На другом конце угадывалось слабое мерцание, но разглядеть всё равно ничего толком не удавалось.

— А чего тут так темно?

— А с чего тут светло-то должно быть? Может, ещё табличку поставить: «Чёрный ход в сокровищницу Его Сиятельства. Студентам по четвергам вход свободный»?

— Ну, внизу стены светились.

— Так то плесень, — засмеялся орк. — Её вообще счищать должны, но, слава коррупции, чистят только на бумаге.

— А зачем её счищать? — удивился Иван.

— Так в дома лезет, кирпич жрёт. Но, сам понимаешь, ремонт всегда дороже, чем профилактика, поэтому все довольны. Деньги крутятся, отчёты наверх идут. А если что случится — спишут на происки демонов. У людей с эльфами всегда они виноваты. Их царь, поди, страдает от хронической икоты.

Иван вполне понимал, почему орк относится ко всему этому так скептично — его спутник был далеко не глуп и знал, как на самом деле устроен мир.

— Ну что, готов жирок растрясти?

Ваня уже было по привычке обиделся, но обида на обычном месте не обнаружилась. Более того, шутка ему показалась уместной. Наверное, всё-таки нанюхался канализационных паров.

— Что от меня требуется?

— Просто иди. Тут куча ловушек, все волшебные. Будут срабатывать.

— Прям все волшебные? — усомнился Иван.

— Ну да, их же подзаряжать надо. А механическую поставил и всё. Ну, раз в полгода смазку проверить. Кому ж это надо-то? На таком не заработать.

— Точно: миры разные, а подход один, — пробормотал Ваня, а потом добавил. — Поди, ещё и не все заряжены.

— Начинаешь вливаться? — усмехнулся орк.

— Да приходилось в сервисах разных работать. Всякого навидался. Даже подписку на функционал.

— Это как?

— Ну покупаешь, не знаю, карету. А у тебя месячный лимит на расстояние, которое она может проехать. Хочешь больше — покупай подписку. Причём лошади и обслуживание всё равно за твой счёт.

— Хитро, — оценил орк. — И есть дураки, которые такое покупают?

— Да, — без сомнений сказал Иван. — Это ж статусные кареты. А какой дурак не захочет подчеркнуть свой статус?

Орк лишь удивлённо покрутил головой.

— Ладно. Давай делом займёмся. Иди. Я тут тебя жду. А лучше беги — так меньше задевать будет.

— А ты со мной не пойдёшь?

— Если б мог, ты мне зачем?

— Логично. Ну, после меня иди, как ловушки сработают.

— А с чего ты взял, что они одноразовые? — усмехнулся орк. — Не, дружище, они перезаряжаются. И сколько там зарядов, я тебе не скажу. В общем, мужайся.

— А вдруг… — хотел возразить Иван, но поймал взгляд орка и понял, что, если он сам не пойдёт, его просто вперёд толкнут. Видимо, шкатулка была крайне ценной.

— Погоди, — вдруг сказал орк и снял пояс, который оказался верёвкой и, судя по всему, довольно длинной. — Привяжи за пояс, если что, вытащу тебя. Не панацея, но лучше, чем ничего.

Иван обмотался верёвкой и пошёл. Он не прошёл и двух метров, как сработала первая ловушка — она оказалась электрической и ударила прямо из пола. Разряд прошёлся от ступни и до пояса. И если бы не его дар, он, конечно, бы погиб. Но… по ноге прошла приятная щекотка, переросшая в районе паха в крайне неожиданное ощущение, которым Иван может быть и насладился бы, но расслабляющая щекотка дошла до кишечника…

— Что с тобой? — забеспокоился его спутник.

— Всё нормально, — сквозь зубы проговорил Ваня. — Не стоило кушать перед дорогой.

— Не стой на месте, — напомнил орк.

— Ага, — сказал Иван, и его сразу же окутало пламя. Рубашка моментально сгорела, успев немного обжечь кожу. «Ну, естественно, на вещи дар не распространяется — это не в игрушки на консоли играться», — подумал Иван и принялся снимать с себя всю одежду.

— Ты это чего? — удивился орк.

— Сгореть не хочу, — зло кинул Ваня.

— В тебя ж Мелкий огнём кидался.

— Ну он-то в голову.

— Так и запишем: против колдунов — с голым задом, — засмеялся орк.

— Рад, что поднял настроение, — Иван кинул в него одежду, оставшись в одних трусах. — Надеюсь, она мне ещё пригодится.

— А не боишься обжечь самое важное?

— Я рискну.

— Ну смотри. Ты там прихвати монет побольше, купим тебе хорошее снаряжение, огнеупорное.

Иван лишь поднял руку, мол, хорошо, и пошёл дальше. «Полоса препятствий» оказалась даже интересной: королевские колдуны подошли к делу с фантазией. Сначала всё было по классике — лёд, вода, огонь, даже грязь наколдовали. Последняя, видимо, должна была его удерживать, как трясина, но в силу дара не смогла. Хотя испачкался он знатно. Встреть Ваня сейчас стражу, наверное, он бы их напугал. Голый жирный мужик, весь в грязи, да ещё и ржёт, как умалишённый. Он представил эту картину, и она так его развеселила, что остальные ловушки Ваня прошёл, почти не заметив: что-то на него пролилось, потом повалил какой-то газ, от которого так защекотало лёгкие, что ему захотелось даже глубже дышать. В конце появился целый призрачный рыцарь, который, очевидно, должен был его рассечь не менее призрачным мечом, но стоило лезвию лишь коснуться кожи, как призрак развеялся.

Наконец коридор закончился, и Иван остановился перед дверью. Запертой.

— И где мне взять ключ? — спросил он в пустоту. — Эй, наверху, не подскажешь?

В общем-то, Иван и не ждал ничего, но вопреки этому явился тот молодой парень.

— Твою мать, тебя ограбили, что ли? — крикнул он, увидев Ваню.

— Сам дурак.

— Что надо?

— Дверь. Открыть.

— И стоило ради этого тратить призыв?

— Какой призыв?

Парнишка явно не хотел этого вопроса. Но, видимо, не мог не ответить.

— Раз в год. Ты можешь призвать меня.

— Всего лишь раз в год?

— Просто призвать — да, — ещё с большей неохотой ответил молодой человек.

— А не просто?

— Раз в месяц, — сквозь зубы ответил парень.

— И что мне для этого надо?

— Ты чего такой умный, а? Алтарь.

— Какой? — Иван уже понял, что этот бог будет максимально скрытничать.

— Мой.

— И как он выглядит?

— Ты его видел.

— Рояль, что ли?

— Да-а-а.

— Понял. А можно мне какую-нибудь одежду? Чтоб волшба не разрушала.

— Нельзя. Никакой неуязвимости, — отрезал бог.

— Да не надо неуязвимости, просто чтоб не разрушалась. Пусть пропускает вообще всю волшбу — так даже лучше.

— Такое можно.

Он щёлкнул пальцами, и перед Иваном на полу появилась сорочка, какие носили в веке восемнадцатом, брюки, сильно напоминающие кюлоты, только длиннее, и сапоги с высоким голенищем. Иван надел рубаху — она оказалась что-то вроде оверсайза, а вот кюлоты были ему явно малы — очевидно даже без примерки.

— Какой же ты проблемный, — вздохнул бог, вновь щёлкнул пальцами, и одежда подстроилась под размеры Ивана. — Считай артефакт. Всегда будет впору владельцу.

— Спасибо, — поблагодарил Иван и натянул штаны. — А как тебя звать-то?

— Не надо меня звать.

— Зовут как? Чего ты вредный-то такой?

— Ты ж с орком сюда пришёл? Они меня Орфеем зовут. А чё вредный… — Орфей вдруг осёкся, будто опомнившись. — Не твоё дело, смертный. Всё, бывай.

— Постой.

— Да что ещё?

— А я к любой волшбе неуязвим?

— Я же говорил: нельзя никакой неуязвимости. Баланс! И ты уязвим — любые чары тебя щекочут.

— Ну, считай, неуязвим.

— Что, сердце дохрена сильное, что ли? Что-то сомневаюсь, — поёрничал Орфей. И исчез.

Иван дёрнул ручку — дверь как была заперта, так и осталась.

— Блин, а дверь? — зло вздохнул он. В замке раздался щелчок, послышался глухой звук, и дверь приоткрылась. — Спасибо, Орфей!

Войдя внутрь, Иван обнаружил на полу длинный брусок. Дверь оказалась закрыта не только на замок, но и на засов. Да уж, на что надеялся орк? А вообще, была в этом какая-то злая ирония: ловушки не удержали, замок вскрыли бы, а вот старый добрый засов… И не выбить — дверь с умом ставили.

Иван огляделся. Ещё один небольшой коридор. Ваня как раз находился в одном из его концов. В другой стороне виднелась небольшая лестница, упирающаяся в массивную дверь — вероятно, выход. А вот слева, похоже, вход в сокровищницу. Напротив этой двери на стене висел светильник. Скорее всего, тоже волшебный. Ну, или в этом мире изобрели натриевые лампы — весь коридор заливал противный оранжевый свет.

Иван неспешно двинулся вперёд, готовый к новой порции незабываемых ощущений. Но, на удивление, ничего не произошло. Он спокойно дошёл до входа в сокровищницу и коснулся дверной ручки. Она слегка пощекотала ладонь, и дверь отворилась. Странно. Интересно, это Орфей помог или недоработка местных инженеров? Иван поставил в голове галочку поэкспериментировать на досуге.

Он вошёл внутрь. Тут тоже горел свет. Только более приятный: тёплый, слегка приглушённый. Будто он зашёл в чью-то спальню. Кругом стояли статуи, сундуки, витрины, висели массивные полки на стенах, рядом — шкафы, стол с едой и кровать, в которой кто-то спал. Иван начал искать глазами шкатулку. Он уже было двинулся к шкафам, но вдруг замер. В голову пришло осознание увиденного. Ваня медленно повернул голову в сторону кровати. Не почудилось. Действительно. Кровать, и в ней кто-то спит. Девушка.

«Ладно, пусть будет девушка. Этот мир явно с чудинкой. Да и я тут за другим», — философически подумал Ваня и продолжил поиски шкатулки. Он старался не шуметь, справедливо полагая, что девушка может проснуться и закричать. Ваня тихо обшарил шкафы, оглядел полки. Подошёл к сундукам. Попробовал открыть. М-да. Коснулся замков — тоже ничего не произошло. Какой-то уж очень сырой план вышел у орка. Ваня устало присел на сундук и уставился в пол.

— Ты чего расстроился, толстячок-морячок? Микстурку мужскую потерял, что ли? Так с таким животом она всё равно не поможет, — услышал он злой смех.

Иван поднял взгляд. На него смотрела девушка. Что-то в ней было неземное, нечеловеческое. В смысле, выглядела она странно: неестественно светлые глаза как будто чуть больше, чем положено. Уши слегка вытянуты и врастопырку. Фигура… ну, на взгляд Вани очень женственная, хотя девушка немного коренастая и чутка перекачанная. Несмотря на всё это, казалась она как будто бы симпатичной.

— Знаешь что? — Иван уже привычно показал средний палец.

— И что этот жест значит?

— В жопу иди, он значит.

— Эм… — растерялась девушка.

— Блинский, где эта долбаная шкатулка? — кинул Иван в воздух и продолжил поиски.

— Всё-таки мужскую микстурку ищешь, — уверенно сказала девушка.

Иван удручающе на неё посмотрел и хотел ещё раз послать, но увидел, что девушка просто храбрится. А ещё — что она прикована к изголовью кровати.

— Ты сексуальная рабыня, что ли? — спросил Ваня.

— Ну, пока просто пленница, — неуверенно протянула девушка. — А ты вор?

Иван снова уселся на сундук.

— Ну, если бы это была сокровищница, то, наверное, я бы мог себя так назвать. Но это, похоже, чья-то подземная спальня.

Тут Иван подумал, что забавно бы вышло, если бы Орфей ему с одеждой не подсобил. Он даже представил эту неловкую ситуацию и засмеялся.

— Эй, ты только с ума не сходи, хорошо? — попросила пленница. — Ну или хотя бы освободи сначала, а? И это, кстати, действительно сокровищница.

— А ты что тут делаешь?

— А Его Императорское Невеличество изволило любить цверга, меня то есть. Можешь представить, что будет, если его подданные узнают?

— Не могу, — честно ответил Иван. — Я даже не знаю, кто такие цверги и чем они от людей отличаются. По мне ты просто девчонка с необычной внешностью. Даже в чём-то симпатичная.

— Что, совсем девки не дают? — засмеялась пленница.

— А ты, гляжу, не очень хочешь на волю?

— Ладно, ладно. Извини. Не ожидала увидеть тут такого импозантного мужчину. Я ж самого императора ждала!

— А чего ты тогда? Что-то сомневаюсь, что я сильно похож на него.

— Ну мало ли, — пожала плечами девушка.

— И запах тебя не смутил? — спросил Иван. Он вполне понимал, что от него пасёт канализацией.

— Какой? А-а-а… да тут и так запах стоит, что глаза режет. Это вы, люди, не чувствуете. А мы… ты думаешь, чего у нас мужики все с длинными бородами? Маслом пропитают, и вроде работать можно.

— Ясно. Как тебя освободить? У меня ключей нет.

— А как ты сюда попал? Как замки открывал?

— С улыбкой, — ответил Иван. — Боюсь, с замками я тебе не помогу.

— Ну серьёзно?

— Серьёзнее некуда, — Иван развёл руками.

— А ты случаем не колдун? — с надеждой спросила пленница. — Если нагреть, я бы смогла разогнуть.

Иван посмотрел на толстые звенья, а потом на девушку. Видимо, сомнение на его лице было столь явное, что девчонка сразу пояснила:

— Я же цверг, у нас силы поболее, чем у вас. Ты с неба, что ли, свалился?

— Да, с неба, и нет, не колдун. Ладно, помочь я тебе, к сожалению, не смогу. Извини.

— Да я понимаю. А ты-то тут зачем?

— Должок вернуть. Кстати, ты тут шкатулку не видела? Вот такую примерно, — Иван показал её размер. — Там ещё пятиконечная звезда красная.

— Есть тут одна. Ты только взять не сможешь, сгоришь. Я, собственно, и попалась из-за неё.

— Видать, ценная, — улыбнулся Иван. — Почему сгорю-то?

— Чары. Как коснёшься, в тебя пламя драконье ударит.

— Горячее?

— Откуда ты такой? Оно же драконье! Конечно, горячее. Все плавит.

«Вот так deus ex machina», — подумал Иван, а вслух сказал:

— Ну, тогда показывай, где, и пакуй чемоданы.

— Ты что удумал? — насторожилась девушка.

— Сейчас увидишь, — улыбнулся Иван.

— Отодвинь вон тот шкаф.

Шкаф оказался, мягко говоря, нелёгким. Пришлось из него всё вытащить, и даже после этого он еле-еле поддался.

— Хилый ты какой-то, — с непонятным разочарованием отметила девушка. — Даром что здоровый.

Иван лишь показал средний палец. Вытерев рукавом пот с лица, он подошёл к нише, где лежала шкатулка. Вроде та самая. Он, не задумываясь, взял её и засмеялся как сумасшедший. Слёзы градом хлынули из глаз, и он чуть не потерял сознание. Но обошлось.

— Эй, ты как?

— Жив, — прошептал Ваня. — Дай отдышаться.

Он уселся на пол и стал разглядывать находку. На самом деле шкатулка как шкатулка. Даже не из золота, а из…

— Не знаешь, что за материал?

— О! Это рутил! — с восхищением сказала девушка. — Только демоны умеют его создавать! Там особая волшба нужна.

— Титан, значит, — покачал головой Иван. — А чего она так долго перезаряжается?

— Что ты имеешь в виду?

— А чего она меня снова пламенем не бьёт? — Иван покрутил шкатулку в руках.

— Ну если отпустишь, а потом снова коснёшься — ударит.

— Ясно.

Иван подошёл к кровати, прикинул, как лучше направить пламя, чтобы не задеть ничего лишнего.

— Нужно немного натянуть цепь.

Девушка слезла с кровати. Длины цепи ожидаемо хватило как раз до стола. Между делом Иван ещё раз оценил фигуру девушки — что-то в ней всё-таки было. С одной стороны, будто занималась профессионально кроссфитом, с другой — выглядела очень естественно.

— Эй, чего застыл? — голос девушки вернул Ваню в реальность.

— Ты красивая, — сказал Иван и продолжил приготовления.

— Хм, обычно местные на эльфов засматриваются.

— Я не местный. Но на эльфиек бы глянул.

Девушка засмеялась.

Через минут десять всё было готово: шкатулка стояла на контейнере, который каким-то чудом затесался в местные сокровища, цепь была натянута между ней и Иваном.

— Ну что, готова? Надеюсь, тебя не заденет.

— Давай уже!

И Иван коснулся. Пламя соскочило со звезды на шкатулке и устремилось к нему, уничтожая всё на своём пути. Несколько звеньев цепи моментально испарились, и девушка завалилась на стол. А Иван почувствовал уже привычную щекотку. В этот раз приступ безудержного веселья он перенёс сильно легче — видимо, сказывался опыт. Через пару мгновений всё было кончено.

— Ну что, — Иван вытер пот со лба. — Можем идти?

Девушка удивлённо крутила обрывком цепи, словно не верила, что обрела свободу.

— Надо бы компенсацию взять, — она с жадностью осмотрелась. — А шкатулку оберни во что-нибудь. Сейчас.

Она подошла и, ловко сорвав простынь с кровати, быстро скрутила некое подобие сумки.

— Держи.

Девушка передала импровизированную сумку Ване и занялась выбором трофеев.

— А стража не придёт? — Иван вдруг понял, что в сокровищнице он уже довольно долго.

— Не. Только служанка может зайти. Но не раньше утра. Еду принести да горшок сменить.

— Горшок?

— А ты тут видишь отхожее место?

— И то верно. Тебя как звать-то?

— А ты, гляжу, романтик, — прыснула смехом девушка. — Давай, когда выберемся.

Иван отметил, что орк, что девчонка не спешили имена называть. Надо будет потом выяснить почему.

— Слушай. Я шёл через канализацию и отходить планирую так же.

— Переживу.

Сумка потихоньку наполнилась монетами, несколькими статуэтками и драгоценными камнями.

— Готово, — удовлетворённо кивнула экс-пленница, а теперь временная спутница.

— Не знаешь, что это за ящик? — спросил Иван, указывая на контейнер, который использовал как подставку для шкатулки. — Крепкий, только замок оплавился.

— Ящик Пандоры. Оплавился? — девушка удивлённо подняла брови. — Действительно. Ну, ты дважды герой! Девушку спас от плена и мир уберёг от бедствий.

— Вот так вот. Был скуфом-ботаником, стал героем, — сказал Иван с грустью в голосе.

— Ещё и богачом. А чего грустно так?

— Пойдём, — ушёл от ответа Ваня. — Иди чуть позади. На шагов пять. Там ловушки у выхода. И… сумку тебе тащить, а то сгорит.

Девушка, видимо, поняла смущение Ивана.

— Да вы сама галантность, сэр! Не боись, не сломаюсь. Чай посильнее тебя буду.

— Хорошо. Ну, пошли тогда.

Они вышли из сокровищницы. В коридоре по-прежнему царила тишина.

— И всё же странно, что стража не идёт, — засомневался Иван. — Мы явно шумели.

— Думаю, им заплатили, чтобы они временно оглохли. Сам понимаешь, земля слухами полнится, так зачем повод создавать.

— Тебя ж не сам император привёл.

— Те, кто привёл, наверное, уже мертвы. И те, кто меня продал. И те, кто поймал.

— Значит, служанку тоже убьют? — Ване стало грустно. Людей он, конечно, не любил. Но ещё больше он не любил бессмысленного насилия.

— Ну, её, может, не убьют. Она немая же.

Иван вздохнул и пошёл дальше. Он очень надеялся, что его спутница действительно так считает, а не просто попыталась его успокоить.

Глава 4. Бойся своих желаний.

Вася стояла перед дверью и ждала. Инструктаж от Сени она получила простой — выпить микстурку и прикинуться бревном. И, самое главное, сдержаться от стонов, глубокого дыхания. Его Сиятельство сразу запишет себе в подвиги любой вздох Василисы. Даже если он будет не к месту, нелепым и фальшивым. Так вот, Помпадур запишет это себе в подвиги, а, как известно, подвиги мужчины повторять любят. Особенно, если от них особо ничего не требуется.

«Прямо как в родном мире», — подумала Василиса. Ей вдруг вспомнились все её неисчислимые ухажёры. Всех их подводил размер собственного эго: Василиса лихо научилась этим пользоваться как в целях собственной безопасности, так и в целях собственного финансового обеспечения. Один раз только вышла осечка — тот самый толстяк. Да, она его-таки вспомнила. Не от мира сего, он просто не понимал намёков. Даже на новый телефон не смогла развести — сказал: «Подожди, через месяц следующая модель выйдет, там поинтереснее, я тебе подарю». Ага, целый месяц жирдяя терпеть. А потом выяснилось, что у него даже автомобиля своего не было. Точнее, был, но не тот, на котором ездили по-настоящему интересные мужчины — обычная старенькая японка. Какой же это автомобиль! «Она надёжная и удобная, тут всё есть». И ведь прав, пёс! Ехали они с комфортом…

Зазвонил колокольчик. Видимо, пора. Вася посмотрела на флакон. Эх, надо было расспросить, как действует микстура. Впрочем, выпить её она ещё успеет. В туалет отпросится, или что тут вместо него. И она вошла.

Картина, которую Василиса увидела, мягко говоря, удручала. Перед ней стояла монаршая особа. Особа оказалась тощей, с невзрачным, совершенно незапоминающимся лицом, понурыми плечами и с проплешинами на голове. Образ завершал животик, который прекрасно оттенял тонкие ноги, торчащие из толстой задницы. М-да. В лесу он выглядел иначе. Впрочем, корсеты, макияж и парики и в её родном мире творили чудеса.

— Ну что, красавица, горишь? — улыбнулся Его Сиятельство.

«Прям воспылала», — подумала Василиса. В целом, ничего нового, типичный «мачо»: много денег и мало… всего остального.

— Может, сначала выпьем? — завела привычную игру Вася. — Или, наверное, не стоит. Вдруг пропадёт мужская сила, я с таким сталкивалась.

— Ха, — усмехнулся Помпадур. — Девчонка! Я тебе покажу, что такое настоящий мужчина!

«Повёлся», — подумала Вася. Она так часто делала — довольно лёгкий способ избежать ненужной близости. Если не отключится верх, то уж точно отрубится низ. Главное, самой не перебрать.

— Наливай. Я предпочитаю красное полусладкое. А Вы, как настоящий мужчина, предпочтёте что-то покрепче?

На этих словах Помпадур, взявший второй кубок и уже собиравшийся налить и себе вина, неуклюже отставил бутылку и взял другую — низкую, квадратную. В таких обычно разливали виски.

— За знакомство, — Его Сиятельство подал кубок с вином.

Чокнулись, Вася сделала глоток, а вот Помпадур выпил залпом и… даже не поморщился. А кубок был немаленький. Ну ладно.

— Давайте ещё за Ваше Сиятельство! Не каждый день встретишь столь импозантного мужчину.

Глаза Помпадура прямо загорелись — видно, нечасто он слышал комплименты от женщин и потому моментально повёлся даже на столь откровенную лесть. Он быстрым движением наполнил свой кубок и уже потянулся за винной бутылкой, но Вася его остановила, помахав ладонью.

— Не стоит, у меня ещё есть. Вы же не хотите, чтобы я уснула или, что было бы крайне неловко, меня стошнило на Вашу постель? Однажды у меня такое случилось — вечер был безвозвратно испорчен, а мой поклонник до сих пор мне припоминает, как я простынью стирала с лица… ну, Вы поняли.

Помпадура слегка передёрнуло — слова попали куда надо. Вид пьяной женщины, вытирающей следы рвотных масс, вряд ли кого возбудит.

— А, уберут. А тебя приведут в порядок. Ты — наложница самого императора. Так думай соответственно! — и он залпом осушил кубок.

Тут уже передёрнуло Василису от отвращения. И вообще, всё шло не так, как она планировала. Помпадур не пьянел, ему не становилось плохо, ничего. Странно.

— А Вы крепкий, ни капли не опьянели, — Василиса решила разобраться, что же не так. Другие её фокусы всё равно не прокатят: на больную голову не сошлёшься, непонимающей дурочкой тоже бесполезно прикидываться — этот сразу «учить» начнёт. Ну, а сначала подарок попросить и потом капризничать — уж подавно. Попадалово.

— Ха! Видишь вязь? Защищает меня от любых ядов. В том числе и от этого, — Помпадур самодовольно показал маленькую татуировку на плече. — Ну хватит, займёмся делом!

— Мне надо отойти! — дрожащим голосом пропищала Вася.

— Ну уж нет, я долго ждал. Я ещё никого так не жаждал, как тебя! — Помпадур схватил Васю за руку и попытался опрокинуть её на кровать. Но сил у него не хватило. В глазах Василисы он вообще выглядел откровенно хилым. — Какая сильная!

— Да не сильная я, — озадаченно буркнула она.

В этот момент Василиса подумала, что с даром она, походу, дала маху. И начала догадываться, сколько проблем он ей создаст. Вот так всегда — ляпнет, не подумав, а потом героически расхлёбывает. Права оказалась бабушка — дурная голова ногам покоя не даёт.

— Ведьма! — закричал Помпадур, чем вернул её в реальность. — Почему? Почему я не могу?

Василиса увидела ужас в глазах Сиятельства. Взгляд его устремился туда, где обычно зреет мужская уверенность.

— Что с вами, Ваше Сиятельство?

— Моя сила! М-м-моя мужская, — он уже начал натурально задыхаться.

«Паническая атака. Вот только этого не хватало», — подумала Василиса. С ними она сталкивалась не раз — ими страдала её подруга, и Вася вполне понимала, что от неё требуется.

— Ваше Сиятельство, смотрите на меня и ме-е-едленно дышите носом. Давайте со мной, — Вася показала, как надо.

Несколько минут они дышали, глядя друг другу в глаза, пока Помпадур не пришёл в себя. После этого он устало плюхнулся на кровать.

— Ну давай, смейся! — зло прошипел он.

Василиса проигнорировала его и огляделась в поисках воды. Обнаружив на столе нужный кувшин, она быстро сообразила кислой воды и подала Сиятельству.

— Выпейте, станет легче.

Помпадур удивлённо посмотрел на Васю, молча принял стакан и сделал пару глотков.

— Почему ты не смеёшься? Боишься, да?

— Нет, — и это было чистой правдой. — Нет тут ничего смешного. Вы не переживайте, с Вашей мужской силой всё в порядке. Просто на мне проклятье. Получила, когда в этот мир попала.

Помпадур продолжал смотреть на Василису. И к удивлению добавилось непонимание.

— Да расслабься ты уже, — не выдержала Вася. — Ничего я никому не скажу.

Тут у Василисы заурчал живот, требуя пищи.

— Не против, если я поем? А то как померла, так даже кофе перехватить некогда.

— Кабанчика попробуй. Нежный, — посоветовал Помпадур.

Вся его спесь и надменность куда-то бесследно испарились. И даже напряжение, которое царило в начале, растаяло, словно туман. Василиса взяла тарелку и уже хотела последовать совету Помпадура, но не обнаружила приборов.

— А вилки нет?

Помпадур устало поднял взгляд.

— Поняла, — кивнула Вася и положила себе кусочек мяса руками, накидала в тарелку зелени и начала трапезу. — И часто ты насильничаешь?

— Что? — не понял император.

— Ну, девок таскаешь.

— Ты первая, — грустно ответил Помпадур. — Не смог удержаться. Никогда так никого не хотел.

Василиса от неожиданности перестала жевать. Это что же получается? Её могли и не схватить?

— А если бы не захотел?

— На сук, как друга твоего, — совершенно спокойно признался Помпадур.

— За что? — возмутилась Вася.

Помпадур вздохнул.

— Закон. Это Императорский лес. В нём нельзя находиться посторонним под страхом смерти.

— Ясно, — Вася давно поняла, что мир не состоит из розовых поней и сладкой ваты. К тому же, в этом ещё и средневековье какое-то. А в фильмах это время всегда жестоким показывали, так что чему тут удивляться? — И что теперь?

— Доедай и иди в гарем.

— Угу, — кивнула Вася с набитым ртом. — А если ты девок не таскал, откуда их столько?

— Так они сами рады, — пожал плечами Помпадур. — Каждая мечтает понести от меня.

Говорил император с каким-то полным безразличием.

— И как, получается? Дети, в смысле.

— Ну, я настолько богат, что мне даже трахаться не надо, чтобы дети периодически появлялись, и, как правило, сразу взрослые, — улыбнулся Помпадур. Искренне так.

— Тяжёлая у вас, императоров, жизнь, — Вася принялась за запечённую уточку, намазав её каким-то вкусно пахнущим соусом.

— Осторожнее, — хотел её предупредить Помпадур, но не успел.

Соус оказался очень острым. Вася аж закашлялась. И тут уже удивил Сиятельство: он вскочил с кровати, быстро налил в стакан кремовой жидкости и дал Васе.

— Пей.

Вася жадно выхлебала весь стакан.

— Фу-у-ух… — выдохнула Василиса. — Ряженка?

— Это называется «фермье».

— А ты нормальный мужик вроде, — вдруг сказала Вася. — Привёл бы себя в порядок, глядишь, и женщину нормальную найдёшь.

— А ты бы посмотрела на меня? — поинтересовался Сиятельство.

— Блин, без обид, — ответила Василиса.

— Ты совсем меня не боишься? — удивился Помпадур.

Василиса склонила голову набок.

— Знаешь, в той жизни я много… эм… общалась с мужчинами и как-то научилась отличать адекватных от психов.

— Адекватных от психов?

— Ну, нормальных от агрессивных, — Помпадур явно не совсем её понял, и она добавила. — Буйных?

Последнее слово Помпадур понял.

— А я тебе буйным не показался разве?

— Не-а, — Вася снова потянулась к еде.

— Ты из бедняков что ли? На еду бросаешься?

— Да вкусно же! — простодушно, как маленькая девочка, радовалась Василиса.

Эта детская радость перешла к Помпадуру, и он тоже пересел за стол и присоединился к трапезе.

— Какое у тебя любимое блюдо?

— Ой, я всякое люблю, главное, мяса побольше! А ещё рыбу на костре. Папа делал в детстве, когда на природу выбирались.

Тут Василиса почувствовала, как подкатывает ком к горлу. В голове пробежали воспоминания детства. Потом вспомнился запах бабушкиного борща, который с присказкой «Совсем не ешь, тощая какая!» входил в обязательную программу выходного дня, когда Вася навещала бабушку. А потом, словно молот, упало осознание, что же на самом деле произошло. Слёзы полились сами собой.

— Я умерла, — заревела Вася. — Я… Я… Я их больше не увижу. Мама, папа, бабушка.

Помпадур неуклюже погладил её по спине. А Вася в порыве чувств его обняла и разрыдалась.

Со стороны, наверное, картина вышла максимально нелепой. Император в трусах и халате. Худой, обрюзгший. Сидит за столом, заваленным едой. Его обнимает молодая красивая девушка, спортивная и подтянутая, в роскошном платье. И, упёршись ему в плечо, рыдает. Насколько это выглядело нелепо, настолько же было и искренне. Как для Василисы, так и для Помпадура.

Через некоторое время Вася успокоилась, и они просто молча сидели, не зная, что сказать.

— Нелепо как-то, — нарушила молчание Василиса.

— Да уж, — согласился Помпадур.

Она смерила императора печальным взглядом.

— И что теперь?

— Не знаю. Живи в гареме. Если что нужно — обращайся к евнуху.

— Может, отпустишь?

— Я-то могу, но вот императрица… Да даже если отпущу, чем займёшься? Ты ведь попаданка.

Вася не очень поняла, как императрица может помешать, если отпустит император, впрочем, сейчас это неважно. А вот действительно, чем заняться-то? Руками она работать не умеет. А мужики… ну, так же и кинут её в гарем. Сеня говорил, что она не единственная, кто пришёл из другого мира.

— А чем живут другие попаданцы?

Помпадур улыбнулся.

— А знаешь, мне нравится. Разговаривать.

— Ты же император! — не поняла его Василиса. — Наверное, много кто хочет с тобой поговорить.

— Поговорить. А я хочу разговаривать. Спорить. Ругаться. Смеяться. Вместе что-то делать.

Василиса понимала его — все её ухажёры любили поговорить. О себе. Их мало интересовала она. И уж точно с ними нельзя было обсудить что-то ещё. Вещали только о себе и своём бизнесе. Узко эрудированные идиоты.

— А давай так, — вдруг предложил Помпадур. — Я буду тебя иногда приглашать сюда. Просто будем болтать, книги обсуждать? Ты любишь книги?

В голосе императора зазвучали восторженно-ребяческие нотки.

— Сеня любит, — выпалила Вася. Сама она обожала читать, когда была маленькой. С бабушкой. А вот уже в школе как-то забросила и никогда не возвращалась к такому, как ей стало казаться, скучному и бестолковому делу.

— Сеня? Кто это?

— Гоблин в гареме.

— А-а-а, — обрадовался Помпадур. — Мне докладывали. Он же вроде для женщин книги выписывал.

— Ты теперь его накажешь? — Василиса искренне испугалась за Арсения.

— Зачем? — Помпадур недоумевал. — Прикажу книги получше доставить.

— Вот действительно Самодур, — засмеялась Вася. Она не сомневалась, что император в курсе, как его называют подданные.

— С дурака и спрос соответствующий, — мудро подметил Помпадур.

— Ну, панику ты схватил настоящую.

— Да, — он махнул рукой. — Думаешь, легко изображать тупого и озабоченного правителя?

— Ты о чём?

— Думал, с зельями перестарался.

— Может и перестарался, — пожала плечами Вася. Ухаживал за ней один такой. Мог только подарки дарить. Очень удобный… несчастный, на самом деле. Вася поймала себя на том, что в голову поползли странные мысли.

— Ну… — Помпадур улыбнулся. — Посмотр…

Договорить ему не удалось: в дверь начали истошно колотить.

— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство!

От неожиданности Помпадур растерялся. А вот Вася сразу смекнула, что надо как-то соответствовать легенде. Она дёрнула за ворот платья, чуть порвав его. Лицо и так было заплакано. Остался лишь штрих — она влепила пощёчину Помпадуру.

— Это для правдоподобности.

На удивление он не разозлился, а растянул губы в улыбке.

— Ну ты чего?

— На кровать! — скомандовал он, и Вася прыгнула на постель, провалившись в роскошные одеяла и разметав подушки.

Дождавшись, пока она уляжется, Помпадур крикнул:

— Войди!

Дверь распахнулась, и в спальню зашёл стражник. Он честно старался смотреть в пол, но глаза косили в сторону Василисы.

— Чего надо? Надеюсь, что-то серьёзное? — сейчас Помпадур напоминал того мерзкого типа, каким он был в лесу.

— Сокровищница! Сокровищница! Её обокрали!

— И что? На кой чёрт ты мне-то об этом докладываешь?

— Так цверг же!

— Какой цверг? — недоумевающе спросил Помпадур.

— Ну как же? — растерялся стражник. — Девушка, для Вас.

— Чего? — рассвирепел Помпадур.

— Ну Вы же приказали найти.

— Да что ты несёшь?! — Помпадур уже замахнулся для удара.

— Постой, — вмешалась Василиса. — Криком делу не поможешь.

Она проворно соскочила с кровати, проскользнула за спину стражника и выглянула за дверь в спальню. В коридоре никого не оказалось. Только Арсений стоял у дальнего выхода.

— Сеня, постучи, если кто-то появится, ладно?

Гоблин кивнул, хотя было видно, что он всё ещё в шоке. Вася ему подмигнула и закрыла дверь.

— Так, мальчики. Успокоились, и давайте всё по полочкам разложим.

Кто бы мог подумать, что Василисе пригодится опыт, когда встретились два её поклонника и чуть не разбили друг другу лица. Из-за этих идиотов она чуть не опоздала на свидание! И ведь еле-еле их разняла.

И без того удивлённый, стражник совсем потерял дар речи.

— Так, ты, — начала Вася. — Сокровищницу обокрали?

Стражник со страхом посмотрел на Помпадура.

— Отвечай, — с лёгким раздражением кинул император.

— Да, обнесли.

— И ты решил доложить лично? — продолжила Василиса.

— Да, лично.

— А что за… кто там был? — новое для себя слово Василиса, конечно, не запомнила.

— Цверг, — подсказал Помпадур.

— Девушка для… — стражник сжался.

— А как связана сокровищница и девушка? — Василиса подала ему стакан сока.

— Так приказали же в сокровищницу определить, чтобы никто ни-ни, — стражник дрожащими руками поднёс стакан к губам и отпил.

— И кто это такой умный? — спросил уже Помпадур.

— Начальник стражи.

— Жена, значит, постаралась. Стерва, — сжал зубы император.

— А что не так в этих… — слово никак не хотело задерживаться в голове.

— Цвергах, — напомнил Помпадур. — У нас не принято якшаться с нелюдями. Видимо, хотела скандал устроить и избавиться. А ты чего ко мне побежал?

Последние слова он бросил стражнику.

— Ну я это… — замялся тот. — Ну как иначе-то? Я ж тож мужчина, тож бывало того… Да и я же Вам присягу давал. Мы же Ваша личная стража.

— А цверги вроде гоблинов? — не удержалась Василиса.

— Нет, — покрутил головой Помпадур. — Гоблины очень далеко от нас, другой вид. А цверги — они почти как мы. У нас даже общие дети могут быть. Просто другая раса. Как орки и эльфы. Есть небольшие отличия, но больше схожестей.

Вася увидела, что Помпадур преобразился — голос уверенный, глаза горят. Темой он явно интересовался. Похоже, император и впрямь не глуп, но вынужден изображать дурака. Васе это казалось странным: притворяться идиотами — удел подчинённых, но никак не руководителей. Знала она это не понаслышке: по молодости работала в офисе одной известной компании, где быть глупее руководителя отдела — обязательное условие для получения квартальной премии.

— Понятно, — протянула девушка.

— Кто ещё знает? — спросил Помпадур стражника.

— Я, ребята, что стояли на посту. Ну и Месьё Гито.

— Начальник стражи, — зачем-то пояснил Помпадур. — Хорошо. Кто будет спрашивать — никакого цверга не было. Точнее, он проник в сокровищницу и обчистил её. А что украли, кстати?

— Не могу знать, — потупился стражник.

— Ладно. Тебя и ребят твоих награжу. И… сними шлем.

Стражник выполнил приказ, и Помпадур с силой ударил его по лицу.

— Это для легенды, — пояснил он. — За это…

Помпадур подошёл к трюмо и достал из ящика драгоценный камень.

— Вот.

— Что Вы, что Вы! — засопротивлялся стражник. — Сжальтесь.

— Что? — удивился император, но потом ударил себя по лбу. — Ладно. Потом отблагодарю. Иди.

— Стоять! — вмешалась Василиса. — Надо всё повторить! Итак, что произошло?

— А? — стражник явно не понял, что от него хотят.

— Что произошло?

— А… сокровищницу обнёс цверг. Как проник — непонятно.

— … Погоди, погоди, — замахала руками Вася. — А почему сокровищницу личная стража охраняет?

По её логике, личная стража должна охранять личность императора. Она же личная.

— И действительно, — вслух подумал Помпадур.

— Ну, Вы решили сходить, выбрать кольцо для новой игру… дамы, — на ходу придумывал стражник. — И послали нас проверить, всё ли тихо внизу. Чтоб глаза не мозолили. Вы нас всегда так гоняете.

— Да? — удивился Помпадур. — Эх… А плачу я вам хоть нормально?

— Тут не обижаете! — улыбнулся стражник, но потом спохватился. — Но Вы не подумайте, мы за совесть служим! И мы благодарны Вам!

— За что? — ещё больше удивился император.

Стражнику явно стало не по себе.

— Ну…

— Да говори уже, не томи.

— Ну, к Вам же в стражу за проступки ссылают. Я вот напился на посту, и меня сюда направил Месьё Гито. Но не извольте беспокоиться, я теперь даже после службы не пью и за ребятами слежу!

Василиса засмеялась. Что-то в этом было ироничное и по-доброму нелепое. Помпадур — изгой. И вокруг него одни изгои. Стражник был, может, и не очень умный, но явно добрый и порядочный.

— И часто у меня стража меняется? — почесал подбородок Помпадур.

— Ну, в последний год не менялась. Вас… — стражник опять замялся.

— Да говори, — Помпадур снова начал заводиться. Вася отметила, что он вообще довольно вспыльчив.

— Ну Вы же руки распускаете. Многие и уходят. Но нам не привыкать, что гоняют и бьют. Мы ж из простых. Меня батя сильнее прикладывал.

На этих словах стражник даже усмехнулся, чем напугал Василису — девочка она все-таки тепличная и даже перелюбленная.

— А остальные?

— Так товарищи мои, я их сам сюда притянул, — пожал плечами стражник. Он уже явно расслабился. — Они тоже Вам верой и правдой. Да и… понимаем мы Вас.

Помпадур замер, сильно сжав кулаки. Но после паузы продолжил.

— И сколько вас бойцов?

— Так трое.

— А кто тогда со мной на прогулках ходит?

— Это люди месьё Гито. Нас оставляют в замке.

— А ещё найдутся… такие же верные?

— Думаю, да. Но большинство – из нелюдей.

— Плохо. Не поймут.

— Ну почему? — пожала плечами Вася. — Я в школе проходила, что у нас царь один потешный полк имел.

— Точно! — обрадовался Помпадур. — Будем изображать дурачков! Играть в войнушку.

На этих словах он поставил ногу на стул и упёр руки в боки. Получилось… потешно. Потом он посмотрел на стражника. Тот понял императора без слов.

— Я поговорю с ребятами. Тихонько.

В дверь аккуратно постучали, и раздался голос Арсения:

— Ваше Сиятельство, кто-то идёт.

— Да. Отлично. Гоблин, бери… — Помпадур посмотрел на Васю. — А я даже не спросил твоего имени.

— Василиса. А его — Арсений, — напомнила она и указала на евнуха, который уже открыл дверь.

— Да. Арсений, бери Василису и веди в гарем. Головой за неё отвечаешь!

Гоблин подошёл к Васе и взял за руку.

— Следуйте за мной.

Когда Вася проходила мимо Помпадура, он ей тихо сказал:

— Спасибо, что разбудила.

Глава 5. Главное — легенда.

— Ну что? Готова? — спросил Иван новую спутницу.

— Да, — с азартом в глазах кивнула девушка.

План был прост — Ваня идёт вперёд, разряжая ловушки, а она, держась на безопасном расстоянии, следует за ним с факелом — всё-таки эта часть подвала оставалась тёмной. В плане было всего два изъяна. Первый — никто не знал, как быстро перезаряжаются ловушки. А второй — Иван мог просто не выдержать. После шкатулки Ваня осознал, что имел в виду Орфей, говоря про сердце.

В первом случае решили полагаться на удачу. В конце концов, к сокровищнице Иван двигался не очень спешно и не заметил, чтобы хоть какая-нибудь ловушка сработала дважды. А возвращаться он решил по той же траектории, благо гарь, лёд и грязь никуда не делись и оставались замечательным ориентиром.

А вот со вторым... Ну он же выдержал дорогу в сокровищницу? Значит, и назад должен. Хоть уже и устал порядком. На край договорились, что цверг будет просто аккуратно толкать обессиленное тело Ивана. А он будет катиться, смеяться и потеть. От смеха, огня и электричества. Потеть и катиться.

В общем, хороший и надёжный план.

— Ну пошли, — скомандовал Иван и сделал шаг.

Конечно же, ловушки сработали вновь, и он с хохотом, слезами и плясками начал прокладывать путь. Видимо, смех Вани оказался столь заразителен, а «танцы» — столь умилительны, что девушка под конец полосы препятствий звонко и искреннее смеялась вместе с ним.

— О! Ты вернулся! — услышал он взволнованный голос орка. — Цел? Не ранен? Помощь нужна?

Он сейчас больше напоминал Ванину бабушку, чем представителя легендарных воинов, какими их показывали во многих книгах и играх.

— Да, всё нормально, — отмахнулся от него Ваня. — Дай отдышаться.

— А что за одежда? Волшебная?

— Что он имеет в виду? — недоверчиво посмотрела на Ивана девушка.

«Блин!» — подумал Ваня. Он совершенно не хотел рассказывать про то, как прыгал тут в одних трусах.

— Долгая история.

— Да недолгая, — засмеялся орк. — Сгорела его одежда. На первой же ловушке.

— На второй, — поправил Иван.

— А тогда откуда одежда?

— Бог дал, — сказал Иван без надежды, что ему поверят.

Но оба лишь пожали плечами.

— Повезло тебе, — подытожил орк. — Давайте выбираться. Только третьей маски у меня нет.

— И даже про шкатулку не спросишь? — удивился Иван.

— Она там? — орк указал на сумку.

— Да.

— Ну и славно.

— Как будто она тебе и не нужна.

— Ну, — протянул орк, — я пока тебя ждал, подумал тут… В общем, хорошо, что с тобой всё хорошо. А то меня бы совесть заела. Мучился бы я.

— Ну хотя бы честно.

— Ну, мы, орки — народ честный, — не понял колкости тот.

А вот цверг поняла. И засмеялась.

— Ребят, а вы потом куда? — спросила она.

— Я к демонам. Учиться хочу. Иван, ты со мной?

— А возьмёшь?

— Ну зову же. По рукам?

Орк протянул ладонь. Универсальный жест в любом мире.

— По рукам, — принял рукопожатие Иван.

— Эпистема.

— Что? — не понял Ваня.

— Моё имя.

— Я Ида, — представилась цверг.

Орк улыбнулся.

— А с чего ты взяла, что мы тебя возьмём с собой?

— Я Ивану должна, — уверенно сказала Ида. — А если не доверяешь, могу дать клятву на камне. Но тогда и вы дайте.

— Хорошая идея, — согласился Эпистема… Тёма. Иван решил про себя его называть Тёма. Так привычнее и короче. — А что должна?

Тут девушка залилась краской, а орк удивлённо посмотрел на Ваню.

— Ничего такого, не фантазируй. К кровати её приковали.

— Какой кровати?

— В сокровищнице, — медленно проговорил Иван. Он вдруг понял, как одета Ида. Точнее, что она и не одета вовсе: на ней только что и было нечто, напоминающее бикини из его мира.

— Сними куртку, — сказал он орку.

— Зачем?

— Снимай давай.

Тёма исполнил просьбу Вани. А тот выхватил куртку из рук и передал её Иде.

— Накинь.

— Да всё в порядке, — попыталась отмахнуться девушка.

— Я не в порядке. Надевай.

— Да чего ты? Мы теперь в одной лодке. Вместе, считай, обчистили императора, — Ида похлопала рукой по сумке.

— Это не повод голышом тут прыгать.

— Вы в этом похожи, — сострил Эпистема. — А вообще, занятную эльфийку ты нашёл.

— Почему эльфийку?

— Ну, в сказках благородные сиры не спасают цвергов. В лучшем случае — людскую принцессу.

— Всё бывает в первый раз, — философически отметил Ваня. — Ладно, кому-то надо будет тут подождать.

— Не нужно. Я и без маски пройду. Я же цверг.

— А как же запах? Ты говорила…

— Переживу.

Тут Иван понял, что Ида ещё и босая.

— Да блин! — воскликнул он. — Залезешь мне на спину!

— Зачем? — удивилась девушка.

— Ты собралась босой идти? Там... — у Ивана не нашлось слов.

— Давай уж лучше я, — вмешался Тёма. — Я посильнее и отдохнувший.

— А моё мнение вам не интересно? Я и так дойду! — было непонятно, серьёзна Ида или просто женская гордость взыграла.

— Нет! — тут уже упёрся Иван. — Там грязь, и неизвестно, какого свойства!

— Хорош! — остановил их Эпистема. — Ты надевай маску, а тебя я потащу. Не нравится — потерпишь. Иван прав — мало там заразы со всего города!

На том и порешили. Первым пошёл Иван, ему передали сумку. Затем спустился Тёма, а Ида прямо с лестницы уцепилась за орка. Увидев слякоть, что идеально ровным слоем растеклась по камням и плитам, цверг явно изменила своё решение и полностью согласилась с доводами новых товарищей.

По канализации шли молча и быстро. Иван так вымотался, что ни о чём особо не думал. Редкое для него состояние. Просто шёл. Маска иногда его щекотала, но то ли он уже привык, то ли просто не мог реагировать из-за усталости. В конце концов они выбрались на воздух.

— Наконец-то! — радостно воскликнула Ида.

— Не шуми, — предостерёг её Эпистема. — Иван, дай маску.

— Можно Ваня.

— Ваня? Хорошо, — улыбнулся орк. — Удобно даже.

— А у тебя есть уменьшительное имя? — поинтересовался Иван.

— Эписта.

— А я тебя про себя Тёмой звал, — улыбнулся Иван. — Это от имени Артём.

— Артемиос? — кивнул Тёма. — У нас, похоже, чуть больше общего, чем я думал.

— Эй, филологи. Пошли уже. Мне одежда нужна, — Ида поёжилась. Всё-таки на улице стояла ночь.

— Да, — согласился Эписта.

Он забрал у Вани маску, положил рядом со своей и щёлкнул пальцами. Маски мгновенно превратились в пепел, который унёс лёгкий ветерок.

— Ты умеешь колдовать? — поинтересовалась Ида. В её голосе не было удивления, и Иван решил, что тут волшба — дело обычное.

— Так, по мелочи. Я механик.

— Понятно, — кивнула Ида.

Что было ей понятно, Иван не сообразил, но вопросы оставил на потом, справедливо расценив, что будет ещё время.

— А ты что умеешь? — спросила она и Ивана.

— Я просто весёлый парень, ты разве не заметила? — грустно улыбнулся Ваня.

— Понятно. А я — разведчик. Ну, была разведчиком. Так что мои мечи и арбалет к вашим услугам. Когда я их куплю.

— Пойдём, — скомандовал Эписта. — Заглянем к одному типку.

— Прям так? — Ида вытянула руку, на которой болтался огрызок цепи.

— Сейчас, — кивнул Эписта.

Орк достал из внутреннего кармана отмычку, покопался в замке и освободил девушку от сомнительного украшения.

— Киньте цепь к золоту и выдвигаемся.

На этот раз шли они недолго. Улицы, к счастью, были пусты, лишь вдалеке крутились какие-то тёмные фигуры, но приближаться не решались. Ваня подумал, что он тоже держался бы подальше от их компании: потный толстяк, орк с голым торсом и девушка-цверг. Иван, конечно, подозревал, что и орки, и цверги тут — дело обычное, но не в таком виде.

— Золотые монеты есть? — спросил Эписта у Иды. — Штуки три.

— Это что ты такое дорогое решил прикупить?

— Одежды тебе, оружие. И молчание на сдачу.

Орк смерил взглядом Ивана.

— Ну, и тебе куртку.

— И, думаешь, не сдаст? — выразила сомнение Ида. — За те же монеты.

Девушка, тем не менее, начала возиться в сумке, видимо, выбирая монеты помельче.

— Трижды ха — тогда эти нужно будет вернуть. Императору, — улыбнулся Эписта.

— Твоя правда, — Ида с сомнением посмотрела на деньги и кинула их обратно в сумку. Через пару минут она извлекла три довольно увесистых золотых. — Эх, красивые.

— Не жадничай, — наставнически сказал орк. — Ждите тут.

— Какой-то ты чересчур доверчивый, — пробормотал Ваня. Вот совсем у него в голове не укладывалась логика этого мира. Сначала даже имена не говорят, а потом с целой сумкой золота спокойно оставляют.

— Да я вижу, что ты нормальный… человек. А она… Она же цверг. Они не любят оставаться в долгу.

— Умные, сильные. Как вас только люди победили? — саркастично отметила Ида.

— Благородные больно. И честные, — ответил орк. — Ну, зато урок хороший получили. Теперь знаем, что наше благородство — только наше.

Где-то такое Ваня уже слышал. Впрочем, веру в добро, доблесть и справедливость он до сих пор не утратил. Хотя почему, ответить бы не смог: просто вот так.

— Ждите. Я быстро.

Эписта смерил взглядом Иду, словно прикидывая что-то в уме, и скрылся в дверях.

— Не заболеешь? — спросил Иван девушку, глядя на её босые ноги.

— Не, мы крепкие, — беззаботно ответила та. — А ты всегда такой навязчивый?

— Ничего я не навязчивый, — обиделся Ваня. — Просто меня отец воспитывал, что о женщинах надо заботиться.

— Они слабые, что ли, у вас?

— Ну почему? Просто много всего делают. Хозяйство, дети там. Не, мужчины тоже устают на работе. Но всё-таки мы и физически сильнее, и работа не целые сутки.

— А женщины целыми сутками? А, поняла, — Ида уселась на порог. — Повезло вашим женщинам.

Она вздохнула. Видимо, у цвергов было заведено иначе.

— Дык это если с мужчиной повезло. Да и мужчине с женщиной.

— Ну с тобой кому-то повезёт.

— Не говори глупостей, — засмущался Ваня. — Я… Я трус, за себя постоять даже не могу.

— Ну, в сокровищнице ты не потерялся.

— Да там другое… — окончательно залился краской Ваня.

— Эй, толстопуз! Что, девки не дают, решил с цвергом счастье попытать?

Из тени вышли трое молодых парней, крепких, не сильно чистых и, судя по всему, не особо следивших за здоровьем зубов. По крайней мере, у говорившего нескольких не хватало. Да и его товарищи улыбались далеко не в тридцать два зуба.

— Чего замолчал? Сумку гони давай.

Иван замер. Он и рад был бы как-нибудь остро ответить, но его будто парализовало.

— Валите отсюда, — Ида встала на ноги. — Пока целы.

— Глянь, какая боевая. И что ты нам сделаешь? Затрахаешь до смерти? Судя по одёжке, ты профессионалка.

— Слова-то какие! Долго учил?

Ида не выказывала и капли страха. А вот у Ивана к страху ещё и чувство стыда прибавилось. Он, конечно, не боец, но хотя бы одного массой завалил. Сейчас он себя ненавидел как никогда.

— А чего пухляш замер? — подал голос второй.

Он подошёл к Ивану и попытался выхватить сумку, но у него ничего не вышло: Ваня держал её мёртвым хватом. Но не потому, что был очень сильный — руки его также парализовало от страха.

— Да отпусти уже, осёл! — не оставлял попыток разбойник.

— Отвали от него, — налетела на обидчика Ида и, проскользнув под его руками, нанесла хороший апперкот в челюсть, моментально нокаутировав разбойника.

Увидев это, оставшиеся двое выхватили ножи и двинулись на Иду.

— Плохо дело, — напряглась девушка. — Тут у меня нет шансов.

Ваня почувствовал страх уже за Иду, что придало ему сил, и он, наконец, смог пошевелиться. Он не придумал ничего лучше, чем просто бросить сумку в лицо ближайшему разбойнику. Тот, видимо, от неожиданности не смог увернуться и, получив хороший удар по голове, упал на брусчатку.

Третий разбойник не растерялся и схватил сумку, дёрнув её на себя. То же проделал и Ваня. Естественно, простыня не выдержала, и часть содержимого с грохотом вывалилась на землю, оповещая всю округу о происшествии. А другая часть вывалилась на разбойника, который мгновением раньше и поймал лицом все эти сокровища. А ещё, вслед за золотом, на него упала шкатулка, которая, к несчастью для разбойника, выскочила из тряпок и моментально сработала, лишь коснувшись живой плоти. Вспышка — и разбойник испарился.

На удивление, его товарищ, оставшийся на ногах, не испугался и попытался отодвинуть Ваню и Иду от золота. Да и второй, которого оглушила девушка, очухался и присоединился к товарищу. Иван, недолго думая, схватил шкатулку и засмеялся, нет, истерично заржал — волшба отработала как должно. И вот это уже проняло разбойников. Правда, несмотря на страх, они схватили золота, сколько смогли, и лишь потом убежали.

— Ты цела? — первым делом спросил Иван.

— Да. А ты смельчак, оказывается.

— Не начинай, — Ване было дико стыдно.

— Да нет, я серьёзно. Видно же, что ты не боец. А сумку крепко держал, а потом ещё и кинулся.

— Я не держал, я отпустить не мог, — тут Иван даже засмеялся, поняв абсурдность ситуации. — А что кинулся — ну как тебя не защитить? Не мог я иначе.

— Да ты рыцарь!

— Что тут произошло?

На пороге появился Эписта. В руках он держал добротную дорожную сумку.

— Нас пытались ограбить, — с каким-то непонятным задором кинула Ида.

— Удачно?

— Ну как сказать, — буркнул Иван. — Мы живы — это хорошая новость. Но часть золота спёрли.

— И много их было?

— Трое. Теперь двое, — хищно улыбнулась Ида. Натолкнувшись на удивлённый взгляд Ивана, она добавила:

— Не люблю грабителей. Как, впрочем, и воров.

— А это? — Иван кивком указал на разбросанное золото.

— Ну, я ж не сама в сокровищницу попала. Будем считать это платой моим спасителям, ну и мне, конечно, — за предоставленное неудобство.

— Спасителю, — поправил Эписта. — И я тут ни при чём. Целы?

— Да, даже не поцарапались, — уверенно заявила Ида.

— Неправильный ты какой-то разбойник, — отметил Иван, заматывая шкатулку. — Совсем не интересуешься награбленным.

— Да шут с ним, заработаем, — беззаботно ответил Эписта. — Жизнь никакого золота не стоит.

— Верю. Однозначно верю, — саркастично закивал Ваня. — А сам меня на ловушки направил.

— М-м-м… я подумал… в общем, был не прав. Извини. Короче, за мной должок. Давайте соберём всё и пойдём выбирать одежду и оружие.

— Вот честно скажи, чего вы такие добрые? Это мне так повезло, или все вы тут … волшебные?

Данный вопрос Ваню действительно волновал. Этот мир явно не располагал к доброте. По крайней мере, тут уж точно. А эти двое… ну какие-то они уж слишком правильные.

— Ну ты тоже волшебный, — пожала плечами Ида. — Бросился меня защищать. А ведь мог на нож напороться. Вот уж точно дурачок.

Последние слова прозвучали без единой нотки сарказма. Вот совсем.

— Будем считать, что нас свело провидение.

— Ну уж точно не Орфей, — буркнул Иван.

— Твой бог — Орфей? — удивился Эписта.

— Знаешь, мне тебя даже немного жалко, — Ида участливо похлопала Ваню по спине.

— Да нормальный парень. Чего вы? Закрытый немного. Ну тут я, наверное, могу его понять, — решил заступиться за Орфея Ваня.

— И ты ещё нас волшебными назвал? Большое и доброе у тебя сердце, Ваня, — улыбнулся Эписта.

Между тем остатки богатства собрали. Ваня как следует закрутил шкатулку, чтобы она случайно не выпала. Опасная штука оказалась. А в его руках ещё и эффективное оружие.

— Можно я понесу? — поинтересовался Иван.

— Не доверяешь? — удивлённо спросила Ида.

— Доверяю. Просто мне надо себя в форму привести. Хотя бы тяжести потаскаю.

— Я не против, — согласился орк и засмеялся.

— Хочешь, я научу тебя фехтовать на мечах? — спросила Ида. — Только тяжело будет.

— Буду признателен, — ответил Ваня.

— Ну и я тебе пару приёмов покажу, — присоединился Эписта. — А пока давайте делами займёмся.

Орк оглядел товарищей.

— Легенда такая: ты — сумасбродный сын мелкого провинциального барона. Тебе наплели, что король любит цвергов, и ты тоже захотел. Мы с Идой — бывшие наёмники, ныне мелкие разбойники, которые решили подзаработать на придури дворянина и изображают свиту. Сейчас месьё Анри, то есть ты, хочет поиграться в авантюриста-наёмника, поэтому нам нужна экипировка и оружие.

— А я смогу? Этикет там, фразы вот эти пафосные, — задумался Иван. — Кстати, ты тогда спросил, откуда я знаю язык. А на каком я говорил? Не на русском же?

— А-а… ты попаданец, вы всех понимаете, и вас понимают. Божественная хрень, — отмахнулся Эписта.

— Ида, а я с тобой что, на цвергском говорю? — удивился Иван.

— На своём ты говоришь. Но да, я тебя слышу на цвергском.

— Фигово, — почесал затылок Ваня. — Это ж я себя выдам легко.

— Лавочник там один. Он тебя на местном языке будет слышать. Ну что, труппа готова к выступлению?

— Месьё, позвольте вас сопроводить к купцу? — Ида взяла Ивана под руку. Выглядело это забавно: всё-таки Иван был довольно высоким, и макушка Иды не дотягивала ему даже до груди.

Они вошли внутрь помещения, которое оказалось купеческой лавкой. А купцом — орк. Не такой крупный, как Эписта. Наверное, по их меркам — субтильный.

— Это Жан, месьё, — представил владельца Эписта. — Пусть его вид вас не смущает. Он — полукровка.

— А вы — месьё Анри? Для меня честь, что вы посетили мою скромную лавку, — лукаво улыбнулся Жан, глядя на Ивана.

Ваня небрежно кивнул.

— А ты, значит, девчонка-цверг?

— Что ты, я из великанов, просто болела много.

— Кусачая, — оценил Иду купец. — Что же, месьё, с кого начнём?

— С девчонки, — небрежно сказал Иван.

Лавочник ещё раз окинул оценивающим взглядом Иду.

— Какие будут предпочтения у мадемуазель?

— Мадемуазель предпочитает охотничьи штаны, узкую рубаху, жилет и куртку из жёсткой кожи. Ну и сапоги хорошие. А ещё мадемуазель будет рада двум коротким мечам и цвергскому арбалету. Вон тому, — Ида указала на стену за спиной Жана, где висел небольшой складной арбалет.

— Боюсь, на этот товар уже есть заказчик. Впрочем, если месьё компенсирует некоторую потерю моей репутации…

— Сколько? — кинул Иван. Он очень надеялся, что прозвучало дерзко и уверенно. Ваня прекрасно понимал, что со стороны это могло выглядеть совсем иначе. Как-то он смотрел своё выступление на конференции, где, как ему казалось, он говорил весьма недурно. А на деле… на деле в тот вечер он напился от стыда.

— Золотой, — быстро нашёлся Жан.

Эписта удивлённо поднял бровь.

— И, конечно, к арбалету прилагается десять болтов.

Орк поднял вторую бровь.

— Пятнадцать.

— Честная сделка, — кивнул Эпистема.

— Тогда прошу мадемуазель проследовать за мной.

Иван было дёрнулся последовать за Идой, но девушка его остановила.

— Месьё Анри, это вы нам платите за охрану, позвольте мне сохранить мою честь.

Иван понял всё правильно и сделал шаг назад.

— Я лишь хотел убедиться, что одежда будет хорошо сидеть.

Тут Ваня попытался выжать из себя максимально пошлый голос.

— Понимаю, вас, месьё Анри, но, боюсь, мы идём на склад. Благородному господину там будет некомфортно.

Ваня небрежно кивнул и поискал взглядом, куда сесть. Эписта это подметил и подвинул «благородному господину» стул. Отряхнул седалище.

— Прошу.

Жан и Ида удалились. Эписта чуть подождал и похлопал Ваню по плечу.

— А ты точно не благородных кровей?

— Я просто изображал своего начальника, — тихо промолвил Иван. — Царёк наш местный был.

Эписта лишь усмехнулся.

Ида и Жан отсутствовали недолго, но Иван успел задремать — начала сказываться усталость. А ещё заныли мышцы пресса и спины. Он так и сидел с закрытыми глазами, пока не почувствовал прикосновение — это был Эписта, мягко предупредивший о возвращении Иды и Жана.

Иван открыл глаза и не смог оторвать взгляда от девушки. Сейчас Ида выглядела хищно, дерзко и даже сексуально. Не вульгарно, как в сокровищнице, а именно сексуально, зрело. Брюки прекрасно подчёркивали крепкие бёдра, сапоги визуально увеличивали ноги, куртка смягчала контуры крепких плеч за счёт меха на воротнике. Связка из двух мечей завершала образ. Теперь Ваня мог легко поверить в то, что Ида была разведчиком или егерем.

Он подумал, что будь Ида чуть менее… спортивная и более хрупкая, то он, наверное, бы влюбился. Впрочем, всё это уже придирки. Ваня еле удержался, чтобы не вскочить со стула или восторженно крикнуть какой-нибудь комплимент.

— Вы прекрасны, мадемуазель, — вместо него отреагировал орк.

— Месьё Анри, — сказала Ида. — Я взяла на себя смелость выбрать для вас верхнюю одежду.

Иван увидел, что Жан держал в руках куртку, очень похожую на ту, что была на Иде.

— Ночи у нас тут холодные, — продолжила девушка. — Поэтому я подумала…

— Вот! — всё-таки встал Ваня. Ну не мог он больше сидеть. — Не прав был папенька. Хорошие…

Тут Ваня понял, что не знает, кто Эписта и Ида по легенде. Слуги, компаньоны. Он почувствовал, как заливается краской.

— Месьё Анри, мы ценим вашу заботу и всегда готовы отплатить тем же, — совершенно искренне, с улыбкой произнёс Эписта.

— Примерьте, — попросила Ида.

Куртка пришлась по размеру. Ваня прочувствовал, что на самом деле действительно замёрз. Не хватало ещё заболеть. Интересно, как в этом мире с медициной? Есть у них заклинание-антибиотик? Или противовирусные чары?

— Что же, осталось выбрать вам рапиру, — потёр ладони Жан. — Прошу.

Лавочник указал на стену, где висели разнообразные сабли, рапиры, шпаги, мечи — по крайней мере, так подумал Иван: в холодном оружии он не особо разбирался. Хотя разницу между шпагой и рапирой знал.

Выбор был не очень велик. Всего четыре экземпляра. Одна из рапир выглядела весьма изящной, с необычной гардой.

— Прошу извинить, забыл убрать, — Жан ловко снял приглянувшийся Ивану клинок. — Это если только самому убиться. Не хотелось бы терять столь щедрых клиентов.

— Можно? — протянула руку Ида. — Хочу глянуть, что не так.

— Да, конечно.

Жан легко отдал оружие. Девушка оглядела рапиру и вернула её Жану.

— Не пойму, филантроп ты или хитрый купец.

— Хитрый купец, — улыбнулся Жан. — Когда-то я был филантропом, но… но люди меня убедили, что позиция моя глубоко ошибочна.

— Так зачем же такой… м-м-м… необычный клинок?

— Для дуэлей. С гарантированным результатом. Рапира, несущая смерть. Владельцу.

На последних словах Жан кисло улыбнулся.

— И какой клинок ты посоветуешь? — спросил Иван.

Эписта и Ида удивлённо посмотрели на Ваню.

— Месьё Анри, позвольте… — хотел было сказать Эписта, но «месьё Анри» поднял руку.

— Нет. Хочу довериться месьё Жану.

Лавочник взглянул на Эписту.

— Вот уж действительно, сумасбродный, — буркнул он себе под нос. — Я сейчас.

Жан юркнул в кладовую и пару мгновений спустя вышел с невзрачной, довольно простой рапирой. Никаких украшений, никаких эмблем и оттисков.

— Вот. Это лучшее, что у меня есть.

— Позвольте?

Жан протёр рапиру тряпицей и передал девушке. Ида взяла оружие, оглядела его. Видно было, что хранили на совесть: ни единого следа коррозии. Проверив рапиру на отсутствие люфтов и повреждений, Ида сделала пару пассов. Идеально.

— И в чём подвох? — спросила она Жана.

— Считайте, что вы мне понравились, — ушёл от ответа лавочник.

— Глянь.

Ида протянула клинок Эписте. Орк внимательно оглядел его и также ничего подозрительного не обнаружил.

— Превосходный клинок! Только на удивление простоват: ни камешков, ни золота. Ну, ладно, у всех свои причуды, — хмыкнул Эписта. — А ножны?

Жан, не раздумывая, вытащил одну из рапир, что предлагал ранее, и передал ножны от неё.

— Вот, — и, выдержав паузу, добавил, — по рукам?

Эписта переглянулся с товарищами и кивнул.

— По рукам. Как договаривались, две монеты за экипировку, монета за молчание, монета за арбалет и монета за честность.

Он достал три монеты, ещё две добавила Ида.

— А может, я вас обманул, — удивился Жан.

— Ну, на твоей совести будет. И за нами не постоит.

Жан лишь улыбнулся.

— Месьё Анри, берегите себя. Надеюсь услышать о многих ваших подвигах.

Иван легко кивнул.

— И вам хорошей торговли.

— Очень чудной, — снова буркнул себе под нос лавочник.

На том и попрощались. Выходя, Ваня понял, что сделал что-то не то, но ему показалось, что так даже лучше для легенды.

— Ну, куда дальше? — спросила Ида, как только они оказались на улице.

— К моим товарищам, — сообщил Эписта, — а потом к демонам.

Глава 6. Волшбу — в собственность народа!

Василиса сидела в удобном кресле и размышляла. Вообще, в прошлой жизни размышлять ей было несвойственно — она ещё в юности избавилась от этой дурной привычки. От размышлений становилось грустно, а грустить она не любила. Но, к сожалению, детские привычки не проходят бесследно. Прячутся, чтобы вылезти в удобный момент. Вот и теперь такое случилось.

— Сеня, а Помпадур какой властью обладает?

— Номинальной.

Гоблин растёкся в кресле напротив, положив на живот поднос с фруктами и ягодами. Он закинул пару виноградин в рот и продолжил.

— Он вообще не думал, что ему придётся править. Он же младший сын. Просто против старшего вся знать бы вышла.

— Почему?

— Ну… мать нашего императора, королева наша светлая, отличалась любвеобильностью и согрешила с кузнецом. Вот и появился на свет мелкий полукровка. А отношение к нелюдям ты сама видишь.

Вася видела. Никто в гареме к ним даже близко не подходил. Лишь поглядывали издалека. Кто-то с любопытством, кто-то с брезгливостью. Но… Василису это более чем устраивало. Женского коллектива ей хватило ещё в той жизни, в родном, будь он неладен, офисе. Хотя там проблема была скорее в самой компании, где эйчар решил, что нужна здоровая конкуренция между сотрудниками. Да, конкуренция там действительно была, но вот здоровая ли… Впрочем, это уже неважно.

— Значит, я теперь тоже нелюдь?

— Ага, — Арсений с удовольствием разломил мандарин. — Но ты не бойся, я тебя не дам в обиду. Никто из нас.

— Сдалась я вам? Или это дар мой?

— Что за дар? — поинтересовался Сеня.

— Вроде как все меня желают. Но без секса, — сказав это, Василиса смутилась.

— Ну, будь ты высоких кровей, было бы практично. А так… Но нет. Не поэтому. Ты хорошо влияешь на императора.

— Не понимаю, как вы к нему относитесь. То ли смеётесь, то ли сочувствуете.

— Мы чтим память королевы.

— Мне казалось, что вечером ты как-то иначе считал.

Гоблин отложил поднос.

— Чистая ты душа. Это же дворец. Интриги, скандалы. Никто не знал, кто ты такая.

— А теперь, значит, знаешь?

— Готов рискнуть.

У Васи начала раскалываться голова. Мир поменялся, а окружение то же как будто.

— И какая у тебя цель?

Сеня улыбнулся.

— Честно скажу, ты мне нравишься, — Арсений запнулся и поправил себя. — Как человек. И Помпадуру, видимо, тоже. Я его таким не видел уже давно. Наверное, с детства.

— Подожди! Сеня, а сколько тебе лет?

— Ну, по людским меркам... — Сеня задумался, — живу вторую половину своего века. А так почти сто.

— Так вот почему ты такой ворчливый, — кивнула сама себе Вася. — Не знала, что гоблины так долго живут.

— Это не мы долго живём, это вы — мало. Но зато плодитесь, как кролики, — проворчал Сеня, словно в подтверждение выводов Василисы.

Сказано это было без злобы, скорее даже грустно.

— А у тебя есть дети? — ляпнула Вася и сразу же поняла, что именно она спросила. — Ой! Прости, прости, пожалуйста!

Последние слова она произнесла так громко, что привлекла внимание части наложниц. Заметив это, Василиса смутилась ещё больше. Но потом она увидела, как Сеня заливается смехом, и смущение сменилось удивлением.

— Ты чудная! — радостно сказал гоблин. — Напоминаешь мать-королеву. Она тоже была искренне добра к нелюдям.

— А Помпадур?

Сеня внезапно успокоился и лишь улыбнулся.

— Мальчик запутался, не хотел жить. Но мне показалось, что в нём затеплилась надежда.

— Никак не пойму, за кого ты.

— Да ни за кого я, — отмахнулся гоблин. — Просто хочу, чтобы волшба была доступна всем. Представляешь, если крестьянам не придётся платить за дождь? А кузнецы смогут поддерживать огонь без угля!

— Всё мечтаешь? — послышался голос со стороны.

К ним подошёл другой гоблин. Он окинул девушку оценивающим взглядом.

— Василиса, да? Ой, не слушай его, — махнул он рукой. — Просто давным-давно к нам попал странный парень, все уши прожужжал про справедливость, равенство. Молодой был, наивный.

— Да ничего он не наивный, — нахмурился Сеня. — Я вот почитал, а ведь действительно можно. Нет причин, чтобы вся волшба была только в одних руках.

— Так она не в одних руках, — пожал плечами гоблин.

— Ну-ка, покажи, что можешь? — стал подначивать Сеня.

— Да ну тебя. Тебе от императора приказ — ты теперь лично прикреплён к Василисе. Вот.

Гоблин протянул грамоту. Арсений удивлённо взял бумагу.

— А как эта отреагировала?

— Не знаю. Говорят, орала до визга. Не понравилось ей, что муженёк стал ерепениться.

— Эх, глянуть бы одним глазком, — раздосадовался Арсений. — Что ещё интересного?

— Пока ничего, — пожал плечами гоблин. — А, да. Это от Мокоши для Василисы.

Он достал из кармана кольцо.

— Чего это она расщедрилась? — удивился Сеня.

— Сказала, что увидела в девочке родную душу.

Василиса взяла кольцо, надела на палец и сразу почувствовала, как в груди разлилось тепло и спокойствие.

— Ой, чего-то так хорошо, — легко и радостно прошептала Вася и зажмурилась от удовольствия.

— Ну так волшебное же, душу лечит, — пояснил гоблин. — Пойду я. Будет что интересное — расскажу.

Василиса и Арсений снова остались одни, насколько это слово было уместно в гареме, где все находились хоть в большом, но всё же едином пространстве.

— И что дальше? — спросила Василиса.

— Просто живём, а там посмотрим. Всё равно нам отсюда никуда не деться. Будем выживать.

— Выживать? — напряглась Вася.

— Ну эта нас теперь в покое не оставит. Будет гадить по мелочи. Благо, прямо нас тронуть не смогут.

— Почему? — удивилась девушка. Она честно пыталась понять законы этого мира, а в частности, конкретного дворца.

— Потому что если тебя прямо отодвинуть — это принять твоё превосходство. Появится повод обвинить императрицу в слабости.

— А ты умный, — улыбнулась Вася.

— Это всё книги, — смутился Арсений. — Жаль, что читают мало.

— Не любят?

— Не умеют. Меня мать-королева научила.

— Это мать Помпадура? А где она?

— Умерла. Точнее, убили. Интриги, — туманно ответил Сеня. — Давно уже. Помпадур ещё мальчишкой был.

«Прям дорама», — подумала Василиса. Она любила их вечерком посмотреть, мозги расслабить. Хоть сюжет всё время один, всё равно было интересно. Впрочем, в последнее время Вася стала замечать, что и в жизни тоже повторяется один и тот же сюжет. Так что дорамы вполне реалистичны. Даже в том, что героиня выбирает не нормального мужика, а дурачка с тараканами в голове. Да уж. Теперь бы понять, кто она — главная героиня или её нелепая подруга. Логика подсказывала, что всё-таки главная героиня.

— Покажешь библиотеку? — Василисе становилось скучно.

— Конечно! — глаза Сени прямо засветились. Он бы весь засветился, но так гоблины не умели. — Пойдём!

Библиотека оказалась в самом удалённом уголке гарема. Тут было тихо и пустынно. С десяток стеллажей, лестница на колёсах, пара столов с подсвечниками. За одним из них сидел небольшой человечек. Он чем-то напоминал Сеню, но в то же время было очевидно, что это явно не гоблин. Почему — Вася объяснить не могла. У неё вообще с этим были проблемы: никогда не могла внятно объяснить свои выводы. Бабушка говорила, что это от того, что в голове много мыслей и они закручивались в клубок. А папа говорил, что, наоборот, в голове сквозняк, и, если мысль и появлялась, её уносило прочь. Вспомнив снова бабушку, Вася загрустила. А вот на отца она прямо разозлилась и даже нахмурилась. Это заметил Сеня.

— Василиса, где-то болит? — обеспокоенно спросил гоблин.

— Душа, — в пустоту кинула Вася.

— Странно, кольцо должно тебя защитить, — почесал нос Арсений.

— А? Нет, нет. Я образно. Батю вспомнила. Тот ещё козёл был.

— Твой папа был козлом? — удивился Арсений. — А-а-а... Метафора. Понял.

— Да, метафора, — загрустила Василиса.

— Ну вот, наша скромная библиотека, — Сеня, видимо, решил отвлечь девушку от грустных мыслей.

— А там — библиотекарь? — тихо спросила Василиса.

— Нет, это наш уборщик, лютен.

— Красивое имя.

— Это не имя, это их название. Они наши дальние родственники.

— Значит, у него тоже нет имени?

Маленький человечек оторвался от чтения.

— Ой, простите, — вскочил он. — Приветствую вас, мадемуазель!

— Расслабься, — посоветовал Арсений. — Это новенькая, Василиса.

— Уже наслышан, — улыбнулся лютен. — И приятно удивлён. Вы заинтересовались библиотекой?

— Ну, — затянула Василиса, — надо же как-то развлекаться. Что посоветуете почитать?

У лютена загорелись глаза. Так же, как у Арсения ранее.

— Тут у нас есть история, алхимия, волшба, заморская магия, — начал перечисление маленький человечек.

— Да та же волшба, — проворчал Сеня. — И всё равно нам не дадут ею пользоваться.

— Ну, — теперь уже затянул лютен. Он огляделся — никто не смотрел в их сторону. Да и были все довольно далеко. — Вот.

Он провёл рукой, и в воздухе на мгновение заиграли разноцветные искры.

— Тоже мне удивил, ты ж и так волшебный, — пожал плечами гоблин.

— Ну не скажи, дружище. Я только разрешённой волшбой могу. А тут — вот.

— А меня можете научить? — поинтересовалась Василиса.

— Учиться у нас? И вправду на мать-королеву похожа, — искренне обрадовался лютен. — Ну, я не умею. Давайте учиться вместе!

— И где ты собрался учиться-то? — недовольно пробормотал гоблин.

— Да прям тут! Сюда никто не ходит, кроме нас с тобой. Я, вообще, сомневаюсь, что местные… дамы читать умеют.

— А если поймают?

— Скажем, что это наложница пожелала. А кто мы такие?

— Ох хитрец! Я обдумаю.

— А как вас зовут? — поинтересовалась Вася. — И, Сеня, ты мне так и не ответил!

— Жерар.

— У слуг нет имён.

Лютен и гоблин сказали это одновременно, чем поставили Василису в тупик.

— Да, его зовут Жерар. Но имён у слуг нет. Только у вольных. Имя могут дать господа, но так не принято.

— Мне имя дала мать-королева. Я был её камердинером…

— Так! Стоп! — остановила Жерара Вася. — Сеня, ты не сразу стал евнухом, да?

Арсений потупил взгляд.

— Нет, я всегда им был.

— А откуда ты знаешь про детство Помпадура?

— Мать-королева когда-то была наложницей, — в голосе гоблина звучала горечь.

— Давай лучше я как-нибудь потом расскажу, — предложил Жерар. — Для нашего друга тема не самая приятная, да и сложная. Ты же не против?

Гоблин помотал головой.

— Да кому это интересно?

— Ну не скажи. Это ж целый роман написать можно.

— Ну так напиши!

— Ну так напишу!

— Тишина в библиотеке! — не выдержала Василиса.

Слова хоть и вырвались на автомате, но явно возымели эффект.

— Да, ты права, — согласился Сеня. — Давайте вернёмся к книгам. А что ты, вообще, предпочитаешь? Есть любимые жанры?

Василиса почувствовала, как холодок пробежал по спине. Ей стало откровенно стыдно перед Сеней, да и перед Жераром. Они явно ценили книги и даже любили их читать. А Василиса знала только названия, ну и, в виде исключения, пару кратких пересказов. Нужно было как-то для встречи с важным человеком. Ну ладно, не важным. Понравился парень, хотелось интересной и умной показаться.

— Я не знаю, — пропищала Вася. — В школе мы классику читали. Пушкина, Достоевского.

— Достоевского? — переспросил Жерар. — Так он, значит, из твоего мира? И вы его читали в школе? Вот здорово! И как тебе?

— Ну… — потянула Вася. — Ну ладно, я не читала. Я вообще читать не люблю. Просто мне скучно стало.

— Тогда это хороший повод начать! — торжественно объявил Арсений. — Пожалуй, начнём с этого!

Гоблин вытащил одну из книг.

— Куприн, «Яма», — вслух прочитала Вася. — Это же тоже из нашего мира. Откуда эти книги?

— У нас много книг из разных миров. Они никому не нужны, а нам нравятся.

— Но как это они..? — Васе стало любопытно.

— Волшба, — сказал Жерар. — Есть заклинания, позволяющие таскать разные предметы из других миров. Главное, чтобы они были простыми и их давно не брали в руки.

— Это же воровство! — возмутилась Василиса. Конечно, она и сама не отличалась высокими нравственными принципами, да и нужных моральных ориентиров в её окружении не наблюдалось, но, блин, так воровать!

— Не воровство, а обмен, — назидательно потряс пальцем Жерар. — Материальное на духовное. Например, на удачу или вдохновение. Кстати, из вашего мира прилетают только хорошие книги. У вас что, плохо не пишут?

— Не знаю. Скорее, хорошее не читают.

Вася открыла книгу и увидела знакомые символы.

— И вы можете читать на русском? — удивилась Василиса.

— Русский? Вот как называется этот язык! Ну, понять его было непросто. У вас слова в беспорядке. Тут даже волшба терялась. Но сколько выразительности! — восхитился Жерар.

— О чём эта книга?

— Она грустная, но ты почитай.

— А, может, лучше волшебству поучимся? — с надеждой спросила Вася.

Арсений вздохнул и положил книгу на стол.

— Дружище, что там за заморская волшба?

— Сейчас! — лютен с готовностью подвинул лестницу, быстро на неё вскарабкался и вытащил яркую книжечку. Название прочесть Василиса не смогла. Буквы напоминали английские, но отличались от них всё же сильно. «Не английские, а латинские», — прозвучало в голове Василисы.

— Кто это сказал? — девушка начала испуганно озираться.

— Кроме нас тут никого нет, — озадаченно ответил Жерар, почесав затылок.

— Про латинские буквы! Кто это сказал?

— Это я сказал.

Мир внезапно остановился. Василиса как будто оказалась в пузыре. Замер Жерар, замер Сеня. Замерло само время. Живыми оставались только двое — Вася и молодой человек, что сидел на свободном столе. Как и откуда он появился, Василиса сказать не могла.

— Ты?

— Я.

Это был тот самый бог, который отправил её и толстяка в этот мир.

— И что тебе надо?

— Да вот подумал тут. Как-то нечестно получается. Толстяку помог, а тебе нет. Лови.

В голове Василисы кольнуло.

— С этого момента ты можешь читать на любом языке этого и твоего мира.

— Блин, типа я теперь полиглот?

— Ничего не могу сказать про твои возможности глотать, — улыбнулся юноша.

— Ого, шутки. Ну это лучше ворчания.

— В общем, слушай. Повторять не буду. Я вроде должен вам помогать. Поэтому ты можешь иногда ко мне обращаться. Раз в месяц через алтари. И просто призвать раз в год.

— А ты чего такой добрый? — прищурилась Василиса.

— Не твоё дело, — поворотил нос бог.

— А как тебя зовут? — Василиса вдруг поняла, что не знает имени… её бога?

— Орфей, — тихо сказал юноша. — Ладно, я пошёл.

— Погоди. То есть я могу тебя, если что, позвать?

— Ну… да. Сейчас я же сам спустился.

— Понятно. Спасибо! — Василиса подлетела к Орфею и поцеловала его в щёку.

— Вот вы странные, — проворчал Орфей и исчез.

Мир вернулся в обычную колею.

— Как ты это сделала? — услышала девушка ошарашенный голос Сени.

— А?

— Переместилась.

— А… это Орфей приходил.

— Орфей? Твой бог Орфей? — Сеня потёр подбородок. — Час от часу не легче.

— А что не так? — испуганно спросила Вася.

— Да… — махнул рукой Сеня.

— Скажем так, он очень отстранённо и формально относится к своим божьим обязанностям. По мелочи только помогает подопечным.

— А чего он появился-то?

— Читать научил, — пожала плечами Василиса.

Она снова взглянула на книжку и теперь уже легко смогла прочитать название. «Магия — это просто! Быстрый и лёгкий способ стать мастером!», а выше — имя автора с кучей непонятных регалий, которые занимали четверть, если не треть обложки. Вася быстро пролистала её.

— Такое впечатление, что тут всего несколько заклинаний.

— Ну да, — согласился Жерар. — Самые простые и известные. Их все знают. Огонёк, вода и шарик света. То, что все умеют от рождения. Ну, кроме вас, попаданцев.

— Тогда зачем их в книгу оформлять?

— Так принято в академических кругах, — пояснил Арсений. — Чем больше изданий, тем более весомо мнение. Вот и графоманят. Содержание не особо важно, главное, чтобы хоть как-то пересекалось с нужной темой. Эх…

Гоблин подвинул лестницу чуть вправо и вытащил неприметную, но достаточно увесистую книгу.

— Вот. Тут, правда, на демоническом, но разберёмся.

— Ладно, пойду я, работать надо, — сказал Жерар. — Я тебе потом покажу эти заклинания. Никогда не знаешь, что сгодится-пригодится.

Вася и Арсений остались одни.

— Ну давай разбираться. Я немного знаю демонический.

Василиса взглянула на книгу. «Теоретические основы волшебства и чар. Учебное пособие для старших классов средней школы, ПТУ и вузов» и четыре автора, чьи имена скромно отчеканили сверху.

— Учебное пособие? Звучит серьёзно.

— Да. Хорошо, что проверяющий не знает демонического, — улыбнулся Сеня. — А признаться боится.

Тут он расплылся в настолько широкой улыбке, что Вася подумала: ничто человеческое ему не чуждо. А то уж слишком он правильный. Прям вот подозрительно положительный. Теперь Вася ещё больше прониклась уважением к гоблину.

Внезапно взгляд Василисы упал на первую книгу, потом она перевела взгляд на учебник и осознала — он тоже был на русском!

— Не понимаю, — покрутила головой Василиса. — Почему они на русском языке?

— Видимо, тут то же самое, что с языками.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну ты же не думаешь, что я на твоём языке разговариваю?

— А-а… Эм... — да, привычка не думать плотно засела в голове Васи, и теперь со скрежетом, но она вспомнила давно забытые навыки. — Честно говоря, не думала об этом.

— Ты понимаешь любой язык нашего мира. Это особенность попаданцев. Видимо, теперь и с буквами так. Только ты никому не говори. Даже Жерару. Пусть думает, что ты только по-местному читать умеешь.

— Почему? Мне показалось, он хороший парень.

— Только поболтать любит. Вечно где-нибудь о чём-нибудь обмолвится. Хорошо только, что часто привирает.

— Что ж тут хорошего-то?

— То, что если и сболтнёт, всегда можно сказать, что фантазия у него богатая.

— Какой ты умный, — Вася даже в ладоши похлопала.

— С волками жить — по-волчьи выть, — назидательно отметил Арсений.

— Сеня, я вот тут подумала, — Вася даже сама себе улыбнулась, — ты говорил, что хочешь, чтобы волшба всем была доступна. Но вон Жерар что-то колдовал.

Арсений посмотрел на Васю и тяжело вздохнул.

— Доступно лишь то, что позволяет выполнять работу, нужную высшим сословиям. И не имеет боевого потенциала. В целом тут все так или иначе могут творить волшебство. Жерар по природе своей волшебный, но закован. Ну и, конечно, знания ограничивают. Так что про эту книгу, — Сеня указал на учебник, — вообще никому.

— А почему вы её тогда не спрячете?

— Чтобы не нашли. Тут надёжнее всего. У нас же здесь сплошная беллетристика.

— Беллетристика? Что это?

Гоблин склонил голову набок.

— Вот не могу понять тебя. Ты вроде не глупая, а вопросы глупые говоришь.

— Бабушка говорила, что много знаний — это ещё не ум. А хороший ум — ещё не знания, — обиженно пробурчала Вася.

— Мудрая твоя бабушка. Ты извини, не хотел обидеть. Беллетристика — это романы, проза развлекательная.

— А что значит «закован»?

Гоблин улыбнулся, он явно был доволен вопросом.

— На нём татуировки, которые ограничивают возможности творить волшебство. И, опережу твой вопрос, удалить их нельзя. Ну, пока никому не удалось.

— Жуть.

— Жуть, — согласился Сеня. — Но так устроен мир.

— А как у демонов? — Васе стало любопытно.

— Не знаю, — признался гоблин. — Про них всякое рассказывают. Если верить тому, что говорят на улицах, то они страшные, злые, глупые и нищие. И все как один знают сильные боевые заклинания и пьют кровь. А ещё только и ждут, чтобы напасть на нас.

— И часто нападают?

— На моём веку — ни разу. А вот империя частенько пытается по ним ударить. Превентивно.

— Пре-вен-тивно, — медленно повторила Вася. — А это как?

— Ну заранее.

— И успешно?

— Да нет, конечно. Куда там, у демонов богатая страна, развитое волшебство и механика. Их армия очень сильна.

Вася покрутила головой. Что-то тут не сходилось. Но что, она пока сообразить не смогла.

— Ну ладно. Давай завтра начнём учиться, — зевнула Василиса.

Она чувствовала, что необходимо побыть одной. Слишком много событий, слишком много информации. Нужно решить, что дальше. Куда? С кем? Впрочем, она уже понимала, что выбор за неё сделал господин случай: девушки в гареме наотрез отказывались её принимать, потому что она «связалась с нелюдью». Да и Помпадур удружил — Сеня узнал через знакомых слуг, что императрица теперь действительно будет кошмарить Василису. Пока, правда, всё ограничилось лишь тем, что на словах всем слугам запретили подходить к Василисе. А полное игнорирование ещё и поощрялось монеткой-другой.

С другой стороны, в отличие от остальных жителей гарема, у Васи была своя комната. Точнее, это была комната Сени. Он с готовностью уступил часть жилплощади, разделив комнату простынёй, и тут же пообещал придумать что-то более капитальное. По мнению Василисы, что-то «капитальное» было излишеством: достаточно нормальной ширмы. Но Арсений почему-то настоял, аргументируя тем, что негоже с прислугой в одном помещении спать.

Всё это пронеслось у Васи в голове, когда они возвращались из библиотечного угла её золотой клетки.

— Что-то спать охота, — снова зевнула Василиса.

— Так поспи. Я тебя запру, а то мало ли. И ключ ещё один закажу.

Вася рухнула на кровать.

— Спасибо тебе. Что возишься со мной.

— Так Помпадур приказал, — Сеня явно лукавил, и от Василисы это не скрылось. Она вспомнила, что гоблин упоминал мать-королеву. Надо будет спросить Жерара…

Это были последние мысли Василисы перед тем, как она провалилась в глубокий сон.

Глава 7. Какой же день рождения без драки?

В лес возвращались в тишине. Эписта шёл в задумчивости, Ида бросала короткие взгляды по сторонам, видимо, опасаясь стражи. Иван же просто рассматривал город. Видно было не особо — всё-таки ночь на дворе — но кое-что он разглядел.

Ваня ощущал себя в каком-то низкобюджетном кино про средневековую Европу. Причём консультант по историческому периоду явно предмета своего не знал. По широким улицам редко проносились ландо и фаэтоны, а потом проскакивал рыцарь, закованный в латы. Редкие горожане носили рапиры, но проходили и бойцы со здоровенными двуручными мечами. Вроде такие называли клейморами. В истории Ваня разбирался не сильно, но понимал — куда-то тут прогресс зарулил не туда.

— А почему стражники с арбалетами?

— А у вас с чем они ходят? — ответила вопросом на вопрос Ида.

— Ну, у нас нет стражи, у нас полиция, — бросил Ваня. — У них огнестрельное оружие.

— Ничего себе, — восхитилась Ида. — У вас богатая страна?

— Почему?

— Ну так магмеханика же, — как само собой разумеющееся сказал Эписта, но потом посмотрел на Ивана и решил уточнить. — Дорого это. Заклинания сложные, силу ещё закачивать постоянно.

— А, — понял Иван. — У нас нет магии.

— Магии? — переспросила Ида.

— Эльфийской волшбы, — пояснил Эписта.

— Да, ни волшбы, ни магии, — махнул рукой Ваня. — Только физика, химия и голый энтузиазм.

— Физика — это здорово! У демонов очень развита. Они даже по небу без волшбы летать могут, — Эписта сразу ожил. — А химия — это что такое? Вроде алхимии?

— Наверное, — Иван помнил только то, что алхимия в его мире — это что-то из средневековья и вроде из-за кризиса алхимии и появилась химия. Зря он прогуливал историю науки в универе, ох зря.

— А ты разбираешься в физике и химии? — с надеждой спросил орк.

— В некоторых областях. Только тут я вряд ли буду полезен. Нет нужных технологий. Наверное.

Ване очень хотелось верить в чудо. Одно-то он уже видел: в родном мире Иван всё же успел поработать по специальности.

— А почему голый энтузиазм? — спросила Ида.

— Да долго никому не нужны были, — грустно ответил Ваня.

Орк и цверг даже остановились.

— Вот у вас мир странный! — в голосе Иды слышалось неподдельное удивление.

Да уж, ситуация складывалась крайне абсурдная, и не столько из-за их разговора о физике, сколько из-за царящего вокруг сюрреализма. Иван стоял посреди средневекового города, где простенькие глиняно-каменные дома соседствовали с красивыми зданиями с изящными декоративными и явно технологичными деталями, вроде гаргулий и представителей местной фауны. Рядом с ним стояли орк и девушка-цверг. Сам Ваня шёл с сумкой, в которой лежала шкатулка со смертоносной магией. Которую почему-то называли волшбой. А мир странный у него.

— Зато понятно, почему голый энтузиазм, — в итоге заключила девушка.

— Ну не везде, конечно, в разных областях по-разному. Но мне до последнего не сильно везло — не то направление.

— До последнего?

— Да, недавно получили хороший грант от государства. Но я, походу, умер.

— Но ты как-то не особо грустишь, — отметила Ида.

Иван пожал плечами.

— А чего грустить-то? Из одной жопы вылез, в другую попал. Я уже привык. И не скучно.

— А с виду и не скажешь, — Ида тыкнула Ваню в жир на животе.

— Не трожь, это на голодные времена.

— Давай я тебя лучше охотиться научу, — улыбнулась цверг.

— Я всё равно готовить не умею. Только лапшу быструю. В студенчестве довёл готовку до совершенства.

— Научишь? — попросил Эписта.

Тут Иван засмеялся.

— Эх… ребята-товарищи… — вздохнул он. — Я и забыл, где нахожусь.

— Так это здорово, — орк похлопал его по плечу. — Значит, жизнь налаживается.

— Не хочу портить настроение, но впереди караул, — Ида указала на городские ворота.

— А когда мы шли, никого не было, — отметил Иван.

— Ну так и сокровищницу никто не грабил, — пояснил орк.

— И что будем делать? — подытожила Ида.

— В наёмники подадимся, — предложил Эписта. — Месьё Анри, вы же не против?

— А у меня есть выбор? — улыбнулся Иван.

— Ну, выбор есть всегда, — философически заметил орк. — Правда обычно между скверным и очень скверным. Вот прям как сейчас.

— А где мы возьмём целителя? — скептически спросила Ида.

— Там, где и остальные — в храме.

— А боевого чародея? — не унималась Ида.

— Я изображу, — пожал плечами орк.

— И откуда ж у тебя разрешение? — скепсис Иды нарастал.

— Так я ж из свободных орков. Там и выдадут.

— Погоди. Я слышала, что недавно сбежали два орка-волшебника. Огненный и грозовой. Ты не один из них?

— Нет, конечно. На камне могу дать клятву.

Иван стоял и смотрел на товарищей. Он немного растерялся — информация на него упала не просто комом, а целой лавиной. Он сложил два плюс два и понял, что товарищи Эписты и есть те беглые орки. А ещё он видел, что Ида очень разнервничалась.

— Что не так? — не выдержал Ваня.

— В Империи нельзя свободно пользоваться волшбой, — нахмурилась Ида. — Всё строго ограничено, нарушения жёстко караются законом вплоть до смертной казни.

— А воровство?

— Ну, за королевскую сокровищницу тоже вздёрнут.

— Тогда не вижу повода для истерик, — пожал плечами Ваня.

— Ты всегда такой смиренный? — устало вздохнула Ида.

— Чему быть, того не миновать, — Иван чувствовал, что в нём что-то неуловимо меняется. И он даже понимал причину. Его новые товарищи. Не, не так. Его первые товарищи. У него, конечно, были друзья. Ну как друзья. Кому комп починить, кто просто поныть заходил. Но день рождения он всегда отмечал один. У «друзей» всегда случались форс-мажоры.

— Отметите со мной день рождения? — вдруг спросил Иван.

— Ты о чём? — Ида даже успокоилась.

— Точно! Он только вчера попал в наш мир. Значит, только родился. Да, это нужно отметить! — воодушевился Эписта. — Ну пойдём тогда.

— Прямо сейчас? — не поверил Ваня.

— Ну а чего? Не на улице же торчать до утра. А тут и согреемся, и дело хорошее справим. Как раз недалеко есть неплохой трактир.

— А нас там не ограбят?

— Не исключено, — как-то уж совсем беззаботно пожал плечами орк. — Если не сможем постоять за себя или напьёмся вусмерть. Но нам же не обязательно пить?

— А, чего уж там, — махнула рукой Ида. — У меня тоже, считай, день рождения. Пошли.

Идти оказалось действительно недалеко. Был уже предрассветный час, и город совсем уснул. Лёгкий туман, слабое зарево. Ване это напомнило летние прогулки по Москве в годы его студенчества. Хорошие были времена. Беззаботные. Казалось, что так будет всегда. Что друзья есть. А потом все расползлись кто куда. По заграницам, по семьям, по бизнесам. И только он так и не определился никуда. И только он как субстанция в проруби… Впрочем, Ваня догадывался, что проблема тут не в делах, а в приоритетах.

— Ты чего затих? — голос Эписты его вырвал из раздумий.

— Да вот понял вдруг, что вы мои первые друзья.

— Как-то уж совсем грустно, — Ида вновь тыкнула его в бок.

— Ну как-то так, — не нашёл, что ответить, Иван.

— А в твоём мире у тебя остался кто? — поинтересовался Эписта.

Это было ещё более неожиданно, чем его предложение отметить день рождения. Настолько, что Иван даже не сразу ответил.

— Никого. Уже никого.

Эписта кивнул. Ида молчала. В воздухе повисла неловкость.

— А ну гоните… А, дьявол, опять вы! Бежим!

Две тени выскочили из тёмного угла и унеслись прочь.

— О, а вот и грабители, — с сарказмом отметил Эписта. — Это те самые?

— А ты вообще ничего не боишься? — поинтересовался Иван.

— Отнюдь. Но я же с товарищем, — орк положил руку на плечо Ване. — А ты парень надёжный. Хоть ещё и не понял.

— Так возьми его в клан, — предложила Ида. Она явно подтрунивала над Иваном. Но он иронии не уловил.

— А чего не взять? Возьму. Если, конечно, пойдёт. Пришли.

Товарищи стояли у старого каменно-глиняного двухэтажного здания, архитектор которого явно увлекался эргономикой, но был совершенно далёк от таких нелепых понятий, как изящество и красота. Широкие и высокие двустворчатые двери, сейчас чуть раскрытые, простые квадратные окна с не менее простыми ставнями, некоторые из которых, судя по свежему дереву, недавно меняли. Невнятный маленький балкончик тоже прилагался. И совершенно неприметная двускатная крыша. Думается, если бы Никита Сергеевич затеял свои реформы в этой стране, его хрущёвки выглядели бы именно так. А вот двор создавал другое впечатление: стойло для лошадей, будто велопарковка, набитые торбы и вода. Рядом же умывальник, видимо, смыть дорожную пыль с лица. И мальчишка, что следил за всем этим хозяйством и брал монеты… за парковку и сервис.

— Наконец-то, — Ваня толкнул дверь и с яростью вошёл внутрь. Он будто пытался убежать от чувств, что переполняли грудь. Иван, конечно, понимал, что Эписта говорил про клан не всерьёз. Но всё равно было приятно — и непривычно. И что самое противное — обычные его размышления совершенно не помогали отвлечься.

В нос ударил густой запах мяса и хмеля. Несмотря на предрассветный час, зал трактира был полон людей и нелюдей. Скрипели стулья, лилось пиво; девушки торопливо сновали между столами, разнося еду и алкоголь.

Трактир выглядел так, как должно, а именно как в старых видеоиграх: массивная деревянная стойка с таким же массивным толстым трактирщиком, позади — большие пивные бочки; в стороне — вход на кухню. На балках потолка — незамысловатые свечные светильники. Правда, свечки, похоже, не обычные — целые, не оплывшие, будто их только что заменили.

Ваня пробежался взглядом по залу. Столы друг от друга на приличном расстоянии, прямоугольные, сбитые из тёмного дерева. Было видно, хозяева не пытались выбить монетку с каждого квадратного метра и заботились об удобстве посетителей, давая возможность не только покушать, но и спокойно пообщаться. По углам располагались места то ли для важных гостей, то ли для больших компаний: крепкие круглые столы, отделённые переборками от остального пространства. Столбы, подпиравшие верхний этаж, украсили разными щитами с гербами, факелами и… ловцами снов? Они, впрочем, хоть и казались тут неуместными, но не сильно выбивались из антуража. Обнаружилась даже сцена — невысокий помост, сейчас пустовавший.

— Пойдём, в уголочке присядем, — предложил Эписта.

— Ловцы снов? — всё же в голове Ивана это не укладывалось.

— Ты про что? — спросила Ида.

— Да вон, на столбах, — Ваня указал рукой на украшения.

— А, это с эльфийских земель, — пояснил орк. — У них по лесам висят. Многофункциональные штуки. Эти вот гнус отгоняют. А там да, есть и такие, что плохие сны ловят.

— Кстати, а как эльфы выглядят? — Ваня спросил не из праздного интереса. В разных сказках и мифах они выглядели по-разному.

— Да как люди, только тощие и уши острые. За океаном живут, — с каким-то раздражением пробурчала Ида.