Read the book: «Станция Бякино – 4: Мутация»
Предисловие
Описанные в книге люди, события и обстоятельства вымышлены. У героев и героинь серии «Вселенная "Станция Бякино"» нет прототипов в реальном мире. Все названия населенных пунктов и железнодорожных станций выдуманы, и всякое сходство с действительностью случайно.
Высказывания и мнения героев и героинь не выражают позицию автора, не являются его прямой речью и служат исключительно для создания художественно убедительных образов.
Глава 1
Снег растаял быстро. Всего за неделю его смыло дождем, а еще через пару дней из-за туч вышло жаркое солнце. Все ждали весны, словно праздника. Выжившие бродяги поснимали куртки и шапки, свитера и теплые подштанники. Радовались ослепительным лучам солнца, сидя на железных рельсах, запрокинув головы назад и щуря глаза. Воздух наполнился свежестью и ароматом первых цветов. Теплый ветерок приятно обдувал их тощие от постоянного недоедания тела.
***
Серёжа открыл настежь дверь станции и подпёр её обломком старого красного кирпича. Близнецы, намотав на швабры плотные тряпки, окуная то и дело в вёдра с холодной колодезной водой, с усердием натирали бетонные полы. Маша стояла возле печи, что-то помешивала в кастрюле большой ложкой с длинной ручкой, сыпала соль и пробовала бульон на вкус.
Серёжа махал на перроне метлой, приводя в порядок бетонные плиты от бумажного и пластикового мусора, окурков и стеклянных осколков, появившихся из-под талого снега.
С боку станции из леса выбежала Катя с испуганным выражением лица и, задыхаясь, не могла произнести ни слова. Смотритель спокойным движением взял ее под руку и проводил на станцию.
— Что случилось, дорогая? — быстрым шагом подошла к девушке Маша. — Присядь на лавку, сейчас налью воды.
Катя замотала в ответ головой и, немного отдышавшись, сказала:
— Он там...
— Кто? — удивился Серёжа.
— Мужик, — продолжила Катя, взяла из рук Маши стакан с водой и жадно выпила его залпом. — Мы с сестрой собрались идти собирать еловые почки для чая, а тут он. Стоит на коленях в дальнем углу нашего лагеря и копошится в земле. Здоровый такой, я чуть штаны не намочила от неожиданности.
— Хмм... Он вас видел? — уточнил Серёжа.
— Не думаю, — вытерла рот рукой девушка и, немного подумав, добавила: — Желание завизжать, конечно, было, но мы сдержались. Отошли потихоньку. Я заперла Аньку в доме, а сама пулей сюда. Так безопасней будет, у нее же нога всё ещё ноет, хромает бедняжка.
Сашка, услышав это, бросил швабру, та упала на пол с характерным шумом удара черенка о бетон. Толкнул брата плечом в плечо и подошёл к лавке.
— Сереж, отпусти нас минут на десять, — промычал Сашка, поняв, в чем дело. — Надо проверить, что там за гость нарисовался.
Серёжа ничего братьям не ответил и, почесав небритую щёку, задал девушке ещё один вопрос:
— С оружием?
— Что, прости?
— Ну, мужик тот с оружием был?
— Знаешь, не заметила... Черт, как же это я. Рюкзак был, точно. Большой такой, к дереву прислонённый. А вот оружие не помню. Он что-то копал маленькой лопаткой с короткой ручкой, как у военных.
— Ну так что, мы сходим? — перебил девушку Сашка.
— Ваши автоматы в лагере, — ответил молодой смотритель. — Незнакомец может быть опасен.
— Да мы его швабрами прогоним, — поддержал брата Пашка. — Будет знать, как наших подруг пугать.
Катя встала и, крепко обняв Сашку, уткнулась лбом ему в грудь.
Смотритель станции зашел в свою каморку и тут же вышел из нее с ружьем в руках.
— Идем вместе, — принял решение Сергей. — Я возьму его на прицел, а вы заберете оружие, если такое имеется.
— А я? Я с вами! — всплеснула руками Маша. — Вот только патроны к ПМ сейчас найду.
Девушка убежала в каморку и, бубня себе что-то под нос, принялась искать патроны к пистолету.
— Ма-а-а-ша! — повышенным тоном произнес Серёжа. — Ты остаёшься здесь, и это не обсуждается! Бориса Валентиновича нет, и ты будешь в моё отсутствие за главную. — Парень нахмурил лицо и с раздражением добавил: — Скажи мне, пожалуйста, как давно твоё оружие разряжено? И почему патроны не хранятся в положенном месте?
Девушка высунула голову в дверной проем, грустно посмотрела на мужа и с печалью промолчала.
***
Мужчины подошли к лагерю и перелезли через деревянные слеги забора. Катя шла сзади, вопреки Сережиному приказу оставаться на станции вместе с Машей.
— В какой части периметра тот мужик? — стараясь как можно тише, спросил молодой человек.
— Там, — девушка показала рукой на дальний левый угол огороженной территории.
Сергей снял с плеча ружьё и перевёл флажок предохранителя в боевое положение. Мужчины шли тихо, мягко наступая на прошлогоднюю листву, стараясь не шуметь и не спугнуть нарушителя границ.
В углу лагеря действительно был человек. Мужчина сгрёб всю листву и сухие ветки с могилы Ю, окопал вокруг землю, придав ей вид грядки, и врыл деревянный, покрытый несколькими слоями лака крест. Теперь же он сидел на земле, уперевшись спиной в сосну, пил горячий чай из термоса и задумчиво смотрел на несколько фиолетовых цветков, прикопанных вместе с корнями у основания креста.
— Лопата? — Серёжа опустил оружие и повернулся к братьям. — Это же Антон. Живой! Я знал, что с тобой ничего не случится!
Опытный выживший услышал голоса, встал и, увидев старых друзей, широко улыбнулся, не скрывая свою радость от встречи.
***
Борис Валентинович шел вдоль железной дороги и пытался вспомнить, как далеко от станции Бякино находилось мертвое тело отца Даши. Девочка шла позади и смотрела на рюкзак на спине наставника.
— Я обещал похоронить отца, как только растает снег, — нарушил тишину мужчина. — Свое слово всегда держу, но тебе не стоит его таким видеть. Труп наверняка в ужасном состоянии. Снег растаял, и от плюсовой температуры тело, вне всякого сомнения, начало разлагаться. Его могли и вовсе сожрать дикие звери или зомби-псы, например. Уверена, что не хочешь вернуться? Обещаю сделать всё как надо.
— Я должна закаляться, дядя Боря, ты сам мне много раз говорил, — ответила без видимых эмоций девочка. — Мне необходимо через это пройти, я думаю, что надо. Это сделает меня сильней. И потом, разве может быть мертвый покойник страшнее живого?
Борис Валентинович улыбнулся и поправил лямки рюкзака на своих плечах.
— Кажется, уже рядом. Он должен быть где-то здесь.
Напарники прошли еще пару минут. Борис остановился и посмотрел вдаль, прикрыв глаза от солнца сверху ладонью.
— Так, короче, — развернулся мужчина к девочке. — Я что-то увидел. Вероятно, это он. Готова? Если что, говори, и мы тут же уйдем.
— Поняла, — тихо ответила Дарья.
Напарники двинулись дальше и подошли к смердящему, покрытому жирными мухами трупу. Мухи противно жужжали, взлетали и приземлялись на другой участок мертвого тела. Борис снял рюкзак, достал из него и повязал на лицо девочки старую, но выстиранную майку, дабы закрыть нос и рот от неприятных зловоний. Затем повторил ту же процедуру и завязал себе лицо отрезком желтой от времени марли. Надел на глаза старые пластиковые лыжные очки и на руки резиновые перчатки. Даша сняла с плеча штыковую лопату и передала мужчине. Борис Валентинович хотел нести ее сам, девочка настояла и почти силой забрала инструмент на станции.
Даша набралась смелости и посмотрела на труп отца.
— Ну как? — через какое-то время спросил Борис.
— Нормально, — спокойным голосом ответила Даша.
Наставник отошел от рельс на несколько шагов, где заканчивалась отсыпка гравием и начиналась мягкая земля. По привычке хотел поплевать на ладони для лучшего сцепления с деревянным черенком лопаты, вспомнил, что в перчатках, и непроизвольно улыбнулся.
Борис копал яму, еле слышно кряхтя и тяжело вздыхая. Земля была мягкой только на глубину полотна лопаты. Дальше шел суглинок, а после и вовсе слой коричневой глины. Наставник сильно устал и вылез попить воды. Даша спрыгнула в яму, продолжила ковырять прилипающую к лопате глиняную породу.
— Брось, мозоли натрешь, — произнес сидящий на рельсах мужчина и глотнул воду из пластиковой бутылки. — Кожа у тебя на ручках нежная. Не для таких работ. Сейчас переведу дух и продолжу.
Но девочка не успокаивалась. Даша втыкала лопату в пластичную породу и понемногу вытаскивала ее наверх.
— Дядя Боря! — радостно взвизгнула девочка. — Нам повезло! Я пробила глину, дальше идет песочек.
Борис встал, забрал у напарницы инструмент и закончил работу.
Труп Борис Валентинович стащил в могилу за ботинки. Даша отвернулась, решив пропустить этот момент. Напарник закидал грунт обратно в яму и прихлопал по краям получившийся холмик. Снял перчатки, марлю и очки, бросил на землю и поджег бензиновой зажигалкой. Затем развязал повязку из майки с Дашиного лица и так же бросил в огонь.
— Держи, — Борис протянул зажигалку с орлом на корпусе.
— Зачем это? — пожала плечами девочка.
— Эта вещь твоего отца, — объяснил наставник. — Она была при нём в тот день. На память, бери. Зажигалка теперь твоя.
***
Антон Лопатин сидел на диване в комнате отдыха и по очереди смотрел на присутствующих, не задерживая надолго взгляд на ком-то одном. Девушки стояли в стороне, немного опасаясь нового знакомого. Братья рубили дрова и разжигали огонь в камине. Днём в доме не было холодно, и очаг разжигали редко. Еду обычно готовили на костре у входа в специально отведенном под это дело месте. Но сегодня в доме гость, и Серёжа распорядился приготовить праздничный ужин прямо в комнате.
— Спасибо, что похоронили ее в периметре лагеря, — тихо произнес Антон.
— Она была членом нашей семьи, — ответил Серёжа. — Мы не могли поступить иначе.
Катя потихонечку, стараясь не привлекать к себе внимание, подошла к Сашке и шепнула ему на ухо:
— О ком это они?
— О Ю... С нами была девушка. Она погибла при защите лагеря. Я потом тебе расскажу.
Лопата достал из рюкзака термос и разлил остатки чая в две кружки.
— Помянем? — Антон протянул одну из кружек смотрителю. — Он с крепким алкоголем. Вкус странный, на любителя, но иногда себе позволяю.
Сережа молча взял кружку, встал и разом выпил содержимое. Антон также встал и повторил за Сергеем. Мужчины резко выдохнули и сели на место.
— Вот уж действительно на любителя, — кашлянул в кулак Серёжа.
— А чья там вторая могила рядом? — поинтересовался через какое-то время опытный выживший. — Кто-то еще умер?
— Николай Николаевич, — грустным голосом ответил молодой смотритель. — Ты видел его, когда был в последний раз. Веселый дед, жаль его. Мы ничего не смогли сделать. Эту зиму он не пережил.
— А от чего? Тут вроде с зомби тишина.
— Да кто его знает, — с досадой ответил парень. — Понимаешь, Антон, среди нас ведь нет медиков. Никник переночевал на станции пару ночей, играл в домино с пришедшими на ночлег бродягами, а потом слёг. В буквальном смысле... Поднялась температура, слабость во всём теле, кашель с мокротой, потливость, озноб, боль в груди и одышка. Я выделил ему двойной паёк, но дед ничего не ел. Кормили насильно, однако всё напрасно. Его моментально рвало. Пытались сбить жар таблетками, всю дежурную аптечку Николаю скормили. Дед таял на глазах и в один из дней не проснулся. Умер во сне, бедолага. Вот на этом самом диване.
Сережа показал глазами на соседний диван, стоящий у входа. Мужчины замолчали, слушали треск дров и смотрели в одну точку.
— Я вспоминаю ее каждый день, — произнес вдруг Антон. — Ложусь спать, закрываю глаза, и ее образ сам появляется в голове.
— Говорят, время лечит, — ответил Серёжа.
— Мне не дает покоя одна мысль, братка, — продолжил Лопата, поглаживая рыжую бороду. — Мог ли я ее тогда спасти? Выйди я чуть раньше из укрытия... Может, был бы шанс? Почему я не рискнул? Всегда рискую, а тут будто в ступоре. Ммм? Хочу знать твое мнение, только на чистоту, как есть, так и скажи. Я выдержу...
Серёжа немного занервничал, лицо его скривилось от нежелания отвечать на неудобные вопросы.
— Если хочешь знать мое мнение, — начал смотритель станции. — В общем, я думаю, ты бы лежал сейчас рядом с Ю. Хотя нет... Не так... Мы бы сейчас все лежали и гнили возле клуба. Никто бы нас не похоронил. Преимущество было на их стороне. Дробовик заряжен патронами с дробью, и стрелять в того подонка, приставившего нож к горлу девушки, ты не мог. Обязательно бы ее задел.
— Ну и что! — Вскочил Антон. — Пусть так! Пускай я бы умер, пусть она была бы ранена... Но жива! Понимаешь, Серёжа, жива.
— Коли пошло на то, — перебил Сергей, — то в смерти Ю виноваты все мы, а всех больше я. Именно я организовывал оборону и проворонил слежку за нами. Я приказал ей залечь на той полуразрушенной крыше столовой и совершенно не подумал убрать приставленную лестницу. Ну и в конце концов, мы тоже не вышли до последнего. Мы не солдаты, Антон, просто пытаемся всеми силами выжить.
Мужчины вновь замолчали. Катя и Аня поставили на огонь кастрюльку с водой, сели на корточки и подкидывали тоненькие щепки. Аня, почувствовав боль в голени, встала и принялась расхаживать ногу.
— Я поживу у вас, ладно? — неожиданно спросил Антон. — Недолго. Еда у меня есть, просто нужно отдохнуть в безопасности и привести в порядок мысли.
— Наш дом — твой дом, — ответил Сергей. — Располагайся на диване Николая Николаевича. Попросим братьев истопить печь в бане и принести воды. Думаю, девушки будут не против нового соседа?
— Мы не против добрых людей, Серёжа, — повернула голову Катя.
***
— Куда мы идем, дядя Боря? — спросила девочка наставника. — Почему свернули с железной дороги? Разве мы не возвращаемся на станцию?
Мужчина шел впереди и раздвигал ветви деревьев руками.
— Аккуратно, зазеваешься, и ветка может хлестануть по лицу. Не отставай, — ответил Борис Валентинович. — Ты ведь не устала?
— Нет, — ответила девочка и ускорила шаг.
— Вот и славно. До вечера времени еще много, и я решил не тратить его напрасно.
— Как это?
— Тут проход должен быть в одну деревню, — продолжил Борис. — Рёмино называется. Хочу посмотреть на нее. Николай Николаевич говорил, зомби там нет, а это значит, ресурсов в домах тоже нет. К гадалке не ходи, всё вычистили бродяги. Просто хочу посмотреть, никогда там не был. Нужно знать все поселения в округе.
— Ясно.
— Не бойся, если что, у меня автомат и несколько магазинов к нему.
— Я знаю, дядя Боря, ты учил меня их заряжать, — ответила девочка.
Даша устала и никак не хотела это показывать. Девочка решила для себя, что бы ни случилось, будет делать так, как говорит Борис. Она видела в нем защиту, опору и шанс на завтрашний день. Никак не хотела подвести или показаться неблагодарной. А еще Борис Валентинович ее каждый день кормил, и Дарья чувствовала себя обязанной, хоть мужчина даже не заикался об этом.
— Лес кончается, — не оборачиваясь, сказал наставник. — Будь начеку и сообщай мне обо всех странностях, которые заметишь.
Напарники вышли на опушку. Перед ними находилось небольшое поле, так же, как и возле Бякино, поросшее молодыми березками.
— Я думал, деревня дальше, судя по карте, — задумался мужчина. — Хмм... Всё ясно, мы срезали чуть-чуть путь. Если идти со стороны станции, дорога будет длиннее. Даша, оставь лопату тут. Заберём на обратном пути.
— Можно я с ней пойду? Мне так спокойней. Оружия ведь никакого нет. Свой охотничий нож я оставила в столе на станции.
Мужчина двинулся вперед, и девочка последовала за ним.
Деревня Рёмино была еще меньше других. С десяток покосившихся домов в один ряд. Старые ржавые крыши и трухлявые, местами упавшие заборы. Еще до эпидемии в ней жили одни старики, а половина домов и вовсе пустовала.
— Видишь что-нибудь? — спросил Борис Валентинович напарницу.
— Вроде нет никого, — ответила девочка.
— Даша, — перешёл на шёпот Борис Валентинович. — Ничего не слышишь? Прислушайся.
Борис передёрнул затвор автомата и снял с предохранителя.
— Вроде нет, — пожала плечами девочка. — А что там?
Со стороны деревенских домов доносилось еле слышное хрюканье. Звук постепенно усиливался, и, казалось, его источник приближался к напарникам.
— Теперь слышу, — занервничала Даша. — Это что, свинья? Но как?
— Скорей всего, это кабан, — Борис снял со спины рюкзак и поставил на землю. — А может, и не один. Завали мы такого, мяса хватит всем на длительное время. Можно и впрок насушить. Ты, Даш, сможешь вернуться на станцию одна? Позови близнецов, один не дотащу.
— Я тебя тут не оставлю, — возразила девочка.
Хрюканье, то и дело переходящее в визг, становилось всё громче и громче.
— Голодные, — продолжил наставник. — На огороды вышли. Старую картошку в земле рылом ищут или еще какие овощи. Девочка моя, я не охотник, но знаю, что кабаны мало чувствительны к боли и могут запросто атаковать раненые. Автоматная пуля не имеет останавливающего действия и ранит зверя навылет. Тебе лучше уйти подальше. Я рискну, просто не могу себе позволить не рисковать. Дорогое это сейчас удовольствие.
Из крайнего дома выскочила здоровая кабаниха с выводком поросят. Увидев людей, громко фыркнула несколько раз, взревела и бросилась убегать. Наставник встал на одно колено, поднял автомат на уровень плеч и, прицелившись, приготовился нажать спусковой крючок.
Даша заплакала, прыгнула на спину мужчины и попыталась его повалить на землю, вцепившись руками за шею.
Глава 2
Вечер, лагерь выживших.
Антон Лопатин прошел в комнату отдыха, вытирая по пути мокрые рыжие волосы на голове и бороду чистым махровым полотенцем.
— Ну как банька? — спросил Серёжа.
— Это лучшее, что со мной происходило за последнее время, — радостно ответил опытный выживший. — Спасибо за чистую майку, штаны и белье.
— Это братьев, они не против, — Серёжа воткнул нож в жестяную банку и только после этого увидел на ней язычок для открывания.
— Я верну, вот только свои выстираю, — Антон присел на диван. — Сегодня уже неохота.
— Трусы можешь не отдавать, — ухмыльнулся Сашка. — Считай, это подарок.
Опытный выживший улыбнулся в ответ.
На круглом столе расставлены тарелки с варёным рисом. По центру на блюдцах открытые банки с консервированной рыбой, фасолью, горохом и кукурузой. Рядом банка томатной пасты, сахарница и керамическая солонка. В котелке на огне варился заяц, попавший в силки, установленные еще Николаем Николаевичем. После его смерти и до вчерашнего дня их никто не проверял, так как срабатывали они очень редко. Близнецы случайно наткнулись на еще свежую тушку в ловушке.
— Ждем Машу и Бориса Валентиновича, — проинформировал друзей Серёжа. — Я попросил Костика присмотреть за убежищем.
— Костик? — удивлённым голосом переспросил Лопата.
— Угу, наш торговец. Я расскажу тебе позже.
— Собственный барыга, круто живете, ребята.
***
Борис встал вместе с повисшей на его спине девочкой. Мужчина крутил телом, пытался сбросить с себя девочку, но ничего не выходило.
— Даша, что с тобой? — в недоумении спросил наставник.
Мужчина бросил автомат на землю, нарочно упал на траву на бок, перевернулся и оказался сверху напарницы. Борис взял ее руки в свои и прижал к земле.
— Что происходит? Ммм? Отвечай!
— Нельзя, ее нельзя убивать, — отдышавшись, ответила девочка. — Она с детками, так нельзя, понимаешь?
— Вот оно что, — Борис Валентинович отпустил руки, встал и принялся искать свое оружие. — Пожалела, значит.
Кабаний визг и хрюканье уже слышались где-то вдалеке из леса по ту сторону деревни.
Мужчина нашел автомат, сел на траву и принялся его рассматривать. Даша подошла, присела рядом и виновато посмотрела на наставника.
— Может, не кормить тебя с недельку? — тихим голосом с досадой произнес Борис. — Поймешь тогда, наконец, как живут сейчас люди. С первого дня эпидемии ты находишься под постоянной опекой. Сначала отец недоедал, отдавал тебе часть своей пайки и даже, подумать только, собаку твою кормил. Теперь у меня на содержании.
— Я не просила меня забирать, — с обидой ответила девочка и отвернулась от наставника, скрестив на груди ручки.
— Даша, девочка моя, пора уже взрослеть, — Борис поставил автомат на предохранитель и, встав, повесил на плечо. — Это мясо могло спасти чью-то жизнь. Мы могли питаться им приличное время. Обменять, в конце концов, на медицину или другие нужные ресурсы. Да те же патроны.
— Поросята не выжили бы без мамки, — пробубнила невнятно Дарья и уже чётче добавила: — Теперь ты на меня злишься?
— Идем домой, — Борис Валентинович подал руку девочке и помог встать. — Я не могу на тебя злиться, лишь хочу, чтобы ты понимала. Так, как раньше, уже не будет никогда. Будущее без возврата. Теперь закон один: выживает сильнейший, и если ты хочешь выжить, должна быть сильной. Не только физически, но и, прежде всего, духом.
— Мы не будем смотреть дома?
— Потом вернемся, настроение пропало, — Борис надел на спину рюкзак. — Голодные кабаны что-то унюхали в огороде. Попробуем отыскать.
***
За окном темнело. Друзья зажгли три толстых свечи и поставили в центр стола. Борис Валентинович смастерил их в консервных банках. Самоделки немного коптили, но уже не так, как предыдущие варианты, и это всех вполне устраивало. За столом уместились все: две сестры, два брата, Борис Валентинович с новой молодой напарницей, смотритель станции с супругой и Антон Лопатин.
— Ну что, — встал Сергей с железной кружкой чая в руках. — Давненько мы так не собирались, друзья.
Все вдруг замолчали и внимательно посмотрели на парня.
— Поздравляю вас с наступившей весной, — продолжил Сережа. — Мы пережили очередную зиму, и я бы сказал, по нынешним меркам очень неплохо. Всё это благодаря нашей дружбе, организованности и упорному труду. Ну и, конечно, щедрости Бориса Валентиновича. Его ресурсы здорово нас выручили, и мы это не забудем.
Серёжа на несколько секунд замолчал и, опустив взгляд, продолжил:
Правда, не всем удалось дожить до тепла. Николай Николаевич... Мы сделали для него всё, что могли. Сколько деду было лет? Никто не знает? Да и ладно, — Серёжа махнул свободной рукой.
— Эта зима принесла нам и новых друзей, — взгляд смотрителя упал на девушек. — Я рад, что вы сделали правильный выбор, только нужно было нам всё рассказать сразу.
— Антон, ты наш друг, оставайся в доме столько, сколько нужно. Мы рады тебе всегда.
Серёжа хотел ещё что-то сказать, передумал и сделал большой глоток уже не горячего чая с душистыми травами. Все остальные также одновременно отпили из своих кружек и принялись жевать варёный рис.
Друзья ели не спеша. Девушки ухаживали за братьями и пытались наложить им в тарелки вкусностей из жестяных банок. Те в ответ закрывали руками свои тарелки и заботливо предлагали свою долю. Лопата это услышал и достал из стоящего рядом на полу своего рюкзака еще две банки с консервацией:
— Ешьте, сегодня всем хватит!
Даша сидела молча и не притрагивалась к еде. Через какое-то время девочка встала, подошла к дивану, где сидел Лопатин, и принялась рассматривать лежащую на спинке винтовку.
— Нравится? — обратил внимание на девочку Антон.
— Угу, — промычала Даша. — А что это у нее сверху?
— Оптический прицел, — ответил Антон. — Это самозарядная снайперская винтовка. Ты что, никогда такую не видела?
Дарья помотала головой.
— Можешь подержать, — улыбнулся Лопата. — Только аккуратно.
Даша медленно взяла винтовку в руки и повертела перед собой.
— Ну как?
— Тяжелая.
— Есть такое дело, — ответил с набитым ртом Антон. — Больше четырёх килограммов весит.
Опытный выживший дожевал рис и обратился к смотрителю:
— Кстати, Серёжа, хочу оставить её вам. Устал повсюду с собой таскать, лишний вес, знаешь ли, сказывается уже на мне. Забрал винтовку Ю на память, чтобы рядом всегда была. Теперь понял, напрасно это всё. Только душу рвёт изо дня в день. Продать не могу. Много кто упрашивал и цену нормальную предлагали. Не могу, и всё тут. Пробовал учиться стрелять — не моё это. Неудобно, что ли, как-то. Оружие поддержки, как ни крути, с таким только в группе работать. Дробовик — вот это моя тема. Позволяет маневрировать в узких пространствах. Для одиночки самое то. Как выстрелил дробью почти не целясь, так у зомби половина башки отлетела.
— Ну хорошо, — ответил Серёжа. — Подумаем, как лучше ее применить. Даю слово, не продадим, даже если умрём с голоду. Кстати о голоде... Даша, ты почему ничего не ешь?
— Дядя Боря мне запретил питаться целую неделю, — язвительным тоном ответила девочка и положила винтовку на место.
Серёжа посмотрел на Бориса Валентиновича и с нетерпением ждал его реакции.
— Ничего я не запрещал, — поперхнувшись и немного закашлявшись, ответил мужчина. — Я сказал это в сердцах, на эмоциях. Очень жаль, юная леди, что ты этого не поняла.
— Всё я поняла, — Даша подошла к наставнику сзади и похлопала ладонью по спине. — Извини. Я оставила всех нас без ценного ресурса.
— Принято, — довольным голосом ответил Борис. — И да, может, всё так и должно было случиться? Возможно, твой поступок — моя удача? Лежал бы я сейчас на траве с переломанными костями. Так что давай, не дури. Садись за стол и ешь.
***
Друзья сидели в темноте при тусклом свете свечей и слушали историю опытного выжившего. Сережа попросил рассказать его, где бывал и какая ситуация в других поселениях. Борис Валентинович пересел со стула на диван, откинулся на мягкую спинку и закрыл глаза. Катя, уступив место Борису, села на колени Сашки и легонько приобняла за шею.
— С каждым годом становится всё тяжелей и тяжелей, — сухо сказал Антон. — Ресурсы кончаются. Как вы знаете, магазины и склады давно опустошены. В частных домах рядом с большими трассами, да и не только, уже ничего съедобного либо ценного не найти. Да и у вас тут, как я посмотрю, всё вокруг облазили не по одному разу. Нормально сейчас живут те, кто скотину держит и огороды. Это только пока. Думаю, еще немного, и к ним придут. Люди напрочь звереют от голода.
Даша посмотрела на Бориса Валентиновича и тяжело вздохнула.
— К вам тоже придут, — продолжил свою мысль опытный бродяга. — Верней, к тем, кто плату берет за ночлег и торгует, не посмотрят даже на охрану.
— На станции Бякино брать нечего, — возразил Серёжа.
— Слушай, братка, я вашего Костика еще не видел, но если он занимается торговлей, то его обязательно попробуют вытрясти.
— Ну да, — ухмыльнулся молодой смотритель. — Из него вытрясешь. Кого хочешь вокруг пальца обведет.
Антон достал носовой платок и громко в него высморкался.
— Дело еще в том, Серёжа, что банды грабителей, которые вы видели до сих пор или слышали про них, это просто мелкие хулиганы по сравнению с теми, кто придет.
— Кого ты имеешь в виду? Расскажи.
Антон положил ногу на ногу, отклонился назад и продолжил свой рассказ:
— Этой зимой я много где побывал. Недавно, когда уже растаял снег, пришлось зайти и в город И.
Борис резко открыл глаза и перебил рассказчика:
— На проспекте Строителей был?
— Нет, — повернул голову Антон. — Это другая часть города, а что?
— Да нет, ничего, — Борис снова закрыл глаза и положил под затылок свои руки.
— Так вот, занесло меня туда не по собственной прихоти. Очередной заказ взял. Один торговец... Называю его торговцем, потому как продает он ресурсы со своей минимальной наценкой и на чужом горе не наживается, взвинчивая цены в несколько раз и скупая последние вещи голодных бродяг за копейки, как это делают барыги.
Главная цель заказа: добраться до города, найти по адресу дом, подняться в квартиру и убить в ней всех обращённых. Результат снять на камеру телефона. Его он мне дал с собой с полностью заряженным аккумулятором.
Борис Валентинович снова открыл глаза, в этот раз уже не перебивая.
— Я так понял, он там жил, и это его родственники, хотя... не факт. Вторая дополнительная и необязательная часть договора заключалась в том, чтобы в одной из комнат найти сейф с иностранным ружьем и патронами к нему. За это оружие шла отдельная плата, и вполне неплохая, я бы сказал. В общем, я такие заказы обычно не беру, чистое самоубийство туда идти. С торговцем мы приятельствуем, и другой работы в ближайшее время всё равно не предвиделось. Решил рискнуть, чем черт не шутит. Еще надеялся по квартирам полазить и еды какой-никакой раздобыть. Крупы там или макароны. У меня для этой цели и монтировка небольшая имеется.
Получил аванс, сделал в лесу схрон и выдвинулся в сторону города. До эпидемии в городе И я бывал несколько раз. По работе случалось приезжать. Центральные улицы мне известны, а вот окраины... Хорошо карту заказчик дал. Без нее объясняй не объясняй, всё равно не нашел бы нужный адрес.
О существовании нескольких группировок в городе я слышал от старых бродяг. На что надеялся? Не знаю... На русский авось, скорей всего.
— А много ли ты попросил за успокоение мертвечины? — поинтересовался вдруг Борис Валентинович.
— Много, Борис, — Антона раздражало такое перебивание, виду он не подал, лишь спокойным голосом добавил: — Цену я не назначал. Торговец предложил сам, и она оказалась куда больше, чем если бы я попросил.
Еще одна причина моего согласия — это зима. Зомби после зимних холодов еще не отошли, еле двигаются и предпочитают стоять в «спячке». Энергию берегут, что ли? Кто их разберёт? Если рядом пройдешь, то бросятся обязательно, а так — как в сонном царстве.
Крутил-вертел карту и решил заходить в город не с главной дороги и не с железнодорожного вокзала. Через реку махнуть... А что? На одном из участков, ровно там, где ближе всего к нужной мне улице, проходила через реку толстая труба. Уж не знаю, для чего она нужна, но проложена над водой на железных опорах. Самое интересное, рядом с ней железная дорожка из приваренных к уголкам прутьев. Не для простых граждан, скорей всего, для обслуживающих специалистов. На деле же опоры, каркас и «дорожка», конечно, местами сгнили от времени. Ржавая конструкция шаталась, и прутьев в нескольких местах не хватало. Добравшись до берега, план менять я не стал. Изначально думал вообще по самой трубе карабкаться. Она, в отличие от других железных элементов, выкрашена жёлтой краской и не имела следов ржавчины. Лишь нацарапанная, вероятно, гвоздём надпись ровно на середине трубы «Жанна + Сергей = любовь», сделанная когда-то давно влюблённой парочкой.
