Go to audiobook
В придуманных историях использованы события
девяностых годов
Жизнь – проза с юмором, но сценарий индивидуален
С кем шутки плохи, с тем
и всё остальное так себе!
Если совесть орган, при помощи которого нормальный человек совещается с человечеством, то хитрость – вероятно, гибрид глупости с развитым житейским чутьём, что часто омрачает и сокращает жизнь. А поскольку жить надо долго и весело, то с чистой совестью смейтесь господа, смех – это минуты счастья, которые продлевают вашу жизнь!
Ровно в полдень, по столичному времени, в аэропорт прибыл «борт» с острова любви и морского тёплого воздуха. В числе прочих пассажиров лайнер доставил с Кипра, в целости и сохранности, стройного и доброжелательного человека, который чувствовал себя в полной безопасности. Вы спросите почему? Потому что злой человек никогда не может чувствовать себя в полной безопасности. Этот молодой человек был сыном и точной копией Великого Комбинатора. Звали его Оскар Остапович Иванов-Бендер. Этот день был его золотой монетой, с которой он спешил на базар жизни!
В отличии от своего отца Остапа-Сулеймана-Берта-Мария Бендер – сына турецко-поданного, необычайная живость которого, без финансовой поддержки тени предков, на первом этапе жизни привела в Старгород, без носков, ключа от квартиры, где деньги лежат, а затем «унесла в места не столь отдалённые», для освоения «смежных профессий», у Оскара Остаповича Иванова-Бендер «за плечами» были «корочки об высшем образовании», служебный паспорт Великой страны, чековая книжка банка «OF CYRUS» на внушительную сумму в зелёной валюте и документы на собственную фирму «Yominco trade ltd.» Всё это пока «молча отдыхало» в его портфеле, который ещё не так давно успешно перемещал изделия типа «Фаберже», знающих «Тайну Великого Комбинатора и зигзаги любви».
– Вот что такое своевременная поддержка «штанов»! Да, … каждый кузнец своего счастья, но многое зависит от заготовки! Немного раскручусь и поставлю ЕМУ памятник при жизни. Жаль, что он не вовремя приболел и нам не удалось встретиться, но, как говорят мудрецы, «не смотрите в зад» – всё ещё впереди. Да, он мой отец и Великий Комбинатор, которым сейчас горжусь и не только я один! Надо постараться быть достойным его! Я пока не Великий, но сын Великого Комбинатора, – закрыв глаза констатировал Иванов-Бендер, пока самолет подруливал к зданию аэропорта…
И вдруг Оскар вспомнил о ТОЙ, которую неожиданно встретил, как подарок судьбы, там … на Кипре, когда он с новым знакомым Борисом (ударение на первое «О») Фунтиком из Югославии, посетил театр эстрады, под Лимасолом…
Там всё было как-то по-домашнему и достаточно развлекательно. Они разместились поближе к сцене. Над сценой летали молоденькие девушки с букетами цветов, изредка озаряемые разноцветными лучами прожекторов. На сцену выходили певицы и певцы в разноцветных нарядах, приглашённые из разных стран с приличными вокальными данными. Вдоль столиков ходили девушки с плетёными корзинами, предлагая напитки и цветы, но всё это почему-то не трогало душу Иванова.
– Смотри, смотри, – Борис толкнул Иванова-Бендер, – только что объявили, что сейчас будут петь артисты из России.
На сцену вышел как всегда элегантный Иосиф Кобзон. Заиграл оркестр и полилась мелодия:
«Вчера я встретил вас случайно
Об этом знали вы едва.
Следил за вами я всё время тайно,
Взгляд ваш туманила печаль…
Скажите почему нас с вами разлучили?
Зачем, зачем ушли вы от меня…»
В глубине души зазвучали давно забытые нежные человеческие струны…
– Какой глубокий смысл заложен в этих строках, – подумал Оскар.
Музыка смолкла. Ведущая объявила следующего исполнителя…
И вдруг его поразила необыкновенная красота девушки, вышедшей на сцену в длинном вечернем, средне-декольтированном бархатном чёрном платье: Глаза большие, прекрасный идеальный носик и лицо её, вобравшие лучшие молодые черты артисток Орловой, Ларионовой и Скобцевой, излучали невероятный Божественный Свет. Большая прядь густых тёмно-русых волос, плавно переходящих в шелковистый золотисто-светлый отлив, пышной волной лежала на её правой великолепной груди, лаская грациозную шею. Прекрасная гладкая кожа с лёгким оттенком летнего загара и едва заметным румянцем, подчёркивали эту волшебную красоту, волнующую его кровь. В душе стало твориться что-то доселе ему не ведомое. Оскара потянуло к ней как магнитом, но вдруг какое-то чувство неуверенности, неведомое ему ранее, останавливало его. Он с большим волнением стал вслушиваться в слова её бархатного волнующего голоса:
«В этот вечер в танце карнавала
Я руки твоей коснулся вдруг,
И внезапно искра пробежала
В пальцах наших встретившихся рук.
Где потом мы были, я не знаю,
Только губы помню в тишине,
Только те слова, что, убегая
На прощанье ты шепнула мне.
Если любишь – найди,
Если хочешь – приди,
Этот день не пройдёт без следа.
Но если ж нету любви,
Ты меня не зови,
Всё равно не найдёшь никогда…»
Сердце Оскара бешено билось в каком-то восторге и рвалось туда на сцену… Но волшебный и чарующий её голос продолжал его притягивать:
«И ночами снятся мне недаром
Холодок оставленной скамьи,
Тронутые ласковым загаром
Руки, обнаженные твои.
Неужели не вернётся снова
Этой летней ночи забытьё,
Тихий шёпот голоса родного,
Лёгкое дыхание твоё.
Если любишь – найди,
Если хочешь – приди,
Этот день не пройдёт без следа.
Но если ж нету любви,
Ты меня не зови,
Всё равно не найдёшь никогда».
Раздался оглушительный гром аплодисментов, но Оскар всё ещё был в оцепенении и не мог прийти в себя, повторяя слова песни снова и снова:
«Если любишь – найди,
Если хочешь – приди,
Этот день не пройдёт без следа.
Но если ж нету любви,
Ты меня не зови,
Всё равно не найдёшь никогда».
– Что это со мной? – задал он себе вопрос и вдруг осознал. – Да! Да! Есть ОНА!
– Ты о чём кричишь? – поинтересовался Фунтик.
– О своём. Да! Есть она! Интересно, а какого у неё цвета глаза?
– Если ты про девушку, которая пела, то не знаю, но она великолепна.
И тут вышел на сцену следующий выступающий и в нём Иванов-Бендер узнал знаменитого Трошина. Вдруг тот как будто подслушав, стал исполнять пожелание его души:
«Только песни я любил
Да товарищей,
Замечал красивых девушек едва,
Но улыбка серых глаз
Изменила все сейчас
И повторяю бесконечно я слова:
До чего ж ты хороша, сероглазая,
Как нежна твоя душа понял сразу я.
Люблю твой взгляд, улыбку, звонкий смех.
В мире ты, клянусь, лучше всех!
Грусть и радость мне делить
Вместе хочется.
Ты заполнила до края жизнь мою
Серых глаз твоих тепло
Мне на счастье расцвело
И потому я для тебя одной пою»…
Трошин ещё раз пропел припев: «До чего ж ты хороша сероглазая…»
– Феноменально! Так не бывает! Это прямо про меня… До чего ж ты хороша сероглазая! Но кто и откуда она? … Интересно, какого цвета у неё глаза? …
Неожиданно самолёт остановился и этот толчок вернул Иванова-Бендера в реальность, заставив оторваться от прекрасных воспоминаний. И вернувшись в реальность, он стал наблюдать как стюардесса приступила к открытию авиационной двери с многочисленными запорами.
Пахнуло летним воздухом, наполненным запахами хвои, зелёной листвы, травы, остатками паров авиационного керосина и надеждой на полноценную и динамичную жизнь в этом мире.
Появился он в дверном проёме, только что прибывшего лайнера, в элегантном заграничном (кофе с молоком) костюме, и в Адмиральской фуражке, гордо посажанной на тренированную шею, обвитой длинным светло-бежевом шарфом. Его неотъемлемый атрибут – Адмиральская фуражка – подарок за научные потуги его «серого вещества».
– Вот она дверь в новую эпоху! Надеюсь, что не буду лишним на этом очередном празднике жизни! – подумал Оскар и полной грудью вдохнул аэропортовскую воздушную смесь. – Лишь бы на политическую арену не вышли клоуны, тогда уж будет не до смеха. Но не будем о грустном. Пока всё хорошо! Вот и внутри-салонная очередь меня выносит, если верить тому, о чём вещает мой «матюгальник», навстречу криминально-олигархической эпохе. Ну и что? Только что, я лихо миновал закордонный таможенный шлагбаум, так что с «бабками» у меня тоже всё в порядке. Странно, но при таком положении дел уже не думаешь о белом куске хлеба, а в голову лезет чёрная икра! Да, – проза жизни, видимо, всё-таки состоит не только из времени и моментов, но и включает в себя пустоту и не реальна без юмора с гаммой оттенков.
Оказавшись в проёме двери лайнера, освещаемый солнцем, он, как когда-то Наполеон, взирая на Москву с «Поклонной горы» в ожидании ключей, вдруг произнёс:
– Вообще-то чаще удивляет не то, что у других нет совести, а то, что она у тебя есть! – и немного помолчав, добавил, – но потерявши совесть не знаешь, где её искать, а главное, зачем?! Да, но я порчусь прямо на глазах. Явно, сказывается влияние больших денег! А у кого их очень много? Что тогда? Но следует помнить, что на суде памяти, совесть – главный и основной свидетель.
– Вы что-то спросили? – поинтересовался, проходящий мимо него мужчина.
– Нет, нет, это я не вам.
Автобус лихо «подбросил» пассажиров лайнера к пропускному таможенному посту этой страны и сразу же сиплым голосом запел «колокольчик»:
«Всюду деньги, деньги, деньги.
Всюду деньги без конца,
А без денег жизнь плохая,
Не годится ни куда!..»
– Древняя, но странная какая-то мелодия, «времён Очаковских и покоренья Крыма». К чему бы это? Наверное, у руководства Российской таможни с этим проблемы! – отметил Иванов-Бендер. Значит будут основательно «щупать»! Обнаружат мою валюту в портфеле и уже проблемы возникнут у меня. Ну что ж, придётся делиться. Бог сделал невозможной нашу жизнь без еды, а Дьявол без денег. Обидно, досадно, но ладно! – и направился со своим портфелем-талисманом к длинной очереди, где милые девушки в пагонах выясняли, что и где пассажиры лайнера привезли тайком в «Закрома» обновлённой страны.
– Да, человек имеет то, что имеет, а мог бы иметь то, что хочет! Ну что же придётся снова «отдаться» на некоторое время женщинам в погонах.
Его рассуждения неожиданно прервал требовательный голос таможенника:
– Прошу предъявить документы! – попросили Иванова-Бендера за десятки метров до входа в зону контроля.
Оскар в недоумении передал свой синий паспорт.
– Так у вас же служебный, проходите по «Зелёному коридору» быстрее и не создавайте «творческую» очередь, здесь вам не вино-водочный магазин.
– Вот оно – знамение свыше!
В конце этого счастливого коридора сиплый голос динамика вдруг захлебнулся, но быстро оправившись, бодрым женским голосом объявил:
– Товарищ, Иванов, вас на выходе из таможенной зоны будет встречать … динамик снова заурчал и «закашлял» …
– Вот сейчас я осознал, что вернулся домой. Там был господином, здесь снова стал товарищем и это почему-то радует. А кто будет встречать не разобрал, … – но не успев глубоко проанализировать свежую мысль, он вдруг столкнулся с молодой женщиной.
– Так это вы?!
– Я, … но я пока ещё ничего не успел натворить.
– Что вы имеете в виду?
– Как говаривали раньше мои знакомые: «Что имею, то ввиду!»
– А вы шутник и видимо обладаете чувством своеобразного юмора, выражаетесь кратко, но сочно! – молодая женщина улыбнулась.
– Стараюсь. А как вас, – весёлая и находчивая?
– Зюзя Гольдмян из Армении. Сейчас я переводчица в компании А.I.I., а по-русски – Эй, Ай, Ай.
– Почти как в той песенке … Только не хватает слов…
– Каких?
– Ну что за девчонка!
– Весьма оригинально и любопытно! – и она посмотрела на Оскара как Крупская на Ленина, – это сокращённое название нашей компании «Американ Интернэшнл Индастриз».
– Очень приятно, но, Зюзя, у вас такой вид словно вы нашли то, что так долго искали.
– Угадали!.. Вас, господин Оскар Остапович Иванов-Бендер. Вы … вице-президент этой компании!
– А как вы догадались?
– Разве вы не видели, что написано на моём объявлении?
– Нет.
– Почему?!
– Потому что вы её держали обратной стороной.
– Извините, переволновалась!
– Бывает.
– Да, у нас по-всякому бывает и на «Е» бывает и на другие буквы бывает…
– С народным юмором у вас тоже всё в полном порядке, – уговорили. Будем знакомы, но зовите меня просто по имени. А как же вы меня узнали? Ведь мы раньше не пересекались.
– По словесному описанию вашей внешности нашим менеджером Винтовым, с которым вы успели пообщаться на Кипре. Он приехал несколькими днями раньше вас.
– Понял… Было дело!
– Владелец компании, господин Бян Лян Пук, сейчас в гостинице, но скоро подъедет. Так как фирма продолжает приём новых сотрудников, то господин Лян Пук планирует переговорить лично с каждым и уточнить их сферы деятельности. Он поручил мне встретить вас и привести сразу в старый офис, так как в новом ещё не успели закончить ремонт. Поэтому я заранее заказала такси. Для информации, на данный момент, в столице почти все таксопарки пересели с «Победы» на «Волгу». Кстати, такси уже нас ждёт на выходе из этого здания.
– Хорошо! Ваша оперативность радует. Тогда вперёд на работу, так как труд человека кормит, иногда даже облагораживает, а лень – ест!
Как всегда, неожиданно и попреки прогнозу пошёл дождь.
– Погода сексуальная, – вдруг изрекла Зюзя.
– И что это означает? – поинтересовался Оскар.
– 95 процентов влажности.
– Забавная трактовка погоды.
Проезжая по центру, и анализируя мелькавший пейзаж через опущенное стекло такси, Иванов-Бендер отмечал про себя существенное обветшание фасадов зданий, а по хаотичному подбрасыванию «бренного тела» продолжил оценивать качество местных дорог.
– Да, … пока, мне кажется, Пьяньцинь со своей мутной публикой движется не в ту сторону.
– А я вне политики, – отозвалась переводчица, – но я за демократию – это когда народ пасут распряженным. Одним словом, за свободу.
– Ну да… Где льготы для богатых, медицина для здоровых, а правосудие для неподсудных. А свобода заключается не в том, что вам позволяют, а в том, что вы позволяете позволять себе! Я тоже вне политики. Не обращайте внимание. Это реакция моих некоторых внутренних органов.
В пригороде столицы, на одной из многочисленных кооперативных улиц, у пятиэтажного из серых панелей дома, таксист остановился.
– Вот и доставили наши «бренные тела» в нужное место и, похоже, в нужное время! – Зюзя мельком взглянула на ручные часики, инкрустированные отблесками былого «Брильянтового дыма», её мамы, главы ведомства по «зубным» вопросам славного города Бачи, откуда ей со всей семьёй пришлось срочно отбыть, поскольку её фамилия перестала совпадать с интересами местных жителей.
– Как говаривала Белоснежка, – она сделала паузу, – спасибо этому Гному, пойдём к другому!
Поднимаясь на последний этаж по серым ступенькам подъезда, исцарапанные зелёные стены которого информировали о плохих познаниях орфографии русского языка её «писателей», но компенсировались широтой простонародных выражений. Почитав нацарапанное на стене, Зюзя Гольдмян констатировала:
– Что русскому мат, – китайцу фамилия!
Дверь офиса была на распашку. Его обстановка больше напоминала коммунальную многонациональную квартиру. Обитателями этой странной заводи, судя по одеже, были многие представители бывшего Союза. Один в тюбетейке с «лавашем», другой с шашлыком и в большой чёрной кепке, третий в расписной тюбетейке. Двое других в майках и трусах мирно играли в «нарды» на раздевание. Перед одним стояла открытая бутылка Армянского коньяка, а перед другим – бутылка Азербайджанского коньяка. Если судить по их отпечаткам пальцев – кругом одни оригиналы. На фоне этой картины не плохо смотрелись две смазливые девушки Люси и Маргарет в украинских вышиванках. Одна из них тщательно «прогревала» телефонную трубку, плотно, прижав её к красивому уху с золотой серёжкой, другая с локонами – долго и старательно «общалась» с факсом, положив на него свою роскошную грудь, не обращая внимание на вошедших. Только Винтов в белой рубашке, в красном галстуке и с блокнотом, увидев Оскара и Зюзю, поспешно отреагировал:
– В нашем полку прибыло!
– Оскар, – представился Иванов-Бендер.
– Это наш вице-президент, Оскар Остапович Иванов-Бендер, – уточнила Зюзя.
Трёхкомнатная квартира сразу ожила и её дружный коллектив потянулся, как на водопой, знакомиться, заодно сообщая о своих технических достижениях. После завершения процедуры знакомств, Зюзя Гольдмян, тайком позвала Оскара на кухню и захлопнув плотно дверь, продолжила короткими штрихами «уточнять» индивидуальные яркие грани офисного коллектива:
– Салих, который в тюбетейке, только занимается продажей телефонов «мыльниц» в собственных интересах, а заодно успешно осваивает сексуальное тело Натали, а та, в знак благодарности, с умным видом пытается продавать какие-то мифические самолёты «Ту», о которых понятия не имеет и даже на них ни разу не летала. За приятное освоение достоинств мало доступных частей тела, этот Бильдыев на днях подарил ей песцовую белую шубку! И вообще ей трудно встать на ноги, когда всё время носят на руках! А Мкртчян, продаёт какие-то порошки от импотенции. …
– Э нет, Зюзя, я не по этой части, … дышите глубже, – вы взволнованы! Однако, советую вам – не завидуйте. Надейтесь, – у вас всё ещё впереди!
– Надеюсь! Понимаете, чтобы показать свои лучшие стороны, приходиться вертеться и показывать себя не только спереди, но и сзади!
– Я вас понимаю, но не надо так волноваться! Может я не совсем прав, так как женщину разрешается перебивать только комплиментами.
Другие источники всё же поведали Бендеру, что:
– Муса из дружелюбного Кыргызстана, не плохо обеспечивает работоспособность офисных компьютеров и успешно «ведёт» бухгалтерию, не забывая себя дорогого…
– Салих из Баку безуспешно пытается продавать уголь через порт Владивостока, но пока в качестве прибыли в своих карманах привозит только чёрный антрацит…
– Гиви Чешуйшвили из Тбилисо и хорошо «подкован» только по части изготовления и продажи в переходах ароматных шашлыков, но он умудряется получать с прохожих не только стоимость шашлыка, но и стоимость, облагороженного шашлыком, дыма. У него есть мечта обогатиться за счёт угнанных с «Дикого Запада» иномарок. Чешуйшвили надеется на финансовую поддержку нового владельца офиса, изложив ему финансовую операцию в более радужном и «прибыльном свете» …
– Да, … многое можно увидеть, если не смотреть по сторонам! – Оскар задумался. – Видимо, в больном обществе здравый смысл рассматривается как диагноз.
«Глубокие» мысли Иванова-Бендера были прерваны появлением владельца компании. Он вдруг появился в проёме входной двери, как «нежданчик за столом», в сопровождении переводчицы.
Поскольку вся публика уже была в большой комнате, то он, облокотившись на тумбочку, не мешкая начал свою «тронную» речь:
– Хай… я ваш новый хозяин, – Бян Лян Пук. Я выкупил эту, так называемую компанию, у вашего австралийского бездельника, чтобы вести доходный бизнес в России. Я не беру на себя больше, чем могут выдержать подчинённые, поэтому прибыль с каждого контракта должна быть не менее 40%. На острове озера «Сики Кака» мои предки начинали торговать набедренными повязками. Потом они переселились в Штаты, где я появился на свет, как мне сказали: «В короткой и обосранной маечке». Но постиранная маечка в последствии, когда ей мокрой меня звезданули по голове за какую-то шалость, натолкнула меня на яркую мысль – заняться производством и продажей футболок и прочей продукции. Началась «эпоха футболок». Перебравшись в Сингапур, я построил одноименный супермаркет «СИКИ КАКА», здесь мне удалось немного заработать и стать мультимиллиардером. Но человек, как вы надеюсь понимаете, всегда беднее своих желаний. Учитывая, что в школу я всегда ходил с дипломатом, в то же время как другие ходили с ранцами, я сейчас имею честь быть дипломатом и членом правительства знаменитого Сингапура, а они стали сами понимаете кем … Поскольку Я сейчас ЧЛЕН с большой буквы и строю центр этой великой страны, то основная задача, перед присутствующими здесь состоит в том, чтобы обеспечить мои строительные компании: арматурой, катанкой и другими строительными материалами. А эти, – как это у вас в народе говорят, частные ла… ла …?
– Лавочки, – подсказала Зюзя.
– Да, да, точно – лавочки, – подхватил довольный Сын предков с острова озера Сики Кака, – связанные с изготовлением, продажей «детских мыльниц», порошков, шашлыков, мифических самолётов и непонятного угля, – я закрываю. Что же касается господ: Бильдыева, Мкртчяна и Салиха, то моя компания в их услугах больше не нуждается. Извините, вам у меня не получилось сформироваться и что-то сделать по большому … счёту, попробуйте по-маленькому, но в другом месте.
Названные, сотрудники, ставшие в одно мгновение бывшими, начали поспешно собирать свой скарб, «разбавляя» эти занятия короткими звонками.
– Да, подумал Оскар, – тяжелее всего нести крест, который на тебе поставили и не так просто найти выход, когда указывают на дверь! В итоге, – каждый получает то, что заслуживает, хотя не каждый заслуживает, то, что получает. Но через мгновенье, голос Бяна вернул его в реальность:
– Остальные сотрудники подчиняются Иванову-Бендер! – уточнил Пук, – вам, Оскар, даю две недели на заключение требуемых контрактов. Также за это время вам надлежит обеспечить окончание ремонта нового офиса в «Кривошейном переулке», закупить для него новое оборудование, офисную мебель и перевести туда необходимые для работы материалы. И помогите Чешуйшвили растаможить представительскую машину, которую я специально купил для формирования имиджа офиса. Здесь в городе пока я не видел иномарок и это хорошо! Следовательно, она будет первой, что повысит «вес» моей фирмы. Одним словом, как у вас говорят, Оскар, «мозги в пучок, а людей в кулачок!» Кто не справится с поставленной задачей в указанный срок будет уволен! У вас очень мало времени. Действуйте! – и сын предков острова «Сики Кака» вместе с переводчицей быстро «испарились» в сером дверном проёме.
– Весёлая задача! – про себя отметил молодой комбинатор, – главное для меня это в кратчайшее время, помимо сказанного, найти варианты, преумножения своего личного капитала, а такие изучение финансовых и организационных возможностей Пукнутого!