Quote from the book "Дело прокурора"

лицией и теперь хотим тихо переживать свое горе, – мгновенно закрылся Самойлов, услышав слово «прокурор». Он действительно был убит горем. Глубокая складка пролегла между бровями, а губы сжались в тонкую нить. Адамову хотелось ответить, что он тихо