Read the book: «Нормально же общались!»
Пролог
Мужчины и женщины удивительно похожи.
И те, и другие хотят любви. И те, и другие хотят счастья. И те, и другие мечтают встретить «своего человека». Разница начинается примерно на четвертой минуте знакомства, потому что мужчина уже мысленно выбирает позу в кровати, а женщина - фамилию будущих детей.
Потом оба страшно удивляются, почему ничего не получилось.
- Мужчина, отпустите, пожалуйста, огнетушитель.
- Не могу.
- Почему?
- Он мне нужен.
Полицейский молча посмотрел на мужчину лет тридцати в мятой футболке, который обеими руками прижимал к груди порошковый огнетушитель так, словно это был его единственный родственник.
- Дом горит?
- Пока нет.
- Тогда зачем вам огнетушитель?
- Для девушки.
Полицейский медленно снял фуражку.
- Повторите.
- Для девушки.
Вокруг уже начинали останавливаться прохожие. Людям вообще трудно пройти мимо мужчины с огнетушителем, если из ближайших зданий не валит дым.
- Молодой человек, - осторожно произнес полицейский. - Она работает в МЧС?
- Нет.
- Пиротехник?
- Нет.
- Тогда зачем?
Мужчина тяжело вздохнул.
- Потому что я устроил пожар.
Полицейский посмотрел на него уже строже.
- Где?
- В отношениях.
Полицейский вернул фуражку на место.
- А-а-а. Тогда огнетушитель не поможет.
- Я уже начинаю это подозревать.
Мужчину звали Алексей. Но для всех - Леха.
Добрый, слегка наивный программист тридцати трех лет, убежденный, что если правильно настроить систему, любовь когда-нибудь загрузится сама. Примерно как обновление Windows.
Только обновление обычно загружается, а любовь - нет.
Программисты не любят неопределенность. Если компьютер ведет себя странно, на то есть причина. Если программа падает - есть лог ошибок. Если сервер завис - журнал событий.
Женщины почему-то журнал событий вести отказывались.
А ведь насколько проще было бы жить:
Fatal error. Причина расставания: строка 348, символ 17.
С отношениями у Лехи вообще складывалось своеобразно. После каждой попытки завести девушку у него заводился очередной таракан. Причем не нормальный мужской, который сидит тихо и время от времени предлагает купить квадрокоптер или сварить пельмени в электрочайнике. Нет. Это были тараканы, оставленные предыдущими отношениями.
Они быстро осваивались, размножались, создавали ТСЖ, брали ипотеку и постепенно захватывали управление мыслительным процессом.
К тридцати трем годам в голове Лехи существовало уже вполне самостоятельное насекомое муниципальное образование.
Именно оно, а также несколько событий последних месяцев и привели - точнее, довели - его до кражи огнетушителя посреди торгового центра.
Так бывает.
Не часто, конечно.
Но Лехе в последнее время вообще везло на события, которые нормальный человек предпочел бы наблюдать со стороны.
Когда-то он был уверен, что самое страшное на первом свидании - неловкое молчание.
Как же мало он тогда знал.
Глава 1. Локалхост.
Все началось с проклятой футболки. Мятой. С надписью «THERE IS NO PLACE LIKE 127.0.0.1».
Леха надел ее, потому что она была чистой. Точнее, потому что это была его единственная чистая футболка. Он не думал, что кто-то станет ее читать. Он вообще не предполагал, что на первом свидании его будут рассматривать настолько внимательно.
Впрочем…
Они сидели за пластиковым столиком посреди шумного фудкорта. Перед каждым стоял высокий стакан холодного чая с шариками тапиоки и трубочкой толщиной с канализационную. Леха заказал бабл-ти исключительно потому, что они оба не знали, что это такое. Он вообще считал, что взрослая жизнь во многом состоит из моментов, когда ты уверенно произносишь название незнакомого блюда, а потом тихо гуглишь его под столом, делая вид, что поправляешь шнурки.
Девушка была уже третьей Катей за последние полгода, которая пыталась стать первой Катей в его жизни.
Она провела пальцем по надписи на футболке.
- Слушай, а что это у тебя здесь написано? Зэриз... но плэйс лайк... - Катя прищурилась. - Это типа из «Волшебника страны Оз»?
Леха оживился и даже немного выпрямился, отчего хрустнул позвоночник.
Вот оно. Наконец-то свой человек.
- Да! Именно! There's no place like home. Нет места лучше дома.
- Но тут вместо «дом» какой-то набор цифр.
- Это не набор цифр.
Он произнес это с той нежностью, с какой родители говорят о первом рисунке ребенка, хотя рисунок больше всего напоминает случайное ДТП с фломастером.
- Это 127.0.0.1.
- И что это?
Леха сделал глоток через огромную трубочку и с довольным выражением лица поймал один из шариков тапиоки. На секунду он выглядел человеком, который победил жизнь.
Именно поэтому особенно обидно, что следующей фразой он все испортил.
- Это localhost.
Катя задумалась.
- Локалхост... Это где-то в Европе? Отель?
Леха рассмеялся. Она тоже.
Пока все шло хорошо.
- Нет. Это твой собственный компьютер.
- Мой?
- Условно. Это специальный адрес, который указывает на тот же компьютер, с которого ты к нему обращаешься.
Катя посмотрела на него внимательнее.
- А почему тогда «дом»?
Леха почувствовал приближение любимого момента - когда человек наконец понимает что-то прекрасное и очевидное, о чем пять минут назад даже не подозревал.
- Потому что программа по этому адресу обращается сама к себе.
Катя медленно кивнула. Нить разговора она пока не теряла, и это обнадеживало. Обычно на этом этапе девушки либо меняли тему, либо начинали смотреть в телефон с выражением человека, который внезапно вспомнил, что оставил включенный утюг в другом городе.
- Подожди. То есть компьютер разговаривает сам с собой?
Леха задумался.
- В каком-то смысле.
- Как человек, который живет один и разговаривает с телевизором?
- Не совсем.
- А как?
Леха уже чувствовал, что объяснение движется куда-то не туда, но остановиться не мог. Программисты вообще плохо бросают объяснение посередине, особенно если уверены, что еще пара технических подробностей все исправит.
- Представь: ты пишешь программу. На своем компьютере она работает идеально. Потом переносишь ее на настоящий сервер - и все падает.
- Почему?
- Потому что среда другая.
- А-а.
Катя кивнула уже медленнее.
- То есть у компьютера дома все хорошо, а когда он выходит в люди - у него начинаются проблемы?
Леха замолчал.
Вопрос был настолько хорош, что он предпочел его не заметить.
- Вот поэтому и есть localhost. Место, где все понятно.
Катя отпила чай и посмотрела на него поверх стакана.
- И все предсказуемо?
- Ага.
- Леш, ты сейчас описал идеальные отношения?
Он улыбнулся. Вопрос был неожиданным, но пока еще не казался опасным.
- Ну да...
- Где второй человек ничего не спрашивает, ничего не требует и не ломает систему?
Леха моргнул.
- Нет, ну почему...
- И ты всегда знаешь, что происходит?
- Это удобно, - признал он и тут же понял, что выбрал не тот ответ.
Катя отодвинула стакан.
- Леша, ты сейчас случайно не признался мне, что твои идеальные отношения - это когда рядом никто не мешает?
- Конечно нет! Хотя с технической точки зрения...
Катя закрыла глаза.
- Боже.
- Нет, подожди. Я могу объяснить.
- Вот этого я и боюсь.
Несколько секунд она молча крутила трубочку в стакане.
- Можно я задам тебе один вопрос?
- Конечно.
- Только честно. Ты вообще интересовался мной как человеком?
Леха даже удивился.
- Конечно.
- Когда?
И вот здесь возникла пауза.
Не та хорошая пауза, во время которой мужчина вспоминает ваш первый разговор, смешную историю про собаку или название города, куда вы мечтаете съездить. В голове Лехи открылось несколько файлов, система произвела поиск и не обнаружила ничего, пригодного для предъявления.
- Я изучал твой профиль на сайте знакомств. Там много информации.
- Там написано: «Люблю путешествия и кофе».
- Да.
- И что ты узнал?
- Что тебе нравится кофе.
Катя молчала.
- Еще?
- Что ты путешествуешь.
- Еще?
Леха напрягся, пытаясь воскресить хоть что-нибудь. ТСЖ тараканов в его голове уже созывало экстренное собрание и начинало скупать гречку.
Катя подождала еще немного.
- Леша, ты не узнавал меня.
- А что я делал?
- Ты собирал данные.
Он искренне удивился.
- А разве есть разница?
На этом свидание, в сущности, закончилось.
Катя посмотрела на часы, взяла сумку и поднялась.
- Мне пора.
- Куда?
- В свой локалхост, Леш.
И ушла.
Леха остался за столиком один. Перед ним стоял недопитый бабл-ти, напротив - второй стакан, к которому Катя почти не притронулась.
Он начал анализировать произошедшее, потому что это как раз умел.
Во-первых, она любит кофе. Это было написано в профиле черным по белому. А он заказал чай. На первом свидании. Человек сообщил исходные данные «кофе» - он зачем-то выдал чай.
Во-вторых, он действительно задавал слишком мало вопросов. Информации о предпочтительном напитке явно оказалось недостаточно.
Леха еще раз прокрутил разговор, посмотрел на пустое место напротив и наконец нашел ошибку.
- Понятно, - пробормотал он. - Недостаточный объем входных данных.
То, что Катя примерно десять минут пыталась объяснить ему совсем другое, в отчет об ошибке не попало.
Леха не был плохим человеком.
Он просто подошел к вопросу несистемно.
***
Ну вот. Теперь мы знаем нашего первого героя этой серьезной книжки: Леха - программист. Человек, который считает, что любовь - это просто недостаточно хорошо написанный код.
Леха был первым.
Но не единственным.
Всего в этой истории шестеро взрослых людей, которые пока живут своей жизнью и не подозревают, насколько скоро начнут мешать друг другу.
Итак, пока Леха сидит в фудкорте и анализирует свой провал, за тысячу километров от него (или за два района, но в масштабах вселенной это одно и то же) где-то стоит высокий, ухоженный красавчик Илья, риелтор, уверенный, что способен договориться почти с кем угодно.
Рядом с ним третий герой, чуть повзрослее - Анатолий Никитович, или просто Толик, человек с такой устойчивой психикой, что иногда это выглядело подозрительно.
Встретились они благодаря квартире, шампанскому и одной очень серьезной проблеме с канализацией. Жизнь любит объединять людей через абсолютно неожиданные события.
Глава 2. Как Толик и Илья стали друзьями - не разлей говно.
Илья и Толик вообще никогда бы не встретились, если бы не тот невезучий господин Н. Имя называть его было бы неправильно, потому что это нарушает профессиональную этику. А еще, потому что в данной истории он выступает не как личность, а как носитель беды. Это разные юридические статусы.
В тот день Илья ехал передавать ему только что проданную квартиру.
План был прост: ключи, акт приема-передачи, бутылка шампанского для торжественности момента - и домой, к полуфиналу чемпионата и холодному пиву. План был хорош хотя бы тем, что совершенно не учитывал людей.
Квартира встретила Илью образцово. Все блестело, ремонт выглядел свежим, сантехника - немецкой, а унитаз вообще производил впечатление устройства, способного самостоятельно выйти на орбиту.
Господин Н. вошел следом и сразу начал осматриваться с подозрением человека, которому жизнь уже неоднократно продавала что-нибудь «в отличном состоянии».
- Поздравляю, - сказал Илья, включая профессиональную улыбку. - За эту цену вам действительно повезло. Объект был уникальный.
- Слово «повезло» не вписывается в мою биографию, - ответил Н., снимая пальто. - Я вообще человек невезучий.
Илья вежливо улыбнулся.
- Бывает.
- Не бывает. У меня закономерность. В прошлой квартире меня залили соседи. В позапрошлой я залил соседей сам. Машину дважды били на парковке. Один раз - пока я в ней сидел.
- Значит, лимит неприятностей уже исчерпан.
Н. посмотрел на него почти с жалостью.
- Вы молодой еще.
Это Илье не понравилось. Во-первых, ему было тридцать восемь. Во-вторых, клиент еще не получил ключи, а уже разговаривал так, будто собирался пережить Илью и квартиру одновременно.
- Все здесь проверено, - сказал он. - Ремонт хороший, окна во двор, сантехника новая.
- Сантехнике я не доверяю.
- Почему?
- Она молчит.
Илья не нашелся с ответом.
Н. достал телефон.
- Я еще человека вызвал. Пусть посмотрит.
- Кого?
- Страховщика.
Илья едва заметно вздохнул. Полуфинал начал отдаляться.
Они подписали акт. Илья убрал документы в портфель, достал оттуда же бутылку шампанского, предусмотрительно охлажденную и вручил ее новому собственнику.
- Поздравляю с новосельем.
Н. взял бутылку и вдруг как-то сразу погрустнел.
- Выпьете со мной?
Илья посмотрел на часы.
- Вообще-то я...
- Одному как-то совсем тоскливо.
Илья колебался недолго. У него существовал профессиональный принцип: если клиент после сделки предлагает выпить, отказ может быть истолкован как холодность, неуважение или отсутствие человеческого подхода.
Все три пункта в риелторской профессии стоили денег.
- Ладно. По бокалу.
- На троих.
- А третий кто?
В этот момент раздался звонок в дверь.
- Так вот же, - обрадовался Н. - Страховщик!
На пороге стоял мужчина лет сорока с планшетом под мышкой и таким спокойным лицом, будто все чрезвычайные ситуации заранее происходили без него.
- Здрасьте, - сказал Анатолий. - Что у вас случилось?
- Да пока тьфу-тьфу-тьфу ничего, - ответил Н. и непонятно зачем перекрестился. - Квартира у нас новая, надо застраховать.
Анатолий открыл планшет. Потом на Н.. Потом на люстру.
- Я оценщик ущерба, - сказал он спокойно. - Я не страховщик. Тетя на ресепшене, видимо, перепутала заявки. Но фотографии я все равно сделаю.
Илья покосился:
- А разве это законно?
Анатолий пожал плечами.
- Нет. Зато быстро.
Он прошелся по квартире, методично фотографируя стены, потолки и сантехнику. Делал это без малейшего выражения на лице, как будто фотографировал картошку для паспорта.
Н. тем временем уже доставал бокалы.
- Мужики, ну раз все равно собрались, давайте по-человечески.
Через пять минут они сидели за новой кухней и пили шампанское.
Через пятнадцать шампанское закончилось.
Тогда из рюкзака господина Н. появилась бутылка виски, что окончательно перевело передачу квартиры из категории «сделка» в категорию «посмотрим, чем это кончится».
Говорили о жизни, женщинах и несправедливости мироустройства.
Н. рассказал, что жена ушла к его брату.
- Теперь родственникам не доверяю, - сказал он, наливая очередную порцию. - Уводят женщин.
Анатолий слушал молча. Кивал. Его лицо оставалось невозмутимым, как лицо кассира в "Пятерочке" в час пик.
- Карма, - сказал тот.
- Какая еще карма? - переспросил Н.
- У всего есть причина.
К этому моменту все трое были уже заметно хороши.
Н. предложил осмотреть балкон, потому что вдруг вспомнил о возможных строительных дефектах. Дефектов не нашли. Зато обнаружили банку соленых огурцов, оставленную прежними хозяевами.
Пока Толик вскрывал крышку ложкой, Н. поднялся.
- Я сейчас, мужики. Не ешьте без меня.
Он ушел в санузел.
Тишина за ним длилась тридцать секунд, пока из туалета не донеслось что-то среднее между хлопком, вздохом и последним предупреждением Вселенной.
За ним - мат. Длинный, разнообразный и такой выразительный.
Из туалета вылетел господин Н.
То, что обычно должно было покидать квартиру строго по трубам, в этот вечер выбрало противоположное направление.
- ТРУБА! - заорал Н. - ОНА РВАНУЛА!
Илья вскочил.
Толик остался сидеть. Он просто посмотрел в сторону туалета, как будто там показывали новости, которые он уже видел.
- Так, - сказал он. - Случилось страховое событие.
- КАКОЕ НАХЕР СОБЫТИЕ?! - Н. уже снимал рубашку и пытался заткнуть ею то, что заткнуть рубашкой было невозможно. - ЭТО КАТАСТРОФА!
В квартиру тем временем продолжало прибывать содержимое канализации.
Илья заметался в поисках телефона.
- Надо звонить в аварийную! Или МЧС!
- 911! - заорал Н. - Звони 911!
- Мы не в Америке! - крикнул Илья. - У нас же … что там у нас? 01, 02, 03?
- Тогда звони куда-нибудь!
Толик достал телефон, посмотрел на них и набрал 112.
- Алло. - сказал он так, как будто заказывал пиццу. - Прорыв канализации... Да... Много... Адрес записывайте.
Илья тем временем медленно начал смещаться к двери.
Не потому, что собирался бросить клиента в беде. Просто некоторые беды разумнее переживать снаружи квартиры.
- Ты куда? - мгновенно заметил Н.
- Я сейчас вернусь.
- С АКТОМ?!
Илья остановился.
Н. увидел портфель. Лицо его изменилось.
- ОТДАЙ АКТ, ПАСКУДА! - заорал Н.
- Зачем?
- Потому что квартира еще не передана!
- Подписана же!
- Я БЫЛ В СОСТОЯНИИ ДОВЕРИЯ!
Начались пьяные переговоры.
Н. схватил Илью за пиджак, Илья попытался отцепить его руки, но пьяный собственник, увидевший собственную новую квартиру под слоем фекалий, обладал неожиданно серьезной мотивацией.
Толик наблюдал за происходящим с коробки в прихожей.
Потом сказал:
- Кстати.
Оба обернулись.
- Если бы квартира уже была застрахована, страховая это покрыла бы.
Н. замер и отпустил пиджак Ильи.
- Что значит «если бы»?
- Я фотографии еще не отправил.
- А если отправишь?
- Теперь поздно. Аварийка уже едет. Событие произошло до оформления.
Несколько секунд все молчали.
Даже канализация будто решила послушать.
- А если аварийка не приедет? - спросил Н.
- Тогда формально мы еще можем успеть.
У Ильи появилось нехорошее предчувствие.
У господина Н. - надежда.
- Отменяй.
- Что?
- Аварийку отменяй!
Толик снова позвонил диспетчеру.
Убедить аварийную службу не приезжать в квартиру, где три минуты назад сообщали о канализационном апокалипсисе, оказалось сложнее, чем ожидалось.
Особенно учитывая состояние звонивших.
- Нет, уже не надо... Да, устранили... Сами... Нет, точно... Что значит «как»?.. Подручными средствами.
Толик слушал ответ, потом сказал:
- Понял.
И положил трубку.
- Что сказали? - спросил Илья.
- Что мы дураки.
- И все?
- Еще пожелали удачи.
Господин Н. стоял посреди своей новой квартиры в мокрых брюках, без рубашки и с выражением человека, который внезапно понял, что судьба все-таки умеет удивлять даже его.
- Значит, так, мужики. Я вам заплачу.
Илья нахмурился.
- За что?
- За то, что вы этого не видели. И за то, что все это случится потом.
Толик посмотрел на него.
- Насколько потом?
- Через неделю.
- Неделя долго.
- Три дня.
Толик едва заметно кивнул. Отряхнул колени. Посмотрел на Н. с абсолютным пофигизмом, который граничит с просветлением.
- Документы пришлю утром, - сказал он. - Спокойной ночи. И берегите себя.
Толик с Ильей вышли на лестничную площадку. В нос им резко ударил свежий воздух. Они стояли, прислушиваясь, как господин Н. внутри пытается заклеить унитаз скотчем.
Илья посмотрел на Толика.
- Слушай, ты всегда такой спокойный? - стягивая с себя пиджак, спросил он.
- Нет.
Илья удивился.
- А когда ты нервничаешь?
Толик подумал.
- Не помню.
Илья еще раз перевел глаза на дверь квартиры.
- Я вообще-то хотел сегодня пиво под футбол.
- У меня есть пиво.
- Правда?
- И душ.
Илья посмотрел на свой костюм.
- Ты сейчас лучший человек в моей жизни.
- До завтра пройдет.
Они пошли вниз по лестнице.
Так Илья и Толик стали друзьями. В их случае выражение «не разлей вода» просто не вполне соответствовало обстоятельствам.
***
С мужчинами пока все.
Леха ищет любовь, Илья продает квартиры, Толик сохраняет спокойствие в ситуациях, где нормальный человек уже вызывает спасателей.
Теперь познакомимся с женщинами.
Их тоже трое.
Потому что любая история о мужчинах, которые пытаются понять жизнь, неизбежно превращается в историю о женщинах, которые пытаются понять мужчин.
Первые две встретятся в МФЦ. Что, согласитесь, само по себе уже не обещает ничего хорошего.
Глава 3. Какможно сломать ноготь, спасая незнакомого человека.
Катя работала в МФЦ уже два года.
Два года - достаточный срок, чтобы перестать удивляться людям, но еще недостаточный, чтобы полностью потерять надежду.
За это время Катя поняла главное: посетители делятся на две категории.
Первые приходят с документами. В файлике. Иногда даже с закладками. У них все готово, и хотят они только одного - отдать бумаги, получить положенное и уйти на свободу. Катя таких людей любила. Сдержанно, профессионально, не переходя на личности.
Вторые приходят с пакетом из «Дикси».
В пакете лежат паспорт, надкусанный батон, три чека за 2018 год, фотография кота в шапке и святая уверенность, что «там на месте разберутся».
И на месте действительно разбирались.
Катя.
Ей особенно повезло с рабочим местом: первое окно от входа. Люди заходили, видели живого человека и немедленно понимали, что электронная очередь придумана для кого-то другого.
- Девушка, а где талончики брать?
- Слева, красная тумба.
- А без талончика можно?
- Нет.
- А вы не подскажете, я вообще туда пришла?
- Вы уже внутри. Это хороший знак.
Все вопросы, все сомнения и вся безнадежность человечества обрушивались именно на Катю. Она была как швейцар в аду. Только без чаевых.
Особенно по понедельникам.
В понедельник люди внезапно вспоминали, что у них есть паспорт, дети, недвижимость, штрафы, льготы и тетя из Саратова, которой почему-то именно сегодня понадобилась доверенность на гараж.
В тот понедельник зал был особенно полон.
На табло загорелось А-147.
Катя нажала вызов и приготовилась.
К окну подошла Маша.
С настоящей папкой.
Без батона.
Одно это уже располагало к человеку.
Маша была красивой женщиной лет тридцати шести из тех, кто даже в пуховике, пережившем три химчистки и одну неудачную зиму, выглядит так, будто просто на минуту вышла из салона красоты.
Правда, сейчас она выглядела уставшей. МФЦ вообще довольно быстро уравнивает людей независимо от возраста, достатка и качества пуховика.
- Здравствуйте, - сказала Катя.
- Здравствуйте. Мне нужна справка о несудимости.
Маша просунула документы в окошко.
Катя проверила паспорт, заявление, еще раз посмотрела данные.
- Хорошо.
Маша не уходила.
- Что хорошо?
- Все хорошо. Документы в порядке.
- В смысле?
Катя подняла глаза.
- В прямом.
- Мне ничего не надо донести?
- Нет.
- Сделать копию?
- Нет.
- Сходить в другое окно?
- Нет.
Маша смотрела на нее с возрастающим недоверием.
- И справку выдадут?
- Через пять рабочих дней.
- А если я за эти пять дней что-нибудь натворю?
Катя впервые посмотрела на нее с интересом.
- Постарайтесь получить справку раньше.
Маша улыбнулась.
- То есть я могу идти?
- Можете. Только не радуйтесь так явно. Люди в очереди нервничают.
Вот с этого, пожалуй, все и началось.
Маша была одной из немногих, кто понял Катину шутку сразу, а не через полчаса по дороге домой.
И день бы остался замечательным, но через пять минут в зал вошел Он.
Мужчина. Лет пятидесяти. Лицо - как старая автобусная остановка: все видало, ничего не сломать. Шарф красный, длинный, клетчатый - мохеровый привет из 90-х.
- Девушка, мне только спросить.
- Возьмите талон.
- Мне на минуту.
- Для минуты тоже нужен талон.
Он наклонился ближе к стеклу.
- У меня ситуация.
Ситуации Катя знала.
Обычно сразу после этого выяснялось, что человек знаком с начальником, платит налоги, ему срочно, он уже приходил вчера и вообще здесь никого нет, хотя за его спиной сидело человек сорок.
- Возьмите талон и ожидайте вызова.
Мужчина оглянулся на зал.
Зал посмотрел на него без любви.
- Я только на две минуты.
Катя продолжила оформлять Машины документы.
Тогда мужчина решил, что проблема заключается не в отсутствии талона, а в Маше.
- Женщина, пропустите.
Он произнес это ей прямо в ухо.
Маша медленно повернула голову.
- С какой стати?
- Мне срочно.
- А мне, по-вашему, сюда захотелось?
- Давайте без этого.
Маша посмотрела на него внимательнее.
- У вас талон есть?
- Что?
- Бумажка с цифрой. Или вы по моральному праву?
Кто-то в очереди хмыкнул.
Мужчина покраснел. Не лицом - шарфом. Шарф будто налился кровью.
- Слушайте, женщина, вы слишком борзая.
И толкнул ее.
Не сильно - скорее попытался отодвинуть с дороги. Но Маша качнулась и схватилась рукой за край стойки.
В этот момент все внутри Кати сломалось. Сломалась инструкция. Сломалась выдержка. Сломалась та самая установка «я сотрудник, я выше этого».
Она вышла сначала из себя, потом из-за стекла. Второе должностной инструкцией предусматривалось еще меньше, чем первое.
- Мужчина!
Он обернулся.
- Вы сейчас толкнули человека.
- Случайно.
- Нет.
- И что?
Вот это было зря.
Катя могла спокойно пережить посетителя без паспорта. Могла объяснить в четвертый раз одно и то же. Могла принять заявление, которое человек предварительно сфотографировал, распечатал, сложил вчетверо и зачем-то заламинировал.
Но «и что?» действовало на нее плохо.
Очень плохо.
Мужчина уже собирался снова повернуться к Маше, когда Катя схватила его за шарф.
Зачем именно за шарф, она потом объяснить не смогла. Возможно, потому что он был длинный. Возможно, потому что красный. Возможно, государственный служащий в состоянии аффекта вообще не обязан принимать эстетически выверенные решения.
Мужчина в ответ ухватился за ее жилет.
Катя дернулась.
Он тоже.
Шарф выдержал.
Ноготь - нет.
Катя замерла и посмотрела на руку.
Еще утром там был аккуратный свежий маникюр. Теперь один ноготь заканчивался значительно раньше остальных.
- Ах, - сказала Катя.
И вот тогда в конфликт полноценно вступила Маша. Она взяла папку с документами и с размаху ударила мужчину по спине. Получилось неожиданно звучно.
Мужчина обернулся. Посмотрел на Катю. Потом на Машу с папкой. Потом на очередь, которая уже следила за происходящим с тем вниманием, которое обычно достается финалу хорошего сериала.
Видимо, он решил, что сегодня государственные услуги оказываются в слишком интерактивной форме.
И пошел к выходу. Быстро.
- Все нормально, - сказала Катя, пряча пострадавшую руку. - Отрастет.
Маша посмотрела на ноготь.
- Он не отрастет.
Она посмотрела вслед мужчине.
- Из-за него.
Катя пожала плечами.
- Он был неправ.
Маша перевела взгляд с удаляющегося шарфа на Катю.
- Вы только что сломали ноготь, защищая совершенно незнакомого человека.
- Получается, да.
- Все.
- Что - все?
- Мы идем его чинить.
Катя не сразу поняла, о чем речь.
- Кого?
- Ноготь. Мужчину уже поздно.
- У меня работа еще час.
- Отлично. Через час и пойдем.
- Куда?
Маша достала из сумки визитку.
- Я маникюрша. Это мой профиль. А ваш ноготь теперь моя личная ответственность.
- Да ничего страшного...
- Катя, - сказала Маша уже совершенно другим, профессиональным голосом, - там отслойка и трещина. Не трогайте ничего.
Катя послушно перестала трогать.
У каждой профессии есть интонация, которой люди верят без документов.
Через час они сидели в маленьком салоне рядом с МФЦ. Пахло гелем и отчаянием.
Маша рассматривала поврежденный ноготь с серьезностью хирурга.
- Знаешь, ты странная.
- Почему?
- У тебя было стекло.
- И?
- Оно буквально стоит между тобой и людьми. За него государство заплатило деньги. А ты выбежала.
Катя улыбнулась.
- Он сказал «и что?».
- Да, это многое объясняет.
Маша взяла пилочку.
- Значит, ты хороший человек, - сказала Маша, нанося базу. - Это неизлечимо. И скомандовала - Сушим! в лампу!
Катя погрузила руку в ультрафиолет и улыбнулась.
- Я вообще за день столько женщин за руки держу, - добавила Маша, - что могла бы защищать диссертацию по семейной жизни.
- Почему по семейной?
- А о чем еще женщины говорят на маникюре?
- Не знаю.
- О мужчинах. Иногда о детях. Потом опять о мужчинах.
Катя рассмеялась.
- Значит, ты про них все знаешь?
- Я точно знаю, что они делают неправильно.
- А что правильно?
Маша задумалась.
- По этому вопросу выборка пока недостаточная.
Катя посмотрела на нее уже с настоящим уважением.
- А муж у тебя есть?
- Илья.
Имя прозвучало впервые и пока ничего для Кати не значило.
- И он тоже входит в выборку?
Маша усмехнулась.
- Вот с ним как раз проблема. Обычно я слушаю женщину минут двадцать и примерно понимаю, где у мужчины поломка. А Илья ни в одну схему не помещается. Просто он сложная форма. Но ничего, со временем подкорректирую.
Она закончила подпиливать ноготь, отодвинула Катину руку, оценила результат и добавила.
- Тебе, кстати, овал надо делать. Пальцы длинные, будет красиво.
***
Если вы закончили начальную школу, а я в вас верю, потому что вы читаете эту книгу, а не смотрите тиктоки про котиков, то вы точно можете посчитать, что вместо шести обещанных героев у нас пока пять.
И вы правы.
Леха - программист, который пытается разобраться с женщинами при помощи логики. Илья - риелтор, которому однажды пришлось спасать сделку от канализации. Толик - человек, способный сохранять спокойствие даже внутри этой канализации. Катя работает в МФЦ и временами выходит не только из себя, но и из-за стекла. А Маша чинит ногти, людей и собственного мужа - примерно в этом порядке.
Пять.
Как пальцев на руке. Как дней в рабочей неделе. Как кругов ада при общении с налоговой.
Но я же обещала шесть.
Давайте знакомиться - Амалия. Или Амалька, как зовет ее лучшая подруга - уже известная нам маникюрша Маша.
Впрочем, Амалька - вообще ни разу не попадает в реальный образ Амалии. Потому что Амалия, хоть и приехала в Москву из маленького городка всего три года назад, уже объездила полмира (если верить ее инстаграму), трижды отдыхала на шикарной яхте, жила в лучших лакшери отелях и пила шампанское там, где обычные люди мечтают выпить хотя бы воды из-под крана.
И нет, она не жена олигарха.
В чем же ее секрет? Скоро узнаете.
Но если знакомство Кати и Маши началось со сломанного ногтя, то для знакомства с Амалией нам понадобится кое-что покрупнее.
Например, слон.
